Ароматная женщина. Глава 9 (Зрелые женщины рассказы)

Глава 9.

ПРОСЬБА.

Хирург-кардиолог коренастый и симпатичный мужчина, примерно лет шестидесяти, встретил вежливо и даже приветливо: «Доктор Мирзоян, можно просто Левон. Приятно познакомиться, госпожа Джанидзе. » Он не только  внушал доверие, но чем-то напоминал Габриэле её отца, фармаколога.

Разговорились о прошлом. Оказалось, выросли в одной части города, в соседних дворах. Он располагал к себе, словно близкая родня. Сразу перешли к состоянию здоровья её мужа. Речь шла о традиционном хирургическом вмешательстве: «Предстоит вскрытие грудной клетки и временное подключение к аппарату искусственного кровообращения. »

Габриэла дала понять, что знает, какова цена: «Вы не беспокойтесь, Левон. Мы справимся. Пусть Вас не смущает финансовая сторона. » Он улыбнулся и  опустил глаза к её приоткрытым коленям: «Я не это имел ввиду. Он далеко не молод и может не выдержать. »

Их взгляды встретились. Она спросила прямо: «Каковы его шансы? » Доктор Мирзоян пожал плечами: «Трудно сразу ответить на Ваш вопрос. Думаю, примерно 50 на 50. Я бы на Вашем месте был бы готов к любому исходу. »  Она восприняла это с мужеством. Протянула ему конверт: «Здесь более, чем достаточно. Принесу столько же, если справитесь. »

Он поднял вверх обе руки, отказываясь брать гонорар: «Счёт Вы получите после операции и оплатите в регистратуре. И будьте уверены: я сделаю всё, что в моих силах. » В его глазах она прочла искренность, почтительность и нечто ещё. Провожая её, он высказался более открыто: «Ваш муж рассказал мне о Вас. Моя мать часто вспоминает Вашего отца, Автандила Джанидзе, заведующего аптекой. »

У Габриэлы защемило сердце: отец всегда был её кумиром. Она обняла доктора, как родного: «Спасибо, что помните моего отца. » Попрощавшись Габи направилась в палату к мужу. Георгий выглядел бледным и грустным: «Мне заменят аорту и клапан. Говорят, продлится часа три-четыре. И очень рискованная операция. »

Габриэла решила взбодрить его шуткой: «Аорта не член, даже не заметим. » Подмигнула и добавила:   «Хотя, честно говоря,   я бы предпочла, чтобы заменили именно его. От старого большой пользы не было. Может новый наведёт порядок в доме. »

Но Георгию было не до шуток: «Знаю, что я тебя, как мужчина, давно не интересую. Но хочу кое о чём попросить, раз уж сама заговорила. » Габи хотела было театрально возмутиться, но сдержалась: «Знаю, что у тебя нет медицинской страховки. Не переживай: я теперь зарабатываю достаточно, чтобы оплатить расходы на операцию. Даже осилим приличный гонорар для хирурга. Что касается, нежной любовницы в постель, то я подумаю: почему бы и нет. Лишь бы была потребность. »

Он усмехнулся. Затем прикрыл веки, чтобы собраться с мыслями. После внушительной  паузы раскрыл свою просьбу: «Если операция пройдёт неудачно, на тебя посыпятся предложения выйти замуж. Да и ты не из тех, кто долго соблюдает траур. Я вижу это воочию. » Габи усмехнулась: «Можешь умирать со спокойной совестью: во второй раз я не совершу глупость. Слишком люблю независимость. »

Георгий поднял руку в знак протеста: «Не надо вешать лапшу мне на уши! У тебя все последние годы был любовник. Его имя: Ибрагим Вуран. » Габриэла запнулась. Откуда он мог знать такую деталь? Он заметил её растерянность: «Ты по ночам часто  видишь его во сне, иногда даже сношаешься с ним, лёжа в постели рядом со мной. Я терпел всё это, потому что... любил тебя. »

Габриэла хотела было вставить слово, но он перебил её: «Так вот: я категорически против того, чтобы Ибрагим заменил отца для наших детей. Он не наших кровей! » Габриэла словно получила удар под дых. Все эти годы она пыталась тщательно скрывать свои отношения с Ибрагимом. Но оказывается Георгий прекрасно знал обо всём и терпеливо молчал.

Она встала, чтобы уйти. Но он снова остановил её: «Не спеши. Я ещё не всё сказал. Обещай мне: среди прочих кандидатов на роль сожителя, ты обратишь свое внимание к тому, кто тебя безумно любит и готов исполнить любую твою просьбу. Мой младший брат сходит с ума по тебе. Потому и холост до сих пор». Габи знала об этом. Его однозначные взгляды и подростковая стеснительность, собачья преданность говорили сами за себя.

Великан двухметрового роста, Гоча был на двадцать лет моложе Георгия, весил не меньше 250 килограммов. Он оставался жить в горах, избегал женщин и зарабатывал на жизнь своими кулаками, ножом и охотничьим ружьём. К нему обращались обычно в тех случаях, когда  речь шла о кровной мести, об изнасиловании, оскорблении чести и достоинства. Он как правило, приносил справедливость и полную сатисфакцию.

Габриэла вдруг представила себе этого верзилу в своей постели и рассмеялась: «Вот что я тебе скажу, дорогой. Я может и была холодна к тебе. Но буду молиться, чтоб ты выжил. Твой брат в первую же ночь раздавит меня своим весом. А я умирать не собираюсь пока».

Приложила ладонь к его лбу: «У тебя высокая температура и ты бредишь. Вернемся к реальности.   Операция плнируется через неделю. Думаю, всё будет хорошо. » Затрещал телефон. Поступили два сообщение. Первое от Анзора: «Добирайся сама, я занят по горло. » Второе от дочери: «Вернусь поздно, не беспокойся. » Она попрощалась: «Мне пора, уже поздно. »

У выхода из клиники на паркинге вновь столкнулась с доктором Мирзояном. Он уже садился за руль своего Ford, но увидев Габриэлу, предложил подвезти. По дороге он вспоминал своё детство: «Ваш покойный отец баловал меня игрушками. И открою Вам секрет: кажется ухаживал за моей матерью. »