Завидный жених

Пролог

Подруга, вцепившись мне в руку мертвой хваткой, переводила непонимающий взгляд то на мое застывшее бледное лицо, то на картину, открывшуюся нашим глазам.

- Я ничего не понимаю... Что происходит то?

Полный клуб, множество знакомых, и все вокруг шушукались и косились в мою сторону. Но я не видела ничего. Красная пелена застилала глаза. В ушах шумела кровь, ударившая больно в виски. Может быть так же выгляди инсульт? Тело не слушается, разум словно покинул эту оболочку. Остается только слившаяся с тобой воедино боль и непринятие происходящего.

Заставляю себя сделать вдох, хотя хочется перестать дышать, чувствовать, существовать... Хочется исчезнуть в эту самую секунду, растворившись на атомы.

- Альбин... Пойдем отсюда...

Иришка закусив губу тянет мою руку. В ее глазах застыли слезы. Почему в моих глазах сухо?

Пошатываясь, делаю шаг. Но не в сторону выхода. Мне хочется подойти поближе, хочется, чтобы они меня увидели. Хочется, чтобы все таки он заметил меня. Мне нужно было поймать его взгляд. В эту самую минуту как по насмешке судьбы рядом оказывается фируга с излишками силикона и филлеров, обтянутая в красное кожаное платье.

- Все таки он тебя кинул. Я же говорила. Куда тебе? Ты не по его стандартам. Не тянешь ты на Москву.

Подруга толкнула дно бокала в руках наглой девицы, отчего коктейль плеснулся ей на одежду. Перекаченные губы попытались изобразить презрение и возмущение, но Ирина что-то прошипела ей прямо в лицо недобро блеснув глазами, отчего та тут же испарилась.

- Альбин, пойдем. Потом. Не у всех на глазах... И морду ему набьешь. И ей, если хочешь. А не хочешь - я сама это сделаю. Это ж надо... Вот с-сука!

Но ноги несут вперед. Люди расступаются. Смотрят с интересом. Для них это очередной выпуск шоу про нас...На чьих-то лицах недоумение, кто-то злорадствует, кто смотрит на меня с сожалением, на редких вижу негодование и даже злость.

И тут он, наконец, отрывается от оседлавшей его девицы и смотрит прямо на меня...

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 1

Шла первая неделя отпуска. По традиции, еще со студенческих времен, мы старались собираться все вместе, чтобы проводить летние дни, выжимая из них по максимуму. Конец июня был нашим любимым временем. Как правило, как раз съезжались все знакомые, и на какой-то период мы будто ныряли в дни нашей безбашенной молодости.

Это утро было одним из тех, когда просыпаешься со вчерашним макияжем, жаждой, головной болью и провалами в памяти. Телефон под подушкой вибрировал и требовал внимания.

- Не говори, что ты еще спишь!

Голос Марины ввинчивался в еще не проснувшийся и опухших от духоты мозг.

- Конечно сплю!

Стараниями моих подруг мне никак не удавалось сделать то, что я планировала на отпуск - выспаться. Утром их несло на пляж, по магазинам, на маникюр, поесть шаурмы…А вечером в клуб, караоке, бильярд, боулинг, встречать рассвет на на берегу в парке, ночные сеансы в кинотеатр... и куда угодно кроме кровати и сна.

- Через полчаса заедем за тобой! Натягивай бикини, бери репеллент - едем жарить шашлык на озеро!

...И нажала отбой.

Какой шашлык с утра пораньше? Неужели нельзя овсянку или омлет? Не хочу бикини, хочу пижаму. Пыталась перезвонить, но Маринка уже с кем-то трещала по телефону и вызов уходил на ожидание. Кто заедет? С кем? Иришка вряд ли сегодня сядет за руль после того, как она вчера перебрала с шампанским…

Так уж вышло, что нам было по двадцать семь и никто из нас не был замужем. Кто-то просто еще не успел, а у кого-то уже получилось оттуда вернуться. Поэтому в это лето выходил какой-то «адский бабский загул», как его окрестил наш с девчонками общий друг - Сема.

Через обещанные полчаса в дверь, и правда, позвонили.

- Альбина Геннадьевна! Вы чего еще не одеты?!

Театрально хмуря брови на меня смотрел Даня, а я зависла, так как кого-кого, а его увидеть никак не ожидала. Когда первый ступор прошел, я с визгом бросилась на шею пухлому невысокому парню с добрыми глазами и самой милой улыбкой на свете.

- Данечка! Ты когда приехал? Маринка, засранка, вообще и словом не обмолвилась!

Я не видела его лица, но слышала его улыбку:

- Вчера приехал. Утром Маринку в магазине увидел и решили сегодня же днем и собраться со всеми нашими, а то Вишнякова завтра улетает в Турцию на отдых, а Залужская за ней следом уже на работу в свой Екат.

Все это время я так и висла на нем стоя в дверях. Соскучилась. Очень. Я не видела его два года. Они были не самые для него простые. Сначала он похоронил брата, потом маму, а затем узнал о своей болезни. Я так боялась, что однажды увижу в социальной сети пост с его черно-белой фотографией… А сейчас я вижу его самого. Могу обнять. Услышать его голос. От нахлынувших чувств мне хотелось плакать и смеяться одновременно. Но я продолжала просто его обнимать. Крепко-крепко.

- Ладно, давай уже собираться, а то Маринка сейчас по телефону договорит и придет с проверкой, чего мы копаемся.

Отлипнув от своего школьного друга я, наконец, позволила ему полноценно войти и начала бегать по квартире. На лето родители уезжают жить на дачу, поэтому жилплощадь полностью моя, а значит и вещи рассредотачиваются по большей территории. Десять минут - мой новый нежно голубой купальник на мне, наспех натянуты потертые джинсовые шорты, в сумку запихнуты почти неглядя какие-то вещи - и мы уже спускались по гулким прохладным пролетам подъезда, намереваясь нырнуть в пекло, которое устроило полуденное солнце на идеально ясном небе.

Недалеко от подъезда стоял черный опель, из которого доносилась негромкая спокойная музыка и громкий возбужденный голос Маринки.

- Все еще недоговорила,.. - Даня закатил глаза. - Ныряй на переднее, там сзади радио на ножках. Ей бы в диджеи... или как там они называются... на местный канал.

...И пока мы ехали до озера она тоже все еще болтала. Казалось, что у нее наклевывается роман. С кем? Мне так и не удалось понять за все сорок минут дороги.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 2

На озере было необычайно людно.

Мне казалось, что мы едем туда своей компанией, но… нас туда позвали. Ну как «нас»? Маринку. А мы прибыли в качестве свиты, и еще не в полном составе, так как остальная наша компания должна была подтянуться в течение часа.

На большой лужайке, окруженной машинами на любой вкус, стояли шатры, палатки, дымили мангалы. Кто-то играл в волейбол, кто-то купался. Играла музыка, слышались оживленные разговоры и смех. Практически все лица были так или иначе знакомы.

Даня как-то обреченно окинул взглядом эту суету. Маринка же вся будто забурлила изнутри. Тусовки всегда были ее коньком. Еще со школы она любила быть в центре каких-то событий, чтобы было много людей, шума и суматохи. Ей самое место было бы в столице, и она все мечтает туда перебраться.

Откуда-то из эпицентра событий к нам выдвинулся махая рукой высокий худощавый парень в кислотно-салатовых плавательных шортах. Вглядываясь в черты лица, я все никак не могла вспомнить кто это. Что-то знакомое было и в этой походке и в широкой, почти неестественной улыбке. Какие-то мутные образы, что всколыхнулись в глубинах памяти, впились занозой.

- Дань, кто это? - почти не шевеля губами тихо прошипела в сторону друга.

- Селиванов, - прозвучало в ответ как-то без энтузиазма.

Мысленно повторила фамилию несколько раз, пытаясь ухватиться за что-то ускользающее.

Быстро поздоровался за руку с Даней, кивнул мне. Странно, но Маринку он как-то совсем не выделил, а она же смотрела на него такими глазами, будто он как минимум сунул ей руки в трусы для приветствия.

...Точно! Селиванов! Он учился на три класса старше нас, в нашу школу перевелся после какого-то громкого скандала с его участием в другой, кажется второй. Что же там было?.. Даня похоже его помнит лучше, надо будет спросить. Все что помнилось мне - он играл в баскетбол и по нему сохло немало девчонок, в том числе наша Марина. Остальные воспоминания погребены под слоем пыли, наросшей за эти годы.

Косо смотрю на подругу. Вижу такой же взгляд у Дани. Неужели она еще не переросла эту школьную фантазию о старшекласснике? Невольно подмечаю, что кольца на пальце у него нет. Хотя, это ничего не значит. Многие мужчины надевают обручальное кольцо один раз в жизни - на свадьбу.

Несколько метров, пара минут... и в моей руке уже пластиковая вилка с сочным куском мяса только с мангала и ледяная банка пива.

- Я помогу? - кто-то аккуратно забирает из моих рук и открывает с громким «пшиком» мокрую от конденсата банку.

- Спасибо,.. - почему-то мне становится неловко, я и сама бы могла справиться.

Хоть он и сильно изменился, но я его сразу узнала. Олег был прилично старше нас, выпустился из нашей школы, когда я была в классе пятом. Даже не помню откуда я его знала. Просто знала. Он ассоциировался у меня с тем периодом, когда девочки начинают взрослеть: краситься, носить лифчики, тусоваться с мальчиками, первые отношения и поцелуи, первые дискотеки…Сейчас может все иначе у девочек-подростков, но это были наши "нулевые" и их атмосфера.

Алкоголь совсем не хотелось. С утра в мой желудок успели попасть только теплая противная минералка, забытая на кухонном столе вчера, и какой-то леденец из подлокотника машины. А вот мясо пришлось кстати, хоть и в качестве завтрака это было тяжеловато.

То, как я отставила светлое фильтрованное на столик не укрылось от внимания Олега.

- Не пьешь? Со вчерашнего что ли плохо?

- Нет… Просто… Пиво на солнце на голодный желудок - не очень хорошая идея.

- Понятно. А то я вчера вашу Ирину домой отвозил. Неплохо вы так погуляли.

Маринка вчера должна была посадить ее в такси и завести первой. Так как нам с Валей надо было в другую часть города, мы уехали на другой машине и чуть раньше, чем они дождались свою.

- Работаешь в такси?

Вопрос выскочил раньше, чем успела о нем подумать. И в наказание мне - Олег рассмеялся.

- Нет. На колесах был, и Марина попросила.

А вот и начинает проясняться, как нас сюда занесло, и с кем там Марина трещала по телефону всю дорогу.

- Где это вы пересеклись?

- В Рандеву. Я вашу Ирину отвез и домой, а Марина с парнями осталась. Они там вроде все вместе потом у Толика тусили и ночевали.

К Олегу подошла какая-то молодая девушка и отвлекла его разговором, поэтому дальше разнюхать у меня ничего не вышло.

Вырисовывающаяся картина не очень радовала. Марина скинула перепившую подругу на кого-то и поехала развлекаться дальше. Ночевала у Селиванова, еще и с какими-то парнями. Не исключено, что с Даней она встретилась, когда возвращалась домой. Они вроде как Иришкин развод «загуливали», а в разнос пошла Марина.

Вскоре подтянулись Валя с Иришкой. Последняя бледная в солнечных очках с холодной бутылкой воды, прикладываемой то ко лбу, то к щекам. Как я и предполагала, она не смогла сесть за руль и они приехали с Семой и его братом - Денисом.

Мы с девочками устроились позагорать на покрывале чуть подальше от основной толпы, чтобы нас случаем не затоптали и заодно поболтать. Оказывается, для Иришки стало открытием как она добралась до дома, потому что ничего не помнила и была уверена, что Маринка доставила ее до самых дверей, иначе как бы она попала ключом в скважину.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Боже. Какой позор… Закроюсь дома и буду слушать Стаса Михайлова, как положено разведенке. Кроме того, что нажралась как скотина, так еще и левый чувак меня до дома вез. Вот что я там могла вытворять? А вдруг я ему весь салон заблевала? Или с дурацкими разговорами приставала? Как теперь человеку в глаза смотреть? Что вообще обо мне теперь думает…

Для надежности Ириша поверх очков закрыла лицо руками, предательски подрагивающими из-за «отходняка».

- Да ладно ты! Думаю, ты не сильно травмировала его психику, - Валя посасывала травинку и смотрела задумчиво на Марину, которая к ним даже еще не подходила, а все вилась вокруг Селиванова, и сейчас играла с ним в волейбол, будто случайно то касалась его грудью, то игриво толкала бедром.

- Да и завтра ты все равно летишь отдыхать. А сегодня кто-то другой что-нибудь выкинет, и твой позор померкнет и уйдет в историю. Если хочешь, я могу это сделать для тебя, - в доказательство своих намерений салютую той самой банкой, и делаю из нее, наконец, первый глоток.

Напиток уже был не таким холодным и будто немного выветрился, но так даже лучше.

Подруге, кажется, наши доводы показались не убедительными, и она только со стоном спрятала лицо в покрывало.

Мы с Валей с улыбкой переглянулись, и дальше каждый в задумчивости каждый смотрел уже в свою сторону - благо, такое ответственное занятие, как загар, не требовало разговоров. Однако, нашей идиллии не суждено было длиться долго. Все трое синхронно взвизгнули, когда на горячие тела прилетели холодные брызги.

- Девчонки, хватит жопы жарить на солнце. Пошли купаться!

Сема, как всегда, сама любезность…

Его плечи уже не раз сгорели, покраснели и сейчас вновь облезали, но это нисколько не останавливало его, чтобы стащить с себя футболку и наслаждаться летом на полную, а главное - рисоваться перед девчонками. Высокий и стройный парень со слегка покатыми широкими плечами, проработанной спиной и рельефным прессом, шикарный голубоглазый блондин. Его младший брат, как ксерокопия, только взгляд более наглый и движения развязные. Для них мы вообще не в счет, как женский пол, зато остальные… Семе нравилось чтобы на него смотрели и считали лакомым и кусочком, однако беспорядочные связи он не приветствовал, и вообще был очень консервативен и избирателен, а вот Денис напротив…даже на полном серьезе вел список своих "побед".

Ириша с недоверием посмотрела в сторону новенького пирса, позволяющего сразу занырнуть на глубину - солнечные блики на мерно покачивающейся поверхности манили и обещали прохладу, но темная вода пугала. Так как это был один из официальных пляжей, дно озера ежегодно обследовали водолазы и чистили, так что купаться было безопасно, но отсутствие песчаных пляжей не делало это место популярным, обычно приезжали именно компании молодежи.

- А! Пойду. Или утону и избавлюсь от позора. Или может меня отпустит, и напьюсь снова, чтобы завтра заблевать весь самолет и утопиться от позора уже в Турции. - Неуклюже встала, отряхнула мелкий мусор, налипший на влажную от пота и брызг кожу, бросила очки на покрывало. - Ты меня позвал, вот и пошли со мной купаться. Я одна туда не пойду, мне страшно.

Вцепившись в Сему, она потащила его обратно к воде.

И только мы с Валей решили придвинуться, пошушукаться и перемыть кости Маринке, как на то место, где только что лежала Ирина приземлился Олег. Оперевшись локтями на колени по очереди посмотрел на обеих девушек.

- А вы чего не идете? Вас еще насекомые тут вообще не заели?

Муравьи, и правда, постоянно пытались забраться на покрывало, подлетал редкий комарик, который был слишком голоден, и потому наплевал на палящее солнце и жару. Но в целом, пока было терпимо. Больше мешали трава и мусор, что кололись даже сквозь плотное покрывало.

- Наша Альбинка не водоплавающая, а я ей кампанию составляю, - сходу сдала меня Валя.

Густые брови Олега поднялись над зеркальными очками.

- Ты плавать не умеешь что ли? Или…

«Или…»

Уши обожгло, в лицо бросило жаром. Имеет ввиду месячные? Хотелось вспылить.

Какого хрена?!

Это было слишком личное для светской беседы со старым знакомым.

…Была ли эта многозначительная пауза, или просто она существовала только в моей голове, но Олег повернулся и посмотрел на купающихся со словами:

- Вода хоть и темная, озерная, но чистая, и тиной не пахнет. Руку я свою видел, и даже немного ноги. Водоросли не попадались. Неужели брезгуете? Девчонки? Валя? Альбина?

…мой внутренний бунт схлопнулся, не успев выйти наружу и обернуться конфузом. Могу поклясться, что я покрылась красными пятнами, испытывая жуткий стыд и за свое неумение плавать, возникшие мысли и чудом не устроенный скандал.

- Мне завтра на самолет, так что я точно пас. Чистая она или нет, но там происходит какая-то вакханалия, - Валя кивнула в сторону озера, где прозвучал визг, поднялся столп брызг, и последовал гогот, - а я не хочу наглотаться воды, чтобы потом весь полет меня полоскало изо всех щелей в тесной кабинке в условиях турбулентности.

Валя перевернулась и решительно откинулась на покрывало, подставляя тело настойчивым лучам, чуть подвинув ткань лифа, чтобы избежать резких переводов в загаре. Показалось, что Олег даже не обратил внимание на этот жест, хотя с бюстом Вали это было даже странно - упругая четверка лишь слегка прикрываемая светло-бежевым, почти телесным, материалом в зоне соска.

- А ты? Тоже завтра улетаешь? - из-за очков я не видела куда он смотрит, и могла судить только по повороту головы, что на меня.

- Нет, - чтобы скрыть свой душевный дисбаланс последних минут, пришлось изобразить равнодушно-наблюдающий взгляд за летающим воланчиком от бадминтона, который резво отбивали ракетками две девушки, чьи лица были знакомы, но имена вспомнить так и не получалось.

- Тогда ты можешь пойти купаться?

- Я… Нет.

Он развернулся ко мне и прилег полубоком, опираясь на локоть и полностью скрывая от меня подругу. Глядя прямо перед собой, я отчетливо ощущала пристальный взгляд, от которого мне становилось неловко, будто я какая-то девочка-подросток.

- Почему?

- Ну… Не хочу.

- Пошли.

Он улыбнулся, продолжая буравить меня глазами сквозь очки.

- Нет, в другой раз.

- Пошли сейчас. Я обещаю, что если нападет какое-нибудь чудовище, то я брошусь к нему в пасть, давая тебе шанс на спасение, пока меня жуют.

- Фу. Теперь точно не хочу.

- Фу? Моя жертва - это фу? - он рассмеялся, а в вопросе звучали то ли обиженные нотки, то ли непонимание.

- Я не пойду. Иди, если хочешь. Покорми Несси, - в голове сама собой всплыла мысль про Лохнесское чудовище.

- Я с тобой хочу. Пошли. Вы как приехали, почти сразу залегли тут как тюлени отшельники. Давай!

- Я не оставлю Валю, - пришлось все же посмотреть на настырного знакомого из школьного прошлого.

- Она не потеряется. Где оставишь, там и будет лежать. Вот увидишь. Жарко же. Давай-давай, пойдем!

Что-то мне подсказывало, что просто так он от меня не отстанет.

- Я не умею плавать, - в ход пошли самые весомые аргументы.

- Не проблема.

Хотелось спросить прямо: «Ну чего ты ко мне пристал?» Но это было бы грубо.

- Олег, правда, я…

В одно мгновение, я только успела проследить взглядом, как он оказался уже на ногах и протянул ко мне руку.

- Пошли.

Глава 3

Я чувствовала себя максимально глупо. С самого начала... Еще когда с немытой головой после вчерашней порции средств для укладки, едва разлепив глаза, помятая и заспанная оказалась в машине, чтобы ехать на внеплановые шашлыки. Еще более глупо, когда увидела куда мы приехали. Потом все вообще шло не так, как представлялось. Маринка, где-то суетилась, Даня погряз в разговоры у мангала. Сема и Денис тоже где-то развлекались, а мы с девочками сиротливо расположились с краю от чужого веселья. А теперь еще и Олег с чего-то выбрал меня своей целью и принялся спасать от тоски, жары и насекомых.

- Да иди уже. Только…Олег, если она утонет, я тебя следом утоплю.

Валя предупреждающе ткнула в него пальцем не меняя своего положения и даже не поднимая головы.

Брыкаться дальше было бы еще более неловко, чем сдаться.

Отчетливо понимая,что это плохая идея, я вложив в его руку ладонь, он помог мне подняться, и как будто страхуясь, чтоб я не убежала, не опускал мои пальцы пока мы не достигли края поляны.

Песчаная линия, отделяющая растительность от воды, была от силы метр-полтора. И к счастью он повел меня не на пирс, ко входу в озеро с берега.

Приятно ступить на мягкий, темный, влажный и прохладный песок после колкой вытоптанной и засохшей травы, спрятавшихся в ней веточках, палочках, сухих еловых иголок, помятых шишек и прочего. Но удовольствие было недолгим... В груди все сжалось от предчувствия, стоило оказаться у самой кромки.

Страшно...

Я очень боялась воды. Даже больше, чем того, что в ней могло таится. Хотя всякой живности я тоже боялась. А еще боялась неловкости ситуации, когда все вокруг словно рыбы, а ты как топор. Боялась, что меня нечаянно утопят. Боялась просто этого ощущения холода и потери контроля над ситуацией и своим телом.

Я замешкалась, а Олег уже сделал первый шаг в воду.

Когда он успел снять очки? Так разволновалась, что не заметила...

Он посмотрел спокойным взглядом знакомых с детства карих глаз и подбадривающе улыбнулся, замечая мою нерешительность.

- Вход пологий и песчаный, без коряг и водорослей. Рыб, если они тут еще возятся, скорее всего уже разогнали, максимум мальки у берега, но они безобидные. Скорее ты для них опасность.

Пальцем ноги слегка касаюсь воды. Ласкающая берег - теплая. Но тепло обманчиво. На мелководье всегда тепло. Особенно на озере, где нет быстрого течения. Но если утащит на глубину?.. Там точно холодно. Это кто плавает на поверхности - нормально, а когда ты не можешь оторвать ног ото дна…

Чувство безнадеги еще сильнее сдавило грудь.

- Не бойся. Я не дам тебе утонуть, - внимательно наблюдает за эмоциями на моем лице, которые плохо удается взять под контроль, не отпускает руки и ждет, только улыбка стала мягче.

- Из-за угроз Вали? - внутри вся дрожу, напряженно смотрю прямо перед собой и слышу лишь его смех в ответ на мою реплику.

Ощущаю себя полной дурой, уверена, что так и выгляжу.

Какая же жалкая… Повели за ручку под присмотром популькаться на мелководье. Стараюсь не смотреть Олегу в глаза из-за неловкости и делаю первый шаг. Легкие колебания воды огладили щиколотку. Что ж… приятно, не поспоришь. Я бы на этом и остановилась. Помочила ножки и можно выходить. Однако мягко, но уверенно меня тянут дальше.

Очень быстро глубина становится по колено. Перепад температур, и тело покрылось гусиной кожей. Мне надо больше времени, чтобы привыкнуть, но Олег все так же упорно тянет руку.

Шаг. Еще. И мои соски готовы порвать ткань и поролон лифа, а зубы начинают отбивать чечетку, как бы я не сжимала челюсть.

Вода уже касается бедер и от этого начинает бить крупная дрожь.

- Надо окунуться. И так быстрее привыкнешь.

В подтверждение своих слов, он отпустил, наконец, мою дрожащую руку и занырнул в воду с головой, скрывшись на какое-то время из поля зрения.

Ну и на кой черт ты меня сюда утащил? Я если так занырну, то уже не вынырну, все соревнования по нахождению под водой выиграю, блин.

С конца пирса слышались смех, визги и плеск. Я стояла вся сжавшись, недалеко от берега в одиночестве, не зная что мне делать. Было желание плюнуть на все это и вернуться на покрывало поверх колючей травы.

Блики солнца на воде слепили, оттого не сразу увидела, как над поверхностью рядом со мной появилась голова. И почти вскрикнула, когда боковым зрением уловила движение.

- А! Напугал меня!

Сердце, и правда, сделало кульбит. Темная вода озера это тебе не бассейн с голубой плиткой, которую видно из любой точки. От неизвестности рождаются домыслы. Самое безобидное любопытная или не слишком умная рыбина. Хотя сомы, говорят, могут спокойно сожрать человека и следов не останется.

- Ну что ты мучаешься? Ныряй давай. Сразу станет комфортнее.

- Я как ты не умею.

Боже… как же стыдно. Надо не только его утопить если что, но и Валю. Прицепился, а эта...тоже мне, подруга.

- Просто разом опустись. Присядь. Только двигайся, так быстрее отпустит. В воде нельзя без движений.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Смотрю насупившись и с недоверием:

- Не могу. Холодно. Я итак прилично зашла, это уже считается за искупалась.

- Ты даже трусы не намочила. Так что не считается, - он так и кружил рядом, выжидая пока я все же поборю свой страх.

- Я боюсь глубины и мне холодно, поэтому сейчас трусы намочу так, как тебе точно не понравится.

- Я бы сейчас пошло пошутил про мокрые трусики, которые мне нравятся, но не стану.

- Да уж… Пожалуй, не стоит.

Вот, Ириша, где позор...

От воды его волосы стали закручиваться в блестящие кудряшки. Густые темные ресницы намокли и потяжелели под весом капель, которые он небрежно стирал рукой.

От его вида мне стало еще более неловко. Он как из рекламного ролика с сексуальным мускулистым красавчиком, а я стою скукоженная трясущаяся... будто старуха в деменции. Фу!

А?!

Я вздрогнула, когда почувствовала, как моей ноги что-то коснулось. Это его рука обхватила меня за бедро, заставив втянуть резко воздух.

- Или ты сделаешь это добровольно, или я тебе в этом помогу. Ныряй, а то судорогу схватишь.

Неприкрытая угроза в словах и явное доказательство его намерений - на моем бедре.

Но не успела я и осознать, как, поднимая миллионы брызг, летела в воду!

На мгновение потревоженная толща сомкнулась над моей головой, застелила глаза, смазов все образы, залилась в уши, поглотив все звуки, выбила воздух из легких в несостоявшемся крике. Сердце колотилось, пытаясь успеть отстучать все удары, что положены на жизнь. Истерично двигая всеми конечностями, я пыталась выбраться к свету.

Рывок, и плотная субстанция уже не забивается в нос.

Делаю большой, жадный и шумный вдох. Расправившиеся легкие освобождаются от попавшей воды кашлем. В носу жжет. Голова кружится. Волосы прилипли к лицу.

Через еще застилающие зрение стекающие потоки вижу размытый силуэт.

- Ты совсем сдурел?!

Пережитый испуг молниеносно сменился приступом злости.

Адреналин, что уже бурлил в крови наливает мышцы тяжестью, желанием ударить со всей силы, чтобы выбить дурь из этой головы, что додумалась до такой глупой и унизительной выходки.

Фыркая, пытаюсь освободить лицо от волос и воды. Как только удается проморгаться, бросаю полный праведного гнева взгляд на обидчика.

- Не нахлебалась? - аккуратно на крепко держит меня за плечи, обеспокоенно и виновато заглядывая в лицо.

- Нормально, - буркнула бросив еще один уничтожающий взгляд, продолжая воевать с волосами - резинка запуталась в сырых прядях, и никак не получалось ее освободить.

- Я не думал, что не умея плавать, ты вообще не умеешь вести себя на воде и так ее боишься. Прости, пожалуйста. Я не хотел…

Его ладони скользили ко моим плечам в каком-то успокаивающем жесте, а в голосе звучало искреннее раскаянье. В подтверждение слов, его уши запылали словно факелы.

Отвечать не хотелось. Хотелось отдышаться, успокоить сердце и… все же стукнуть. Хорошенько!

Столько народу, а я тут стою, волосы по всему лицу, фыркаю, сопли, слюни пузырями, и вообще…

Унизительно!

Кое-как выпутав резинку, стряхиваю его руки и опускаюсь в воду, чтобы они легли как надо: аккуратно и красиво.

- Обещаю больше так не делать.

- Да уж хотелось бы. Что за детский сад?! Выходки как у подростка, - вкладываю в голос максимум осуждения, но не могу скрыть обиды.

- Ты права. Прости. Каюсь. Дурак, - улыбается и смотрит так задумчиво и почти ласково. - Пойдем купаться. Обещаю быть хорошим мальчиком и не баловаться.

Опасливо кошусь на глубину.

- Давай я отплыву. Покажу по куда мне. А ты ко мне подбирайся. Не будем же мы стоять тут. Там интереснее.

Пару шагов от меня в сторону неизвестности и плавно занырнул в воду. Несколько размашистых гребков и он уже отдалился на несколько метров. С удивлением замечаю, что больше не дрожу, и вообще рассматриваю игру мышц на спине пловца. Во время заплыва брасом у любого обладателя мало мальской мышечной массы будет красивый рельеф, а особенно если спортивная фигура с широким разворотом плеч. Кстати... Не замечала в юности у Олега спортивной фигуры. Не худой, не полный…обычный. Почему-то в памяти стоял его образ в школьном коридоре, когда на нем серые джинсы в рубчик и серый теплый джемпер с оленями. Определенно за эти годы он изменился.

В этом возрасте, мужчины чаще встречались двух типов. Первый, когда уже вместо точеных скул - щечки хомячка, брутальный подбородок отращивает себе сиамского брата, а в районе талии образуется «спасательный круг». Второй тип - ударившиеся в ЗОЖ и тягание железа. Они превращаются в ходящее мясо опутанное выпирающими от варикоза венами. Валя таких называет пенисами - мышца и вены, головка без шеи.

Олег же был подтянутый, мускулистый, явно посещающий зал или увлекающийся каким-то спортом. Гладкое тело без излишней растительности. Грива без седины и залысин. Интересно...

Несколько раз моргнув, выхожу из задумчивого созерцания. И как раз вовремя, чтобы он не подумал чего лишнего.

- Я стою. Плыви ко мне. - Он поднял руки над головой, вода мягкими волнами слегка окатывала его возвышающиеся над поверхностью упругие грудные мышцы.

- Я не умею.

- Вообще? Ну давай как умеешь, а я тебя встречу. Ок?

Все это так нелепо и странно… Ну уж итак все шло ужасно, так что...

- Ладно.

Оттолкнувшись ногами попробовала плыть "как умею": разгребая перед собой воду, а ногами устраивая что-то вроде катамарана. На пару тройку-метров пробультыхаться моих умений должно хватить.

- Ну вот мы и встретились, - он протягивает руки и подхватывая меня за локти.

На загорелом лице искрятся капли, лакированные локоны крутыми завитками своенравно и по хозяйски упали на лоб. Ловлю себя на мысли, что выглядит он куда лучше, чем я. Возможно, мне пора все же задуматься о ламинировании ресниц или каком-нибудь перманенте.

Ноги начинают тонуть, пытаюсь встать на дно, и в панике понимаю... не могу поймать опору!

- Тише, тише. Тут не глубоко.

Ощущаю, как мужские руки обхватывают мое трепыхающиеся тело и прижимают к своему владельцу. Инстинкт самосохранения диктует для надежности вцепиться в его плечи покрепче и прижаться посильнее.

- Я стою. Мне тут едва по грудь.

...По грудь... Обретя какую-то опору понимаю, что пока я в панике жалась к Олегу, лиф моего купальника сбился и острый сосок трется о его кожу. Неловко пытаюсь поправить ткань, чувствуя как лицо заливает краска.

Улыбается и смотрит со странным выражением:

- А это оказывается так очаровательно, когда девушка не умеет плавать. Я бы даже сказал, что это…сексуально.

Я все еще не поймала ногами дно и буквально висла на Олеге. А от его слов щеки и вовсе стали пунцовыми. Это были и стыд, и смущение, и негодование.

- Савин!

Гордость требовала немедленно взять себя в руки и оторваться от опоры. Дыхание на секунду перехватило, а сердце замедлило бег, мгновение и... я касалась пальцами ног дна. Вода гладила по подбородку и норовила залезть в рот.

- Тебе по грудь, а мне по подбородок!

Вторую половину его высказывания я предпочла проигнорировать и все же не комментировать.

- Ты скована, мышцы напряжены, спина выгнута, поэтому тонешь. А ты расслабься, попробуй, вытянись на поверхности, и вода сама будет тебя держать.

- Довериться воде? Ну нет… Это жидкость, а не твердая поверхность.

- Тогда доверься мне. Согласно ученым, я на семьдесят процентов жидкость, но поверхность весьма твердая, - хотелось уточнить, есть ли в его словах пошлый подтекст, но благоразумие победило, и оставила этот вопрос при себе. - Буду подстраховывать тебя. Давай, отталкивайся будто собираешься плыть и вытягивайся. Не пугайся, если тебя что-то коснется. Это я тебя подстраховываю.

В конце концов мы были в воде и надо было что-то делать (не стоять же как статуи, пока мой сопровождающий не наиграется и не даст мне спокойно выйти), поэтому я поддалась на его уговоры и позволила учить меня держаться на поверхности.

Всех удачнее мне удавалось держаться на спине, раскинув конечности словно звезда. Но каждый раз в голове возникали мысли, как я сейчас выгляжу и насколько мое тело распластано перед самым носом Олега, и напряжение снова топило конечности.

Это было странно. Несмотря на количество людей вокруг, никто нас не беспокоил. Те кто купался - ныряли с пирса и были дальше, на большой глубине. Остальным было не до того - у них бурлила жизнь на суше. Однако это спокойствие длилось не долго. Как раз в тот момент, когда я в очередной раз с помощью Олега пыталась опору под ногами, раздался знакомый смех и звон поднимаемых брызг.

- Ого, как ты умудрился затащить нашу сухопутную женщину в озеро?

К нам подплывали Марина и Толик… Шумные, разгоряченные.

- Я умею уговаривать, - Олег улыбнулся Марине и снова обратил все свое внимание на меня.

Его такой персональный интерес и наше уединение заставляли меня чувствовать себя неуютно.

- Ну ладно, развлекайтесь. Надумаете, присоединяйтесь к нам на пирсе.

А вот после этих слов Толика мне захотелось как можно скорее избавиться от смущающего меня общества и вернуться к Вале и ультрафиолету.

- Знаешь, я что-то уже замерзла. Вернемся на берег?

Моим неумелым стилем я доплыла до места, где мне уже было по пояс и дальше уже пошла пешком. Несмотря на палящее солнце стразу стало холодно и хотелось скорее замотаться в мягкое большое полотенце. Олег проводил меня до покрывала и лично передал в руки Вале, которой уже составляли компанию Даня и Сема. Все трое смотрели на меня заговорчески...

Глава 4

Едва стоило мне плюхнуться к ним, как Даня, смакуя газировку, прищурившись спросил:

- Как покупалась?

От холода зуб на зуб не попадали и я судорожно куталась в свое голубое под цвет купальника большое махровое полотенце.

- Н-нор-р-рмал-льно.

- Вы так мило смотрелись, - Сема потягивал темное нефильтрованное и противно слащаво улыбался.

- Да идите вы! Вон, предательница! Выпроводила меня с ним купаться. Меня! И купаться! И этот,.. - указала взглядом на спину Олега, влившегося в кампанию недалеко от нас. - Ну сказала же - не умею плавать.

Тот как друзья переглядывались мне не понравилось.

- Ну что?!

- Да так... То пиво тебе открывает, то купаться тебя зовет, вон плавать учит,.. - теперь мне хотелось стукнуть Даню.

- Ага. Взял в оборот как Марина Селю, - теперь гневного взгляда удостоена была расплывшаяся в улыбке Валя.

- Да ладно тебе! Ты же вроде как холостая, что тебе? - Даня толкнул плечом и подмигнул.

- Ага. Тем более он тоже холостой. И кстати, тобой интересовался. Спрашивал как бы невзначай замужем нет, есть ли кто-то... Уточню. Конкретно про тебя спрашивал. Лично при мне. Не просто же так... Да и все поглядывает. Смотри, смотри... Вон видишь. Опять. Грачева даже психанула, что он так на тебя все смотрит, а не на нее. Как она перед ним не нагибалась, сиськами не крутила и свою утиную жопу на лице блеском при нем на мазала. Хотела зацепить. Парень то видный, не то что мы.. плебеи местные...

- Я кстати про него не слышал давно уже. С чего Грачова охоту объявила? - Даня с интересом рассматривал стоящую недалеко от нас кампанию.

- Вообще, уже несколько лет он сюда не приезжал. В Москве же сейчас. Говорят, что хорошо там устроился. Бизнес какой-то замутил. При бабках. Хата какая-то там крутая. Матери тут квартиру купил новую в элитке. Так что, подруга, будет клеиться - пусть поухаживает. Жених то завидный...

От такого напутствия я даже дрожать забыла.

- Вот спасибо, Семыч, дал добро стать содержанкой!

- Да ладно тебе! Считай тут два зайца одним махом. И мужик нормальный. И при бабле. Что тебе терять то? Девственность? Так мы с этим, боюсь, опоздали.

- Ща кто-то нарвется, - Даня с Валей смеялись, а Сема невозмутимо гнул свою линию дальше.

- Что ты так на меня смотришь? Я не говорю с ним обязательно спать. Хотя... тут на твое усмотрение. Но вдруг парень так расстарается, что растопит сердце нашей снежной королевы? Да и... Прикинь, он и по этому профилю тоже в яблочно? Так что, Альбинария, что скучать сидеть? Вон Иришка с Валюхой уезжают. Маринка за Селивановым охотится, о нашем существовании вообще забыла. Тоже проведи красиво время. Если что - уедет потом и все, считай как курортный роман, только ехать далеко не надо.

Свалив все на избыток алкоголя и интенсивность влияния солнечных лучей на теменную зону, решила не убивать Сему прямо сейчас. К тому же к нам подходили Дэн и Ириша, которой явно стало лучше после купания. Эти двое дурачились и в какой-то момент, он и вовсе перекинул ее через плечо и брыкающуюся понес обратно в воду.

Парни отчасти были правы. Завтра девчонки уезжают, Маринке старая любовь в голову ударила. Я останусь в обществе Дани, Семы и Дениса. Последний все коллекционирует девочек. Сема то в зале, то на работе, то в гараже. Даня будет чувствовать себя обязанным меня развлекать. Стало как-то не по себе. Будто мне открыто сказали, что я обуза для их мужской компании и если я не хочу скучать - должна найти себе прикрытие в виде ухажера. Стало даже чуточку обидно… В принципе, наши дни отрыва подходили к концу, и я не против побыть дома, выспаться перед работой, может даже съездить на дачу к родителям…

Была еще мимолетная мысль, что им очень хотелось задеть Аллу Грачову, бесившую всех своим высокомерием. Но акцент на деньгах мне не нравился. Я не ханжа, но и не меркантильная пиявка.

Тем более интрижки вообще не входили в мои планы на это лето... Да и... Олег? Никогда бы в голову не пришло рассматривать его в роли потенциального молодого человека. И вообще то, что мы с ним немного поплескались в озере, еще ничего не значит. Ребята нафантазировали себе всякого, или просто подшучивают.

Недопитое пиво в оставленной на солнце банке почти вскипело и привлекло к себе насекомых. Даня принес мне новое, когда увидел мою кислую физиономию и проследил за взглядом. Опечалена я была не испортившимся напитком, а тем, как повернулась ситуация, но… Лучше скажу, что жаль пиво теплое, чем признаюсь, что жаль вы меня слили.

Солнце шагало по небосводу, а часовая стрелка по циферблату. Мы следили за попытками подруги очаровать свою школьную любовь, немного поиграли в волейбол девочки против мальчиков и уже собрались ехать - девчонкам завтра в дорогу, а мне без них не за чем было оставаться. Даня вызвался нас отвезти. За это время моя кожа уже местами покраснела, а голова потяжелела не то от алкоголя, не то от перегрева, еще я с тоской вспоминала забытые на столике в прихожей солнечные очки и мечтала о какой-нибудь бейсболке.

- А что это вы с вещами?.. Уже уезжаете?

Я как раз нагнулась поднять сумку, когда услышала сзади голос.

Выпрямилась. Похоже слишком быстро, потому что в глазах потемнело, а в ушах зазвенело.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Зрение сфокусировалось не сразу. Олег выглядел немного растерянным. Быстро окинув глазами поверх сдвинутых на кончик носа солнечных очков нашу небольшую компанию, готовую к побегу с вечеринки, оценил ситуацию.

- А почему так быстро? Вам скучно?

- Нам ехать завтра, - Ириша истерично отмахивалась от приставшего к ней насекомого, и даже попыталась спрятаться за Валю.

- Вам? Валя? Ты всех с собой решила забрать?

- Да нет, я то на работу… Это вон та повелительница ос на отдых.

- Понятно... А вы? Даня? Альбина? Ты точно никуда завтра не собиралась еще пару часов назад.

- Я, как джентельмен, должен доставить дам до дома. Да и дела тоже еще.

- Альбина? Оставайся.

- Не, мне потом только если Дениса ждать, я лучше сейчас,.. - для надежности встала чуть позади Дани, надеясь все же на его совесть и джентльменство, о котором он так пафосно заявил.

- Зачем его ждать?

- Домой ехать, - я зачем-то полезла в телефон, сама не знаю что там надеясь найти.

- Так я тебя отвезу. Давай еще немного останемся, а потом я тебя лично доставлю. Персонально. Вот Вале обещаю. Если не сдержу слово - пусть меня утопит. Дважды.

- В самом деле, что тебе из-за нас так рано ехать? Олег,.. - Валя сделала весьма красноречивый жест в стиле «я за тобой наблюдаю», - головой за нее отвечаешь!

- Але! А меня никто спросить не хочет? Я сама устала уже. Жара такая.

- Это просто ты все на берегу сидела, - Олег хитро улыбнулся.

- Ну ты же ее купаться не водил. А она только с тобой… С нами отказывалась. Никому не доверяет больше видимо.

Валя заговорчески подмигнула Олегу, послала мне воздушный поцелуй и быстренько побежала к припаркованным машинам, утаскивая за собой Иришу и привлекая по пути внимание обоих полов своим подпрыгивающим объемным бюстом, удивительно сочетающимся в одном теле с тонкой талией и плоским животом.

Навязчивое ощущение, что мои друзья хотят от меня избавиться, усилилось.

Даня пожал плечами и ушел вслед за подругами, а я осталась стоять с сумкой и не до конца запихнутым в нее полотенцем в руках, глядя вслед предателям, которых считала друзьями.

- Вот и отлично! Пойдем к шатру.

Забирая у меня вещи, он перехватил мои пальцы и повел в самый эпицентр тусовки.

Пока мы шли, я уловила взгляд, нацеленный на наши руки. Алла Грачева, известная охотница за перспективными женихами, сначала пристально смотрела на них, потом оценивающе на меня и резко отвернулась. Видимо, друг на настолько перегрелся и Алла на самом деле положила глаз на Олега. Что ж, вспоминая, как она кинула Сему, я даже рада была ее побесить. Пожалуй, при случае даже можно взять его под руку перед ее носом и даже может быть согласиться на жертвенное купание.

У шатра лениво дымил мангал, на котором сейчас жарились на решетке сосиски. Несколько дежурных шашлычников обсуждали процентные ставки на ипотеки в разных банках. Из большой колонки громко играла музыка с легким сиплым надрывом динамика. На столе стояло много одноразовых тарелок с разными закусками, банки, бутылки и пластиковые стаканчики. Запахи еды и напитков приманивали насекомых.

- Олег, я правда уже устала, поэтому если и задержусь, то ненадолго. И могу уехать на такси, чтоб тебя не…

- Не придумывай.

Он перебил меня и всучил в руки что-то холодное. Мне кажется, что в момент соприкосновения, от меня даже пошел пар.

- Минералка. На жаре надо больше пить и восполнять электролиты. Не хочу чтобы тебе стало плохо. Я Вале обещал. Не забывай, при этом жизнью поклялся, - из-за очков было не понятно насколько серьезно он сейчас это говорил, потому что было сказано это пожалуй через чур серьезно. Тем не менее минералка была очень кстати.

Шатер давал приятную полутень. «Пережаренные» на солнце плечи уже жгло. К сожалению, помимо очков и бейсболки, я не взяла еще и какую-нибудь одежду с рукавом или солнцезащитное средство. С наслаждением приложила к одному холодный пластик бутылки.

- Держи. Надень.

Через минуту на мне уже была мужская легкая белая футболка без принта. Вместе с тканью меня окутал и непривычный чужой запах. Я совершенно не разбиралась в нотах и ароматах. Будь на моем месте Валя, она бы уже рассказала весь ведьмин рецепт сего зелья, что-нибудь про шалфей, шафран или загадочные бобы тонка. Я же не могла даже понять был ли это на самом деле парфюм или какой-нибудь акс.

- Быстро ты, подруга.

Маринка появилась рядом будто из неоткуда и в этот раз одна. Еле успела одернуть себя и не спросить: «Неужели Селиванову удалось сбежать?»

- Что я быстро?

- Заарканила самого завидного жениха этого лета. Столичный ферзь. Холостяк. Не пьет, не курит. Смотри, увезет тебя от нас, - подруга накручивала свои идеально выбеленные волосы на палец и смотрела с прищуром.

Меня это стало уже раздражать.

Вон Денис вообще Иришку за «филе» укусил пока нес, почему никто не делает из этого что-то особенное? Ко мне всего лишь проявил внимание давний знакомый, а нас уже женят. Может он просто от нападений заинтересованных женщин так защищается используя самую безразличную и холостую.

- Не придумывай.

- А что? Тебе Олег не нравится? Хороший парень. Пользуйся моментом. Вдруг что из этого получится… Было бы классно!

- Да, да... Дружить будем семьями...

Замаячивший на горизонте Толик спас меня от продолжения этого разговора. Марина как хищница бросилась за своей добычей.

На смену ей пришел Сема, как бы невзначай поглаживающий свой рельефный пресс всякий раз, как на него смотрела какая-нибудь особь женского пола. К счастью, он больше не заводил тему моего нового вероятного ухажера, а в основном рассказывал про затянувшийся ремонт, что он затеял в квартире. Возможно, виной тому, конечно, был вернувшийся с волейбола Олег, сразу взявший меня в оборот и даже попытавшийся утащить снова в озеро, однако, в этот раз мне удалось отбрыкаться за счет того, что я в это время жевала какой-то заветренный бутерброд.

Незаметно время стало клониться к вечеру. Народу и машин становилось все меньше меньше. Сема ворчал, что и Денис пропал куда-то под шумок вместе с машиной. Как потом выяснилось, он решил немного отъехать с новой жертвой в его списке.

Было ли дело в градусах внутри и снаружи меня, или все же в обстановке и людях вокруг, но по сравнению с утром, действительно стало как-то уютнее. Из разрозненных компаний все стянулись в одно место, устроившись недалеко от потрескивающего горящей древесиной мангала. Вспоминали какие-то старые истории еще со школьных времен, учителей и наши выходки, дурачились, играли в ассоциации и мафию.

- Все нормально?

Олег тихо спросил, когда я слишком часто стала заглядывать в телефон.

- А? Да. Весь день на солнце. Устала уже.

А помимо этого еще сильнее зашумела и потяжелела голова. Захотелось прилечь и закрыть глаза, уставшие за весь день от яркого света. К тому же активизировались комары и несмотря репеллент, надоедливо жужжали и пытались кусаться.

Он взглянул на наручные часы, которые вытащил из кармана шорт.

- Ну да, уже довольно поздно. Хочешь отвезу домой?

- Было бы неплохо…

- Без проблем. Сейчас?

- Я могу уехать на такси, если…

- Я сам тебя отвезу. Пойдем заберем твои вещи и со всеми попрощаемся.

- Ты больше сюда не вернешься?

- Нет.

К тому времени кое-кто уже перебрал, парочки стали заметнее жаться друг к другу. Самое время уходить с вечеринки. Услышав, что мы уезжаем, Сема собрался с нами.

- Ну а что мне без вас тут делать?.. По палаткам ходить свечки держать?

Олег криво многозначительно ухмыльнулся:

- Ну что? Все таки затащила?

- А то!

- Кто кого куда затащил? - я вертела головой, глядя то на одного, то на другого пока мы шли к импровизированное парковке.

- Марина. Селиванова. - Сема кратко разъяснил.

- Ух,.. - все что я могла сейчас сказать.

И правда, уже какое-то время я не видела подругу, но внимание уже было каким-то рассеянным и я даже как-то не придала этому значения, ведь та все хвостиком увивалась за Толиком.

Было что-то неправильное и нелицеприятное в этой истории. И то, как говорили об этом парни, вызывало еще больше отторжения. Надо поговорить с Маринкой… Пожалуй, она перегнула в своем стремлении получить желаемое.

Припаркованный под раскидистой ивой черный внедорожник встретил нас тихим урчанием двигателя. Кондиционер уже охлаждал нагревшийся за долгий день салон.

Олег распахнул передо мной дверь, приглашая на переднее пассажирское.

Когда я забиралась в высокую машину, встретилась взглядом с другом, тот подмигнул и коварно улыбнулся.

Мягкая кожа сидений еще не успела остыть и обжигала, но приятная прохлада, что струилась из воздуховодов заставляла это простить. Восемь часов вечера, я пробыла под палящим солнцем слишком долго, почти без тени. Скорее всего, завтра буду облезать так же, как Сема. Уже почти видела сползающие с меня лохмотья кожи.

- Ой, твоя футболка! - я только сейчас осознала, что так и хожу в ней, и уже потянулась ее стянуть.

- Оставь, у тебя плечи и грудь обгорели. Потом.

Сам он так и остался с голым торсом, на который накинул ремень безопасности. Мы пристегнулись и осторожно стали выбираться на дорогу.

По пути парни разговаривали о машине, очередная тема, в которой было много непонятных для меня слов. И хоть разговаривал Олег с моим другом, но отрывал взгляд от дороги только, чтобы посмотреть на меня. Я же устало смотрела вперед, прохлада, относительная тишина и легкое покачивание, и веки тяжелеют и мысленно уже была в кровати.

- Сем, тебя туда же?

- Ага.

На подъезде к городу мы свернули на объездную, и маневрируя в потоке машин поехали в часть города, где жили Сема с братом. Еще в старших классах у него умерла бабушка и эта квартира досталась им по наследству на двоих, так на двоих они ее и делили по сей день. Сначала перебрался туда Сема, как только поступил. А как их мать снова вышла замуж - к нему перебрался и брат, который еще учился в это время в школе.

Строгая серая панелька близко к окраине, в старой части города, а напротив гаражи, один из которых ребята выкупили и ковырялись там вечерами.

- Спасибо, дружище. Альбин… увидимся.

Не тратя время на долгие прощания, Сема выпрыгнул из машины, едва она остановилась у ветхого тротуара.

- Ну и куда же я должен доставить тебя?

- Северная, 117.

Олег наморщил лоб, пытаясь сообразить где это.

- В той стороне, где центральная пекарня была?

- Да, через дорогу почти.

Ехали молча. Он сверялся с навигатором, показывающим наше движение на электронной карте города. Я прятала зевки в ладонь и потирала сухие слипающиеся глаза.

- Как ты смотришь на то, что я приглашу тебя выпить кофе? - нам осталось всего пару кварталов до моего дома, когда он все же решил нарушить устраивающую меня тишину.

- Сейчас? - опять вырвалось раньше, чем успела подумать.

- Ну,.. - протянул Олег, стараясь подавить улыбку. - Если ты хочешь сейчас... то я не против, но я думал о времени чуть попозже. Хотелось бы вытряхнуть песок, из всех мест куда он забился, и принять душ. Ну и...надеть что-то кроме шорт и тапок.

- А, да. Это точно. Да и... Хочется побыть там, где тихо, темно и прохладно, - приложила ладонь к гудящей голове.

- Надо было идти со мной купаться. Там было и тихо, и прохладно, даже частично темно.

- Ты итак со мной повозился.

- Это было приятно и совсем не трудно. Или ты думаешь, я мне компания полуголых парней интересней, чем общество скромной красивой девушки...тоже полуголой?

- Да ну тебя! Издеваешься...

- Ни сколько. - Машина медленно повернула во двор. - Какой подъезд?

- А вот прям здесь. Последний.

- Так я позвоню?

- Хорошо. Спасибо! Пока.

Щелкнув ремнем, я выскользнула из прохлады салона в духоту нагретого города еще до того, как он успел бы спросить мой номер, и скрылась в подъезде ни разу не обернувшись.

Сил хватило, только чтобы принять быстро душ и упасть в кровать. Я даже не понимала, насколько устала, пока не перешагнула порог квартиры...

Телефон на "беззвук" и в бездну без сновидений...

Глава 5

Утро ударило в глаза солнцем, ворвавшимся в окно оставленное без задвинутых штор. Город уже вновь вскипал асфальтом, зажаривал несчастную растительность на раскаленном бетоне. Лето выдалось беспощадно жарким и засушливым. Мама регулярно жаловалась по телефону, что все посадки горят и сохнут, а от грядки с клубникой пахнет вареньем.

В городе и вовсе ничего не успевало остыть за ночь, распахнутые окна не помогали, только набивалась пыль.

С трудом удалось разлепить веки. На голове было гнездо из высохших кое-как на подушке волос, выжженных накануне солнцем. Кожу пощипывало на плечах и груди. Нос и скулы тоже все еще были красноватыми. Тело отечные и ноющее.

Отчасти я даже рада, что подруги уехали или были заняты личной жизнью. Чувство разбитости склоняло провести день лежа на кровати под вентилятором в состоянии анабиоза.

Минут пять ушло на то, чтобы найти затерявшийся в развороченной постели телефон. Пропущенный от Дани, новые сторис в социальной сети от Вали и фоточки из аэропорта от Ириши в нашем секретном с девчонками чате. Пока листаю ленту новостей, пытаясь прийти в чувство с помощью растворимого кофе. Смартфон оживает в руке вибрацией, в шторке уведомление - сообщение в мессенджере от незнакомого номера.

"Как насчет кофе?"

И следом фото двух высоких бумажных стаканов с логотипом одной из популярных городских кофеен.

Раскрыла аватар...

Олег.

Я позволила себе рассмотреть пристально мужчину, от которого вчера отчего-то чаще прятала взгляд, испытывая какую-то странную неловкость. Да, это уже был не парень из моей школы... Возмужавший. Серьезный. Даже упрямые каштановые кудри лежали иначе. Взгляд потяжелел... Может поэтому мне было как-то неудобно рядом с ним? Я привыкла видеть его иным, да и я тогда была совсем другой. Сейчас все так изменилось...

Вновь вибрация.

"Буду около твоего подъезда через 5 минут".

Поперхнулась напитком на глотке. Больше меня встревожил этот настойчивый неожиданный интерес к моей персоне или то, какой вид у меня сейчас был - даже затрудняюсь ответить...

Отставив начатую кружку на кухонный стол поспешно иду в ванную. Вода из-под крана и расческа помогли справится с тем стогом сена, что сейчас сейчас красовался на моей голове. Волосы зачесаны и собраны в пучок - так они выглядели наиболее эстетично. На ходу чищу зубы, ищу что натянуть вместо текущего ансамбля - трусов и бельевой майки. Выбор пал на то, что не мятое и лежит под рукой. Тонкий желтый сарафан с открытыми плечами и принтом из белых цветов.

"Выходи".

Это было очень самоуверенно с его стороны. Я ведь даже не ответила. Меня могло не оказаться дома. Или я была бы занята. А может просто бы продинамила...

Но перспектива свежесваренного кофе не оставляла мне вариантов.

Телефон, ключи.

Подъезд.

Спускаюсь со странным чувством, которое никак не получается идентифицировать.

Едва открываю тяжелую металлическую дверь... он уже стоит прямо у подъезда прислонившись к машине. Джинсовые голубые бриджи, белая футболка...

...

футболка!

Забыла! Я совсем забыла про нее. Надо вернуть...

Те же, что и вчера, зеркальные очки зацеплены за ворот. В руках стаканы. Уголки губ слегка дрогнули в мягкой улыбке.

- Как насчет латте?

- Это и есть то самое приглашение?

- Нет, сейчас это предлог.

Смотрю с немым вопросом. Но принимаю протянутый напиток. Аромат щекочет обоняние. Невольно втягиваю его поглубже.

Стоп.

Олег расплывается в еще более широкой улыбке, когда замечает, как меняется выражение моего лица.

- Ореховый?

- Именно он.

- Но откуда?!

Он не мог угадать и привезти мне мой любимый кофе из моей любимой кофейни. Латте с ореховым сиропом!

- Я умею находить нужную информацию.

- Как и номер телефона?

- Именно. - Он сделал глоток из своего стакана. - Хороший выбор. Не приторно, не перебивает вкус, а подчеркивает. Мне нравится.

- Так для чего был предлог? Забрать футболку?

- Нет, это будет еще один предлог.

Манящий запах побеждает, и делаю глоток горячего напитка. К счастью, во дворе сейчас тень и солнце не обжирает обгоревшую вчера кожу.

Не знаю что еще сказать... Этот флирт сбивает меня с толку.

- Какие планы на сегодня? - прерывает повисшее на минуту молчание.

- Отдыхать.

- Отдыхать можно по разному.

- Отдыхать после отдыха. Никакого солнца, алкоголя, шумных мест и скопления людей.

- Понял.

Олег в задумчивости посмотрел куда-то за мою спину. Видимо, мой ответ нарушил его планы на продолжение разговора.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Кофе разгонял скованность, что с утра охватила тело. Мысли начинали проясняться. Кровь побежала в венах с новой силой. Одним из побочных действий стало то, что меня бросило в жар. Над губой тут же проступила испарина. Слизнув молочную пенку постаралась незаметно вытереть капельки пота. Незаметно не получилось. Стоило мне поднять глаза от стаканчика, как я наткнулась на взгляд, внимательно следивший за моими губами.

- Валя уехала, но не сказала когда заканчивается срок "отвечаешь за нее головой", поэтому сегодня я вынужден буду за тобой приглядывать. Сейчас мне надо по делам. Но попозже напишу, так что не планируй ничего на вечер.

Я уже было хотело спросить, с чего он вдруг решил, что я нуждаюсь в его шефстве и опеке, как отсалютовав мне стаканом с кофе, он сел в машину, бросив на ходу:

- Мне нравится это платье, подчеркивает красивые плечи.

- Спасибо за кофе...

Я не ставила себе задачу, чтобы он услышал, но все же сказала ему вслед. В это время в руке завибрировал мобильный.

Даня.

Принимая вызов, я поспешила вернуться в прохладу подъезда.

- Привет. Ты не знаешь, кто раздает всем желающим мой номер?

Глава 6

Уже через два часа Даня сидел у меня на кухне и пытал меня расспросами, что было после их отъезда, пока я готовила нам что-то среднее между завтраком и обедом... Нужно было подкупить продуктов, потому что за эти дни постоянного "тусинга", я совсем забросила готовку и тем более походы в супермаркет.

- Значит, вот прям утром приехал? - Друг с недоверием посмотрел на подвявший помидор, который я пыталась порезать в яичницу.

- Угу. Кофе привез. Еще и мой любимый.

- Я тоже так хочу. Кому построить глазки, чтоб подключить такую опцию? А вообще... Это Маринка, наверное, постаралась. И с номером, и с кофе. Я например, даже не представляю что ты любишь, особенно в последнее время. Знаю только, что на персики аллергия.

- На ананасы, - помидор зашкворчал на сковороде в обществе порезанной сосиски.

- Даже это перепутал... Так что, кто-то из девчонок сдал на тебя досье. Маринка. Без вариантов, она же в их компании пропадает теперь.

- Вряд ли это Марина. У нее, мне кажется, резко развилась амнезия на все кроме Селиванова. И вообще... Боюсь, что, в целом, мозг отказал. Такое позорище...

- Ну...может она решила воспользоваться случаем и закрыть гештальт. Она же так по нему сохла. Или мокла. Я уже даже не знаю какое слово точнее будет.

- Фу, Даня. Ты же не Сема.

- От этого правдивость слов не меняется.

На пару секунд зависла с ножом в руке, обдумывая точку зрения Дани:

- Тоже верно.

От внезапно нахлынувшей слабости плюхнулась на табуретку, тяжело вздохнула и посмотрела на друга с тоской, которая поднималась из солнечного сплетения по горлу.

- Данечка. Я так скучала. Как здорово, что ты приехал. Мы все о нас, сплетни, интрижки... все такие мелочи... А ты о себе так ничего и не рассказываешь. Как у тебя дела? Скажи мне, что ты поправился...

Добрые глаза друга улыбались, хоть в них и таилась грусть.

- Не переживай за меня. Зачем говорить о болячках? Мы же не старики на лавке у дома престарелых.

- Ну причем тут это? Я волнуюсь... Ведь ты мой друг.

- А я за тебя. Альбин. Волнуюсь. Очень причем. Понимаю Марина - у нее ветер в голове и шило в заднице, так и не понял любовь она ищет или папика. Валюха - вся в карьере. А ты то почему в девках все еще сидишь?

Такая постановка вопроса обескуражила. Да и с чего бы такие претензии?

- Сам то...

- Мне можно.

- Ага. Ну вот мне тоже.

- Тебе нельзя.

- Давай мне про часики начни рассказывать... Соперницах помоложе, климакс... Чем там меня еще тетка пытается запугать?.. - фыркаю и подкатываю глаза от негодования.

- И в мыслях не было. Но я хочу, чтобы ты была счастлива.

- Примера Иришки не достаточно? Я так не хочу. В отношениях, не всегда равно счастлива.

- Как скажешь. Только не стань одной из этих, что не бреют ноги и кричат странные фемка-лозунги.

- Дурак, - не могу сдержать улыбки.

- Возможно, - улыбнулся как довольный котяра и резко сменил тему. - Что с квартирой?

- Квартира пока в процессе. На первоначальный взнос коплю. Пока копила, цены взлетели, и теперь тридцать процентов - это уже совсем другая сумма. Уже думала на съемную съехать, но мама отговорила.

- Съемные хаты сейчас тоже стоят немало, накопить будет сложнее. В этом с ней согласен. Хотя, знаешь,.. - украв кусочек огурца из миски с незаправленным салатом, с абсолютно серьезным лицом после короткой паузы выдал. - Вот выйдешь замуж за Савина, увезет тебя в Москву... И ипотека будет не нужна.

В него летит кусок хлеба, который я планировала намазать плавленным сыром.

- Иди ты!

- Ну а что? Чем не кандидат? Кубики пресса, нолики банковского счета, кудрявый обаяшка. Что там еще вам надо? Сама продолжи.

- Даня, не забывай, я готовлю тебе сейчас еду...

- Правильно, тренируйся! Мужиков надо кормить.

Обреченно вздыхаю:

- Ты не уймешься?

- Нет, конечно! Когда еще такой повод выпадет? Ты своих ухажеров всегда прячешь, а тут вон - первый ряд и свободный вход за кулисы.

- Сговорились будто все.

- Да мы же шутим. Немножко. - Даня улыбается своей обезоруживающей улыбкой и у меня не получается на него злится, как бы мне этого не хотелось. - В каждой шутке есть доля шутки, конечно. Что поделать, если на тебя запала такая персона, еще и с порога буквально. Может мы завидуем?

- Да-а-ань...

- Да ладно тебе! Ну шутим и шутим. Так что не обращай внимания. И вообще, делай как считаешь нужным. Не нравится - отшей, хочешь поразвлечься - развлекайся. А закрутится любовь-морковь... пригласишь нас на свадьбу!

На этот раз в него полетела "попка" копченой колбасы.

И хоть Даня ворчал, что мы не из дома престарелых, но как только оставили тему Савина, сплетни мы обсудили не хуже старушек на лавке у подъезда. Обсудили силикон и филлеры Грачевой,порадовались за Сему, что ничего кроме минетов и их не связало. Кое-кого окрестили "проституткой", вычислили пару "наркоманов"... Одним словом, развлекались как могли.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Наш перекус перетек на жевание кукурузных хлопьев на диване под старый добрый "Пятый элемент" по телевизору. Я предлагала Дане перебраться ко мне, родители все равно на даче сейчас, а ему не очень комфортно жилось здесь с отцом. Но, ожидаемо, он отказался.

Я бы так и осталась валяться с ним на диване до глубокой ночи, но нашу идиллию нарушил сигнал телефона, возвещающий о сообщении в мессенджере.

"Заеду в семь. Наденешь то самое желтое платье?"

Глава 7

Как истинный джентельмен, Даня, сославшись на дела, ушел, дав мне возможность спокойно приступить к сборам.

Вид для свиданий был у меня плачевный...

На голове мятая солома. Чтобы исправить это потребовалось немало времени и косметических средств: маска для волос, кондиционер, несмываемый спрей, масло для кончиков. Без укладки, просто бережная сушка холодным воздухом, вытягивая пряди скелетной расческой. Так они смогли вернуть шелковистость и блеск.

Иссушенная кожа жадно впитывала лосьон для тела. Покрасневшие места щипало, но шелушения или волдырей не было, что радовало.

К счастью, я не ставила себе цель понравится Олегу, и это все сильно упрощало.

На лицо минимальный уход - увлажняющая сыворотка и легкий крем.

Патчи из холодильника были особенно прекрасны.

Был соблазн налепить их по всему лицу, а лучше заморозить сырую простынь, а потом обернуться ею всей.

Жара изматывала. И даже краситься сегодня было откровенно лень. Чуточку рассыпчатой пудры пушистой кистью, совсем слегка коснулась выступающей части скул хайлайтером, чтобы придать сияние. Расчесала брови, подкрасила немного тушью ресницы, а на губы каплю полупрозрачного розового блеска. И вот из зеркала на меня смотрит посвежевшая и ухоженная загорелая девушка с красивыми светлыми волосами, а не потрепанный и высушенный на солнце старый башмак.

Так как куда мы пойдем, Олег мне отказался раскрыть, прикрываясь ненавистным словом "сюрприз", пришлось уступить его просьбе и надеть то самое желтое платье. Правда, все же, я решила его отпарить, и, чтобы не нагревать и без того жаркую квартиру, сделала это на балконе, чем немало удивила пожилую супружескую пару, живую в соседней квартире и вышедшую покурить.

- От девушки должно пахнуть чистотой и цветами, а не пепельницей, - Инга Семеновна выдернула изо рта супруга еще не подкуренную сигарету, на что я могла ответить только смущенной улыбкой.

Они подождали пока я закончу, наблюдая за ленивой суетой города и рассуждая о погоде. Мне было неловко и я старалась закончить как можно быстрее и скрыться в квартире.

Если говорить о том, чем должна пахнуть девушка, то тут я решила довериться подруге и ее вкусу на "дорого богато" и открыла подаренный Валей флакончик Диора.

Нежный сладковатый аромат цветов. Деликатный, но вместе с тем свежий и яркий. Вуалью микрокапель парфюм лег на волосы, шею и декольте. Еще одни "пшик" был тщательно растерт запястьями.

Минималистические украшения в виде лаконичных сережек гвоздиков с крошечными бриллиантами и пары изящных тонких колечек на пальцы.

Собираться на свидание с Олегом Савиным было... странно.

Внутри все равно было ощущение чего-то неправильного, неловкого. Я знала Олега еще с детства. И он никогда не фигурировал в подобном амплуа в моих девичьих фантазиях.

Но, к конце концов, прошло уже столько времени. Он уже не тот, каким я его знала. Я выросла и повзрослела. Это будет приятно и интересно. Может получится, наконец, узнать кто же такой нынешний Олег Савин из первых уст, а не пересказов знакомых. Да и просто провести время в каком-нибудь месте в компании красивого мужчины не такая уж и плохая перспектива на вечер, хотя... Диван все же явно уже скучал по моей заднице, а несмотренные сериалы затаили обиду.

Крутясь перед зеркалом, я уверила себя, что смогу держать ситуацию под контролем, мы познакомимся поближе, пообщаемся, пусть это будет сопровождено легким флиртом, а дальше это может перерасти в неплохую дружбу. Как знать?

В восемнадцать сорок пять я уже была в полной готовности, примеряя в прихожей обувь. Олег сказал, что можно надеть то, в чем мне будет удобно. Поэтому я выбрала плетенные сандали на плоском ходу.

Ровно в девятнадцать ноль ноль, с почти непростительной пунктуальностью, мой новоявленный ухажер написал, что ждет меня у подъезда и я могу выйти как буду готова. Для приличия выждав пять минут, проверила все ли выключила, взяла сумку и ключи, и покинула квартиру...

Он ждал меня в том же месте, что и утром, оперевшись на машину и встречая улыбкой, только в этот раз в светлых джинсах и небесно-голубой футболке.

- Ты все таки его надела.

- Ты так просил. Как я могла отказать? - мгновение слегка неловкого молчания, когда он смотрит на меня, а я на проходящую мимо старушку с толстой таксой. - Ты так и не скажешь, куда мы едем?

- Я же сказал, что это сюрприз. Могу только заверить, что запланировал обширную увеселительную программу - ужин, кино, прогулка на свежем воздухе, но учел все твои пожелания. Никакого шума и толпы людей.

Скорее всего, мне не удалось скрыть за кривой улыбкой сочащегося скепсиса. Программа была и правда обширной. Накопившаяся усталость от активного отдыха давала о себе знать. Я уже с тоской начинала вспоминать то время, когда по утрам вставала на работу, а вечера проводила перед телевизором, ложась рано спать.

- Прошу.

Движением руки он указал на машину и открыл мне дверь, как только я подошла достаточно близко.

Прохладная мягкая темная кожа салона, из воздуховодов в салон струится холодок, а обоняния коснулся какой-то тонкий знакомый запах. Пока я возилась с ремнем, Олег уже сел в машину и нырнул куда-то на заднее сиденье. Момент, и тонкий аромат стал густым и громким, напомнил мой вдох так, что чуть не закружилась голова.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Огромный букет шикарных бордовых роз. Бархатистые, влажно поблескивающие лепестки были такого насыщенного оттенка, что их кайма казалась практически черной. Крупные бутоны составляли яркий контраст со свежей зеленью листьев и длинных стеблей. Дурманящий аромат, настолько объемным и плотный, что если вдохнуть еще чуть-чуть поглубже, им можно захлебнуться.

Нет, мне дарили цветы, но такие букеты еще никогда... Я даже растерялась и застыла на несколько секунд, пораженная этой красотой. А затем нерешительно протянула руки, боясь, что поранюсь о шипы... Ведь это розы, а не было никакой подарочной упаковки, только алая атласная лента, оплетающая стебли. Но шипов не оказалось. Повинуясь порыву я опустила лицо ниже и вдохнула еще глубже. Хрупкий лепесток пощекотал мне самый кончик носа, от чего я расплылась в такой же нежной как это прикосновение улыбке.

- Спасибо, - скорее выдохнула, чем прошептала.

А когда подняла глаза от этих восхитительных бутонов, то сразу встретила его внимательный взгляд, отчего сразу вспыхнула как спичка. Неудобно то как... Подумает еще чего-нибудь... Как позор, так поплыла от букета...

Хотя какая разница? Ведь он и правда прекрасный! Смысл строить из себя хладнокровную?

- Поехали? - пытаясь скинуть смущение, поудобнее устроила на коленях цветы и поправила волосы, только голос все таки подрагивал.

- Поехали.

Широко улыбнувшись, Олег тронулся с места.

Какого же было мое удивление, когда проехав через центр, машина свернула на трассу и уверено двинулась за город...

Глава 8

Совсем немного проехав по широкой шоссейной дороге, свернули на развилке без указателя. Старенький крошащийся под шинами асфальт давно пошел трещинами и ямами, кое-где сквозь него уже пробивалась жизнь, вспучивая искусственное покрытие, которое через несколько километров и вовсе закончилось, уступив место "грунтовке".

Я бросала на Олега вопрошающие взгляды, но он не собирался ничего пояснять, только как-то загадочно улыбался самыми уголками губ. Глаза в хитром прищуре следили за дорогой.

Проехав мимо безымянной старой деревеньки с покосившимися редкими домиками, машина уверенно нырнула на укатанную в две колеи дорогу прямиком в лес.

Странное какое-то свидание... Зачем мы едем в лес? Может быть у него в багажнике едет с нами лопата? А цветочки, что сейчас лежат на моих коленях, он положит на землистый холмик поверх невинно убиенной меня?

Вероятно, все мои мысли прекрасно читались на мое лице, потому как мой спутник улыбнулся крайне коварно, стоило ему бросить на меня взгляд.

- Надеюсь, что под ужином и прогулкой ты подразумевал не неудачный забег от диких животных, а потом их победную трапезу...

- Ты забыла. Там еще кино в списке.

- Если ты будешь наблюдать за этим из машины - это и будет кино.

Савин не ответил, а только искренне посмеялся над моим предположением. Утешало то, что маньяки в фильмах смеются не так, но ладошки все таки стали неприятно влажными и холодными.

Если не вернусь, Даня хотя бы будет знать на чей след навести полицию. О, Господи! Начинается все крайне паршиво...

Я уже успела накрутить себе в голове немало ужастиков, когда кроссовер вынырнул из темной лесополосы... В глаза ударило яркое солнце, клонящееся по небосклону в сторону заката.

Свернув чуть в сторону машина остановилась. Прикрывая рукой глаза от яркого света я в недоумении рассматривала открывшийся вид: широкая поляна, заканчивающаяся обрывом, от которого поднималось ясное синее небо.

Олег открыл дверь и помог мне выбраться из машины. Ноги сразу утонули в мягком ковре из красного клевера, полевых трав и цветов, тут же принявших щекотать открытые лодыжки и икры.

В уже знакомом жесте он взял мои пальцы в свою большую ладонь и потянул за собой. Сердце не стучало, а будто булькало и неприятно чавкало, взбивая в груди неприятное липкое предчувствие. Даже запах цветов, что я как-то нервно прижимала к себе одной рукой, сейчас казался уже не таким приятным, а удушающим и приторным.

Но вскоре моему непониманию суждено было перейти в изумление.

Несколько шагов, и я увидела что прятали раскидистые кусты дикой рябины. У самой кромки леса расположился небольшой шатер, крытый светло-бежевой плотной тканью, рядом выложенный большими камнями круглый очаг, в котором шалашиком расположились дрова, а чуть подальше, между двух высоких берез был натянут белый экран, который я не заметила сразу.

Я перебегала взглядом широко распахнутых глаз с одного на другое. Савин же наблюдал за моей реакцией стоя рядом со мной. Спустя несколько мгновения, я все же посмотрела на него, чуть сипловато сказав лишь одно слово.

- Олег?

В него были вложены все вопросы, что разом роились в моей голове. Как? Когда? Зачем? Это все ради меня? Это и есть сюрприз?..

- Все как заказывали. Людей? Нет. Только мы вдвоем. Солнце? У нас есть заманчивый уютный тенек и приближающийся закат. Тишина? Я бы сказал, почти абсолютная.

Но оценить тишину пока не получалось - в ушах шумела разгоняемая волнением кровь.

Через эту завесу даже еле пробивалось жужжание шмеля, оценившего мое бордовое богатство, и после недолгих раздумий нырнувшего в пахучий бутон так, что торчала только мохнатая жопка.

Да... К такому я точно не была готова. Обычно свидания - это кафе, ресторан, какой-нибудь клуб или кинотеатр, на край просто прогулка по парку. Это было... так странно, что я не знала как реагировать и себя вести.

- Ты мог бы хотя бы намекнуть, что мы едем на... э-э-э... пикник?.. Ты знаешь какие мысли возникают в голове девушки, когда ее везут в лес? Если бы эти цветы не были такими красивыми, я бы сейчас тебя ими стукнула. Ты меня напугал!

- Если бы я предупредил... Это бы уже был не сюрприз. Как вариант, конечно, можно было завязать тебе глаза...

- О! Ну нет! - волна адреналина от чего-то похожего на испуг схлынула, оставив после себя головокружение и дрожь в теле. Увесистый плотный букет сразу будто стал еще тяжелее.

Савин... Нет. Ты все таки маньяк.

- Поставим их в воду?

Олег мягко забрал из моих рук букет. Казалось кощунственным ставить его в ведро. Но еще более кощунственно оставлять цветы без воды, да еще и на солнце в такой жаре. Будет жаль, если за пару часов они уже потеряют свою роскошь.

Пока Олег исчез где-то за обрывом с пластиковым ведром, я, предоставленная сама себе на какое-то время, осматривалась. Не зная куда теперь деть руки, крепко сцепила их под грудью. Плохо верилось в происходящее. Казалось из-за елки вот-вот выскочит кто-нибудь и скажет, что это розыгрыш. Или из кустов появятся Марина с Селивановым, поправляя трусы. Слишком красиво, романтично. Так не бывает...

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Сразу захотелось заглянуть в шатер. С одной стороны его полы были разведены и подвязаны широкими лентами. Внутри пряталось настоящее прибежище султана. Высокий надувной матрац полностью заполнял пространство, поверх него расстелено мягкое покрывало, в углу сложены пара одеял и накидана куча подушек. Неприятно шевельнулась мысль, что так старался Олег не за дружескую беседу, а такая кровать явно нужна для "благодарности" за вечер. Но столько стараний ради простого секса?

Вспомнилось какой акцент делали все на том, что Савин вполне себе обеспеченный.

Хотя... У богатых свои причуды. Наверное, секс на природе он тоже предпочитает с комфортом, а не на еловых ветках и в шалаше.

Все было так красиво, но от этих мыслей внутри шевельнулся противный червячок. Не хотелось чувствовать себя каким-то куском мяса для досуга. И в целом в голове вновь возникли опасения, что где-то должен быть подвох. Для чего это все? Будто поспорил развести главную девственницу города на секс, чтобы потом вывесить окровавленную простыню на центральной площади.

Вернувшись, Олег поставил у входа букет и разложил небольшой туристический столик, на котором вскоре появился набор из пластиковых контейнеров с закусками, которые прятались в маленьком переносном холодильнике в багажнике машины. Крошечные помидорчики черри, мясная и сырная нарезка, клубника размером с кулак ребенка, фрукты, арбуз, коробка виноградного сока. Из второй сумки показались длинный и хрустящий багет и два бокала.

- Ты хоть и сказала без алкоголя... Но имей ввиду, что я захватил вино. Вдруг передумаешь? А так как у нас на выбор будут рыба и мясо, приготовленные на огне, то я взял и белое, и красное.

- Ты сумасшедший, - интонация потерялась между вопросом и утверждением.

Так и не решившись присесть на край матраца, я продолжила стоять чуть подальше от шатра, обхватив себя руками будто замерзла, хотя на улице было как минимум плюс тридцать. Сердце в груди взволнованно трепыхалось. Ладони чуть покалывало. Красные плечи немного жгло от прикосновения еще не остывших предзакатных лучей, но сейчас я была рада, что краснота от вчерашнего пребывания на солнце не сошла, потому что чувствовала - краска прилила к лицу. Закусив губу, я смотрела как Олег сервирует столик.

Не важно какие планы он строил на продолжение, но если он не окажется извращенцем или насильником, то это свидание, пожалуй, грозило стать самым романтичным из всех, на которых мне доводилось побывать...

Глава 9

Раскаленный солнечный диск лениво закатывался за горизонт по ту сторону реки. Появившиеся редкие перистые облака привносили своих красок в палитру оранжевых и розовых оттенков, окрасивших небо. Плотная стена леса, где хвоя сплела свои ветви с лиственными породами, заполняла пробелы тенями, будто запирая все проходы к поляне до утра.

Мы планировали поужинать на закате, а, когда станет достаточно темно, смотреть фильм на большом экране. Сейчас, сидя в прибежище султана на высоком матрасе, я пощипывала виноград и смотрела, как Олег раскладывал замаринованные стейки лосося на решетку. Травинки приятно щекотали мои босые стопы, будто желая стряхнуть прилипшие песчинки. Воздух становился все более насыщенным, густым, тягучим... Он наполнял легкие и дурманил голову, даруя телу легкость. Остывая от дневного солнцепека, стали ярче пахнуть травы, лес, прогретая земля. К этому букету примешивался тонкий аромат дыма от занимающегося пламенем очага.

То ли это воздух на меня так влиял, то ли атмосфера, но я как смотрела на Олега как зачарованная. Он не позволили мне ему помогать с приготовлением ужина и мне не оставалось ничего, кроме как слушать стрекот насекомых и щебетание птиц и любоваться видом...и заодно пригласившим меня сюда мужчиной. Легкий ветерок от реки даже не распушил его тяжелые кудри. Закатные краски красиво очерчивали профиль. Сквозь ткань обтягивающей футболки угадывался рельеф мышц, ..которые я прекрасно уже знала на ощупь. Помимо нашего с ним "купания", он помогал мне спуститься с обрыва, а потом обратно забраться. Мне хотелось посмотреть на гнезда ласточек, которые облюбовали под них отвесный берег и сновали без устали над сверкающей водяной гладью реки, а я в своем легком платье при отсутствии нормальной тропы была не самым лучшим альпинистом. Поэтому, как и с плаваньем, мне пришлось довериться ему и его крепким рукам и широким плечам.

...скажи мне кто-то лет десять назад, что я буду вот так проводить время с Олегом Савиным, никогда бы не поверила. Даже не смогла бы представить. Он сильно старше (по школьным меркам), и хоть мы все и общались, он казался из совсем другого мира.

Из неспешных поверхностных мыслей, созерцания и любования меня выдернула резкая мелодия. Подумать только, за эти пару часов я совершенно забыла про мобильник. Этот звук казался таким инородным и жутким, что я торопливо стала искать его источник в сумке. Увидев на экране фото улыбающейся блондинки нерешительно застыла...

Маринка...

Отвечать мне сейчас совсем не захотелось. Вообще впускать кого-то в этот момент, а тем более почему-то Марину. Похоже, подруга, поняв, что разговора не будет, завершила звонок, а я, еще немного посмотрев на потухший экран, решила перевести телефон в авиа-режим.

- Кто звонил? - как хищник бесшумно подкрался по мягкой траве и присел рядом Олег.

Отщипнув виноградину, он ловко отправил ее рот.

- Не знаю. Спам, наверное, - я поспешно убрала телефон в сумку.

Карие глаза как-то излишне внимательно и задумчиво наблюдали за моими действиями и реакцией.

Мое воображение, затуманенное романтикой нарисовало уже свои картины и его не волновало, что они могли быть надуманными. Он же спрашивал у ребят есть ли у меня кто-то... Не поверил? Или думает, что не только он имеет планы на время со мной? Может быть он даже немного ревнует? Пожалуй, это было даже приятно...

- Тебе тут еще не докушают кровососущие насекомые? У меня есть с собой спрей и спирали.

- А еще презервативы и лубрикант? - я тут же вспыхнула, осознав, что мой язык опять опередил мозг.

Глаза Олега округлились, и он пару раз моргнул, прежде чем зайтись тихим грудным смехом:

- Самое обидное. По твоему тону даже не понятно, это твои пожелания или опасения.

Мысленно я с размаху дала себе по лбу...

Боже... Ну что за идиотка?..

- Это любопытство. Насколько ты подготовлен к любому развитию событий и любой внештатной ситуации.

- А презервативы на свидании - это внештатная ситуация? - его широкие брови в преувеличенном удивлении взлетели вверх, а смех стал заливистее и заразительнее.

Я все гуще покрываясь краской, его же явно все это забавляло - и мой вопрос, и мои красные пятна от смущения, что судя по ощущениям уже вышли за рамки лица и ползли по шее.

- Ну все. Савин! Хватит ржать!

Он сделал над собой усилие, но улыбка все равно ползла по его лицу, а в глазах плясали черти.

- Все! Все, я сказала! Проехали. Забудь.

- Альбин. Ну как я могу забыть? Я привез девушку, которая мне нравится на свидание. Мы с тобой тут одни в такой романтической обстановке, я хотел сделать тебе комплемент о том, как вкусно ты пахнешь, что не хотелось бы забрызгивать тебя вонючим горьким репеллентом, а ты в лоб спрашиваешь есть ли у меня с собой резинки. Да еще и с лубрикантом... Моя фантазия уже работает, ее не остановить.

- Савин. Если ты скажешь еще хоть слово - я в реке утоплюсь. Хватит меня смущать.

- И мне придется тебя спасать, делать искусственное дыхание...

- САВИН! Делай давай свой комплемент и давай займем рот едой, чтобы мне опять чего-нибудь не ляпнуть.

Надеюсь, что только у меня в голове мелькнула похабная мысль про мой занятый рот в контексте всего ранее сказанного. Ужас какой, будто меня Сема покусал. Это ж надо было такое сказать... Ладно бы про себя. Вслух!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Пойдем со мной к огню?

Уже без смеха и даже как-то ласково. Он стоял протягивая мне руку в знакомом уже жесте. И так же знакомо я вложила свои пальцы ему в ладонь под набат взволнованного сердца.

Глава 10

В темнеющее медленно небо врывались снопы искр. Жаркое пламя исступленно облизывало свеже подкинутую древесину. Те дрова что уже прогорели рассыпались раскаленными углями, мерцающими красными глазами.

Прямо передо мной какой-то глупый мотылек метнулся к огню и тут же упал на погибель опалив крылья.

- Сейчас эти догорят и можно ставить решетку.

Его голос прозвучал у меня над самым ухом. Ровно за мгновение до того, как я ощутила как горячие ладони скользят по моей талии. Обняв, он прижал меня к своей груди, позволив опереться. Спиной я чувствовала мощные удары его сердца. Несмотря на этот дурацкий разговор, мне было на удивление хорошо. Вся суета осталась там, за лесом. Никаких машин, людей, интернета. Волнение которое приятно щекотало в груди гармонично уживалось с умиротворением и спокойствием, что укутывали меня меня, как и руки Олега.

- Я уже говорил, что ты вкусно пахнешь?

Он повел носом вдоль шеи оставляя расстояние лишь в несколько миллиметров. Легкое касание его дыхания к чувствительной коже запустило волну мурашек. Они пробежали вдоль позвоночника, подняли тонкие светлые волоски на руках и... Мое платье не подразумевало бюстгальтера, оттого отозвавшиеся заострившиеся соски стали четко проступать сквозь тонкую ткань. А Олегу очень даже хорошо сейчас открывался вид и на декольте и на вызванный его бесхитростным касанием отклик тела. От этой мысли сердце еще больше затрепыхалось, а во рту вдруг стало сухо.

- К сожалению, нет. Вроде как не успел. Я тебя случайно немножко перебила.

Он усмехнулся, а потом выдохнул в самое ухо:

- Бессовестная провокаторша.

- Откуда ты узнал про кофе?

От резкой смены он не сразу сообразил и его голос выдал насколько хозяин был вновь сбит с току.

- Какой кофе?

- Ну... какой кофе я люблю.

- Это секретная информация.

- А номер мой откуда?

- Это тоже секретная информация.

- Ну Олег!

- Какая разница? Просто я умею находить интересующую меня информацию. Даже если кто-то думает, что он сумел от меня улизнуть, выбравшись поскорее из машины.

- Как думаешь, это можно идентифицировать как сталкерство?

- Ты точно не добралась до вина, пока я оставил тебя без присмотра?

- Кстати о вине... Ты не пьешь алкоголь? Совсем?

- Да. Совсем. Тебя это удивляет?

- Есть немного... А можно узнать почему?

- Я много работаю. Мне нужна ясная голова. А алкоголь... сначала он туманит мысли, а потом они еще какое-то время приходят в себя после. Даже от бокала вина, хоть ты и не запьянеешь, а голова будет какое-то время трещать. Да и когда ты не пьешь - ты более мобилен. В любой момент можешь сесть за руль и ехать куда тебе надо.

- Ты, наверное, первый мой знакомый, который не пьет просто потому что это его выбор и... при этом он даже не закодирован.

- У меня на это два комментария... Во-первых. Какие у тебя интересные знакомые... А во-вторых, просто знакомый? Я надеялся уже немножко подняться по этой карьерной лестнице...

Оставив без внимания оба его высказывания, я решила продолжить свой допрос. Для меня все еще был загадкой Олег Савин и все что о нем известно было за последние годы - это какие-то отдельные обрывки далекие от первоисточника.

- Много работаешь? Ну... То, что ты не работаешь в местном такси я уже выяснила еще вчера... Так чем же ты занимаешься?

- Сейчас работаю с Китаем в первую очередь. Электроника по большому счету.

- Очень абстрактно...

- У нас небольшая фирма. Скажем так... Совмещаем китайскую электронику и российскую обертку. Сейчас, например, работаем над линейкой детских развивающих игрушек.

- Немножко понятней.

- А ты?..

- БТИ, работаю в офисе с бумагами.

- Отпуск?

- Уже заканчивается... В понедельник на работу. А ты?

- Да, тоже отпуск решил себе устроить. Очень давно не приезжал домой.

- И надолго ты здесь?

- Ты уже меня выпроваживаешь?

- Ни в коем разе.

Пламя уже достаточно насытилось плотью поленьев и уже лениво поигрывало свои щупальцами среди обгоревших скелетов. Олег разомкнул ставшие уютными объятья и взялся обратно за готовку.

Внутри шатра зажглись мелкие желтые лампочки развешанной хаотично гирлянды, подключенной к павербанку. Ужин. Разговоры ни о чем. Подтрунивание и нежная забота.

...И фильм.

Над затихшей ночной поляной разносились голоса героев и саундтреки, нарушая покой ее жителей. Одна из ветвей березы попадала под луч проектора и неизменно щекотила кого-то за матушку. Забравшись с ногами на матрац, я закуталась в мягкий плед и ласковые объятья Олега. Обоняние щекотал тот самый запах, каким была пропитана футболка, что спрятала вчера мои плечи от солнца. Так пах Олег. Немного терпко, немного пряно, с ноткой чего-то сладковатого и свежего. Потершись щекой о мой висок, он совершил чистосердечное признание:

- Сначала я думал выбрать какой-нибудь ужастик, чтобы ты в страхе прижималась ко мне всю ночь, но... Я не настолько злодей. И мне бы хотелось иметь шанс и на второе свидание, а после ночи страха... не факт, что это бы сбылось.

...И мы смотрели старую голливудскую мелодраму. Такую же романтичную, как этот наш вечер...

Кого я обманывала, собираясь на свидание? Какая дружба? Я уже почти слышала как разбивается мое сердце, когда он уезжает, а я остаюсь...

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 11

Возвращаться в мир людей было почему-то очень тоскливо. Опять загазованный душный город, где все потные и задерганные в бесконечной суете словно жарятся на сковороде с асфальтным покрытием. Но сейчас меня тяготила не жара...

Едва зайдя в квартиру, прислонилась спиной к двери и минут пять, а может и все двадцать пять не могла сдвинуться с места. Мысленно я все еще оставалась там, на той поляне в лесу, где свои заунывные полные страдания серенады нам пели всю ночь комары о близости плоти и проклятой обкуренной спиралями ткани, что не пускала их утолить свой голод. В том шатре, где мир сжался до их двоих. В тех объятьях, что неожиданно для меня стали так желанны.

Прижимая к груди увесистый букет, вдохнула поглубже его запах. Подушечкой пальца провела по краю бархатистого лепестка... а в голове лишь то, как точно так же ночью проводила по нижней губе мужчины, что только что оторвался от нашего поцелуя.

Картинки крутились перед мысленным взором не давая вернуться в реальность...

...Украдкой брошенные взгляды на его профиль. Резкий изгиб ресниц с золотыми, почти прозрачными кончиками. Морщинки, уже закладывающиеся вокруг глаз. Легкая лукавая улыбка, когда он заметил, что я его рассматриваю...

...Мы о чем-то спорим. Я хотела что-то ответить и подняла было голову, но... наши лица оказались слишком близко, и мысль вдруг куда-то улетучилась. Застывшее мгновение. Глаза в глаза. А затем его взгляд медленно переместился на мои приоткрытые губы. От чего сердце неровно забилось в груди. Как в замедленной съемке это, и без того малое, расстояние сокращалось. Кто к кому потянулся - я не понимала. Возможно, оба. Он так близко, что я чувствую тепло его кожи и мягкое щекотание своевольных кудряшек. Поверхностный дрожащий вдох, до которого я кажется задержала дыхание и... Прикосновение губ было таким неторопливым, уверенным, вместе с тем аккуратным, теплым. Он не пытался напором углубить его, не старался разжечь чувств. Осторожен, будто пробует что-то новое, но спокоен, словно точно знает каким оно должно быть.

Этот поцелуй не обрывал кардиограмму, скорее наоборот, успокаивал сердце, прогонял сомнения, давал уверенность.

Не мимолетный, но и не слишком затянувшийся. Как дегустация вина: достаточно, чтобы оценить букет, но не достаточно, чтобы захмелеть.

Так не целуют, когда рассчитывают просто залезть под юбку. Или не уверены, что завтра увидятся снова.

Это был не поцелуй. Это обещание. И я ему почему-то верила.

- Вкусная,.. - прошептал еле слышно в губы и задержался на мгновение перед тем, как отдалиться.

- Колючий,.. - так же шепотом, и, словно в доказательство, ладонь наконец скользнула не его щеку.

- Прости, - в его темных, как ночное небо, глазах отражались маленькие лампочки, превращаясь там в звезды...

Наш первый поцелуй. За ним второй, третий...

Держать в руках цветы стало уже тяжеловато, да и их влажные после воды стебли уже намочили платье. Нужно было поставить их в свежую холодную воду. Сделав усилие, все таки смогла отлипнуть от двери...

После звонка Марины я включила телефон только уже когда была дома и, не принимая душ, просто сменила платье на ту самую белую футболку, что я еще не успела вернуть хозяину.

Наш девчачий секретный чат под названием "Профилактика артрита" (потому как основная его задача - перемывание костей) напугал меня количеством непрочитанных сообщений...

Сейчас было десять утра, и ровно час, как я сидела дома на диване перед не включенным телевизором, прижимая к припухшим губам подушечки пальцев. Мне так не хотелось возвращаться в действительность, как будто я боялась, что стоит волшебству развеяться, и мой принц превратится в крысу, а я в тыкву.

Цепляясь за прошедшую ночь, в своих мыслях прокручивала ее снова и снова. Все внутри трепетало, а по телу слишком быстро бежала кровь. Какая-то странная легкость вместе с приятной усталостью. Я совершенно не выспалась и вместе с тем чувствовала себя лучше, чем после любого похода в СПА.

Пытаясь сосредоточиться, я просматривала список непрошедших мне звонков и только что полученных сообщений. Нужно было собрать мысли, но они отчаянно растекались, и я буквально чувствовала обнимающие всю ночь меня руки, как они гладят плечи, спину, прижимают к крепкому телу... Как почти невесомо пальцы пробегают вдоль моего позвоночника, горячая большая ладонь мягко держит мою шею, большой палец очерчивает подбородок, нижнюю губу... Губы... Горячие, упругие, целующие так неторопливо, так нежно, так пьяняще, что кружится голова... Колючая щетина слегка царапает нежную кожу, обостряя чувства, играя на контрасте. Эти глаза, в темной глубине которых можно было утонуть.

Такого свидания у меня точно не было... Мы целовались всю ночь, словно подростки. Встречали рассвет и прятались от первых лучей за плотными шторами шатра, чтобы хоть немного вздремнуть.

Нет, я совершенно не готова была вот так вернуться в обычную жизнь. Но, тяжело вздохнув, все же открыла переписку девочек.

И тут же пожалела.

Мое имя там было упомянуто столько раз и в стольких контекстах, что возникло странное ощущение, как если бы я лежала в кресле гинеколога, а подруги стояли рядом с ним, комментируя каждое его действие во время осмотра. Вот почему я не хотела делать свою личную жизнь публичной. Даже для подруг. Из-за этих разговоров.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я не была ханжой. Но и не из числа тех, кто спешит запрыгнуть на кого-нибудь, испытывая острую нехватки любви и готовая к любым ее проявлениям, лишь бы заполнить это пустоту. Не искала судорожно "вторую половинку", страдая из-за ее отсутствия. И у меня были абсолютно четкие принципы. Я всегда была категорически против длительных отношений, коротких интрижек или одноразовых "минут слабости" с кем-то из своего окружения. И этому принципу у меня благополучно выходило до этого момента. Ни одни из известных мне отношений не заканчивались без последствий. Всегда кому-то было больно, кто-то не мог отпустить, ревновал, хотел вернуть, хотел чего-то большего и т.д., либо же возникали напряжение и неприязнь, вскипали обиды. Как после этого дальше быть в одной компании? Мне этого не хотелось, как и сальных разговорчиков среди друзей о том где что у меня как и что как я умею или не умею, где когда в какой позе и сколько раз. Уж пусть лучше говорят как я отшила и гадают почему меня почти никто и никогда не видел с парнем. Благодаря этому же, я всегда могла контролировать информацию, которую давала для обсуждения друзьям. Сейчас же происходила какая-то вакханалия.

Похоже, больше всех волновало мое свидание Марину. Она распиналась о том, что я даже не ответила на ее звонок, а потом и вовсе выключила телефон! И чем это я там таким с Савиным занималась?! Видимо, Марине так понравилось, что все обсуждали чем

она

занималась с Селивановым в палатке у всех на виду, что решила и меня приобщить к этой культуре. Вот только чем бы мы не были заняты, мы были одни, а это значит, что никого в это дело не приглашали.

Мне даже не хотелось думать почему я так разозлилась. И писать в этом чате теперь тоже.

Но Валя увидела, что я в сети и прочитала переписку.

"Альбиша! Ты как там? Живая? Мне не надо лететь топить Савина в озере?"

Надо было что-то ответить, но трындеть я там вовсе не собиралась. Нужно было выпить две или три чашки кофе...а может просто лечь спать, хотя в своей способности сейчас уснуть я сомневалась, слишком меня распирали эмоции.

"Более чем. Все в порядке. А что? Марина уже не гоняется за Селивановым? Откуда такой пристальный интерес к моей персоне? Или уложила несчастного парня и азарт пропал? Поматросила и бросила?"

"Так- так! Марина нам похоже что-то не рассказала!"

Значит про себя промолчала, а вот меня разделала на косточки и филе. Ну я быстро это исправила и со спокойной душой ушла все таки в душ.

Хотелось еще посмаковать прошедшую ночь наедине с собой, а уже потом вернуться в царство моих пираний. От них ведь все равно не спрячешься. Но пока они терзают Марину, у меня было время.

Телефон издавал надрывные звуки шквала сообщений, которые пробивались даже сквозь шум льющейся воды. Проводя мочалкой по телу я как-то невольно представляла касания в этих местах рук Олега. А может губ. А может чего-то еще... Вдруг сознание пронзила мысль. А ведь он даже не пытался склонить меня не то что к сексу, а даже к петтингу. Очерчивая контур моего тела, ни разу не вышел за рамки. Неужели такой порядочный? Почему-то сейчас даже уколола обида.

Тщательно вытеревшись полотенцем, намотала на голову "тюрбан", накинула легкий халатик и пошла на поиски еды на кухню, открывая мессенджер.

Проигнорировав сотню в "профилактическом" чате сразу прочитала сообщение, что пришло от Олега.

"Я уже соскучился."

Глава 12

В тот же вечер мы уже сидели в пиццерии поглощая на двоих огромную моцареллу.

- Куда столько влезает в такую миниатюрную девушку? - Олег посмеивался над моим аппетитом и неуклюжими попытками победить бесконечно тянущийся сыр.

- Эта миниатюрная девушка не ужинала перед свиданием, как делает каждая уважающая себя леди, чтобы потом не жрать как бегемот.

Говорить с набитым ртом не особо вежливо, но я старалась делать это аккуратно и прикрыла рот салфеткой для эстетичности вида.

Из солидарности с Олегом я взяла безалкогольный напиток, за что моя печень была мне скорее всего благодарна. Что-то наш отдых с девочками порядком меня утомил. Каждый день алкоголь. Каждый день недосып. Может быть, провести последние дни отпуска в кампании Олега не так уж и плохо...

Подошедшая официантка наклонилась, чтобы забрать грязные салфетки и пустую банку газировки, при этом чуть не макнув Олега лицом в свое излишне откровенное декольте. Не знаю, что больше меня поразило - наглость девицы, или реакция моего спутника. Даже я бы засмотрелась на такие пышные сиськи. Чуть приподняв брови я переводила взгляд с сидящего передо мной мужчины на спину удаляющейся нарушительницы нашего покоя и обратно.

- Ты чего? - постукивая кубиками льда он отпил колы из высокого стакана.

- Олег. Ты гей?

Сейчас была его очередь наградить меня ошалевшим взглядом.

- Чего?

- Перед тобой только что помахали буферами, а ты на них даже не взглянул.

- Я, что голодный младенец, к протянутой сиське тянуться? - он фыркнул и наградил меня осуждающим взглядом.

Мне же стало как-то не по себе. Отложив кусок пиццы, рассеянно потыкала трубочкой дольку лайма в своем коктейле.

- Ты расстроена? Что я не пялюсь на других, сидя с тобой?

- Н-нет...

Хотя на самом деле почему-то да...

- Так. Я знаю все ваши эти женские штучки: крутить себе что-то, делать какие-то умозаключения, потом придумывать обиды. Так что давай сразу скажи, что там сейчас в твоей голове происходит. Где я дал маху?

Бездумно сказать то, что в этот момент на уме - мой профиль:

- Ты прошлой ночью даже не пытался ко мне приставать. А ведь для этого были все располагающие.

- Та-а-ак...

Он отложил свой кусок пиццы обратно на тарелку, вытер руки и сделал такое лицо, что мне показалось, он сейчас встанет и скажет что-то вроде: "Не пиши мне и не звони". Однако вместо этого оперся на локти подвинувшись ко мне ближе через стол.

Я уже жалела о том, что сказала... Как всегда. Было и стыдно, и неловко. И чувство, что я что-то испортила, опозорилась, или все это сразу... Но почему-то это, правда, меня задевало и сидело неприятной занозой в голове.

- Альбин. Это, конечно, странно, когда тебя упрекают, что ты не полез в трусы к девушке, стоило вам остаться вдвоем. Я не знаю, к какому отношению ты привыкла. Может тебе попадались только озабоченные своим членом незрелые мужчины? Может если бы я хотел от тебя только секса, то не стал бы заморачиваться, а сделал все по шаблону - сводил поужинать, а потом позвал куда-нибудь в гостиницу? Или думаешь, что я так заморочился только, чтобы уложить тебя? Я похож на того, кому нужно выпрашивать секс? А тебе не приходило в голову, что я не воспользовался случаем, потому что просто секс мне не нужен, что мне надо что-то большее? Ты мне интересна. Понятно? Я, действительно, хочу о тебе заботиться, тебя радовать, проводить с тобой время. Узнавать тебя ближе, глубже...

Во всех смыслах

, - эти три слова он сказал с нажимом, пристально глядя сначала мне в глаза, потом переместив взгляд на губы, которые я нервно кусала в этот момент. - А после твоего вопроса про презервативы и лубрикант... Знаешь что моя фантазия нарисовала? Ты бы сбежала от меня в плавь оттуда, если б умела читать мысли. А может тебе нужен от меня только секс? Что-то мне казалось, что ты та еще колючка и просто так не сдашься, сначала надо завоевать сердце этой снежной королевы. Я ошибся?

Ну вот... Только не хватало попасть в тень славы Марины...

- С чего вдруг тебе понадобилось мое сердце?

- Не только. Другие органы я бы тоже не против покорить. Детородные в том числе, если ты так об этом беспокоишься.

- Ты точно электроникой занимаешься? Не торговля органами на черном рынке?

- Какие еще ты обо мне гадости думаешь?

- С чего вдруг вообще такой интерес к моей персоне?

- А почему нет?

Разговор зашел явно не туда. А может быть как раз к самой сути? Но в повисшую неловкую паузу ворвался знакомый голос:

- Ого! Какие люди!

И рядом со сной на диванчик приземлилась Марина.

Наш вечер на двоих если и не отменялся по причине моего языка, то по причине появившихся друзей. Селиванов и еще парочка парней с приторными улыбочками смотрели на нас.

- Так вот какие у него дела! Марина! Твоя подруга украла у всех Олега. Вы знали, что монополия незаконна? Мне звонить в антимонопольную службу?

Дим Димыч, как мы его называли за сочетание имени и фамилии Дмитрий Демидов, в это время как раз здоровался с Олегом за руку, но смотрел при этом на меня, причем будто видел впервые, хотя мы даже работали в одном здании и в соседних отделах.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Мы в кальянную собрались. Пойдете с нами? - Толик улыбался все той же широченной, казалось приросшей к лицу, улыбкой.

- Ну пожалуйста! - заканючила Маринка вцепившись мне в руку и строя жалобные глазки Олегу. - А то и я подругу совсем не вижу.

Ага... Совсем. Всего лишь один день мы не виделись. При этом вряд ли она променяла бы Толика на меня.

Олег пожал плечами, спросив у меня:

- Что скажешь?

Мне ничего не оставалось, как так же пожав плечами сказать лишь:

- Можно...

Что-то мне подсказывало, что вечер все равно испорчен и романтики уже ждать не приходится...

Глава 13

Погруженное в полумрак помещение обволакивала легкая дымка, в воздухе витал специфический аромат. Легкая музыка не перебивала голоса говоривших. Диванчики располагались в раздельных нишах на приличном расстоянии друг от друга, а в центре небольшая сцена, где по вечерам под восточные мотивы танцевала девушка. Сегодняшний был не исключением. Позвякивая украшениями набедренной повязки, она заманчиво покачивала своими округлыми бедрами. Когда мы проходили к диванчику следуя за администратором, Олег приобнял меня и тихо, чтоб не услышал никто из ребят, шепнул:

- Чтобы ты ничего себе не надумала, мне на эту девушку смотреть, или нет?

Судя по его интонации, он надо мной подтрунивал, но тут же поцеловал в висок. Я же очень хотела двинуть локтем ему в живот.

Мы заказали большой кальян, немного легкой закуски, парни решили сегодня налечь на коньяк, Маринка взяла ром-колу. Я листала меню в поисках минералки или чего-то легкого.

- Не смотри на меня. Выпей чего-нибудь, если хочешь.

Мне, правда, не хотелось. Но все же после небольшого колебания, я решила взять белое сухое вино. Бокала было достаточно, но Олег заказал бутылку.

- Ты слишком много думаешь всяких глупостей, когда трезвая.

Самое обидное, не мне его было осуждать за колкости. Мой дурацкий вопрос все таки был перебором.

- Вы вообще с пляжа хоть расставались? А то мы вас обоих с радаров потеряли. Ушли куда-то в подполье.

- Дружище, мне показалось, тебе вообще некогда меня терять, ты вроде как весь в любви...

Сейчас мне хотелось стукнуть Олега за Марину. Понятно, какой подтекст был у его слов. Понятно всем, кроме Марины... Она при этих словах расцвела улыбкой и словно кошка прильнула к Толику. Тот как-то кисло улыбнулся и наградил друга тяжелым взглядом.

Мне было неловко и как-то то ли тревожно, то ли грустно. Виной этому было испорченное разговором свидание, мои собственные мысли, неожиданный роман с неожиданным человеком, или то, что мы вот так оказались перед другими людьми в роли пары? Я не могла понять. Стараясь переключить свои мысли, наблюдала за танцем девушки сквозь клубы ароматизированного дыма. Плавные и тягучие движения сменяющиеся на резкие, от которых подпрыгивали звонкие монетки на лифе или бедрах. Легкие ткани и открытая кожа, под которой играли мышцы пресса, пуская волны по животу. Блеск украшений и яркий макияж.

- Ты что не выспалась? Зависла где-то. Олег спать не давал?

Я так залюбовалась танцовщицей, что пропустила момент, как ко мне подкралась подруга.

- Марин, я просто смотрю на танец и красивый костюм.

- Ага, поняла,.. - хитрый блеск подсказывал, что она все равно верит в то, что сама себе придумала.

- Вы с Селивановым теперь вместе? - вопрос в надежде переключить подругу на ее личную жизнь.

- Как и вы с Савиным. Круто, правда? Мы подруги и встречаемся с друзьями! Если все сложится, будем дружить семьями.

Я не могла понять серьезно ли это говорит Марина, или утрирует. Но по тому, как она стала щебетать дальше - серьезно.

Вроде бы долг призывал открыть подруге глаза, но разум знал - бесполезно. Это только приведет к ссоре. Лучше потом, когда иллюзии развеются, утешить ее и помочь идти дальше.

За дальним столиком показались еще знакомые и Марина вспорхнула туда, чтобы поздороваться.

Олег долил мне в бокал вина из бутылки, что стояла на льду.

- Она, правда, не понимает?

Он проследил взглядом за удаляющейся девушкой.

- Похоже нет.

- Время идет, Марина все та же.

- Настолько хорошо знал Марину?

Даже я не знала всех похождений подруги, поэтому не удивилась бы, что там могла оказаться какая-то своя история.

- Марину хорошо знают все. Она же везде и всюду, и как открытая книга. Уверен, что в старости, она будет одной из тех, кто будет ждать первый автобус, чтобы ехать в поликлинику, а потом весь день кататься по всем учреждениям города с громоздкой сумкой на колесиках и со всеми ругаться, а не вязать носочки и печь пирожки для внуков.

Представить Марину спокойно и самозабвенно занятую каким-то делом в одиночестве, и правда, было сложно. Для счастья ей всегда нужен был хаос.

- Я тоже открытая книга? - от того, как Олег притянул в свои объятья и поглаживал большим пальцем по плечу, меня немного отпустило напряжение, которое возникло после нашего незаконченного разговора.

- Ты? Нет. Ты еще тот манускрипт Войнича.

- Кого?

- Это такая книга, которую уже столетие учение пытаются расшифровать.

- Я не такая старая.

Легко поддев подбородок, он заставил меня поднять к нему лицо.

- Не бурчи.

На секунду я испытала ужас, потому что он намеревался меня поцеловать на глазах наших знакомых. И ужас отступил, едва его теплые губы с привкусом апельсинового сока коснулись моих. Мягко, спокойно, неторопливо.

- Ты всегда когда не выспишься такая колючая? - прошептал мне прямо в губы шаря по моему лицу взглядом.

- Я не...

И снова поцеловал, не дав мне возможности возразить.

- Ладно, ладно, ребят. Мы поняли. Зря вас вытащили с вашего свидания. - Дим Димыч раскуривал табак с ароматом дыни и кивнул в нашу сторону остальным. - Нет, вы видели этих голубков. Кто бы мог подумать, а?

- Ну а что? Красивая пара получилась, - Вова отсалютовал коньяком и допил залпом содержимое пузатого низкорослого бокала.

- Курите свой кальян и не подглядывайте, - Олег обернулся к друзьям в пол оборота, мне же удалось немного выглянуть из-за его плеча - все действительно смотрели на нас с дурацкими улыбочками.

- Что поделать, если приехал тут какой-то московский хмырь и закадрил одну из завидных невест?

- Да и завидная невеста хороша! Тут все девки по нашему завидному жениху слюнями истекали, глазки строили, а тут вот. Раз и все. Пропал мужик.

Слушая болтовню наших подвыпивших друзей, Олег уткнулся в меня лбом:

- Кто эти люди? Почему мы сидим с ними? Ты их знаешь?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я могла только смущенно улыбнуться, прячась за его спиной.

- Поехали отсюда?

Сначала привлек к нам внимание своими поцелуями, а теперь подбивает на побег... Представляю какие разговоры тут будут после него... Но ответ у меня уже был готов.

- Поехали...

Глава 14

Пока я не оказалась на свежем воздухе, не понимала, насколько же уставшей и разбитой себя чувствую. Доза выпитого вина была сонной, от нее мысли не приобрели легкость и игривость, а наоборот - голова стала стала шуметь и гудеть как потревоженное осиное гнездо. От футболки и волос пахло табаком и смесью ароматизаторов, от чего дурнота усиливалась. Хотелось переодеться и помыться. К тому же стало неприятно крутить спазмами живот. Да и настроение было не самым лучшим... Я нервничала из-за того, что моя личная жизнь стала достоянием общественности, и все в ней торопились разобраться все еще до того, как я сама внесла для себя в нее ясность.

На улице уже смеркалось и вот-вот город должен был окунуться в ночь. Садиться в машину Олега стало уже как-то привычно. Даже запах салона был каким-то успокаивающим. Как когда после тяжелого дня пришел домой.

Олег сел, но еще не пристегнулся, а оперевшись на руль обеими руками смотрел на меня.

- Мы с тобой договорили? Или у тебя есть еще какие-то интересные теории? Хочешь поговорить об этом сейчас?

Хочу? Вроде бы хочу. И знаю, что меня будет подмывать, если не спрошу все вопросы, что копошатся в голове, но боюсь, что ответы могут быть нечестными или мне не понравятся.

- Думаю, остальные свои теории я оставлю для журналистов РенТВ.

В конце концов… Как пророчил Сема? Хорошо провели время и разбежались. Зачем ломать голову? А время с ним я проводила, действительно, хорошо… Но все же... Уж лучше бы мы просто трахались как кролики на заднем сиденье его машины, чем вот это все… Шикарный пикник, пиццерия, кальянная с друзьями… Как будто это не мимолетное развлечение, а взвешенное начало отношений.

Завелся двигатель. Загорелась приборная панель.

-Домой?

- Угу...

- Так. Ну-ка посмотри на меня. Чтобы не было каких-то неверных предположений… Скажу сразу. Я бы очень хотел пригласить тебя к себе, хотя я уже старенький и мой недосып говорит мне, что нужно хорошенько выспаться. Но, хоть я и взрослый дяденька, тут я живу у мамы… а еще там приехала сестра с маленьким ребенком, который постоянно плачет, на всех срыгивает и писает… и щенок йорка, который мало чем отличается от человеческого ребенка…

- Боже, Савин! Не надо меня пугать своей родней. Я вовсе не спешу к твоей маме на блины и смотреть твои голопопые детские фотографии!

- Вот как значит? На мои булочки она не хочет смотреть... Ну-ну...

Не могу сдержать улыбку глядя на его озорную физиономию с наигранным оскорбленным видом.

- Савин... Ты сведешь меня с ума...

- Очень на это надеюсь.

Дорога до дома заняла минут двадцать. Глаза уже начали понемногу слипаться и я боролась с накатившей сонливостью. Однако проснулась достаточно быстро, увидев у своего подъезда несколько машин с мигалками. Скорая и две полицейских. Как раз в тот момент, как мы медленно подъезжали в поисках парковки, из подъезда вышла зареванная женщина в крови. По спине пополз неприятный холодок, иглами впившийся в затылок.

Олег хмуро смотрел в том же направлении, что и я.

- Давай я с тобой зайду?

Тревожное сердце застучало где-то в горле, и я только кивнула в знак согласия.

Холодные и вдруг вялые пальцы справились с защелкой, из салона помог выбраться Олег и тут же взял меня за руку. Когда до подъезда оставалось не больше пяти метров, из двери вышел мужчина в форме.

- Сейчас узнаем что случилось, - и чуть прибавил шаг. - Михей, приветствую!

Мужчина в форме сначала поднял удивленно глаза, потом лицо разгладило узнавание.

- Какие люди! Сто лет тебя не видел.

- Что тут у вас?

Мужчина обернулся в зияющий пустотой проем, рядом с которым подвывала в затихающей истерике женщина.

- Поножовщина. А ты сюда что ли?

- Ну.

- Не в 92 квартиру?

Олег вопросительно обернулся ко мне.

- В 74, - в голосе появилась сиплость.

- А, ну проходите, уже все отфоткали. Только аккуратнее, там на лестнице кровь еще не убрали, скользко.

Сглотнула тугой комок. Это же сколько там должно быть кровищи?..

- Все живые?

- Хозяин квартиры нет. Остальные жить будут. Только некоторые в не самых комфортных условиях.

Перекинувшись еще парой слов, мы разошлись. В подъезде стоял непривычный набор запахов и звуков. Не лаяли собаки, не кричали дети, не слышно было ничьего телевизора, не играла музыка. Тишина, в которой только резкие голоса, отдающиеся звонким эхо в пустых пролетах.

Судя по всему кто-то раненый пытался спуститься по лестнице, но дальше второго этажа он не ушел. По виду, весь там и вытек...

Я знала о какой квартире шла речь. Там жила немолодая супружеская пара и их двадцатилетний сын. Раньше они сильно выпивали, постоянно у них был шум и веселье, которое прекратилось, как стало понятно, что их образ жизни сильно повлиял на ребенка. К своему совершеннолетию тот уже успел даже пару раз отсидеть. Они взялись за ум слишком поздно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Удивляюсь, как я справилась с первого раза с ключами, потому что от пережитого страха и вида такого количества крови мне стало еще хуже, чем было. Голова звенела, как колокол, все внутренности стянуло в тугой узел, а руки подрагивали.

Олег зашел в квартиру следом за мной. Прощаться у двери, когда там все в крови и ходят полицейские, было не уместно.

- Может кофе?

- Лучше чай.

Скинув обувь и сумку я уже собралась на кухню, как перехватив за руку, меня остановил Олег.

Глава 15

Горячие пальцы обвили запястье.

Потянул на себя и скользнул свободной рукой на талию.

- Ну какой чай?!

Мягко надавив на спину и сделав шаг, сократил между нами расстояние. Под моей ладонью, что легла на широкую грудь, убыстряло свой ритм сердце.

- Все таки кофе? - выдохнула ему уже в самые губы.

Он все еще был апельсиновым на вкус...

Сначала неспешный и ласковый поцелуй стал напористым, глубоким, сбивающим дыхание. Голова совсем пошла кругом, ориентация в пространстве пропала. Мгновение, и я ощутила, что зажата между шершавой стеной и горячим мужским телом. Похоже мы задели случайно выключатель, потому что в прихожей резко воцарил мрак, выпустивший наших демонов...

Все эмоции, что копились последние сутки, нашли выход...

Меня накрывало... Волна поднималась, набирала силу.

Пальцы запутались в густых кудрях. Вырвался полувздох-полустон, когда оторвавшись от глубокого влажного поцелуя мужские губы мазнули к линии подбородка, оттуда по горячей чувствительной коже шеи. Опаляя. Лишая остатков рассудка.

Сильные руки шарили по телу, сминали плоть, спрятанную под тонкими тканями. Извиваясь в его руках, с готовностью подставляла тело ласке. Ловила губы, чтобы, сплетаясь языками, изливать бурлившую в венах страсть.

Мои руки первыми скользнули под его футболку. Под ладонями, скользящими по рельефному животу к груди, напрягались мышцы.

- Ох, с огнем играешь,.. - шепот больше походил на предупреждающий рык хищника.

Плевать. Сейчас все сомнения и недоверие, осторожность отступили.

Одним легким движением он подхватил за бедра, позволяя обвить его ногами, прижимая крепче. Эти впивающиеся в ягодицы пальцы подстегивали охватившее меня безумие. Хотелось большего.

В какой-то момент что-то поменялось. Затуманенный мозг не сразу понял в чем дело. Олег со стоном уткнулся лбом мне в плечо и выругался.

- Не буду отвечать...

И припал губами к чувствительной точке под ухом.

Какой-то посторонний звук. Телефон?

Мелодия прервалась, но только чтобы заиграть снова.

- Может что-то срочное?..

Этот хриплый неровный голос...мой?

Аккуратно опустив меня на ноги, убедился, что я стою... Хотя для надежности мне пришлось ухватиться за комод.

Из кармана джинс извлек телефон, прокашлялся и принял звонок...

- Слушаю... Оксан, а это никак не может подождать?.. - Женское имя из его уст как-то поостудило мой пыл. - Сейчас как бы немного неподходящий момент... Да, я занят... Не твое, собственно, дело... По голосу она слышит... Ну что ты за мать? Где днем то была?! Забыла она... Оксан. Если я сейчас приеду, я тебя придушу. Мне не хочется оставлять племянника без матери, но ты... Оксана, твою мать...

Нажав отбой еще какое-то время сохранял молчание. Единственный источник света - экран его телефона неровно подсвечивал силуэт. Потер лицо, взъерошил и без того взлохмаченные волосы.

- Сестра не купила смесь для сына сегодня, когда возил ее по магазинам. Ночью нечем кормить, просит привезти... Черт.

Мое дыхание медленно восстанавливалось. Всполошившееся сердце отпускало ворвавшуюся тревогу. Оксана. Сестра. Я забыла. Ну хоть не жена или невеста...

- Нельзя заставлять голодать ребенка.

- Да... Конечно. Блин. Альбин, я не хочу уезжать прямо сейчас, не на этой ноте... Но надо. Прости, пожалуйста.

- Я понимаю,.. - в темноте нахожу его руку, переплетаю наши пальцы. - Едь. Все в порядке.

Оба какое-то время восстанавливаем дыхание, приводим себя в порядок. Включенный свет раскрывает все улики нашего несостоявшегося грехопадения - потемневшие глаза, припухшие губы, на его щеке след от моей косметики, у меня на шее красные следы его поцелуев.

- Не боишься оставаться одна?

- Я взрослая, - но его беспокойство мне нравится.

На прощание обнимает меня, быстро чмокает в губы и скрывается за дверью, напомнив запереться, никого не впускать и если что звонить ему.

Во рту сухо, в трусах влажно. Нужно было попить чего-нибудь холодного и переодеться. Джинсы теперь ощущаются особенно некомфортно.

По мере того, как затихало эхо вспыхнувшей страсти, все больше наваливалась усталость. Олег написал только спустя час, пожелал спокойной ночи, спросил все ли в порядке. Призналась честно, что жутковато, но заверила, что не стоит волноваться.

Несмотря на усталость, накопленный недосып и такие разные впечатления от этого дня, уснуть не получалось. И дело было не в неприятном инциденте с соседями, Олег очень эффективно перекрыл впечатления, хотя ложась в постель, я оставила свет в прихожей и несколько раз проверила заперта ли дверь. И даже не в вернувшихся спазмах, которые не победили две таблетки но-шпы. Не получалось отключить голову. Мысли никак не замолкали. Через пару часов мучений я оказалась на кухне с чашкой горячего кофе и телефоном в руках.

Ириша была в сети и мы с ней немного поболтали. Она все выспрашивала про то, что у нас с Олегом, что выкидывает Маринка, рассказывала про свой отпуск и показала фотку очень красивого турка, который работает у них в баре. Девичий треп потихоньку остужал мой кипящий мозг.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Пожалуй, Ирина была единственной, с кем я готова была говорить об Олеге. Ни с Мариной, ни с Валей, ни тем более с кем-то из парней... Хоть она и пережила тяжелый развод с мужем, а ее брак был очень спорным, но ее взгляды на отношения и личную жизнь мне казались самыми правильными... Если, конечно, не считать ее почти девчачьи для ее возраста попискивания и повизгивания на все пикантное, и вообще непозволительный в ее случае энтузиазм.

Я уже начала зевать, а веки наливаться долгожданной тяжестью, когда Ириша написала:

"Слушай. Все это, конечно, хорошо... Может даже слишком. Но ты его соцсети проверила?"

Глава 16

Закрытый профиль в социальной сети, на аватарке на фоне какого-то офиса мой красивый мужчина. Мой?

Был в сети после полуночи. Никаких заявок ко мне... Это неприятно кольнуло. Просмотрела общих друзей. Не так уж и много, при этом из моих близких никого...

Ну что ты, Альбина, как девочка-подросток. Взрослая ведь женщина... Ну что за глупости?!

А глупости так и лезли в голову. За что ругала Ирину. Эти дни были такими насыщенными, что и в голову не приходило залезть в сети. На них вообще почти не было времени. А уж тем более не было мыслей смотреть его страницы. Слишком реальными и живыми были эти отношения, пустившие корни в мою жизнь офлайн в толщу лет еще до этого момента.

Отношения... Мы провели вместе три дня, а я уже назвала это отношениями...

Очки на пол лица, волосы собраны в простой хвостик, джинсовые шорты, футболка без принта, белые кеды. Я шла быстрым шагом, петляя по тротуарам города. Нужно было сходить оплатить квитанции за кабельное и домофон, а потом заглянуть в гипермаркет. Полки в шкафу изрядно опустели, в холодильнике повесилась мышь. Надо было затариться едой и бытовыми мелочами.

Чтобы проснуться и разжиться, пришлось влить в себя немало кофе и заглотить горсть таблеток из-за головной боли и спазмов, никак не отпускающих мой бедный живот. Еще эта жара... Солнце никак не хотело взять выходной и продолжало жарить бетон. К моему счастью, на парковке среди множества машин я заметила знакомый голый торс с красными плечами. А это значило, что, возможно, мне не придется тащить пакеты в руках...

- Привет, любитель сбрасывать кожу. Ты так скоро всю сбросишь и до мясо дойдешь. Оденься уже!

Оказалось, что он приезжал в соседний строительный магазин и у него как раз было немного свободного времени. Пока мы шли между рядами стеллажей, зашел ожидаемый разговор.

- Слушай, а что тебе твой парень не мог помочь с пакетами?

- Сем, ну какой он нафиг мой парень?

- Накаченный, кудрявый такой, с крутой тачкой...

- Для парня он староват, не находишь?

- Душнила.

- Грубиян.

- Скажи еще вы не вместе. Не пытайся отнекиваться. Я знаю про ваше свидание при звездах, это раз. И что вы миленько сосались у всех на виду под танец живота в "Южной ночи", это два.

- Сема!

- Что?

- Я не пойму... Тебе что сложно мне помочь пару пакетов довести?

- Я этого не говорил. Только спросил, почему ты с ним не съездишь? У вас же вроде все на мази... Любовь-морковь. Что? Не смотри на меня так. Все уже про вашу парочку поговаривают.

- Мы вроде не Джоли и Бред Питт, чтобы про нас говорить, поэтому не преувеличивай.

- Я тебе серьезно говорю. Самая обсуждаемая новость.

- Ага. Прям для всего города... А откуда ты вообще знаешь про свидание?

- А кто ему помогал по твоему все это организовать в короткое время?

- Вот как...

- Может ты хоть расскажешь, как все прошло?

- Пф! Вот еще!

Оказалось, что еще одной обсуждаемой новостью было вчерашнее происшествие в моем доме, о нем писали во всех пабликах. Узнав, что это было еще и в моем подъезде, друг даже слегка побледнел, так как смакуемые подробности оказались такими, что мурашки по спине побежали, когда он пересказал.

- Да уж... хорошо, что мы не уехали из кальянной раньше. Не хотелось бы стать свидетелями происшествия, а еще, не дай Бог, и его участниками.

Загрузившись покупками, тронулись в сторону моего дома. По пути Сема хвастался новой аудио- системой. Чистый объемный звук и качественные басы. В салоне качали новые треки этого лета.

- Опа. А это не твой парень-пенсионер? - едва мы повернули ко мне во двор, в глаза бросилась знакомая машина, стоящая у моего подъезда.

Мы припарковались рядом, хозяина авто там не оказалось. Сема полез в багажник за моими сумками. Стоя под козырьком, я ковырялась в сумке в поисках ключей, когда дверь резко отворилась. Хмурый Олег оторвал взгляд от экрана телефона:

- Ты чего трубку не берешь?

Злыми глазами буравил меня пару мгновений, а потом он посмотрел мне за спину и стал еще мрачнее. К нам, с пакетами в руках и упаковкой туалетной бумаги в зубах, шел Сема.

Немая пауза.

- Здорова, братан! - друг перехватил все покупки в одну руку, чтобы освободить другую для рукопожатия.

- Здорова, - Олег пожал протянутую руку и выразительно окинул взглядом нагруженного пакетами Семена.

- Сема мне с покупками помогал, - будто оправдываясь, пояснила ситуацию и продолжила копалась в сумке, откуда вытащила телефон, ответивший мне темным экраном. - Ты мне звонил? Понятно почему не дозвонился. Какого-то черта отключился...

После длительного нажатия кнопки, загорелась приветственная надпись.

- Ясно. Ну раз уж я тут, давай, занесу, - кивнул в сторону моих припасов. - Могла бы мне сказать, что помощь нужна.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Мне не сложно было. Ну ладно, я тогда поехал, еще надо в пару мест заскочить перед работой. Подруга, на созвоне. Пока.

Подмигнув и махнув нагруженному пакетами теперь Олегу, Семен запрыгнул в машину, а мой телефон оповестил о сообщении от него: "Ревнует" - и куча смайликов.

- Я бы тебя свозил куда нужно...

- А как ты оказался вообще здесь?

- У нее вчера весь подъезд в кровище, кого-то убили, а она с утра признаков жизни не проявляет, еще и не отвечает на звонки, конечно, я приехал!

Поднимались до квартиры молча. Я улыбалась этому "ревнует", Олег же недовольно сопел.

Тесная прихожая в полумраке. Вкусно пахнущий Олег. Воспоминания воскресили совсем не те картинки, о которых он ворчливо напомнил. Чувствую, что начинаю розоветь.

- Поставь здесь, пожалуйста. Я разберу...

Стоит над горой белых пакетов-маек и угрюмо на меня смотрит.

- Ты обиделась, что я вчера ушел?

- Я тебе еще вчера все сказала. Перестань.

Смотрит так, что не остается сомнений - не верит.

- Надо было вернуться. А еще... Мне надо помыть руки... Твой друг... всю ручку заслюнявил.

Не могу сдержать улыбки от комичности ситуации.

- Ванная там, полотенце у зеркала.

...и мои кружевные стринги на змеевике.

Блин.

Глава 17

То, как вчера мы расстались явно оставило свой отпечаток. Нервозность. Накрученные мысли. А еще дома бардак. Не убранное с сушилки после стирки белье, развешенные труселя в ванной, оставленная на столе посуда, раскиданная одежда и незаправленная постель в моей комнате, скомканный плед на диване в гостиной. Между раскладыванием продуктов, пытаюсь быстренько прибраться.

У меня опять в голове куча вопросов, а он все еще какой-то взвинченный. И этот его взгляд, что следит за моей суетой... Эти потемневшие глаза, хоть сейчас в них и другие бури, напоминали мне то, как он смотрел на меня вчера в прихожей после нашего безумного поцелуя, грозившего вот-вот перейти в нечто большее, возможно, прямо там же. От этих мыслей бросало в жар.

В один момент, между полупустым пакетом на столе и шкафчиком, куда рассовывала макароны и пачки чая, я оказалась пойманной и заключенной в кольцо его рук. Повинуясь порыву, провожу подушечкой пальца по резкому залому между бровей.

- Ты ведь никого сейчас не ждешь? Двери заперты, и мы одни?

В коленках вдруг появилась слабость. Все что могу - только кивнуть.

Он отпускает меня только для того, чтобы выудить телефон из кармана, поставить на авиа-режим и оставить на кухонном столе рядом с горой неразложенных еще овощей, зелени и печенья. Сердце пускается в галоп. Пытаюсь сглотнуть, чтоб смочить вдруг пересохшее горло.

- Ну и где твоя спальня?

Чувствую себя жертвенной девственницей, ведущую жреца к ритуальному алтарю. Вот так вот, без предисловий, среди будней суеты, когда ярко светит солнце в расшторенные окна, закончить то, что было начато в темноте вчерашней ночи после проведенного вместе вечера. Я всегда считала себя раскованной, но сейчас вдруг засомневалась, готова ли я к этому.

Может хотя бы закрыть шторы?

От волнения кусаю губы и глохну под ударами собственного сердца, пока веду его за руку в свою комнату.

Я хочу этого. Очень. Мое тело хочет. Откуда эти смущение и страх?

А вот по его глазам вижу ,что ему точно плевать на солнечный свет заливающий мой на скорую руку просто закинутый одеялом диван, на разговор соседей на балконе, что слышно через открытое окно. Да на все ему откровенно наплевать. Без всяких сантиментов стоит лишь остановиться, цепляет мою футболку, заправленную в шорты, и стягивает ее у меня через голову. В комнате стоит духота, но по коже бегут мурашки, будто горячую кожу обдало сквозняком. Тонкий кружевной бюстгальтер совсем прозрачный и через белую ткань отчетливо видны розовые ореолы заострившихся сосков.

Примкнув к губам сразу раздвигает их языком максимально углубляя поцелуй. Никаких предисловия, будто возвращаясь сразу к той точке, на которой остановились. Это и пугает и дико возбуждает одновременно. Тело в нервной дрожи, а между ног уже не просто влажно - сыро.

Не задерживаясь на поцелуях, прикусывает линию подбородка, Оставляет жаркий влажный поцелуй на шее, лаская руками спину, остановившись на полоске ткани, расцепляет крючки и белое кружево летит в сторону.

Боже. Для меня это слишком...

Слишком что? Быстро? Откровенно? Не знаю...

С него пропала футболка. Кто ее снял? Он или я?

Как же стучит сердце. Кажется, я сейчас отключусь...

Знакомым движением подхватывает за бедра и я скольжу грудью по обнаженному торсу. Горло сковал спазм, настолько острые ощущения от незамысловатых соприкосновений.

Одеяло откинуто в сторону, я на простыне, залитая солнцем, слепящим мне глаза, а горячие влажные губы исследуют мою грудь.

Сдавленно вскрикиваю, когда острые зубы сжимают сосок, на что слышу хриплый смешок. Губы ниже, дыхание поверхностнее, шумнее. Его волосы щекочут ставшую дико чувствительной кожу живота, под которой подрагивают напрягшиеся мышцы.

Шорты соскальзывают с бедер. Кажется, даже они уже стали мокрыми насквозь. Последняя преграда - тонкий белый хлопок, неприятно прилипший и от намокания ставший совсем прозрачным. Долго тянуть и здесь Олег не стал. Пальцы быстро нырнули за край, касаясь влажных губ, раздвигая их и проходясь по самым чувствительным местам. Выгибаюсь, вздрагиваю, будто готова кончить уже только от нахлынувшего возбуждения.

Напористые пальцы скользят внутрь. Задыхаюсь в схлипе и глухом стоне. Интенсивные движения и мои ноги уже дрожат.

Мы переступили порог минуту назад или десять? Я понятия не имела. Все происходило стремительно, ощущалась так остро. Все существо захлестнули чувства, ощущения, эмоции. Мысли отключились полностью. Связь с реальностью потеряна...

- Черт... Альбина-а-а...

Голос полный отчаянья разрезал окутавшее меня безумие. Мои мутные глаза кое-как фокусируются на нависшем надо мной Олеге, который смотрит на свою руку. Не сразу понимаю что не так...

На ней кровь.

Сознание еще в пульсирующем экстазе, из которого пытаюсь выбраться.

- У тебя месячные?

Твою мать... Рано же еще...

И... Так вот почему так тянуло живот эти дни.

- Только не это,.. - откидываюсь обратно не постель, готовая зарыдать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Плевать... То, что накачал, я закончу. Хотя бы для тебя.

Жаркий шепот коснулся шеи, где тут же припал губы. Я хотела что-то возразить, но он уже вернул пальцы на прежнее место, и в голове щелкнул тумблер, отрубающий способность говорить и ясно соображать. Ему потребовалось совсем немного времени, чтобы, захлебываясь громкими гортанными стонами, я забилась в сладких судорогах. Влажная от пота, прижимаемая его телом, покрытая нежными поцелуями, под его ласковый шепот еще несколько минут подрагивала и приходила в себя.

Был ли тут секрет в гормонах фазы цикла, в непривычной атмосфере, накопившемся напряжении, требующем выход, особых навыках Олега или возникшей между нами химии, но подобного я еще не испытывала. Подрагивающими руками зарылась в его волосы, а с губ слетел лишь один вопрос:

- А как же ты?

- А у меня похоже целибат, - легкие как перышко поцелуи покрывали мою ключицу.

- Не-ет! Это не справедливо! Они не должны были сегодня начаться... Вот же гадство...

Мое канюченье его похоже позабавило.

- Все нормально. Просто потом, когда я до тебя доберусь, ты не сможешь сидеть и ходить какое-то время...

- Нет.

Заниматься сексом во время месячных мне не хотелось по эстетической стороне вопроса. Отмываться потом в душе будто два мясника нудиста извращенца, мне не хотелось. В самой ванной это вообще неудобно. Но...

Рука сама потянулась к тому, что еще не удалось исследовать. Джинсы натянусь, выдавая спрятанное под ними напряжение. Ватные пальцы не сразу справились с ремнем.

- Что ты делаешь? - зрачок заполнил всю радужку карих глаз.

Пуговица никак не хотела поддаваться, но я была упорнее. Олег мне не помогал, но и не мешал.

- Остановись. А то я за себя не отвечаю... Я помню твои вопросы про лубрикант... Мое воображение никуда не дело эти картинки...

Он мог говорить что угодно. Эти слова меня даже подстегивали. Мне хотелось и утолить любопытство, узнать какой же он... и вернуть то удовольствие, что было доставлено мне.

Молния легко поддалась. Препятствие - широкая резинка трусов. Ладошки вдруг стали мокрыми... Губы приоткрылись сами собой, и с них сорвался резкий выдох, когда пальцы нырнули по плоскому животу ниже... Сердце снова пустилось в бешеный забег. Упругий. Горячий. С мягкой бархатистой кожей. Пульсирующий у меня в руке, стоило только обхватить пальцами. И... невольно сглотнула... размер был внушительным, что немного пугало.

- Альбина. Хватит меня драконить, - голос хриплый, предостерегающий.

Но я уже все решила. Выскользнув из-под него, схватилась за пояс его джинсов и упрямо тянула их вниз.

Его глаза жадно пробежали по моего обнаженному телу и рассыпавшимся по плечам взлохмаченным волосам, и внимательно стали наблюдать за моими действиями.

Брюки. Следом боксеры. И вот мы уже на равных. Полностью обнаженные в душной комнате, на смятых простынях в предвкушении... Его возбуждение крепло от каждого моего прикосновения. Сначала несмело, а потом все увереннее рука скользила вдоль эрегированного члена.

- Ты можешь этого не делать, если не хочешь.

Только чтобы услышать как меняется его голос, становится сбитым дыхание, увидеть как напрягается челюсть, дергается нервно кадык, стоило перейти эту черту.

У меня были определенные сомнения, справлюсь ли я с поставленной задачей, потому что генетика явно постаралась над его мужественностью. Но... Облизнув губы, откинула волосы на одну сторону и неторопливо, дразня, прислушиваясь к тому как меняется его дыхание, становится все более шумным, рваным, скользила губами и языком. Он что-то прошипел сквозь зубы, запрокинув голову, когда попробовала принять его в себя полностью, что было, конечно, невыполнимо, поэтому пришлось помогать рукой. Было сложно дышать, а челюсть уже сводило, срабатывал рвотный рефлекс, но мне нравилось что я вижу, стоит мне поднять глаза. Нравился его вкус. Нравилось проводить ногтями по напряженному животу и чувствовать, как мышцы сокращаются. Нравилось, как он берет меня за волосы, как борется с собой, чтобы сдерживаться, а не задавать свой ритм.

- Я... я уже скоро... Если не хочешь, чтобы я кончил тебе в рот, лучше остановись, - голос ломался и крошился на отдельные звуки.

Это было принято как вызов. И вот хриплый грудной стон, пульсация, пьющая в небо, и горячая солоноватая жидкость потекла по моему горлу.

Тяжело дышащий, покрытый капельками пота, с безумными глазами, он притянул меня к себе и поцеловал долго, ласково.

- Господи... Ты н

е

что... Ты меня с ума сводишь...

Глава 18

Я падала в какую-то пропасть, не зная что ждет меня внизу. Но то, что приземление будет болезненным, не оставляло сомнений. Ведь у нас было не так много времени, а потом он уедет. А я останусь. Останусь среди этих людей и их вопросов, среди воспоминаний. Самое пугающее, что, кажется, я влюблялась...

Мы проводили вместе каждый день - у меня, где-то с друзьями, целовались как сумасшедшие, иногда забываясь, что не одни. Наши друзья смотрели на нас почти с завистью. Отпускали шуточки, но вместе с тем будто берегли то пламя, что разгоралось все ярче между нами.

С того самого дня на пляже прошло чуть меньше недели, а все так изменилось, что казалось - все что было до - было в другой жизни, далекой, почти забытой.

- Доброе утро, моя богиня, - мурчащий голос из динамика первое, что слышишь с утра.

- Доброе утро. Но с тобой рядом было бы добрее, - потягиваясь в кровати, обнимаю мечтательно подушку.

Ни за что ему не признаюсь, что сплю в его футболке, которую он мне одолжил в наш первый день.

- Если бы остался, было бы очень тяжело уснуть...

- Мы бы нашли выход...

- Это как дегустация сырной нарезки, когда ты умираешь от голода.

- А ты умираешь?

- Я почти бездыханный бренный труп.

- Дурак.

- Не спорю. Сама виновата. Придумала она месячные какие-то...

- Их не я придумала.

Один сонный глаз смотрит в окно, по небу, наконец, поплыли тяжелый пухлые облака.

- Я сейчас своих на дачу повезу. Они на выходные там хотят остаться. У тебя что-то по планам есть?

- Пока только выпить кофе и позавтракать. Еще с Даней хотела увидеться. Он скоро уезжает.

- Я заеду на обратном пути.

На фоне послышалось детское кряхтение.

- Ты там что? В роли заботливого дядюшки?

- Да... На мне тут катается некто голожопый и слюнявый.

Наверное, это на генном уровне заложено - умиляться мужчинам с детьми, даже если ты в принципе пока и слышать не хочешь о материнстве, и никак себя с ним не отождествляешь.

- Я позвоню, как буду подъезжать. Что-нибудь привезти надо?

- Себя.

- Постараюсь. Ладно, до встречи. Целую.

Мой шикарный букет бордовых роз, тихо увядая, соседствовал со свеженькими белыми. Меняя воду в цветах, я порхала по квартире словно одна из этих ультрапродуктивных блогерш, а не только что вставшая с кровати реальная женщина. Отношения с Олегом определенно меня меняли...

За то время, что прошло с нашего разговора, погода все больше портилась. Воздух становился тяжелым и плотным. Темные тучи надвигались с горизонта, затягивая небо.

Вентилятор гонял по кухне нагретый, лишенный кислорода воздух и не приносил облегчения. Волосы противно липли к шее и снова хотелось в душ. Стиралка закончила цикл, и мысль о том, что добавится влажность от развешенного белья, не добавляла оптимизма. Ковыряя в миске овощной салат, смотрела бездумно в окно, где город застыл в ожидании грозы...

Олега все еще не было... Терзаемая сомнениями, я все таки набрала его номер. Бездушный голос сообщил, что абонент разговаривает по другой линии.

Прошел почти час. Он не перезвонил. Беспокойство начинало подтачивать, нагнетаемое нависшей, но так и не разразившейся непогодой.

Бесцельно побродив по квартире, набираю еще раз - опять занят.

Всполох молнии разрезал небо, обрушив громкий рокот будто обрушившихся на землю небес. Первые капли ударили в стекло.

Старалась тушить любые мысли, но их неприятный привкус все равно пробивался. В груди неприятно ворочалось тревожное предчувствие.

Лишь еще через час телефон ожил вибрацией, заскакав по подоконнику. Выждав пару мгновений, приняла вызов.

- Ты где? Я подъезжаю.

- Дома...

Меня разрывало два желания. Одно из них - устроить допрос из серии: "Какого черта так долго? С кем говорил? Почему не перезвонил?" Другое: "Все в порядке? Ничего не случилось? Я волновалась". Но, вспомнив ситуацию с Семой, я не торопилась спускать с цепи внутреннюю истеричку.

Через двадцать минут шумный и мокрый Олег вошел в прихожую.

- Ты видела что там?! Хорошо еще града нет. И... держи, заскочил в "Немо", взял на вынос, это быстрее, чем ждать доставку. Ты говорила, что ничего не надо, но... Все в порядке?

- Я звонила.

Тяжело вздохнув, он запустил руку во влажные волосы.

- Да, я видел, прости, что сразу не перезвонил. Надо было решить кое-какие вопросы по работе, завис на линии.

- Ты успел сделать заказ, заехать его забрать, но не успел перезвонить мне? Или хотя бы написать...

Он застыл глядя на меня широко раскрытыми глазами, а на меня накатила горячая волна сожаления о сказанном.

- Та-а-ак. Мы уже ругаемся, как парочка со стажем? Альбин... Я сделал заказ еще до того как выехал, потому что пятница и много заказов, а значит ждать долго. Когда зашел забирать - мне нужно было только показать код, для этого мне потребовалось прерваться всего на пару секунд. Как только я решил вопросы, я сразу тебя набрал.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Понятно.

- Ну вот. Ясно. Понятно. Поджатые губы... Иди обниму. Я так соскучился.

...а я как...

Жадно вдыхаю ставший родным запах. Целую в ответ ласковые губы. В груди что-то болезненно сжимается, тянется к нему. Как он успел забрать так глубоко ко мне под кожу всего за несколько дней?

Роллы оставлены на комоде прихожей. Тяну его за собой в глубь квартиры.

- Что ты задумала, женщина?

- Молчи.

За окном сверкают молнии, стекла дрожат под натиском раскатов грома и потоков воды. А мои пальцы скользят по его горячей коже под влажной тканью футболки. Губы дрожат от дикой жажды до его поцелуев.

- Я могу считать, что я прощен? - шепот тонет в безумии бушующей стихии.

Вместо ответа стягиваю свою безразмерную длинную футболку, оставаясь в одних миниатюрных стрингах.

В карих глазах начинает клубиться тьма.

- Как это понимать?

С коварной улыбкой расстегиваю его ремень.

Непонимание, сомнение, предвкушение - на его лице столько всего разом.

- Они закончились?

Тяну его к постели.

- Ты хоть что-нибудь скажешь? Учти, если это провокация, то в этот раз пощады не будет. Мне плевать, если мы с ног до головы будем в крови и придется отмывать от нее даже потолок, и переклеивать обои.

- Звучит как обещание.

Новый всполох за окном словно вспышка фотокамер осветила наши фигуры.

Глаза в глаза. Он снимает футболку, расстегивает джинсы.

- Еще не поздно сбежать...

Вместо ответа цепляю пальчиком резинку боксеров и тяну к себе.

Кажется, будто мир вокруг нас рушится. Раскалываясь на множество частей, извергаясь всеми катаклизмами... Среди этого буйства непростительно медленно он приближается. Опустив колено на постель, нависает, вынуждая отклоняться. Мучительно неторопливо целует.

Рука от моего лица скользит по горлу, чуть задерживается, от чего пульс летит вверх.

Язык неторопливо, почти лениво проникает мне в рот. Поцелуй тягучий, словно вязкая смола. Мое дыхание все более неровное, рваное, частое, почти истеричное. Что за неторопливая пытка, когда по венам течет жидкое бушующее внутри пламя?

Аккуратно опрокинута на свежие хрустящие простыни. Нависает, такой серьезный, сосредоточенный, а мне уже хочется почувствовать вес его тела, его жаркие прикосновения, увидеть то самое сумасшествие.

Широкая ладонь очерчивает контуры женского тела, подхватывая и слегка сжимая грудь, проводя шершавым пальцем по чувствительному соску.

Влажный горячий, такой же неспешный поцелуй в основание шеи. Шуршание одежды, позвякивание пряжки ремня. Легким движением подцепляет мое белье и отправляет вниз по бедрам.

Натужно сглатываю, облизываю пересохшие губы.

Диван прогибается еще больше. Скользящие по телу руки заставляют развести ноги, между которых опускается, припадая к моим губам. Прикосновение упругой горячей плоти к моей нежной и влажной... Чувство давления... И я о стоном выдыхаю в его губы, ощущая как он наполняет меня... медленно, глубоко, растягивая, подстраивая под себя... Дает время привыкнуть и начинает движения задавая размеренный темп. Когда я уже начинаю нетерпеливо ерзать подаваясь ему навстречу, одним движением переворачивает на живот. И вот уже волосы намотаны на кулак, пальцы впиваются в плоть, помогая не сбиться с ритма. Глубоко, резко. Ощущения на грани наслаждения и боли. Даже не осознаю, что и не пытаюсь сдерживаться и мои сладострастные вскрики и протяжные стоны, отражаясь от стен, смешиваются с рвущимся снаружи буйством природы.

Капли пота стекают по телу. Каждый нерв оголен. Дрожь в ногах. Жадные поцелуи и легкие прикусывания плеч, лопаток... Я на грани. Но никак не могу достигнуть пика. Зависла в каком-то пограничном мире, уже изнемогая.

Убыстряющиеся движения тел, сливающиеся во едино рвущие легкие два дыхания. Чувствую, как вся сжимаюсь словно пружина, прогибаюсь сильнее в пояснице, пытаюсь свести хоть немного ноги, чтобы облегчить это мучительное напряжение.

Волосы вдруг рассыпаются, падая на лицо, перекрывая доступ воздуха. Настырные пальцы оказываются на самой чувствительной точке и, описывая незамысловатую траекторию, заставляют буквально задыхаться, выть, всхлипывать, кусать костяшки пальцев, извиваться, биться в конвульсиях. Обхватив покрепче, не давая вырваться, продолжает свою пытку, пока затяжной пронзительный крик не возвещает капитуляцию моего тела...

Глава 19

Дождь, как и мы, копивший силы, бушевал теперь весь вечер и всю ночь. У утру он выдохся, а мы немного отдохнули и, зашли еще на один круг, вероятно, разбудили шумом соседей, хотя я очень старалась быть потише, но с Олегом это было невозможно...

Рухнув в изнеможении на мою часто вздымающуюся грудь, проследил пальцем путь стекающей по впалому животу капли пота.

- Нужно попить.

- В холодильнике стоит минералка и сок.

- Отлично. Я принесу.

Отлично. Потому что я, как и обещано, ходить вряд ли смогу.

Мой красивый мужчина натянув боксеры скрылся за дверью моей спальни...

Пару секунд тишины и до меня донесся с кухни какой-то шум и голоса.

Неужели опять по телефону?

Намотав вокруг себя пододеяльник, пытаясь пригладить на ходу волосы, на дрожащих ногах отправляюсь за соком. Мысль о холодной сладковатой влаге на языке не дает покоя. Пить хотелось безумно, да и телу нужен был сахар, чтобы восстановить силы.

- Ммм, можно мне минералки, пожалуйста? - слышу его голос пока еле плетусь по коридору.

- Сок, я хочу сок! - не сразу сообразив...

Почему он просит воду у холодильника?

Увидев на полу прихожей две пары обуви, аккуратно поставленной у стенки и небольшую сумку в цветочек, меня поздно ударило озарение... Плотнее замотав грудь, заглядываю на кухню. У стола стоит Олег, сконфужено почесывая бровь, а мама наливает ему в высокий стакан пузырящуюся минералку. Папа у окна скрестив руки и наблюдает картину поверх очков, сдвинутых почти на кончик носа.

- Как я слышала, тебе сок? - мама выразительно выгнула бровь.

- М-мам... П-пап... А вы давно дома? - чувствую как краска заливает лицо, шею и грудь.

- Да вот... минут двадцать. Извини, что не сказали сразу, как зашли... Просто...Как бы это сказать?.. Врываться к тебе в комнату, был, судя по всему, не подходящий момент...

Хочу провалиться куда-то на пару этажей ниже как минимум...

Взяв стакан, Олег, еле сдерживая улыбку, ретируется с кухни...

- Извините. Пожалуй, мне нужно одеться.

Ныряю за ним под молчаливые взгляды родителей.

Сильно зажмурившись, привалилась спиной к прохладной двери, едва ее закрыв за нами. Когда открываю глаза - Олег уже в джинсах ищет футболку и беззвучно смеется.

- Ужас, - прикрыв рот рукой начинаю истерично похихикивать.

Чувствую себя школьницей, которую застукали родители, и теперь меня ждет серьезный разговор. Это и стыдно, и смешно одновременно. Не могу не представить момент, когда Олег зашел на кухню в одних трусах... слава всем богам, он их надел... а там мои родители сидят ждут, когда мы закончим со скрипом дивана и ахами-охами.

Пока я пытаюсь одеться, Олег не упускает возможности меня потискать и оставить несколько поцелуев на моем теле, которое уже просто молит о пощаде, но все равно откликается на его прикосновения.

- Какое любопытное знакомство с родителями... Ты не знала, что они приедут?

- НЕТ! Если ты думаешь, что это ловушка, чтобы ты на мне женился, то ты ошибаешься, и я в тебе разочарована!

- А была очарована? - играет с моей бретелькой, пока я пытаюсь расчесать спутанные намертво волосы.

- Это зависит от твоего ответа.

- Я хочу тебя очаровывать, а не разочаровывать, - мурлычет как котяра.

Приходится надеть джинсы, чтобы спрятать покрасневшие коленки. На шее и груди по свеженькому засосу, которые пытаюсь перекрыть консилером.

- Идите завтракать, - мама стучит и зовет сквозь дверь.

Смотрю на Олега - сбежит?

Нет. Остался.

На столе пышный омлет и жареный бекон. Во френч-прессе заваривается свежий чай с бергамотом, судя по запаху. А папа достает из микроволновки горячие бутерброды с сыром. Желудок сразу начинает призывно урчать.

- Олег, ты чай или кофе? - мама зависла с чайником над чашками.

- Чай, пожалуйста...

- Так вы уже познакомились? - кусаю губу оглядывая сидящих за столом.

- Да, немного.

- Мам, вы не говорили, что приедете на выходные.

- Из-за грозы свет пропал, сегодня утром дозвонились до диспетчерской, там сказали раньше понедельника не ждать, поэтому мы и решили пока в город вернуться.

- Почему не позвонили?

- Как вижу, надо было, - мама вновь окинула красноречивым взглядом гостя.

- На моем месте машина с неместными номерами...

- Каюсь.

- Ничего...Только я тебя подпер.

Из-под стола раздался рингтон.

- Это по работе. Извините.

В одну секунду Олег изменился. Хмурые брови и тяжелый взгляд на экран на котором высвечивался не подписанный номер. Он принял вызов, только когда за ним закрылась дверь моей комнаты.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- По работе в субботу? - папа шумно отхлебнул горячий чай.

- У него свой бизнес, поэтому для него нет выходных.

- Бизнес говоришь? - папа смотрел с прищуром, с которым обычно комментирует новости. - А ты с его слов про бизнес то знаешь? Может папенькин сынок с купленным дипломом и дареной тачкой? Или еще кто? Хмырь московский может девочкам нашим мозг приехал попудрить, а вы и рады.

- Папа. Он не московский хмырь. Вообще-то он местный.

- И что?

- Папа...

- Ген, не перегибай.

- Обрюхатит и бросит. А сопли дочке вытирать и растить отпрыска кто потом будет? Московский бизнесмен у нее...

Из комнаты доносились резко сказанные фразы, которые было не разобрать.

- Ты бы лучше вспомнил, что у нас тут на днях соседа в подъезде порезали, а у нас дочь одна в квартире.

- Во-во, непонятно с кем одна в квартире.

Через какое-то время на пороге кухни возник уже не сконфуженный дурашливый Олег, а серьезный, немного хмурый мужчина, от которого веяло твердостью и решимостью.

- Прошу меня извинить, мне нужно ехать. Геннадий Аркадич, переедите? И, Альбин, можно тебя?

Хмыкнув мама посмотрела на отца. А я стараясь на сморщиться от боли в мышцах вышла к нему в прихожую.

- Мне надо домой, за ноутбук и телефон, решить кое-какие дела... Давай я как освобожусь, наберу тебя и мы придумаем что-нибудь на вечер?

- Может я тогда пока к Дане съезжу?

- Домой?

- Н-ну не знаю... Решим.

- Давай ты не поедешь ни к какому парню домой?

- Это мой друг.

- С членом.

- У тебя тоже есть друзья с членом, тоже мне невидаль.

- Альбина...

- Олег?

- Ладно, держи в курсе.

- Все в порядке?

- Да, не бери в голову, - притянув меня обнял, вдыхая глубоко запах моих волос и запечатлел легкий поцелуй. - Позвоню.

В этот момент как раз вышел папа, позвякивая ключами от машины.

- Ну пойдем, бизнесмен Олег.

Глава 20

В какой- то момент наши скромные "по чашке кофе" в кофейне вдвоем с Даней перешли в "по шоту" нашей небольшой компанией в гараже у Семы и Дениса. После грозы все еще шел дождь, а небо затянуто бесконечной серостью от грая до края. На смену жаре слишком резко пришла сырость, все вокруг остывало обмываемое льющейся с небо водой и дикие испарения превратили улицы в турецкую баню. Разбитый асфальт пошел лужами в которых мокли кеды, как не пытайся пробраться по более менее сухим островкам. Джинсы напитывали влажность и неприятно тяжелели. Пробираясь через дорогу из дома, куда бегала в квартиру в туалет, поняла, что как-то уже не так твердо стою на ногах.

Старый диван с торчащими пружинами, закинутый потертым пледом, пара списанных офисных стульев, вместо стола крашеная табуретка, на которой уместились стопки, солонка, нарезанный лайм и бутылка текилы. Даня что-то увлеченно рассказывал. Сема внимательно слушал крутясь из стороны в сторону на стуле, Ден что-то колдовал на верстаке, слегка двигаясь в такт музыке.

- Тебе любимый звонил, - Сема кивнул в сторону брошено на диване телефона. - Мы отвечать не стали, мало ли какие потом проблемы будут.

- Не говори ерунду! - заплетались не только ноги, но и язык.

Пропущенный звонок и сообщение в мессенджере.

"Опять не могу до тебя дозвониться... Ты спишь? Или с Даней? Или у тебя допрос с пристрастием у родителей... Спасать?"

Именно от них я и сбежала очень быстро, даже до конца не досушив волосы после душа и из косметики нанеся только блеск для губ, к счастью, друг был свободен и мне не пришлось думать, куда спрятаться на время.

Быстренько пишу ему ответ, едва забираюсь с ногами на диван. От намокшей обуви мерзнут ноги, предпочитаю скинуть ее и спрятать холодные стопы под тонким пледом в надежде согреться.

- Слушай, как вы быстро с ним. И судя по всему серьезно. Везде вместе, его машина почти постоянно у тебя...ночами так точно...

- Откуда... - только пытаюсь возмутиться, но Сема бесцеремонно кладет ладонь, закрывая мне рот.

- Это смахивает уже на что-то серьезнее, чем интрижка на лето, подруга. Ты в курсе?

- Ты посмотри на нее. Ты ее когда-то такой видел? Выглядит слегка полоумной... Она же втюрилась!

Награждаю друзей крайне возмущенным взглядом и наконец отбрыкиваюсь от зажимающей мне рот руки.

- Да все бы классно, будь он местный. Если у вас это все серьезно... влипли вы, ребята...

В тот момент, когда мы уже обсудили очередную жертву Дениса и готовились выпить еще один шот - у гаража рядом с машиной Дани остановился кроссовер.

- А вот и наш Ромэо!

Олег поздоровался со всеми и приземлился рядом со мной, положив мои ноги к себе на колени.

- Ужас! Ну и ледяные!

Его горячие руки отогревали мои замерзшие стопы, а я чувствовала, как вместе с ними что-то теплеет внутри, в районе солнечного сплетения.

Разговоры. Еще один шот, Олег смотрит с прищуром как я лихо слизываю с руки соль и опрокидываю в себя стопку уже переставшей казаться крепкой текилы.

- Вы же не против, если я у вас украду эту алкогольвицу? Если вы хотите уговорить бутылку... завтра она будет умирать.

Вместо возмущения расплываюсь в улыбке. Заботится. Приятно.

Попрощавшись, понимаю, что без поддерживающей меня руки Олега я шла бы куда менее увереннее.

- Ты хоть ела сегодня?

- Ну... в обед салат...

- Понятно...

Не злится, не хмурится, но как-то обреченно вздыхает. Ныряем в городскую вечернюю суету и вскоре я уже держу в руках свой любимый кофе в огромном стакане и шаурму с двойным мясом.

- Ешь, алкоголик, а то точно плохо будет. Нельзя же пить крепкий алкоголь и закусывать одним лимончиком.

- Ваймом! - с набитым ртом пытаюсь его поправить, что вызывает у него только улыбку.

- Ты не против, если я заберу тебя к себе?

- В Мафкфу? - кусок свинины чуть не выпал узо рта в компании корейской морковки.

- Предложение интересное, но я о ближней перспективе. О сегодняшней ночи.

Если бы я была чуточку трезвее, то уже вышла бы из машины прямо во время движения по проспекту. Мой язык опять поставил меня в неловкое положение.

- Тебе надо что-то дома? Ты такая красивая, что без лишней необходимости я бы не стал светиться перед твоими родителями, они итак на меня как на мышь из лаборатории смотрят, а еще и привезу тебя с амбре и косыми глазками, сразу заклеймят и запрут тебя от меня подальше.

- Я сбегу к тебе через окно.

- Обойдемся без экстрима, ладно? Гипс - это не то эротическое белье, которое я хотел бы на тебе видеть.

Оказывается, я была жутко голодной, а еще достаточно пьяной. И в словах Олега был смысл. Так и вижу насупленные лохматые брови отца и красноречиво выгнутую перещипанную до тонкой нитки мамину. Ой нет-нет.

Машина нырнула под шлагбаум и остановилась на уютной парковке ухоженного двора достаточно свежей новостройки.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Подъезд с консьержем, просторный лифт в зеркалах. Массивная дверь с блестящими цифрами.

- Дома бардак. Везде детские вещи и собачьи игрушки. Я даже не знаю, как они еще не перепутали где чье - по мне так они одинаковые.

Закусив губу захожу в дом матери моего мужчины. Высокие потолки, хороший ремонт, простая, но новенькая мебель.

- Это евротрешка. Свою спальню мама отдала Оксане с малышом, а я в гостевой комнате. Мама решила, что гостиная больше подойдет ей, чем мне, хотя я мало бываю дома, как ты заметила...

Диван перед телевизором бы и правда расправлен и закинут жаккардовым покрывалом один в один как и шторы на панорамном окне, выходящем на лоджию.

Я еще не была в домах этого жилого комплекса и с любопытством рассматривала планировку. Олег же возился с кофе-машиной и рылся в холодильнике.

Зависнув над рамками с фотографиями, вздрогнула, когда меня обвили его крепкие руки.

- Говорила тебя не интересуют мои обнаженные булочки, а сама вон как их рассматривает.

Извернувшись у него в объятьях запускаю ладони в его задние карманы джинс. Трусь носом, вдыхая его запах. Оставляю поцелуй на шее.

- Меня больше интересует на смотреть, а щупать. И можно мне весь ассортимент товара показать, пожалуйста? Кое-что я бы продегустировала...

- Кто это у нас такая пошленькая и развратная, а?

- Зови меня Мадам Текила!

- Мадам, мне нужно закончить дела, а потом ну вот я весь готов к дегустации, начинайте с любой части, с соусом или без - любой каприз. Поэтому... Давай придумаем, чем ты займешься, пока я работаю?

- А можно мне посмотреть как ты работаешь?

- Ты уснешь. Это скучно. Я буду сидеть перебирать бумажки, хмуриться, пялиться в экран и пить очень крепкий кофе.

И он был прав... Алкоголь, еда, сухая уютная футболка и мягкое одеяло сделали свое дело. Пригревшись у него под боком, глядя на освещенный голубым свечением от монитора профиль, убаюканная нахлынувшим на меня чувством счастья, я незаметно провалилась в сон, еще не зная, какой сюрприз мне готовит следующий день и как он заставит мои иллюзии пошатнуться.

Глава 21

Просыпаться у Олега было непривычно. Но лежать щекой на его груди крайне приятно вне зависимости от декораций. Он еще спал, и я могла полежать нежась в этих объятьях и поизучать его утопая в эмоциях, что он во мне вызывал.

Воспоминания о вчерашнем вечере были немного подернуты дымкой, слегка мучила жажда и чувствовалась небольшая тяжесть в голове. Не знаю до скольки он работал, но будить меня не стал и просто лег со мной спать. Это не страсть, от которой разрываются внутри фейерверки, это нежность, от которой расцветают сады. Просто спать обнявшись... Это круче, чем секс...

Изучив контур его угловатой тяжелой челюсти, взглядом скользнула по колючей щетине к горлу, где выпирал кадык.

- Кто вчера грозился быть тигрицей, а оказался сопящим сусликом? - я встрепенулась, услышав его хрипловатый тихий голос, заставший меня врасплох.

Сколько времени он уже так же изучал меня? Еле разомкнутые веки, спутанные со сна ресницы. Такой расслабленный, теплый... Родной?

- Понятия не имею о чем ты.

- Ага... Я так и понял. Вот так вот оно и начинается... Сначала дают попробовать, подсаживают на секс, потом кормят обещаниями, а дальше что? Голова начнет болеть? Жестокая ты женщина.

Пряча взгляд, начинаю лениво изучать обстановку. Из задвинутых штор слабо проникает солнце, очерчивая своим желтоватым светом комод напротив кровати, какие-то вещи, стоящие сверху, прикрытую не до конца дверь, абажур лампы, кресло, с подлокотника которого свисает ворохом собранное покрывало...

- Сейчас, мы с тобой позавтракаем и кое-куда съездим.

- Куда?

- А это сюрприз.

Кто придумал, что сюрприз это здорово? Разве есть вообще такие люди, которые любят сюрпризы? Особенно, если о них предупредили заранее? Во мне эти слова поселили только напряжение. Наверное, я начиталась каких-нибудь "365 дней" или "50 оттенков", потому что мне представилось, что меня повезут к врачу ставить противозачаточный имплант. Или на осмотр к врачу, чтобы убедиться, что я здорова и у меня нет венерички. Хотя, например, сюрприз в виде записи к стоматологу бы очень хорош, или МРТ...

- Чего притихла?

- Не люблю сюрпризы, - отвечаю честно.

- Ну пока мои сюрпризы тебя не разочаровывали?- его пальцы рисуют у меня на плече какой-то только им ведомый узор, и я, будь кошкой, непременно бы замурлыкала от удовольствия, что дарует такая бесхитростная ласка.

- Пока нет. Но пугали. Когда тебя везут вечером в лес, это странно...

- Не спорю, - ленивая улыбка, веки закрыты, будто он вот-вот собирается снова уснуть.

- Олег...

- М?

- И все таки почему?

- Почему что?

- Почему ты тогда не пытался ко мне приставать?

Глубоко и протяжно вздохнув, он заерзал и притянул меня к себе еще ближе.

- Потому что тогда это потеряло бы все очарование. Ты либо дала мне по морде, потребовав, чтоб я немедленно отвез тебя назад. Либо дала мне то, что я захотел. И я не уверен, что из этого бы я предпочел. Потому что ты была мне интересна не только как объект похоти, мне хотелось узнать тебя получше. Новую тебя. Взрослую девушку с ее взглядами и характером. Ведь я знал тебя только подростком. Секс бы все испортил. Не оставил бы шагов, которые определяли будущие отношения.

- Хм... Не уверена, что поняла о чем ты, но ладно. Ответ принят. Но почему вообще я? Ты был целью охоты многих девушек.

- А тебе безразличен.

- Поэтому?

- Нет. Просто... увидел и где-то что-то щелкнуло. Отстань вообще от меня со своими расспросами. Типичная женская черта - докопаться там, где кажется это сделать невозможно. Иди в душ, дам тебе полотенце и зубную щетку. А я завтрак соображу.

Я чувствовала себя неуютно в чужой квартире и во мне боролись два желания - одно скорее убежать в более комфортную среду, и побыть с Олегом как можно дольше.

Черный крепкий кофе прочистил разум, легкий но сытный завтрак подзарядил энергией. Переодевшись в свою вчерашнюю одежду и расчесав еще влажные волосы, вскоре я была готова ехать в этот его сюрприз.

Погода будто не определилась - снова погрузится в уныние и сырость, или изжарить этот город до хрустящей корочки. В воздухе висела испаряемая влага, разгоняемая изредка налетающими порывами ветра.

Белые кеды после вчерашних луж выглядели скверно. На джинсах на икрах были грязные брызги, а толстовка была лишней и пришлось повязать ее на пояс, оставаясь в простой майке.

Странные у нас с Олегом были отношения. Никаких толком свиданий, красивой одежды, сложных причесок и вычурных макияжей. Я ходила вечно какой-то растрепанной, ненакрашенной и в чем-то простом и удобном. Возможно, в этом нюанс, когда начинаешься встречаться с кем-то из друзей? Не нужно пускать пыль в глаза?

Мы ныряли по улочкам в новом районе города, пока не остановились у "свечки". Так называли три новостройки. Они имели всего по два подъезда и двадцать пять этажей высоты и по форме напоминали три свечи.

- Что мы тут делаем? - я неуверенно потянулась к ремню вслед за отстегнувшимся Олегом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Пока выходим из машины.

Взяв меня за руку, он тут же переплел пальцы и потянул меня в сторону подъезда.

Выудив ключи, открыл домофон и потянул за собой. Консьерж раскладывала по ящикам квитанции и только мельком на нас взглянула, когда мы вошли в тут же отозвавшийся лифт. Просторный, светлый, новенький. Красивый, как и в большинстве новостроек. С блестящими, а не пожженными кнопками. С зеркалами, а не исписанными стенами.

Четырнадцатый этаж. Бесшумно створки выпустили нас на площадку. Я все так же смотрю на Олега с недоверием и каким-то нехорошим предчувствием, будто меня пригласили на вечеринку свингеров...

- Олег? Ты может все таки пояснишь?

Но он уже вставляет ключи в скважину одной из стальных дверей.

- Конечно...

Распахивает и тянет меня за собой внутрь.

Обоняние на какое-то мгновение нейтрализовано запахом автоматического распылителя.

Глаза мечутся по квадратной просторной прихожей со светлым ламинатом, ростовым гримерным зеркалом в деревянной раме с множеством лампочек по периметру. Двустворчатый шкаф под потолок, подставка для зонтиков, полка для обуви, штанга с кучей пустых плечиков. Темный натяжной потолок с точечными светильниками и светлые двери на фоне темных поблескивающих кварцем обоев.

- Олег?

- Я подумал, что странно, когда два взрослых человека не могут проводить спокойно вместе время, потому что они живут с родителями... Поэтому... Вчера я нашел квартиру и снял ее. Хотел еще вчера тебя сюда привезти, но... ты была немного не в той кондиции.

- Т-ты что? Снял квартиру посуточно?

- Нет. У меня договор аренды. Это близко у тебя к работе. Здесь развита инфраструктура, хорошая транспортная развязка.

- Подожди... Я не поняла... Что значит у тебя договор аренды? Ты же...не собираешься переезжать обратно сюда из Москвы?

- Нет...

- Тогда для чего эта квартира?

- Чтобы ты могла сюда перевезти свои вещи и переехать от родителей.

Сердце оглушительно стучало в тишине повисшей среди этих чужих стен.

- Т-ты снял мне квартиру? Но... сколько стоит тут аренда? Я не смогу ее потянуть, я коплю на ипотеку...

- Она оплачена на год вперед.

В опустевшей на несколько минут голове разом заголосили несколько мыслей, чуть не оглушив мой разум.

Что значил этот шаг? Мы всего неделю как вместе проводим время, и даже еще не говорили о наших отношениях. Да и какие могут быть отношения, когда он уедет в свою Москву через несколько дней, а я вернусь к работе и турецким сериалам. Снять мне квартиру здесь, чтобы мы могли спокойно заниматься сексом? Чтобы не пересекаться с родителями... Я почувствовала себя любовницей-содержанкой. Он уедет в Москву, а я буду сидеть здесь и ждать, когда он решит снова сюда приехать и ему не нужно будет заморачиваться где и с кем потрахаться... Никакими серьезными отношениями тут и не пахнет. Он не хочет позвать меня в столицу. Как и не хочет, чтобы я устраивала свою личную жизнь без него тоже. Не хочет строить отношения на расстоянии или просто расстаться по хорошему. Все эти красивые слова, что он лил мне в уши сегодня утром, лежа в постели, сейчас показались не романтичным или серьезным подходом к отношениям, а напускной чушью, чтобы заморочить мне голову.

Вытянув свои похолодевшие пальцы из его ладони я запустила их в волосы, надеясь, что если я покрепче сожму голову, она не разорвется от происходящего внутри черепной коробки.

- Альбина?

Мое имя как сигнал к действию. Я просто разворачиваюсь и выхожу из квартиры, не глядя на Олега. К счастью, лифт ждал нас на этаже, а я успела нажать кнопку, прежде чем услышала шаги. Створки закрылись и кабинка понесла меня вниз. Туда, где мне было и место... Я чувствовала как падаю, как обламываю выросшие крылья, сталкиваюсь с действительностью. Как я могла потерять связь с реальностью? Разрываемая негодованием и стыдом, выскочила из подъезда, пока второй лифт не оказался внизу.

Как он сказал? Хорошая транспортная развязка? Остановка и правда была почти у дома. Не раздумывая, села в маршрутку, только остановившуюся, чтобы подобрать пассажиров. Мне нужно было заставить замолчать голоса в своей голове, избавиться от выжигающего едкого чувства в груди...

Какая же я дура...

Глава 22

Эмоции шли вразнос, мысли кричали слишком громко. Сердцебиение отдавало в каждой клеточке тела. Легкие жгло, будто внезапно пропал весь воздух. Выйдя из одной маршрутки, я пересела на другую. Я не знала куда ехать...

Домой? Точно нет. Как бы мне не хотелось, отрицать, что папа был прав было бессмысленно. Мне запудрили мозги. Как я так попалась? Дура...

К друзьям? Нет. Хотя... пожить в гараже Семы сейчас выглядело не худшей перспективой. Спрятаться там от всех и побыть наедине с собой, привести мысли и чувства в какой-то относительный порядок...

Сколько было налички, я бесцельно прокаталась в общественном транспорте, прячась за солнечными очками и наушниками, надеясь не встретить знакомых и потеряться среди сотен тысяч жителей, раствориться на какое-то время, перестать быть собой.

Выгребая из кармана мелочь на последний билет, поехала в сторону дома.

С опаской я поворачивала за угол, боясь, что из-за пышных кустов акации увижу сейчас черный кроссовер, припаркованный у моего подъезда. Его не было. Внутри что-то оборвалось. Было ли это облегчение? Или все же разочарование?..

Лужа у подъезда. Знакомые ступеньки. Дверь. Ключи. Мама крутится около плиты. Папа разговаривает с диктором в новостной программе. Запах жаренного мяса и чеснока. В квартире, как обычно, душно и влажно. Крикнув стандартное еще со школы:

- Я дома! - скинула обувь и скрылась у себя в комнате.

Первым делом, со злостью смяв, отправила в дальний угол ту самую белую футболку. Сдернула постельное белье, пропахшее им, хранящее следы нашей близости. Пошире распахнула окно, зажгла ароматическую свечку. Хотелось уничтожить все, что напоминало о моей ошибке.

Скоблила себя в душе пока в бойлере не закончилась горячая вода.

Как так вышло, что за такой короткий срок он влез мне под самую кожу, впитался в обои на стенах,.. заполнил собой все? Даже запах моего шампуня теперь ассоциировался с ним.

Я не хочу его больше видеть. С понедельника на работу, как раз не до прогулок и встреч с друзьями, а потом и он уедет в свою Москву. Случилось то, чего я так боялась. Интрижка с кем-то из окружения и ты уже с клеймом шлюхи, дающей за бабки... за оплаченную квартиру, где тебя можно трахать когда захочется и никто не будет мешать. Что дальше? На тебе сережки с камушками, чтобы ты не канючила? Какая до пошлости типичная картинка из этих сериальчиков для домохозяек.

Какая же я дура! Конечно же будет много вопросов и колких фраз теперь еще долго, сама виновата - светилась с ним на глазах всего города. Поверила в любовь... Откуда эта наивность? Мне же не пятнадцать... Как так можно было потерять голову?

Бушевавшее внутри пламя унималось, оставляя на стенках души едкую сажу горечи и сожаления.

Свежее постельное белье пахло гелем для стирки. Тяжелый плед. Наушники. Ноутбук. Сериал. Никакой любви и романтики. Жестокие убийства и суровые детективы.

Мама звала на ужин, но есть не хотелось. Допивая купленную на остановке колу, обратила внимание на голоса из коридора. Только что сделанный глоток застрял в пищеводе, сведенном спазмом. В дверь постучали. Сердце зашлось в бешеном темпе. Я смотрела на дверь, отворяемую как в замедленной съемке.

- Привет! Не смог сегодня до тебя дозвониться. Заехал попрощаться, завтра рано утром еду.

Разом слетевшее напряжение оставило мелкую дрожь в руках. Даня.

- Извини, с телефоном проблемы какие-то.

... я его просто выставила на авиарежим...

- Пожалуйся Савину, пусть новый покупает. Айфон не проси. Это уже клише.

Слова больно ударили под дых. Знаю, друг не имел ввиду ничего такого, но...

- Ты чего-то бледная. Все в порядке?

- Да... Все хорошо. Чувствую себя не очень. Знаешь... Это бывает у девушек...

- Понял. Ничего больше не спрашиваю, - мягкая улыбка Дани, добродушный взгляд.

Вот с кем надо заводить отношения. Пухлые щеки, большое сердце. Если подарит кольцо, то оно точно будет иметь смысл, а не просто красивая цацка, пыль в глаза, чтобы с большим энтузиазмом делала минет. Повезет его невесте. Надеюсь, она это оценит...

- Жалко, что ты так на мало приезжал...

- Я еще осенью приеду. У отца юбилей.

- Вы налаживаете отношения?

- Соблюдаем формальности.

- Понятно...

- Не грусти, Альбина Геннадьевна, скоро снова увидимся. Ты только меня дождись, в Москву не уезжай.

- Не бойся. Не уеду... Ты же знаешь, это всего лишь курортный роман с доставкой на дом.

- Ну да, ну да...

Впервые за все это время глаза защипали слезы. Из-за Олега или из-за отъезда друга - не так по сути важно... Я начинала киснуть, а это хуже, чем злость.

Еще немного поболтав, Даня уехал. У порога я его крепко-крепко обняла, как в тот день, когда он появился на нем неожиданно утром.

Вечером опять пошел дождь. Я перебрала одежду, решая в чем пойду в понедельник на работу, на завтра запланировав день глажки и отпаривания, забралась в постель. Мерный стук капель в стекло, танец теней на потолке. Сон никак не шел... Хотелось взять в руки телефон, но я боялась. Как маленький трусливый крабик я пряталась в свою раковину, пытаясь найти сил вернуться к жизни, зализывая раны от разбитых розовых очков.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

В чате девочки точно будут спрашивать как у нас дела с Олегом. Скажу расстались. Будут спрашивать почему. Совру, что роман закончился вместе с отпуском. Как завещал Сема, я провела время красиво, но хорошего понемножку - тут не совру.

Мой дурной мозг все скакал от одной мысли к другой, и не одна не была приятной или позитивной, а глупое сердце скучало по Олегу и плакало по несостоявшейся любви. Обманывать себя, что мне не больно бессмысленно. Мне очень больно...

Всю ночь я изучала потолок, ворочалась в постели и напрасно пыталась уснуть. Сон сжалился надо мной и пришел только уже когда рассвело. Однако выспаться мне все же не удалось. Потому как по примеру Дани, не дозвонившаяся до меня Марина стояла на пороге квартиры уже в десять утра. Не к добру это...

Глава 23

Когда Марина чего-то хочет, ее мало что способно остановить. Сейчас Марина хотела вытащить меня на фестиваль, организованный нашим пивзаводом в честь своего юбилея. Ее не смутил мой изможденный вид, мое нежелание туда идти, тот факт что это алкогольный праздник, а мне завтра на работу - первый день после отпуска итак тяжелый, и, что, в принципе, мы туда не собирались. Ей нужно было там быть. Непременно. Ведь в числе организаторов будет кто? Правильно? Анатолий Селиванов.

Мне уже хотелось сказать, может резко и грубо, правду в лицо подруге, в надежде, что у нее откроются, наконец, глаза. Это уже походило на манию, сталкерство... Но я смолчала. Мне не хотелось ранить подругу. И не хотелось ссоры с ней. Потому что если я скажу то, что у меня на уме, мы точно поругаемся, и каждой будет больно. И вряд ли это что-то изменит в ее стремлении закрепиться в "отношениях" с Толиком, и желании превратить их во что-то "более серьезное". Скорее наоборот. Она воспримет это как вызов, и тогда точно кто-то пострадает. Либо несчастный парень будет заперт в подвале пока не сделает ей предложения, либо Марина, которая не сможет пережить разрушение своих мечтаний и на эмоциях наделает глупостей, возможно с летальным исходом. Кто знает на что способны настолько влюбленные девушки?

Мне совершенно не хотелось туда идти. Ведь я переживала свою драму, о которой, возможно, пока мало кто знал, но когда она станет достоянием общественности, мне будет очень и очень непросто... Во всей этой ситуации я кляла не Олега, что он такой козел, а себя, что такая дура. Ведь у меня были свои принципы, которые я нарушила из-за человека, который мне даже не нравился... а потом влюбилась зачем-то, зная, что нельзя. Надела розовые очки, не положенные уже по возрасту. Дура...

- Ну давай же, Альбан! Будет весело! Посидим где-нибудь, поедим шашлычков. С лавашом. Маринованным лучком. Зеленью. И свеженьким нефильтрованным. Мммм... Пошли!

От одной мысли о еде стало дурно. О пиве? Тем более. Но в итоге я согласилась. Во-первых, иначе Марина увела бы меня силой ( в этом я почти не сомневалась). Во-вторых, я надеялась, что мы там встретим каких-нибудь ее знакомых, и она сможет зависнуть с ними, а я тихонечко ретируюсь. Ну а в третьих... Прятаться было глупо. Я боялась встретить там Олега. Боялась, что кто-то уже знает и, возможно, будут смеяться надо мной. Боялась неудобных вопросов. Я не знала, что дальше, как себя вести...

Наверное, надо было рассказать Марине. Но... Я чувствовала себя глупо, оттого не хотела говорить о том, как я попала в просак.

Пока я была в душе, подруга залезла в мой шкаф и выбрала платье, в которое намерена была меня втряхнуть. Сама я бы надела шорты и футболку, но и в этом споре я проиграла.

Утреннее солнце уже просушило налитые дождем лужи, но не стремилось спалить сегодня город, а скорее ласково грело его лучами, кутаясь в уютные пушистые облака, поэтому длинное белое льняное платье было вполне уместно. Тонкие бретели, лиф повторяющий контуры тела и пышная юбка, собирающаяся объемными тяжелыми складками, среди которых спрятались карманы. Модель необычная, эксклюзивная, ручной работы и доставшаяся мне абсолютно бесплатно, так как его шила под мои мерки для своей выпускной работы Ириша.

Волосы собраны французской косой. Большие очки спрятали следы бессонной ночи, отсутствие макияжа и присутствие скверного настроения.

- И последний штрих!

Маринка схватила с полки флакон духов и быстрыми движениями окутала меня парфюмерным облаком... Диор. Тот самый. В груди неприятно засаднило от вспыхнувших воспоминаний.

- Ну вот! Красавица! Олег увидит - потеряет дар речи. Пошли!

... и я искренне надеялась его не встретить. В конце концов что делать на празднике алкоголя непьющему человеку? Да и... он должен был сегодня забирать маму с сестрой с дачи.

Главное быстрее передать Марину кому-нибудь в руки и вернуться домой.

Хоть площадь уже и была более чем многолюдна, подходящих знакомых мы не встретили ни пока обходили раскинувшиеся яркими рукавами торговые ряды ярмарки, ни шумные аттракционы.

Традиционно со всех сторон тянулись и щекотали обоняние всевозможные ароматы еды, смешавшиеся с легким дымком мангалов и жаровень. Попкорн, сладкая вата, выпечка, шаурма, френч-догги, бургеры, люля-кебабы, шашлыки, жареные колбаски, вяленая и копчоная рыба, всевозможные закуски к пиву. Палатки, шатры, массивные длинные деревянные столы и скамейки, пластиковые столики и стулья, фудкары, ну и естественно дегустационные стойки от представителей малых пивоварень.

Несмотря на достаточно ранний час, были уже изрядно надегустировавшиеся, которых за устроенные дебош уже упаковывали дежурящие полицейские.

- О! Пойдем в шатер Гриль-бара!

Марина не успела договорить, как уже схватив меня под руку, потянула в нужную ей сторону.

Есть не хотелось. На крайний случай я бы взяла френч-догг в фудкаре, но сидеть где-то совсем не входило в мои планы.

Марина либо знала, либо как лучшая ищейка Скотланд-Ярда шла по следу.

В компании нескольких мужчин и женщин, у стойки обслуживания стоял Толик при рубашке и брюках, с бейджиком, висящим на синем шнурке.

Мне показалось, что его стандартная улыбка стала более напряженной, когда он увидел нас.

- Так и знала, как только меня нет, рядом с ним уже какие-то бабы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Марин... Судя по одежде, это коллеги.

Но ноздри подруги уже задрожали, а глаза хищно сощурились.

Прямой наводкой она подошла к Толику. Ее наманикюренная ручка изящно скользнула ему под локоть. Вторая ласково огладила его бицепс.

- Любимый, у тебя перерыв?

Мне стало не по себе и, дергано кивнув в приветствие, я отвернулась к меню, излишне внимательно его изучая.

Кто-то из его спутниц так сильно надушился чем-то приторным, что мне стало дурно, поэтому вскоре вообще предпочла отойти на безопасное расстояние. Приступ рвоты в шатре, где едят люди - не лучшее, что я бы предпочла из развлечений на сегодня. Тем более я еще даже не пила, чтоб так позориться.

Пока я рассматривала бусины своего браслета, моей спины мягко коснулась мужская ладонь. Сердце дернулось в панике, но слуха тут же коснулся голос Толика.

- Пойдемте найдем нам какое-нибудь хорошее местечко и подождем остальных. Я конечно, иногда буду отлучаться, но с удовольствием пока побуду вашим кавалером, девушки. Кстати, классно выглядишь, Альбин!

Судя по всему прямо сейчас мне смыться не получится...

Глава 24

Подставляя лицо ветерку с запахом сахарной ваты, я попивала через толстую соломинку воду с лимоном и смотрела на разношерстную толпу. Смотреть на парочку, сидящую напротив меня, не было никакого желания. Сейчас этот фарс у меня вызывал только раздражение. Одна не понимает, или не хочет понимать, что ее общество не так уж и желанно и навязывается теряя остатки гордости. Другой не может просто взять и сказать все как есть, и продолжает строить из себя страдальца за спиной первой, не разрывая эту связь.

Бесхребетный недомужик.

На смену утренней апатии пришла вспыльчивость. Мало того, что все мои праны пошли прахом, так еще и не слинять, вдобавок приходится наблюдать этот цирк почти четы Селивановых. Нервозности добавляло то, что мне надо дождаться "остальных", для которых у нас с Олегом "типа любовь". Не дай Бог, еще пересекусь с самим Олегом.

В какой-то момент заметила, что трясу ногой. Всегда бесило, когда кто-то так делает. А тут теперь вот - сама туда же.

И виновата во всем была Марина.

Вот корень зла и всех проблем. Сначала Иришу бросила пьяную на какого-то мужика. Потом под видом "потусить нашей компанией" притащила всех вообще на чужую вечеринку, где и начались мои беды. А все из-за вот этого вот оленя, который ни бе, ни ме. Все бабы дуры, когда дело касается мужиков... Но эта - особенно.

У Толика зазвонил телефон и он, извинившись, быстрым размашистым шагом скрылся где-то в гуще самого праздника. Марина тут же переключила внимание на меня, а я твердо решила, что уйду сразу, как только появится хоть кто-нибудь из этой кампании, чтобы она не сидела тут одна.

Если бы я внимательнее смотрела на подругу, то почувствовала бы подвох раньше и может быть сумела что-то предпринять, но...

В нос ударил приторно сладкий, до пошлости томный аромат женского парфюма. Вместе с плюхнувшимся на скамейку рядом со мной плюшевым рюкзаком в поле зрения попало декольте - два идеально круглых крайне объемных мячика, грозящих вот-вот выпрыгнуть из красного кружева топа. Грачова со своем "страшненькой" подружкой - полной, с неправильными пропорциями тела, пирамидальной фигурой и слишком простыми чертами лица - Ниной Крюковой. Стоило мне чуть дальше повернуть голову, как уши заложило от зашумевшей крови. За спинами девушек стоял Олег.

- Толя сказал, что вы заняли местечко и где вас искать. Мы пока первые?

Марина недобро сверкнула глазами. Алла выглядела слишком довольной и слащавой. Олег не излучал ровным счетом ничего. А я...

- Угу, - отвернулась и сделала спешно глоток холодной воды, потому как надо было что-то сказать, но я боялась, что меня подведет какая-нибудь неожиданная хриплость в голосе.

- Ой, я оставлю тут вещи? Сходим возьмем себе что-нибудь. Олеж, ты с нами?

Я не слышала, что ответил "Олежа", но отчетливо слышала, как Марина прошипела и видом кобры, готовой к броску:

- Эта овца накаченная совсем страх потеряла?! Она на него прямо при тебе вешается?! А он... Да какого хрена?! Подруга, если ты будешь драть ей космы кератиновые, я с тобой! Пофиг! Пусть хоть в обезьянник потом забирают!

Это был худший расклад из возможных. Я не могла остаться. И не могла уйти. Марина ни за что не останется одна в компании Аллы. А если я и смогу как-то ее уговорить меня отпустить - она точно сцепится с ней. И как это будет выглядеть с моей стороны? Бегство? А я ведь так не хотела выглядеть слабой...

Я не знала, что делать и лишь продолжала сидеть на жесткой скамейке, глядя на подругу со смесью отчаянья и мольбы. Дело в любом случае обернется или драмой, или кровавым боевиком.

- Марин... Оставь. Пусть, - это все, что я могла выдавить из себя.

- Да что ты такое говоришь?!

- Марина!

Она несколько раз моргнула, казалось, через радужку было видно, как вертятся шестеренки в ее голове.

- Погоди. Вы что? Поругались что ли?

- Не важно. Мы не вместе. И мне очень важно, чтобы ты не раздувала эту тему, а... поддержала меня.

- Во дела! Я ничего не поняла... Вы когда успели то? И... почему мне не сказала ничего?! Ты офигела?!

- Марин...

- Я не знаю, что между вами произошло, но...

- Они идут!

- Сиди тут! Даже не вздумай сбегать! И улыбайся! Мы им всем покажем!

Алла с бутылочкой безалкогольного, такого же как у Олега, села рядом со мной. Нина хотела сесть к Марине, но она тут же зашипела, что тут занято, Толик тут сидит. И позвала на ее сторону присесть Олега.

- Мы шашлык заказали. Вы будете? Мы попросили пожарить на наш стол два килограмма.

И в доказательство ее слов мангал активнее задымился, а за стойкой началась какая-то суета. При этом от глаз не ускользнуло, что она была без вещей, а Олег убирал в карман банковскую карту. Ко всем распирающим меня в этот момент чувством примешалось омерзение... Он оплатил их напитки, она заказала на всех еду за его счет. Прям супружеская пара! И он главный спонсор, которого начали крутить на бабки. Не хватало только дуть губки и обращаться к нему: "Ма-а-ась".

- Нет. Мы можем сами купить себе, что нам захочется. Я бы не отказалась от жареных креветок. Альбин?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

А я... от амнезии и анестезии.

- Видела тут осетинские пироги.

- Ой! Круто. Давай возьмем. Я бы несколько начинок попробовала, только они сытные такие... много не съешь.

- Пойдем. Заодно креветки возьмем.

- И пива!

- Темного!

...Мне хотелось рыдать. Я чувствовала себя загнанной в тупик. Но крепкая рука подруги и ее боевой настрой создавали ощущение, что мы вступили в войну и начали боевые действия, а это значит... я не иду сейчас домой. Господи... что я опять делаю?!

Глава 25

- Что стало? Вы же такая мимимишная парочка была. Прям как...

- Не важно. - Пришлось оборвать Марину, потому что причитания о нашей любви внеземной я слушать не имела никакого желания. - И учти, я хотела бы уйти, но осталась. И не из-за него, и что с ним Аллочка приперлась. А из-за тебя. Я с этой мразью тебя не хочу оставлять. Придет Толик или кто-то еще, и я уйду.

Я не могла понять, порадовало меня что он был так отстранен, или все же покорежило. Казалось, что прошли не сутки, а вечность с того момента, как я оставила его в той квартире и умчалась куда глаза глядят на маршрутках. Мой телефон хоть и лежал в сумке, но был все еще выключен. Интересно, звонил ли он? Может быть писал? А если что-то типа: "Ну и пошла в жопу, истеричка конченная"? Сейчас я жалела, что не включила телефон...Наверное, лучше было знать, что там, чтобы подготовиться к вероятной встрече. Наивно было полагать, что он тут не появится и я смогу сбежать не встретившись с ним.

А что если включу... А там ничего?

Дурное сердце заныло еще сильнее, кончики ушей и ладони стало покалывать.

- Не знаю кого из них ты назвала мразью. С этой пернатой понятно. Но если Олега,.. - хоть мы и отошли на достаточное расстояние, все равно продолжали говорить понизив голос и максимально приблизившись к собеседнику. - Альбиш... Он тебя обидел? Я ж его размажу, как соплю по коленке. А вообще... Ну и правильно, что осталась. Что бы там не случилось между вами, пусть он теперь гасится и смотрит с расстояния какая ты королева. И страдает! Хотя если к нему Грачова прицепилась, то это уже его карма настигла.

- Марин, давай не будем вот это вот все разводить. Ок? Да, мы с ним позажигали, но... Наша интрижка зашла в тупик. Не спорю, мне не очень приятно там сейчас находиться, но... Короче. Не забывай, мне завтра на работу. А первый день после отпуска, да еще и с бодуна... Поэтому я не только из-за него ухожу, понимаешь?

Держать хорошую мину при плохой игре было трудно. Еще вчера я проснулась в его объятьях, влюбленная до одури, а сегодня пыталась сделать вид, что не было этой недели, что он просто парень в компании, что мне не больно, и обида не прожигает в груди огромную дыру.

Марина сникла. Ее взгляд из лихорадочного вдруг стал задумчивым. Набрав всевозможных пирогов и прихватив по большому стакану темного разливного от собственной пивоварни спорт-бара, встали в очередь зажаренными креветками на шпажках, заодно решили взять ржаные гренки с чесноком.

Когда мы возвращались, Толик уже без бейджа на шее сидел на своем месте, подтянулись еще парни из их кампании и они все вместе с Олегом о чем-то спорили, временами взрываясь громким хохотом. Алла болтала с Ниной, наглаживая горлышко бутылки будто это было нечто другое.

Плюхнувшись на наши места мы раскладывали принесенные закуски. Маринка подкармливала с рук Толика, сталкивая по одной румяные нежные тушки креветок. Я с напускным энтузиазмом жевала пирог, чтоб только был занят рот и никто не лез с разговорами. Пироги точно должны быть вкусными, они прямо таки сочились сливочным маслом, а мясо внутри было нежным и напитанным, но вот мне все на вкус отдавало картоном. Даже темное, почти черное пиво пилось как вода, не ощущался ни вкус, ни градус.

Через стол мы с Мариной листали фотки Ириши, комментируя или бурно обсуждая некоторые из них.

- Ты посмотри какой красавчик!

Разговоры резко стихли на одно мгновение и мой комментарий прозвучал за столом слишком громко.

Продолжая делать вид, что все нормально, я показывала подруге фото бармена, по которому там сходила с ума наша дорогая разведенка. Но краем глаза все же заметила, как посмотрел на меня Олег. Впервые за это время. Пристально. Дернув щекой будто в ироничной усмешке. Его взгляд лег на мои обнаженные плечи чем-то тяжелым. В груди стал набухать ком из пронзительной тоски и горечи. Если сжать его случайным словом, то из глаз хлынут слезы, а с языка польются слова сожаления обо всем, о чем только можно сожалеть с того момента, как на озере он взял в руки мою банку пива, чтобы ее открыть.

Как все символично. Все началось в тот день, когда я обнимала на своем пороге Даню. В тот день, когда закончилось - было тоже самое. Все началось с пива, пивом и заканчивается. Мысленно отсалютовав за эти слова, будто это тост, одним большим глотком допила содержимое стакана.

- Уже пятый час. Знаешь, я пожалуй пойду. Надо морально и физически подготовиться вставать завтра в дикую рань, собираться и тащиться на маршрутке до работы, а потом сидеть там целый день. И ты уже тут не одна...

Маринка закусила губу и грустно вздохнула.

- Ладно... Тебя проводить?

- Не надо. У тебя Толик недокормленный. А я до остановки как-нибудь доберусь.

Следом за мной встала подружка и крепко сжала в объятьях, целуя в щеку и выдыхая в самое ухо:

- Ты потом все расскажешь? Да?

- Не бери в голову. Веселись.

Увидев, как я беру сумку, Толик удивленно уставился на меня:

- А ты куда?

- Домой. Рада была повидаться.

- А... А... Подожди! К-как домой? А...?

Ну вот и началось... Возлюбленный моей подруги удивленно смотрел на меня, а потом на Олега, вскинувшего в этот момент взгляд в мою сторону.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Мне на работу завтра. А вы отдыхайте, - пожав плечами, я старалась изо всех сил быть естественной и непринужденной. - Всем пока.

Помахав рукой, даже не глядя видят и слышат ли меня присутствующие, развернулась с целью затеряться в толпы.

Перпендикулярно моему курсу движения проплывала кучка изрядно накаченных алкоголем мужиков не очень приятного вида, и я постаралась прибавить шаг, чтоб максимально с ними не пересечься. Успев проскочить в паре метров перед ними, я почти выдохнула, когда почувствовала, как на запястье сомкнулись грубые мужские пальцы. Сердце ухнуло к осетинским пирогам.

Глава 26

- Куда это ты так торопишься?

Ожидая увидеть перекошенное пропитое лицо с гнилыми зубами, неряшливую фигуру, развязный мутный взгляд, ощутить ударившую в нос смесь застарелого перегара со свежим дешевым алкоголем, я повернулась. Ровно в этот же момент рука резко почувствовала свободу от захвата.

- Руки убрал! - Слух царапнул такой знакомый и будто чужой голос.

Сердце подлетело от желудка к горлу и и забилось там дикой птицей. Схватив за грудки и без того слабо стоящего на ногах мужика грозной тучей нависал Олег. В нескольких шагах от нас друзья по алкоголю оценивали ситуацию, пока не решив стоит ли лесть на рожон. А за спиной незадавшегося кавалера повставали из-за стола наши парни, готовые вмешаться в любой момент.

- Э! Блядь! Сам нахуй убрал! Ты мне футболку испортил!

- Я тебе сейчас рожу испорчу. Смойся!

Он так резко отпустил, толкнув при этом от себя, что мужик чудом не повалился, налетев при этом на проходившую мимо пару. Женщина взвизгнула. Мужчина, закрыв ее собой, выругался.

- Ты че творишь, пидрила? - язык заплетался как и ноги.

В ушах стучали барабаны, а будто ноги набили ватой.

- Олег,.. - ладонь несмело коснулась широкой спины, на которой бугрились сейчас напряженные мышцы.

- Чего встали?! Забрали и вперед, куда шли! - Толик подхватил за шкирку метнувшегося было на Олега "Дон Жуана" и толкнул его к дружкам. - В обезьяннике давно не сидели? Это быстро устроим.

Тот, кого назвали собутыльники Валерой, пытался еще было рыпнуться, но дружки поняли посыл правильно и предпочли дальше конфликт не развивать.

- Да сдалась тебе баба какая-то! Пошли давай! Пока там на халяву наливают!

Выпивка перевесила зов сердца, и Валера обложив матом и меня, и Олега, и Толика, и "ментов", позволил себя увезти. Какое-то время Олег так и стоял, глядя им след и тяжело дыша. Когда он повернулся ко мне, его глаза все еще были пугающе темными, играли желваки, ноздри раздувались. Пытаясь унять бешеное биение в груди, ставшие влажными от волнения ладони прижались к груди.

- Вот куда ты несешься? Что это за показуха?!

Я не узнавала его голос. Сколько было в нем злобы...

- Кто бы говорил о показухе! Я не просила меня спасать. Сама бы справилась.

- Ну да, конечно! Парня себе нового ищешь? Я помешал?

Руки все так же дрожали, но уже от поднимающихся обиды, негодования, горечи.

- Может и ищу. На постоянную основу, с перспективой отношений, а не в качестве эскортницы по случаю.

- Вот как?! - В его темных глазах мелькнуло что-то нехорошее... Презрение? Голос от злости перешел в едкое пренебрежение. - Ну тогда ты форматом, наверное, тут промахнулась. Или решила планку понизить? Чтоб наверняка в ожиданиях не промахнуться?

По груди полоснуло болью.

- И что же не так с моими ожиданиями? - сглотнув едкую слюну смотрела в эти глаза, что сейчас сверлили меня зло и так яростно, а в памяти они были совсем иными, и этот диссонанс все больше расшатывал мое самообладание.

- Да мне самому интересно. Ты же не говоришь. Ты молчишь, а потом несешься куда-то сломя голову!

- Иногда действия, знаешь ли, как, мать его, рафаэлло! Вместо тысячи слов!

- Вот сейчас или я туплю, или ты гонишь.

- Я гоню? И вообще! Какие ко мне претензии?! Ты долго не скучал. Вон уже с новой подружкой сегодня пришел.

На нас косились прохожие. Стоящий рядом Толик с обеспокоенным видом не отходил на случай, если придется предотвратить еще одну драку. Сидящие за нашим столом будто шоу по телевизору под пиво и чипсы наблюдали наш скандал. Но почему-то мне это было все равно. Я итак уже вышла за рамки так тщательно оберегаемой приватности. А распирающие изнутри эмоции и накопившиеся слова требовали выхода, иначе меня разорвет на части. Поэтому мы стояли посреди людной площади, размахивали руками и кричали друг на друга.

- Ты дура?

- Ну раз ты меня за нее принял, тебе виднее!

- А, ну значит так? Твоих ожиданий не оправдал? В чем? Что через неделю не прискакал падать на колено с булыжником на перевес? Недостаточно много предложил? Не знал, что ты одна из этих корыстных продажных шкур. Поэтому все еще одна? Не нашла того, кто достаточно заплатит?

Это был какой-то рефлекс... Громкий шлепок, ладонь обожгло. На его щеке красный след, а кудрявые волосы в возникшем на мгновение хаосе метнулись на лоб и упали на глаза.

На долю секунды, кажется, застыл весь мир. Но стоило моргнуть и все вокруг вновь ожило, пришло в движение. Только звуки извне перекрывал звон в ушах. Только бы не заплакать. Нет. Он не увидит моих слез... Только мое разочарование.

Его взгляд, тон, слова. Царапали как песок по свежей ссадине. Было больно. Было грязно. Подбородок предательски подрагивал, но я лишь гордо вскинула его, с презрением взглянув на того, кого думала, что полюбила. С кем позволила себе мечтать. Кому доверилась.

- Ты совсем охренел. Тебе так твоя Москва мозги повредила? Думаешь, что все ей меряется? Что все купить можно?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Он смотрел на меня не мигая. В глазах бушевало такое дикое пламя. Челюсти скрипнули. Нас разделял всего шаг...

- Бесишь!

Я думала, что сейчас он и меня так же как алкаша схватит и встряхнет, чтоб я повалилась неуклюжим мешком в позор. Когда его руки протянулись ко мне все внутри сжалось.

Задержанный в ожидании вдох.

Две огромные ручищи тянутся и я ощущаю себя такой хрупкой... Такой глупой... Надо было просто бежать, как только меня отпустил этот чертов Валера. Зачем? Зачем я осталась?

Его искореженное гневом лицо совсем близко. И... Его губы впились в мои с силой, злостью. Одна ладонь давила на затылок, не позволяя отстраниться, другая железным обручем сдавила талию, прижимая к горячему крепкому телу.

Упираюсь руками в мощную грудь, хотя понимаю, что силы не равны. Но продолжаю сопротивляться. В какой-то момент на волне паники, непонимания, протеста и обиды мой мозг решает, что закричать на него хорошая идея. Пытаясь сквозь сжатые губы что-то вякнуть, теряю контроль и натиск оказывается сильнее сопротивления. Наши зубы стукнулись с неприятным звуком. Его язык заполнил собой весь мой рот. И я делаю все, что могу в данной ситуации, чтобы отстоять себя... Кусаю.

Он вздрагивает, отстраняется на мгновение промычав от испытанной боли, но не отпускает.

Чувствую соленый вкус во рту. Его кровь? А может это уже мои не сдержавшиеся слезы? Не знаю. Глаза закрыты, мир катится к чертям, и все что мне хочется - сгореть в это мгновение от позора под взглядами всех этих людей вокруг.

- Идиотка. - Выдыхает мне в губы так нежно, что обидное слово будто журит, но не ранит.

Упирается лбом в мой и так тяжело и рвано вздыхает. А я будто превратилась в камень. Под ресницами становится влажно. Я не могу открыть глаз. Это все какой-то кошмар...

- И я идиот... Не знаю кто первый был неправ... Но, прости меня. Ладно? Давай не будем ругаться? Давай поговорим нормально. Не плачь,.. - его палец мягко прошелся по моим ресницам, стирая готовую сорваться каплю. - Я... я люблю тебя...

Глава 27

- Мне кто-нибудь объяснит, что тут происходит?

- Наши голубки впервые крупно поссорились.

Сема нахмурившись стоял рядом с озадаченным Толиком, под боком которого уже материализовалась Марина.

- Я тебя отвезу. Не лучший день и место ходить красивой девушке одной. По пути поговорим, ладно? - из злого и агрессивного Олег становился заискивающим и нежным, отчего становилось еще больнее.

- Ладно, - сухо, с главным желанием скорее отдалиться.

Его признание совсем не тронуло моего сердца. Мне почему-то стало лишь тяжелее и горше. Вся эта вспышка обоюдного гнева, обидные слова... все стало еще запутаннее, все стало еще хуже, чем было до.

Меня окатило холодной водой. Все это происходило на глазах у целой кучи народа. Я опять ломаю свои принципы. Опять все наперекосяк. Почему? Почему именно он стал моим камнем преткновения?

Уйти сейчас, действительно, лучшее, что можно сделать. И после всех этих туманных упреков, когда схлынула эта волна эмоций, стало ясно, что точки над "и" расставить необходимо в любом случае.

Чувствуя себя опустошенной лишь кивнула на прощание всем на нас смотрящим и развернувшись пошла по направлению к выходу. Буквально через два шага меня нагнал Олег. Я обхватила себя руками лишая его возможности переплести наши пальцы. К тому же, несмотря на теплый подступающий вечер, меня бил озноб. Бегали дети, ходили шумные подвыпившие взрослые, играла музыка, а у меня в ушах стоял белый шум, словно старый телевизор не ловил канал.

Я шла за ним до парковки, молча забралась в салон. В тишине мы отъехали и поплыли по улицам города. Не сразу я поняла, что едем мы не совсем в том направлении.

- Ты пропустил поворот? - скрипучий голос будто совсем не мой.

- Нет, хочу поговорить в спокойном месте. Потом отвезу домой, как обещал.

- Мы разве не достаточно сказали друг другу? Я и дура. И идиотка.

- А я идиот. И получил по морде. Заслуженно. Возможно, лишнего сказал.

- Незаслуженно мало получил.

- Давай не будем дальше ругаться.

- Не я это начала. Что за цирк ты устроил?

- А ты? Так... Подожди, дай припаркуюсь.

Машина уткнулась мордой в живую изгородь,по бокам стояли пустые припаркованные автомобили. Мы были наедине среди шумного города.

- Думаю, так лучше, - глядя на свои руки на руле, Олег выдохнул так, будто то ли брал себя в руки, то ли решался на что-то. - Почему ты вчера так отреагировала? Я действительно не понимаю. Давай только прямо. Без всех этих увиливаний и громких фраз. Скажи как есть. Вот чтоб ты знала. Для меня это выглядело так. Накануне ты спросила меня заберу ли я тебя в Москву. Ты была пьяная. Не знаю помнишь ли. Но я помню. Потом я привожу тебя в квартиру, которую снял для тебя, а ты уходишь ни сказав не слова с лицом, будто я тебе на восьмое марта жидкое мыло подарил. Это выглядит так, будто ты как Аллочка хотела меня выцепить, чтоб перебраться в Москву на уже тепленькое местечко, а тут вдруг я нарушил весь план.

- Ты совсем дебил?! - от его слов у меня снова начала чесаться рука заехать ему хорошенько!

- Возможно. Я говорю, что почувствовал я. Ты же ничего не говоришь. Я должен как-то понять что в твоей голове сам? Я поделился своими мыслями. И они мне не нравятся. Мне не хочется думать, что ты такая.

- Начистоту говоришь? Ладно. Вот тебе то, что в моей голове. Я живу тут. Ты в своей долбанной Москве. Я думала, это интрижка на время отпуска, но ты будто пытаешься меня застолбить, метишь территорию. Зачем? Что это за замашки? Я уже думала, что может ты хочешь от отношений чего-то большего. Не исключаешь перспектив их развития. Но вот... Ты снимаешь мне квартиру, чтобы мои родители не мешали нам трахаться. Прикольно? Мне кажется, ты очень ясно указал мне мое место. Ты как куклу меня купил? Чтобы я сидела в этой квартире пока ты там у себя живешь свою жизнь. Ждала, когда ты вдруг решишь сюда заглянуть, чтобы можно было беспрепятственно потрахаться. Или это откуп в качестве компенсации? Мол нам круто, конечно, но ты мне в моей жизни не нужна. Не важно. Важно лишь то, что после всех твоих действий и слов, ты мне дал понять, что я тебе больше не нужна.

Мне не хотелось его видеть, я говорила будто бы соседней серебристой киа, глядя ей в боковое зеркало. Хотелось сказать все и уйти. До дома оставалось несколько кварталов и их я планировала пройти сама, заодно проветрив голову. Все это было лишнее в моей жизни. Скорее бы к работе, сериалам по вечерам и спокойной рутине. Постепенно это забудется, и если Олег снова приедет, не факт, что мы снова встретимся, а может он найдет себе здесь новое прикрытие от хищниц на его Московскую задницу.

После моих слов последовала тишина. Полнейшая. Такая, что я обернулась убедиться, не одна ли я в салоне. Но наткнулась на его взгляд и поспешно отвернулась обратно.

- Нет, нет. Посмотри на меня. Пожалуйста. Не отворачивайся.

Это было сложно. Нет. Смотреть на него я не хотела. Поэтому уставилась на потухшую приборную панель.

- Ты хотел поговорить. Мы поговорили. Ты решил, что я тебя расцениваю как счастливый билет и не обрадовалась, что это не билет в другой город. Я поняла, что ты не видишь развития отношений со мной дальше и таким образом дал четко понять.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- И оба мы отчасти правы. Так?

- Я не хотела, чтобы ты меня увез. Но мне не понравилось, что ты такую возможность отрицал. Поэтому нет. Ты не прав. Я не меркантильная продажная шкура.

- Прости за эти слова. Они были не о тебе.

- О той, с кем ты пришел?

- Я не с ней пришел. Мы встретились уже на празднике, просто дошли вместе. Я только приехал с дачи и Толик написал где вы, хотел воспользоваться ситуацией пока ты там и нет лишних ушей, чтобы поговорить. Если уж расставаться, то не вот так. Хлопнув дверью молча.

- Ты итак уже был намерен расстаться, какая разница как?

- Ничего я был не намерен. Что за женская манера решать за других?! Сама себе что-то придумала, в это поверила и все! Понеслась вода по кочкам! Да, я не позвал тебя сразу с собой. Да, я не собрался перебираться сюда. Ты у меня это уже прощупывала. Только выводы ты сделала неправильные. Мы вместе неделю. Черт возьми, лучшую неделю в моей жизни! И пусть там были реки кровищи в подъезде, жесткие обломы секса, секс при твоих родителях и мое знакомство с ними будучи в трусах. Я влюбился как мальчишка. Мне хочется заниматься с тобой любовью постоянно, будто у меня пубертат, а не перевалило за тридцатник. Я хочу проводить с тобой каждую минуту, что могу. И я хочу продолжить отношения. Хочу посмотреть что у нас получится. Да, они выйдут сложными, иногда на расстоянии. Но это уже моя проблема. Я не буду тебя вырывать из твоей жизни, чтобы ты была в моей. Я сам это решу. И пусть все развивается дальше, пока мы не поймем чего мы хотим и не решим как это получим. Я согласен мотаться туда-сюда машиной, самолетами, поездами, разрываться между городами. Я хочу быть с тобой... И квартиру снял, чтобы ты могла ходить по дому в трусах, не дергалась из-за косых взглядов родителей, чтобы я мог приезжать и спать с тобой рядом, вдыхая твой запах, чтобы мог трахать тебя на всех поверхностях как горизонтальных, там и вертикальных и ты при этом могла не сдерживаться и быть раскрепощенной, отдаваясь своим чувствам, не думая кто за стенкой или что вот-вот кто-то придет, кто услышит и что скажет.

Длинная тирада и теперь мое молчание. Холодные пальцы сцепившиеся на ручке сумки. Голова звенела.

- Мне надо подумать.

Вечерний ветер обдувал горящую голову. Я шла прочь от машины ныряя дворами. Я запуталась... Я не знала чему верить, что делать. Олег ворвался в мою жизнь и все в ней перевернул. Все это было как красивая сказка, в которой мне нужно было только расслабиться и довериться. Но существуют ли сказки? Как и прекрасные принцы? Ведь если так... Я своего уже встретила.

Глава 28

Рабочие будни ударили реальностью. Завалы бумаг, недовольные лица коллег, еще более недовольные приходящих граждан за какими-нибудь документами и справками. Душный офис. Бесконечно долго тянущееся время. Уже в первый рабочий день хотелось написать заявление на увольнение. И это по этому я скучала?

За обедом, ковыряя вялый подветренный салат в контейнере, просматривала телефон. Вчера вечером я все же сняла авиа-режим... Сообщения о звонках от Дани, Марины, Семы, родителей. Сообщения от всех подряд. Заваленный сообщениями и фото чат с девочками. От Олега всего четыре пропущенных и два сообщения.

Мысли все крутились вокруг этого человека. Все казалось в корень неправильным, каждый шаг внушал сомнения, но почему-то неудержимо я продолжала все глубже погружаться в эти отношения. Уже и родителей познакомила. Пусть и нечаянно. И так нелепо.

Даже сейчас, вместо того, чтобы сосредоточится на делах или своих личных планах, ведь отпуск закончился, а значит и все, чему я отвела этот короткий срок, я думала о нем... Прокручивала наш последний разговор. В его словах была логика, пусть и мне не нравящаяся. Но больше всего меня пугало, что он действительно рассматривал развитие наших отношений. Что серьезно к ним подходил. И в принципе, это выглядело как еще один бизнес-проект на перспективу. Высчитанные риски. Необходимые вложения материальные и личного времени. Просчет сочетания с остальными делами.

Столько мыслей, сомнений. Меня разрывало. Глупое сердце скучало по времени с ним рядом. По тому, какая с рядом с ним. Мне даже будто нравилось в какой-то степени рушить принципы, стирать границы, переворачивать свою жизнь с ног на голову.

Когда Олег озвучил свои планы, все стало каким-то слишком реальным. Улетучилась вся эта воздушность и щекочущая неопределенность. Мне всегда казалось, что отношения должны развиваться как-то сами, по обоюдной тяге партнеров, постепенному выяснению насколько они подходят друг другу, в одном ли направлении смотрят и так далее. А не: "Поговорили, обсудили, спланировали, решили"...

Нет, с одной стороны внутри меня ликовала влюбленная дурочка Альбина, что ее новоявленный кавалер хочет быть с ней. Но... Опять это "НО". Как много их...

Вообще, одно дело думать и мечтать о том, что будет дальше и как. Другое, когда тебе уже открыто говорят: "Да, мы будем вместе, я тут свое расписание под это скорректировал".

Телефон отозвался вибрацией в ладони. Сообщение от Марины:

"Ну как вы? Помирились?"

Все что я могла сказать это:

"Больше не ругались".

Что было правдой, ведь после того как я вышла из машины - не видела Олега и мы не разговаривали.

"Вы как ушли, Аллочка сидела злющая. Нефиг на чужих мужиков слюни пускать. Это она еще с рожей на лице, а не под ногтями ушла, пусть спасибо скажет."

Наш воинственный карлик уступал Алле и в росте, и в весе... Миниатюрная холеная блондиночка против фигуристой с пышными формами жертвой косметолога. Во всем нужна мера, даже в филлерах в губах. Алла от природы владела вполне приличными пухлыми губами, подходящими к ее лицу и форме небольшого рта, но она докачала их и сейчас напоминала рыбку.

На секундочку задумавшись, я вполне ясно представила, как наша разъяренная фурия с разбегу напрыгивает и вцепляется в волосы той, кого итак давно ненавидела. Так и слышу хруст вырываемых волос и победный крик. Эта картинка заставила меня улыбнуться, хоть я и не фанат рукоприкладства.

"Слушай. Мы так и не поняли, что вы не поделили. Только уяснили, что он жуткий ревнивец. Ух Как он в того алкаша вцепился! За ним как за каменной стеной. Буквально. Не ругайтесь, котики. Вы заставляете меня верить в любовь".

В груди как-то неприятно засаднило.

"Он хочет, чтоб я переехала от родителей. Снял квартиру. Для нас двоих. Но не в Москве. А здесь. Это глупо. Ведь он уедет. И хочет, чтобы я сидела его ждала, когда решит меня навестить. Так что не нужно иллюзий. Он не увезет меня от вас в столицу. Так что не такая уж и любовь."

Знаю, Марина не тот человек, с кем такое обсуждать, но... Сказав это, можно сказать, вслух, я почувствовала облегчение. Разделить с кем-то сомнения. Дать трещину чьим-то розовым очкам, идеализирующим нашу пару. Может и самой Марине будет полезно чуть-чуть опуститься с небес на землю.

Подруга слишком долго печатала. Я уже домучила обед, так как время на него заканчивалось, когда пришел ответ:

"Надо обсудить это с девочками в костемойке".

Скорее всего Марина не смогла сама понять, как это трактовать.

После перерыва мне некогда было оторваться на телефон, а по дороге домой битком набитая маршрутка не располагала в обсуждению личной жизни с подругами. Оставив это на вечер, погруженная в свои мысли я шла домой, ожидая оказаться наконец в спасительных одиночестве и тишине. Только толкнув дверь, я ощутила идущий из квартиры жар и запах теста. Родители еще утром собирались уехать на дачу, поэтому тонкой ноткой зазвучала внутри тревога.

И не зря. Мама напекла уже гору оладьев и никак не могла остановиться, а это с ней случается, когда она взвинчена. За столом сидел насупившийся отец. Он оторвал тяжелый взгляд от чего-то лежащего перед ним (из-за горы оладьев на огромной тарелке я не видела что там) и посмотрел на меня так, что волосы на затылке шевельнулись. Вспомнилось время, когда я приходила со школы, а учитель уже успевал им позвонить.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Явилась. Умывайся. Разговор есть.

Глава 29

Сердце тревожно ворочалось предчувствуя что-то неладное, будто я провинилась и меня ждет выговор.

Даже и не знала,, поторопиться мне переодеться или делать это максимально долго, чтобы отсрочить неприятный скорее всего разговор.

Зайдя на кухню, я застала ту же картину, что и войдя в квартиру несколько минут назад. Только теперь я увидела, что лежит перед отцом. Папка с документами и связка ключей с задорным пушистиком в виде брелка.

- Заходил твой Савин. На этот раз на нем было больше одежды, к счастью. Сказал, что-то про какие-то неотложные дела и всякую хрень, что на работу не стал к тебе заявляться, а нужно срочно передать. И передал вот это. Ты что? Потратила все свои сбережения на чужую квартиру?! Совсем ума нет?!

Табуретка подо мной ударила током.

- Что?!

- Что-что. Я посмотрел. Договор аренды на твое имя. На год. И сумма то какая! Ты со своим столичным бизнесменом совсем мозгами поплыла? Пожить в элитном доме захотелось? Стыдно сюда своего хахаля приводить? Или что? Может и жить тут стало стыдно?! Раз спишь с мажором каким-то, красивой жизни захотела?!

- Папа! Ты что несешь?! Самому не стыдно?

- А ведь отец прав! Сколько ты эти деньги копила? Чтобы свое, честно заработанное купить. А сейчас все спустила? Чтобы год пошиковать? Это же не свое! Что с тобой, дочка?!

- А этот кобель что? Документы почему у него? Может ты у него арендовала жилье? А то я поузнавал, он тут квартиры покупал.

Родители накинулись на меня с двух сторон. Такой сплоченной атаки я не припомнила за всю свою жизнь. Обескураженность сменилась вскипающими негодованием и раздражением, а мое разочарование выступило на лице не меньше, чем на папином гнев.

Слушая их, в очередной раз поняла, что жить с ними и дальше уже нельзя. Они все еще считали, что я глупый ребенок (хоть и ребенком в глупости не была замечена) и без них я точно наделаю какую-нибудь ерунду.

- Что ты лыбишься? Опять сейчас скажешь, что ты лучше знаешь, что тебе делать?

- Конечно. И если вы не прекратите на меня орать, я пойду собирать чемоданы прямо сейчас.

- Дура! Ну вот дура! - мама кинула на стол скомканное полотенце.

- Я? Нет. Дура тут не я. Потому что вы сказали что? Что есть разговор. Но разговор - это диалог. А у вас монолог вышел. Вы себе что-то сами придумали, в это поверили и сейчас орете на меня из-за своих же фантазий.

- Не дерзи, совсем стыд потеряла?! - Папа прорычал сквозь сжатые зубы.

- Во-первых. Не надо на меня орать. Во-вторых, никакую квартиру я не снимала, это сделал Олег. Он же и оплатил. Раз вы уже порылись в том, что передали мне, кстати, а не вам, то наверное видели, что это хороший дом, рядом с моей работой. Вот не вас сейчас мне про стыд говорить. Совсем не вам. Зачем вы стали рыться в папке с документами, которые передали мне? Зачем орать, бросаясь словами, когда ничего не знаете?

Словно спутанные разноцветные нитки, где-то рядом с сердцем свились в клубок самые разные чувства. Обида на родителей, на Олега. Возмущение на них же. Невыносимая усталость. Разочарование. Злость.

Пока на меня не обрушились какие-нибудь новые обвинения, я забрала папку и скрылась в своей комнате. Под глянцевой поверхностью прятались копия свидетельства собственности, договор аренды, расписка о получении средств, банковский чек. Тяжелая связка позвякивала блестящими ключами.

Вытащив из сумки телефон, задумалась на секунду, метнув гневный взгляд на оставленные на диване вещи, нажала кнопку вызова рядом с именем контакта.

- Альбина?

- Ты совсем обалдел?

На том конце пауза сменилась усмешкой.

- И тебе здравствуй.

На заднем фоне был слышен гул и какой-то шум.

- Ты зачем мне это привез?!

- Потому что это твое.

- Зачем через родителей передал?!

- А что не так? Ты сказала, что тебе надо подумать, поэтому я не стал тебе навязываться и заявляться на работу. Но мне срочно надо уехать было из города на несколько дней и я решил передать тебе все по квартире, чтобы, если захочешь, ты могла распоряжаться ею, когда меня не будет.

- Признайся. Ты специально это сделал?!

- Что

это

? Что я опять сделал не так? Объясни и не кричи.

- Мне родители с порога выволочку устроили. Договор на мое имя?

- Ну да, я же для тебя ее снял. Погоди... А что за выволочка?

- Что я столько денег потратила.

- А зачем ты им показывала?

- Я не показывала...

- А... Вот как. Я не подумал, что они полезут в папку.

- А ключи?

- Они в ней же были. Да и мало ли от чего ключи. Может мы друзьям подарок готовим и квартиру украшаем, фотосъемку запланировали и это от студии, от моей квартиры тебе ключи оставил, от офиса ты у меня забыла. Ну ключи и ключи. И зачем туда было лесть?

- Ну вот залезли. Напридумывали всякой фигни себе за целый день и наорали на меня.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Значит я все сделал правильно, - в голосе улыбка, а у меня отвисла челюсть. - Ты же мне после этого позвонила. А я очень скучал по твоему голосу. По твоему запаху. По твоей коже. Твоим волосам... Хотя знаешь... Твои волосы у меня по всей машине, так что ты можно сказать со мной.

- Скажи честно. Ты больной?

- Я очень болен, я почти умираю, - бархатистый хрипловатый голос пропел строчку из "Седьмой лепесток", и от этого звука у меня почему-то побежали мурашки под коленками.

- Куда ты едешь? - стараюсь, чтобы мой голос звучал так же строго и даже безразлично, но понимаю, что я провалила эту миссию.

- Я уже говорил, что я тебя люблю? Что ты со мной сделала? Правда. Я спать не могу, когда ты не рядом. А когда ты рядом, мне тоже не до сна. Я сосредоточиться ни на чем не могу. Ты в моих мыслях постоянно.

Этот нежный голос касался самого сердца. И мне становилось трудно дышать, оттого, как отчаянно оно начинало колотиться, будто послушный песик готовый броситься за своим хозяином. Сглотнув, я молилась, чтобы Бог послал мне хоть капельку самообладания.

- Так куда? Ты не говорил, что уезжаешь.

- Мне надо уладить кое-какие вопросы с производителем, решил сделать это лично. Если все хорошо, то займет дня три-четыре.

- А потом? - не стоило себе лгать, я боялась услышать, что он уедет в Москву.

- А потом приеду к тебе, даже если хотя бы для того, чтобы услышать, что я тебе не нужен и ты не готова к серьезным отношениям. Ты должна сказать мне это в лицо.

В голове эхом зазвучало:

"Серьезные отношения, серьезные отношения, серьезные отношения..."

- Ты хотел сказать к отношениям на расстоянии?

- Давай представим на время, что ты невеста вахтовика. Может быть ты скажешь, что не можешь жить со мной потому что я не в ту сторону концом кладу зубную пасту и не по фен-шую мою посуду, храплю, ковыряю в носу, слишком долго сижу в туалете... Я хочу, чтобы мы оба не сомневались. Хотя, я бы с радостью прямо сейчас упаковал тебя в чемодан, забрал тебя с собой и приковал к своей постели. Только это говорят противозаконно. Та-а-ак... Там впереди пост ДПС, мне нужно отключиться. Я напишу тебе вечером.

И он действительно положил трубку...

Глава 30

Одновременно и уютная, и стерильно обезличенная квартирка. Не хотелось оставлять грязь на чистом полу, поэтому туфли остались в прихожей у входа. Я приехала сюда в среду. Зачем-то положила ключи в сумку еще в понедельник. Во вторник каждый раз, как хотела что-то из нее достать - натыкалась на них взглядом. В среду на обеде взяла их в руки, а выйдя из здания в конце рабочего дня села в другую маршрутку.

Первым делом, осмотрев еще раз квадрат прихожей и заглянув в шкаф. Открыла первую же дверь справа. Туалет. Достаточно просторное светлое помещение выложенное плиткой, подвесной унитаз, ниша с полочками, небольшая раковина и полотенцесушитель.

Следующей дверью оказалась ванная с большой угловой ванной. Глядя на нее мое воображение дорисовало красивые картинки: много-много пены, потрескивающие лопаясь переливчатые пузырьки, свечи на широких бортиках, запотевший бокал с вином... Все как на картинка красивой жизни... Неожиданно в этих декорациях возникла торчащая из пены широкая мужская грудь, крепкие плечи, рельефные руки, влажные непослушные кудри и ореховые глаза, в которых пляшет пламя свечей и похоти.

О, Господи. Альбина Геннадьевна. Ты совсем головой тронулась. Немного хорошего секса и он начинает мерещиться где не попадя.

Из ванны пришлось быстренько ретироваться, чтоб избавиться от наваждения.

Кухня казалась безопасной зоной. Новенькая встроенная техника, блестящие поверхности столешниц, матовые покрытия нежного молочного оттенка шкафчиков. Мягкие стулья вокруг круглого стеклянного столика у окна с римскими шторами.

Спальня. Большая кровать с мягком изголовьем. Телевизор напротив. В углу стол со стулом. Шкаф. На полу мягкий ковер с длинным ворсом. Присела на край. Мягкий, но упругий матрац. После длинного дня захотелось прилечь... Небольшой кондиционер смотрел тоже весьма маняще со стены. Сейчас бы задвинуть темные тяжелые шторы и завалиться спать...

Вторая комната с небольшим диваном и креслом коконом, сквозь бежевый тюль проникающие солнечные лучи казались золотыми. В воздухе витали потревоженные пылинки. Пустующие стеллажи представлялись заполненными книгами и рамками с фото. Не хватало цветов в горшках. Милых безделушек. Все было красиво, но будто замерло ожидая когда кто-то вдохнет в эти стены жизнь.

Ремонт, мебель - все совершенно не похоже на квартиру родителей. И может быть примерно так я бы хотела оформить свою квартиру, только о стоимости такого удовольствия страшно было даже думать. Понятно, почему аренда такая дорогая. Хотя Валя сказала, что за сумму, что здесь стоит эта квартира на год, в Москве будет что-то меньше, с ремонтом намного хуже, расположением так себе и всего на два-три месяца.

Обещала девочкам показать квартиру. Делаю несколько фото.

Обсуждать свою личную жизнь было так дико для меня... Но без этого не получалось. И уже не только потому что мы были у всех на глазах и на ушах, а еще и потому, что я запуталась и мне надо было с кем-то поговорить.

Валя советовала "хватать бобра за хвост": мужик в хорошей форме, а не лысый пузан, к тому же не жмот, не абьюзер, в постели бог, при бабках, еще и втрескался по уши - чего думать? Надо брать. Закрепляться на позициях и штурмовать эту крепость дальше, подстраховываясь. Подарки лучше брать не цветочками и телефонами, а украшениями, недвижимостью - это хорошее капиталовложение, только чтоб оформлено было как надо и без косяков, все проверять. В гражданском браке долго не сидеть, будет звать замуж - идти, брачный контракт будет предлагать - прислать ей, она его через своего юриста прогонит. Ну и трахаться так, чтоб на других баб у него сил не хватало. И ставить спираль, рано залетать на стоит. Ну и т.д. Ее принцип - любовь любовью, но надежность не в мужчине, а как им пользуешься.

Ириша... Святая женщина! Пережившая ужасный брак и болезненный развод, она все еще верила в мужчин и настоящую любовь.

Марина же все угрожала ему что-нибудь отхватить, если он меня обидит и вздыхала от зависти, все время сравнивая нас и их с Селивановым.

А я... Будто стояла на краю с закрытыми глазами, не решаясь сделать шаг. Не зная пропасть ли это с острыми клыками скал внизу, что ее погубят. Бурный поток, что захлестнет ее с головой, затянет, унесет куда ему вздумается и она не сможет ничего сделать, только бороться за каждый вздох. Или это порог, за которым начинается ее дорога в долго и счастливо?

Квартира, конечно, нравилась. Прислонившись к косяку, прикрыла глаза. Я вполне могла представить, как живет тут. Как собираюсь на работу у этого зеркала, читаю вечером в кресле, смотрю сериалы лежа в кровати, готовлю что-то вкусненькое в выходные на этой кухне. Могла представить как с Олегом занимаюсь любовью в той спальне, в ванной воображение это нарисовало с порога... Но чтобы жили вместе тут иногда - представлялось плохо. Я никогда не вела быт с мужчиной за исключением отца. Хотелось сглотнуть слюну, но пищевод встал колом. Было ли это волнение? Или страх? Страж неудачи или того, что это может случиться на самом деле?

Три дня, что я моталась в офис и обратно в жарких маршрутках с гуляющими сквозняками. То ли подзабылось, то ли сейчас это стало нагонять такую дикую тоску. Ехать сюда было, конечно, намного ближе и удобнее.

После скандала с родителями чувствовала себя максимально неуютно дома. Даже когда они уехали на дачу, все равно было ощущение давления от самих стен. Хотелось дышать свободнее. С Олегом почему-то мой мир начал трещать по швам. Все менялось. Как когда-то сказал Сема - когда встречаешь свою половинку - сразу это чувствуешь. Олег моя половинка? Но почему тогда столько сомнений? Или это просто я противлюсь переменам?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Мои стенания прервал звонок. Олег звонил по видео-связи. Вот как чувствовал, когда звонить, чтоб поймать в момент любопытства. Болезненно поморщившись принимаю вызов.

- Я очень хотел тебя увидеть. Какой интересный фон... Ты приехала все же посмотреть? Или уже раскладываешь свои вещи по шкафчикам?

К счастью его "соскучился" и "хочу увидеть" не сопровождалось просьбами о фото в белье или без с прилетающими дикпиками. Он идеальный. Слишком... И даже вся эта история с квартирой и нашими отношениями на расстоянии теперь с его точки зрения выглядела вполне себе логичной и даже милой.

Савин! Бесишь!

Глава 31

Родители довольно сдержанно отнеслись к моему переезду. Папа относился к Олегу настороженно, мама махнула рукой:

- Раз любовь - пусть так. Сложится - счастье. А нет - значит опыт.

Мои вещи перебирались туда потихоньку. Сначала я перевезла туда немного одежды, чтобы если буду туда приходить - было что надеть. Потом в чем пойти на работу. Затем купила туда постельное белье. Плед и декоративные подушки это хорошо, но все таки если спать, то по-человечески. Каждую вещь, будто постельное, полотенце или коврик в ванную я выбирала с каким-то самозабвением. После того, как я осталась там ночевать впервые, туда окончательно переехала большая часть моего гардероба и косметичка.

Олег все еще задерживался по своим делам. По вечерам мы разговаривали по видео-связи. Судя по его усталому и раздраженному виду иногда - что-то не ладилось, но если я начинала спрашивать - он сразу улыбался и говорил, что это текущие сложности и не стоит волноваться.

Встречать Иришу из отпуска мы поехали делегацией: Сема, Маринка и я. А на следующий день подруги с бутылочкой шампанского и набором бокалов в подарок пришли ко мне "на новоселье".

- Ну у вас и консьерж суровый! - Марина поежилась. - Чуть паспорт на спросил и отпечатки пальцев не снял.

Сегодня за стеклом сидела не бабулечка, а суровый большой мужик с татуировкой, торчащей из-под воротничка голубенькой рубашки, смотрящейся на нем как-то неуместно. Глаза из-под хмурых кустистых бровей оглядывали всех угрюмо и недружелюбно. За то время, что я живу в квартире, он тут был второй раз. В первый раз когда я с ним столкнулась, физически почувствовала, как у меня пробилось несколько седых волосков, в тот момент так он прорычал:" Из какой квартиры?" Поэтому понимаю, почему подругу так перекосило от встречи с ним.

- Я ненадолго. Сегодня хочу позвать к себе Толю... устроить романтический ужин, у меня уже заказ суши по времени сделан.

- Я не пойму, ты мужика для соблазнения роллами собралась кормить? Обычно наоборот бывает, - Иришка разглядывала мою новую ванную и вынырнула оттуда с бутылочкой дымки для волос, что я купила в дополнение к парфюму, который нравился Олегу.

- Не перепутала. Да, накормить роллами, напоить винишком и оттрахать. Все верно. Мои планы именно такие. Что поделать, если у нас в отношениях инициатива идет от меня.

Мы с Иришей переглянулись, но никто ничего не сказал.

Из духовки тянулся тонкий аромат запеченного с овощами мяса. На меня вдруг напало желание кулинарных подвигов и я опробовала разные блюда, чтобы как приедет Олег - накормить его чем-то вкусным. И хоть квартира была снята для меня, а он будет сюда лишь приезжать, все равно на каком-то подсознательном уровне я решила вить гнездо.

- Наготовила то! - Маринка плюхнулась за стол и сразу стащила кусочек моцареллы из салата. - Ты сама? Или доставка?

- Дура ты Марина! Это ты у нас мужиков соблазняешь сушами из доставки, а Альбинка тренируется сердце захватывать через желудок, а не член. Путь все таки ближе.

- Я не через член, я через матку.

Мы переглянулись и вопросительно уставились на подругу.

- Думаю залететь. У меня сегодня как раз овуляция.

Ирина не выдержала и со стоном упала лицом на столешницу.

- Ты решила его ребенком привязать? Кто тебе сказал, что он сразу побежит с тобой в ЗАГС, а не даст денег на аборт в лучшем случае? - как бы это грубо не звучало, я высказала свои мысли.

- Он порядочный. У него родители интеллигентные, уважаемая семья.

- Вот такие вот родители чаще всего раньше сына на аборт и отправляют случайных залетных подружек. Ну что ты... Марина! Когда ты стала такой наивной?

- Не тебе меня в наивности упрекать. Я же не виновата, что то, что у тебя само идет в руки, а ты еще и нос воротишь, мне приходится выгрызать с боем, - вспыхнула Маринка и в ее голосе звучали столько боли, обиды и зависти, что мы все опустили глаза.

- Ладно. Тебе виднее, стоит битва потерянных солдат или нет. У нас тут еще одна личная жизнь не прополоскана... Ириша? Бармен?

Румянец разлился по загорелым щекам. Улыбка то ли смущенная, то ли довольная. А это значит, сейчас будет рассказано что-то пикантное.

- Ой... Для этих разговоров нужно выпить, первой схватилась за бокал подруга и выжидающе уставилась на меня, покусывая губу сдерживая хитрую улыбку.

Легкий хлопок ознаменовал открытие сезона новых амурных похождений нашей разведенки.

- Девочки... Он... Бог! Такой красивый, мускулистый, обаятельный, очаровательный... Большой!

- Значит?..

- Да.

Следующий час мы смаковали все подробности как незадолго до отъезда Ириша все таки закрутила роман с ее секси-барменом. Их пылкие закаты и рассветы походили на какую-то сказку о любви.

- Ну? А сейчас? Он тебе шлет свой большой и мускулистый...папирус о любви?

- Нет. Он просил мой номер телефона, но я не дала...

- Что?! Ну почему?!

- Ну смотрите. Сейчас я вам это рассказываю, как о какой-то сумасшедшей красивой истории, а если бы стали общаться после того, как я села в самолет... Не исключено, что это все было бы опошлено. И в любом случае сошло на нет. Так зачем портить блюдо? Сейчас я счастлива и вспоминаю с трепетом и чуточку тоской, но это романтичное и безумно красивое воспоминание.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Несколько минут мы все провели в тишине. Смакуя послевкусия от ее рассказа и переваривая ее высказанную мысль.

Возможно, пережив брак действительно познаешь какие-то вещи, которые нам пока не понять...

Вскоре Марина ушла, и мы остались с Иришей вдвоем.

- Теперь можно поговорить о тебе. Не стала ничего при Маринке спрашивать. Вижу, что ее цепляет, что ваши отношения так стремительно развиваются. Хотя она очень рада за вас и правда переживает, чтобы все сложилось. Просто... у нее не складывается. И ей больно.

- Да я понимаю. Надеюсь, что она скоро уже перегорит и сможет отпустить Селиванова в добрый путь уже.

Мы тихо попивали холодное шампанское, играющее пузырьками в проникающих в окно лучах заходящего солнца.

- Когда приедет Олег?

- Не знаю. У него каждый день все по разному, то он еще на день должен, то до конца недели. На завтра у него опять там что-то... Мы часто говорим по видео-связи, переписываемся в течение дня иногда. Ириш, так и будет, да? Я буду сидеть и скучать тут по нему, в этой его съемной золотой клетке, и ждать? Разве это нормально?

- А насчет того, чтобы не только он сюда приезжал, но и ты к нему туда, он не говорил?

- Говорили об этом... Сказал, что если я приеду, а он будет занят работой, то что я буду делать одна в чужом большом городе? Типа надо будет это тщательно планировать.

- Ну... пусть познакомит тебя там с кем-то. Друзья же есть. Девушки там у них, жены. Он же не сидит там в офисе только целыми днями! Круг общения то вне работы какой-то есть.

- Знаешь, я как-то пока не особо затрагивала эту тему. У нас был не сильно приятный момент из-за темы Москвы. И не хочется опять ругаться.

- А что такое?

- Да я как-то у него спросила когда мы с Семой и Дэном текилы нахлопались, заберет ли он меня в Москву. Случайно так вышло. А на следующий день психанула, что он мне тут квартиру на год снял. Его это задело, типа что я как Аллочка на него смотрю. Психанул, что надоело, что его рассматривают не как любимого мужчину, а как удачную партию. Типа урвала мужика, уехала в столицу.

- Да уж... А отношения то у вас как? Ну... Ты то от него что ощущаешь? Мне все твердят, что у вас такая любовь, вы такая пара...

- Я с ним другая. И... я чувствую, что он... не будь у него денег на такие широкие жесты, нашел бы выход и все равно доставал для меня звезды с небес. Он... Не знаю. Я думала, что это будет как у тебя с барменом - провели красиво время вместе и разбежались. А вышло... Сама не понимаю что.

- Ты счастлива?

- Когда не начинаю капаться и сомневаться? Да.

- Тогда может отпустить ситуацию? Зачем волноваться о том, что еще не случилось?

Я пожала плечами, обменявшись задумчивыми улыбками мы встретились с техим звоном бокалами в каком-то молчаливом тосте и сделали глоток.

- Ты слышишь? Что это за звук? - Ириша нахмурила брови,а я прислушалась. Кто-то пытался открыть дверь в квартиру.

Глава 32

Почему мое воображение всегда рисует только плохое? Мне моментально представился с десяток вариантов, кто это мог быть и зачем. Владельцы квартиры с рейдом проверки. Злобный консьерж. Грабители. Кто угодно... Но когда я увидела кто это был на самом деле, сердце реально заколотилось так, что я чуть не задохнулась.

Усталый взгляд, отросшая щетина, непослушные кудри упали небрежно на лоб и широкая улыбка, от которой я забыла сразу обо всем на свете. Все мои сомнения и переживания растворились вместе со мной в его теплых крепких объятьях. От него пахло кофе, машиной и дорогой. Нотки пыли и согретой солнцем кожи, полироли для салона, фруктовый освежитель, что висит на зеркале заднего вида, немного бензина и самый родной запах любимого человека.

Почему-то совсем выпало из памяти, как уходила Ириша, как вышло, что оба оказались в ванной, и виной тому было не выпитое шампанское... Я и не представляла, как я скучала пока не увидела его стоящего в паре метров от меня. До головокружения, до дрожи. Для меня все еще было вопросом, как так вышло, что за считанные дни я так влюбилась. Что человек, который вызывал во мне чуть ли не легкое отторжение и внутренний протест, вдруг стал жизненно необходим.

Шум и тугие струи оградили нас от остального мира. Руки как и капли воды скользили по коже, стараясь не пропустить ни одного сантиметра. Самым пьянящим было то, что эти чувства были взаимны. Неужели именно так чувствуешь, когда встречаешь свою вторую половинку?

На следующий день мне нужно было на работу, а выспаться совершенно не входило в наши планы. Мы то разговаривали, переплетая пальцы и не отрывая взгляда. То занимались любовью, изнывая от неутолимого желания и изнемогая из-за уже заканчивающихся сил, влажные от пота, с потресканными губами от сбитого дыхания, потерянные среди стонов, вскриков и невнятного шепота. То нежились в объятьях друг друга, даря неспешную целомудренную ласку. Кажется, я только задремала у Олега на груди под тяжелые удары сердца, как будильник истошным криком разрезал тишину спальни.

Олег, такой же помятый как и я, приготовил мне крепкий кофе, пока я пыталась спрятать недосып и отзвук страстных поцелуев на своем лице с помощью косметики. Затем повез меня в офис. Незатейливая попсовая мелодия старательно помогала кофеину взбодриться. Постукивая пальцев по рулю в такт, Олег смотрел за светофорами и нырял перестраиваясь в утреннем потоке машин.

- Какие у тебя планы на вечер?

- Эм-м-м... Спать?

- Как ты смотришь на то, чтобы сходить на ужин к моей маме?

- Ты шутишь? - я выглянула из-под очков, будто надеясь, что они обманывают мое зрение и на самом деле он посмеивается надо мной.

- Вовсе нет. Я должен познакомить своих женщин. Мама с Оксаной очень хотят посмотреть в глаза той, кто,.. - в груди на мгновение сжала трахею тревога, - хотя... все же нет, правильнее сказать, спасла их от моего общества и искренне ей посочувствовать. Они то меня знают дольше тебя и не ослеплены любовью, так что знают все мои недостатки.

- Любовью? Кто сказал, что я тебя люблю? - термокружка чуть не выпала из моих рук, что могло бы закончиться катастрофой - горячим латте на бедрах, обтянутых светлой юбкой-карандаш.

- Ты. Кажется, в этот момент я был в тебе и на тебе, ты изгибалась и стонала, а потом сказала, что любишь меня, развратно влажно поцеловала, а затем бурно кончила.

Краска бросила мне в лицо. Сама не знаю, что именно вызвало такую реакцию. То ли от того, что я увидела его глазами, то ли от того, как он легко и прямо описал нашу близость, а может от того, что я могла действительно так потерять голову, что сказала эти слова?

- Савин! - смущение и возмущение отчетливо читались на моем лице

- Я очень хорошо помню это "люблю тебя" с придыханием. Мне не послышалось.

- Если я и поеду к твоей маме, то только если сдать бракованный товар производителю. Ты на самом деле несносен.

- Но оргазм был не симулирован, так что не так уж и не сносен.

Довольный своей шалостью, хитро улыбался, но в глазах было тепло и ласка, как и в жесте, когда он положил ладонь на мое колено и примирительно его погладил.

- Правда, давай заглянем к ней на ужин? А потом вернемся в наше гнездышко и упадем на кровать. Я бы сам хотел выспаться как следует, правда, с перерывами, потому что я очень по тебе соскучился и твоя близость действует на меня как виагра. Но если я тебя к ней не приведу, она будет мне названивать и выговаривать каждый божий день, при этом выдумывая все более изощренные версии почему я вас не знакомлю. Мы просто поедим курицы с салатом и поедем спать. Обещаю.

В горле набухал ком. Знакомство с родителями твоего парня... Я еще ни разу не проходила через это за все свои сознательные двадцать семь лет. Хотела упрекнуть его, что это не делается вот так, с ходу, но вспомнила при каких обстоятельствах он познакомился с моими и решила промолчать. Было что-то у нас и безумно красивое и правильное, и до безобразия кривое и даже комичное.

Ну что ж... Мне предстоял целый день, когда я невыспавшаяся, но счастливая буду нервничать из-за ужина с мамой Олега. Не просто мамой, но и сестрой, ее сыном и их йорком...

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 33

Застыв над принтером, погруженная в свои мысли, я даже не заметила, как файл окончил печать, и стопка свеженьких документов уже почти остыла, пока Инга Сергеевна красноречиво не покашляла. Знакомство с мамой Олега... это пугало меня практически так же, как посещение аквапарка. Весь день я нервничала настолько, насколько мне хватало сил из-за жуткого недосыпа и отвратительной духоты офиса.

Я старалась утешать себя тем, что уже знаю Оксану и мне не стоит переживать хотя бы из-за нее. Наверное... С мысленным стоном рухнула на рабочее место и обреченно посмотрела на часы - до конца трудового оставалось пятнадцать минут, а там... уютный салон авто с кондиционером, любимый мужчина и его семья в квартире, где я уже спала после текилы в гараже и перед нашей ссорой.

Пока я с кислой миной прибирала стол, из-за косяка двери показалось знакомое лицо.

- Привет, Альбина Геннадьевна. За тобой сегодня суженый заезжает?

Дим Димыч, с которым до этого обменивались от силы кивками головы, стал сейчас инициировать активное общение. Как-то даже услышала сплетню в коллективе, что он за мной ухлестывает и вроде как делал непристойные предложения. Когда я рассказала это Олегу, он взял манеру каждый день отпускать шуточки про моего "поклонника" и сочинять на ходу всякую ерунду. Его это веселило, а у меня вызывало желание ударить - и Олега, и Дим Димыча, и этих коридорных сплетников.

- Привет. Да. А ты что-то хотел?

- Напомни ему, про дачу на выходных.

- Ч-что? Какая дача?..

Но Дим Димыч уже смылся с горизонта, оставив меня с очередными вопросами без ответов.

Олег уже ждал у входа. Из салона через открытое окно слышалась музыка. Он в своих зеркальных очках смотрел за вытекающими из здания сотрудниками и расплылся в улыбке, стоило мне отделиться от массы клерков и направиться в его сторону.

Он был посвежевшим, гладко выбритым и вкусно пах. С наслаждением сделала вдох на всю глубину легких, едва оказалась в его нежных объятьях. Мне хотелось бы сейчас оказаться с ним на нашей кровати, прямо не размыкая рук телепортироваться туда и уснуть под стук его сердца, но... Желудок сжался болезненным спазмом, тошнота подкатила к горлу. Нервозность после минутной слабости снова вернула себе права на мое тело. Сейчас я почувствовала себя рядом с ним не счастливой, а выжатой и потрепанной. Все, на что я могла рассчитывать, это заехать домой быстренько ополоснуться и переодеться. Благо об остальном позаботился сам Олег, и нам не надо будет идти с пустыми руками или забегать в ближайший магазин за каким-нибудь тортиком к чаю.

Теплый душ смыл пот и пыль, дарую хотя бы иллюзию свежести. Я так за весь день и не решила что одеть, поэтому в панике рылась в своей одежде, разбрасывая ее по всей спальне.

- У нас стошнило шкаф? - Олег поддел пальцем брошенный небрежно бюстгальтер.

- Сейчас стошнит меня!

Пока я стаскивала с плечиков очередное платье, которое я уже знала, что не надену, мой любимый мужчина подошел со спины и обнял, поцеловав в обнаженное плечо.

- Надень что-то, в чем тебе будет удобно. Хоть пижаму. Мы едем на семейный, а не званный ужин королевского двора. Не переживай, все будет нормально.

- Может ты съездишь один?

- Нет. Я уже наездился один. Хочу с тобой.

Понимая, что времени уже в обрез, засунула себя в джинсы и свободную рубашку под цвет футболки Олега. Французская коса. Схваченная сумка, торопливый бег до лифта.

- Твой любовник сегодня заходил? - непринужденно спросил, нажимая на кнопку в кабинке, и получил косой взгляд пожилой женщины в очках.

- Да, просил напомнить что-то про дачу, - неуютно покосилась на пенсионерку я.

- Дачу? А! Точно...

- Что за дача?

- У Толяна. Шашлык, баня и каркасный бассейн. У тебя же никаких планов не было?

Мои планы были только он - если он тут, или думать о нем, если он в отъезде.

- Ты хочешь со мной поехать?

- Ну да.

- А это не мужская сходка?

- Я без тебя никуда не пойду. Если ты не помнишь, я тебе еще на озере говорил, что компания одной полуобнаженной девушки мне нравится больше, чем кучи парней.

- Давай поговорим об этом позже, - я вновь скосила глаза в сторону женщины, поджавшей губы.

- Если твой пирожочек еще будет спрашивать про дачу, скажи что я намерен его хорошенько отодрать в парилке, - женщина поправила очки и кашлянула и слегка нервно и резко протиснулась мимо нас, едва лифт открыл двери на нижнем этаже. - В сплетнях про мою женщину фигурировать должен я, а не он.

- Вызовешь его на дуэль?

- Швырну ему грязную верхонку в лицо. А потом будем драться на вениках за честь моей дамы.

- Перестань пугать соседей своими разговорами, а то как бы тебя самого за чью-то честь не отодрали.

- Каждый думает в меру своей испорченности. И нечего вообще подслушивать чужие разговоры.

Этот дурацкий разговор и конфуз с соседкой в лифте немного отвлекли меня от мыслей про ужин и родных Олега.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Ну хоть квартира уже была знакома...

С двумя объемными пакетами мы ввалились в квартиру без звонка, открыв дверь своим ключом. На меня сразу обрушилась какофония звуков. Пронзительный лай на высоких частотах, детский плачь переходящий на визг, невероятные звуки казалось десятка всевозможных игрушек и погремушек и два женских голоса, пытающихся перекричать все это при этом на сюсюкающийся манер.

Поскальзываясь на когтях на меня обрушился маленький комок из шерсти и ярости, всем своим видом показывающий что он охраняет этот дом и всякий, кто нарушил его границу будет съеден заживо.

- Знакомься, это Шерри. Твое первое громкое приветствие. Полает, потом будет сам лезть лизаться, особенно если ты будешь есть что-то вкусненькое.

Следом за щенком показалась женщина, такая же всклокоченная и с бешенными глазами.

- Ой! Я и не слышала как вы вошли... Шер! А ну успокойся! Фу! ФУ, Я СКАЗАЛА!

Темные кудрявые волосы копной, широкие кустистые брови и орехово-карие глаза - мамины гены. Я помнила Оксану со школы, их с Олегом объединяющие черты во внешности сейчас бросались в глаза в этой женщине, слегка покрасневшей и активно пытающейся успокоить хотя бы собаку.

Глава 34

Говорят, что если на тебя упадет продукт жизнедеятельности пролетающей птички, это к деньгам. А к чему, если на твоих руках покакает чужой ребенок? Надо будет поискать в интернете... Такой конфуз точно должен быть предвестником чего-то очень и очень хорошего!

Едва мы вошли в квартиру, все шло криво и косо. Кто-то кричал, что-то ронял, проливал. Во власти эмоций выдавал крепкое слово, шипя сквозь зубы. Замотавшись, не слишком вежливо озвучивал свою просьбу другому. Одним словом, никто не пытался изображать семейку из рекламы йогурта. Это было не традиционное знакомство, где ты словно кастрюля из магазине на диване, пытаешься быть показанной с лучшей стороны, пока озвучивают твои преувеличенно хорошие качества, умалчивая о явных недостатках.

- Ох, Савелий!..

Переодевшаяся Оксана только вернулась из комнаты быстро оценила ситуацию по запаху и выражению наших лиц. Забрав сына со вздохом пошла туда обратно, на этот раз переодевать уже его. В глазах Олега читался еле сдерживаемый смех, просачивающийся на лицо в виде слишком широкой и подрагивающей улыбки. Наталия Романовна спрятала лицо за ладонями, а по шее поползли красные пятна

- Это можно расценивать, как высшую степень доверия и признания членом семьи.

То, как просто и прямо разговаривала со мной мама Олега заставляло меня смущаться еще больше, чем если бы это была помпезная церемонность. Будто бы ее сын не привел в квартиру чужую незнакомку, а мы всегда были знакомы и частенько болтали о том, о сем, делились рецептами и обсуждали местные сплетни с пикантными подробностями.

- А вообще, я рада, что у вас чувства вспыхнули. Надеюсь, все сложится. Очень я боялась, что совсем Москва его изменит. Бизнес этот его, деньги. Думала, что заведет себе куклу губастую без мозгов, но с силиконом. Или расчетливую стерву, которая за его счет захочет жить красиво. Что перестанет совсем приезжать, потом звонить, и вообще потеряю сына. А тут своя девочка. Хорошая. Умная. Красивая. Родная такая. Мне спокойнее стало. Будете к родителям приезжать, внуков нам привозить. На лето обязательно! Нечего в вашей столице детям в каникулы торчать. К бабушкам надо! Дача, свое с огорода все, натуральное. Ягоды, грибы, в лес съездить, на речке покупаться. Вон у Альбиночки с папой на рыбалку сходить. Я спокойна теперь. Только пусть у вас сложится. Пара то какая красивая!..

- Мам...

- Не мамкай. И не обижай девочку! Узнаю, не посмотрю, что лось такой вырос - ремнем надеру! Береги! И девочку. И жопу. Насчет ремня я серьезно. И насчет внуков тоже! Так хорошо смотрели с Савушкой. Вы уже не совсем молоденькие, уже можно.

- Ой, все...

- Олежка!

- Мама!

- Ладно. Я уже все равно все сказала, что хотела. Так что не мамкай... Альбина, давай я тебе еще чего-нибудь покушать положу? Ты с работы.

- Нет, спасибо. Я уже наелась, правда. Все очень вкусно. И сытно.

- Ну хорошо. Правильно, переедать тоже плохо. Я раньше весь день на работе, на обед и времени не было, а вечером прибегаешь, приготовишь, всех накормишь, и сам за весь день как наешься.... Вроде уже и целую тарелку с добавкой съел, а все равно есть хочется. А потом и с желудком беда, и живот растет. Сейчас в этом плане люди грамотней стали. Мы же и не думали, что нельзя так. Жизнь другая была. И помню раньше ходишь беременная - тебе все говорят есть за двоих надо, ну ты и ешь, и набираешь вес так, что рожать потом сложно. Кормишь грудью, тоже говорят есть надо больше. И вот ты двоих детей родила, выкормила, и как свиноматка... Оксанка молодец, моих ошибок не повторяет. Да и вообще иначе сейчас, подход совсем другой. Вон на диету даже садят тех, кто много набирает пока носит.

Телефон Олега издал звук оповещения о сообщении. Бегло глянув, он положил его экраном вниз в подлокотник дивана.

- Что там у тебя все пищит?

- Телефон.

- Я вижу. Опять работа твоя? Никакой личной жизни ведь с таким писком постоянным не будет.

- Нормально у нас все с личной жизнью. Внуков тебе в качестве доказательства нарожаем, штук пять, чтоб с гарантией. Только ты их растить будешь.

- Я?!

- Ты. Ты же за нашу личную жизнь переживаешь. А какая личная жизнь, когда у тебя пять детей.

- Тьфу! Противный ты! Ерунду всякую говоришь.

Пряча зевок в кулачок, глянула на часы. Уже перевалило за восемь, и чувствовала себя бесконечно уставшей, а эти разговоры про внуков... Ужас.

- Мы поедем, мам. Альбина вся устала, я с дороги.

Попрощавшись с Оксаной, Савой и йорком, получив прощальные объятья и поцелуи в обе щеки, мы наконец поехали домой. Домой... В наш с Олегом дом. Пусть он и не живет со мной, а будет только приезжать, но я видела эту квартиру именно так. В голове все еще не укладывалось как все изменилось. И я потихонечку позволяла себе верить в счастье...

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 35

Дача у Толика представляла из себя старенький покосившийся домик максимум пятнадцать квадратов на шести сотках земли. Оказалось, он купил ее буквально на днях. Что странно, Марина об этом ни разу не обмолвилась, а уж она бы не упустила возможно пощебетать о таком.

Новенькая рубленная баньку с парилкой. Во дворе среди зарослей плодового кустарника круглый каркасный бассейн, где на воде покачивался лениво надувной матрац. А из тени черемухи гордо и царственно зирал на всех уличный туалет.

Действительно, я оказалась единственной девушкой в небольшом коллективе самых близких друзей, с которыми Толик решил обмыть покупку. Мне было неловко, почему-то особенно неловко, когда Олег меня обнимал, прижимая к своему боку, и я ловила чей-то взгляд на это движение.

По соседству кто-то полол грядки, кто-то что-то пилил или косил, лаял чей-то пес, визжали играющие дети. Дым от растопленной в бане печки коптил нас с одной стороны, от мангала с другой. Несмотря на солнечную жаркую погоду полчища насекомых атаковали охваченные жаждой человеческой крови. Кожа была уже липкой от нанесенных средств, места укусов чесались, глаза слезились от дыма, а в горле першило. Парни же громко смеялись, попивали пиво и чувствовали абсолютно комфортно, даже когда в окружении полчища мух выходили из туалета.

- Банька скоро будет готова. Я там пихтовый веник запарил. Аромат на всю парилку! - Капли пота поблескивали на раскрасневшемся и абсолютно счастливом лице Селиванова. - В басике вода еще не нагрелась, но не ледяная. Можно с парилки туда нырять.

- Давайте только в трусах будете нырять, ладно? - Олег переворачивал подрумянивающееся мясо над раскаленными углями.

- Боишься проиграть в сравнении? - Дим Димыч поиграл бровями глядя в мою сторону.

- Фу! Дима! - я брезгливо поморщилась, а Олег закатил глаза пробубнив что-то про детский сад.

- Вы то с Альбинкой пойдете в баню? - Толик в отличие от Димыча не опускался до пошленьких намеков и совершенно искренне хотел напарить всех в своей бане, и чтоб всем было хорошо и комфортно.

Я до купальника то раздеваться не хотела, а тут в баню! Нет уж, это точно без меня. Но я же была с Олегом... Как я могла даже надеяться, что мне удастся увильнуть?

Когда все друзья краснолицые, мокрые и довольные лениво тянули пиво, потроша вяленую рыбку и восхваляя изобретателя бани, благодатный пихтовый пар и всех причастных к созданию березовых веников, с абсолютно невозмутимым лицом Олег прихватив полотенца встал с шаткой скамеечки с облупившейся краской:

- Ну, пойдем теперь мы посмотрим что там за чудодейственная баня.

- Олег... Я... Я не пойду.

- Это еще почему?

- Я не люблю бани. Там жарко, влажно, душно...

-У тебя есть проблемы с сердцем или давлением? - Толик вытер усы от пивной пенки.

- Вроде нет.

- Тогда нормально, ненадолго сходить можно. Станет жарко - там форточку приоткроете, мы вроде проветрили, но для девушки такой жар может будет сильноват.

Олег уже тянул меня за руку, зная, что я не стану кричать и брыкаться, и шепнул, переплетая наши пальцы, когда я обреченно поплелась:

- Не стесняйся.

Когда за нами закрылась дверь холодной раздевалки, бросил полотенца на скамейку и притянул меня к себе, поглаживая по спине.

- Ты чего сегодня такая?

- Какая?

- Колючая.

- Зачем ты меня сюда притащил? Съездил бы с парнями, я бы дома повалялась под сериал.

- Потому что не хочу проводить время без тебя. Я не для этого приехал.

- Тогда вообще бы никуда не ехали...

- Я бы очень хотел проводить время с тобой только в постели, но так не выйдет.

Я и правда чувствовала себя немного капризной и ранимой.

- Мне некомфортно. Еще и баня. Они там за стенкой, а мы тут голые с тобой... Думают о том, что мы тут делаем.

- Ага. Конечно, именно этим они и заняты. Не придумывай. Парни очень тебя уважают и не станут так себя вести. Они даже пошлые шуточки не отпускают в твоем присутствии и почти не матерятся. Просто расслабься и получай удовольствие от отдыха и компании. Ты накручиваешь себе лишнего.

Отпустив меня из обруча рук, одним движением стащил футболку.

- Там какие-то травы наш знахарь-самоучка назаваривал. Мне кажется, он купил эту дачу только ради парилки. Скоро тут все обрастет соляными камнями и пучками чего-то сушеного. И я его понимаю. Банька для мужика, это как СПА для девушки. Раздевайся. Я обдам пока полок кипятком и плесну на камни.

Когда я вошла в дверь, за которой исчез Олег минуту назад, меня сразу окутал насыщенный пар, моментально оседающий влагой на коже и волосах. Терпкий хвойный аромат смешивался с запахом березовых листьев, струганных досок, намокшей сажи и трав. Пахло баней. Как у родителей на даче, когда папа сменил доски на полу. Здесь же еще они были везде светлыми, не успевшими стать серыми и потемневшими от использования и времени.

Полумрак помещения, освещенного лишь маленьким окошком и тусклой лампочкой. Клубы пара. И Олег в смешной шапке из войлока , одной из тех, что мы подарили ему в честь такого приобретения. Кроме шапки на нем ничего не было... В руках два пышных веника, с которых капала вода.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Эй! Ты нарушаешь банный дресс-код! Снимай купальник! - Олег угрожающе помахал лохматым веником, прежде чем опустить его обратно в кадру с кипятком.

Пальцы нашли узел на шее и потянули за один из концов завязок, удерживающих лиф купальника.

- Весь снимай!

Понятно, что в этих условиях о грации и эротичности, которые способны были украсить момент, можно было только мечтать, но мы в бедь тут были и не для этого...

Влага из воздуха на коже собиралась в капли, смешивалась с проступившим потом и стекала очерчивая изгибы тела.

Стащив резинку, позволила волосам рассыпаться по плечам, прилипая к намокшей коже.

- А ты хотела, чтобы я с парнями шел париться... Ни за что не променяю на них вот это...

Его палец повторил траекторию капли пота, пробегавшей от ключиц до груди и сорвавшейся с напряженного соска.

Смыв с себя липкий слой из репеллента и пыли, позволила водрузить себе на голову шапку и загнать на полок.

Мне все это казалось неловким и странным, поэтому я попеременно то смущалась, то смеялась, особенно, когда с серьезным видом обнаженный Олег подошел ко мне с вениками. Ощущения прикосновения сырых горячих листьев были странные. Одновременно и расслабляющие, и будоражащие. Тело на полке превращалось в подтаявший воск, вместе с тем каждое прикосновение ощущалось в разы сильнее. Легкие похлопывания и поглаживания проходились по моим плечам, спине, ягодицам и бедрам. Погружаясь в ощущения, я прикрыла глаза, стараясь понять нравятся они мне или нет.

- Переворачивайся!

Скомандовал мой главный банщик, подкрепив приказ шлепком веника по попе.

Теперь я прикрыла глаза, чтобы побороть смущение. Веки закрыты, но я легко могла представить, как березовый веник оставляя воду и слабо держащиеся за тонкие гибкие ветки листочки, проходится по моей груди. Соски резко отреагировали на эти прикосновения, напрягаясь до болезненности.

Горячее прикосновение по впалому животу. Мышцы пресса чуть вздрогнули.

Вслед за березовым веником от колена вверх по внутренней стороне бедра продвинулась ласковая, но требовательная ладонь. Я уж было думала проигнорировать этот жест, пока она целеустремленно не скользнула между ног, абсолютно избегая двусмысленности своих намерений.

- Эй! Ну нет...

- А я думаю да.

С удивлением для себя понимаю, что его пальцы легко скользят внутрь меня с неприличным чавкающим звуком из-за обилия соков, которыми я буквально истекала. Неужели я была так возбуждена? Но... Как так?! Я же не... Нет! У меня и мыслей таких не было!

- Олег! Даже не думай!

И тут же громко выдохнула, когда его губы сомкнулись на моем соске.

- Нет! Не здесь!

- Конечно, не здесь.

Рывок, и я уже стою коленями на жесткой деревянной скамье, опираясь руками о полок. Возбужденный член упирается мне ягодицы, а ловкие пальцы ласкают клитор. Поцелуй в шею. Отвечаю стоном. Все это так горячо, влажно, неприлично.

- Олег, остановись... Пожалуйста... Там ведь они... Мы ведь в... Ах!

Тело трепетало, голова кружилась от жара и возбуждения.

- Не бери в голову. Им не до нас.

Слова на ухо, слабое покусывание за мочку уха. Руки скользят по горячему и податливому телу.

- Я так не могу. Не надо...

Во мне так яростно боролись похоть и целомудрие, желание удовлетворить свои плотские желания и опасения за то, что обо мне будут думать... Но кто же узнает, что тут происходило? Никто кроме Олега не видит моих приоткрытых губ, не слышит стонов, что с них срываются. Не видит обнаженную грудь и как она вздымается от рваного тяжелого дыхания. И у меня между ног тоже только он. Только его глаза, его слух и его тело.

- Ты так собьешь все колени, - он помогает мне опуститься на скользкие сырые доски пола.

Хоть еще и бормочу какие-то слова протеста, но уже прогибаюсь в спине, стремясь принять его в себя поскорее. Одно движение и мой стон тонет во влажном воздухе горячей парной. Чавкающие звуки смешиваются с хлопками от столкновения двух влажных тел. Надрывное дыхание, гортанные звуки, которые никак не удается контролировать. Икры сводит из-за напряжения, ведь мне приходится приподняться на носочки. Голова кружится от недостатка кислорода. Но все это лишь добавляет специй в острое и всепоглощающее чувство желания, страсти, голода до удовлетворения плоти.

- Ты же не против, если мы управимся пораньше? - его низкий голос хрипящий от надрыва еще больше подстегивает. Между ног так влажно, будто туда выдавили целый тюбик лубриканта. Это притупляет ощущение и я рвусь ему навстречу с особенным остервенением. Прогибаюсь глубже, сильнее стремлюсь ему на встречу и и ударяюсь о его берда. Почти рычу от того, как мне не хватает четкого ощущения его в себе, извиваюсь, насаживаясь в попытке поймать более выраженные ощущения, стону, хнычу. Слишком влажно,с лишком скользко, это только все больше дразнит, но не дает ощущения приближения разрядки.

Толчок. Еще. Сильнее. Слышу как Олег что-то прохрипел, вцепляясь до боли в мои скользкие от пота бедра, вздрогнул и замер тяжело дыша.

У меня чуть не началась паники. Все? Он...Он кончил. А я? Как же я? Я же с ума сойду, если не сброшу это рвущиее на части напряжение.

- Сейчас, малышка...

Он вышел из меня, уступив место пальцам. Мне пришлось укусить себя за руку, чтобы не кричать, будто он меня тут поливает кипятком, побуждая случайно услышавших прибежать мне на помощь.

Был ли это такой сильный оргазм, или мне уже стало плохо от физической активности в условиях высоких температур и влажности, но перед глазами поплыли цветные пятна, и я осела в руках Олега жадно хватая воздух и содрогаясь всем телом от пробегающих по мышцам судорожных сокращений.

- Это было шикарно... Но, пожалуй, повторять не стоит, а то можно очухаться в скорой. И... Прости, я кончил в тебя. Это было слишком горячо... Ситуация немножко вышла из-под контроля.

Убирая прилипший к моему плечу листик Олег поцеловал меня в висок. Я же не смогла выжать из себя даже какого-то мычания в ответ. Пытаясь привести в порядок пульс и дыхание, замоталась в полотенце и упала на лавочку в раздевалке. Вот теперь мне точно было чего стыдиться, но сил уже на это не было. И к счастью, я итак вышла уже из бани уже красная, потому что видя что я слегка осоловевшая, Толик не без самодовольства сказал:

- Ну что? Хороша банька все таки? Не пожалела, что сходила?

Ох, Толик...

Глава 36

То в ожидании приезда Олега, то в счастье его нахождения рядом быстро промчался остаток лета. На смену легким платьям пришли плотные брюки, сандали сменились ботильонами. На смену солнцу и засухе пришли накрапывающий дождь и опавшие листья, устилающие город непросыхающим пестрым ковром. Несколько листочков нанизились на острый каблук, как на шампур, и я остановилась у подъезда, чтобы их снять. Пейзаж отличался от летнего, но воспоминания словно старый добрый пес лизнуло теплым шершавым языком. Столько моментов из начала наших отношений были связаны с этим местом... Вот я наспех натянув платье спускаюсь, а тут он ждет меня с моим любимым латте. Или наше первое свидание, когда я боялась, что он повез меня в лес как маньяк. Машины спец.служб на мигалках и он провожает меня до двери, где мы с темной прихожей поддались порыву. Родительская квартира была местом полным таких щемящих воспоминаний. Вроде бы мы вместе совсем недавно, а кажется, что уже прошло столько времени. Может из-за наших разлук и что мы стали так быстро жить вместе, хоть и наездами?

Если с самого начала наши друзья и мама Олега воспринимали наши с ним отношения с энтузиазмом, пожалуй, даже большим, чем мы сами, то мои родители относились скептически. Мама растаяла первой. Он подкупал ее аурой силы и надежности, что исходила от него. Папа еще не был побежден, но стал проявлять большую лояльность, когда в разговорах Олег сам высказался относительно того, что такие отношения не дело, и нужно что-то делать с разделяющим нас расстоянием. Сегодня выходной и мама позвала к ним на обед, чем я и воспользовалась, чтобы не лежать весь день обнимая подушку пропахшую любимым мужчиной погружаясь в тоску.

Наваристый мамин борщ, свежий хрустящий хлеб с папиной аджикой и салом домашнего копчения, разговоры о даче, работе, рассказы о новостях у родственников, друзей, соседей. С чувством разливающегося от желудка тепла и умиротворения я завалилась на свой диван борясь с подступающими вновь воспоминаниями. С каких пор все теперь стало напоминать только о нем? Ведь жила же я и до него, причем успешно и совсем не скучно. Желая отвлечься принялась листать новостную ленту социальной сети, успешно занимая мозг всякой мельтешащей ерундой пока не наткнулась на раздел "возможно, вы знакомы". С аватарки на меня смотрели любимые карие глаза из-под упавших на лоб кудрей. Странно... А ведь мы все еще не добавили друг друга в друзья. Почему?..

Общались мы в основном в мессенджерах. Переписки, видеосвязь, созвоны. Может мы просто были так поглощены нашей реальной жизнью, что виртуальная как-то выпала из поля зрения? Задумавшись на несколько мгновений, поколебавшись еще немного, я все же нажала на синюю кнопку, приглашающую исправить это недоразумение. В это же мгновение рядом с иконкой аватара появился значок "в сети". Сердце замерло. Но... Ничего не произошло и значок пропал через пять минут. Разочарованно я попыталась отвлечься на что-то другое.

К счастью, или к сожалению, отвлечение само меня нашло. В чате снова Марина жаловалась на то, что Толик ее игнорирует уже третий день. Голосовые, на которых подруга плачет больно отзывались в сердце. Мы с Иришей пытались поговорить с подругой, мягка намекая, что, наверное, стоит закончить эти "отношения", которые причиняют только боль, но она нас не слышала. Валя была более резкой и прямой. Она прямым текстом сказала о том, что пора заканчивать эту игру в любовь, и видимо этот спектакль надоел уже и Селиванову, ведь если мужчина тебя избегает - это даже не намек, а бревно летящее в глаз - ты ему не нужна. С тех пор девочки больше не общались, а у нас появилось два чата - один с Валей, другой с Мариной. Было грустно смотреть, как неразделенная любовь разрушает и саму девушку, и ее мир.

Чтобы как-то поддержать подругу, я предложила девочкам приехать ко мне с ночевкой. Был в этом и корыстный умысел - мне самой необходимо было общество и то, что меня отвлечет от своих мыслей и тоски по Олегу.

По пути домой я закупилась винишком, еще пару бутылок принесли подруги, мы заказали доставку еды и облачившись в пижамки и обложившись коробочками вок, роллами и пиццей устроились перед телевизором.

После долгих поисков, споров и уже одной распитой бутылочки вина мы не стали ничего искать по смарт-тв, а остановились на "Отчаянных домохозяйках", которые шли в это время по телевизору.

- Если бы мы снимались в этом сериале, я была бы Габби, - Марина одним глотком осушила бокал, критически посмотрела на нас. - Ты, - ткнув пальцем в Ирину, - была бы Сьюзан. А на роль Бри подошла бы... Валя.

Последние слова были сказаны с плохо скрываемыми грустью и сожалением. Мы с Иришой переглянулись, но не стали ничего комментировать.

- А я тогда кто? Линнет? - огромная филадельфия с трудом поместилась в рот.

- Нет. Ты Мэри Элис, - подруга мрачно усмехнулась.

- Шэго это?! - с трудом проглотив недожеванный ролл я уставилась округлив глаза на подругу. - Она же умерла еще до начала сериала!

- В том то и дело. Ты самовыпилилась из нашей компании одиночек-неудачниц и теперь не в нашей банде. Коза.

Попытка сгладить сказанное мягкой игривой улыбкой вышла кривоватой. Да и глаза не отражали ничего кроме непроглядного отчаянья.

Из веселой неугомонной девчонки Марина превратилась в депрессивную и плаксивую, неизменно хмурую, иногда резкую, импульсивную и даже агрессивную. Было тяжело на это смотреть, но мы никак не могли помочь. Ей нужно было навести порядок в своей голове самой.

Мои жалобы на то, что меня не добавил Олег в друзья выглядели смешными и жалкими на фоне проблем подруг. Неразделенная любовь и, хоть и оставленный позади, ужасный брак, но отложивший свой отпечаток на нежную ласковую Ирину. Если посмотреть в сравнении, то мне действительно было не на что жаловаться. За свою идеальную любовь мне сейчас стало даже немного стыдно. Я предпочла забить рот еще одной большой филадельфией, чтобы не сказать что-то не то, и с показным энтузиазмом взялась за штопор.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Олег еще не писал сегодня и не звонил. Я знала, что он много работает и старается решить кучу дел скопом, чтобы выбраться ко мне на несколько дней. Частенько он не отвечал на мои сообщения по несколько часов, иногда они доходили до него с задержкой. Как взрослая женщина я понимала причины и старалась не зацикливаться на этом, но вот склонная к драме девочка все пыталась зацепиться за такие мелочи. Понятное дело, что сейчас я не могла поделиться своими переживаниями с подругами, это было бы просто ужасно по отношению к Маринке. Поэтому, предпочла загнать все эти мысли в дальний угол своего сознания. Как бы не был занят Олег, я все равно оставалась для него на первом месте. Если дела были срочные, он бросал все и звонил, а иногда и вовсе подрывался и мчался ко мне через всю страну, как например, когда я подхватила ротавирус и трое суток не выходила из туалета.

Идеальный... Любимый. Любящий. И что я прицепилась к этой соц.сети?

До глубокой ночи мы предавались грехопадению, всеми силами налегая на чревоугодие и пьянство, дабы избежать уныния из-за невозможностью предаться разврату. И так отчаянно отвлекали Марину от желания писать и звонить Селиванову, что я сама не успевала думать о том, чтобы устроить допрос с пристрастие по способу пьяных смс, почему он не добавил меня в друзья, отложив это на завтра.

Глава 37

На завтра мне уже было не до скандалов. Переизбыток вина в наших организмах прошлой ночью на утро отозвался головной болью, жаждой и легкой тошнотой. Поправляя здоровье огуречным рассолом прямо из банки Ирина рассказывала какие-то байки, я отпивалась крепким, что чуть ложка не стоит, кофе. Зеленая Маринка обнимала белого друга периодически выходя к нам попить водички.

- Слушай... Ты чего такая слабенькая стала? Вот до чего тебя твоя любовь довела. Уже и выпить не можем нормально, ты сразу расклеиваешься,

- Да я в последнее время почти не ем, а вчера с вами обожралась.

- А чего не ешь?

- Да кусок в горло не лезет. Тошнит буквально от всего.

- В смысле после еды? У тебя может уже анорексия какая-то? Или гастрит.

- Я, конечно, ни на что не намекаю, но ты помнится хотела залетом Толика заарканить... Ты не...

- Нет, не получилось ничего. Может я бесплодная вообще? Вон кто-то от одного чиха залетает, а я ... Я уже поняла, что этот способ не про меня. Все вообще у меня ни как у людей.

- Слушай, у меня там в ванной тесты в шкафчике есть. Сделай?

- Да вы чего? Говорю же. Нет.

- Ну вот для успокоения нас неверующих. Фу! - Иришка выплюнула на салфетку небольшой зонтик укропа, проскользнувший незамеченным за разговорами с порцией рассола.

Ворча Маринка скрылась обратно в ванную, а мы многозначительно молчали. Понятно, что если полоски окажется две, то дело точно дрянь.

- Блядь!

Крик из ванной заставил нас рвануть туда. Мы столкнулись в дверях с еще более зеленой подругой, в руках которой была та самая белая полоска с синим концом.

К нашему позднему обеду мы уже нашли где сдать завтра утром ХГЧ, записали подругу через интернет на прием к врачу. Марина со стеклянными глазами смотрела на лежащие перед ней тест-полоску рядом с телефоном. Она больше не стала надрывать телефон, а просто отправила Толику фото, где виднелась слабенькая вторая розовая полоска.

- Мне так нужна была эта вторая полоска, когда у нас все было хорошо, а теперь? Он подумает, что я вру! Или скажет, что я залетела от другого, чтобы навязать ему ребенка...

- Марин...

- Не надо. Я не совсем еще рехнулась, как вы все думаете. Я вижу, что все плохо. Просто... Я правда его люблю. Очень. Не представляю, как жить без него...

- Может не стоило сразу ему сообщать? Ну... взвесить все, убедиться. Ты же знаешь, и у тестов не 100% точность, - Ирина нервно грызла ногти со свежим маникюром.

- Ты не понимаешь! - взорвавшись, подруга вскочила, схватила вещи и бросилась к двери. - Вы никто меня не понимаете!

Всхлипы оборвал хлопок входной двери.

- Ну дела...

Конечно, мы рассказали Вале. Весь оставшийся день обсуждая эту тему в чате. Из нас всех Марина разговаривала теперь только с Ириной, меня она предпочла игнорировать, наверное, ненавидя меня за то, что у мои отношения, начавшиеся одновременно с ее, выглядели совсем иначе. Это больно сжимало мне сердце, мы дружили много лет и сейчас наша дружба рушилась на глазах.

Вечером, я, конечно, рассказала обо всем Олегу. Погрузившись во все эти дела, я даже забыла об отправленной заявке в соц.сети, о том, что так и не получила уведомления о том, что она принята. И даже о том, что хотела поговорить об этом со своим мужчиной. Чужие проблемы, которые оказались важнее своих собственных незначительных, поглотили все мои мысли. Мне очень хотелось помочь подруге. Но как? Ситуация была полной катастрофой...

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 38

На какое-то время центром обсуждений знакомых и даже наших родителей стали Толик и Марина, весть о ее беременности разнеслась подобно тополиному пуху в июле.

- Так странно... Я была уверена, что Толик отправит ее на аборт или еще что-то...

Моя голова покоилась на коленях Олега, который накручивал прядь моих волос себе на палец глядя в телевизор:

- Бедный Толян. У него вторая Оля может случиться.

- Оля?

- Ну. Уже был скандал же на почве залета, ты не помнишь?

- А? Нет.

- В школе. От него залетела одноклассница, понятно, что был аборт. Она потом вены себе резала. Тогда Толян и перевелся в нашу школу.

- Блин. Да? Я помню, что какой-то был скандал с ним, а что...

- Историю тогда замяли. Родители девочки постарались.

- Вот это да... Оказывается Толик бык-осеменитель.

- Я б на его месте вазэктомию сделал для надежности еще тогда. Но! Я не на его месте. И обещал с тобой наплодить маме пять внуков. Ты помнишь? Как думаешь... Может пора приступить?

- Процесс, конечно, интересный. Но я, пожалуй, воздержусь.

- А если бы я надел тебе на палец красивое золотое колечко?

Перед глазами, поймав солнечный луч, сверкнул бриллиант. В комнате повисла тишина, разбавляемая только отдаленно доносившимся звуком чьего-то ремонта и бормотанием сериала. Мой мозг, так глубоко погрузившийся в мысли о друзьях, не мог переварить этот резкий и неожиданный переход.

- Альбина Геннадьевна, как ты смотришь на то, чтобы переехать ко мне?

Я так часто задавалась вопросом, почему он не зовет меня в Москву хотя бы на выходные. Так отчаянно искала и находила великое множество причин... Что сейчас, услышав эти заветные для любой девушки слова, я хотела ответить только... "нет". То ли из-за страха перемен, то ли из упрямства, то ли потому что убедила себя в том, что мне это не нужно. А может на самом деле этого не хотела? К счастью, я не успела ляпнуть не подумав.

Взяв мою руку, он аккуратно надел украшение на безымянный пальчик правой руки.

- Это еще не предложение руки и сердца. Не думай, что я так обленился, что сделал тебе предложение сидя на диване перед телевизором во время рекламного перерыва. Оно будет сделано намного в более романтической обстановке, достойной королевы моего сердца.

- Ты не добавил меня в друзья...

- Что? - Олег посмотрел на меня слегка нахмурившись, сбитый с толку, абсолютно не ожидавший такого заявления в ответ на его слова.

Я и сама не поняла, как из всего, пронесшегося в моей голове, именно это обрело звучание.

- Сколько мы вместе? А ты... не добавлял меня в друзья. У тебя даже профиль закрыт. Я отправила тебе заявку почти две недели назад, а ты... до сих пор не отреагировал.

Моя голова все еще покоилась на его коленях и, вскинув взгляд на него, я заметила как что-то на долю мгновения мелькнуло на лице после первого удивления и перед тем, как он расплылся в виноватой улыбке. Что это было? Сомнения? Или я все себе это придумывала?

- Я... я даже не знаю... Как-то даже не подумал об этом... Надо было, да? - он почесал пальцем бровь, глядя в абстрактную точку. - А заявка. Не видел, правда. Прости, пожалуйста. Надо было сразу сказать. Просто для меня это не поле общения, там рабочие вопросы и задачи решаются, многие вкладки я даже не открываю, и уведомления у меня почти все отключены. Если для тебя это так важно...

Он взял в руки телефон, несколько движений и мне пришло то самое: "Ваша заявка принята".

Нажав на уведомление, я отметила, что количество его друзей увеличилось не на один, а сразу на шесть. Или я не правильно запомнила цифру?

- Надеюсь, ты не попросишь меня поставить статус "влюблен в" или "помолвлен с"? Это рабочий аккаунт серьезного дядьки. Боюсь, меня не поймут, - посмеявшись, он чмокнул меня в нос.

Наверное, я, правда, накрутила себе лишнего. Надо было просто сразу спросить, а не ждать и строить догадки. Любим мы, девочки, драмы, ищем тайные смыслы. У мужчин все проще. Так ведь?

Но посмотреть все от корки до корки я решила при первой же возможности, а все спорное заскринить и отправить подружкам для консультации. Рабочий аккаунт? Но у нас ведь там есть и общие друзья... Или это когда-то был личный, который теперь используется иначе?

- Я зову сейчас тебя не просто в какой-то цифровой список людей хранящийся на каком-то сервере, а в свою жизнь, вполне реальную. Так что? Мне, кажется, мы уже в достаточной мере все проверили и доказали друг другу. Ты готова?

- Красивое...

Глядя на блеск металла и камней, я лихорадочно думала, что ему сказать... И, собственно, понять готова ли я?

Бросить все. Уехать с ним в Москву.

С одной стороны. Мне отчаянно хотелось быть с ним рядом. Всегда. Но я так привыкла уже к этой жизни. К нашим друзьям, и интригам, что тут крутились, к ужинам у родителей, которые каждый раз что-то отчебучивали, за что приходилось кому-нибудь из нас краснеть. К своему офису и коллегам, к обедам с другом своего жениха. Ко всем этим мелочам, которые сложились в пазл моего существования. Счастливого существования. То, чего я так страшилась когда-то, сейчас стало моим комфортным коконом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

С другой... А может мои сомнения - это неуверенность в своих чувствах? Может из-за этого я все время ищу какой-то подвох? В его закрытом профиле и непринятой заявке, в этих звонках с неизвестных номеров и сообщениях, от которых он хмурится и переворачивает телефон экраном вниз. Разве он дает повод сомневаться в нем? Ведь нет же. А может... Это из чувства вины, что у меня все хорошо. Или из страха, что меня постигнет разочарование...

Сердце заходилось в груди сбивая ритм, мысли метались, а он смотрел на меня своими красивыми карими глазами с чудесными ресницами и ждал ответ.

Глава 39

Даня приехал, как и обещал, осенью. После юбилея отца, он остался еще на недельку, на которую, к слову, пришлась отвратительная погода.

Олег был в Москве. Каждое утро он взял за правило давить на больное - если я уволюсь, мне не нужно будет каждый день вставать в безбожную рань и тащиться на работу, даже если там дождь, снег, ураган, цунами или смерч. А еще, если я уволюсь, то смогу приехать и просыпаться с ним в одной постельке, а не с куском пластика, имитирующим его присутствие текстовым "доброе утро" и смайликами вместо поцелуйчика.

Хоть мой мужчина и сумел меня втянуть с ним в отношения очень быстро и без боя, но переезд был намного более существенным шагом, который кардинально менял всю мою жизнь, поэтому я пока не могла на это решиться, хоть еще пару месяцев назад это и стало одной из причин нашей первой и пока единственной ссоры. Дразня, я обычно отвечала, что квартира оплачена на год вперед, поэтому у меня еще достаточно времени, чтобы подумать. Сам виноват, не зачем было снимать мне квартиру. Живя с родителями я бы сбежала к нему намного быстрее.

И хотя сегодня была суббота, но вместо того, чтобы спать до обеда, я все равно встала в невероятную рань и с самого утра моталась в кампании Ириши, Дани и Дэна по магазинам. У Семы был день Рождения и намечалась небольшая вечеринка у них в гараже.

На стоянке сиротливо стоял черный опель, радостно отозвавшийся и моргнувший фарами при приближении хозяина. Холодный ветер сразу же нырял под одежду и пробирал до костей, стоило только выйти на улицу, поэтому мы с Иришей нырнули на заднее сиденье, едва разблокировались двери, оставляя парням утрамбовывать в багажник все то, что готовили и клеили последние несколько часов у Ирины дома.

Свистом телефон в кармане подруги оповестил о сообщении. Шурша курткой, стаскивая зубами перчатку, она вытащила гаджет, пробежалась по тексту глазами.

- Маринка. Пишет, что они с Толиком приедут уже сразу туда прямиком из больницы.

- Она Толика утащила на УЗИ?

- Ага. Знаешь, я не питала к нему нежных чувств, но... Сейчас я одновременно его и уважаю, и сочувствую ему.

- Ничего этого не было бы, расставь он сразу по местам.

- Ну не всем же быть Олегами. Дай еще на колечко посмотреть! Такой он... Эх. И ключи от своей квартиры Московской тебе оставил, и кольцо подарил и пообещал романтично замуж позвать. Конечно, Маринке особенно сложно в ее жопной ситуации, когда рядом такая сказка. Не обижайся на нее, она сама потом ревет, если не то ляпнет или сделает. Переживает, что отношения испортятся и вы отдалитесь, как случилось с Валей. Она по ней тоже тоскует, сама знаешь.

Я только было открыла рот, чтобы ответить, но успела только набрать в легкие воздуха.

- Ну что? Едем? - наш толком не начавшийся разговор прервали нахохленные парни, забирающиеся торопливо в машину.

- Ага.

Иногда в редкий дождь примешивался с еще более редким снегом. Дворники лениво смахивали все, что падало на стекло. Печка заботливо грела салон и своих пассажиров.

- Как тебе Олег разрешил на тусовку то идти без него? Опять полный видео отчет будет требовать, - сказал Денис с ухмылкой в пол оборота повернувшись к заднему сиденью.

- Нормально отпустил. Что такого то? - мой голос звучал почти с обидой.

Иногда Олег и правда перебарщивал, но это было скорее из заботы о моей безопасности и желания быть рядом. Ну и ревновал, конечно. Это больше отзывалось внутри теплом, чем протестом, и вызывало улыбку, снисходительную и польщенную.

Оставив машину перед воротами гаража, мы ринулись в бой: растапливать буржуйку, чтобы согреть помещение, развешивать украшения, смешные плакаты с фотографиями и подписями, устанавливать стол с закусками и напитками. Всех дольше пришлось повозиться с диско-шаром, который никак не хотел нормально висеть, но после того как Дэн психанув расправился с ним с помощью шуруповерта, тот послушно крутился, пуская по поверхностям блики. Лазерный проектор, чтобы не слепил, так же пришлось крепить к потолку. Чуть больше часа работы и гараж превратился во вполне себе атмосферный крафтовый паб.

Только мы присели, как послышался звук подъезжающего автомобиля. Хлопок двери. Шаги...

- СЮРПРИЗ!

- С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ!!!

Взрыв хлопушки и в вихре цветного конфетти с большими глазами отнюдь не Сема, а Толик с Мариной.

В повисшей тишине, она зло сдернула с головы блестящий серпантин и размашистым шагом направилась к столу:

- Мне срочно надо выпить!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 40

- Марина! Не смей! Толь, сделай что-нибудь! Ей же нельзя! - Ириша первой кинулась в примчавшийся шторм.

- Да можно мне! Не беременная я! Слышишь? НЕ БЕРЕМЕННАЯ!

Селиванов мрачнее тучи рухнул на диван. Мы все уставились на Марину, опрокидывающую в себя один за другим два шота.

- А что тут происходит?

Все медленно повернули головы на звук. В дверях стоял именинник со спортивной сумкой на плече.

- Сюрпри-и-из...

Вяло и растерянно протянули несколько нестройных голосов. Вновь бахнула хлопушка, ударив ему в лицо снопом цветастых конфетти.

- Вот уж вышел конфуз,.. - Даня поджал губы и прикрыл глаза, будто желая стереть картинку из памяти.

Немая сцена, застывшая картинка на несколько секунд, резко пришедшая в движение: все разом кинулись к имениннику.

- С днем Рождения, мой дорогой любимый друг! - повиснув на крепкой шее смачно целую гладко выбритую щеку.

- Ну что вы тут устроили? Вот ведь... Эту дрянь теперь целый год выгребать буду, - Сема ворчал, но плыл в довольной улыбке, обнимая каждого до хруста костей.

После бурных объятий все снова обратили внимание на парочку, ожидая объяснений. Марина не дожидаясь приглашения и желающих присоединиться опрокинула в себя еще две стопки.

- Да хватит уже, - Селиванов, наконец, решил вмешаться и отобрал ту, что еще не успела коснуться еще губ.

- Вы может нам объясните? Как это беременная Марина не беременна и по этому поводу хлещет джин? Что случилось? - Ириша скрестила руки под грудью и с видом грозной мамочки ждала ответ.

Откинув светлые пряди за спину, Марина начала активно жестикулировать, опять переходя на крик.

- Я же сдала кровь на ХГЧ, пришла с результатами к врачу, она мне просто с порога всучила направление на УЗИ, не посмотрела, ни опросила, НИЧЕГО! Я записалась, в назначенный день притащила Толю... Ну как? Отец же! Посмотреть на сына... ну или дочку. Там еще же не понятно. Я в интернете почитала, что там просто горошина на этом сроке... И вот мы заходим. Я ложусь. Он на стульчике рядом со мной. Они еще удивились так. Ну ладно. Что-то там поспрашивали про цикл и приступили. Смотрим в экран. Ничего не понимаем, но ждем, что увидим наше будущее чадо... Проходит пять минут. Врачиха что-то там меряет, диктует медсестричке... Ну я уже спросила: "А где лялька? Покажите!" А она на меня смотрит квадратными глазами какая мол лялька? Я говорю я меня там тест положительный, ХГЧ повышен. Она там как в бильярд во мне играла, этим долбаным датчиком наяривала. Шарила, шарила. А там нет никого! НИ-КО-ГО! Все соответствует дню цикла. Я уже там на панике, что выкинула и не заметила. А она мне: "Кровотечения были? Мазня?" А все в порядке. Говорит, значит и не было ничего. А ХГЧ, мол, может повышенным быть при онкологии, в матке и яичниках не видит ничего, проверить говорит кишечник, легкие. Приходила с лялькой, ушла с раком. Как вам такое, а?!

- Марин. Ну какой рак?! Ты еще у врача не была! Это может сбой, ошибка,.. - Толик явно сам был на грани бешенства, но пока держал себя в руках.

- Что? Беременную меня пожалел. А с раком? Бросишь?

- Да как же ты меня достала...

И одним махом осушил отобранную стопку.

Дело пахло керосином...

- Так. Раз пока никто не беременный и не подтверждено умирающий, давайте-ка вспомним, что у нас тут как бы праздник у моего братишки, да? - Дэн всунул Толику в руку еще один шот, Марине в рот кусок яблока, а в руку банан. - Все. Все срачи ставим на паузу, сегодня веселимся. И выпьем, наконец, за моего брательника, который стал мне не только братом, но и другом,.. заменил отца. За тебя, Семыч! Чтоб все в твоей жизни складывалось как надо. Пусть будет трудно, но мы прорвемся, да? Только чуть-чуть удачи, а упорства и силы тебе не занимать. - Я закусила губу, руки парня подрагивали, он нервно переминался с ноги на ногу, волновался. - Мы вот тут собрались самыми близкими, Валюхи только не хватает, но... это мы исправим... Почти семья, да?.. Вот собрались, чтоб сказать как ты нам дорог, как мы тебя ценим. Да что уж там?! Любим.

- Да заткнись ты уже, - Сема явно растроганный притянул брака, крепко обняв и похлопав. - Я вас тоже люблю. И тебя, дурачина. Спасибо за то, что устроили. Не ожидал. Приятно, правда.

У меня на глаза навернулись слезы. Жизнь братьев на самом деле не была сладкой и легкой. И сейчас я очень гордилась, что это мои друзья, а сердце наполнялось любовью до краев.

- За Сему! - один за другим повторил каждый, и стопки с джином звонко прогремели ударившись стеклянными боками.

...Ну вот как я от них уеду?..

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 41

- Он еще пожалеет! Еще локти будет кусать! Вот увидите! - Маринка потягивала коктейль из трубочки, а ее глаза сверкали воинственным, почти безумным огнем.

- Марин, может оставь его уже с миром, а? - наша святая женщина все еще думала достучаться до разума слетевшей с катушек подруги.

- Нет уж! Я же всем ради него готова была пожертвовать! С подругами чуть не перессорилась. От мечты уехать отсюда отказалась. Да что там? Я родить собралась. Можете меня представить в роли матери?! Во-о-от... Нет. Я еще покажу на что способна Марина Головина! Да за мной будут лучшие мужики ухаживать! Да я уеду отсюда на бентли под руку с миллионером. А он пусть сидит тут и смотрит мне вслед. Красивой дорогой женщине. Козел!

Разбитое сердце осколками перерезало горло любви, оставив после себя только помешательство.

- Выдохни, у тебя нет рака, ты не беременна, непонятные отношения наконец прояснились... Зачем тебе что-то ему доказывать? Живи для себя, - Все пыталась вразумить сумасбродку подруга.

- И больше не коли себе никаких препаратов без назначения врача... Видишь сколько последствий это может за собой повлечь. Хорошо хоть не для здоровья...

- Так я их из-за него и колола! Чтобы забеременеть. Так что это тоже его вина. И даже не пытайтесь мне доказать обратное.

- Капитулирую, - помахала я белой бумажной салфеткой.

Олег сегодня поехал к маме, а я к подружкам поболтать за бокальчиком чего-то вкусного. Мне даже страшно было сказать сейчас вслух, что позже вечером я увижусь с объектом ее столь сильных чувств. Вот уж по истине от любви до ненависти...

- Какие планы на вечер? Что-то романтичное и эротичное? - хитро улыбнулась Ириша сверкнув лукаво глазками.

- Очень. Боулинг, - моя кислая мина говорила за меня о том, как я "в восторге" от этой перспективы.

- Фу, - сморщила носик Маринка. - Ненавижу боулинг.

Честно говоря, я его тоже не особо любила, но согласилась сходить, когда Олег спросил, зная, что он его любит и на развлечения у него есть время только, когда он приезжает ко мне. Единственным условием было, что мы ненадолго.

Не могла не заметить, как в глазах подруги мелькнули зависть и тоска. Она так привыкла к этой компании, что сейчас ей тоже хотелось пойти со мной. Может поэтому она сказала такое категоричное "фу", чтобы доказать всем и себе самой, что ее туда совсем не тянет?

- Ой, какие люди! Привет, - голос Аллочки прозвучал у нас над головами. - Видела приехал Савин. Странно, а что это ты не с ним? Наигрались в отношеньки?

- Ты чего приперлась к нашему столику? Не помню, чтоб мы были подружками.

Глаза Маринки опасно сощурились. После их разрыва с Селивановым она напоминала бешеную злую кошку, поэтому глаза Аллочки с ее наращенными слишком длинными опахалами были в опасности, как и филеры, вкаченные в скулы, чтобы обозначить их на округлом лице.

- Пришла узнать, могу ли я сегодня вечером рассчитывать на место на коленках Олежи.

- Это вряд ли, - спровоцировать меня на эмоции у нее не получилось, только если на жалость - все никак не примет поражение в битве за его внимание, коленки, сердце и все остальное.

- К твоему сведению, он ее забирает в Москву, так что тебе там точно ничего не светит, - Ириша окинула брезгливым взглядом Грачову.

Похоже, она провела себе некоторый апгрейд, потому как грудь стала еще больше, а в ложбинку падала прядь слишком густых, длинных и лаково блестящих волос, которых у нее не было.

- В Москву?! - высокомерная едкая ухмылка. - Ну-ну, удачи.

Покинув нашу компанию, Алла ушла покачивая бедрами и оставляя после себя удушливый парфюм.

- Как же она меня бесит. Как только Сема когда-то повелся на эту идиотку? - все шипела наша кошечка.

- Вы снова соперницы? Две холостячки в поисках удачного мужа, - а я не удержалась от того, чтобы плеснуть масла в огонь.

- Да какая она мне соперница? Богатым мужикам думаете нравятся эти бабы-конструкторы? Представь. Он натягивает этот рыбий рот на свой член, в порыве страсти наматывает ее волосы на руку, тянет... и у него остаются в кулаке эти приклеенные пряди. А эти сиськи? Ну куда? Это же чтоб их удерживать надо бабкин лифон носить, никакое красивое бельишко их не удержит. Вообще не секс. Другое дело такие как я... Хрупкая, миниатюрная, гибкая. Со мной всю камасутру можно изучить, не боясь, что тебе прилетит сисько-шаром по хлебалу. Да и... ее не поднимешь - кобыла жирная. А я дюймовочка, такую и на лицо посадить не страшно.

Это было и пошло, и смешно. Но представлять Аллу на чьем-то лице мне вовсе не хотелось, хоть образ так перед мысленным взором и всплыл.

- О, Олег, - я приняла вызов, как только на экране смартфона высветилась его фотография. - Привет, любимый.

После короткого разговора, я с грустью сообщила подругам, что сейчас он за мной заедет и нам надо будет расстаться.

- Ну ладно, ты ведь еще не сейчас уезжаешь. Не сейчас же? - Ириша вцепилась мне в руку, Маринка проследив за ее движением задержала взгляд на кольце и как-то грустно вздохнула.

- Нет, не сейчас. Вообще... Я пока не хотела вам говорить, но... мы обсудили мой переезд. И... я в понедельник пишу заявление, дорабатываю две недели, немного отдохну, а потом... он приедет на новогодние и...мы вместе уезжаем в Москву.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Немая пауза. Визг.

Маринка опрокидывая свой бокал кинулась мне на шею с удушающими объятьями.

- Ну наконец-то! Вы итак зачем-то столько тянули! Боже мой! Как же я рада за тебя! Вот говорила же! Говорила! Влюбится и увезет тебя от нас в свою Москву. Запрет тебя там в своем замке и будет трахать целыми сутками!

- Марина, - я уже не сдержала хохота. - Что у тебя все через постель то?

- У меня секса давно не было. А я подсела. У меня ломка. Не обращай внимания!

- Альбиша! Как же это здорово! Будете все время вместе. Олег такой влюбленный, такой классный. Вы такая пара классная! Красивая. А он еще и жених завидный. Тебе так повезло! Я счастливо за тебя. Правда. Молодец, что решилась. Что тебе тут сидеть, когда у тебя там такой мужчина...

Подъехав, Олег зашел поздороваться с девочками, а я пока решила заскочить в туалет - выпитые коктейли могли не доехать до дома.

- В Москву? Серьезно? - Едва я толкнула дверь уборной, как столкнулась взглядом с Аллой через зеркало. - Прости, но не тянешь ты на Москву. Я бы еще поняла, если бы на твоем месте оказалась Марина. Яркая. Живая. Она для столицы. А ты... Мышь? Провинция твой потолок.

- Не хочешь закончить жизнь утонув в унитазе - захлопни анальную область на своем лице.

Скрывшись за дверью кабинки, я крепко зажмурилась, скрипнув зубами от злости. Как же эта Алла меня бесила! Выскочка!

Глава 42

Я не могла уснуть и изучала профиль своего спящего мужчины. Мы вместе пять месяцев, а мне кажется, прошло пять лет. Он брал меня штурмом, с чего-то решив, что я ему нужна. Не давал времени одуматься, все больше привязывая меня к себе, отрезая путь к отступлению, заполняя собой все пространство, всю мою жизнь. Даже когда он был от меня за много-много сотен километров, все равно им была пропитана каждая секунда моей жизни. Все говорили, что мне с ним повезло. Сейчас я с ними была согласна. Все мои сомнения растворялись как сахар в горячем чае. Липкий неразмешанный осадок был лишь страхом. Страхом от того, насколько я счастлива. Мне все еще не верилось, что так бывает на самом деле. Как будто я провалилась в сказку, где меня нашел мой принц.

Я все прокручивала в голове, как мы шли сегодня по ночному городу, решив прогуляться после встречи с его друзьями. Ноябрь в этом году был щедр на снегопады. В свете фонарей крупные снежинки неспеша кружились, оседали на пожухшую траву газонов, скамейки, ограждения и урны. Под ногами выстилался тонкий ковер из белого кружева. Глубокий капюшон прятал меня от холода, и я ругала Олега, что он не носит шапку, а он только смеялся и стряхивал со своих кудрей снег.

Около дома мы стояли обнявшись и, запрокинув головы, смотрели на перемигивающиеся звезды. Шурша куртками, вытирали с лица капельки от растаявших хлопьев. И целовались. Вкусно. Не торопливо. Без страсти. Без какой-то особой нежности. Просто целовались. Просто потому что были рядом. Потому что любили. Просто потому что могли себе позволить это сделать, не оборачиваясь ни на что и ни на кого.

Царапало в этой идиллии только одно - его постоянно звонящий телефон. Мое недовольство очень красочно читалось на лице.

- Это по работе, - отправляя звонок на голосовую, он убирал телефон обратно в карман.

- Не поздновато ли по работе звонить?

- Они привыкли, что некому мне устраивать скандалы за поздние звонки. Потерпи немного, они изменят свои привычки. А ты оказывается ревнивая, да? - и целует в нос, а я лишь утыкаюсь в него и ловлю момент, растворяюсь в нем...

В ночи слушая его ровное глубокое дыхание, ощущая тяжелые удары сердца под кончиками моих пальцев, я впитывала каждое мгновение. Завтра Олег уедет и я буду ждать его целый месяц, чтобы потом уже не расставаться. Месяц я выдержу. Наверное. Если не сорвусь раньше. У меня же есть ключи от его квартиры... Что если узнать адрес у его матери, а потом сделать сюрприз?

Он нахмурился, тяжело вздохнул и заворочался, а потом сгреб меня в охапку и прижал к себе еще крепче, поцеловав куда-то в макушку даже не просыпаясь. Друзья были правы - он совершенство. И он мой.

Конечно, было волнительно нырять в новую жизнь в Москве, но у меня будет рядом он. Надежный, как швейцарские часы. Сильный, уверенный. Красивый...

Я позволила себе помечтать, представить нашу жизнь... Незаметно мечты перешли в грезы. А глубокий сон завладел мной лишь ближе к утру. Но выспаться было не суждено...

Горячая, чуть шершавая ладонь скользнула по талии и смело ринулась к груди, чуть сминая ее. Целуя плечо, шею, чувствительное место под мочкой уха. Мне хотелось мурлыкать, подставляя тело под его ласку подобно большой кошке.

Поцелуи нежные, неторопливые, глубокие отзывались теплом и тяжестью внизу живота и надрывной тоской в районе солнечного сплетения. Обнимая, проводя ладонями по рельефным мышцам широкой спины, я чувствовала что мне этого отчаянно мало. Хотелось обвить его словно плющ античную статую, буквально слиться с ним, стереть границы наших тел.

Ощущая тяжесть его тела над собой, его желание, касающееся моего бедра, я думала только о том, как пережить этот месяц и как потом изменится моя жизнь, ведь он всегда будет рядом, каждый день, без этого "вахтового метода".

Обхватив мое лицо руками, он внимательно смотрел на меня и медленно вошел на всю глубину. Ресницы задрожали, губы приоткрылись, томный выдох.

Мысли терялись среди вздохов, тихих стонов и шороха простыней. Он двигался медленно, почти лениво, но каждое его движение заставляло меня сжимать постельное в кулаки, цепляться отчаянно за его напряженные плечи.

- Посмотри на меня, - прошептал требовательно, но в голосе прозвучала уязвимость.

Я послушно открыла, прикрытые в неге, глаза и встретилась с ним взглядом. На миг он остановился и все внутри меня несогласно заныло.

- Олег... Пожалуйста...

Оплетая его шею ладонями в мольбе тяну к себе, припадая к губам.

Несколько движений. Нарастающее напряжение сжимает мышцы. Волна дрожи и конвульсивных сокращений пробегает волной по телу.

- Люблю тебя, - его горящий шепот мне в шею запечатан поцелуем.

Сегодня меня разбудил самый нежный и умопомрачительный утренний секс. Неужели потом так будет всегда? Все еще не могу поверить, что решилась на это...

- Может быть ты останешься еще на денечек? Ну пожалуйста... Месяц это так долго.

Почти канючу и сворачиваюсь у него под теплым боком.

- Долго? Как то же ты жила все эти годы без меня. А тут всего месяц. Всего 30 дней. Всего четыре понедельника...

- Тогда не считается.

- Время быстро пролетит. Обещаю, - его пальцы скользят по моей обнаженной спине, выписывая замысловатые узоры.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Тебе придется оставить мне вот это, - обхватываю его еще не опавший член. - Мне он нужнее. Да и...для надежности. Мало ли ты там за этот месяц встретишь себе какую-нибудь местную Альбину.

- Дурочка, - беззлобно смеется Олег. - Никто мне не нужен. У меня уже есть та, которую я ждал. Если ты не заметила, я однолюб. А это, - его орган дернулся у меня в захвате, - мне тоже очень даже нужно. Например, поп

и

сать. Какая же ты пошлая и развратная, оказывается.

- Нет. Просто жадная.

- Ладно, жадина, надо вставать, пить кофе и собираться. Мне очень не хочется, но надо ехать. Нужно подготовить все к твоему переезду. И освободить время, чтоб в первые дни я мог быть только с тобой и помог тебе хоть немного адаптироваться. Москва отличается течением жизни от этого города. Мне по началу было очень сложно. Но я буду рядом, понятно? Тебе не нужно ни о чем переживать. Так что... Увольняйся, собирай вещи и настраивайся морально и физически. Бой курантов и мы летим на нашем ковре-самолете в новую жизнь для нас двоих.

Через два часа я смотрела в окно как его машина съехала на проспект и влилась в поток, а я как принцесса, заточенная в башне, осталась ждать, когда мой рыцарь на своем скакуне заберет меня в свой замок.

Весь день не знала куда себя девать и не могла отделаться от снедающего беспокойства.

- Почему же мне так тревожно? - спросила я у кольца, переведя взгляд с экрана смартфона, после прочтения очередного отчетного сообщения по мере продвижения Олега по маршруту.

С золотого ободка на меня смотрели три камня. Крупный по середине и два поменьше по бокам. Конечно, они не дали мне ответа, и я списала все на месячные, которые начались этим вечером.

Месяц... Я взяла небольшой календарик из кошелька и зачеркнула первую цифру. Отсчет пошел.

Глава 43

Мне было жаль увольняться. Я уже привыкла к этому месту, коллегам, работе. Зарплата тоже была неплохой по меркам нашего города. Устроиться туда после ВУЗа было большой удачей, многие мои однокурсники до сих пор мотались по сфере обслуживания или перебивались подработками. Последний рабочий день периодически проходил в утирании слез, и Дим Димыч, поймав меня за этим делом, буквально отчитал:

- С ума сошла? Сожалеть о работе в каком-то казенном офисе. Еще немного и ты будешь пить кофе в столице, рядом со своим женихом-бизнесменом, проворачивающим международные контракты. Тебе и работать не придется, или сделаете бизнес семейным и будете как чета Бакальчуки. Уверен, мы еще о вас услышим, дадите еще шороху голубки. Ну! Не плачь же!

Иногда мне казалось, что наши друзья ждут нашего воссоединения больше, чем мы. Наверное, для них это было некое реалити-шоу по типу "Дом 2. Построй свою любовь". А-ля: "Пара Селиванова и Головиной распалась. Ждем что с этими будет".

Отработав положенные две недели, я приступила к подготовке к отъезду. На первое время решила поехать налегке. Взять с собой два чемодана и одну коробку, а остальное отвезти родителям что-то на постоянку, что-то на временное хранение, пока не получится забрать.

Жить на коробках не хотелось, да и впереди еще были несколько праздничных дней, что мы проведем здесь, поэтому кое-какие вещи, купленные для нашего гнездышка я оставила и планировала их собрать уже вместе с Олегом.

Как он и обещал, время неслось неумолимо быстро, останавливаясь и превращаясь в тягучую смолу только, когда я оставалась наедине сама с собой и своими мыслями.

Олег должен был приехать тридцать первого декабря. Мы планировали встретить этот праздник вместе. Чтобы создать праздничное настроение, я украсила квартиру, купила каких-то гирлянд и даже небольшую елочку. Гуляя по магазинам, я все думала что бы ему подарить? Так как влезать в ипотеку я уже не планировала в ближайшем времени, то позволила себе немного потранжирить накопления. Это был наш первый Новый год, хотелось чего-то особенного. Поэтому я прикупила шикарного нижнего белья, чтобы порадовать глаз любимого и в праздничную ночь, и когда он уже увезет меня в свой мир. Кое-что было даже стыдно мерить в магазине, настолько это был откровенный разврат, но консультант и бровью не повела.

А еще это был последний день перед отъездом, который я могла провести со своими девочками... Когда еще мы сможем с ними все вместе выпить шампанского и поболтать? Ради этого даже Валя прилетела...

К пяти часам вечера мы собрались в моей квартирке, которую я готовилась покинуть.

- Может мне пока тут пожить? - Маринка тоскливым взглядом обвела кухню. - Тут лучше, чем у меня. Тем более, она все равно оплачена до лета, а вы уезжаете.

- Это ты как трамплин до Москвы рассматриваешь? Это не так работает, - Ириша раскладывала вымытые фрукты по вазам, и посмеивалась над подругой.

- Нет, конечно. Но может она напитает меня энергетикой, чтобы мне тоже на голову свалился московский состоятельный красавчик, который увезет меня в свою пятикомнатную квартиру где-нибудь в районе Патриков и будет любить морально и физически.

- Марина, зависть - плохое чувство, - Валя выгнула бровь, отрываясь от выкладывания икры на бутерброды.

- Это если она черная. А я рада за нашу Альбинарию. Реально! Ведь Олег - просто мечта. А как он ее любит? Это же с ума сойти! Чтоб вот так гонять через всю страну, чтобы потискаться с любимой. И вообще... Как они гармонично смотрятся. Красивые, влюбленные, счастливые... Ну неужели у тебя ничего не дрогнет? А хотя... кому я говорю? Ты же укатила в свое Екат и все пропустила!

- Но я чертов купидон! Это я ее в озеро с ним отправила...

- А я вас на озеро притащила!

- А я томат. - Ириша театрально закатила глаза и покачала бутылкой шампанского и высоким бокалом. - Давайте уже садиться.

- Сначала фоткаться! - Маринка установила штатив и настроила таймер.

Серийная съемка запечатлела нас молодых, красивых и счастливых. Девичник в честь моего отъезда, совмещенный с проводами уходящего года. Символично. Новый год - новая жизнь.

Среди прочих приобретений, для праздника я купила шикарное платье с длинными рукавами и открытой спиной, которое перехватывалось широкой атласной лентой на шее. Концы банта касались лопаток, а я почти чувствовала, как скоро их коснется горячая большая ладонь. Мне не терпелось увидеть Олега. Видео-связь и телефонные разговоры, это вообще не то! Внутри все дрожало от предвкушения. Радостное возбуждение бегало мурашками по телу, порхало бабочками в животе. Через несколько часов я увижусь с любимым мужчиной, чтобы больше не расставаться. Свечи, гирлянды, мишура, пузырьки шампанского кружащие голову вместе с эйфорией. Закуски особо не лезли, волнение превратило желудок буквально в наперсток.

- Олег не звонил? Когда его ждать? - Валя воевала с мандарином, брызгающим соком во все стороны. - Хочу его увидеть. Столько слышала, а вот чтоб на вас посмотреть вживую... Подумать только! Всегда своих поклонников скрывала, а тут первый же мужчинка на афише и сразу под венец!

- Мы еще не женимся. Он еще не делал мне предложения.

- Уверена, не придется долго ждать. А может сегодня? М? В новогоднюю ночь как рухнет на колено...

- Не придумывай, фантазерка. Но что-то он и, правда, давно не объявлялся.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Набираю его номер и слушаю длинные гудки, уходящие на голосовую почту. Пишу еще одно сообщение.

"Олег, все нормально? Ты не отписывался в пути. Я волнуюсь. Будь аккуратен. Люблю тебя. Жду очень-очень."

Доставлено. Но не прочитано. Хмурюсь. Тревога тонким голосочком начинает нашептывать, стараюсь отогнать от себя дурные мысли. Всегда думается самое плохое. Например, что где-то на трассе его верный конь лежит смятый вверх колесами, а сердце Олега может отсчитывает в эти самые секунды последние удары.

- Может он сюрприз хочет сделать? Мужчины в своих порывах не всегда просчитывают как это может выйти в реальности, а не их фантазиях.

- Точно! Точно сделает предложение! Прям таки жду, когда он появится тут с охапкой цветов...

- И презервативов!

Щебетание подруг помогало не думать о плохом. Мало ли что может быть? С ней бы непременно уже связались, если бы что-то случилось.

Тосты, заливистый девичий смех, новогодняя программа по телевизору.

- Ой. Смотри, что Сема пишет. Приехал твой красавчик. Ну точно сюрприз сделает.

Я тут же подорвалась с места и заглянула Вале через плечо.

"Савин похоже тоже сначала с друзьями холостую жизнь провожает. Только что видел его у Рандеву."

- Вот видишь? Все с ним в порядке. Точно что-то задумал! А поехали туда? Сделаем ему сюрприз сами! - Маринка хлопала ресничками, буквально подпрыгивая на месте. - Хочется вкусить сказки в праздник. А вы ходячая сказка для взрослых девочек.

- Хочешь планы ему все сломать? Может в полночь Дед Мороз его в мешке должен принести?

Девочки заразили меня своим проказливым настроением:

- А поехали! Не хочу ждать его сюрпризов, если он их и задумал. Хочу скорее к нему!

Вызвать такси в этот вечер не было проблемой, потому как Сема сегодня решил не пить, а подработать. Один звонок и машина друга стояла у нашего подъезда через десять минут.

- Шеф! Едем в Рандеву!

Глава 44

"Вдох. Выдох. И мы опять играем в любимых,.." - подпевая в полный голос буквально орущему из стерео-системы треку Т9, мы подъехали к клубу.

Мы были наверное не самыми буйными на сегодня пассажирами, но, возможно, Сема был все же рад от нас избавиться. Четыре девицы не успевшие напиться, но с настрой был примерно такой же, как успей мы выпить все шампанское, которым был забит холодильник. Шумные. Веселые. Наверное, как футбольные болельщики, когда выиграла их команда на Чемпионате Мира.

Клуб еще не был заполнен, но знакомых лиц было прилично.

Олега не было видно, хотя несколько парней из их компании сидели за большим столом в углу, видимо, ожидая остальных.

Мы сели за небольшой столик почти в центре. Я кусала губы и заламывала ставшие холодными пальцы, нетерпеливо крутя головой по сторонам, ожидая увидеть знакомую фигуру. Однако вместо того, кого я ждала, к столику подошел появившийся откуда-то Дим Димыч с какой-то девушкой.

- Привет, Джульетта! Девчонки, - он послал улыбку и кивок головы моим подружкам, старательно избегая прямой встречи взглядами с Мариной. - Дождалась своего Ромэо? Больше сожаления о работе, надеюсь, не появлялись? А это, кстати, Неля. Стажируется на твое место. Неля, это Альбина, я тебе про нее рассказывал...

Разговор превратился в белый шум. Я задержала дыхание. В дверном проеме зала появился Олег. Он был в пальто, на плечах лежал еще не растаявший снег. Хоть я и сидела тут, на мягком кожаном кресле, мое сердце уже вырвалось из груди и прыгало по кафельному полу к нему... Губы задрожали в наметившейся улыбке. Вот-вот и мы встретимся взглядом. Но... Он проходит мимо, закинув руку через плечо идущему рядом с ним Селиванову. Вместо Олега, мой взгляд ловит Толик, улыбается и машет рукой.

- А вот и наш Ромэо. Ладно, мы пойдем. Еще увидимся.

Компания собирается у углового столика, меня слегка кольнула обида, хоть я и стараюсь найти оправдания и логичные объяснения, почему он не объявился мне, а сразу кинулся к друзьям. Хоть бы написал или позвонил... А сейчас? Не увидел? Олег всегда был логичным и прагматичным. Даже когда мы поругались не звонил 100 раз на отключенный телефон, ведь результат известен, а ждал смс о том, что я снова в сети. Всегда заботливый, предусмотрительный. Разве может быть что-то не так? Нет... Это не про него.

Дима со всеми поздоровавшись в разговоре указал в нашу сторону, кое-кто обернулся посмотреть.

- А чего это наш жених не подходит к своей невесте? - Валя недовольно отложила меню, вперив взгляд в сторону углового стола.

В этот момент Олег отделился от компании, громко смеясь и активно размахивая руками. Все внутри задрожало от предвкушения. Сейчас он подойдет... Но... он идет к барной стойке. Что-то в его движениях было не то. Внимательно наблюдаю, не в силах оторвать взгляд, чтобы даже моргнуть. Взяв бутылку виски, тут же, не отходя от стойки он подносит ее к губам...

Хоть зал и большой, но я не настолько далеко, чтобы ошибиться. Даже отсюда я вижу, как шевелится его кадык от сделанных глотков. По телу разливается паралич... Он... Он пьян? Лавина мыслей сметает остатки праздничного настроения. Он же не пьет. Совсем.

Оторвавшись от бутылки от смотрит куда-то в нашу сторону, я уже готовлюсь к тому, чтобы спросить что случилось? В голове худшие сценарии, что что-то могло произойти по дороге, он остался без машины, телефона и напился из-за страшного накрывшего стресса, хотел прийти в себя перед тем как приехать ко мне, чтобы не напугать.

- О! Какие люди! - его чуть шатнуло, когда широко раскинув руки он двинулся в нашу сторону.

Пульс однозначно уже давно перевалил за сотку и барабанной дробью лупит по перепонкам. Встаю и делаю пару шагов на встречу и замираю.

Он шел вовсе не к нам. Не ко мне. Крепкими объятьями он обрушился на какую-то женщину, ответившую ему без того же энтузиазма. Я стояла в двух метрах от него, такого своего, родного, но сейчас будто чужого. Будто кто-то другой напялил на себя кожу моего мужчины и разгуливал в ней упиваясь вискарем прямо из горла.

Ноги приросли к полу, поймала на себе несколько взглядов. Он же на меня даже не смотрел. В чем дело? Злится на меня? Наказывает? Но за что? Кожей ощутила, как обращенных любопытных глаз становится все больше. Сглотнув усилием заставила ноги идти. Не отрывая взгляда от того, встречи с которым я так ждала я прошла до стойки. Просто вернуться на место было глупо. Подойти к нему? Почему-то внутренний голос мне старательно советовал этого не делать...

В руке бутылка водки, капающая конденсатом и четыре стопки. Он будто не замечал меня. Словно я превратилась в невидимку, но только для него. Все остальные же начали поглядывать все чаще и задерживать взгляд все дольше.

- Альбин... Я конечно понимаю, что в каждой избушке свои погремушки, но...

Не дав закончить фразу я всунула холодную бутылку в руки Вали. Сама я бы сейчас разлила половину пытаясь налить в стопку. Проще было бы так же как Олег пить прямо из горла.

Девочки переглядывались и смотрели то на меня то на него. Олег же веселился по полной. Не выпуская из рук виски, он смеялся во все горло, обнимался с друзьями и знакомыми.

Люди все подтягивались, зал заполнялся. Между нами было все больше силуэтов. На мне все больше косых взглядов. Тело сотрясала нервная дрожь. Во мне начинала закипать злость.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Он офигел что ли? - Валя подвинула по столу налитый шот.

- Да уж... Точно сюрприз, - Маринка взяла меня за руку и сжала пальцы.

От этого простого жеста сочувствия обожгло глаза. Как мне больно сейчас никто не должен был увидеть. Сорвавшись с места я двинулась в сторону выхода, надеясь скрыться от этих взглядов до тех пор, когда предательски потекут чудом сдерживаемые слезы.

Уже в дверях я услышала, как сзади меня догоняет Ириша.

К счастью, в туалете никого кроме нас не было. Быстро надергав мне кучу бумажных полотенец, подруга сунула их мне в руки. Подобно астматику я не могла сделать ни вдоха, ни выдоха. Грудь сжало, из спазмированного горла вырывался какой-то невнятный хрип.

- Вы точно не ругались перед этим? - обеспокоенные глаза встревоженно изучали мое лицо.

- Нет. Вчера вечером разговаривали по телефону, все было отлично. Утром написал, что выезжает, со всеми смайликами, с "люблю" в конце. Ирина... Это будто не он. Он... Он ведь даже не пьет.

- Может ему ляпнул кто-то что-то?

- Он бы сначала поговорил, а не делал вот так. Как будто... Будто я пустое место! Он бы никогда... никогда! Никогда так не сделал!

- Может тебе самой с ним поговорить? Пусть хоть и наорет, но хоть поймешь в чем дело...

- Какое унижение... Но да, наверное, так лучше. Все равно на нас все пялятся, как будто знают что-то, чего не знаю я.

Вдох. Выдох. Усилием воли проталкиваю воздух в легкие, голова кружится,онемевшие пальцы еле удается оторвать от раковины. Еще раз промакиваю глаза. Какой бы сюр не происходил, я должна была держать лицо, а не потешать глазеющий народ. Мы все выясним. Все исправим. А потом я задам ему хорошую взбучку за такое поведение.

Постепенно мне удалось взять себя в руки, выровнять дыхание, хоть в груди и ныло, будто туда что-то вонзилось. Когда на тебя не пялятся все кому не лень, и перед глазами не ходит демонстративно тебя игнорирующий твой молодой человек, сделать это проще.

Толкаю дверь. Вновь звук обрушивается в полную силу. Колонки прибавили громкость, пробирают басами до костей, поэтому уже не понятно - их ли это вина, что все внутри пульсирует и подрагивает, словно бьется в конвульсии. Небольшой коридор. За ним зал. Как только музыка стала громче, свет стал тише. Лучи проекторов скользят по статичному интерьеру и двигающимся телам. Чуть красноватый свет и пущенный по полу сценический дым придают атмосфере какой-то зловещности. Едва я вхожу, чувствую, что за эти десять минут изменилось что-то еще кроме света и звука. Танцевавшие и стоящие у барной стойки люди оборачиваются на меня, толкают локтем стоящих рядом и кивают в мою сторону. В горле сухо, еле сглатываю. Сердце раненой птицей забилось в груди. С каждым шагом чувство тревоги все больше перерождается в панику.

Шаг. Еще один. Кожаные ботфорты на тонкой металлической шпильке стучат по вымощенному плиткой полу. Вот в зоне видимости угловой стол. Я застыла не в силах сдвинуться с места. Не в силах сделать еще хоть шаг. В ушах стоит пронзительный звон. Наверное, это звук моего падающего хрустального замка. Он разлетается на куски и пыль, которые ранят меня, превращая в кровавое месиво.

Подруга, вцепившись мне в руку мертвой хваткой, переводила непонимающий взгляд то на мое застывшее бледное лицо, то на картину, открывшуюся нашим глазам.

- Я ничего не понимаю... Что происходит то?

Полный клуб, множество знакомых, и все вокруг шушукались и косились в мою сторону.

Но я больше не видела ничего и никого. Красная пелена застилала глаза. В ушах шумела кровь, ударившая больно в виски. Может быть так же выгляди инсульт? Тело не слушается, разум словно покинул эту оболочку. Остается только слившаяся с тобой воедино боль и непринятие происходящего.Заставляю себя сделать вдох, хотя хочется перестать дышать, чувствовать, существовать... Хочется исчезнуть в эту самую секунду, растворившись на атомы.

- Альбин... Пойдем отсюда...

Иришка закусив губу тянет мою руку. В ее глазах застыли слезы.

Почему в моих глазах сухо?

Пошатываясь, делаю шаг. Но не в сторону выхода. Мне хочется подойти поближе, хочется, чтобы они меня увидели. Хочется, чтобы все таки он заметил меня. Мне нужно было поймать его взгляд.

...ЧТОБЫ ОН, СУКА, ПОСМОТРЕЛ МНЕ В ГЛАЗА!

В эту самую минуту как по насмешке судьбы рядом оказывается фируга с излишками силикона и филлеров, обтянутая в красное кожаное платье. Аллочка перекинула хвост за плечо и посмотрела себе за спину, туда, куда не мигая смотрела я.

- Все таки он тебя кинул. Я же говорила. Куда тебе? Ты не по его стандартам. Не тянешь ты на Москву.

Подруга толкнула дно бокала в руках наглой девицы, отчего коктейль плеснулся ей на одежду. Перекаченные губы попытались изобразить презрение и возмущение, но Ирина что-то прошипела ей прямо в лицо недобро блеснув глазами, отчего та тут же испарилась.

- Альбин, пойдем. Потом. Не у всех на глазах... И морду ему набьешь. И ей, если хочешь. А не хочешь - я сама это сделаю. Это ж надо... Вот с-сука!

Но ноги несут вперед. Люди расступаются. Смотрят с интересом. Для них это очередной выпуск шоу про нас...На чьих-то лицах недоумение, кто-то злорадствует, кто смотрит на меня с сожалением, на редких вижу негодование и даже злость.

И тут он, наконец, отрывается от оседлавшей его девицы и смотрит прямо на меня...

Глава 45

Его руки сжимают ягодицы, обтянутые задравшимся платьем, шитым пайетками. Его глаза жгут меня поверх зеркально гладких выбеленных волос.

Сейчас меня мало волновал вопрос как Марина оказалась у него на коленях, а у нее во рту его язык. Меня даже не интересовало почему Олег так поступил.

Свершившийся факт. Бьющий током как оголенный провод.

Мы смотрели друг другу в глаза, и я чувствовала как под ногами разверзается пропасть. Ее темная клыкастая пасть вот-вот меня поглотит...

Чья-то рука ложится поперек талии, чувствую давление. Меня пытаются оттолкнуть назад?

Чье-то дыхание обожгло щеку, голос еле пробивается через вакуум, в котором я сейчас нахожусь.

- Альбин, не смотри.

Резко, будто от пощечины я прихожу в себя. Дернувшись, я отшатываюсь от стоящего рядом Толика. Его растерянное лицо кажется мне уродливой маской. Как и все эти повернутые ко мне лица.

Ириша больше не тянет меня за руку. По ее щекам текут слезы, дрожащая ладонь прижата ко рту.

Никто не смеет мне говорить куда мне смотреть.

Марина все еще сидит поверх него, обхватив его бедра широко расставленными ногами. А он... Улыбается. Глядя на меня поверх плеча моей уже теперь бывшей подруги.

Резко развернувшись, врезаюсь в кого-то, но не обращаю внимания, не прошу прощения, просто ухожу. Ноги сами несут меня через эту ненавистную мне глазеющую толпу. Лестница, обжигающий холод, снег летящий в лицо. Чуть не оскальзываюсь, но не могу остановиться.

- Как ты это допустила?! Где ты вообще была?

Я слышу за спиной голоса и ругань подруг. Валя и Ириша пытаются меня догнать. Кое-как им удается меня остановить. Словно бронепоезд я хотела просто идти, идти и идти как можно дальше от этого места, этих глаз и жуткой улыбки, от этих людей, которым моя боль стала главным развлечением на новогодней вечеринке. Холод жег легкие, кожу. Хотелось раствориться в нем. Сгорая изнутри, осыпаться пеплом, смешаться со снегом под ногами.

- Где ее сумка?

- Я принесу вещи.

- Надо позвонить Семе.

Обрывки слов, проносящиеся мимо, не оседая.

- Как она?

Мужской голос, даже не знаю чей. Стеклянный взгляд в одну точку, перед ним все еще стоит эта улыбка. Она будто на повторе снова и снова проматывается у меня в голове.

Кто-то ругается. Мужские и женские голоса. Мне на плечи опускается что-то теплое. Свет фар.

- Альбиш, куда тебя отвезти?

- Домой... Нет. Не к родителям. На квартиру.

Наверное, впервые в этом салоне не играла музыка. Сема играл желваками и смотрел на дорогу, до побелевших костяшек сжимая руль.

Подруги сели по обе стороны от меня, будто боясь, что я выпрыгну из машины на полном ходу.

Кончать жизнь самоубийством? Нет. Такой смачный аккорд в конце этой лебединой песни не прозвучит. Достаточно я потешила общественность. Дура. Какая же я дура! Поверила, повелась. Это с самого начала было так задумано? Для чего? Ему настолько было скучно? Это что? Московские приколы такие? Я ведь не хотела, изначально не хотела ничего с ним...

Рандеву было не так уж далеко от "свечек", улицы были почти пустынными, мы долетели кажется за несколько минут.

- Ааааа!!!

С размаху я швырнула об пол рамку в прихожей. Острые осколки полетели по полу. Тонкий каблук вонзился в целующего меня в висок Олега.

- Ублюдок! Ненавижу!

Он забрал у меня все. Мое сердце. Мою жизнь. Мои отношения с родителями. Мою будущую квартиру. Мою работу. Моих друзей. Мою репутацию.

Телефон надрывался. Мне было все равно кто там. Если это Марина, ей лучше вообще забыть мой номер. А Олег точно не станет звонить. Хотя... Что я могла сказать насчет него с уверенностью?

Полоснувшее по груди отчаянье вырвалось криком. Так кричит рвущаяся на куски душа. Так звучит предательство.

Еще одна рамка с фото полетела в стену.

- Альбин...

- Оставьте меня! Уходите! УХОДИТЕ! ОСТАВЬТЕ МЕНЯ ОДНУ!

Ириша в слезах кусала губы. На лице Вали вина сменилась на решимость.

- Я вернусь туда и сделаю то, что обещала ему, если он тебя обидит. Я утоплю этого придурка. И эту ебанутую овцу! Она совсем сбрендила?! Альбин...

- Уходите. Мне надо побыть одной,.. - Взрыв злости спадал. Накатывали усталость и желание спрятаться от глаз, которые все время смотрят на мою боль, на мое унижение. Больше не хотелось ничего крушить, хотелось свернуться в клубок прямо тут в прихожей и немного поплакать. Одной. - Пожалуйста.

Ирина с сомнением и мольбой смотрела то на меня, то на Валю.

- Может я останусь? Вдруг...

- Нет.

- Но...

- Нет.

Лишенный жизни голос звучал тем не менее твердо.

На кухне стояла открытое шампанское. Оказывается, пить его из прямо из бутылки плоха идея. Оно пенится на языке и не попадает в горло.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Слезы размывали макияж, который я так старательно наносила. Обнаженной спины касалась не теплая ладонь, о чем я мечтала, а холодный металл дверцы холодильника.

Я смотрела в окно на город, с которым собиралась проститься в эти дни. Я себя почти стерла из его рисунка, мне тут больше не было места. Если я здесь останусь, что меня ждет? Позор, что сегодня я пережила будет моим клеймом. Искать работу, слушать выговаривания родителей, которые не понимают, что их мнение не всегда должно быть озвучено. Каждая улочка будет напоминать мне об Олеге, а за счастливыми воспоминаниями будет следовать неизменно картинка из клуба. Где он сидит на кожаном диване, его оседлала Марина, и его язык изучает ее гланды, а потом он смотрит на меня и улыбается...мерзко, довольный собой.

Горло жгло, хоть я и не сдерживала слез. Тихие всхлипы, шмыганье носом, бульканье и шипение шампанского в бутылке.

Это ведь была его квартира. Он за нее заплатил. Так что это не мой дом. И у него были ключи. Кто знает? Может он придет сюда с кем-нибудь потрахаться у меня на глазах? Надо убираться отсюда...

Глава 46

Я был намного трезвее, чем хотел казаться...

Хотя мне и хотелось бы забыться накачавшись алкоголем до полусмерти. Но было одно НО! Если бы я потерял над собой контроль, то приполз к ней на пузе вымаливать прощение, а это не входило в мои планы.

Отпиваю из горла едкий виски, разбитую губу обжигает. Провожу по ней языком. Солоноватый привкус напоминает о моменте, как после мощного удара кровь наполнила рот, а мозг почти ушел в отключку. От воспоминания кривая усмешка искажает лицо.

Из соседней комнаты слышен разговор, Толян заходит спустя несколько секунд, как смолкает его голос за стеной.

- Ну ты и еблан. Какого хуя вообще это было?!

- Не ори.

- Хочу и ору. Ты у меня дома, хотя я мог оставить тебя в сугробе замерзнуть насмерть. Зря, наверное, так не сделал. Поднимай свою задницу и вали в аэропорт. Падай там на колени... Не знаю... Короче. Сема звонил, велел врезать тебе еще раз и сказал, что он грузит ее чемоданы в машину, она улетает.

- Хорошо.

- Хорошо? Нет, блядь! Это нихера не хорошо!

- Пусть улетает.

- Ты дебил? Ты что вообще творишь?! Ты же ее любишь. Она тебя любит. Все же было на мази. Ты белку словил что ли? Дай вообще сюда...

Рухнув рядом со мной на диван, он отобрал из моей руки виски. Пальцы безвольно упали на колени потеряв опору. Сделает несколько глотков, выдыхает опаленным дыханием. Он был таким дерганным, суетился, нервничал, бурча себе под нос, периодически взрываясь и начиная уже говорить со мной.

- Ты почему такой спокойный? Ты понимаешь, что натворил?

- Я все прекрасно понимаю, дружище.

- Тогда почему ты еще тут? Сделай же что-нибудь. Да убейся хотя бы, а! Но не сиди с таким видом, как будто тебе все равно.

Смотрю на телефон, сообщений и звонков нет. Отбираю бутылку обратно.

- Значит уезжает, говоришь...

Она не стала устраивать сцен. Даже не написала мне последних слов. Не попрощалась.

Эти мысли упали еще несколькими едкими каплями в то болото кислоты, в котором сейчас чавкало мое сердце, пытаясь биться.

- Дружище, я тебя люблю и уважаю, но не сегодня. Я вообще ничего не понял. Да никто ничего не понял! И... Марина? Серьезно?

- Не ревнуй...

- Иди ты на хуй.

Марина. Воспоминания о ее языке у меня во рту вызывают тошноту. Это не входило в мои планы, но вышло даже лучше, чем предполагал.

Надеюсь, что Альбина не простит ее и даже не станет слушать. Я сделал ей услугу избавив от такой "подружки". Как же оказалось все просто. Увидя, как она топает к нашему столу, мне нужно было только сказать достаточно громко нужную фразу и ее благие намерения высказать мне что-то за мое поведение тут же перекрыли абсурдные мыслишки о мести бывшему. Что у этой девки в голове? Мне оставалось только потянуть ее на себя и схватить за задницу.

Двух зайцев одним выстрелом. Теперь, даже если я не выдержу и помчусь к Альбине, она и разговаривать со мной не станет. Так лучше... Да...

Тело бунтовало и плохо слушалось. Оно хотело обнять ту, кто так ему необходим. Это платье,.. Как только я увидел ее обнаженные лопатки, руки так и хотели к ним прикоснуться. Боже, не броситься к ней было пыткой. Как же я скучал... По гладкости ее кожи, по ее запаху, вкусу ее губ. Еще один раз бы услышать ее смех... Увидеть в глазах не боль и непонимание, а тепло и свет...

Усилием воли соскребаю себя с этого чертового дивана на который меня бросил друг обложив таким матом, что я еще не слышал.

- Мне пора.

Как раз она уедет, мы не пересечемся, но в квартире еще будет след ее присутствия, и я смогу в последний раз обнять подушку с ее запахом. Попрощаться...

Толик, скорее всего понадеялся, что я поеду в аэропорт. Но нет.

Они все так себя так ведут, потому что не понимают,.. потому что не знают - мы не сможем быть вместе. А самый верный способ уничтожить надежду на "долго и счастливо" - сделать больно. Не просто разбить сердце отвергнув. А унизить ее. А в случае с подругой вообще вышло идеально.

Беги, Альбина, беги от меня. И никогда не позволяй мне снова оказаться в твоей жизни.

Хотя бы таксист не пытался у меня что-то спросить, высказать, дать в морду. К счастью, Валя не работала в такси, иначе мои останки бы нашли через несколько лет где-нибудь в лесу грибники. А рядышком, возможно, Маринины...

Бабка-консьержка наградила меня взглядом, будто тоже что-то хочет мне сказать. Ну же! Давайте! Говорите все! Вы все равно не сможете сделать мне больнее, чем я сам себе делаю.

Но все, что она говорит, это:

- Вы в какую квартиру? А! Ну вам тут ключи оставили. Вот.

Это были ее ключи... Брелок в виде какой-то пушистой фигни. Лифт поднимает меня на четырнадцатый этаж, хотя меня бы надо спустить... прямиком в адское пекло.

Под ногами что-то хрустнуло.

Пол усеян осколками. Рамки для фотографий смотрят на меня пустыми проемами с острыми клыками битого стекла. В фарфоровой форме для запекания горстка пепла и какой-то крохотный клочок. Это все, что осталось от нас. Накрытый стол, в бокалах остатки шампанского. Недопитая бутылка со следами помады на горлышке стоит на подоконнике у холодильника.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Оплавленные потухшие свечи, шепот мишуры. Воткнув вилку в розетку включаю гирлянду.

Оглядываю украшенную кухню. Вот так мы должны были отпраздновать Новый год.

От закусок и шампанского мы перешли бы к главному блюду в спальне. Ноги сами идут туда. Я на чем-то чуть не подкатился. Блеск для губ, каким она постоянно пользовалась. Перед глазами так и стоит картина, как она сидя в машине, опускает козырек и глядя в зеркало проводит по губам аппликатором. Менялась одежда, прическа, вид за окном, музыка и освещение, но движения каждый раз были один в один.

...Наверное, обронила, когда собиралась... Крепко зажимаю в подрагивающей руке. Чувствую, как рвет на куски грудь, дыхание становится пыткой. Ловлю в зеркале свое отражение. Красные воспаленные глаза влажно блестят. Мужчины не плачут? Херня это все! Они рвут на себе волосы и орут в голос, обливаясь слезами и соплями, пуская слюни. Еще чуть-чуть и я так и сделаю. Меня накрывает. Отпавшая необходимость держать маску оголяет чувства.

На кровати лежат все мои подарки. Даже засушенная между страниц книги красная роза. Я дарил их на наше первое свидание. Украшения, парфюм, аккуратно сложенный синий шелк - платье, что я подарил, чтобы сразу же его с нее снять и заняться с ней любовью на мягком ковре прихожей перед зеркалом. С силой жмурюсь, прогоняя воспоминания, и чувствую, что ресницы стали уже влажными.

На глянцевом экране смартфона лежит кольцо. То самое, с тремя бриллиантами. Его я надел ей, еще не зная, что мне придется поступить так жестоко. Я, правда, хотел провести с ней всю свою жизнь... Глядя на блеск камней в искусственном освещении, я помнил как его покупал, как надел его ей на пальчик, как она посмотрела на меня... Горячая крупная капля все же скатилась по щеке и я быстро ее стер, шмыгнув носом. Теперь ничего не поделаешь. Я ее потерял... У меня не было другого выхода.

Глава 47

...днем ранее...

Опять вибрация телефона. Этот номер не записан, но я заучил его наизусть, особенно в последнее время она стала звонить почти постоянно, вне зависимости от времени суток. Если Альбины не было рядом, иногда отвечал на вызов, хотя, как правило, это было не обязательно, я итак знал, что там услышу.

Кирилл посмотрел на телефон, на меня, снова на телефон.

- Что? - если он хочет мне что-то сказать, пусть просто говорит, не за чем эти многозначительные взгляды, так любят делать бабы.

- Ее не смущает, что ты живешь с другой и она переезжает сюда?

С Кириллом мы начинали нашу фирму с нуля, просто вышло так, что дочке богатенького папочки приглянулся я, поэтому директором стал я, а он моим замом. Тогда я не видел в этом проблемы, нам нужны были деньги на старт, она готова была на все, чтобы я только лег в ее постель. Но все изменилось и очень быстро. Даша превратилась в мой ночной кошмар, поэтому я так понимал Селиванова. Марина - Даша на минималках. Я должен был стать ее мальчиком-игрушкой, но никак не получалось иметь желаемое.

Ее отец смотрел на это сквозь пальцы - девочка более менее понятно чем занимается, и на чьем члене скажет, если залетит или заболеет - кого подвешивать за яйца знает. Он не вникал, просто на ее надутые губки отвесил денег, сделал пару звонков.

Попытки отдалиться с Дашей были не слишком успешными. Она как минога.

К тому же она имело привычку усердно следить за моей личной жизнью и не допускать в нее соперниц. Даже если это была просто девушка на собеседовании на вакантную должность - она начинала ее терроризировать, поэтому для безопасности сотрудников, этими делами занялся Кирилл.

Я максимально обезличил социальные сети, там теперь фигурировали только дела фирмы. Фото с презентаций проектов, встречи с партнерами. Везде я один, ни одной фотографии, где какая-нибудь женщина ко мне ближе, чем на метр. Новых друзей я тоже не добавлял. Когда я вел там переписку с таргетологом, добавил его и начался тот еще цирк и стыд. Даша пришла к выводу, что это ложный аккаунт " моей бабы", мы шифруемся, поэтому там мужское имя и даже проработанный профиль, чтоб ее провести.

Все это раздражало, но по большому счету это была рябь на поверхности моей жизни, но ровно до одного момента. Альбина.

Я не приезжал домой достаточно давно. Отправлял маме денег (бизнес попер и давал хорошие доходы), занимался ее жилищным вопросом дистанционно - риелтор, прораб - все это сейчас можно сделать не присутствуя лично. Но настал момент, когда все вроде бы в жизни пошло спокойно. Работа как по маслу. Даша занялась своим салоном для маленьких собачек, уже в основном проявляя ко мне интерес, когда хотела секса. Но у меня иногда просто на нее уже не вставал, поэтому и тут она потеряла рвение. Затишье. Оксана собралась с малым к матери, прикинув, я решил тоже воспользоваться спокойным временем и отдохнуть.

Все мои школьные друзья прилично изменились. Кто-то повзрослел, кто-то постарел, кто-то полысел или потолстел, но было безумно здорово нырнуть в атмосферу юности.

Не знаю, проклинать ли тот день, или благодарить за него Бога. Еще вечером накануне, увидев Марину и Ирину, из болтовни блондиночки я узнал, что они все еще дружат своей компанией, вспомнил ту самую Альбину, поймал себя на мысли, что интересно, как она сейчас выглядит... И как только увидел выходящую из черного опеля девушку понял - она. Что-то сразу заклинило в мозгу, непременно захотелось заговорить. Она изменилась, но взгляд остался тот же, что и у девочки-подростка: будто она знает про эту жизнь больше нас всех, слишком серьезный. Будто смотрит вокруг, а внутри тяжело и обреченно вздыхает.

Альбина, ставшая то ли моим спасением, то ли проклятьем. Хотелось поднимать ее на руках к самым звездам и укладывать к ее ногам миры. При этом, она абсолютно ничего для этого не делала. Смотрела на меня с подозрением и осторожностью, не пыталась удивить, завладеть вниманием... Просто жила. А я как бродячий кот увязался за ней. Прикосновение ее ладони к моей небритой щеке было в тысячу раз эротичнее, чем Дашиной к моему члену. Не говоря о какой-то сумасшедшей нежности, которая взрывалась во моей груди фейерверками и хотелось прикасаться постоянно, чтобы делиться ею с этой девушкой. Я сходил с ума.

Все обретало смысл. Все эти деньги, что сыпались на банковский счет было на кого тратить. Хотелось задаривать ее подарками, свозить куда-нибудь на море или на океан, проехаться по Европе, сменить квартиру в центре на дом за городом, купить микроавтобус, родить кучу детей и завести собаку.

Однако, была одна проблемка... Даша. И ее отец, который дал мне деньги на старт бизнеса после того, как я несколько раз пытался и все что получал - миллионные долги.

Дашу пришлось готовить и обрабатывать, и вот я сказал, что встретил ту, кого полюбил. Был ад на земле. Но кажется, она подуспокоилась. Последний месяц я старался максимально подстраховаться. Мне бы не хотелось, что бы Альбину переехал мерседес, когда она выйдет в магазин за хлебом. Даша поплакала, поистерила, и остановилась на теме "что есть в ней, чего нет у меня". Этой темой она меня изводила последнюю неделю. "Почему ты полюбил ее, что я сделала не так?" - стабильно слышалось из динамика или читалось в текстовом сообщении.

Все отлично. Я уверен, что Даша поплачет и успокоится, переключится на кого-то другого. Завтра утром я еду к своей любимой. С ума сойти! К любимой! Я как сопливый романтик!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Даша позвонила несколько раз, а потом написала коротко: "Либо ты мой, либо пожалеешь."

Внутри все напряглось. Шантаж был и раньше, но истеричный, а тут... Лаконичность всегда убедительней длинных монологов.

Стараюсь не зацикливаться, надеясь, что это просто очередной виток драмы по ту сторону.

На выходе из офисного здания понимаю, что все не так просто... Два здоровых лысых парня в костюмах, у припаркованного неподалеку черного бмв открыта дверь.

- Вам нужно пройти с нами, - один из амбалов преградил мне дорогу.

В салоне пропитанном весьма узнаваемым парфюмом и дорогим табаком меня встретил взгляд синих, как у Даши глаз.

Разговор был короткий. Диалогом, правда, его было не назвать. Мне дали четко понять, что инвестиции в меня были для того, чтобы его дочка улыбалась. Если она не улыбается, этот проект подлежит распилке и продаже. Это касалось не только моего бизнеса. Как минимум, налоговая нашла бы неожиданно какие-то проблемы, на меня бы повесили махинации или невесть что еще и лишили всего, что есть, в том числе свободы. Жизни, кстати, тоже не проблема...

Прокатив меня кружочек по району - высадили у моей машины, оставив подумать над услышанным. На принятие решения и поиск выхода у меня была одна ночь. Хуже нее была только следующая, когда решение уже было принято...

Эпилог

Снег сыпался в эту ночь во многих городах необъятной страны. Оседал клочками пепла на губы и ресницы. Первое января в этом году для многих было не таким, как ожидалось.

Где-то в Москве шикарная брюнетка по имени Даша пила шампанское и понимала, что даже если она выиграла, и он вернется в столицу один, то ей он все равно не будет принадлежать настолько, насколько хотелось.

Если он приедет с той другой, она уничтожит их обоих. Отец все устроит. Но вот только все равно она не получит желаемого - обожания того, кого обожала она. Без гроша в кармане, совершенно не принадлежа ее кругу, он был для нее недосягаемым, хотя должен был лизать ее ноги как благодарный пес и есть с ее руки, ведь она помогла ему стать тем, кто он есть. Да, у него был ум, талант, азарт, но не было денег и связей. Она это исправила. Так где его обожание и благодарность до конца своих дней? Горькой правдой было то, что даже получи она его сейчас в свою постель и даже привяжи штампом в паспорте - это все равно не то... Она могла заставить его с ней спать, жениться на ней, но любить... по-настоящему любить, а не изображать эти чувства, была не в силах.

Отпив еще один глоток щекочущего пузырьками напитка, она пришла к решению, неожиданному для нее самой. Она сделает так же больно, как сделали ей. Унизит в ответ на все эти годы ее унижения перед этим кудрявым выскочкой, разобьет его сердце, разрушит любовь и мечты о счастье и они будут квиты... Она уйдет. Оставит свои попытки. Кампания останется его, все таки он ее заслужил, только ей нужна доля... Она тоже заслужила.

В другой части страны, в небольшом провинциальном городке, где разыгралась драма, другая девушка рыдала в подушку. Если бы не подруга, которая хорошенько отхлестала ее по щекам и не потрясла так, что голова болталась как у болванчика, то та бы уже вскрыла себе вены. Валя у нее на кухне курила в открытую форточку, хотя бросила курить еще шесть лет назад. Женщина со стальными нервами и твердой рукой сейчас теряла контроль над собой и шмыгала носом, позволяя глазам лишь стать чуть влажными. Марина слишком поздно поняла, что сделала непростительную глупость поддавшись импульсу.

"И что ты на такой красотке не женился?.. Наплюй на этого дурака, ты можешь найти себе кого-то получше, а он будет локти кусать... Неужели не ревнуешь? А если я сделаю так?"

Эти все фразы и последовавшие за ними лапанья, а потом... рванувший ее Толик, ее вспыхнувший протест, и вот она уже целуется с парнем подруги. Зачем она это сделала, объяснить она не могла...

"Больная! Мне на тебя плевать! Хоть с кем ты сосись или трахайся у меня на глазах! А тебе плевать на подругу? Она вас видела. Идиотка! Какая же ты идиотка!"

Упиваясь ненавистью к себе и двум этим мужчинам, девушка горела от стыда и раскаянья. Как много она всего сегодня разрушила, поддавшись импульсу уколоть того, кто разбил ее сердце...

В старенькой панельке на краю города Ирина промывала разбитые костяшки Семена. Всхлипы периодически доводили ее до икоты. По щекам не переставая катились крупные слезы, которые друг вытирал своим шершавым грубым пальцем. Если бы девочки не оттащили его, он бы хорошенько разукрасил эту наглую рожу, что посмела так обойтись с его близкими... с его семьей. Лучше бы этому уроду скорее покинуть город. У Дениса есть неплохая бита и нет терпимости к тем, кто обижает тех, кто ему дорог.

Селиванов с Дим Димычем обменивались сообщениями. Каждый не мог уснуть, произошедшее не поддавалось логике и никак не укладывалось в голове. Беда служилась с близкими им людьми. Странная, необъяснимая, окунувшая всех в атмосферу отчаянья и боли.

Город грустил по несбывшейся сказке. Сначала он был очарован, а потом жестоко разочарован.

Вера в любовь, дружба... Все стало таким зыбким...

Олег сидел на полу в их спальне, прислонившись спиной к кровати, где он спал прижав к груди самую дорогую женщину на этом свете. Сейчас он думал, а вдруг был другой выход? Может ну их? Эту Москву? Эту фирму? Продал бы все, вернул деньги Разманову и начал все сначала где-то в другом месте? А Альбина... Может стоило ей рассказать? Уехали бы куда-нибудь и построили жизнь на двоих? Были бы и куча детей, и собака... Вдруг бы получилось? Откупиться, договориться, убежать... От этих мыслей становилось еще страшнее. Подумай он об этом раньше, да просто расскажи честно Альбине о Даше... Все бы могло быть иначе. А сейчас? Сейчас он уже уничтожил все до основания. Своими руками. Без шансов на возрождение.

Взвыв словно брошенный раненый пес он уткнулся в ее подушку. Та хранила еще ее запах, хоть уже давно утратила тепло ее тела.

А в аэропорту одиноко на холодном металлическом стуле сидела сгорбленная женская фигура. Это было не самым популярным местом ранним утром первого января. Рядом стояли два чемодана. Коробка с мелочами осталась в машине Семы, она попросила отдать ее Ирине, а та пусть сама решает, что с этим делать.

Прокручивая предложения по жилью, она пыталась подсчитать на сколько ей хватит тех денег, что у нее есть. Часть она потратила... На подготовку к переезду, на подарки, на подготовку к празднику, который должен был стать особенным... Он таким и стал. Разом смахнув с ее глаз розовые очки и отвесив попутно хорошую затрещину. Реальность теперь била по глазам. Пережив такой позор, такое унижение, она больше не сможет жить в этом городе. Ее жизнь теперь не будет прежней. Для всех она неудачница Альбина. Никто не даст ей забыть, что произошло. Она не хотела видеть даже своих друзей. Да и в каждом теперь сомневалась.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Вещи уже были собраны. Осталось лишь сесть в поезд или самолет. И сбежать от всех этих людей. Она больше не хотела видеть никого. Не слышать вздохов или усмешек. Ничего, что будет ей напоминать о ее ошибке.

Никому не сказав куда летит, она твердо решила сменить номер, удалить странички в социальных сетях, исчезнуть... Она сообщит родителям где она и как, но возьмет с них клятву хранить ее секрет. Да, отец скажет, что он так и думал и будет долго потом говорить это матери... Но плевать, главное, она это не услышит. Они могут между собой говорить что угодно и сколько угодно...

В ушах до сих пор стояли слова Аллочки про то, что она не тянет на Москву. Да, не тянет... И он наверное решил проверить, не промахнулся ли, может не ту подругу выбрал. Ведь все говорили, что Марина создана для столицы...

На табло вспыхнуло расписание. Ее рейс начинал регистрацию.

- Что ж... Да, я не Москва. Я Питер.

Встав, Альбина отправилась к стойке. Она покидала родной город, чтобы через несколько часов ее встретил трап в Пулково, обещая, что она начнет все сначала, она затеряется в миллионах людей и больше никто не сможет сделать ей больно...

Конец