Моё нечаянное счастье

Глава первая. Католическая миссия

Четыре внедорожника марки Тойота неслись по проселочной дороге среди центрально американских джунглей. Сзади машин столбом поднималась красноватая пыль. Двадцать вооруженных суровых мужчин в выцветшей камуфлированной форме молча смотрели на дорогу.

Группа возвращалась с рутинного патрулирования указанных ей квадратов. В стране недавно отгремела гражданская война, французские легионеры вынуждены были ее покинуть. Здесь сейчас находилась миссия ООН, международные наблюдатели, а также приглашенные новыми властями военные советники из России и Китая.

Местные вооруженные силы только еще формировались, в провинциях бушевал невиданной силы бандитизм. Убивали всех, кто был слаб и без оружия, действовало право сильного. Никакой политической подоплеки в этом не было.

За тринадцать лет междоусобицы выросло поколение тех, кто кроме как убивать ничего в этой жизни не умел делать. И поэтому так называемые «пожарные команды» носились по сельским районам, уничтожая мелкие банды грабителей и убийц.

Вот такая вот команда сейчас и возвращалась с очередного задания. Первая машина включила аварийку и стала притормаживать. За ней остановились на обочине все три. Подождав, пока уляжется туча нагнавшей машины пыли, из первой машины вышел командир группы, кряжистый мужик пятидесяти лет. Отряхнувшись, он махнул остальным рукой.

- Мужики, время пять минут оросить кусты, покурить, глаза не забывать, а я пока с базой потолкую, что-то они растрезвонились – и он отошел с рацией в сторонку. Мужикам дважды повторять не нужно, пара минут, и потянуло запахом табака. Курили все, кроме самого молодого парня, лет двадцати четырех, он просто стоял со всеми за компанию.

- Леха, когда взрослеть будем – подмигнул ему Кот, здоровенный детина, размотавший уже четвертый десяток. ,

- Наверно никогда, не курил и нет желания начинать – ответил тот, кого назвали Лехой. Он был высоким, жилистым, и не смотря на молодость, производил впечатление опасного хищника, всегда готового к прыжку.

- А то жена домой не пустит если курить начнешь? – встрял еще один из военных. Но Кот быстро треснул его по затылку своей здоровенной лапой.

- Ты идиот Гек, или забыл?

- Он новенький, Кот, он с нами вторую ходку только – невысокий чеченец с позывным Иса хмуро посмотрел на Гека – понимаешь, у Лехи жену год назад убили. Теракт. Поэтому запомни и пойми, какую глупость ты сейчас сморозил.

- Лекс, прости дурака, не знал – Гек посмотрел Лексу в глаза. Тот положил ему руку на плечо и устало сказал

- Да ты и не обязан был знать, но раз теперь знаешь, то все, вопрос снят.

Командир закончил общение с базой и повернулся к группе

- И так, мужчины, получен приказ. Тут прямо – он ткнул заскорузлым пальцем в карту – километра три впереди развилка, потом влево еще столько же и там у реки католическая миссия. ООН там разместили госпиталь и оттуда пришло час назад какое-то тревожное сообщение и связь прервалась

- Я там был – поднял руку Кот

- Опиши что помнишь – требовательно сказал командир.

- Так, у реки густая роща, там одноэтажная церковь с небольшой колокольней, вокруг в роще пара десятков домиков, еще наверно французы строили, небольшая площадь, и вокруг поселок, рыл на триста. Огородики, козы, все такое. Дорога одна, спускается с горки, поселок в низине.

- Тогда так, прем до поворота, потом еще километра два, спешиваемся, машины в лес, ты, Гек, остаешься с тачками, рубишь ветки, папоротник и маскируешь, на связи. По прибытию Кот и Чума в разведку, остальные ждем. По машинам.

Как только разведчики убежали вперед по дороге, командир распорядился взять с собой короткостволы, боеприпасы, осмотреться, снять себя все лишнее и оставить в машинах. Далеко впереди хлестанула длинная пулеметная очередь.

- МГ-3 – тихо произнес Иса.

- Это не по нашим, наши еще не смогли бы так быстро туда добраться. Все, попрыгали, нормально, начинаем движение, смотреть по секторам.

И группа, разбившись на двойки стала выдвигаться по джунглям вдоль дороги, не выходя на открытое пространство. Впереди раздались еще несколько выстрелов, потом стали уже слышны женские крики. Послышался топот, это навстречу прямо по дороге бежали разведчики.

- Командир, там полная жопа – Кот отдышался и плеснул себе на бритый загривок из пластиковой полторашки. Второй боец присел и только сплевывал на землю

- Там эти, молокососы, самые отбитые, два грузовика, в кузовах на тумбах пулеметы, на площади пара десятков тел, на спуске горелый Даф 4442, восемь тел голландских ООНовцев, стволы у них забрали. В самом поселке шарятся эти твари, баб насилуют, но основной народ скорее всего успел разбежаться. Пастора убили, лежит на ступенях церкви, крутой мужик был. Госпиталь справа, три пластиковых ангара, и пара палаток. Там вроде тихо, но не факт. Этих где-то с полсотни.

- Так, работаем. Волк и Чеснок на деревья, по готовности доложить, работаем с банками, вы наши глаза, если что шлепайте всех, кого считаете необходимым. Остальные одеваем банки на короткостволы, стволы за спину, это крайний случай, работаем втихую.

Алексей достал свою трофейную «Беретту» и накрутил на ствол глушитель. Этим же занимались и остальные. Напарник, жилистый краснодарец Сект, кроме того прикрепил на пояс здоровенный кавказский кинжал, которым он владел в совершенстве. Им досталась задача проверить госпиталь.

Выдвижение начали, как только снайпера доложили, что заняли позиции. Алексей и Сект, пригнувшись, почти бежали в высокой траве, забирая в право от поселка, чтобы сразу выйти к ангарам и палаткам госпиталя. Впереди раздался женский крик, и два пацанских петушиных голосочка.

Прямо на нашу пару бежала негритянка в разорванной одежде, а за нею гнались два отморозка, один из них размахивал здоровенным мачете. В наушнике раздался голос Волка

– Лекс, там еще третий стоит у дома наблюдает, как только его снимаю работайте…. Снял.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Лекс с Сектом поднялись из травы прямо перед уже упавшей женщиной, раздались два приглушенных чпока и оба недоноска уткнулись носами в траву. Лекс присел, похлопал обезумевшую женщину по плечу и показал рукой на лес. Она кивнула и молча бросилась бежать к деревьям. Сект наклонился и деловито чиркнул кинжалом обоим подросткам по горлу

- Пусть кровушки напьется, а патроны тратить на дострел тварей нет желания.

Они обошли ангары сзади, не увидели никого, аккуратно вошли внутрь. Твари тут уже были. На кроватях в разных позах лежали мужчины, женщины, с перерезанными шеями. Даже детей не пощадили.

Впереди раздался какой-то звон, шум, приглушенный вскрик, звуки возни. И вскрик был явно женский. Сект молча описал пальцем круг, Алекс кивнул. Напарник обойдет ангар с той стороны.

Сам Алекс осторожно двинулся на звуки. В коридоре лежал местный в белом халате, глаза уже застыли. Звуки возни и шлепков по голому телу доносились справа из-за открытой двери какого помещения. Алекс собрался, сделал боком шаг.

Спиной к нему, сверкая фиолетовой лоснящейся задницей, спустив до низу штаны, возился здоровенный негр, два его подельника, лет по 15, держали в руках поднятыми ноги белой женщины, шлепали ее по телу. Она вертелась как могла, не давая дылде войти в себя.

Два чпока, щелканье затвора, оба малолетки упали как кули с сеном, дылда обернулся как раз что бы увидеть упертый ему в лоб глушитель. Алекс приложил палец к губам, и прошептал: «Тсссссс….»

Верзила сглотнул, сделал шаг в сторону, другой, его достоинство резко сникло и повисло между ног, и Алекс нажал на спуск. Он просто не хотел, чтобы тварь упала на женщину.

Она лежала, прижав руки к груди, разбросав ноги, смотрела на Алекса заполненными слезами глазами, он резко отвернулся, схватил какую-то висевшую на стенке простыню и кинул ей

- Укройтесь, я сейчас отвернусь и встану у двери, посмотрите где Ваша одежда и оденьтесь, тут оставаться опасно – он сказал это на прекрасном английском языке. Отошел к двери, встал на колено, как раз вовремя, потому что в дверь с какими-то словами буквально влетел еще один недоносок.

Он даже не успел ничему удивиться, раздался хлопок, зазвенела отлетевшая к металлическому медицинскому шкафу гильза, и на лбу подростка появилась темная дырка от пули. Алекс подхватил тело и автомат, что бы не загремели. Секта пока не было.

Сзади легко кашлянули. Женщина уже оделась в синюю рубашку, джинсы, и стояла, опустив бессильно руки.

- Вы кто? – задал вопрос Алексей.

- Я операционная медсестра, я здесь от ООН, меня прислали от нашей страны на практику волонтером – прошептала женщина. Алексей только сейчас увидел, что она совсем молоденькая, может лет двадцать два от силы. Хотя у выходцев из Азии (а она явно была оттуда) никогда не понять возраст, особенно у женщин.

- А врачи где – снова тихо спросил Алексей, одновременно прислушиваясь к тому, что происходило снаружи. Вот раздались два металлических щелчка. Это Сект, щелкая планкой на автомате, предупреждает что входит. Алексей завел руку за спину и ответил тем же.

- Что тут у вас – в дверном проеме показался краснодарец. Быстро осмотрелся, оценивающе посмотрел на женщину, она сразу смутилась.

- Не пугай ее, она только что на операционном столе лежала в чем мама родила, а эти… - Алексей не договорил.

- Ладно, двигаем в центр, тут чисто, я и кусты осмотрел, там с десяток местных прячутся.

Не успел он договорить, как в центре рванул воздух звук разорвавшейся гранаты, началась беспорядочная стрельба. Алексей ткнул пальцем в угол и приказал девушке – сядь туда и не высовывайся, быстро.

Они бежали к центру поселка, прижимаясь к домам. Стрельба так же быстро закончилась, как и началась. Через минуту на площади собралась почти вся группа. У машины несколько человек возились с чем-то на земле, два бойца водили стволами по сторонам, наблюдая за подходами.

- Что тут у вас – спросил подбежавший Сект.

- Койот и Стрела трехсотые, тяжелые – обернувшись сказал командир. И ткнул толстым пальцем в сторону, где у стены ближайшего дома в нелепых позах застыли две лежащие женские фигурки.

- Сколько можно говорить, не оставляйте никого у себя за спиной, даже детей, это джунгли, тут вам не там.

- Командир, но кто же мог подумать, они же даже не в комках были, баб же ни разу в бандах не было – просипел раненый Стрела. Койот был без сознания, пули пробили ему грудь и бок. Они наткнулись на двух молоденьких негритянок, те испуганно жестами показали, что местные и спасаются, а когда оказались за спиной, то кинули гранату, бросились бежать, стреляя на ходу из чешских Скорпионов. Койот сразу отрубился, а Стрела успел срезать тварей у стены дома.

- Там в госпитале врачиха есть – быстро сказал Сект и махнул в ту сторону рукой.

- Да она же просто сестра операционная – попытался возразить Алексей

- В любом случае она разбирается в хирургии лучше, чем мы, нам бы только если зарезать или отрезать – бросил Иса – тащите одеяла из того дома, я видел они там есть.

Раненых перетащили на одеяла и быстро понесли к госпиталю. Алексей и Сект побежали в перед. Девушка уже стояла в дверях и тревожно вглядывалась в бегущих к ней людей.

- У нас два раненых, тяжелых, надо оперировать – на ходу крикнул ей Алексей. Она сразу открыла створку второй двери и побежала внутрь, там остановилась в коридоре и рукой показала куда занести раненых. Операционная, сразу два стола.

- Она просит их раздеть, снять все лишнее – перевел Алексей. Да и без него уже поняли. Командир отдал команду

– Сект и Лекс здесь, остальные занять круговую оборону. Вы, трое, бегом за машинами.

- Волк, Чеснок, займите позицию у дороги, пасите все подъезды – отдал он команду снайперам по рации.

- Принято – раздалось в ответ.

- Может кто-то позвонить в колокол, что висит на столбе у входа – неожиданно попросила женщина.

- Для чего мы должны это делать? – на прекрасном английском спросил ее командир.

- Офицер, если остались в живых медсестры или врачи, они будут знать, что уже все закончилось, и что в госпитале требуется их помощь – ответила та, продолжая собирать инструменты. Она сразу перетянула рану Стреле, осмотрела Койота, потом обратилась ко второму раненому

- Я буду оперировать первым его, если нужно я сделаю тебе обезболивающий, но ему нужно срочно остановить внутреннее кровотечение.

- Делай, красавица – морщась просипел Стрела. Услышав перевод ответа, девушка достала из шкафа шприц, и сделал раненому укол. На улице зазвенел колокол. И вот чудо, минут через пять в госпитале появились люди.

Командир попросил их вынести мертвых, поменять белье на кроватях, и обойти поселок. Если есть еще раненые, то всех нести сюда. Прибежали два доктора-американца, их местная женщина спрятала в свинарнике. И хоть воняло от них будь-здоров, они быстро принялись за дело. Оперировали сразу обоих раненых.

На площадь сносили тела убитых, их, к сожалению, оказалось много в церкви, куда люди забегали в надежде спрятаться. Но для двуногих тварей ничто не стало препятствием, ни крест в руках встретившего их на крыльце священника, ни скорбные лики святых, взиравших на эту бойню с белоснежных стен церкви. Ни то, что среди людей было много детей и матерей с младенцами.

Кот подошел к командиру, держа в руке мобильный телефон, а во второй руке большой прозрачный пакет, полностью заполненный подобными новенькими айфонами, только появившимися в продаже в мире в этом году. Как раз в этот момент в поселок с дороги спустились все четыре Тойоты.

- Батя, глянь – он протянул командиру мобильник. Тот с минуту смотрел, потом сплюнул, грязно и длинно выругался.

- Там тоже самое? – спросил он Кота

- Да есть еще похлеще, у девки взял, смотри твари кровь пьют – просипел он пересохшим горлом. Алексей подошел и протянул руку. Взял в руки мобильник. На видео какую-то белую женщину положили на металлический кухонный стол, на таких обычно в столовых разделывали мясо, перерезали горло, и пока двое держали ее дёргающееся тело, остальные твари, в том числе эти две девки, подставляли кто кружки, кто ладони под хлещущую кровь, и с наслаждением хлебали.

Именно хлебали, а не пили. Алексей видимо стал совсем бледным, так как командир, быстро забрав у него айфон, спросил

- Лешь, ты как? Если блевануть хочется вон давай в кусты.

Алексей помотал головой – нет, Батя, все нормально, но вот эти видосики бы падлам западным на весь их интернет, особенно пиндосам и тварям с острова.

- Да им наплевать на такое – ответил командир – не покажут, берегут нервишки подданных.

Через пару часов вышел один из докторов, халат и руки в перчатках все в крови, стянул перчатки, бросил их в стоявшую у входа бочку. Попросил жестом закурить. Кот быстро сунул ему в рот сигарету и чиркнул зажигалкой.

- Док, что там? – нетерпеливо спросил командир.

- Так, оба жить будут, у первого еще и множественное осколочное, все достали, но потерял много крови, сейчас переливаем, благо запасы не тронули – он глубоко затянулся и с наслаждением выпустил дым

- Вы русские? Ваш второй ругался так что не узнать невозможно – спросил доктор. Получив утвердительный ответ, еще раз смачно затянулся, откинулся на спинку скамейки и устало закрыл глаза. Его рука с сигаретой предательски дрожала. Пережить такое и так держаться, да еще и провести сложную операцию. Молодец.

- Так, второй ваш там курить уже хочет, но их обоих пока трогать нельзя. Или, если поможете, то перенесем их на каталку и потом на кровать, капельницы там уже поставим.

- Док, не вопрос, пошли.

Раненых перенесли в общую палату, где местные уже убрались и проветрили. Койот еще спал после наркоза, а Стрела уже просил закурить, несмотря на то что в его вене торчала капельница, и две приготовленных висели на стойке. Доктор сказал, что пусть курит, но аккуратно. И попросил одну негритянку посидеть рядом с раненым. Нам он сказал, что это эйфория, и он может уснуть в любой момент.

- Док, через сколько их можно будет забрать? – задал вопрос командир.

- Не знаю, но сейчас ни одного, ни второго трогать нельзя, гарантии не даю. Если только специально оборудованный санитарный вертолет.

У командира запищала рация, и он отошел в сторону, о чем-то переговорил. Потом выругался и подойдя к команде приказал

- Грузимся в тачки, пулеметы на станки, наши партнеры в восьми километрах попали в засаду. Лекс остаешься здесь, положи рядом со Стрелой ствол с бк. Койот думаю не скоро в себя придет. Смотри в оба, наши сказали, что принято решение эвакуировать госпиталь в столицу. Лейтенант, не обсуждается, понял? Мы на дороге сигналку поставим, в общем так, все понял?

- Так точно, товарищ майор, следить и охранять.

- Пойми, им хоть не будет одиноко, понятно, что с тебя тут…

Он помолчал и сплюнул. Сунул Алексею рацию с аккумулятором и зарядкой, отдал два своих магазина. Иса притащил немецкий пулемет с коробками патронов и стал устанавливать на крыше Тойоты в прикрученный станок.

- Иса, нафуа он нам? Раритет такой

- Командир, хорошая машинка, я его знаю, уже работал с ним, патронов как дерьма.

Мужики подходили, прощались с Алексеем, суя ему в карман то пачку патронов для «Беретты», то гранату, кто-то пачку патронов от АК. Тойоты, разом взревев моторами, рванули на склон и унеслись, оставив за собой облако красной пыли. Алексей повернулся и встретился глазами с девушкой, стоявшей у двери и внимательно смотревшей на него. Сделал шаг и протянул руку

- Алексей, для друзей просто Алекс

- Юн Ха – тихо сказала она, и протянула ему свою узкую ладошку.

Глава вторая. Юн Ха

Остаток дня Алексей провел в разной беготне. С местными собрали все оружие. Попутно выяснилось, что почти все они вообще не имеют никакого понятия, с какой стороны браться за автомат. Вернувшийся староста деревни организовал похороны сельчан. Бандитов решили закопать подальше, поэтому загрузили в один грузовик и куда-то отвезли вдоль реки.

За церковью, оказывается, был узкий пешеходный мостик через реку. С той стороны пришли жители двух соседних деревень, помогали местным и в похоронах, и в уборке церкви, территории деревни. Жителям в качестве трофеев достались два грузовика, оружие, ну и все, что было на бандитах. Их в кузов кидали голыми.

Вечером к Алексею подошла медсестра пригласить поужинать в госпиталь. Стол накрыли на улице под навесом, были оба хирурга американца, терапевт француженка, которой удалось вместе со стоматологом датчанином убежать через мостик на ту сторону реки. За Алексеем ухаживали как за героем. Он даже смутился от такого внимания.

После ужина зашел в палату. Она уже была полная. Койот лежал в углу, рядом на стульчике сидела молоденькая медсестра из местных. На вопрос как он, она не смогла ответить, так как не знала английского. Лежит, дышит, скулы заострились. И так худющий был, а тут вообще с лица спал.

Стрела помахал ему рукой. Алексей присел к нему на кровать.

- Леха, курить охота аж ухи пухнут, но не могу, вишь, деток сколько тут

Рядом со Стрелой лежала вся перебинтованная девочка лет десяти, один глаз из-под бинтов смотрел в потолок.

- Бабы сказали мамку и папку у нее убили, сиротка осталась, и глаза почти нет, твари короче, свои своих же, уроды

- Не ругайся, Стрела, не ерепень себя.

- Лёшь, меня Саней зовут, а Стрела, это так, срочку служил в ПВО, вот и взял позывной такой. А вон твоя идет. Сейчас колоть будет. Рука у нее легкая.

Алексей обернулся, по проходу быстро шла Юн Ха, в руках небольшой поднос с шприцами, кивнула ему и прошла в дальний угол ангара.

- С чего ты взял что она моя?

- Лешь, я же видел, как она на тебя смотрела, когда меня тут кантовали. Ты тут помогал, что-то с Батей толковал, а она с тебя глаз не сводила. Не упускай момент, глянь какая она ладненькая.

- Саня, я ее даже толком то и не рассмотрел, женское тело как тело, да и азиатка она, чужой мир и менталитет.

- Леша! Баба толковая она и в Африке баба. Вон наши двое местных домой увезли, вообще фиолетовые, а гляди любовь, тут как сердце скажет. Ты посмотри на нее внимательнее, я на азиатов насмотрелся. Метиска она скорее всего, у нее больше европейского на лице чем азиатского.

- Саня, ты же знаешь – начал Алексей. Но продолжить не успел

- Да, знаю, все знаю – веско прервал его Стрела – но пойми, ты молод и твоя жизнь вся впереди, вот полностью вся. Послушай старого пердуна, вырастившего сына и дочь, нельзя так хоронить себя. Любил, да, но это было в прошлой жизни. Сколько твоей дочке?

- Откуда ты знаешь? Два, третий пошел – удивился Алексей.

- Батя рассказал, когда только бамага на тебя пришла, что нам молодого лейтеху дают, да еще генеральского сыночка. Просветил сразу же, чтобы старичье наше не колобродилось супротив тебя. Потому и влился ты сразу же, без понтов и тормозов

- Не знал – задумчиво произнес Алексей

- И то что ты сам рапорт написал, тоже знали, и что против отцовской воли пошел, то же знали. Мы же друг другу жизни свои доверяем, потому должны знать все. А у Бати связи ой какие, ты не смотри что он майор, с ним генералы ручкуются.

Алексей молча слушал, опустив голову. Замолчал и Александр, уйдя в какие-то свои думы. Да, отец очень не хотел, чтобы он ехал в эту командировку, но так и не смог уломать младшего сына. Алексей хорошо помнил тот разговор на высоких тонах на кухне: «Отец, я пока не отомщу за Наденьку, жить спокойно не смогу. Жена брата сказала, что я могу Танюшку оставить у них и не беспокоиться. Ну нет у меня на сердце покоя, отец, пойми».

Очнулся от того, что кто-то легонько тронул его за плечо. Повернув голову встретился с огромными карими глазами Юн Хи.

- Алекс, мне надо Саша сделать укол – она забавно сделала ударение в имени Стрелы на последнее а. Стрела засмеялся, картинно закрылся руками как бы от испуга, потом повернул голову к Алексею

- Лешь, помоги перевернуться на бок, сам не могу. А для девахи я тяжел.

Видимо ему было очень больно шевелиться, он аж зубами скрипнул, когда Алесей его повернул на бок, что бы Юн Ха сделала ему два укола в так сказать, мягкие ткани. Когда Алексей помог ему лечь опять на спину, то заметил капельки пота на его лбу.

- Леха, я не шутил, когда говорил про нее – отдышавшись, сказал Стрела, когда Юн Ха ушла делать уколы дальше – ладненькая, не худая, все на месте, а дома все наши девки будут прежде всего смотреть на карман твоего отца. Батя говорил, он после увольнения в запас в большой бизнес ушел, ему дела ворочать поручили. А твоей дочке мать нужна, настоящая, и тебе женщина. Нельзя мужику без женщины, или сопьется или дуркой поедет.

- Ладно, Саня, присмотрюсь, сейчас свет уже потушат, пойду деревню обойду и сам попробую поспать. День был уж больно долгим и тяжелым.

- Леша, я ведь серьезно, от сердца. Повидал я на свете и мужиков и баб разных, я же врачом психиатром был в дурке, детей вырастил, супруга моя любая от рака померла, а я теперь живу такой вот жизнью. И другой не хочу, но у тебя то все впереди. Давай, споки. И да, принеси мне Скорпион с магазинами, что у девок был, а то я пока это весло достану из-за кровати.

Алексей вышел на улицу. Уже почти стемнело, оба американца сидели на скамейке, курили и потихоньку цедили свое виски.

- Алекс, ты как, присоединишься? – один из них приветственно поднял стакан.

- Нет, спасибо, дел еще много, да и не пью я спиртного, от слова совсем.

- Ну, как знаешь, а мы вот посидим, надо снять стресс, только к вечеру вот отходить начали.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Оставив врачей потреблять, Алексей прошелся по засыпающей деревне. Где-то плакала женщина, мычали коровы, издавали разные звуки представители местной фауны. Дошел до сгоревшего грузовика голландцев, постоял в тишине на опушке джунглей, вернулся к госпиталю, где по его просьбе справа от входа поставили небольшую палатку. Ему положили два матраца, подушку, и легкое шерстяное одеяло.

Не успел разуться, как запищала рация. На связь вышел Батя. Сообщил, что завтра после обеда медикусы наши прилетят на вертушке, постараются забрать наших в столичный госпиталь. И Алексею наказано вернуться в столицу тем же бортом.

Долго не мог уснуть, в голову лезли самые разнообразные мысли, так, ни о чем и обо всем. Очнулся от того, что почувствовал рядом чье-то присутствие. Рука сама сжала рукоять «Беретты», но глаза рассмотрели невысокую женскую фигурку

- Алекс, это я, Юн Ха

- Ты чего? – Алексей посмотрел на часы, было ровно пол третьего ночи.

- Алекс, ты не подумай ничего такого, но мне очень страшно, я не могу там спать, там кровью пахнет, со мной первый раз такое. Глаза закрою и то что сегодня было, снова перед глазами. Можно я просто рядом посижу, я не знаю, что со мной. Я не буду мешать, мне просто страшно.

Алексей неожиданно для себя протянул руку, взял ее за ладошку и потянул на себя. Она мягко села рядом. Он откинул одеяло, подвинул подушку на середину, руки делали все автоматически.

- Ложись рядом, не надо сидеть, ложись и попробуй заснуть. Мне тоже всякое в голову лезет, но я смог уснуть. И ты уснешь, а я посторожу твой сон.

Она аккуратно сняла кроссовки, легла рядом, и он укрыл ее половиной одеяла. Они лежали, касаюсь друг друга локтями, плечами. И казалось, оба даже прекратили дышать. Потом она потихоньку засопела.

Алексей приподнялся на локте. Луна освещала ее лицо, такое спокойное и безмятежное. Рот чуть приоткрылся, на лбу складочкой морщинка. А ведь Стрела прав. Да она же красивая, пусть какой-то своей красотой, но действительно, азиатского в ней мало. Он аккуратно кончиком мизинца вытер пузырьки слюны в углу ее рта.

«Что со мной творится? Да неужели рядом со мной женщина, она пахнет женщиной, она притягивает, она волнует. Она же совсем чужая женщина, с другой стороны земли. Давно такого не было. Может просто потому что уже полтора года у меня не было женщины вообще?» - мысли лезли в голову, не давая уснуть.

Внезапно она застонала, выгнулась вдруг всей спиной, замахала руками, потом замельтешила ногами. Алексей поймал ее руки, повернул ее спиной к себе, притянул, поймал ногой ее ноги и прижал к матрасу, взял обе ладошки в руки и легонько сжал. Она как-то обмякла и снова задышала спокойно.

Проснулся он, лежа на спине. Скосил глаза. Рядом, уютно устроившись на его груди, лежала черная копна волос и слышалось спокойное посапывавание. Юн Ха прижалась к нему всем телом, каким то образом переместив его левую руку к себе за спину, своей левой обняла его поперек груди.

А ее нога, по-хозяйски заброшенная на его тело, коленом покоилась в низу живота Алексея. И он с холодком вдруг почувствовал, как против его воли под ее коленкой начинается просыпаться и шевелиться, расправляя крылья, некий червячок. Он даже прекратил дышать. Что делать то?

Но тут она проснулась сама, приподняла голову, встретилась взглядом с глазами Алексея, ойкнула, встрепенулась, но он внезапно рывком переместил ее на себя. Она замерла, упершись ему руками в грудь, потом поправила свисавшие вниз волосы. Алексей приподнялся и быстро поцеловал ее во влажные мягкие губы

- А это плата за то, что я всю ночь охранял твой сон – прошептал он. Она испуганно глянула на него, потом оттолкнулась от его груди, вскочила, нашаривая ногой кроссовки, обулась, растерянно поклонилась Алексею и бросилась бежать к госпиталю. Рядом остался только ее волнующий запах, и ощущения необычной сладости во рту от мимолетного поцелуя.

Как только Алексей вошел в палату, Стрела сразу замахал рукой.

- Лешь, Койот утром приходил в себя, поматерился немного, побухтел и опять спит. Но уже просто спит. Ему док вколол что-то. И сказал, что теперь все, кризис миновал. Ну а вы как?

- Чего как? – сделал недоуменное лицо Алексей.

- Да брось. Юн Ха вон вся как потеряшка, даже пару раз что-то с подноса роняла, а ты как новогодняя елка изнутри светишься.

- Да не было ничего, просто поцеловал ее, когда уходила – и Алексей рассказал Стреле все, и про то как они с Сектом госпиталь зачищали, и в каком положении была Юн Ха, когда он впервые ее увидел, и то, как она в середине ночи к нему пришла.

- Да – задумчиво проговорил Стрела – она к тебе, Лешенька, за защитой пришла. Ее небесные силы к тебе привели. Подняли среди ночи и привели, потому что ты ее спас не просто от насильников, ты мир ее внутренний спас, и главное, ты правильно повел себя, когда она лежала перед тобой вся, полностью открытая. Так, не могу, курить хочу. Это дело обдымить бы.

- Так может тебя на улицу выкатить, вон у кровати колесики есть – предложил Алексей.

- А эта вот хренотень как? – Стрела постучал по металлической стойке, с которой свисал пакетик с капельницей, и глазами показал на торчащую из вены иглу, прихваченную пластырем к руке.

Алексей сходил в приемную, позвал медсестру, на пальцах объяснил ей что он хочет сделать. Девушка все поняла, несла рядом стойку, пока Алексей выкатывал кровать из ангара. А вот по земле не катилось, но девушка быстро привела двух местных парней, и они споро перенесли Стрелу под деревья в тенечек, а следом медсестра принесла для Алексея стул.

- Я вот что думаю – с наслаждением затянувшись последний раз, сказал Стрела – она на подсознании видит в тебе защитника, думает о тебе, поэтому ноги и привели ее к тебе ночью. Вот прикинь, молодая баба среди ночи встала и пошла спать с незнакомым мужиком. Случилось бы такое, если бы она ему не доверяла? Леша, такое ценить нужно. Я тут даже и не знаю, как тебе быть. Как она тебе, кстати?

- Рассмотрел я ее ночью, пока спала. Ты во всем прав. И лицо у нее необычное, не просто милое, а даже красивое, и она вся такая крепкая, я же ее в руках держал. Утром я сам не знаю, что со мной было. Дернул ее на себя, поцеловал, блин, стыдно говорить, утром проснулся не только я один.

- Это нормально, это твой организм на нее так среагировал. Значит принял ее, ее запах, ее внешность, ее сущность. Сердце не обманешь, а именно оно рулит всеми процессами в нашей жизни. Надо только слушать его, вернее, уметь услышать.

К шуму джунглей прибавился какой-то отдаленный, нарастающий рокот.

- Борт летит? – спросил Стрела

- Да, забыл тебе сказать, Батя вчера звонил, за нами присылают борт с медиками. Они сейчас глянут и порешают, везти Койота или не везти. Давай курни еще раз и покатим в палату, а я пойду тех парней позову, они вон что-то мастерят за госпиталем.

Когда они вернулись в палату, медсестра кормила Койота чем-то с ложечки. Когда Алексей подошел к нему, он подмигнул ему, и улыбнулся краем губ. Алексей приложил палец к губам, потом сказал, что сейчас прилетит борт с нашими врачами. Койот в ответ прикрыл глаза.

МИ-17 сел на том поле, где они тогда с Сектом завалили двух первых тварей. Доктора пробыли час, пообщались с американцами, рванули по стопке за медицинскую солидарность, вынесли вердикт. Когда Стрелу несли в вертолет, он напомнил Алексею

- Леша. Скорпиончика прихвати, давно мечтал о таком трофее.

Провожать вертолёт вышла почти вся деревня и персонал госпиталя. Но Юн Хи Алексей не увидел, как ни крутил головой. Он хотел сбегать в госпиталь, но командир экипажа приказал всем садится, взлетаем. И уже сидя внутри, прильнув к иллюминатору, он увидел за госпиталем одинокую фигурку девушки, стоявшей у дерева и смотревшей на взлетающий вертолет.

Когда сели, и катили носилки к санитарной машине, Стрела приподнялся на локте и спросил

- Что, не пришла? Побоялась наверно, саму себя испугалась. Леша, если вам суждено встретиться, значит Бог все сделает для этого. Потому что он Бог, и все видит. Прощевай, меня с таким ранением точно тут не оставят, ну а если Бог даст, то встретимся.

Алексей наклонился, и они крепко обнялись. Койот приподнял правую руку, Алексей пожал его слабые пальцы. Раненого решено эвакуировать в Москву. У входа в здание Алексей увидел Гека, который помахал ему рукой. Ну вот, очередная страница в жизни перевернута и закрыта.

==================================

(Скорпион - чешский короткоствольный компактный автомат - прим.авт)

(Весло на армейском жаргоне АК с прикладом - прим.авт)

Глава третья. Внезапная любовь

Месяца два прошло в постоянных разъездах, то там тушили, то в другое место неслись. Девушка никак не выходила из головы. Алексей даже два раза ездил к госпиталю, но почему-то не решился войти. Стоял у ограды и ждал, вдруг увидит ее во дворе, но видимо не судьба.

В очередной выходной Алексей решил пройтись по магазинам, посидеть в какой-нибудь кафешке, просто побыть гражданским человеком. Он даже успел в кино сходить на только что вышедший в прокат фильм «Отступники» с ДиКаприо и Мэтт Даймоном.

Присел в первой же попавшейся уличной кафешке на алее Рю де Лангедок, заказал прохладительный коктейль и вкусняшку в виде пирожного. И залез в телефон, Ольга как раз прислала очередную порция фотографий Танюшки. Он специально переправил в Москву Ольге новенький, купленный тут в столице по заказу Айфон.

Они только появились в этом году и приобрели невероятную популярность. Когда кто-то сел за его столик, он недовольно положил телефон на стол и поднял глаза. Это была Юн Ха. Она смотрела на него внимательными глазами, вся скованная и готовая в любой момент подняться и уйти. Но видимо выражение глупого изумления на его лице позволило ей расслабиться.

- Юн Ха - воскликнул Алексей – я не сплю, это точно ты?

Он протянул к ней руку, она в ответ положила ему сверху на его руку свою теплую ладошку. И улыбнулась в ответ

- Алекс, ты не хочешь посмотреть на себя? Ты так забавно сейчас выглядишь – и она снова улыбнулась. А он смотрел на нее во все глаза, как будто старался запомнить каждую черточку ее лица, выражение глаз, махонькую родинку под левой бровью. Она скосила глаза на экран телефона.

- А кто это?

- Это моя дочь, ее зовут Таня – с гордость ответил Алексей и вдруг осекся, увидев, как в глазах девушки метнулась какая-то тень.

- О, ты женат, поздравляю, рада была тебя снова увидеть – выдавила она из себя и начала медленно вставать, забрасывая на плечо ремешок сумки.

- Мы поженились, когда я был на последнем курсе. Ее убили, больше года назад. Террористический акт. Она ездила в женскую консультацию, мы решили, что у нас будут погодки. Врачи сказали, что будет мальчик. Она стояла вместе со всеми на автобусной остановке. Я не смог поехать с нею, так как сидел дома с дочкой. Машина врезалась в толпу на остановке, а потом водитель-смертник привел в действие взрывное устройство. Там хоронить то нечего было – он произнес все это быстро и тихо, побледнев и разом осунувшись.

Юн Ха медленно опустилась на стул, руки, вцепившиеся в ремешок сумки, непроизвольно дрожали. Алексей подвинул у ней свой телефон, нажал кнопку. На экране появилось веселое личико дочери с двумя бантиками.

Юн Ха осторожно взяла в руки телефон, и аккуратно нажимая, посмотрела фотографии. Кроме дочери там не было ничего. Она тихонько, двумя руками, подвинула телефон к Алексею. Он потянулся к ней и взял ее руки в свои. Она не отдернула их, они только слегка дрожали. Она подняла глаза. В них были слезы.

- Она красивая была, ты ее любил? – тихо спросила Юн Ха, глядя ему в глаза. Он кивнул, потом откашлялся.

- Да, любил, так любил что у меня внутри после ее гибели все умерло, и я рвался на войну, куда угодно, только подальше оттуда – он на мгновение задумался.

- А потом неожиданно рядом со мной очутилась ты. Поверь, у меня не было никаких мыслей, когда я предложил тебе лечь рядом. Все равно как просто подвинуться, что бы мой солдат лег согреться.

Он повернул ее руки ладошками вверх и мягко провел по ним большими пальцами. Она непроизвольно сжала ладони. Они оба смотрели друг другу в глаза.

- А ночью тебе снились кошмары, и я прижимал тебя к себе, ты вырывалась, наверно переживая раз за разом тот дневной ужас. И я вдруг понял, что рядом со мной не просто женщина, а женщина, которую мне хочется защищать. А утром я смотрел как ты спишь на моей груди, как самая настоящая моя хозяйка. И мне страшно захотелось попробовать какой вкус у твоих губ, прости, я тогда не сдержался.

- Знаешь почему я тогда испугалась? – вдруг спросила она после минутного раздумывания – потому что у меня были три года отношения с мужчиной, там дома, мы оба были студентами. Я отдала ему всю себя, он обещал, что мы поженимся. А потом вдруг пришел и сказал, что женится по приказу родителей на девушке из богатой семьи. Я тогда тоже как бы умерла, и когда объявили набор волонтеров, я даже секунды не раздумывала. Подальше от него, от всей их тусовки, которая смеялась надо мной.

Алексей поднялся – пойдем просто погуляем, у тебя как со временем?

- У меня два дня выходных – ответила она – а у тебя?

- То же самое, два дня, до понедельника.

Они гуляли по улицам вечерней столицы, болтали обо всем. Алексей узнал, что ее мама умерла, когда Юн Хе было шестнадцать лет. А отец бросил их через пять лет после ее рождения. Он был американским военным, и о том, что у него дома есть семья, они узнали, только когда ему нужно было возвращаться обратно в США.

Мама так и не смогла больше выйти замуж, так как в их стране женщина с ребенком — это как приговор. Даже если она вдова. Юн Ха поступала в медицинский сама, со второго раза. Мама была врачом, и она не мыслила себя в другой специальности.

Алексей то же рассказал о своей семье, об отце, который был военным, а сейчас на пенсии. О старшем брате, который уже подполковник, о средней сестре, вышедшей замуж два года назад. У брата двое своих детей, но его жена взяла дочь Алексея, объявив, что будет заботиться о ней как о своей дочери, пока он не вернется к нормальной жизни.

Они шли по улице, болтая обо всем, Юн Ха давно взяла Алексея под руку, и иногда прижималась головой к его плечу. Он внезапно поймал себя на мысли, что она уже давно молчит.

- Юн Ха – позвал он. Она продолжала задумчиво смотреть вперед, потом вскинулась.

- Ой, задумалась.

- О чем, если не секрет?

- О нас с тобой – она остановилась, встала перед Алексеем, долго смотрела ему в лицо. Потом решительно потянулась вверх, обняв его за шею двумя руками

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Обними меня – прошептала она и ее влажные губы впились в его губы страстным поцелуем. Он моментально ответил, обеими ладонями прихватив ее за спину и талию, крепко прижал к себе, она тихо охнула и слегка присела, как будто у нее отказали ноги . Потом резко отстранилась, схватила его за руку, подбежала к краю тротуара и замахала рукой, останавливая такси.

Потом они целовались до одури в лифте, пока он поднимался на двенадцатый этаж. В небольшой комнате под потолком крутился вентилятор, гоняя прохладный воздух, вовсю работал кондиционер. А они любили друг друга, раз за разом, неистово, до одури. Как будто изголодавшийся хищник рвет зубами мягкое свежее мясо.

Потом молча лежали, откинувшись. Он провел пальцами по ее животу, поднялся вверх. Она хмыкнула. Потом повернулась на живот и посмотрела ему в лицо. Улыбнувшись, и как-то озорно моргнув двумя глазами, она поцеловала его в губы, потом в шею, ее горячие губы спустились вниз, вот они уже внизу живота

- Ты что со мной делаешь? – он схватил ее за волосы, но она перехватила его руки, продолжая делать то, что начала. Потом подняла голову, и засмеявшись сказала

- Это была сложнейшая операция по подъему затонувшего корабля – потом рывком поднялась вверх, замерла, глядя ему в глаза, тихо вздохнула и мягко опустилась на него. И все началось с начала. А после душа Алексей сам поймал ее тем же образом. Она металась по кровати, вцепившись ему в волосы. А он был счастлив от ее безумства.

Утром они смогли встать только в десять часов. Когда она уже откатилась и выдохнула – я все, нет сил пошевелиться. Потом, немного полежав, обхватила его за грудь, приподнялась и глядя в глаза спросила

- Алекс, я не видела, что бы ты курил, все ваши дымили, но тебя я с сигаретой не видела. А док сказал, что ты вообще не пьёшь спиртное, да?

- Да, не пью, не курю, зубами ночью не скриплю, не храплю, в отличии от некоторых тут.

- А промолчать не судьба была? – она хлопнула Алексея ладошкой по груди и быстро потянулась к его уху, азартно щелкая зубами. Он засмеялся, схватил ее за уши, она рычала, тянулась к нему и даже два раза гавкнула. Она была совсем другая, как с иной планеты. Надя тоже любила, но не так, вот именно так у них никогда не было. До одури, до умопомрачения.

Потом пили кофе с жареными пончиками, которые она приготовила сама, быстро, на скорую руку. Но получилось очень вкусно. Они сходили на премьерный утренний сеанс на «Дьявол носит Прадо», погуляли по улицам, поели мороженого, а потом опять закрылись до самого вечера. Она провожала его до первого этажа, на улицу идти ей он запретил.

- Все, дальше нельзя, я сейчас сяду в такси, а ты поднимайся домой – он поцеловал ее и выбежал на улицу. В располагу пришел уже когда совсем стемнело. Иса, одиноко сидевший в курилке, хмыкнул и улыбнулся.

- Ты чего светишься как фонарик от самого КПП?

- А что, заметно?

-Да чуть ли не в припрыжку, как девочка с бантиками, неужто с кем познакомился?

- Иса, помнишь медсестру из того госпиталя? – спросил Алексей, присаживаясь рядом. Иса повернулся к нему всем телом, внимательно посмотрел, помолчал с минуту, потом вздохнул

- Она хорошая женщина, я ее сразу рассмотрел, хотя видел то минуту, у таких как она внутренний огонь теплый и притягивающий. Поверь старому мужчине, я многих видел, разных наций, меня побросало по свету. Национальность и цвет кожи иной раз не важны, главное, чтобы огонь нежности и доброты внутри горел. А он у нее есть.

- А как же ты определил, тебя же с нами не было, ты же трофеи разбирал – озадаченно спросил Алексей

- Ну, Леша, люди разные бывают, есть такие, которые умеют видеть, достаточно раз глянуть. Я именно из таких – и он сделал ударение на слове видеть, как бы поясняя, что под этим подразумевает нечто иное.

- Иди отдыхай, завтра в рейд дня на три, ты хоть номерок у нее взял?

- Да, мы договорились писать смс друг другу что все нормально, ну а если получится опять встретиться, то созвонимся.

- Ты правильно сделал, давно пора было. Нельзя себя хоронить, твоя жена там наверху наверно очень бы хотела, чтобы ты был счастлив здесь. Не забывай ее, но попробуй начать жизнь снова, а начать жить это значит полюбить. Уверен в себе?

- Скорее да, чем нет. Я не маленький мальчик, но такую женщину я даже в кино не встречал. Она необыкновенная, вообще, как с другой планеты.

- Значит влюбился, твои глаза об этом говорят лучше твоих слов. Ладно, иди отдыхай, и раз такое дело, то если надо, я тебя подменю на дежурствах. Да мужики все помогут, и да, я могу им сказать?

- Ну, это. Я и не собирался скрывать, но и как бы бить в колокола это не по-мужски.

- А никто не будет бить, мы то уже все с багажом за спиной, а у тебя даже котомки пока нет, разве что дочка, которой мама нужна. Настанет день, когда ты не сможешь ответить на ее вопросы, помни всегда об этом.

- Спасибо Иса.

- Не благодари. Ну а то что девушка иной нации и языка не знает, так это все наживное. Вон ты как на английском быстро лопочешь, то же ведь не знал, а научился. Это мы старые, нам и хенде хох с лихвой хватает – и он засмеялся, обнажив все еще крепки зубы.

«Я на месте, добрался нормально» - отослал он СМС как только лег в постель

«Я уже сплю, вернее, пытаюсь, но везде твой запах. Я уже соскучилась» - прилетело в ответ.

«Я завтра на три дня ухожу, телефоны мы не берем с собой, утром пришлю смс. Спокойной ночи милая Юн Ха» - пальцы последнюю фразу напечатали на автомате. Алексей даже испугался, разве так можно, они ведь по настоящему второй день знакомы.

«Алекс, милый, спасибо. Меня давно так никто не называл. Береги себя, я по тебе очень скучаю, мне тебя сильно не хватает с момента как ты закрыл за собою дверь»

«Юн Ха, не дразни меня, я просто в шоке сейчас от всего что у нас было. Ты необыкновенная, ты, да у меня просто нет слов. Все, на меня дядьки ругаются, спим, до завтра миленькая моя, целую тебя всю, не смей отвечать, а то мы так и не уснем».

Глава четвертая. Горечь утраты.

Месяцы полетели один за другим. Мужики, не сговариваясь, взяли шефство над молодыми.

- Лешь, ты там заступаешь в понедельник, так это, я за тебя схожу, мне эти выходные уже надоели, все равно в располаге у видика сидеть

- Лешь, я тебя подменю в пятницу, так что можешь не возвращаться – подмигивал ему Гек. И он не возвращался. Батя знал о каждом чихе в подразделении, но ни слова не говорил.

И Алексей оставался у Юн Хи на несколько дней, она менялась с кем-то в госпитале, а ее начальник доктор Робертс, тот, что предлагал Алексею тогда виски, даже сфотографировал их. Алексей приехал как-то за ней в госпиталь в форме, она уже почти освободилась. И доктор, выйдя поприветствовать его, предложил

- Молодёжь, а давайте я сфотографирую вас на настоящий фотоаппарат. А не на эти гребаные мыльницы – и пошел за своим Никоном.

Юн Ха обхватила Алексея двумя руками за талию, прижалась к нему, он обнял ее и склонил свою голову к ней. Оба безмятежно улыбались в объектив. Док сделал два снимка, пообещал распечатать несколько, как только сможет.

Алексей уже давно привез к Юн Хе гражданку, и переодевался уже там. Они готовили вместе еду, бегали по магазинам, ходили в кино, взявшись за руки как дети, любили друг друга под огромным вентилятором, засыпали, просыпались, и опять любили, всегда как в первый раз.

Однажды Стрела, которого Батя отвоевал от отправки, назначив на должность старшины подразделения, предложил пригласить Юн Ху на 9 мая. Она не отказалась, и пришла на высоких каблучках, с прической и в легком воздушном платьице.

Мужчины встретили ее появление слаженным гулом восторженного одобрения. Ровненькая стройная фигурка с как будто выточенными из белого мрамора красивыми ногами.

Другая может быть и смутилась бы, но только не Юн Ха. Она приняла обнимашки Стрелы – ой же ты ж моя спасительница, вот кто мне попу дырявил. Стукнулась кулачком со всеми, обойдя стол по кругу и села рядом с Алексеем. Спиртное она, как и Алексей, не пила, но бокал с красным вишнёвым напитком поднимала вместе со всеми.

Она уже знала, что за праздник отмечают эти русские военные. А потом внезапно попросила слово, поднялась с бокалом, поставила его на ладонь левой руки, придерживая правой. Переводил Алексей. Она благодарила всех за спасение, рассказала, что в деревне сейчас на самом видном месте рядом с государственным флагом висит флаг России.

Приехал новый священник, из местных, церковь восстановили. А в яму, где закопали бандитов, жители деревни под обряд шамана вбили семь осиновых кольев.

А потом сказала, что жители деревни поручили ей отблагодарить своих спасителей. А от себя она хочет выразить свое почтение теням предков великих воинов, павших в той войне, и на земле ее страны в том числе.

Юн Ха поставила аккуратно бокал на стол, вышла из-за стола, взяла со спинки стула висевшее там полотенце, отошла к стене, постелила его на пол. Все внимательно наблюдали за ее действиями, пока ничего не понимая.

Она сняла свои босоножки на высоком каблуке, потом вздохнула, сцепила руки в замок, поднесла их костяшками к лицу, закрыла глаза и невообразимо медленно опустилась на колени на постеленное полотенце, потом наклонилась и коснулась ладонями и локтями пола, так же медленно встала, и опять опустилась на колени.

Алексей дёрнулся было, но Батя прикрикнул – сиди, она знает, что делает. Юн Ха сделала три поклона, встала, надела босоножки и подошла к столу. Батя поднялся, обошел стол, обнял ее, прижал к себе и трижды поцеловал в голову.

- Спасибо тебе девочка, за уважение и за понимания – и по его щеке внезапно прокатилась маленькая слезинка.

- Мужики, давайте стоя за такой тост, и молча – и первым залпом опрокинул в себя бокал. А потом после всего играла музыка, и Юн Ха была нарасхват, даже с Батей прошла пару кругов. Танцевала она легко, воздушно, как сказал Кот. Гек по распоряжению Бати отвез Алексея и Юн Ху на Тойоте до ее дома и попрощался, задорно подмигнув обоим.

СМСки Алексей писал каждый день, иногда даже у нее дома из туалета - «Милая, я тут застрял, не теряй меня. Я рядом, я близко, но унитаз гад не отпускает».

Она смеялась, стучала в дверь и спрашивала, не надо ли вызвать подъемный кран. Они дурачились, им было очень хорошо вместе. Алексей написал брату, что у него появилась женщина, они любят друг друга и он планирует ее привезти в Москву, она согласилась и уже учит русский язык, а он учит ее родной, так даже интереснее.

Он ее спрашивает что-то на ее языке, а она отвечает на русском. Отцу писать не стал, обида все еще оставалась. Брату сказал, что девушка не знает, кто его родители, только то, что старший брат военный. Брат ответил, что с удовольствием поможет ей адаптироваться, и со специальностью решим, уже есть кое какие связи. И написал, что очень рад за Алексея.

Юн Ха еще дважды побывала в их расположении. На днях рождении Кота и Стреха. Самому младшему после Алексея было 44 года, они все относились к ней как к дочке, а она никого не обделяла своим вниманием. Алексей ревновал, сам не зная почему, видя, как она задорно смеется, танцует с его сослуживцами, улыбается другим мужчинам. Когда его, нахмуренного, Иса внезапно спросил о причине и он высказал все что думал, чеченец рассмеялся.

- Леша, вот теперь я тебе точно скажу, что ты по ухи влюблен. Я рад за тебя. Вы хорошая пара, она просто умница, тактичная, вот и сейчас она танцует с Геком, и тревожно смотрит в нашу сторону, переживая за тебя. Леша, дорожи ею, у нее добрая душа.

На рутинное патрулирование они ушли в понедельник. Алексей послал СМСку Юн Хе «Люблю, обожаю, целую везде даже там куда нельзя, через три дня буду». Но через три дня он не появился, не появился и через неделю. Юн Ха не находила себе места.

Она дважды ездила к расположению русских военных, но на КПП стояли незнакомые люди, и никто не понимал кого она ищет. Язык она не настолько знала, чтобы объясниться. Назло всегда на воротах стояли какие-то новенькие. Доктор Робертс принес ей отпечатанные фотографии. Две девять на двенадцать, и одну большую, как портрет. Узнав о том, что Алексея уже нет три недели, он сам встревожился, потом сказал

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Юн Ха, собирайся, съездим, я возьму с нами знакомого доктора из Польши, он сказал, что знает русский.

Они попросили пригласить кого-то из офицеров, поляк сообщил причину. Пришел офицер, пригласил их пройти в здание. Юн Ха крутила головой, пока шли к дому, но никого знакомого не увидела. Старший русский командир еле понял, о ком идет речь. Потом куда-то позвонил. Переговорил с польским доктором, тот помрачнел.

Юн Ха поочередно смотрела на всех, ничего не понимая. Потом полковник заговорил, поляк переводил. Полковник очень сожалеет, но старший лейтенант Алексей Корнилов погиб две недели назад вместе со всей группой. Дальше она не дослушала. И так у нее на душе уже было невообразимо тяжело. Как только она услышала первый слова перевода, ноги ее подкосились, сознание отключилось, и она упала на руки доктора Робертса.

В себя она пришла только через сутки уже в своем госпитале, она лежала на больничной койке, с капельницей в руке. Встать ей не дали, позвали доктора Робертса. Он пришел, сел на кровать.

- Доктор, простите меня, я не смогла больше держаться. А теперь я готова слушать.

- Полковник сказал, что они поехали проверить новый форпост и полицейский участок в трех сотнях километрах от столицы. Там на поселок напала огромная банда, пришедшая из-за границы. Местные полицейские просто разбежались, а русские сутки обороняли здание полицейского управления, так как туда перед этим завезли большое количество оружия и боеприпасов.

- Дом стоял на крутом берегу реки, поэтому бандиты могли подойти только спереди. А потом им привезли пушку, и они стали методично бить по дому. Русский командир сообщил, что почти все из группы погибли, кто жив тяжело ранены, в руки бандитам они попасть не могут, и боеприпасы отдать тоже, поэтому он принял решения взорвать склад. Он так и сделал. Юн Ха, там даже хоронить было нечего. От взрыва погибли не только те, кто оборонял дом. Но и две сотни бандитов вокруг здания. Помощь опоздала всего на час.

Юн Ха спокойно выслушала рассказа доктора. Ни слезинки, ни намека на какую-то реакцию, лицо просто окаменело. Для нее жизнь закончилась. Она лежала, и только руки судорожно мяли простыню. Мыслей не было никаких. Ее Алекса больше нет, ее счастья то же больше нет, так зачем жить, для чего и для кого? Сколько можно ломать себя и начинать все сначала, Господи за что ты так с нами?

- Юн Ха – доктор Робертс откашлялся – это еще не все. Посмотри на меня, слушай внимательно. Я тебя осмотрел. И хочу спросить, когда у тебя последний раз были месячные.

Она непонимающе смотрела на доктора. Какие месячные, о чем он спрашивает, о чем вообще говорит? Какое отношение имеют какие-то месячные к той трагедии, что происходила сейчас в ее душе, когда все ее естество уже приняло страшное, и как ей кажется, единственное правильное решение.

- Юн Ха – доктор замолчал, тяжело вздохнул, потом взял ее за безвольную руку – я счастлив тебе сообщить, что у тебя восемь недель беременности. Я не специалист, поэтому не могу ничего определенного сказать, но кто у тебя будет, мальчик или девочка, УЗИ сможет показать только через два месяца. И тебе решать пока не поздно, что делать с этим ребенком.

Она непонимающе смотрела на доктора Робертса, какая беременность, у нее? Она не ослышалась? Она приподнялась на локтях

- Док, ты сейчас сказал, что я беременна, я не ослышалась? - выдохнула она. Он кивнул головой и помог ей лечь обратно. Она закусила губу, отвернулась в сторону, по щеке из глаз покатилась слеза, одна, другая. Потом она решительно вытерла слезы, повернулась к Робертсу

- Док, ни о каком прерывании беременности речи идти не может, это его и мой ребенок, и мне все равно кто родится. Я знаю, что с этого момента я обречена у себя в стране на одиночество, и по всем правилам вы должны отослать меня обратно. Но я решения не изменю. Спасибо Вам за доброту и отзывчивость.

Перед отъездом она попросила Робертса свозить ее еще раз в русский лагерь. С собой опять взяли того поляка. На этот раз объяснили все правильно. И человек на КПП видимо что-то знал. Услышав слова лейтенант Алексей Корнилов, он понимающе кивнул и куда-то позвонил.

Через десять минут к ним вышел разом постаревший Стрела. Они молча обнялись, он прижал ее к себе и тихо подбородком гладил по голове. Она всхлипнула, еще сильнее его обняв. Потом спросила через поляка, может она взять что-то из вещей Алексея на память.

Но Стрела развел руками, увы, по приказу из Москвы все вещи погибших упаковали и уже отправили самолетом в Россию. И скоро он сам улетает, так как по состоянию здоровья оставаться тут не может.

Они еще посидели молча вдвоем на скамейке, потом обнялись, попрощались и окончательно расстались. Стрела еще долго стоял у ворот, глядя как уезжает машина, увозя Юн Ху навсегда и в никуда.

Глава пятая. Алексей Корнилов. Семь лет без имени.

С той поры прошло семь лет. Группа французских журналистов, выехавшая на моторных лодках из центрально африканского городка Зенди, двигалась по рекам в глубь джунглей. Целью путешествии было необычное племя, жившее среди болот.

Они добывали пищу древним способом, неохотно шли на контакт, но когда возникала необходимость, то привозили своих больных к федеральным докторам. Иногда появлялись в поселках, обменивали шкуры на необходимые для них вещи. Топоры, пилы, молотки, гвозди.

И вот один из местных чиновников договорился с вождем племени, что они примут у себя белых гостей. Журналисты везли с собой подарки, заранее оговоренные с вождем племени. И предвкушали фантастические фото и кинорепортажи.

При этом чиновник обмолвился, что в племени по словам вождя уже много лет живет белый человек, которого они нашли в реке. Он не помнит кто он, научился говорить на языке племени, проявил себя прекрасным охотником. Но кто он сам и из какого народа не знает.

Этого охотника они смогли увидеть только в последний день пребывания в племени. На реке появилась долбленая лодка, из которой вышел высокий мускулистый светлокожий загорелый бородач с добытыми кайманами. Он долго не мог понять, чего от него хотят эти незнакомцы.

Пока он внимал тому, что ему пытались сказать, Глория Мартинес, фотокорреспондент издания «Фигаро», сделала ряд снимков и сумела снять видео, на которых брутально выглядевший охотник смотрелся особо привлекательно.

Ее снимки, опубликованные в воскресном номере, вызвали шквал восторга и эмоций, особенно у читательниц. Но видеорепортаж, показанный в одном из роликов на Ютубе, увидели не только западные зрители.

Утром у КПП воинской части, расположенной в Подмосковье, нетерпеливо прохаживался молодой офицер. Как только машина командира въехала в ворота, он решительно шагнул к ней. Опустилось стекло

– Капитан, что-то случилось?

- Товарищ генерал-майор, капитан Новиков, разрешите доложить.

- Ну что там у тебя?

- Вчера на Ютубе жена увидела интересный ролик и показала мне.

- Капитан, а ты с дуба не рухнул? Какой в задницу Ютуб, может тебе еще три инстаграмма кое-куда вставить?

- Товарищ генерал! – капитан повысил голос – выслушайте сначала, мне кажется этот ролик касается лично Вас.

- Ладно, выкладывай, что там меня касается

- В центре Африки обнаружено племя, среди охотников которого давно живет белый человек.

- И что с того? Каким боком, капитан? У меня доклады командиров через 10 минут, давай-ка сворачивай балаган.

- Товарищ генерал, на левом плече этого охотника наша татуировка. Он примерно метр восемьдесят ростом, волосы светлые, глаза серые. Семь лет назад недалеко от этого места, в верховье реки, погиб Ваш брат. Человек не помнит, кто он, как его зовут и какой он национальности, разговаривает только на языке племени.

- Где видео? – генерал резко вышел из машины

- Здесь, на флешке, я переписал.

- Пошли.

Через десять минут, извинившись перед командирами подразделений, генерал уже звонил в Управление кадров Министерства Обороны. А еще через несколько дней в столице центральноафриканской страны приземлился военно-транспортный самолет с российскими опознавательными знаками.

Из него вышли несколько человек, один из них, прихрамывавший, остановился и произнёс

– Ну здравствуй Африка, я снова у тебя в гостях.

Их встречали работники посольства и люди из группы военных советников. Уточнив все детали, они расселись по машинам и покинули аэропорт.

На подготовку поездки, согласование деталей с местными властями ушла еще неделя. И вот шесть моторок с вооруженными людьми в камуфляжах и панамах рассекали водную гладь реки в самых густых джунглях Национального Парка. Через шесть часов пути лодки заглушили моторы и бросили якоря напротив большого селения в джунглях.

К берегу пристала только одна лодка, из нее вышли владеющий языком племени и пользующийся доверием вождя местный чиновник и трое невооруженных гостей. Вождь внимательно выслушал чиновника, подозвал одного из мальчишек, наблюдавших за прибывшими гостями.

Через несколько минут мальчишка привел того, за кем приехали бледнолицые. Один из них шагнул вперед, подошел к бородачу, потом повернулся к остальным и кивнул головой.

- Леха, это я - Саня, Стрела – хромой постучал себя в грудь и еще несколько раз повторил эту фразу. Один из прибывших спросил его, уверен ли он в том, что перед ними Алексей Корнилов.

- Алексей это, никаких сомнений, вот только взгляд у него.... как будто сквозь меня смотрит

- Давайте быстро забираем его и уезжаем, пусть там врачи разбираются – нетерпеливо произнёс работник посольства

- Дядя, да ты оглянись вокруг, если мы попытаемся что-то сделать, нас и автоматчики не спасут, утыкают отравленными стрелами в мгновение ока. Если ты их не видишь, это не значит, что их тут нет. Я еще попробую. Фотографию достаньте.

Стрела, а это был он, еще раз подошел к бородачу. Постучал себя в грудь кулаком.

- Леха, я это, Саня, а ты Алексей Корнилов, ну вспоминай, Леха…

Бородач крутил головой и потом спросил вождя, чего от него хотя эти люди – так перевел чиновник. Не выдержав, Стрела разразился длинной матерной тирадой, потом резко подошел к бородачу и внезапно заорал ему в лицо - Юн Ха!!! Юн Ха!!!Юн Ха!!!

Взгляд бородача дрогнул, он схватился за голову, и начал повторять - Юн Ха, Юн Ха, Юн Ха. Потом схватил Стрелу за плечи, встряхнул, и продолжал как будто спрашивать – Юн Ха? Юн Ха?

- Дайте фотографию, не стойте столбом.

- Леша, это Таня, твоя дочь, Таня это, вот она маленькая, а вот уже выросла, Леша-а-а-а!!! Таня, Юн Ха!!! Таня, Юн Ха!!! Тваю мать!!! Вспоминай давай – Таня, Юн Ха!!!

Бородач замычал, сел на землю, схватился за голову, начал раскачиваться из стороны в сторону, повторяя - Таня – Юн Ха, Таня – Юн Ха. Вождь, внимательно наблюдавший за происходящим, протянул свою мозолистую руку к фотографии. Рассматривая её, он спросил чиновника о чем-то .

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

После чего вернул ему фото, повернулся к лесу и что-то крикнул. Оттуда разом вышли десятки людей. Опустились на колени, протянув к небу руки, и о чем-то запели.

Чиновник пояснил, что они воздают славу своим богам, которые вернули их друга его семье. А вождю он сказал, что на картинке дочь этого бородача, она уже выросла, пока он гостил у них.

Когда уже сели в лодку, вождь принес обрывки каких-то обгоревших тряпок. Это были остатки того камуфляжа, в котором они нашли бородача. Никаких сомнений ни у кого уже не осталось.

Представитель группы советников преподнес вождю новенький двенадцатикратный бинокль в футляре. Тот заглянул внутрь и с благосклонностью принял подарок. Обратный путь лодки проделали быстрее. Бородач сидел, не выпуская из рук обе фотографии, и только качал головой.

- Сорокин, а что такое Юн Ха, на которое он так среагировал – спросил Стрелу офицер из миссии советников.

– Майор, это женщина, которую он любил, они оба друг друга любили, она светлым человеком была, мы все от нее в восторге были. Она не раз посещала наше расположение. Ее Батя дочкой называл.

- Батя - легенда, мой первый командир. Но почему была? – спросил офицер.

- Потому что семь лет назад она попрощалась со мной и уехала в свою страну. А я вот сейчас вспоминаю, что мы только имя ее знали и больше ничего. Она была по линии ООН в столичном госпитале. А до этого из меня пулю вытаскивала в джунглях, но это другая история. Клянусь, он как придет в себя, будет ее искать.

Приземлившийся в Жуковском ИЛ встречала небольшая группа людей. Представительный седой господин с жавшейся к нему пожилой симпатичной женщиной, высокий генерал-майор, рядом с ним его супруга, два мальчика-старшеклассника и две девочки, одна постарше, а другая лет десяти.

Она стояла впереди и с надеждой смотрела на подруливающий самолет, прижав руки к груди. Как только задняя аппарель самолета коснулась земли, девочка сделала несколько шагов вперед. На рампе показалась группа людей, она жадно всматривалась в них, потом побежала вперед.

- Таня, постой, погоди – крикнула женщина, но девочка только ускорила бег, ее волосы развевались на ветру как конский хвост. Она с разбегу уткнулась в высокого худощавого мужчину в спортивном костюме, обхватила его обеими руками, буквально повисла нам нем.

- Папа!!! Папочка!!! Папулечка мой любимый и самый дорогой!!! Никогда больше не уезжай!!! Никогда не бросай меня!!! Папа!!! Папочка миленький!!! - крик ребенка разорвал утреннее небо, люди останавливались, некоторые даже крестились.

Настолько пронзительно кричал ребенок. Заплакала сначала пожилая женщина, потом жена генерала. Пожилой господин стоял, вытянув руки по швам, по его щекам катились слезы. Генерал постучал себя по груди и замотал головой, отгоняя слезы. Ему плакать было нельзя, хотя ой как хотелось.

И тут мужчина вдруг дрогнул, а потом рухнул на колени, прижал не прекращавшую кричать девочку к себе и навзрыд заплакал. Плакали они оба, она схватила его за шею и покрывала его лицо истовыми поцелуями, а он плакал, не стесняясь слез, наверное, впервые за прошедшие семь лет.

- Твою ж мать! Она пробила его защиту – неожиданно пояснил всем сопровождавший группу врач – психиатр – это небывалый случай, но другого объяснения у меня нет. Его мозг просто поставил своеобразную защиту и отключил полностью все, что было связано с прошлой жизнью.

А потом они уже стояли все вместе, обнявшись. Два брата, их отец, женщины, а дочь не отпускала своего отца ни на миллиметр от себя.

- Папочка – говорила она уже в машине – я всегда верила, что ты живой, я ни на секундочку не сомневалась, что ты живой. Ты мне всегда живым снился. Я разговаривала с тобой, я все время тебе все рассказывала. Вот иду со школы и рассказываю, как у меня день прошел, какие отметки получила, а ты меня слушал.

Алексей прижал дочь к себе, слезы текли без остановки, он уже плакал просто потому что плакал. Вечером, помывшись, он слушал все, что ему рассказывали отец и брат. Сам он пока помнил все смутно.

Оказывается, последним живым командиром, который сообщил о принятом им решении, был он сам. И именно он взорвал склад и все здание. Отец допустил вероятность того, что его взрывом просто отбросило в реку, а там его унесло течением. Вождь племени рассказал, что он лежал на какой-то доске и так плыл по реке.

Указом Президента Алексею в тот же год было присвоено звание Героя России посмертно, и Бате тоже, остальным - ордена Мужества посмертно. В этот вечер Алексей впервые выпил спиртного, так как не мог не помянуть павших товарищей .

Дочь спала с папой, не расставаясь с ним ни на секунду. Даже когда он ночью пошел в туалет, она караулила его, сидя у двери. Через неделю, после медицинского обследования, в Министерстве Обороны ему торжественно вручили Звезду Героя. Со службы его уволили в запас по ранению, выплатив все положенное в таком случае.

А потом они встретились с Саней Сорокиным, то есть Стрелой. И даже выпили, чего Стрела от Алексея не ожидал. От него Алексей и узнал обо всем, что тогда происходило, потому что Стрела был последним, кто видел Юн Ху.

С каждым днем память возвращала Алексею картины прошлого, вся ярче и четче. Он помнил каждый изгиб тела любимой женщины. Ее шепот, ласки, шутки, бездонные глаза. Осталось только ее найти. А вот это оказалось совсем непросто.

Ведь он не знал ее фамилии, только имя. Она как-то начала разговор на эту тему, но он отмахнулся, потом поговорим. Вот тебе и потом. Официальные запросы ничего не дали.

После землетрясения в той стране во время пожара сгорел архив министерства здравоохранения, и никаких списков теперь не найти. А женщин с именем Юн Ха на ее родине оказалось свыше шестисот тысяч. Без конкретных данных официальные службы отказывались продолжать поиски. Как назло, он не знал дня ее рождения, так как она сказала, что это станет для него сюрпризом.

Закончила ли она ВУЗ, в каком ВУЗе она училась. Оказывается, там не один медицинский Вуз. И многие из них посылали своих студентов на практику в развивающиеся страны в качестве волонтёров.

По совету отца Алексей устроился в его корпорацию, в отдел реализации, простым сотрудником. Поступил заочно на экономический факультет. Пришлось восстанавливать и свои юридические знания, чтобы подтвердить полученный при окончании военного училища диплом.

Они с дочерью теперь жили в своей квартире. Таня росла не по годам умной и серьезной, ходила заниматься не в танцевальный кружок, как все девочки, а в секцию восточных единоборств. И вместе с отцом учила язык страны, откуда в Африку приехала Юн Ха.

- Папа, я очень хочу помочь тебе найти ту женщину, я очень хочу, чтобы ты был у меня счастливым. Маму я не забуду, хотя и не помню ее абсолютно, мне чуть больше года было, когда она погибла. Но если ты так любишь эту женщину, значит и я должна ее полюбить.

Глава шестая. Таня. Вице-Президент.

За годы работы в отделе Алексей зарекомендовал себя опытным и требовательным сотрудником. Постепенно поднялся до заместителя, а затем и возглавил отдел. Дома всё было без изменений. Они с дочерью теперь по утрам бегали, потом она шла в школу, а он ехал на работу.

Дома они повесили на холодильнике настоящий график: когда говорят только на английском, когда на русском и в какие дни — только на языке Юн Хи. Вечером иногда Таня включала сериалы той страны с русскими субтитрами и смотрела их взахлёб. Алексей присоединялся, если было время.

Потому что иной раз приходилось брать документы домой и работать с ними после ужина. Он поставил себе цель зарекомендовать себя в корпорации так, чтобы ему могли доверить южно-азиатское направление.

Отец протекции ему не оказывал — тут это было не принято. Но помогал советами: иногда они разбирали спорные дела, и Алексей часто советовался с отцом. Прошлая обида исчезла, ей уже не было места.

Иногда они пересекались со Стрелой. Тот работал охранником в супермаркете и ни в какую не хотел бросать своего места. Сидели в кафе, немного выпивали, вспоминали прошедшее. Таня в таких случаях всегда ходила с отцом. Сорокин очень рад был её видеть. И она внимательно слушала всё, что мужчины говорили о Юн Хе.

В первую самостоятельную командировку отец уехал в Индонезию. Таня наотрез отказалась идти жить к дяде, хотя его семья жила в соседнем подъезде. Она сама убиралась, готовила себе еду, занималась спортом и языками. Ольга только иногда приходила в гости с вкусняшками. Девочка выросла, ей уже было пятнадцать лет. Время бежало неумолимо.

Отец звонил ежедневно, они общались по видеосвязи. Таня была в курсе всех его поездок, купленных сувениров, и отец часто заранее с ней советовался, что купить. Второй страной для него стал Таиланд. Ему удалось заключить несколько выгодных для корпорации договоров, и руководство назначило его начальником департамента внешних сношений.

Поиски он не прекращал ни на день. Через своих тайских знакомых вышел на частное сыскное бюро в той стране, но и это не дало результатов. Он уже точно знал, что ни в столице, ни в крупных городах женщины, подходящей под описание и соответствующего возраста, нет.

Она могла выйти замуж, жить простой домохозяйкой. Но он отгонял от себя эти мысли. Почему-то он был уверен, что ему удастся её найти. Вот был уверен — и всё.

Незаметно дочь закончила школу с прекрасными оценками. Но поступать в вуз отказалась наотрез:

— Папа, ты же сам сказал, что пара лет — и тебя назначат главой представительства корпорации в Юго-Восточной Азии. А офис находится в столице той самой страны. Вот как ты туда попадёшь, я приеду и поступлю там в вуз. Мы должны её найти. Ты у меня ещё не старый, ты ого-го какой! Я же вижу, как на тебя посторонние женщины смотрят.

Шоком для него было то, что она, когда он был в очередной командировке, сразу после школы подписала контракт на службу в Вооружённых Силах. Ну а её упрямство и твёрдость характера были непреодолимы. На семейном совете, втайне от неё, брат предложил перевести её к нему в учебный центр, соблазнив тем, что это центр подготовки спецназа.

Идея была вброшена в массы, массы заинтересовались, и через три месяца в учебном центре появилась младший сержант Корнилова Татьяна Алексеевна. А через год она заняла должность инструктора по АРБ, что стало неожиданностью для многих.

«Девчонка, что они себе позволяют!»

Но после знакомства с этой стервой в спортивном зале многие кардинально меняли своё мнение. Тем более она постоянно совершенствовалась, внимательно перенимая опыт других. Конечно, против серьёзного противника со специальной подготовкой ей не выстоять. Но новобранцев она гоняла как сидоровых коз.

Татьяна Корнилова

И вот не без помощи отца (пришлось всё-таки подключать его, так как время неумолимо тикает только в одном направлении) Алексей был назначен главой представительства в ЮВА. Тем более предыдущий глава уходил на заслуженный отдых. И назначение младшего Корнилова на эту должность не выглядело протекционизмом.

Тане ещё было полгода до окончания контракта, она твёрдо решила отслужить его как положено. Втайне от отца она попросила одного умельца из старых бойцов нанести ей такое же тату, как у отца. Сказано — сделано. И левое предплечье девушки теперь украшала небольшая аккуратная стильная летучая мышь на фоне земного шара, держащая в лапах цифру 45.

Алексей прилетел в столицу южной страны рано утром. Его встретил предшественник, пожилой болезненный мужчина, давно уже просившийся на покой по причине сложного заболевания. Для него сорокадвухлетний Алексей был как юноша. По дороге они тихо обсуждали последние новости. Несмотря на болезненный вид, мужчина был умен, опытен и цепок.

Они завезли вещи Алексея в снятый для него уютный красивый особняк с небольшим садом в частном секторе, который местные жители называли «Зелёная вилла». Алексей прошелся по дому. Два этажа, подвал с тренажёрами, гараж на две машины, красивая беседка, дорожки, цветы. За всей этой красотой следила нанятая супружеская пара, проживавшая недалеко.

Офис представительства занимал восемнадцатый этаж высотки в центре столицы. Большой зал, уставленный ровными рядами столов с кабинками, в каждой из которых находился сотрудник. Мужской и женский туалеты, кабинет главы, перед ним стол секретаря, офисные шкафы; в глубине зала — кабинеты главного бухгалтера и заместителя главы, начальника экономического отдела. Комната для приёма пищи, где стояли микроволновки, несколько холодильников, столы и кофейные аппараты.

Единственный отдел, у которого был свой большой кабинет, — юридический, так как там хранилась и конфиденциальная документация представительства.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Предшественник представил Алексею его секретаршу, госпожу О, пятидесятилетнюю элегантную даму с умными глазами. После чего провели собрание начальников отделов. Русскими были только главный бухгалтер и главный экономист. Остальные были подобраны из опытных местных кадров.

Все были приятно удивлены тем, что новый глава прекрасно владеет языком, и ему можно приносить готовые документы без перевода на русский, как было ранее. Переводиться будут только те документы, которые отправляют в головной офис в Москву.

Алексей дал каждому начальнику отдела срок неделю, после чего будет вызывать их с готовым докладом по проделанной работе и планированию.

В первый же вечер Алексей засиделся, так как спешить ему было некуда. Бутерброды он прихватил с собой — ещё те, что ему соорудила дочь в Москве. Оторвавшись от бумаг, он с удивлением увидел через матовую стеклянную дверь, что в большом зале горит свет. «Какая расточительность, можно было бы обойтись и аварийным освещением у входной двери».

Каково же было его изумление, когда он, выйдя из кабинета, обнаружил всех работников на своих местах, включая секретаршу госпожу О. На часах над входом было семь минут восьмого вечера. Он повернулся к секретарше:

— Госпожа О, а почему люди на своих рабочих местах? Где главный бухгалтер, главный экономист?

— Господин Корнилов, ваши соотечественники ушли домой, и юридический отдел тоже. А так как сам глава находится на рабочем месте, то в нашей стране существует негласное правило, запрещающее работникам покидать свои рабочие места, если начальник не ушёл.

— И кто придумал это негласное правило? — Алексей вопросительно приподнял бровь.

— Я не знаю, но так все работают десятки лет, это часть нашего менталитета, — ответила секретарша и удивленно посмотрела на Алексея, мол, а что тут не так?

— Так, внимание, всем встать! — командным голосом приказал Алексей и несколько раз хлопнул в ладоши. Люди вставали из-за столов. Тут были женщины и мужчины разных возрастов, симпатичные и не очень, простые офисные работники.

— Я говорю только один раз. Вы все работаете в русской фирме, поэтому с сегодняшнего вечера здесь будут действовать российские правила. Рабочий день с восьми тридцати — значит, все должны быть на рабочем месте не позднее восьми часов двадцати пяти минут.

— Рабочий день заканчивается в восемнадцать ноль-ноль. Это значит, что в это время все компьютеры должны быть выключены, и вы уходите домой. Если кто-то не справляется с работой, нет необходимости оставаться или брать её с собой домой. Она никуда не денется.

— Если будет необходимость, я отдам распоряжение, кто и когда останется работать после указанного времени. Но эта работа будет оплачиваться по двойному тарифу. А сейчас быстро выполнять моё распоряжение. Все по домам, вас там родные ждут.

— Мне тоже можно идти? — удивлённо спросила госпожа О.

— Да. Вы просто заходите ближе к восемнадцати и спрашиваете, какие будут распоряжения. Если вы мне будете ещё нужны, я попрошу вас остаться. Но сегодня в этом необходимости нет.

Потихоньку, без резких движений, Алексей перестроил работу представительства под себя. Кое с кем пришлось расстаться, набрать новых сотрудников. Собеседование обычно он проводил сам. Его интересовали прежде всего способности человека, а не престижность его диплома.

В течение нескольких месяцев Алексей объехал все филиалы представительства в южных странах, вникал в каждую мелочь, и это дало свои положительные результаты. Все знали, что новый глава выслушает, если надо — поправит, но лентяям и недотепам спуску не даст.

Дважды присутствовал на благотворительных приёмах, устраиваемых местными корпорациями. Многие главы фирм хотели познакомиться с ним лично, поэтому приходилось иной раз вести важные переговоры при личных встречах.

Службы безопасности свой хлеб ели не зря, и промышленная верхушка страны знала, что Корнилов — бывший военный, награждённый высшей наградой России, какую дают только за особые военные подвиги. Но подробностей достать не удалось, да они были засекречены даже в России. Это внушало уважение.

Но самое главное — при общении с ним не нужны были лишние уши, господин Корнилов прекрасно владел языком. Алексей тоже использовал такие личные встречи для продвижения своих целей, завоевания рынка, вытеснения ненужных конкурентов.

Поиски Юн Хи он не прекращал никогда. Он даже подготовил своё выступление с просьбой отозваться или ей самой, или её родственникам, если таковые есть, когда крупная ТВ-компания собиралась пригласить его на знаменитое шоу вопросов и ответов, которое вёл популярный журналист.

Но в последний момент интервью сорвалось. Не всем наверху хотелось, чтобы господин Корнилов отвечал на вопросы жителей страны в прямом эфире. А надавили из-за океана, отлично понимая, как Корнилов может ответить на те или иные вопросы. Там тоже хлеб зря не ели.

На одной из встреч Корнилов накоротке переговорил с главой старейшей в стране семейной корпорации, с которой наметились перспективные поставки металлов для судостроительной и автомобильной промышленности. И спросил, может ли он обратиться с личной просьбой.

Это касалось устройства Тани в высшую школу, которую курировала корпорация. Дело в том, что дочь попросилась поучиться два года в такой школе, чтобы полностью освоить все нюансы языка, вникнуть в менталитет и потом уже поступать в вуз, имея за спиной такое престижное учебное заведение. Она была права на все сто процентов.

Занятия в школах в этой стране начинаются 1 марта, в отличие от 1 сентября в России. Контракт на службе заканчивался 26 марта, так что дочь теряла месяц. Осторожно наведя справки, Алексей удивился уровню преподавания в местных школах. И поэтому не волновался за то, что дочери придётся нагонять одноклассников.

Созвонившись с главой корпорации, он сам лично посетил директора школы с визитом, выказав тем самым своё к нему уважение. Тем более оказалось, что директор ранее служил в морской пехоте и участвовал в вооружённых миссиях ООН.

Так что им нашлось о чём поговорить, и расстались они, оба довольные знакомством. Всё-таки военные всегда поймут военных. Поэтому Алексей не стал скрывать от директора, что дочь прошла службу в армии. Тот был удивлён, но после общения пришли к обоюдному согласию, что этот факт её биографии большинству знать ни к чему.

Неожиданностью для Алексея стал его вызов в Москву на расширенную коллегию корпорации. И ещё большей неожиданностью — назначение на пост вице-президента компании, курирующего южно-азиатское направление.

Такое предложение внес председатель совета директоров после изучения работы Алексея в качестве главы представительства. А это уже другой уровень и другая ответственность.

Дочь кинулась отцу на шею, как только услышала поворачивающийся в замке ключ. Рада была просто до безумия. Это её слова. На ужине немного выпили вина. Самым главным обсуждаемым вопросом было, как идут поиски. Увы, пока никак.

Дочь за время его отсутствия превратилась в высокую стильную красавицу. К концу службы она начала отращивать волосы, и теперь они уже спускались чуть ниже плеч. Занятия языком она не прекращала и даже наняла женщину-репетитора, носительницу языка. Мотивировала тем, что раньше могла ежедневно общаться с отцом, а его-то нет.

— Пап, а как у нас с деньгами? — неожиданно она задала вопрос во время обеда. Алексей откинулся на спинку стула.

— Ты раньше никогда не интересовалась, что на тебя вдруг нашло? — с интересом спросил он.

Дочь сходила в свою комнату и положила на стол перед отцом права международного образца.

— Ты намекаешь, что тебе пора машину покупать? — засмеялся он.

Но она осталась серьёзной:

— Пап, здесь мне машина не нужна, мне и метро хватает, а вот там она будет нужна. Это и престиж, и автономность, если нужно будет срочно куда поехать. Поверь, я занималась не только в автошколе, но и в полку, на тех особых занятиях.

— Хорошо, как приедешь, так сразу и купим. Похоже, ты уже подобрала, не так ли? — засмеялся Алексей. Свою дочь он уже изучил за то время, сколько они живут вместе, с того самого дня на аэродроме в Жуковском. Самому ему машина была не нужна, его на работу и обратно возил шофёр представительства.

— Да, я долго думала. Так как машина нужна не только для меня лично, но и нам с тобой обоим, и уж тем более если мы найдём Юн Ху. Поэтому это будет серебристо-синий БМВ Х6 30д. Брать что-то круче не вижу смысла, но и ниже классом нельзя — там не поймут. Всё-таки ты вице-президент.

— Уговорила, речистая. Как приедешь — так сразу.

— Пап! — она крикнула уже из ванны. — Я сходила в посольство и перевела на их язык и заверила все свои школьные дипломы и аттестаты, пригодятся.

Выросла-то как дочь, теперь это самостоятельная молодая двадцатилетняя женщина. А ведь Юн Хе было немногим больше, когда они встретились тогда в миссии.

Как время бежит неумолимо.

Глава седьмая. Первый поход в школу.

Таня прилетела, как и отец, утренним рейсом. Взяла такси и через час была у ворот "Зелёной Виллы". Во дворе пожилая пара занималась уборкой. Увидев молодую женщину с чемоданом, они не удивились.

— Приветствуем вас, молодая хозяйка, — и муж с женой склонились в почтительном поклоне. Таня поставила чемодан, сложила руки как положено, и ответила тем же.

— А вы госпожа и господин Но? Меня зовут Та На, я теперь буду жить здесь вместе с отцом. Очень приятно познакомиться.

Госпожа Но проводила Таню в дом, провела небольшую экскурсию, рассказаза что тут и как устроено. Очень понравился тренажёрный зал в подвале и что в гараж есть выход через подвал. Ворота гаража поднимались вверх автоматикой.

Таня проверила холодильник. Ну, чего от мужчины ждать — тут и мышь повесится с горя. Пара бутылок воды, кусок сыра и какие-то до неприличия старые «Дошираки» непонятно с чем. Деньги местные у неё на карточке уже были.

Поинтересовавшись, где расположен магазин, и вежливо отказавшись от желания женщины сопроводить госпожу, Таня спустилась вниз по улице, где справа было местное кафе, а слева — супермаркет. Выбор продуктов был большой, но калорийность и жиры зашкаливали. Надо поискать что-то другое, пусть подороже, но пора приучать отца к нормальной пище, он ей ещё живой нужен.

Занимаясь на кухне приготовлением ужина, она напевала любимую песенку, не обращая внимания на подглядывавшую госпожу Но. Итак, на вечер сегодня — мясо по-французски из свежей свинины, салатики, бутылочка белого крымского полусладкого, привезённая с собой, и, конечно, буханка свежего «Дарницкого». Местные обожали говядину, но сей продукт был специфичен, и по какой-то причине Таня его не любила.

Потом позвонила отцу, доложилась, что добралась нормально, ужин готов, совершила вылазку по окрестностям, заприметила кафешку, ресторан и несколько полезных магазинов. В мясной лавке удачно поболтала с хозяином, в результате чего он выбрал для нее самый свежий кусочек свинины. В общем, папа, я тебя жду, чтобы после шести одна нога там, а другая здесь.

На следующий день Таня отправилась в школу. Поехала как обычная смертная: сначала на автобусе, потом на метро, затем пешком до самой школы, засекла время. Ну не айс. Утренняя пробежка накрывается, а это не здорово. Так что машина нужна срочно.

В школе только что закончилась перемена, ученики ещё галдели в классах. Скучающий старшеклассник увидел идущую во дворе их школы элегантную молодую девушку в светло-кремовом брючном костюме, тёмных очках, на высоченных каблуках; длинные светлые волосы развевались на ветру.

— Эй, народ, гляньте, какая штучка шагает!

— Это наверно новая училка по английскому?

— С чего ты взял?

— Ну, так европейка же, смотри сам, или американка.

— Точно. Эх, бы нам такую!

— Мечтать не вредно, а вдруг она злющая?

— Так и мы не маленькие дети, быстро разберёмся. И не таких обламывали.

— А ну-ка все по местам, я вот вам сейчас… — пожилая учительница треснула линейкой по первому столу так, что все чуть не оглохли, но моментально разлетелись по местам. Она подошла к окну, глянула на идущую девушку, пожала плечами.

— Госпожа Чин, а это к нам новая учительница английского приехала?

— Не знаю, у нас все места заняты, и недавно даже места для стажёров уже забронировали. Это, видимо, к директору по какому-нибудь вопросу.

Таня действительно направлялась к директору. Охранник подсказал молодой леди, как найти его кабинет. И теперь она терпеливо ждала его появления. Тёмные очки она сняла и убрала в сумочку. Директор появился в сопровождении двух женщин, они что-то горячо обсуждали, потом он попрощался с ними и подошёл к своему кабинету.

— Вы ко мне, юная леди? — учтиво спросил он.

— Да, господин директор, — и Таня уважительно поклонилась, как научила её репетитор ещё в Москве. Получилось легко и элегантно, не зря репетировала перед зеркалом и на камеру. Он вопросительно поднял бровь.

— Меня зовут Кор Та На, господин директор, мой отец приходил уже к вам.

Директор с удивлением рассматривал девушку. Ему почему-то казалось, что это будет сбитая, широкоплечая деваха. Он знал, что такое инструктор по АРБ (армейский рукопашный бой - прим.авт): у него в батальоне этим занимался умудрённый опытом сержант-качок.

«Если она действительно так подготовлена, — подумал он, — то это станет большим сюрпризом для школьных хулиганов из так называемой "золотой молодёжи". И не только для них». Он открыл дверь, вошёл сам и пригласил войти её .

Долго изучал её документы. Отличные оценки по общим предметам, а вот и грамоты за спортивные достижения, прекрасная характеристика. Он отложил документы и оценивающе рассматривал девушку. Она была красива, взгляд её был спокоен и безмятежен.

— Отец сказал, что ты служила в элитных войсках. Он не пошутил? — задал вопрос директор. Вместо ответа девушка поднялась со стула и вдруг стала снимать жакет.

— Ты что надумала? — с удивлением спросил, откинувшись на спинку кресла, директор. Ему ещё такой подставы не хватало, и так школа под пристальным вниманием журналистов и газетчиков всех мастей.

Она, аккуратно повесив жакет на спинку стула, осталась в белой рубашке с коротким рукавом. Встав к директору боком, подняла левый рукав и показала татуировку на плече. Он сразу узнал эту эмблему.

— Сорок пятый полк? Ты там проходила службу?

— Да, господин директор, два года, от звонка до звонка.

— Та На, ты понимаешь, что если газетчики узнают, то поднимут большой шум. Поэтому я прошу тебя быть осторожней. Тут разные люди в школе учатся, есть и такие, которым знания не нужны.

— Господин директор, я запомню ваши слова. Правда, если меня попробуют тронуть, я молча подставлять щёку не буду, но и границы переходить не намерена, они всё-таки дети.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Мы друг друга услышали, документы я пока оставлю у себя. Пойдём, я познакомлю тебя с твоим классным руководителем, и вы сами определитесь, когда ты приступишь к занятиям. Насколько я понял, школу в России ты закончила с прекрасными оценками, поэтому, думаю, проблем с освоением учебного материала не будет.

Они проследовали в учительскую, где появление девушки находившимися там учителями было встречено с интересом . Директор познакомил Таню с её классной — учителем математики госпожой Мин. Она была не намного старше Тани, видимо совсем недавно закончила университет, и её сразу кинули под танки, то есть рулить классом старшеклассников.

Учитель Мин посмотрела Танин аттестат (благо копий та понаделала в Москве на всякий случай), обрадовалась, что по математическим предметам у неё одни пятёрки. На предложение начать со следующей недели Таня спросила, а можно ли ей сейчас пойти в класс.

Тетрадь у нее с собой, потом что нужно перепишет. Узнает всё, что необходимо, и на занятия уже завтра придёт в форме, как положено. Учитель Мин пожала плечами и, взяв под мышку журнал, пригласила Таню следовать за собой.

Перед дверью класса, за которой бушевало море голосов и раздавались вскрики, учитель Мин остановилась, зажмурилась, вздохнула.

— Эль Бандитос? — улыбнувшись, спросила Таня. Мин сначала не поняла, потом засмеялась.

— Да, что-то наподобие такого. Ну, мы все такие были. Или у вас в России не так?

— Да так, школьники везде одинаковые.

Сделав строгое лицо, Мин толкнула дверь и вошла в класс.

— А ну все по местам, быстро! — неожиданно зычным голосом крикнула она. Школьники не особо-то быстро, но расселись по своим местам.

— Староста! — обратилась она к кому-то.

— Выразить уважение учителю! — раздался басовитый голос какого-то парня. Слышно было, как все сначала встали, потом плюхнулись обратно.

— Класс, у вас с сегодняшнего дня пополнение. С вами будет учиться девушка из России. Заходи.

И Таня вошла в класс — именно в тот, в котором как раз обсуждали дефилировавшую по школьному двору стильную девицу. Но она об этом не знала. И вот она в классе. Повернулась и, не обращая внимания на удивлённые глаза школьников, поклонилась, выпрямилась.

— Госпожа Мин, а как мы с ней будем общаться? — вдруг недоуменно спросила девочка в очках, сидевшая за вторым столом.

— На пальцах, жестами и знаками, — на отличном местном диалекте с серьёзным видом произнесла Таня. Увидев открытые рты и улыбки, представилась.

— Меня зовут Кор Та На. На самом деле моя фамилия и полное имя звучат по-другому, но пока вы их выговорите, вечер настанет, поэтому будет вот так.

В классе засмеялись. На неё смотрели во все глаза все — и девочки, и мальчики. Она была другой, отличной от них. Это чувствовалось сразу же, как только она вошла в класс.

Кто-то выкрикнул, мол, Россия — самая бедная страна, а Москва — самый отстойный город. Таня не обиделась, чего взять с жертв «Рейтер» и «Би-би-си».

— Молодец, ты даже знаешь, что существует такой город, как Москва, это очень похвально. Даже некоторые американские сенаторы этого не знают. Но у меня вопрос: когда ты последний раз был в России и в Москве? — она повернулась к сидевшему за последним столом расхристанному парню. Он картинно засмеялся, явно стараясь привлечь к себе всеобщее внимание, и выкрикнул:

— Да никогда, чего мне там делать, я и так всё знаю!

— Тогда, всезнайка, ответь мне, почему бедная Россия занимает четвёртое место среди мировых экономик, а Москва — так же четвёртое место в мире среди самых красивых городов после Лондона, Парижа и Нью-Йорка?

— Да ты врёшь!!!

— Тебя в «Гугле» навсегда забанили, или информация больше семи букв для тебя непосильна?

В классе снова засмеялись, потом кто-то крикнул: «Она оказывается права, я только что смотрел рейтинги и городов, и стран!» Таня повернулась к учительнице, молча взиравшей на бедлам в классе, и громко спросила:

— Госпожа Мин, какое место мне занять?

Учительница указала на место рядом с довольно-таки симпатичным рослым парнем. Пока девушка шла по проходу, какой-то увалень выставил ногу, надеясь, что новенькая споткнётся.

Таня, не глядя вниз, резко остановилась, потом медленно с улыбкой наклонилась к парню и прошипела:

— В следующий раз я с наслаждением и чувством выполненного долга сломаю тебе ногу, а пока вот так… — и ловко пнула его носком туфли под коленку. Парень взвыл от боли и резко дёрнул головой. Не рассчитал, и в классе раздался глухой стук лбом по крышке стола.

— Ой, а вот это точно не я, ну серьёзно, я не хотела, — со смущённым видом пролепетала Таня. Парень злобно зыркнул на неё, хотел что-то сказать, но она внезапно взъерошила ему волосы на голове.

— Ты будь попроще и почаще оставайся самим собой, — это она сказала уже совсем серьёзным тоном, прошла к своему месту, достала тетрадь, ручку и, как первоклашка, сложила руки на парте. Потом повернулась к парню, улыбнулась и протянула сжатую в кулак руку. Он улыбнулся в ответ, и они стукнулись кулаками.

— Меня зовут Су Хен. Будем знакомы, новенькая, ты меня удивила.

— Если честно… — она наклонилась к его уху и прошептала, — я не собиралась никого удивлять, но жутко не люблю клоунов и когда меня задевают.

Он так же наклонился к ней и, почти касаясь губами её уха, прошептал: — Я тоже их не люблю и не люблю, когда меня задевают. Наверно, поэтому меня и не трогают.

Таня протянула парню мизинец. Он в ответ зацепился за него своим, и они подмигнули друг другу. Парень Тане понравился своей естественностью и спокойствием. Больше до самого окончания уроков ничего не происходило.

На переменах её окружали ребята, она отвечала на их вопросы. К такому вниманию она подготовилась ещё в Москве, накидала полный планшет видосиков и фотографий с видами Москвы и других российских городов.

К концу занятий она уже знала, где её шкафчик с отлетевшей дверцей (надо завтра будет взять с собой шуруповёрт, а сначала его купить), какую повседневную и спортивную форму нужно купить . Поэтому домой она пошла через подсказанные одноклассниками магазины.

Форму она купила по два комплекта той и другой, заказала доставку домой через два часа, нашла магазин электротоваров, где приобрела шуруповёрт, и с чувством выполненного долга взяла такси и отправилась домой. Толкаться в метро и автобусах, особенно в час пик, желания не было никакого.

Надо отца дожимать по поводу машины и узнавать, как тут всё устроено, а то вдруг нужно будет на права опять сдавать. Но беглое ознакомление с информацией указало, что её права тут действуют без всяких ограничений. До прихода отца она получила с доставкой форму, примерила её. Выбрала, в чём завтра пойдёт, и так как завтра физкультура, то придётся нести и спортивную форму, а потом оставлять её в шкафчике.

Проверив холодильник, отправилась вниз по улице затариться напитками и купить кое-что из продуктов. Заглянула в кафе. Там сидели двое парней, хлебали пиво из больших кружек и издевалась над девушкой, по возрасту явно школьницей, мывшей полы.

Таня прошла к дальней стене, где стояли автоматы, набрала банок с соками, взяла немного вкусностей к чаю и пошла назад. Один из парней выставил ногу.

Ну, этот номер мы проходили, поэтому, не останавливаясь, она пнула его прямо ниже коленки. Не ожидая удара, тот от боли скрючился и рухнул на пол. Второй с удивлением смотрел на напарника.

Тот, корчась от боли, протянул руку в сторону Тани:

— Эта тварь меня ударила!

— А ты какого ноги выставляешь? Могу и сломать, если тебе ног не жалко.

Второй парень вскочил, пнул с грохотом стул и двинулся на Таню явно с нехорошими намерениями. Девушка стояла и, улыбаясь, ждала, когда он подойдёт поближе.

Он схватил её правой рукой за куртку, собираясь притянуть к себе. Ждать Таня не стала, ударила ребром правой руки по его руке и тут же локтем - в челюсть. Парень кубарем отлетел к стене и затих.

— Ой, а что это было? — недоумённо произнесла она и с показным удивлением посмотрела на первого, потиравшего ушибленное место. Резко присела перед ним, он с испугом отшатнулся.

Таня, не мигая, смотрела ему в глаза, слегка покачивая, как змея, головой слева направо. Она репетировала в зеркале этот взгляд, прекрасно действовавший на слабохарактерного противника.

Потом встала и ушла, не оглядываясь, жалея, что сорвалась. Отец уже был дома, она увлечённо за ужином рассказала ему о встрече с директором, про учительницу, как встретили в классе. Потом начала канючить:

— Ну, пап, что с машиной будем делать? Мне туда и автобус, и метро, вставать в полшестого надо. Так я и побегать в парке не успеваю.

Отец, улыбаясь, отнёс посуду в раковину

— Потом помоешь, а сейчас пошли со мной.

Они спустились в подвал, прошли через тренажёрный зал, поднялись по второй лестнице в гараж.

Мама дорогая! В гараже красовалась синяя с серебристым отливом «шестёрка». Таня восхищённо села в салон. Чёрная кожа, именно так, как она хотела. А какой запах, лепота! Ей не нравились салоны, выполненные в светлых тонах.

— Пап, когда ты успел? Я смотрю, она на номерах уже? — нежно поглаживая руль, спросила дочь. Отец положил рядом с ней ключи, документы.

— Я попросил взять машину на фирму. Для иностранцев тут долгий геморрой с получением номеров. Так что завтра можешь с утра на стадион.

— Нет, пап, я лучше завтра с утра пораньше поеду, дорогу-то знаю только по навигатору. Да и нужно до начала занятий шкафчик отремонтировать, я даже шуруповёрт купила для этой цели. Я возьму мануал, почитаю, что тут да как.

— Пап, пошли обмоем номера, рванём по стаканчику вина, а?

— Заметано. Пошли.

Глава восьмая. Стычка с вымогательницами. Угроза.

Синяя сверкающая искорками БМВ спустилась по тихой улице к площади и влилась в поток машин, спешащих пересечь реку и попасть в центр огромного столичного города. Таня ехала не спеша, не обращая внимания на недовольных мужчин, бибикавших в адрес неторопливо едущей новенькой БМВ.

Она могла бы ехать и побыстрее, но сегодня стояла задача засечь время, которое будет потрачено именно при такой неторопливой езде, в расчете на возможные пробки. Результат получился удовлетворительным.

Таня немного покружила вокруг школы и нашла место для парковки в тихом переулке. И судя по всему машины именно в этом месте не ставились. Вышла из машины, надела форменный жакет, накинула на плечи рюкзак и быстро пошла к школе.

Охранник очень удивился раннему приходу школьницы, но она пояснила ему что новенькая, и ей нужно до прихода одноклассников отремонтировать свой шкафчик. К ее изумлению в классе уже сидел Су Хен, читавший какую-то книгу. Он тоже удивился ее раннему появлению, а потом еще и появившемуся из рюкзака шуруповерту.

- Ты что собралась делать этой штукой? Ты хоть знаешь с какой стороны ее держать? – с подколкой спросил он. Но Таня подмигнула ему, в мгновение ока, жужжа инструментом, открутила полностью дверку, намочила губку и вымыла шкафчик изнутри, протерла насухо, поставила на место полочку, потом приставила дверку и за пару минут прикрутила ее на место. Достала из рюкзака замочек, повесила его и отошла, любуясь проделанной работой.

- Ну ты мастер на все руки, этому в России в школе учат? – спросил Су Хен.

- Может и учат, там есть уроки труда, но я не знаю, для девочек там другие вещи преподавали. Просто мой дядя всегда все ремонты делал сам, и я смотрела как он это делает, а потом помогала ему.

- Ты сказала дядя? А родители? – удивился соученик. Таня подумала, а стоит ли ему говорить, но раз уже проговорилась, то продолжила

- Мой отец был раньше военным, и пропал без вести в Африке. Мама погибла еще раньше, поэтому я и жила у старшего брата моего отца. А потом через семь лет отца нашли в Африке, но это старая история. А что ты читаешь? Непривычно видеть парня с книгой.

- Это учебник по криминалистике, это тебе будет не интересно – ответил Су Хен – я хочу после школы поступить в Полицейскую Академию, вот и заранее читаю. Отец мой был инспектором полиции.

- Почему был? – сразу же спросила Таня, хотя уже догадалась, что ей ответит парень.

- Он погиб при исполнении, а Президент Корпорации выделил для меня особую стипендию для обучения в этой школе.

- Тогда понятно, почему ты держишься особняком. Они все детки из золотых семей, могут себе позволить что угодно, а тебе все это нужно зарабатывать кровью и потом.

- Именно так, но судя по твоей одежде вчера ты то же не из бедной семьи.

- Именно так, но у меня особый случай. Богатство моей семьи заработано кровью и потом, и поэтому я прекрасно знаю цену каждой монетке. И моя семья это я и отец. А нам много не надо. Отец старается ради корпорации, и дело даже не в прибыли. Все заказы, которые получает корпорация, дают десяткам тысяч людей работу, а значит и достойную зарплату, которая помогает им растить детей и жить в достатке.

- С тобой интересно разговаривать, но сейчас в класс войдут остальные. Они в большинстве своем не плохие ребята. Есть пара-тройка как ты вчера сказала клоунов. Но и это, как мне кажется, от чрезмерного желания быть всегда в центре внимания, даже отрицательного

- А ты, я смотрю, философ - засмеялась Таня и уселась рядом с ним на свое место. В класс уже стали входить и вбегать одноклассники, стало шумно. Су Хен наклонился к ней

- Я могу задать вопрос? Насколько ты нас старше. Я это увидел сразу же, ты не просто другая, ты думаешь по-другому.

- На два с половиной года, ответ принят?

- А что случилось? Ты оставалась на второй год?

- Нет, просто в России другая система образования. Там в школу идут раньше и десять классов заканчивают в семнадцать лет

- Тогда где ты была три года – внезапно спросил парень.

- Тебе лучше не знать, я серьезно, врать не хочу, поэтому давай эту тему закроем раз и навсегда.

- Ну не в тюрьме же ты сидела три года – аккуратно поинтересовался он. Вот же пристал, однако умненький паренек, моментально сложил все циферки и вычислил несхондже. Но не входило в Танины планы рассказывать, что служила в армии. Даже это вызовет море любопытства.

- Нет, меня бы не впустили в вашу страну, ну и мой отец вице-президент одной из крупнейших мировых корпораций. Может ли его дочь сидеть в тюрьме? Ты же не производишь впечатление глупенького. Расскажу, обещаю, но не сейчас. Все, учитель пришел

.

И потекли один за другим школьные дни. Избежать стычки с местными хулиганками все-таки не удалось. Они сами приперлись в один из дней. Грохнула распахнутая ногой дверь, в класс ввалилась стайка выпускниц и направилась прямо к Тане.

Они все были как из инкубатора. Расстёгнутые рубашки, под ними цветные футболки с разными криминальными рисунками, жвачки, наглый вид, крикливые как базарные тетки. Старшая ткнула Таню пальцем в лоб

- Это ты новенькая из России? Почему не пришла представиться? – закричала она, явно подбадривая себя и товарок громким голосом. Таня наступила ногой на ногу Су Хена, он в ответ шевельнул плечом.

Таня увидела, что он уже держит телефон камерой в эту сторону. Понятливый малый, дуры не догадываются что их пишут. Поэтому она сделала испуганное лицо и заискивающим тоном спросила

- А куда я должна была прийти и что представить?

- А, так ты не знала, теперь будешь знать. За школу, там есть угол, который мы зовем Семь Ветров. Что бы на следующей день была там, и с собой принесла десять тысяч.

- А это не слишком много?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Ты что, перечить вздумала? Это только для начала – и главная ткнула Таню рукой в голову так, что та чуть не ударилась о соседа.

- Но послушай, то что вы делаете, это же уголовное преступление, за это можно и в тюрьму сесть, ты не боишься? – вдруг жестко спросила Таня. Ей уже начал надоедать этот спектакль. Все девки дружно рассмеялись.

- Ты явно больная, да ее папа окружной прокурор, да он сам тебя посадит

- То есть ты сейчас, своими собственными руками рушишь карьеру отца, ох он тебе будет благодарен, ладно, достали вы меня, показывайте где там ваш этот угол имени Семи Ветров – и Таня резко и решительно встала, скинув своим движением рассевшихся на ее столе девиц. Пара из них с грохотом попадала в проход между столами. Так еще никто не вел себя.

- Ну что застыли, оборванки, ведите!

- Ты как нас обозвала? – в один голос вскричали хулиганки

- А как вас еще назвать? Вы же наверно нищенки, деньги на пуговицы вот клянчите, выглядите как настоящие отбросы, получившие воспитание на городской помойке. Даже последние бездомные выглядят лучше, чем вы. Интересно, ваши родители знают, чем вы в школе занимаетесь? Ну мы идем или не идем?

Смеялись уже не только одноклассники в классе, но и набившиеся в обе двери школьники из других классов, полностью заполнившие коридор. Выходя, Таня выразительно глянула на Су Хена – он показал ей в ответ нолик пальцами и улыбнулся. Снято на местном Мосфильме.

Угол имени Семи Ветров они выбрали для таких проделок потому, что по какой-то причине именно там отсутствовала камера наблюдения. Да так даже будет лучше. Она ловко увернулась от пнувшей ее в задницу девахи, и когда та по инерции пролетала мимо, ударила ее с разворота ногой в спину. Та улетела в грязь. Таня развернулась и встала в стойку.

- Ну что. Курицы ощипанные. Вот вы и попались, бить сильно не буду, но и пощады не ждите.

Первая же кинувшаяся недотепа получила удар носком стопы ниже колена, согнулась от боли, ей мгновенно прилетел удар коленкой в голову, и она улетела в грязь вслед за самой первой. Уворот от пытавшейся схватить за волосы и сразу ей прямой в горло, ногой в живот левую, тыльной стороной кулака в нос третью.

Все-таки одна вцепилась в волосы, удар пяткой по ступне, удар локтем в бок и затем затылком по носу. Упс, пропустила один удар в бок, фигня. Серия быстрых ударов в корпус главной заводиле, потом локтем сверху в лоб, подсечка с ударом ноги с разворота очередную и последнюю пинок в колено. Работала как на тренировке с новобранцами, да куда этим до них. Остановилась, проверила, кровь идет только у двоих.

– Вы двое, быстро головы вверх подняли, не трогайте носы, держите головы вверх, кому сказала, или пну больно – уже распоряжалась Таня. Главная хулиганка приподнялась и села у стены, пытаясь восстановить дыхание.

- Все, тебе хана, новенькая - она попыталась встать, но Таня опять пнула ее в коленку и резко присела рядом. Взяла крепко за волосы и рывком повернула к себе

- Тебя я жалеть не буду, но мне жалко твоего отца. Видео с записью, как ты вымогаешь у школьницы, то есть у меня деньги, угрожая побоями, сегодня же будет у него. И его отнесу не я, а адвокаты из адвокатской фирмы «Ларин», которая работает на нашу корпорацию, слышала про такую?

- Если он не примет мер - продолжила Таня - через день эта запись будет опубликована во всех соцсетях, так как вы мочалки вообще из ума выжили. Эта школа готовит элиту, а вы в ней просто занимаете чужое место.

- И на видео вы все, в непотребном виде, расстегнутые до пупа и в уголовных футболках, сквернословящие, позорящие своих родителей. После такого видео вам будет закрыт путь в любой университет, максимум продавщицы в супермаркете - закончила Таня и встала.

Повернулась и пошла прочь, оставив растерянных девиц сидеть на грязной земле. Проходя мимо какой-то двери, она увидела, как та внезапно распахнулась. В ней показался Директор и поманил ее рукой. Она подбежала к нему и поприветствовала поклоном.

- Та На, у тебя действительно есть видео? – тревожно спросил он

- Нет, у меня его нет, оно уже на сервере адвокатской конторы «Ларин». Значит Вы все видели?

- Да, но ты молодец, им нечего будет тебе предъявить, и я заметил, как ты сдерживалась.

- Да пусть только рискнут. Вас беспокоит само видео, или то, что его публикация может нанести ущерб школе?

- Второе.

- Но господин директор, а что, никак нельзя было не допускать до такого? Они же не сразу стали такими, их такими сделали безнаказанность и вседозволенность. Ученики видели, что этим все сходит с рук. Девочки из класса рассказывали, что они избивали детей прямо в школьном туалете и отнимали силой деньги. Директор, это уже несколько уголовных статей. А потом они закончат Университет и станут руководить фирмами и корпорациями? Что со страной тогда будет?

- Я бессилен что-то предпринять, за каждой из них стоят влиятельные семьи.

- То есть они влиятельнее чем Президент корпорации господин Шин, который спонсирует эту школу, получается так? Или он понятия не имеет что в школе творится? Господин Директор, я не буду ничего предпринимать. Я просто их попугала. Проинформирую только Прокурора о недостойном поведении его дочери. Мне просто жаль, что он вложил столько сил и здоровья, для того, чтобы занять этот пост, а его дочь все это может пустить под откос. Но предварительно я конечно посоветуюсь с отцом.

- Спасибо, я вижу, что ты мудрая не по годам девушка. Нет, они не влиятельнее господина Шина, но могут причинить уйму неприятностей лично мне. Если можно, все-таки принеси мне хотя бы копию того видео, пусть на всякий случай будет у меня.

- Да, господин Директор, я перепишу его на носитель и сразу же принесу Вам.

- Все, иди в класс, и да, не только я наблюдал за происходившим. Окна второго этажа, выходящие на задний двор школы, даже не вместили всех желающих посмотреть. Но никто не ожидал того, что произойдет.

Таня вернулась в класс и спокойно прошла к своему месту, сопровождаемая восхищенными взглядами одноклассников. Достала из сумочки переходник, молча протянула его Су Хену. Он взял его, потом наклонился к ней и заговорчески прошептал

- Ну ты и штучка, научишь паре приемчиков?

- Обязательно. У тебя все получилось? За школой то же все снял?

- Обижаешь, я уже посмотрел, там вся банда во всей красе. Но за школой звук не писал, там такой галдёж стоял у окон, посмотришь потом сама.

- Кстати, можешь аккуратно поспрашивать у одноклассников, может кто-то еще снимал подобное? Это уже не мне нужно.

- Понял, думаю, что есть. Я поспрашиваю и себе перепишу. Можешь мне оставить переходник?

- Оставь его себе, у меня дома еще есть. Но будь осторожнее, меня уже просветили, что у них родители непростые. И постарайся не затягивать. Думаю, скоро грянут гром и молнии.

Глава девятая. Кан Се Ми.

Алексей после рассказа Тани о стычке в школе, и обо всем, что ей сказал директор, посерьёзнел и сразу же позвонил какому-то господину Ин. Переговорив с ним, созвонился с адвокатской фирмой «Ларин». Предупредил, что необходимо будет сказать по поводу видео, если кто-то будет интересоваться. Попросил держать на контроле соцсети, потому что многие из школьников снимали на телефоны происходившее на заднем дворе.

Видео, где школьница Та На расправляется с восемью хулиганками, стало вирусным уже к вечеру. Было выложено более десяти роликов, и в общей сложности за несколько часов они набрали несколько миллионов просмотров.

Но на всех видео было ясно видно, что девушка по имени Та На идет не по своей воле, ее ведут, видно, что оскорбляют, и даже несколько раз грубо толкают в спину руками, а потом одна их хулиганок бьет ее ногой в спину. То, что она не попала, это уже не ее заслуга.

- Дочь, и как у тебя хватило выдержки? Вот я бы точно развернулся после первого тычка в спину, а ты шла как солдатик. Ты знала, что будут снимать?

- Конечно знала, тем более сама мимикой показала своему соседу по парте, и он кивнул в ответ, что понял. Он и выложил самое четкое видео. Сообщил, что в соцсетях сейчас творится, я и сказала, чтобы выложил свой вариант. А то, что их писали в классе, они понятия не имеют.

- Сейчас приедет женщина, которая будет жить у нас в доме, в комнате рядом с тобой.

- Не поняла. А как же Юн Ха?

- Это ты не поняла. Женщину мне порекомендовал мой новый партнер директор охранного агенства "Сириус" господин Ин. Он, как и я, бывший коммандос, а она служила у него в подразделении. Уволили, когда сломала руку командиру роты, попытавшемуся ее заставить лечь к нему в постель.

- Значит она не молодая?

- Ин сказал, что ей 36 лет, у нее лицензии на охранную деятельность и на оружие, она участвовала в операциях против наркосиндиката в Таиланде. Я официально нанял ее через охранную фирму «Сириус», принадлежащую другу главы адвокатской фирмы "Ларин". Так что она молодая.

- Папка, а тебе она руку случаем не сломает? – засмеялась Таня.

- Нет, я не дам ей такого повода. Давай так, ты девочка уже большая. Папа все эти годы конечно монахом не был, организм иногда требует разрядки. Но Юн Ха для меня это всё. И я устал уже быть один. Ты – это ты. А что там у тебя за сосед по парте?

- А такой интересный экземпляр. Отец был полицейским, погиб при исполнении, подробностей я не знаю. Но господин Шин оплатил его обучение в этой элитной школе, и затем оплатит обучение в Полицейской Академии. Если поступит. А он поступит, он даже на переменах криминалистику и подобное чтиво читает. Наблюдательный, даже чересчур, внимательный, умный.

- Он тебе нравится?

- Как мужчина? Я о нем вообще в таком ключе не думала, пока рановато еще. Да он и младше меня на два с половиной года. Вот как я тебя женю, тогда и выйду на охоту – засмеялась она и взъерошила волосы на голове отца.

- Пап, давай посидим в беседке немного, я в мангале огонь разведу, мясца поджарим, я еще вчера вечером замариновала, и объявим войну на уничтожение вон той бутылочке красного винца.

- Алле, Смольный!!! Тебе завтра в школу идти, я понимаю, что ты уроки уже сделала, но тут штрафы ого-го какие, если в аппарат дыхнешь.

- Но если у меня будет телохранительница, то она машину и поведет, а утром от меня пахнуть не будет. Ну что, я пошла разжигать.

Они сидели в саду, в мангале малиновым пламенем тлели угли, на них с шипением капал сок с обжариваемого на шампурах мяса. Говорили о разном. Алексей оценил видео, снятое Су Хеном. Но сказал, что поинтересуется у знающих людей адресом хорошего спортивного зала, где они смогут заниматься уже вдвоем.

Тренажеры в подвале — это хорошо, но подсказки опытного тренера даже им обоим не помешают. Алексей форму не терял, тренировался постоянно, а теперь они еще и по утрам вдвоем ездили к реке, и бегали по набережной. А потом вместе завтракали. Таня ехала в школу, а за отцом приезжала машина корпорации.

У отца зазвонил телефон, он оценивающе посмотрел на незнакомый номер, потом ответил.

- Таня, иди открой калитку, она приехала, ее зовут Се Ми. Проводи сюда.

У калитки стояла женщина выше Тани, с жестким, хотя и симпатичным лицом. Таня сразу подметила, что пластику женщина не делала. У ее ног стоял небольшой чемодан на колесиках, через плечо висела большая черная сумка.

- Вас зовут Се Ми?

- Да, госпожа, меня зовут Кан Се Ми.

- Мое имя Кор Та На, проходите во двор, отец распорядился сразу пригласить Вас в беседку. У нас тут поздний ужин. Давайте я помогу.

- Нет, нет, что Вы, я сама, я сейчас занесу вещи, что бы они не оставались на улице.

Женщина села на скамейке напротив Алексея и спокойно смотрела перед собой, пока он рассматривал ее. Жесткие складки в уголках губ, глаза слегка прищуренные, внимательные, смотрит спокойно, без эмоций.

- Се Ми, Вы в курсе, почему Вас наняли?

- Да, господин Ин мне все рассказал о Вас, в меру того, что сам знал. Видео в интернете я уже посмотрела, необходимые данные о всех, кто попал в кадр, собрала, все тут на флешке.

Она протянула Алексею небольшую флешку. Он положил ее в карман рубашки.

- Вы ужинали? - и с этими словами он взял с мангала шампур и протянул женщине. Она не стала отказываться, а спокойно взяла его, и потянула к себе одноразовую тарелку.

- Вино не предлагаю, сами понимаете почему

- Я спиртное не употребляю и не курю. Мне сказали, что в вашем подвале есть тренажеры. Я могу потом их посмотреть?

- Да, конечно. У Вас есть с собой спортивный костюм? Хорошо, мы встаем рано, едем на машине к реке, где бегаем шесть километров.

- Я поняла, с завтрашнего утра я с вами.

- Та На проводит Вас по дому, и покажет Вашу комнату. Экономку зовут госпожа Но, они с супругом убираются в доме и во дворе. Они приготовили Вам постельное белье и все необходимое. Компьютер в комнате я поставил, к сети он уже подключен, на мониторе висит листок с паролями. Вам нужен будет металлический сейф?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Да, господин, я думала привезти из компании, но если Вас не обременит его покупка, то я буду благодарна.

- Пап, а зачем ей металлический сейф?

- А догадайся с трех раз, дочь. Вижу, что уже поняла

- Ты думаешь все так серьезно?

- Се Ми, расскажите, что вы узнали о мерзавках с видео.

Алексей не зря обеспокоился. Если школьники, которые сами были не из бедных семей, терпели постоянные издевательства от этой банды, значит их родители не могли противостоять семьям хулиганок. Слушая Се Ми, он убедился в этом еще раз.

Дочь прокурора Центрального района столицы, дочь начальника полицейского управления Центрального района, две внучки и дочь сенаторов, дочь секретаря Промышленного сообщества и внучка владельца крупного гостиничного бизнеса. Не зря уже на этот час почти все видео были удалены с серверов местных соцсетей, остались только в Фейсбуке и Инстаграмме.

- Се Ми, слушайте внимательно. Завтра Вы не только отвозите Та Ну в школу, но останетесь в машине рядом. Вот вам обеим сигнальные устройства в виде часов, Та На при возникновении опасности вызывает Вас. Лицензия у Вас с собой, вот присланный господином Ин и подписанный мною контракт. Все остальные формальности оформим завтра, когда вы вернётесь из школы. Они могут учудить что угодно. Вплоть до ареста полицией по надуманному предлогу.

- Папа, Су Хен прислал еще несколько видео – Таня оторвалась от звякнувшего телефона – давайте посмотрим, думаю там что-то есть, если он не дождался завтрашнего дня. Се Ми, садитесь рядом со мной.

На втором видео, как и на первом, снятом в женском туалете кем-то из-за двери кабинки (где просто избили девочку по причине того, что она не спросила разрешения у них подойти к умывальнику), фигурантки избивали школьницу, и требовали, чтобы она на следующий день принесла им денежную сумму в сто тысяч. Одна из девок сказала – возьми у матери драгоценности и сдай в скупку, нам все равно где ты возьмешь деньги, иначе убьем.

Вторая сразу предупредила, если школьница пожалуется в полицию, то ей и ее родителям конец, так как ее папа начальник всей полиции, и сделает все, чтобы для родителей девочки наступили трудные времена. На видео они забирают у девочки все деньги из кошелька и две банковские карточки, заставляют назвать пароли.

Подобных видео, снятых в туалете, было четыре, и на одном из них эта школьница отдавала бандиткам толстую пачку денег. Два видео были сняты из-за кустов за школой на Семи Ветрах. Тут было серьезнее, избивали двух парней, требуя то же самое. Но в обоих случаях на видео присутствовали взрослые, которые подчинялись наследнице гостиничного бизнеса и избивали школьников.

- Се Ми, что скажете? Обращайтесь ко мне господин Алекс– откинувшись на спинку скамейки сказал Алексей. Последние два видео ему очень не понравились. На них были самые настоящие бандиты. Мелькнул даже осьминог в виде татуировки у одного на руке, когда он душил школьника.

- Господин Алекс. Второе видео имеет отношение к одному нашумевшему в стране событию. Тогда в занимающейся ресторанным бизнесом семье служанка украла драгоценности хозяйки. Драгоценности нашли у скупщиков, а служанка внезапно покончила с собой в полицейском управлении. А теперь вот и причина нашлась.

- А школьница эта сейчас где?

- Она перевелась в другую школу, это я выяснила, когда наводила справки по фигурантам с видео. В нашем агентстве есть большая база по криминалу. На последнем видео были бандиты из группировки «Море». Именно у них в ходу татуировки в виде осьминогов и прочей морской живности. Это говорит о ранге бандита в их сообществе. Есть и акулы, и касатки.

- Насколько сильна эта группировка?

- По слухам ею руководит как раз глава гостиничного бизнеса, но никто пока не рискнул это доказать. Все, кто приближались к нему, погибали естественным образом. Полицейские, следователи прокуратуры, журналисты. Есть там специалисты, которые работают по этой тематике. Взрыв бытового газа, поскользнулся, сбила машина и никаких следов.

- А что власти?

- А власти их не трогают и не пошевелятся, если только не будет большого скандала и все это не выплывет наружу. Но господин, вы иностранец, и этих людей не будет интересовать насколько крута ваша корпорация. Они не потерпят ничьего вмешательства. Ходили слухи, что жизни лишились и несколько сотрудников ФБР и наркоконтроля США.

- Спасибо, это очень ценная информация и она заслуживает отдельной оплаты.

- Господин – Се Ми встала и поклонилась – это часть моей работы. И возьмите в агентстве телохранителей для себя. Я знакома с миром этих людей, приходилось сталкиваться. Поэтому наличие рядом с Вами опытных сотрудников усложнит им возможность приблизиться к Вам.

- И я доложу о содержании дополнительных видео господину Ин, таковы мои инструкции. Наше агентство сейчас обеспечивает безопасность не только девушки, но и всей вашей семьи. У нас работают только бывшие спецназовцы и сотрудники СВАТ, профессионалы высокого класса.

- Хорошо, спасибо за предупреждение, и за предложение, я учту его. И незамедлительно свяжусь с господином Ин. Таня, проводи гостью и покажи ей дом.

Когда девушка и Се Ми уже отходили от беседки, Таня услышала, как отец с кем-то разговаривал по телефону на русском. Они отнесли вещи Се Ми в ее комнату, потом прошлись по всему дому, при этом женщина внимательно осматривала все окна, открывала их и выглядывала на улицу.

Потом спустились в спортзал, она там осмотрела небольшие подвальные окошки, при этом вела какие-то записи в своем блокноте. Поднялись в гараж, она осмотрела гаражные ворота, стопоры, замки, потом машину.

- Очень хорошо, что машина стоит не на улице. Но тут необходимо будет поставить камеру и дежурное освещение. Я сама этим займусь.

- Се Ми, давай, когда никого нет, обращаться друг к другу на ты. Мне как-то неудобно и не по себе.

- Хорошо, принято. Ты не против, если я и в доме поставлю камеры? Если твой отец разрешит. Это одна из сторон моей работы. Их никто не увидит. Запись будет вестись в режиме онлайн на мой компьютер, я все их выведу на него. Пароль будет только у меня, тебя и твоего отца. Так надо.

- А мы сейчас отца и спросим.

Алексей уже закончил все телефонные разговоры и вошел в дом. Выслушав предложение Се Ми, он попросил ее написать ему список всего необходимого, марки камер, какая понадобится аппаратура, сколько нужно кабелей, какие инструменты.

Всем этим Се Ми планирует заняться, когда супруги Но не будут присутствовать в доме. Так как камеры нужно будет не только установить и подключить, но и замаскировать.

Когда Се Ми ушла, Таня спросила отца, кому он звонил. Алексей не стал от нее ничего скрывать. Он звонил брату и попросил у него помощи. Не как отец дочери, а как вице-президент одной из крупнейших российских корпораций, выплачивающих весомые отчисления в государственный бюджет. Старший брат поговорит с кем нужно и с кое-какими частными лицами то же.

Кроме того, отец Алексея, с которым он тоже переговорил, поставил в известность о возможных трудностях Президента Корпорации. Разница во времени давала возможность позвонить сейчас. Тот тоже обратится в соответствующие службы.

И на завтра у Алексея как раз назначена встреча с господином Шином. Тот собирался познакомить Алексея с министром промышленности страны, молодым и перспективным политиком, быстро набиравшим вес в стране, которого он пригласил на ланч. Возможно будет и премьер-министр.

Министр хотел лично познакомиться с Алексеем. И хотя политика страны подвергалась давлению из-за океана, многие видели всю пагубность сложившегося положения. Поставки российской продукции давали сотни тысяч рабочих мест, экономию денежных средств и стабильный рост промышленного производства.

Уже за полночь Алексею внезапно позвонил глава адвокатской конторы «Ларин». Видимо только сейчас прочитал отосланное ему ранее СМС. Господин Лю был предельно краток. Завтра, начиная от дома Алексея, за машиной Та Ны будет следовать машина конторы с двумя адвокатами.

И свой пост они оставят только после возвращения Та Ны из школы. И господин Лю посоветовал на время, пока все не прояснится, что бы дочь находилась дома. Задержать ее могут в любой момент, обвинив в банальной краже из магазина.

И посоветовал организовать круглосуточное видеонаблюдение не только внутри дома, но установить камеры и по ту сторону забора, а также у ворот и калитки.

Утром на пробежку решили не идти, и после завтрака синий БМВ, за рулем которого находилась уже Се Ми, покинул усадьбу.

Как только он выехал из ворот, с той стороны улицы моргнули фарами из черного внедорожника, который сразу тронулся и пристроился следом за БМВ.

Глава десятая. Попытка захвата.

Машины аккуратно влились в поток транспорта, спешащий в центр через мост на большой реке, делившей город на две почти равные части. С сегодняшнего дня Таня уже должна была сидеть на заднем сидении, таково было требование инструкции по безопасности. А после возвращения из школы Се Ми планировала отогнать машину в свое охранное агентство «Сириус» для тонировки стекол.

Внезапно заговорила рация – «Сириус-34 вызывает Сириус -31». Кан Се Ми взяла в руку рацию и ответила абоненту. Собеседник сообщил, что у школы припаркован черный микроавтобус с номерами одного из полицейских участков Центрального района, возле него стоят и курят четверо детективов в штатском из отдела уголовных преступлений, и всматриваются в каждую подъезжающую к воротам школы машину.

Поэтому план меняется, машины паркуются в другом месте, там, где стоит сотрудник «Сириуса». И оттуда Таня пешком идет в школу в сопровождении адвоката и еще одного сотрудника охранного агентства.

«Значит начальник районного управления полиции решил пустить встречный пал, чтобы потушить пожар, вызванный публикациями видео в социальных сетях» - подумала Таня. Значит не понял, или уже просто привык прикрывать проделки дочери.

Адвокат сразу сказал, что в любом случае необходимо идти вперед, пока не пересечем линию ворот.

- Мы должны обязательно оказаться на территории школы.

Кан Се Ми пошла впереди, рядом с нею сотрудник ее агентства, потом Таня, адвокат и водитель адвокатской конторы. Полицейские увидели Таню, когда она уже вошла во двор школы. Одновременно с крыльца спустился директор, видимо предупрежденный адвокатом, и быстро направился к воротам.

Полицейские подбежали и преградили Тане путь, от них пахло дешевыми сигаретами, один из них демонстративно крутил в руке наручники.

- Ты Кор Та На? Поедешь с нами – грубо сказал старший и протянул руку, чтобы взять Таню за локоть. Се Ми мгновенно отбила его руку, потянула Таню на себя, и встав у нее за спиной, прижала ее за талию к себе, прошептав в ухо – «все под контролем, госпожа, не дайте себя спровоцировать»

За происходящим внимательно наблюдал вышедший из своей будки школьный охранник, и остановившиеся школьники. Детектив попытался наехать на Кан Се Ми, а его коллеги обступили девушек со всех сторон.

- Ты кто такая, сейчас арестуем за сопротивление полиции при задержании преступницы, впредь будешь знать, как вмешиваться!

- Я что-то не припомню, когда это вы представились, и не заметила, что бы вы предъявили свои документы и ордер на арест моей подопечной – немедленно ответила Се Ми твердым голосом. Полицейские с пренебрежительным видом достали свои бейджики - удостоверения, и помахали ими в воздухе.

- А где ордер на арест? – повторила вопрос Се Ми – я сотрудник охранного агентства «Сириус», выполняю свои обязанности по охране и сопровождению госпожи Кор Та Ны.

Полицейские переглянулись, после чего старший продолжил нахраписто наседать.

- Какой ордер, мы проводим задержание преступницы, ордер будет потом, убери от нее руки или пойдешь с ней прицепом как соучастница.

- Что здесь происходит? Почему полиция оказалась на территории школы без предварительного предупреждения? Почему я не получил информации от Управления Образования столицы? У нас в стране поменялись Законы? Какое преступление совершено на территории школы, которое расследует полиция? Я директор элитной старшей школы «Маре Инджени», принадлежащей корпорации «Шин», на территории которой вы находитесь, немедленно представьтесь – вступила в бой тяжелая артиллерия в лице директора школы.

На лицах детективов появилась некоторая растерянность. Видимо встретить такое организованное и быстрое сопротивление они не ожидали, поэтому старший группы поклонился директору и представился с указанием полного имени и должности. Начальник отдела уголовных преступлений такого-то полицейского участка.

- Господин директор, позвольте я задам вопрос господину старшему детективу - вперед выступил скромно стоявший до этого сзади адвокат.

- Господин детектив, я адвокат фирмы «Ларин», которая обслуживает и защищает интересы семьи Корнилов. Ответьте пожалуйста, что делают детективы Центрального района вне зоны своей юрисдикции на территории Восточного района. Полицейское управление этого района ничего не знает о вашем визите в находящуюся на его территории высшую школу.

- Второй вопрос – продолжил лощеный адвокат с золотым адвокатским значком в лацкане дорогого пиджака – почему вы совершаете задержание несовершеннолетней на территории школьного учреждения без предварительного согласия ее родителей и согласования с Управлением Образования хотя бы района, я не говорю уже о том, что вы должны были о предстоящем задержании уведомить столичное управление.

- Третий вопрос – остановив пытавшегося возразить детектива, продолжил адвокат – на каком основании ваш сотрудник только что на моих глазах и под камеру угрожал моей клиентке наручниками? Вы что, не знаете, что по Закону вы имеете право на применение специальных средств против несовершеннолетних только в момент совершения ими преступления и при условии оказания ими сопротивления? Совершеннолетие в нашей Республике наступает с 21 года, вы об этом тоже не знали?

- И самый главный вопрос – не давая детективам открыть рта продолжил наседать адвокат – какое преступление совершила моя клиентка, где и в какое время? Если вы сейчас же не ответите на мои последние вопросы, то я немедленно инициирую запрос Генеральному прокурору республики о неправомерности ваших действий. Всего выше перечисленного вполне хватит, что бы вы лишились не только своих званий, но и работы.

Такого оборота противная сторона явно не ожидала. Скорее всего дали команду просто привести девчонку в отделение, попрессовать, запугать ее родителей, да и ее саму припугнуть. Но тогда тот, кто отдал им такой приказ, просто зарвавшийся дурак.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Хотя бы собрали информацию, из какой Таня семьи. Тут одно только её присутствие в элитной школе говорит само за себя. Но и детективы хороши. Все перечисленное директором и адвокатом они должны были знать на зубок. Значит не первый раз нарушают Законы.

Адвокат повторил вопрос. Тогда старший детектив заявил, что вчера вечером было совершено ограбление магазина, указал его адрес, и что видеокамеры зафиксировали преступницу, в которой опознали присутствующую здесь Кан Та Ну.

Каким образом опознали и откуда у них взялось фото только что приехавшей в страну Тани, он скромно промолчал, они сляпали версию на коленке, даже не удосужившись проработать детали. Настолько уже коррумпировались и потеряли нюх и страх.

Несмотря на прозвучавшую явную чушь, адвокат невозмутимо повторил вопрос. Детектив попробовал возразить, что не обязан отвечать, но адвокат напомнил ему, что производится задержание несовершеннолетней в присутствии ее адвоката.

- Господин детектив – подала голос до сих пор молчавшая Кан Се Ми – я могу уверенно доказать, что в указанное Вами время госпожа Кор находилась дома, вместе со мной. И в подтверждение этого могу предоставить завись с видеорегистратора автомашины. Мы были в гараже и обсуждали вопросы установления технических средств наблюдения.

Когда после этого детектив наконец назвал сумму похищенного, стоявшая спокойно до этого и молчавшая Таня, вдруг громко рассмеялась. Теперь уже все смотрели на нее. Отсмеявшись, она достала из кармана небольшой картхолдер и пригласила одного из детективов заглянуть внутрь

- Господин, вы назвали сумму похищенного в шестьсот пятьдесят тысяч? То есть шестьсот пятьдесят долларов? Прошу Вас, выберите любую банковскую карточку из вот этих четырёх – Таня открыла картхолдер и протянула его самому молодому из детективов.

Он думал недолго, указал пальцем на зеленую банковскую карточку. Таня даже внутренне обрадовалась, так как знала точную сумму, которую дед положил ей на эту карточку. Она попросила разрешения достать телефон, открыла свой банковский счет.

- Господин, не подумайте, что я перед Вами хвастаюсь. То, что Вы сейчас увидите, в школе никому неизвестно. Как Вы думаете, сколько таких магазинов я могла бы купить на одну эту карточку?

Таня видела, как посерьезнел взгляд детектива, потом он посмотрел на своего старшего и укоризненно покачал головой. Тот подскочил, но когда увидел сумму на счете Тани, аж с лица спал. Дед положил внучке на спец- счёт перед ее отъездом пять миллионов долларов.

Вокруг стоявшей группы уже скопилась большая толпа школьников, шедших в школу на занятия, среди ребят виднелись и преподаватели.

Старший детектив повернулся к своим и приказал уходить.

- Стоять на месте – внезапно раздался громкий голос, и в ворота школы стремительно вошел высокий седовласый господин в полицейском мундире в сопровождении нескольких полицейских и гражданских чинов.

Кан Се Ми отпустила Таню, поклонилась пришедшим и шепнула

- Это начальник столичного полицейского управления, глава нашего агентства господин Ин и помощник Генерального прокурора республики.

Лица детективов стали похожими на физиономии школьников, которых директор поймал с поличным за углом школы с сигаретами в зубах и бутылкой спиртного в руках.

- Кто отдал вам этот приказ, отвечайте немедленно! – полицейский генерал навис своим ростом над съежившимися детективами.

- Я присоединяюсь к вопросу господина Главного Комиссара, тем более Генеральный прокурор уже в курсе происходящего – скучным тоном произнес мужчина в золотых очках, которого Се Ми назвала помощником Генпрокурора.

Старший детектив вытянулся и громким голосом ответил, что приказ он получил лично от начальника полицейского Управления Центрального района, после посещения последнего Главным прокурором района. Они оба присутствовали в кабинете, когда детектив получал приказ немедленно сфабриковать дело и припугнуть указанную школьницу.

- Сейчас вы поедете с начальником управления криминальной полиции в офис Главного комиссара, и все напишете объяснительные, все до единого. У меня наверно нет забот, раз премьер-министр звонит и лично требует поставить это дело на контроль?

- Ну а вы, молодые люди, можете следовать дальше, я думаю никто больше не посмеет устраивать подобные балаганы, а с теми, кто инициировал это, мы разберемся – это Главный комиссар уже сказал, обратившись к Тане и ее спутникам. Преподаватели стали уводить школьников в здание, и Таня подметила, что ни одного лица вчерашних хулиганок она среди них не увидела. Ну раз вы так, значит и мы по-другому.

Директор пригласил комиссара и помощника прокурора к себе выпить чашечку кофе. Видно было, что они все знакомы с давних пор, потому что пошли к школьному крыльцу, что-то обсуждая. Таня с Се Ми попрощались с адвокатом и догнали директора у самого крыльца.

- Господин Директор, могу ли я зайти в Ваш кабинет вместе с Вами. Мне есть что показать Вашим гостям.

Начальник столичного полицейского управления с интересом посмотрел на Таню, потом, засмеявшись, спросил:

- Госпожа Кор, что у вас за семья такая, если из-за факта попытки Вас задержать мне звонил аж сам премьер – министр.

- Господин генерал, у нас обыкновенная нормальная семья, я и мой отец. Мама погибла, когда мне было еще два года. Отец тоже считался погибшим семь лет, после чего с нуля начал свой путь в бизнесе. Важна не наша семья, а то, чем занимается мой отец.

- Я не генерал – улыбнулся чиновник, но видимо всё-таки ему немного было приятно, когда Таня так к нему обратилась – пойдемте, юная леди, мы Вас выслушаем. Мне самому кое-что любопытно после просмотра нашумевшего видео. А Ваша амазонка пусть возвращается в машину. Думаю, что уже вряд ли что случится.

- Ну должность Ваша совсем как генеральская – подсластила Таня и продолжила говорить по пути к кабинету.

- Я хотела вам сказать, что не была заинтересована в продолжении того инцидента. К публикации видео в сети я не имею никакого отношения, сама узнала об этом после звонка одноклассника.

- Я думала переговорить с господином прокурором, ведь именно его дочь была главой хулиганской группировки, и именно его именем запугивали не только самих детей. Оказывается, и некоторым родителям популярно объясняли, какое место занимают они, а какое Главный Прокурор Центрального района столицы.

- Давать ход всему я не хотела, но они сами сегодняшними действиями вынуждают меня передать Вам материалы по буллингу в школе. Мне не хотелось подводить директора, и саму школу. И сейчас то же нет такого желания. Видео, которые я принесла, не мои. Они сняты другими школьниками.

- Я не знаю их имен. Но в любой момент эти видео могут взорвать интернет. Вы сами после просмотра поймете, сколько людей могут пострадать. Уже два человекам погибли. Служанка и в прошлом году школьник, бросившийся под поезд. Он будет на видео, также, как и причина смерти служанки, ложно обвиненной в краже драгоценностей.

В кабинете директора Таня подождала, пока они расселись на диванчиках у стола, потом достала из сумочки флешку.

- На этом носителе одиннадцать видео, на которых те же самые девушки занимаются вымогательством, избиениями школьников, при чем в двух эпизодах в издевательствах и вымогательствах вместе с ними участвуют взрослые мужчины с уголовными наколками.

- Присядьте, девушка, посмотрим вместе – произнёс помощник прокурора. Во время просмотра они не произнесли ни слова, только помощник прокурора достал сигарету, но не прикурил ее, просто задумчиво вертел в пальцах. После последнего эпизода они долго молчали.

Таня предложила мужчине не стесняться ее и закурить, если он так хочет. Но он отмахнулся, сказав, что курить бросил, а сигареты просто носит в кармане. Директор во время просмотра что-то записывал на бумаге.

Начальник полиции повернулся к директору, назвал его по имени, видимо знакомы они были давно, попросил написанный им список. Читал, качал головой, потом обратился к Тане

- Вы можете идти, Вы молодец, что не побоялись дать им отпор. Мы со своей стороны примем надлежащие меры, против всех, кто сегодня устроил эту провокацию. И со многими придется прощаться… и не только нам.

- Дело не только конкретно в Вас. Рано или поздно все это все равно выплыло бы наружу и ударило бы по престижу не только полиции и прокуратуры, но и правящей сейчас партии.

- А господина из гостиничной высотки мы сами попросим, что бы он перевел свою дочь в любое другое учебное заведение, это если не будет доказана ее прямая связь с криминалом. Фигуранты на видео с наколками известные личности, с ними пообщаются знающие люди. Еще раз благодарю Вас за оказанное содействие правоохранительным органам.

Таня вышла из кабинета директора в пустой коридор, достала телефон. СМСка от Се Ми: «Госпожа, Ваши занятия закончатся через четыре часа. Я уехала в агентство делать тонировку. На связи». Написала СМСку отцу, что перезвонит, как только он освободится и даст об этом знать.

Постучалась в дверь и вошла в класс. Ее встретили восторженные взгляды одноклассников, улыбка преподавателя географии и поднятый в приветствии кулак Су Хена.

- Та На, ну ты крутая, я стоял совсем рядом и все слышал. А эта красавица твоя телохранительница? Ух у нее взгляд как нож острый. Познакомишь меня с ней?

- Дурик – Таня ткнула его пальцем в лоб – она тебя на восемнадцать лет старше, в мамы годится.

- Серьезно? – парень улыбнулся – я бы так не сказал, ну в мамы, так в мамы. Твой отец знаком с Главным Комиссаром?

- Нет, Комиссара сюда вызвал премьер-министр.

- Умеешь ты обзываться.

- Где и в каком месте?

- Только что дуриком назвала, потом еще и свысока посмотрела. Конечно премьер главнее Комиссара, а твой папа приказывает премьеру?

- Та На, Су Хен, прекратите болтать, если вы не заметили, то уже урок начался.

Глава одиннадцатая. Разборки с наркокартелем.

Дома говорить много не пришлось. Все основное Алексею уже рассказала Се Ми по телефону. То, что прокуратура и Главный комиссар разберутся с зарвавшимися прокурором и полицейскими, он не сомневался. Как и в том, что однопартийцы жестко поставят на вид депутатам, чьи отпрыски фигурировали на видео.

Алексея больше всего волновал хозяин Высотной гостинцы на набережной реки. Переговорив со знающими людьми, он убедился, что ее обитатели не остановятся ни перед чем, если им будет поставлена такая задача.

Се Ми подтвердила его опасения, рассказав, что в нескольких подпольных спортивных залах в городе опытные инструктора готовят для группировки бойцов.

Это уже были не рядовые хулиганы, от которых можно было при умении отбиться кулаками. Там не брезговали ничем, даже многие другие криминальные сообщества старались не пересекать границы установленной группировкой территории.

У Алексея почему-то была уверенность, что с обитателями высотки столкнуться все-таки придется. Корпорация сейчас зондировала почву о возможности покупки в Республике завода ферросплавов.

В России было три своих крупнейших завода, но приобретение еще одного за границей давало базовую возможность развернуть производство нержавеющей стали ближе к рынку ее сбыта. Несколько лет назад на заводе случился пожар, и сейчас он находился в плачевном состоянии.

Владелец был готов его продать. Но выяснилось, что в последнее время вокруг завода кружат люди из группировки «Море». Завод был расположен на берегу морского залива и имел свой порт и оборудованные причальные линии.

Его цеха и порт группировке были нужны для другого. Уже сейчас она превратилась в одного из крупнейших поставщиков синтетических наркотиков в Азии. И имела связи в правительственных структурах и правоохранительных органах.

Местный наркоконтроль несколько раз устраивал облавы на группировку, дважды захватывал корабли с нарколабораториями в море, но попадались только рядовые исполнители. И никто из них не дал показаний против верхушки банды.

Поэтому и сам Алексей, и Татьяна продолжали жить в режиме наличия внешней угрозы. В школе все было нормально, Таню больше никто не трогал, она вообще стала местным авторитетом. Особенно после того как защитила двух парней из выпускного класса, попавших в зависимость от местного мелкого криминала.

В тот раз юные гангстеры в татуировках заявились в саму школу, преодолев забор с тыльной стороны. Вскрики и глухие удары услышала не Таня, а чуткие уши Се Ми. Девушки спустились ко входу в подвал, где застали шестерых отморозков, избивавших двух молодых людей в школьной форме, требуя от них денег.

Таня оценила подготовку и владение приемами Се Ми, которая молча, после утвердительного Таниного кивка, бросилась в атаку. Как она потом сказала – сделала это за мгновение до первого шага Та Ны.

Се Ми то же по достоинству оценила умения ее подопечной. Гангстеришек передали вызванному директором полицейскому наряду. С того дня девушки увлеченно до самозабвения тренировались в подвале, и несмотря на большую разницу в возрасте, сдружились.

В один из дней в офис Алексея бросили две бутылки с горючей смесью. Потушить их удалось с трудом, никто не пострадал, но несколько человек сразу уволились. Потом избили двух менеджеров, после чего один из них скончался в больнице. Людям стали угрожать по телефону. Многие не смогли выдержать такой прессинг.

Рядом с Таней появился еще один молчаливый охранник, бывший офицер СВАТа. И он, и Се Ми носили оружие, правительственные структуры работали на пределе, но ничего не могли сделать с группировкой в законодательном поле.

В один из дней утром Таня обнаружила рядом с машиной еще одного охранника, светловолосого крепыша с жестким взглядом. Он представился по-русски:

– Николай, с этой минуты я несу ответственность за Вас перед Вашим отцом.

Языком страны он владел прекрасно.

Се Ми сопровождала теперь Таню до самого входа в школу. Николай поселился на втором этаже в самой крайней комнате. Как-то Таня увидела, что они с Се Ми о чем-то разговаривали, сидя на веранде второго этажа. А однажды, от чего-то проснувшись среди ночи и приоткрыв дверь в коридор, она увидела, как Николай тихо вышел из комнаты Се Ми. Отцу Таня ничего говорить не стала.

Ее амазонка теперь вдруг вспомнила, что существуют тушь для ресниц и губная помада. И все. Больше ничего не изменилось. Дочери Алексей сказал, что Николая прислали специально из России для особого случая.

Чего не сказал Алексей, так это того, что Николай прибыл в страну в составе команды ликвидаторов. Задачей которых было нейтрализовать группировку, заставить ее лидеров вступить в междоусобные войны с другими криминальными авторитетами.

В столице и провинциях наступила неопределенная напряженность. Мелкие конфликты между бандами потихоньку перерастали в нераскрытые убийства. Причем следы указывали то на одну, то на другую группировку.

Кульминацией стало нападение боевиков группировки «Море» на небольшой ресторанчик на одном из уютных островов, в котором собрались на совещание несколько крутых авторитетов.

На месте перестрелки, в которой были убиты все главари собравшихся там банд, обнаружили тела двух нападавших. У обоих на руках были морские татуировки. Главари «Моря» отрицали свою причастность, но в это уже почти никто не верил. Полицейские, которым платили все стороны, рыли землю, но пока не было никаких зацепок.

К приморскому кафе на одном из многочисленных островов в заливе, давно облюбованному руководством группировки «Море» для совместных посиделок, вела одна, утыканная камерами наблюдения, и охраняемая боевиками дорога. В самом ресторанчике находилось несколько десятков бандитов, от простых боевиков до отмороженных торпед.

Старый глава встречался с руководителями банд из провинций и японскими гостями. Речь шла о поставках товара на сотни миллионов долларов.

Те, кто пришел их убить, не воспользовались дорогой. Они прибывали на остров в разные дни, а сбор был назначен в одном из ангаров заброшенной японской базы гидросамолетов времен второй мировой войны.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Они вышли к ресторану из густого леса, спустившись со склона горы. Полиция на месте обнаружила только огромное количество стреляных гильз от немецких автоматов МП-5, кучу трупов, в том числе главы столичной гостиничной корпорации и начальника управления наркоконтроля провинции. Не выжил никто. Нападавшие как в воздухе растворились. Системы наблюдения оказались бессильны.

Одновременно с этим кто-то совершил нападения на подпольные бойцовские залы «Моря» и двух других группировок. Тут не убивали, но всех жестоко искалечили и избили. Нападавшие были азиатами без масок, между собой говорили на вьетнамском языке. После чего буквально растворились в воздухе.

Гостиничный комплекс был выставлен на аукцион, так как выяснилось, что правового основания для семьи предыдущего владельца на их владение не оказалось. Во как ловко все провернули. Группировка растворилась как будто ее и не было.

Все следы совершенных преступлений указывали на вьетнамский и тайский след, тем более у «Моря» до этого были столкновения интересов как с местными этническими группировками, так и с мафиозными кланами указанных стран, занимавшихся наркоторговлей.

А еще через месяц завод стал собственностью корпорации и новой головной болью для Алексея. Ремонт, переоборудование, набор персонала, бодание с местными зелеными и прочей кем-то оплачиваемой двуногой нечистью, полный комплект.

В один из дней Николай попрощался с Таней и Алексеем и уехал. В аэропорт его отвозила Се Ми на Таниной машине. Вечером Таня постучалась к ней в комнату. Та открыла не сразу, а когда Таня вошла, то отвернулась, что на нее было не похоже. Таня подошла к ней со спины и обняла обеими руками.

- Я все про вас знаю… с самого начала… просто ни тебе ни отцу не говорила – прошептала она и потерлась головой о спину Се Ми. Та повернула к ней свое заплаканное лицо и, хлюпая, уткнулась носом в плечо.

Вот это да, железная Се Ми умеет быть обыкновенной женщиной. В тот вечер Таня осталась у нее в комнате, и они спали на одной кровати, крепко прижавшись друг к дружке.

Алексей, не найдя утром дочь в комнате, и посмотрев по камерам, что из дома никто не выходил, тихонько приоткрыл дверь в комнату Се Ми. Обе спали как младенцы. Он тихонько закрыл дверь и спустился на кухню готовить завтрак.

О том, что у Николая были отношения с Се Ми, Алексей тоже знал, но они были люди взрослые, и на исполнение ими служебных обязанностей это никак не влияло. Поэтому он сделал вид что ничего не знает. Николай принадлежал к одной частной структуре, которую курировал друг старшего брата, и напомнил ему самого себя в молодости.

Потихоньку жизнь вернулась в обычное русло. Утром все трое вставали, и как большая семья бегали по набережной, привлекая всеобщее внимание. После чего завтракали, Се Ми отвозила Таню в школу, в течение дня выполняла некоторые поручения Алексея.

Поэтому в офисе фирмы ее уже хорошо знали. После занятий она забирала Таню из школы. Алексей увеличил ей жалование, и платил сверх того, что она получала у себя в агентстве по контракту.

Однажды на его телефоне высветился неизвестный российский номер. Он поднял трубку, на той стороне кто-то дышал и молчал.

- Долго молчать будем? Отключаюсь.

- Алексей Андреевич, это Николай, Вы помните меня? – раздался знакомый глухой голос – я выпросил Ваш номер у супруги генерала, Вы же знаете своего брата и представляете, чего мне это стоило.

- Коля, тебе дать номер Кан Се Ми? – сразу спросил Алексей. На той стороне трубки замолчали и только тяжело дышали.

- Николай, ты серьезно настроен? Она женщина особенная, другой расы, как ее воспримут твои родители? То, что ты позвонил и помнишь о ней, это хорошо. Но этого мало. Она не маленькая девочка, и судя по всему, у нее в жизни было много разочарований. Мне не хотелось бы, чтобы ты стал одним из них. Если не готов, то даже и не пробуй. Еще раз послушай свое сердце, и очень внимательно. Твой номер я сохраню в телефоне. О вас я знал. Когда решишься на прыжок, позвони. Поверь, я знаю, что такое разлука.

- Алексей Андреевич, я Вас понял. Спасибо что дали наставление, я все решу и тогда позвоню.

Таня однажды прокололась, когда после занятий в бассейне обмывалась в душе. Она не знала, что тату на ее плече увидела и тихо сняла на телефон одна из одноклассниц. Дома она обратилась к отцу, одному из судебных криминалистов окружной прокуратуры, но он описываемую ею татуировку не знал, так как к уголовному миру она не имела никакого отношения.

Поиск в поисковиках ничего не дал, были похожие, но именно такой она не нашла. Однажды за поиском ее застал приехавший в гости с женой старший брат, служивший в особом подразделении морской пехоты.

Заметив, что младшая сестра перелистывает страницы с тату в виде летучих мышей, и поинтересовавшись, зачем она это делает, он с удивлением узнал, что речь идет о тату на плече ее одноклассницы. Увиденный снимок его удивил еще больше.

Но вот что он знал точно – так это то, что у школьницы, даже из России, не может быть такого тату. Чтобы разрешить сомнения, он на следующий день, повез сестру в школу сам.

Она указала ему на светловолосую девушку в школьной форме, идущую в сопровождении брюнетки. Брат не стал откладывать, а просто встал на пути девушек, отправив сестру в класс.

- Кто ты и что тебе нужно от моей госпожи – брюнетка вышла чуть вперед и как бы прикрыла собой светловолосую голубоглазку. Понятно, кто перед ним. Он вежливо поклонился.

- Я старший брат вашей одноклассницы (и он назвал свое имя), я хотел бы задать Та Не только один вопрос. Она знает, что означает ее тату на левом плече?

- А Вы сами знаете? – задала встречный вопрос Та На. Он посмотрел на нее внимательно, потом сказал

- Я служу лейтенантом в «Отряде Джесон», Вы знаете о чем я говорю? Моя сестра тайно сделал фото Вашей тату. Я знаю, что оно обозначает, только не верится, что у школьницы хватит наглости нанести себе подобное.

- В России школу заканчивают в 17 лет, лейтенант. И я знаю, что такое «Отряд Джесон», созданный 2 мая 2016 года, я не ошиблась? – Таня смотрела на молодого человека, а в голове сидела мысль, как же она так легко прокололась. Думала, что все уже ушли из душевой, и не проверила как всегда, расслабилась.

- Лейтенант, я служила в этом подразделении с самого его основания под командованием полковника Ина, и сейчас работаю под его началом – вставила телохранительница. Брат поклонился Се Ми, получив в ответ ее почтительный поклон.

- Но как? – вопрос к Та Не прозвучал уже примирительным тоном, без первоначальной агрессии и напора.

- Лейтенант, мне не хотелось бы, что бы Ваша сестра что-то узнала. Скажите ей, что я дурачилась в лагере для скаутов. А цифры - это номер моей школы в России. И поэтому мне сейчас стыдно, и я стараюсь не раздеваться при одноклассницах. О настоящем значении символа прекрасно знает директор школы. Да, я два года служила в подразделении, о котором Вы подумали.

- Школа для меня — это как подготовительный курс для поступления в ваш Вуз. Я не делала из этого тайны, но и не афишировала. Просто мы с директором школы подумали, что это может привлечь ненужное внимание прессы к школе.

- Я Вас понял, спасибо. Теперь мне понятно, откуда такие навыки, увиденные мною на том ролике из интернета. Кстати мой командир то же сразу сказал, что эта девушка не в спортивных секциях обучалась.

- Но Вы же не станете делиться моим секретом с кем-нибудь еще? – спросила Таня.

- Нет, что Вы, и прошу меня простить за мою первоначальную наглость. Был очень рад с Вами познакомиться. Прощаюсь. И с Вами, коллега – он поклонился сначала Тане, потом Се Ми.

До входа в школу Таня молчала, потом сказала

– Я и не знала, что ты служила в морпехах. Отец сказал, что в спецназе ты работала по линии наркоконтроля.

- Нас привлекали как прикрытие для агентов. Но и я была в свое время очень удивлена, когда от твоего отца первый раз услышала о том, что ты служила в 45 полку. И потом увидела твою тату.

В классе к Та Не подошла одноклассница, младшая сестра молодого человека, встретившего Таню у ворот школы.

- Брат с тобой разговаривал?

- Да, мы с ним все обговорили, он узнал все что хотел, спросишь подробности у него дома. А вот ты сама не могла ко мне подойти и спросить? Я бы тебе все ответила.

- Но я немного испугалась, думала, что ты из какого-то международного мощного клана, вон как тебя столько взрослых защищало тогда, даже Главный Комиссар приехал, мой папа сказал, что ты не простая девочка.

- Я и не говорю, что я простая. И никогда не скрывала что принадлежу к богатой и влиятельной семье. Другой вопрос, что я не выставляю все это на всеобщее обозрение, как многие из молодых людей здесь, в вашей стране. Ну а то что ты увидела, это память о моей школе, мальчишки придумали, и многие девчонки по глупости то же себе такое набили. Ну не срезать же сейчас.

Девочка была не плохая, но немного наивная, и Таня была уверена, что она поверила в ее версию. И в то, что Тане очень стыдно за проявленную тогда слабость, поэтому пусть это будет их общая тайна. На том и порешили.

Глава двенадцатая. Ха Рин. Встреча.

В один из обычных школьных дней на большой перемене Таня зашла в туалет. Там как всегда было шумно, в углу стайка школьниц цеплялись к какой-то девчонке. Таня помыла руки, просушила их и уже собиралась уходить, как вдруг краем глаза увидела предмет, из-за которого разгорелся сыр-бор.

Школьницы передавали друг дружке какую-то фотографию, а девчонка пыталась ее перехватить, повторяя одно и то же: «Отдайте, это мое, она у меня одна, у меня другой такой нет!». Пожав плечами, Таня уже повернулась к выходу, как что-то ее кольнуло, зацепило что-то мельком увиденное на фотографии.

Она развернулась, подошла к девчонкам и решительно перехватила ее. Чуйка девушку не обманула. Школьницы загомонили: «Та На, мы же просто балуемся, она новенькая, мы же ничего такого не делаем».

Таня молча разглядывала фотографию. Снято давно, судя по пальмам у здания какой-то больницы с красным крестом, скорее всего в тропиках. На фото высокий улыбающийся европеец стоял в обнимку с девушкой, явно из Азии. Оба счастливо улыбались в объектив. И мужчина Тане показался очень знакомым.

Она подняла голову, посмотрела на девчонку и непроизвольно вздрогнула. Та смотрела на нее твердым взглядом злых серо-голубых глаз. Таня с удивлением поняла, что у школьницы были такие же глаза как у нее. «Отдай, это мое» - прошептала она уже осипшим голосом и протянула руку к фотографии.

«Ты что?! Это же Та На, не дергайся!!!» - зашикали на нее девчонки и продолжали стоять, наблюдая за странной реакцией Тани. Она же никогда не вмешивалась в подобные шутки, когда школьники просто дурачились. Чего же сейчас влезла? И почему у нее такое задумчивое выражение лица, тут явно что-то не так.

Таня повернула фотографию лицевой стороной к девчонке и постучала ноготком по изображению женщины.

- Это твоя мама? Да? – та в ответ только молча кивнула головой, не сводя глаз с фотографии в Таниной руке.

- А кто этот мужчина на снимке рядом с нею?

- Это ее американский папочка, который бросил их, когда она была маленькая – не выдержала одна из школьниц и засмеялась, а другие поддержали ее смех. Девчонка сжала губы от обиды.

- А тебя я не спрашиваю, надо будет спрошу, а сейчас заткнись и стой молча – внезапно угрожающим тоном резко сказала Та На, потом опять повернулась к девчонке. Школьницы почувствовали, что происходит что-то необычное, и примолкли, наблюдая за обеими.

- Я задала вопрос… и жду на него ответ. И если ты еще не поняла, то с моей стороны — это не простое любопытство – повернулась Таня к девчонке. У нее уже была смутная догадка, кто стоит перед нею, но она гнала ее прочь. Да не может такого быть, это было бы слишком хорошо.

- Да, это мой отец – прошептала та еле слышно – он погиб, когда я еще не родилась. Это все что у нас с мамой осталось, есть еще одна такая же фотография, но большая, она висит у нас дома.

Таня заметила на обратной стороне фото надпись.

«Моим молодым друзьям. Бангу. 17 июля 2007 года» И подпись – доктор Робертс. А ведь где-то она слышала это имя. Таня достала телефон, сделала снимок фотографии и отправила его отцу.

В туалете наступила тишина. До начала урока оставалось минут пять, но никто не расходился. Все смотрели на Таню, которая пыталась кому-то дозвониться. Между дозвонами она обратилась к девчонке.

- Твоя мама врач, она хирург?

- Откуда ты знаешь? Почему ты сделала снимок с моей фотографии? Кому ты звонишь? Кому ты отправила мое фото? – девчонка уже разозлилась по-настоящему, и никакого страха перед какой-то грозной Та Ной не испытывала. Отец несколько раз сбрасывал звонок. Ну, как всегда. Тогда Таня набрала номер его секретарши.

- Госпожа О? Это Та На, дочь Вашего начальника. Я не могу до него дозвониться.

- У него сейчас совещание с подрядчиками, которые занимаются модернизацией завода, и приехали представители из Москвы. Что-то случилось?

- Зайдите в кабинет, попросите извинения, и скажите, что его дочь требует, чтобы он немедленно посмотрел на присланное ему фото. Если люди на фото ему незнакомы, тогда пусть продолжает совещаться.

Девчонка удивленно приподняла брови. Получается эта Та На кого-то узнала на ее фотографии? Звонок от отца раздался через несколько мгновений.

- Откуда у тебя это фото? Откуда?

- Так значит я не ошиблась? Там сзади еще написано, что это подарок от доктора Робертса.

- Да, да, и еще раз да, где ты ее взяла, у кого?

- Хозяйка фотографии стоит передо мною – Таня посмотрела на девчонку, внимательно вслушивавшуюся в ее слова. Хотя разговор с отцом Таня вела на русском, вызвав удивленные выражения лиц у школьниц, впервые слышащих, как она говорит на своем родном языке.

В туалете к этому моменту народу заметно прибавилось. Все, кто забегал перед уроком, став свидетелями непонятного разговора, ждали его окончания.

- Что ты говоришь? Юн Ха у тебя в школе?

- Так это она на фото? А она красивая, папа, я всегда знала, что у тебя великолепный вкус.

- Ты мне зубы не заговаривай. Кто перед тобой?

- Я думаю, передо мной твоя младшая дочь – и тут Таня увидела, как глаза девчонки расширились от удивления.

– Пап, погоди-ка, похоже она понимает, о чем мы с тобой говорим. Как тебя зовут, отвечай, я уже поняла, что ты знаешь русский язык.

- Пак Ха Рин

- Ты услышал ее?

- Да, услышал, я немедленно выезжаю. И посмотри, есть ли у нее за левым ухом родинка. У нас в роду у всех, и у меня, и у отца, и у тебя она есть. Я уже бегу – отец тяжело дышал в трубку. Затем отключился.

Таня повернулась к девчонке, внимательно ее рассматривая, и тогда увидела то, что не сразу бросилось ей в глаза. Она отличалась от всех стоящих рядом школьниц. Чувствовалось наличие смешанной крови.

Пак Ха Рин

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- А ну-ка улыбнись, даже если тебе и не хочется, я тебе сейчас все объясню – девчонка скривилась в улыбке, и на ее щеках обозначились знакомые ямочки. Таня сделала к ней шаг, другой, Ха Рин отступала назад, пока не уперлась спиной в грудь одной из стоявших позади школьниц.

- Мне надо проверить, есть ли у тебя за левым ухом родинка – требовательно произнесла Таня, и девчонка машинально схватилась за левое ухо.

- Откуда ты знаешь? – она уже чуть не плакала. Все тоже не понимали, почему Та На так докапывается к новенькой. Ведь они разговаривали на русском языке.

- Да потому, звезда моя, что ты, похоже, моя младшая кровная сестра, а человек на фото мой и твой отец, который уже едет сюда.

Глаза девчонки расширились, из нее как будто выпустили воздух, она смотрела на Таню недоверчиво. Прозвенел звонок, но никто не собирался уходить. Все ждали, что будет дальше.

Таня притянула Ха Рин к себе, обняла ее за поникшие плечи и прошептала:

- Мы с отцом ищем твою маму вот уже одиннадцать лет, как только отца вернули к жизни, а нашли тебя. Мама где?

- Она на дежурстве в Американской больнице доктора Робертса – прошептала по-русски потрясенная и еще не верящая в случившееся девочка.

- Ты давно говоришь на русском?

- Давно, с самого детства. Мама сказала, что мы будем учить язык отца в память о нем.

- Та На! Да что тут происходит, почему все стоят и не расходятся по классам, уже давно прозвенел звонок – внезапно раздался из коридора голос директора. Таня повернулась к нему, поклонилась, потом ответила:

- Господин директор, дело в том, что эта девушка - моя давно утерянная сестра. Сейчас сюда приедет мой отец и он Вам все объяснит. Для всех говорю один раз, что Ха Рин - моя младшая единокровная сестра. Любой, кто попытается причинить ей какой-либо вред, будет иметь дело со мной.

Вокруг все замолчали. В наступившей тишине раздался голос директора школы:

- Всем ученикам немедленно разойтись по классам, я сам со всем разберусь, быстро по классам.

Школьники начали расходиться, обсуждая только что услышанное. В коридоре у входа в туалет остались Таня, Ха Рин и директор. Таня обняла сестру сзади, и не обращая внимания на стоявшего напротив директора, потерлась щекой об ее ухо.

Та всхлипнула, подняла руки и положила их поверх Таниных ладоней. «Похоже начинает верить» – подумала Таня и упёрла свой подбородок в макушку сестры, та откинулась всем телом назад и прижалась к Тане. Директор стоял напротив, и на его лице светилась теплая улыбка.

- Господин директор, чему вы так улыбаетесь? – не выдержала Таня.

- Та На, вот я смотрю на вас обеих и не перестаю удивляться Матери Природе. Ну как вот так получилось? Вы же обе принадлежите к разным человеческим расам, но я сейчас смотрю на вас и вижу насколько вы похожи. Потом сами посмотрите на себя в зеркало, вот подойдите к нему, встаньте рядышком и посмотрите. Да родные сестры иногда так не похожи как вы. Как девочку то звать?

- Меня зовут Пак Ха Рин, господин директор, я вторую неделю учусь в школе, мы с мамой переехали с севера.

- А, помню, по поводу тебя ко мне приходил Главный врач Американской Христианской больницы доктор Робертс. Еще до того, как ты пришла в школу.

- У Вас прекрасная память, господин директор, я не льщу Вам. Столько детей учится в школе, а Вы помните практически каждого – Таня действительно не льстила Директору, эта его способность заслуживала уважения.

К зеркалу они подойти не успели, так как в конце коридора показался быстро идущий Алексей. За ним, еле успевая, таким же шагом неслась Се Ми.

- А вот и отец ваш идет – с удовлетворением сказал директор. Алексей поприветствовал его коротким поклоном и пройдя мимо, остановился перед обеими дочерями. Он жадно вглядывался в лицо Ха Рин, находя в нем черты Юн Хи, потом увидел свой нос и свои глаза.

Таня взяла Ха Рин за талию и подвинула ее вперед к Алексею. Девочка стояла перед ним, держа руки по швам, и не отрывая своих почти голубых глаз от его лица. Они постепенно наполнялись слезами, вот одна из них скатилась по щеке, вот следом за ней другая…

Алексей не выдержал, присел, обхватил дочь руками под коленками и подкинул вверх. Ха Рин вскрикнула, отец поймал ее, прижал к себе, она уперлась обеими руками в его плечи, по щекам вовсю текли слезы, но она уже улыбалась. Шмыгала носом, но улыбалась.

- Пап, поставь ее на место, ну она же не маленькая, ну пап – и Таня кинулась поправлять задравшуюся на попе сестры юбку. Директор демонстративно прикрыл ладонью глаза и с улыбкой отвернулся.

- Я тебя на руках не носил, и ее никогда не носил, теперь буду наверстывать. Ха Рин, я не знаю, может твоя мама замужем или еще что, но с этого момента и до конца моих дней ты моя дочь, поняла? – та быстро кивнула головой, вытерла тыльной стороной ладошки слезы, и, наверное, впервые тихо произнесла это слово:

- Папа, поставь меня на пол, тебе же тяжело, я уже большая. Мама никогда не выходила замуж, мы всегда жили вдвоем. Дай я на тебя посмотрю.

Алексей поставил дочь на пол, взял ее руки в свои, и они долго смотрели друг другу в глаза. Директор кашлянул.

- Господин Корнилов, я думаю, девочкам сегодня уже не нужно идти на занятия. Та На, сходи забери вещи, свои и Ха Рин. Скажи учителям, что я отпустил вас обеих с уроков.

Директор поклонился Алексею, тот вместе с девушками поклонился в ответ, и директор, покачивая головой, пошел по коридору в сторону своего кабинета. Таня побежала в свой класс. Ха Рин повернулась к Алексею

- Папа, как же так все получилось? Мама мне говорила, что у Алекса была дочь, и мы иногда вспоминали, как она там одна. А она была не одна.

- Доча, я вас искал 11 лет. Мы с твоей мамой полюбили друг друга. Но я не знал ни ее фамилии, ни даты рождения. Она все смеялась – это будет для тебя сюрприз. Вот и получился сюрприз. Давай я все расскажу, когда мы приедем к маме. Как только я открыл в телефоне фотографию, у меня все внутри как будто бы взорвалось. Ты себе не представляешь, как я ее искал. Я же не знал о твоем существовании. И мне было все равно, вышла ли она замуж, есть ли у нее дети, я хотел только еще раз ее увидеть.

- Мама всегда в день твоей гибели ставила фотографию на стол и выпивала немного русской водки, она всегда ее держала в холодильнике. И открывала бутылку только один раз в году.

- Ха Рин, я тебе еще вот что скажу, у меня даже могила была, куда Таня и мои близкие носили цветы, и памятная доска на военной базе, где я служил. Видишь, как в жизни все бывает. Но теперь я вас никуда не отпущу от себя, и не надейтесь.

Ха Рин прижалась к отцу, улыбнулась:

- Ты прям как мама. Она, когда тебя вспоминала, то всегда говорила, что, если бы вдруг ты сейчас появился перед нею, она схватила бы тебя и никуда не отпустила, сказала бы – да мне плевать, что там и как, ты теперь навсегда останешься со мной.

Алексей поднял голову. Напротив них стояла Се Ми. По ее лицу невозможно было определить, о чем она думает. Она смотрела на обоих внимательным взглядом и просто молчала.

- Ха Рин, это Кан Се Ми, она живет с нами и охраняет Таню, теперь будет охранять и тебя. Се Ми, ты ведь не откажешься? А с полковником я все решу.

- Господин Алекс, я буду только рада – Се Ми поклонилась - У меня тоже не было отца, он был водителем и погиб в аварии до моего рождения, а мама умерла от онкологии, когда мне было восемь лет. Я выросла в приюте при монастыре Святой Магдалены. Я живу у вас почти полгода и иногда даже забываю, что я у Вас служу.

- Се Ми, сходи подгони машину ко входу, моему водителю скажи, что он на сегодня свободен.

Таня постучалась в дверь и вошла в класс. Одноклассники, не обращая внимания на учительницу, вскочили с мест и завалили ее вопросами. Все горели желанием узнать, как так получилось, что у русской Та Ны есть родная сестра из их страны.

- Госпожа Мин, директор отпустил нас сегодня с занятий, отец уже здесь, я заберу свои вещи. Для всех – расскажу все завтра, хорошо? Но у меня и Ха Рин один отец. Я вам никогда не говорила, так как не было в этом необходимости, но моя мама погибла через полтора года после моего рождения. Я все расскажу, все завтра, а сейчас мне нужно бежать.

Пока Таня говорила, Су Хен быстро собрал ее тетради и книги в рюкзак, встал и сам принес его девушке.

- Я рад за тебя – шепнул он, передавая Тане рюкзак. Она поблагодарила его, повернулась к учительнице, поклонилась и побежала в соседний класс.

Там тоже пришлось отвечать на вопросы взволнованных одноклассников и даже строгая госпожа Чин поинтересовалась, как так получилось. Таня сказала то же самое, причем добавила, что Ха Рин сама завтра все им расскажет, просто сейчас они спешат на встречу с ее мамой.

Алексей и Ха Рин в ожидании Тани стояли у машины. Ха Рин так и не выпустила руку отца из своей ладошки, до сих пор не веря в то, что стоящий рядом элегантный высокий мужчина - ее отец. Самый-самый-самый настоящий.

Когда Таня подбежала к ним, Се Ми заранее нажала кнопку открытия багажника, отец взял у нее оба рюкзачка.

- Таня, садись вперед, а я с Ха Рин - сзади.

Когда все сели в машину, Се Ми повернулась назад и спросила:

- Куда ехать? Ха Рин, назови адрес, я введу его в навигатор.

Машина мягко тронулась и, набирая скорость, двинулась в сторону пригорода через мост.

Глава тринадцатая. Юн Ха.

Больница Американской Христианской миссии находилась в одном из пригородов. Еще совсем недавно это был небольшой красивый и уютный городок, год назад ставший одним из районов столицы.

Машина плавно въехала на стоянку перед больницей, оказавшейся большим суперсовременным медицинским центром. Над входом в центральное здание возвышалась стилизованная под колокольню стела с большим черным крестом на фасаде.

Все четверо вышли из машины и быстро пошли к центральному входу, но Ха Рин вдруг побежала вперед, смешно забрасывая ноги в стороны. Таня дёрнулась было за ней, но Алексей остановил ее за плечо

- Мы с ней еще в школе решили, что она вызовет маму на рецепшен, и пока ничего ей не говорит, а то мало ли что случится.

Когда они вошли в просторный холл больницы, Ха Рин уже стояла вдали у стойки рецепшена, что-то объясняя дежурной медсестре. Та кивнула головой, посмотрела в компьютер, и подняла трубку телефона.

Ха Рин подбежала к Алексею

- У мамы сегодня нет операций, у нее только обход и амбулаторный прием после обеда, ее уже вызвали, она сейчас спустится, я побежала ей встречу.

Алексей стоял у стены, и чувствовал, что его сердце вот-вот готово выскочить из груди… Столько лет прошло… Как она сейчас выглядит… Но потом сам на себя выругался. Да какая разница как она сейчас выглядит, он настолько хотел ее увидеть, что на остальное ему было наплевать.

Из лифта вышла женщина в медицинской голубой униформе с папкой в руках, подошла к рецепшену. Алексей дернулся, за ним Таня, но нет, это не она, эта совсем молодая, и даже отсюда было видно, что не похожа.

- Папа, не пугай меня, там же Ха Рин. Смотрим на нее, а то ты сейчас будешь подпрыгивать при виде каждой женщины в медицинском халате. Вон их сколько тут туда-сюда носится.

На первом этаже прямо в холле слева и справа располагались пункты приема больных. При больнице была большая станция скорой помощи и большое травматологическое отделение. Поэтому входная дверь практически не закрывалась, санитары и медицинские работники больницы ввозили на носилках пострадавших, их быстро осматривали врачи.

Кого-то сразу поднимали на верхние этажи, а у кого состояние было получше, укладывали на стоявшие блоками вдоль стен кровати, отделенные от основного холла шторками.

В самом холле стояло несколько рядов кресел, на которых сидели люди, ожидавшие приема к врачу.

Он так и не заметил, откуда она вышла, только Таня толкнула его локтем в бок.

- Папа, а вот это не она? Смотри, Ха Рин к ней побежала.

Алексей рванул вперед, Таня и Се Ми еле поспевали за ним. Он как раз успел приблизиться, чтобы услышать слова Ха Рин: «Мам, ну почему ты мне не веришь? Я же правду говорю, нас наш папа нашел, ну вот он, посмотри сама» - и она показала рукой на подходивших Алексея и Таню.

Женщина подняла руку, собираясь что-то возразить дочери. Таня сразу увидела, что это она, это точно Юн Ха. Она почти не изменилась, только некоторые черты лица стали строже, прическа иная, чем на снимке, но это была точно она, самая любимая папина женщина с той фотографии.

- Юн Ха! – Алексей не выдержал. Женщина резко повернулась к нему, застыла и… Бумаги выпали из ее рук и осенними листьями разлетелись по коридору, глаза закрылись, она запрокинула назад голову и рухнула как подкошенная. Бросившийся вперед Алексей успел подхватить ее обмякшее тело у самого пола, рывком поднял на руки. Выскочившая из-за стойки медсестра крикнула:

- Доктора, немедленно доктора к рецепшену, госпоже Пак плохо – и побежала вперед, показывая Алексею, куда нести упавшую в обморок женщину. Рядом бежала встревоженная Ха Рин и причитала: «Мамочка, мамочка, да что с тобой, открой глаза, мама!!!». Голова женщины все время норовила откинуться назад, но Алексей выставил локоть, удерживая ее.

Бежавшая впереди Се Ми быстро отодвинула штору у ближайшей кровати, и Алексей осторожно положил на нее свою драгоценную ношу, поправил ей голову на подушке. Подбежал дежурный врач, быстро проверил ей зрачки ручкой с фонариком.

- Это обыкновенный обморок, пусть немного полежит. Если нужно поставим капельницу, но пока подождем.

- Что тут происходит, я только что услышал, что госпоже Пак плохо, где она – раздался в холле начальственный голос. К группе людей у кровати быстро подошёл важный европеец в медицинском белом халате, сопровождаемый несколькими врачами и медсестрами.

- Дежурная сестра, кто все эти люди рядом с госпожой Пак? – требовательно спросил он у кланяющейся ему медсестры с рецепшена. Алексей повернул голову и внимательно посмотрел на говорившего.

- Док, а ты почти не изменился за все эти годы. Только седины добавилось, да вон какой важный стал. Но если ты мне нальешь сегодня виски, то я точно не откажусь – произнес Алексей, поднялся и встал перед Робертсом, а это был именно он. Тот недоверчиво всматривался в лицо Алексея, потом вдруг схватил его за плечи.

- Алекс, ты тот лейтенант? Так ты жив? Да ко всем чертям собачьим, да я не только тебе налью, да я сам напьюсь. Но сначала мне все расскажешь - загремел голос Робертса.

- А можно и мне? – раздался тихий голос с кровати. Алексей мгновенно обернулся, упал на колени, схватил руку Юн Хи и прижал ее ладонь к своей щеке.

- Так, все расходитесь, Ха Рин, задерни шторы. Алекс, с тебя причитается, с меня тоже, но в два слова скажи, что произошло, помру же от любопытства. А эта похожая на тебя красавица тоже твоя дочь?

- Да, это моя старшенькая. Док, меня тогда взрывом выкинуло в реку, двое суток несло на какой-то доске по течению, пока меня не нашли охотники из дальнего племени – не отпуская руку Юн Хи, Алексей повернулся к доктору - залечили мои раны, но после контузии я не мог понять кто я, как меня звать, я даже не мог полгода видеть и говорить. Ну а потом, когда местные знахари выходили меня и вернули к жизни, выучил их язык, стал жить вместе с ними. Через семь лет туда попали иностранные журналисты, мое фото опубликовали в «Фигаро», а его увидели в России. Ну, дальше сам понимаешь, закрутилась машина.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Черт возьми! Мы обязательно выпьем, и ты пообещал. А теперь я оставляю вас. Господа из министерства здравоохранения вот-вот прибудут. Госпожа Пак, Вы не представляете, как я за Вас рад. Да даже не могу найти слов как это выразить. Алекс, кстати, мне где-то на рукаве записать твое обещание, или как?

- Док, мы все вместе посидим, и хорошо посидим, мы сейчас со всем разберемся и потом пригласим тебя в гости, заметано?

- Заметано, но чёрт возьми, кому расскажи, так не поверят!!! Юн Ха, на сегодня для тебя работа закончена. Желаю вам сегодня всего самого – самого необычного и брысь отсюда домой – он подмигнул Алексею и показал шикарную американскую улыбку.

- Да я сам иной раз не верю, но увы, все это было, и именно со мной.

Когда Робертс ушел, Алексей повернулся к Юн Хе и опустился на колени перед кроватью. Она протянула руку к его голове, погладила по волосам, ее глаза не отрывались от его лица. Юн Ха провела ладонью по нему и попыталась подняться.

- Помоги мне сесть – прошептала она, Алексей подхватил ее и помог поудобнее усесться, подоткнув под спину подушку.

- Главное я уже услышала.

- Остальное я тебе потом расскажу, думаю, у нас много времени впереди. Я вас не отпущу, и, если надо будет, свяжу и силой увезу.

- Не надо меня связывать, я и так жизнью с тобой связана – и Юн Ха кивнула в сторону Ха Рин. Потом взяла голову Алексея двумя руками и долго всматривалась в его лицо, как будто отыскивая что-то для нее важное.

- Я постарел, да?

- Не намекай, бриться все равно заставлю, я теперь сама тебя никуда не отпущу, ни на шаг, а это Таня? Подойди ко мне – Юн Ха протянула навстречу Тане обе руки, та присела на кровать, и они обнялись. И долго друг друга не отпускали.

- Госпожа Пак – прошептала ей в ухо Таня – Вы не будете против, если я буду обращаться к Вам на «ты» и называть мамой? Мне этого очень хочется. У меня не получилось так называть мою родную маму, она очень рано ушла. Я для себя давно так решила.

- Я знаю про твою маму – прошептала ей в ответ Юн Ха – конечно, я буду рада, ты даже себе не представляешь, как я буду этому рада. У меня как-то даже были мысли поехать в Россию и попробовать тебя найти, но потом я поняла, что знаю только фамилию Алекса, и понятия не имею в каком городе он жил.

- Вы чего там шепчетесь? А как же я? – с деланным возмущением спросил Алексей.

- Пап, у нас женские дипломатические переговоры, не встревай – ответила Таня, и все засмеялись. Потом она повернулась, подозвала Се Ми, и знакомя ее с Юн Хой, неожиданно для Алексея назвала ту мамой:

- Мама, это Кан Се Ми, она мой ангел-хранитель, а теперь и Ха Рин, она нанятый для меня отцом телохранитель. Но сейчас она уже почти как член семьи.

Юн Ха протянула руку в сторону Се Ми, та подошла, поклонилась и коснулась ее руки. Отошла назад, и встала ко всем спиной, сложив руки внизу живота. Она работала, наблюдая за происходящим в холле больницы.

- Девочки, сейчас едем домой, по дороге поговорим. Таня, у нас есть что дома?

- Пап, я вчера килограмм свининки замариновала с луком, посмотрим, что еще есть. Если что, сбегаем с Ха Рин в магазин.

- Тогда я беру главную девушку и несу в машину, Ха Рин открываешь дверь и…

- Э, а может я скачала переоденусь? В тапочках и больничной униформе понесете? Я, конечно, ой как не против что бы меня на руках носили. Но можно я сначала поднимусь в кабинет и переоденусь, а тогда вон там и упаду в обморок, можно?

Юн Ха уже почти пришла в себя, лицо ее светилось, она крепко держала Алексея за руку. Он помог ей подняться, одеть больничные туфли, и проводил до лифта.

- Дальше тебе нельзя – она улыбнулась и приложила ладошку к губам Алексея – я быстро, просто мигом.

В отделении ее обступили сестры и врачи, всех интересовало, что произошло в холле, кто этот незнакомец, что за девушки с ним. Переодеваясь, Юн Ха быстро ответила на все вопросы коллег:

- Это папа Ха Рин, он нас нашел. Светловолосая девушка — это его дочь от первого брака, их мама умерла, когда девочке было два годика. Третья девушка ее телохранитель.

- Он нанял для дочери телохранителя? Наверно он богат? – быстро спросила одна из сестер.

- Мне все равно богат он или нет, главное, что теперь мы будем вместе. Пусть только попробует сказать нет, я столько лет хранила память о нем. Все, друзья, я побежала, завтра у меня выходной по графику, ну и девчулечки, сами понимаете, да?

Коллеги засмеялись, тут же раздались двусмысленные веселые шутки и пожелания. Юн Ха вошла в лифт, прислонилась к стене. Ее ноги дрожали… В голове до сих пор не укладывалось – ее Алекс жив, он тут, он рядом, да она теперь его ни на шаг не отпустит.

Надо будет ехать в его холодную и заснеженную Россию - значит поеду. Как хорошо, что Господь тогда надоумил ее с дочерью учить русский язык, как будто знал, что это потом пригодится. Надо будет обязательно сходить в церковь, помолиться Святой Магдалене.

Она вышла из лифта и быстро направилась к Алексею и девушкам, потом вдруг что-то вспомнив, остановилась, и картинно схватившись за голову, да ещё и ахнув, поехала спиной вниз по стене.

Ее подхватили крепкие руки, подкинули, переворачивая в воздухе, и пружинисто приняв, прижали к груди. Она задрала голову и озорно посмотрела в лицо Алексея. Его глаза горели непередаваемой радостью. Она вела себя так, как будто не было многих лет разлуки, и ей уже не сорок, а еще двадцать два года. Она захлопнула глаза. Потом открыла и скосила их направо

- А где Се Ми?

- Пошла за машиной, подгонит ее ко входу.

- А ты понесешь меня до самой машины, да? Точно?

- Да хоть на край света.

- Тогда я опять в обморок – и она с улыбкой закрыла глаза. Алексей понес женщину ко входу, не обращая внимания на взгляды всех людей в холле.

Медсестры и дежурные врачи с улыбками и добрыми пожеланиями провожали их до самого выхода. Юн Ха, не открывая глаз, перехватила руки и покрепче схватила Алексея за шею

- Задушишь!

- Это самое малое, что я хочу с тобой сделать, давай неси быстрее.

Таня села вперед, Алексей оказался в машине между матерью и младшей дочерью. Он взял обоих за руки, и положил их к себе на колени. Юн Ха прислонилась головой к его плечу, потерлась и прошептала:

- Я даже не могу сказать, что я соскучилась, это что-то другое, я как будто сейчас заново родилась. Нет, пока не верю. Не верю и все. Понял?

- Мама, ты что, папа же рядом, вот он

- Папа меня понял – засмеялась Юн Ха.

Уже совсем недалеко от дома она предложила остановиться, и детям сходить в магазин за продуктами, чтобы потом уже не выходить из дома. Оставив машину на стоянке, три девушки вошли в Супермаркет. Се Ми пошла их сопровождать.

Не успела за ними закрыться дверь, как Юн Ха повернулась к Алексею, закинула ему руки на шею, закрыла глаза и потянулась к нему лицом.

- Ну?

Они целовались как изголодавшиеся по ласкам подростки, оба. Юн Ха, обнимая Алексея, даже закинула ему ногу на колено, стараясь сильнее к нему прижаться. Его рука скользнула по ее бедру, и, поглаживая нежную кожу, сама по себе начала подниматься по нему вверх под юбку.

Его язык скользнул в ее раскрытые губы, она ответила тем же, потом вдруг внезапно охнула, оттолкнулась от него, отскочила и уперлась спиной в дверцу машины. Он с испугом и недоумением смотрел на нее

- Ты чего? Я сделал что-то не так?

Она отрицательно потрясла головой, потом выставила вперед, как будто защищаясь, обе ладошки, и с шумом выдохнула:

- Фух!!! Мама дорогая, я только что чуть не обмочилась, совсем как сопливая девчонка. До сих пор трясет. Да где ж эти потеряшки, они что там, заблудились в этом Супермаркете?

Они еще минут десять ждали в машине, когда вернутся девушки. Юн Ха обхватила обеими руками левую руку Алексея, прижалась к его плечу головой, закрыла глаза. Он тихонько гладил ее волосы, пропуская их между пальцами. Внезапно она укусила его за предплечье. Потом еще раз.

- Ты что?

- Ничего, это я от возбуждения, потерпи, миленький – она заразительно засмеялась и опять потянулась к его губам.

Глава четырнадцатая. Вся семья в сборе.

В

беседке разожгли самый настоящий костер, дров не пожалели. Помимо мяса, что было дома, набрали еще всякого, соки, воду, фрукты, копчености, про вино не забыли.

Таня купила для Ха Рин спортивный костюм и пару футболок, а для Юн Хи домашний халат и для обеих тапочки. Потому что правильно поняла, что отсюда они сегодня уже никуда не уедут.

Алексей сказал девушкам, что вся готовка на них, а им с мамой нужно кое-что срочно обсудить. Уходя в дом, он конечно не видел веселого ироничного взгляда старшей дочери. «Ну не мог не соврать, как же, вопросы они решать будут. Видела я ваши лица в зеркале заднего вида».

Юн Ха ждала его на кухне, скромно сидя на диванчике, уже в смешных домашних тапочках с заячьими ушами, и с халатом на коленях. Он подошел, молча взял ее за руку и повел за собой.

Не успела за ними закрыться дверь спальни, как он резко развернул ее к себе и приник к ее губам долгим страстным поцелуем. Она, не отрывая от него своих губ, торопливо, путаясь в рукавах, сняла свою легкую блузку, и отбросила ее куда-то в сторону. Потом выдернула его рубашку из брюк, расстегнула, чуть ли не отрывая пуговицы, и рубашка полетела в другой угол.

Ее руки скользнули ему под майку, за спину, почти к самым плечам. Она стонала от нетерпения. Алексей потянул вверх ее футболку, она, крутя головой, сама сняла ее и опять прильнула к нему.

Юн Ха что-то шептала, захлебываясь от поцелуев, он отвечал ей словами милая, любимая, лапушка ты моя. Языки обоих сплетались и расплетались, она прикусывала его нижнюю губу, он отвечал тем же.

Его руки скользнули по ее спине, расстегивая один за другим крючочки на лифчике, потом нежно прошлись по спине вниз. Она судорожно расстегнула пуговицу на его брюках и опустила вниз молнию.

Его пальцы, не отрываясь от ее кожи, скользнули под джинсы и ткань вниз по ягодицам. Она как-то ухнула, чуть присела, потом еще сильнее прильнула к нему. Ее руки потянули вниз его брюки. Алексей расстегнул пуговицу на ее джинсах, и обняв ладонями ее уже обнажившиеся ягодицы, стал медленно опускаться на колени, снимая сразу все, что на ней было надето.

Его губы коснулись ее живота, потом опустились вниз. Она схватила его за голову, и всхлипнув, прижала ее к себе. И одновременно, переступая ногами, освободилась от последней одежды. Ее лифчик упал Алексею на спину.

Он легко схватил ее на руки и аккуратно положил на кровать. Она лежала перед ним вся открытая, смотрела на него доверчивыми глазами, в которых он почему-то увидел блестевшие слезы.

- Ты почему плачешь? – встревоженно спросил Алексей, нависая над нею. Она отмахнулась, быстро вытерла глаза тыльной стороной ладошки

- Алекс, не обращая внимания, это от счастья – а потом потянула его на себя и прошептала на русском, смешно делая ударения не в том месте – Леша, только цють-цють сначала, цуть сторожнено, у меня все эти годы не было мужчины.

Он целовал ее в шею, поочередно то в одну, то в другую грудь, его губы и язык скользили по ее животу и ниже, она тянула его за голову вверх, прижимала к животу, потом он всхлипнул, поднялся на руках, и сам дрожа от нетерпения, аккуратно и тихо вошел.

Она, принимая его, выгнулась ему навстречу, застонала, потом медленно подняла ноги, положила их ему на спину и скрестила пятки.

Алексей шептал ей какие-то слова, она ему что-то отвечала. Все было в каком-то бешеном угаре. Да спроси их через пять минут, что они друг другу говорили – не вспомнят. Это не они, это их души, разделенные долгими годами разлуки, заново знакомились, привыкая и наслаждаясь друг дружкой.

Алексей вдруг почувствовал, что все, его на больше не хватит, сделал еще несколько движений, и со словами «я уже все», приподнялся на локтях. Но Юн Ха внезапно крепко прижала его к себе скрещенными ногами, схватила за спину руками и притянула к себе.

И так держала, пока он ощущал толчки в ее теле, шепча ему в ухо: «Я так хочу, я так хочу, я так решила, я врач, я все знаю, не возражай, еще не поздно, я все обдумала, пока мы ехали домой».

Его тело ослабло, и он, глубоко вздохнув, приподнялся на локтях.

- Мы же… - она не дала Алексею договорить, зажала ему рот ладошкой. Потом повалила его на бок, выскользнула из-под него. Легла на спину.

- Быстро возьми подушку, я приподнимусь, положи мне под низ спины, быстро, потом скажу зачем.

А потом она лежала, раскинув ноги и руки, и мечтательно улыбалась. Повернув голову, встретила его внимательный взгляд. Он смотрел на нее, ласковыми глазами, то же улыбаясь. Потом вопросительно поднял бровь.

- Подушка для того, чтобы маленькие алексики добежали куда нужно, а то вдруг заблудятся и не найдут дорогу – и она засмеялась – давай немного полежим. А потом пойдем к детям, но учти, это был только предупредительный выстрел, так у вас говорят? У меня за восемнадцать лет столько претензий кое к кому накопилось, так что не удивляйся.

Они сидели в беседке, уплетая прекрасно приготовленные шашлыки, пили вино, причем бокал сегодня был и в руках Се Ми. Таня сама налила половинку бокала красного вина Ха Рин. Та испуганно посмотрела на мать, не зная, что делать

- Алле, я твоя старшая сестра, нечего на мать смотреть, будем жить теперь по-новому, и я тебе налила совсем немножко. Ты дома, всё, привыкай. Если что, на спине отнесу.

- Ха Рин, слушай Таню, тут я умываю руки – Сказала, смеясь Юн Ха, и ткнула в бок Алексея. Он откашлялся.

- Девочки мои любимые, за вас, солнышки вы мои дорогие. За то, что наша семья теперь в полном составе. А ваша мама с этого момента моя любимая жена. Формальности, всякие печати и штампы соблюдем потом. Давайте чокнемся.

А потом Алексей рассказывал все, что с ним произошло. Как потом искал следы Юн Хи, нанимал детективов и частные агентства, делал официальные запросы. Но не терял надежды ни на мгновение. Таня упомянула, что папу наградили высшей военной наградой страны.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Юн Ха по приезду в страну долго не раздумывала, а просто вернулась в монастырь в своей северной провинции, через полгода родила девочку, которую назвала Ха Рин, что значило «Осыпающая Милостями».

Потом с помощью монастыря и имея рекомендации доктора Робертса, восстановилась в Католическом Медицинском Университете. Училась, по вечерам подрабатывала, дочка в это время находилась под присмотром монахинь. Успешно сдала Национальный медицинский лицензионный экзамен.

По рекомендации Матери Настоятельницы ее приняли в местную городскую больницу на годовую интернатуру, а потом она четыре года проходила ординатуру при больнице Северного Католического университета. Там и осталась работать, став за эти годы прекрасным хирургом – травматологом.

Все это время она поддерживала переписку с доктором Робертсом, который руководил кафедрой травматологии в Пенсильванском университете.

А в этом году он возглавил Американскую Христианскую больницу, самый современный в Южной Азии медицинский клинический центр, специализирующийся именно на травматологии.

И уговорил Юн Ху переехать в столицу работать под его началом, сначала просто врачом отделения, с перспективой его возглавить. И он же решил вопрос с устройством Ха Рин в элитную столичную школу. Жена Робертса возглавляет детское травматологическое отделение в этой же клинике.

Они сняли комнату в большом доходном доме, решив, что со временем найдут себе более подходящее жилье. А эта комната просто была недалеко от школы Ха Рин.

- Так, что у тебя завтра на работе? – спросил Алексей, повернувшись к Юн Хе.

- Завтра у меня по графику выходной, так что могу сладко спать до обеда, в отличии от некоторых – она засмеялась, потрепав его за ухо.

- Спать не получится. Се Ми, завтра отвозишь девочек в школу. Потом возвращаешься, и мы поедем к ним на квартиру, соберем и перевезем сюда все вещи. Точка, обсуждению не подлежит.

- А что, кто-то собирался возражать? Прямо раскомандовался с первого дня. Кто против, поднять руки, ясно, а кто за? Вот, лес рук. Вещей у нас не много, несколько коробок, пара чемоданов и сумки. Мы даже еще не все распаковали, мебель там вся хозяйская. Таня, наливай еще. Маленькой не надо, у нее улыбка уже как у Солнечного Гномика.

- Пап, мы тут с Ха Рин уже прикинули, что нужно купить в ее комнату. Мы тогда после школы проедемся по магазинам?

- Нет, едете домой, кушаете, переодеваетесь, и поедем подбирать все вместе. У мамы выходной, поэтому пользуемся случаем. А в субботу поедем в наше посольство, надо оформить для них визы.

- Ты уже собираешься скоро вернуться в Россию? – спокойно спросила Юн Ха.

- Нет, через несколько месяцев у отца юбилей, семьдесят лет. И думаю, наш приезд станет для него самым лучшим подарком. Кстати, Се Ми, у тебя нет желания съездить с нами в Россию?

- Господин, а разве можно? – удивленно спросила Се Ми – если честно, я кроме Таиланда нигде не была, и то во время службы, да и видела все из-за шторок микроавтобуса. Я никогда за границей не была.

- Вот так вот и жизнь пройдет, так что давай с нами – Таня обняла свою телохранительницу и быстро чмокнула ее в щеку. Та засмеялась, и ловко вывернулась из Таниных рук. Выпив вина, она немного расслабилась, и уже больше была похожа на симпатичную женщину, чем на строго цербера.

- Се Ми – сказала Юн Ха - а ты ведь очень симпатичная женщина, я бы даже сказала красивая.

- Ну что Вы, госпожа, я обыкновенная, в мою сторону даже никто никогда и не посмотрит – отмахнулась Се Ми и опустила голову.

- Нельзя себя хоронить, может твое счастье где-то рядом ходит, и само тебя не видит, или еще очень далеко. Но точно знаю, что оно есть и ищет тебя – Юн Ха подняла бокал – давайте и выпьем за счастье, за дружбу да за любовь. Ха Рин пьет сок, напоминаю.

Сидели почти до полуночи. Потом быстро убрались в беседке, отнесли посуду на кухню. Алексей сказал, что они с мамой всё помоют, а все пусть идут отдыхать. Когда девушки стали подниматься на второй этаж, Алексей подхватил Юн Ху и посадил на стол. Положил руки ей на плечи, и…

- Пап, так может я помою? – в двери появилась ухмыляющаяся физиономия старшей.

- Ну вот никак ты не можешь что бы не влезть – пробурчал Алексей, одновременно прижав своими коленями ноги пытавшейся соскочить со стола Юн Хи.

- Пап, ну я серьезно, вон от вас аж искры в разные стороны летят, идите, не теряйте каждой минуты, я помою, уберу и свет потушу, ну, пользуйтесь пока я добрая, Ха Рин я уложила, Се Ми тоже пошла спать – засмеялась дочь.

- Алекс, она права, пошли, а ты иди сюда, я тебя поцелую – они обнялись и о чем-то пошептавшись, захихикали, после чего Юн Ха легко спрыгнула со стола.

- Давай уже, веди меня на казню египетскую – она дёрнула Алексея за руку, и сама потащила в спальню. На вопрос, о чем это таки они шептались, ответила, что это был женский заговор.

- Алекс, не все мужчине нужно знать, даже если он и отец такой прекрасной, но уже взрослой дочери. Тебе еще не страшно, нет?

Она атаковала его еще не успела закрыться дверь спальни. Толкнула в грудь, повалив спиной на кровать, глядя с улыбкой в глаза, расстегнула штаны, и со словами «зад то подними, тяжелый же» сдернула с него все вместе со штанами.

- Была бы свеча, я бы ее задула, а так вот только щёлк – и она щёлкнула выключателем прикроватной лампы. Пока она стояла перед ним, освобождая себя в темноте от одежды, Алексей приподнялся, снял с себя футболку.

Сел на край кровати, она сделала шаг и села к нему на колени, обхватив его сзади ногами. Целовались опять до одури. Он никогда не знал, что от поцелуев может закружиться голова.

Прижимал ее к себе, исступленно целовал в шею и грудь, она откидывалась назад, подставляя по его ласки свое тело. Потом со словами «бумсь!» повалилась на бок, увлекая его за собой, перевернулась и оказалась сверху.

- А теперь моя очередь – прошептала она, сверкнув в темноте белоснежной улыбкой. Ее влажные и горячие губы прошлись сначала по левому, потом по его правому уху. Она ласкала его руками, прикусывала мочки ушей. Алексей вдруг почувствовал, что начинает дуреть, да что с ним такое, разве такое возможно?

Ее губы были уже у него на шее, на груди, она ловила ими соски, прикусывала, потом провела языком от шеи до середины живота. Он весь напрягся от такой неожиданности. Когда ее горячие губы оказались уже в низу живота, он схватил ее за голову

- Стой, я этот фокус уже знаю.

- Если знаешь, то тогда лежи спокойно, молчи и терпи. У меня за эти годы накопилось много всяких фантазий. Но не с кем было их проверить. Поэтому, солнышко, расслабься – она, подняв голову, смотрела на него в темноте сверкающими глазами. От окна шел слабый свет от уличных фонарей, и Алексей видел ее смеющееся лицо.

Юн Ха хлопнула его ладошкой по рукам, он раскинул их в стороны.

- Привязать бы тебе руки, да нечем – она опять засмеялась. Потом устроилась внизу, и... Сначала в ход пошел кончик языка, который заставил Алексея задрожать и даже попытаться как-то извернуться, а потом его сменили горячие влажные губы.

А когда к ним опять присоединился кончик языка, он не выдержал, попытался схватить ее за голову, но только его руки оказались рядом, Юн Ха, не прекращая своего дела, звонко хлопнула его ладошкой по голому животу.

Разум помутился, в себя он уже пришел, когда губы сменило что-то другое, но не менее горячее и влажное. Алексей открыл глаза. Лицо любимой было прямо над ним, она упиралась ему в грудь руками.

Потом откинула волосы, выпрямилась, взяла его руки и положила себе на грудь. И начала двигаться, ускоряя темп. Время как будто замедлило свой бег, волна наслаждения захлестнула его полностью. Он перехватывал ее за руки, за плечи, сжимал ее грудь, творилось что-то необыкновенное.

Она застонала сильнее, потом наклонилась над Алексеем, в падающем из окна свете он увидел ее изумленные глаза, она испуганно схватилась за руки Алексея, задрожала, по ее телу прошла судорога и она упала ему на грудь. В этот момент и он почувствовал, что сам уже все. Она лежала, всхлипывая, судорога еще раз пробежала по всему ее телу. Алексей схватил ее голову, поднял и повернул к себе ее удивленное лицо

- Алекс, это что сейчас со мной было? – пролепетала она.

-А ты не догадываешься? Забыла, как тогда?

- Так неожиданно и сильно тогда не было, ой, с меня течет – она схватила подушку, кинула ее рядом, потом со словами «обойдёшься так» рывком выдернула подушку из-под Алексея, и перевернувшись на спину улеглась на эту горку, подняв колени к груди и прихватив их руками. Повернула голову к Алексею и засмеялась:

- Ты доволен? Только не спрашивай ничего, сама скажу. Не было у меня учителей, кроме одиночества и ноутбука. Желающих подкатить было море, но мои первые же слова – у меня растет дочь – отпугивали их сильнее, чем дезодорант от комаров. А идти против родителей у нас в стране пока еще мало кто способен. Я таких не встречала.

- Ты спрашиваешь доволен ли я? Да я на седьмом небе. Но черт возьми, придется и мне видимо засесть за кое какие учебные пособия. А то я сейчас почувствовал себя первоклашкой перед выпускницей.

Он повернулся к ней и подставил руку под ее ноги. Она отпустила руки, доверив себя Алексею. Он сидел над нею, пока не увидел, как она вдруг начала засыпать.

Аккуратно опустил ее ноги на кровать, повернул на бок, положил на место подушки, так же спящую и улыбающуюся во сне, поднял повыше, уложил ее голову на подушку, накрыл одеялом.

А потом еще долго сидел и смотрел на ее безмятежное спящее лицо. И только тут до него дошло.

А ведь жизнь только начинается.

Глава пятнадцатая. Трудовые будни. Необычное знакомство.

Алексей проснулся утром, из-за опущенных штор уже вовсю светило солнце. Юн Ха спала рядом, повернувшись на бок, и сгребя под себя все одеяло. Алексей тихо оделся, сел рядом.

Долго рассматривал ее спящую, совершенно нагую, лежащую перед ним. И восхищался красотой и изгибами ее тела. Время как будто было не властно над этой женщиной, ни единой складочки, ни единой морщинки на теле.

Потом решил, что ее надо накрыть, наклонился, чтобы вытащить зажатое между ее ног одеяло, но не удержался, и поцеловал ее сначала в одну, потом в другую ягодицы.

Она замычала, потом отмахнулась рукой как от мухи, повернула к нему сонное лицо, и не открывая глаз шепотом спросила:

- Сколько сейчас времени?

- Уже пол восьмого

Она сладко до хруста потянулась, потом встала на коленки, и не стесняясь, подлезла к нему, обняла и опять слегка укусила за ухо, потом прижала его голову к своей груди.

Пахло от нее потом и женщиной, и этот запах сводил с ума Алексея, заставляя у него внутри все дрожать. Он хотел притянуть ее к себе, взяв за плечи, но она уперла ему в грудь руки.

- Нельзя, солнышко, я сама ух как уже хочу, но дети встали, нельзя, потерпи до вечера.

- Ты поваляйся еще, а я пойду в заведение

- Нет, уже не время валяться, надо вставать. Принять душ, начистить до блеска перья. Ведь сегодня мой первый выход с мужем, а вдруг тебя кто из знакомых увидит. Но сначала заберем наши вещи, а то у меня даже косметики толком нет.

В дверь постучали. Юн Ха шмыгнула под одеяло и крикнула – входите. Вошла Таня.

- Пап, вы уже проснулись? Тогда я завтрак на всех делаю. Ха Рин и Се Ми уже кушают. Мы в восемь отчаливаем, вставайте и хозяйничайте. Я оставлю вам завтрак на столе и накрою стеклянными крышками. В холодильнике ветчина и прочие вкусняшки. Мам, как спалось на новом месте?

- Прекрасно, я бы еще поспала, но надо сегодня все успеть сделать. И комнату Ха Рин обустроить, и вещи все наши перевезти, вызвать хозяина, сдать ключи, сказать, что съезжаем и забрать депозит. Встретимся как из школы вернетесь.

Дети с Се Ми вышли из дома без пяти минут восемь, слышно было, как заурчала машина, выезжая со двора. Молодожены сходили вместе в душ, на сей раз обошлись только поцелуями, позавтракали.

Юн Ха сначала хотела сама застирать пятна на простыни, но потом подумала. Да ладно, будет она еще стесняться пожилой пары, которая тут работает? Они же не бесплатно все делают, да и она уже не маленькая девочка.

Се Ми вернулась к девяти, а к двум часам они уже привезли все вещи и сгрузили их в холле. Юн Ха была права, сказав что они не все вещи разложили. Почти все было упаковано, дольше ждали хозяина и рассчитывались с ним. Осталось дождаться дочерей из школы.

Таня и Ха Рин, как только вошли на территорию школы, стали объектом настоящей атаки ребят. Их окружили соученики из разных классов, снимали на телефоны, задавали вопросы, они всем отвечали.

Все это длилось ровно до того, пока во двор школы не вошел завуч и не разогнал всех по классам. А потом сам попросил у сестер разрешения снять их на телефон для своей супруги. Которая тоже была очень удивлена и растрогана их историей.

На перемене из класса не вышел никто. Даже учительница истории. Таня вынуждена была выйти к доске и там отвечать на все вопросы одноклассников. Мальчиков заинтересовало, за что Таниному отцу дали высшую награду.

- Вам сложно будет это понять. Когда враги окружили их в здании, где хранилось огромное количество всякого снаряжения и боеприпасов, и почти все погибли, отец просто взорвал склад, что бы он не достался бандитам. По всем канонам он должен был погибнуть, но какая-то невероятная сила отбросила его почти за пятьдесят метров в реку.

Девочек интересовало, как Танин отец познакомился с мамой Ха Рин. Таня только сказала, что во время налета бандитов на госпиталь ООН, где она работала, ее и известного американского доктора Робертса спасли русские военные. И лейтенантом в этом отряде был ее отец.

А потом они встретились в другом месте, познакомились поближе и полюбили друг друга. Когда пришло сообщение о его гибели, она уже носила под сердцем Ха Рин, хотя и не знала об этом.

Отец, когда вернулся, сразу же начал ее искать. Но данных было мало, а все документы утрачены во время того знаменитого землетрясения. С Ха Рин Таня встретилась случайно, хотя та уже две недели ходила в их школу.

А узнала вот по этой фотографии – и показала всем то самое фото, которое скопировала уже для себя. Фотография пошла по рукам, все его рассматривали и отмечали какая красивая пара.

Классные клоуны молчали, да Таня давно уже с ними разобралась. Вся их бравада была просто от обыкновенного одиночества, помноженного на сложные отношения в семье каждого. Таня разрешила ей писать если что, звонить, если совсем тяжко, обменивалась картинками и ссылками на интересные фильмы, видела в них нормальных взрослых парней, а не каких-то чудиков.

Они это почувствовали и оценили. Она даже скачала игру, в которую они играли, и вступила там в их клан. Не ожидала, что игра и без них ее затянет.

Хулиганок всех исключили из школы. Прокурор и начальник полиции оказались за решеткой. Когда началось следствие, там многим поплохело. Вскрылись такие масштабы коррупции, что Генеральный прокурор даже потребовал смертной казни для восьми подсудимых. Но суд решил в пользу пожизненного без права апелляции.

Брак свой Алексей и Юн Ха сначала зарегистрировали в Российском посольстве. Потому что сделать запись регистрации в местном городском управлении было невозможно по причине того, что Алексей иностранец.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Местный закон предусматривал такое, но только если супруги уже зарегистрировали брак в стране мужа. А потом можно уже и в местном самоуправлении.

Свадьбу решили не устраивать. А просто посидеть в ресторане. Знакомых и друзей ни у Юн Хи, ни у Алексея особо здесь не было. Среди приглашенных были доктор Робертс с супругой, и доктор Шепард, прилетевший из США, второй врач из того госпиталя ООН.

Алексей пригласил своих компаньонов - из адвокатской фирмы «Ларин» господина Лю с супругой, начальника Кан Се Ми полковника Ина со второй половиной. Отпраздновали в небольшом загородном ресторанчике.

Юбилей у отца намечался на начало августа, как раз у школьников будут летние каникулы. Алексей решил ни отцу, ни брату пока ничего не говорить, и предупредил Таню. Мол, тогда сюрприза не получится. С бабушкой она общалась каждую неделю, и могла проговориться.

А еще они выбрали время, съездили всей семьей и посетили тот монастырь, где выросла Юн Ха, и где монахини растили Ха Рин. Для поездки взяли в аренду минивэн, так как впятером в Танином БМВ сидеть уже было не комфортно.

А без Се Ми Таня как-то и не представляла поездку. Женщина не только стала ее телохранителем, водителем, но и близкой подругой. А учитывая ее прошлое, ей самой жилось в семье Корниловых как дома. Юн Ха ни секунды ее не ревновала к Алексею, так как знала, что это просто бессмысленно.

Монахини тепло приняли гостей, Юн Ха заодно сходила в церковь и поставила все свечи, которые хотела. Долго сидела на скамье, разговаривая со своей Святой покровительницей, прося у нее совета.

Сходили на кладбище, почистили от травы могилы настоятельницы и мамы Юн Хи. Алексей забрал девушек и оставил жену наедине с мамой, пусть наговорятся, а мы подождем ее у входа.

Вопрос с визами решился быстро. Советник посольства порекомендовал сразу же написать заявление на временное проживание, а так как у Алексея и Юн Хи общие дети, то после разрешения на проживание вопрос о гражданстве будет решен в упрощенном порядке.

Дома на совете решили, что наличие у Юн Хи и Ха Рин российских паспортов помехой не станет, а Республика признает второе гражданство, если женщина вышла замуж за иностранца.

К поездке готовились заранее, обдумывая, что с собой взять, что подарить, что одеть. Таня настояла, чтобы Се Ми начала заниматься русским языком, аргументируя тем, что, хотя бы сто слов надо знать, чтобы купить себе мороженое, если Тани не будет рядом.

Занимались они все вместе в беседке, а вечером к ним присоединялась и Юн Ха. Она уже намного лучше стала говорить, перестала перевирать ударения, сказалось общение и с новой дочерью, и с мужем.

Ха Рин теперь имела свою комнату, которую украсила так, как и положено молодой девушке в Республике. Портреты до пола разных айдолов, розовые мишки и все что им сопутствует.

У Тани состоялось интересное знакомство. Как-то вечером она заказала пиццы для всех, но потом позвонил хозяин, и извинился, мол доставщик попал в аварию, не могла бы госпожа сама забрать заказ.

Се Ми осталась в машине, а Таня зашла в небольшой семейный ресторанчик, где они постоянно заказывали доставку. Готовили тут вкусно и не дорого. Без приключений не обошлось.

В углу гудела как трансформатор большая компания крикливых парней и мужчин, в стандартных рубахах и футболках, расшитых петухами и прочими пернатыми.

Пока Таня рассчитывалась у стойки, к ней подошел увалень с выбитыми зубами, бородавкой на носу с тремя торчащими из нее волосками, и глумливо поинтересовавшись, что тут делает такая необыкновенная красотка, с размаху врезал пятерней ей по заднице.

Таня от такой наглости даже дар речи потеряла. Истолковав это по-своему, мужлан одной лапой прихватил ее за ягодицы, больно ущипнув, а второй, сопя от волнения, полез ей спереди в джинсы.

Он рухнул тут же, у стойки, разъяренная девица еще дважды нанесла ему сильные удары ногой в голову, стараясь попасть по бородавке, так она Таню взбесила. А потом пришлось принять бой с целой кучей налетевших пьяных гопников.

Ее спасало только то, что помещение было хоть и большим, но узким, и они не могли атаковать все сразу. Ну и были изрядно пьяны. Все же они были хоть какие, но мужчины.

И неизвестно чем бы это закончилось, если бы в помещение не ворвалась Се Ми. Дальше уже была работа хладнокровного профессионала.

- Ты как, цела?

- Да, Се Ми, у тебя кровь на щеке.

- Это не моя кровь. Хозяин, я сотрудник «Сириуса», знаешь, что это такое? Запись с камер быстро, вот с этой, этой, и вон той. Я не заберу, а просто перепишу. Полицейским можешь не говорить. Мы сразу уходим.

Пока Се Ми переписывала на флешку запись с трех камер, Таня молча стояла, наблюдая, как приходят в себя отморозки. Ее до сих пор переполняло чувство ярости.

Когда кто-то к ней обратился, она, подняв голову, с удивлением увидела перед собой невысокого пожилого господина с крупным мясистым носом, в больших очках в роговой оправе. Он был одет просто, сверху накинута обыкновенная спортивная куртка.

- Девушки, я видел все с самого начала, и сказать, что я впечатлен – это значит ничего не сказать. Но вы явно не у спортивных специалистов тренировались. Если что, я выступлю свидетелем в вашу пользу, а также мои коллеги.

Он повернулся и указал рукой назад, где за столиком в углу сидело несколько мужчин, приветствовавших Таню легким поклоном головы. Се Ми как раз закончила переписывать видео и подошла к ним. И сразу же поклонилась незнакомцу

- Господин Чан, я рада Вас приветствовать и выразить свое уважение

- Девочка, ты меня узнала даже в таком виде?

- Но я же выросла на Ваших фильмах, ни одного не пропустила.

Тут до Тани дошло, кто стоит перед ними. Заметив появившееся выражение удивления на ее лице, господин Чан засмеялся, похлопал ее по плечу, и протянул Тане и Се Ми визитные карточки.

- Взамен, юные дамы, я попросил бы Вас оставить мне свои телефоны. Вы настолько меня поразили, что мне не хотелось бы терять контакт.

- Господин Чан, но я работаю в фирме «Сириус», а моя подопечная иностранка.

- Девушка, я прекрасно знаком с полковником Ином, и я же еще ничего не предложил. Идите, а я сам побеседую со стражами закона – и он улыбнулся своей знаменитой лучистой улыбкой.

Оставив ему свои координаты, обе девушки спустились с крыльца и отправились к машине, обсуждая только что произошедшее. Как раз вовремя, так как на площадку перед заведением въезжали сразу две полицейские машины.

Открыв двери и уже почти сев в машину, Таня услышала, как ее кто-то зовет. К ним подбежал один из мужчин, сидевших за столиком с господином Чаном. Он показался Тане почему-то смутно знакомым.

- Ух, успел – и он весело улыбнулся – а то господин Чан на мою просьбу поделиться телефоном очаровательной иностранки, прекрасно говорящей на нашем языке, отправил меня вас догонять. Мол ему на это разрешения не давали, а вот сам рискни, если успеешь.

И тут до Тани дошло, почему мужчина, стоявший перед нею, показался ей таким знакомым. Тем более она успела перехватить восхищенный взгляд на него Се Ми.

Это был один из самых любимых ею актеров, снимавшийся в нашумевших сериалах и фильмах то в роли телохранителя, то беглеца, то средневекового воина или Императора.

- Вы мне? Вы хотите мой номер телефона? – растерянно промямлила она. Сколько она о нем читала, никогда не встречала никаких сведений о его личной жизни.

Снимался в кино, участвовал в шоу, прекрасна пел со своею группой и давал большие благотворительные концерты. Уважал фанатов, легко и прекрасно с ними общался. И этот человек просит у нее телефон???

- А что, тут еще есть кто-то из очаровательных иностранок? – он иронично поднял бровь и опять рассмеялся. Смех был настолько заразительным, что Таня не выдержала и улыбнулось.

- Но я же школьница, и я из России – начала она, но он сразу же перебил ее – Но я ведь ничего такого и не прошу и ни на чем не настаиваю. Не надо меня бояться. И я практически никому сам не даю свой номер телефона. А упоминание о России, это что бы я сразу испугался и бежал, теряя кроссовки и не оглядывался? Не, такое не прокатит. Я новости смотрю только как разновидность балагана, иной раз поражаясь тому, что их ведущие сами верят в ту ересь, что несут с экрана.

Се Ми, с улыбкой глядя на мужчину, пнула Таню два раза сзади по ноге. Она пришла в себя. А что? Он ее старше? Ну и что, она же всегда мечтала о таком, даже плакат его висел у нее в комнате, он с пистолетом в руке, и сзади какая-то умопомрачительная дамочка.

Она достала свой мобильный, и продиктовала ему номер. Он сразу же позвонил, потом деловито взял у нее телефон и сам вбил свой контакт. Таня глянула

- Но тут другое имя – растерянно сказала она, подняв глаза на мужчину. Он опять улыбнулся

- Это мое настоящее имя, а то что все знают, это артистический псевдоним. Все, уезжайте, вон полицейские уже начинают тех ублюдков выводить.

Дома Таня восторженно поделилась новостью со всеми, а Се Ми подтвердила. Она вообще была фанаткой господина Чана с самого своего детства. И вдруг сбылась мечта. Таня ее еще и подкалывала по дороге домой

- Вот как пригласит он тебя в свой фильм, а ты там как сыграешь, да сразу главную героиню, да как станешь знаменитой, так нас моментом забудешь.

Се Ми отшучивалась, но было видно, что она под впечатлением сегодняшнего вечера. Потом она как-то задумчиво сказала

- Мое знакомство с вашей семьей перевернуло всю мою жизнь. Я очень благодарна твоему отцу, тебе, что приняли меня сразу же не как прислугу, а как себе равную, а про вашу маму и Ха Рин вообще говорить нечего.

- А что скажешь о вчерашнем поступившем мне предложении?

- Он старше тебя на 10 лет, и я не помню ни единого связанного с ним скандала. Живет один, ухаживает за мамой и делает щедрые пожертвования детским приютам. Трудоголик, каких еще поискать. Все трюки в кино выполняет сам, сам же их и готовит. А консультирует его господин Чан, с которым они дружат мужской дружбой уже много лет.

- Если я кому заикнусь, особенно в школе, меня его фанатки казнят на первом же столбе – засмеялась Таня. Но сама задумалась. Потом решила посоветоваться с Юн Хой.

- Мам, у меня проблемка нарисовалась, пошли посекретничаем.

Но мама с первых слов решительно поддержала Таню, пообещав любую помощь.

- Старше, актер? Кто? Ух ты, да неужели? Все равно тебе когда-нибудь придется знакомиться с мужчиной по-настоящему. Тогда пусть это будет взрослый человек, а не мальчишка. Всё, что я о нем знаю – это то, что он порядочный человек и истинный христианин. Просто люди его профессии часто вынуждены носить маску, продуманный пиар менеджерами образ. Но он сейчас вырос уже из него, и его популярность уже не зависит от числа восторженных фанаток.

- Тогда я отвечу на его звонок. Мне самой даже интересно стало. Но мам, у меня ни с кем не было отношений, кроме как обнимашек и детских поцелуев в темном подъезде моего дома. И то еще в российской школе. Ну немножко потискались, и все.

Юн Ха засмеялась, потом притянула к себе Таню и крепко обняла.

- У тебя впереди вся огромная жизнь, интересуйся всем, изучай, бери из нее только самое важное и нужное для тебя. За тебя это никто не сделает. Ну а я всегда буду рада тебе помочь.

Глава шестнадцатая. Путешествие в Сказку.

Через два часа после взлета самолет начал снижение над одним из красивейших мегаполисов мира, Шанхаем. Слева остался громадный Ханчжоу, под крыльями уже синела водная гладь залива, на которой уютно расположились десятки зелененьких островков.

Самолет выпустил шасси, под крыльями побежали кварталы Шуяна, Хинлю, еще несколько минут, и колеса зашуршали по взлетной полосе огромного аэропорта Пудун, международных ворот Шанхая. Пока проходили контроль для транзитных пассажиров, уже началась регистрация на рейс «Чайна Истерн Эйрлайнс» номер 591.

По аэропорту пронеслись как ветер, потому что прилетели практически впритык, но Алексей выбрал именно этот рейс, так как в Шереметьево он прибывал в 17 часов. Следующий уже вечером, а на более ранние они не попадали. Итак, сидеть десять часов то еще удовольствие. Запыхавшиеся, но довольные, в половине двенадцатого путешественники уже стояли в очереди на посадку.

Места достались в эконом-классе перед самым крылом. Алексей, когда заказывал, решил не заморачиваться, а брать билеты те, что есть. Самолет наполнялся пассажирами, практически одни китайцы, но хватало и японцев, и граждан других стран, которым было нужно попасть в Москву, но прямых рейсов туда из их стран не было.

В первом ряду боковые кресла были парные, поэтому туда посадили обеих сестер. А Алексей с Юн Хой и Се Ми сели сразу за ними. Не сговариваясь, супруги посадили Се Ми у окна. Это было ее первое в жизни настоящее воздушное путешествие. Полет в грузовом отсеке военного транспортника не в счет.

Ха Рин тоже блестела радостными глазками у окошка, куда ее пропустила сестра. Самолет набрал высоту, впереди было почти десять часов полета. Командир пообещал управиться за восемь, но сразу оговорился, всё будет зависеть от того, какая будет погода на курсе.

Не подфартило, и самолет коснулся полосы в Шереметьево в начале шестого вечера. Ха Рин недоуменно спросила:

- Но как так, мы вылетели в начале первого, а сели в Москве в 17 часов.

- Балда, про разницу во времени забыла? - засмеялась Таня.

Уставшие, но довольные, пройдя погранконтроль, успели так же бегом на «Аэроэкспресс». Пять человек ни в какое такси не влезут, а ждать такси – микроавтобус, то такое дело. В Москве только что прошел дождик, было тепло, и после него веяло свежестью. Через сорок минут уже бежали по перрону Белорусского вокзала к электричке «Рекс» на Голицыно.

После приземления Алексей позвонил матери, сообщил что «мы прилетели». И больше никаких подробностей. Он давно уже обещал, что они с Таней обязательно будут на юбилее отца, но дополнительно он позвонит, когда будет уже все известно.

Хорошо, что на домашнем совете решили взять с собой вещей по минимуму. Алексей сразу сказал – мыльно рыльные, и по мелочи нижнее белье, а все что нужно, купим на месте. И поэтому у каждого за спиной был только небольшой рюкзачок. Избежали досмотра багажа, и долгого стояния в аэропортах для его получения. Просто вихрем везде проносились.

В семь часов вечера команда уже бодро топала от платформы Жаворонки. Особняк родителей был недалеко, на 3-ей Советской улице. Впереди лесными ланями рассекали обе сестры. Се Ми вопросительно посмотрела на Алексея, мол мне их догонять или нет. Тот рассмеялся

- Се Ми, расслабься и отдыхай, пусть бегут нетерпеливые, ты наверно таких деревень в жизни не видела, а?

- Какие красивые дома, и все разные, а вон те наверно старинные?

- Да, это еще 19 века дома, это очень старый поселок. Сейчас направо и прямо.

Дом отца Алексея не был помпезным, как окружавшие его трехэтажные особняки в викторианском стиле, с башенками. У него была своя изюминка, из-за чего его и выбрали мать с отцом, когда финансовые возможности позволили осуществить мечту Ольги Александровны о покупке своего дома.

Все особняки вокруг, окруженные по периметру небольшими оградками, как отец говорил, кладбищенскими, имели небольшие участки земли, на которых собственно и строились сами дома. А вот с тыльной стороны дома родителей начиналась самая настоящая сказка.

Большой, метров двадцать в диаметре, пруд, по обеим его сторонам теплицы, а прямо за ним большой остекленный павильон. Который семья Корниловых использовала для семейных праздников и гуляний. А в будние дни Ольга Александровна занималась там заготовками, или отдыхала на диванчике.

Там же рядом стояла и добротная баня, мостки от которой вели прямо на берег пруда. Предыдущие хозяева посадили по периметру туи, которые выросли вверх, разрослись, и практически закрывали весь двор от чужих глаз.

Таня набрала код и открыла калитку. Из-за дома раздавались голоса, смех. На кухне в доме суетилась Елена Степановна, дом работница родителей отца. Одинокая женщина, она жила с ними вот уже почти тридцать лет, и Таня помнила ее с детства. Там же была старшая сестра Алексея Виктория, помогавшая раскладывать по тарелкам дымящуюся картошку с мясом.

Увидев входящую Таню, она вытерла руки о фартук, и со словами «Ну наконец то, а то отец уже дуться начал как ребенок» шагнула к ней с раскрытыми объятиями. Она была старше Алексея на год, и у Тани с ней были самые настоящие приятельские отношения. Не только потому, что она ее родная тетя.

Обнимая Таню, Вика вдруг увидела стоящую за ней молоденькую девушку.

- Тань, а это что за ангелочек с тобой?

Потом отставила Таню в сторону и шагнула к Ха Рин. Та стояла, улыбаясь, и смотрела на женщину своими голубыми глазами.

- Да ну, да не может быть, ну так не бывает – она взяла девушку обеими ладонями за лицо, повернула его в одну, в другую сторону, а потом внезапно подняла слева ее волосы и отвернула ухо. И в растерянности сделав шаг назад, посмотрела на Таню, потом опять на Ха Рин.

- Я сейчас увидела то, что увидела? – Виктория разволновалась, к ним подошла Елена Степановна. Окинув быстрым взглядом девушку, она повернулась к Тане

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Так Леша нашел ее? Она была уже беременна тогда? И это наша новая внучка? Господи, как ваши то обрадуются – мудрая женщина сразу увидела то, что глаза Виктории просто отказывались видеть.

- Дамочки, наше вам почтение с кисточкой – в дверях стоял Алексей, из-за него выглядывали Юн Ха и Се Ми. И тут глаза Вики внезапно стали мокрыми, Таня подскочила к ней, помогла сесть на стул. Та замахала рукой, как бы отгоняя наваждение, потом, отдышавшись, сказала:

- Лешка, ну ты гад, решил родителям сюрприз сделать? Ну им то ладно, но почему мне и Петру ничего не сказал?

- А ты бы промолчала, сестра, а? Да с твоим то языком забывшись точно ляпнула бы.

- Ну и ляпнула бы, но Лёшь, ну так всё равно нельзя.

Юн Ха подошла к ней, присела перед нею на корточки, взяла ее руки в свои ладони. Они обе, не отрываясь, смотрели друг другу в глаза, потом Вика всхлипнула, наклонилась, они обнялись, и Виктория Андреевна заревела в голос. Юн Ха успокаивала ее и гладила по спине. Елена Степановна вытерла руки и кинулась в дверь.

- Степановна? Куда? Сделаем по-другому.

В павильоне за длинным столом собрались самые близкие друзья и родные Андрея Ивановича. Сын, дочь с детьми, близкие коллеги с работы, бывшие сослуживцы, осевшие вокруг Москвы, друзья. Тут не было начальников, Президента Корпорации. Для них Андрей Иванович вчера накрывал стол в ресторане. А тут самые свои. Осталось Алешку с Таней дождаться, и будет полный комплект.

Вошедших с тарелками на подносах двух незнакомых женщин первой увидела Ольга Александровна. За ними следом вошли Вика и домработница, и как ни в чем не бывало, все вместе стали раскладывать гостям горячее.

В глаза Ольге Александровны сразу бросились синие глаза девушки, которая шла вдоль стола, снимая у Виктории с подноса тарелки и расставляя их на столе, что-то при этом говоря гостям, и улыбаясь. А потом она подметила заговорщицкую улыбку старшей дочери, которая не сходила с ее лица.

Вторая незнакомка, которая шла по стороне Ольги Александровны, была постарше, и ее лицо могло принадлежать только женщине из Азии.

- Отец – она повернулась к Андрею Ивановичу, что-то горячо обсуждавшему с сидевшим рядом с ним сыном Петром. Но он никак не реагировал, продолжая возмущаться какой-то политической интригой. Тогда она, не раздумывая, долбанула его локтем в бок. Он аж подскочил

-Мать, ты это че?

- Старый, смотри туда, ты видишь кто слева с Викой, а теперь посмотри направо.

Она уже догадалась кто это. Ну Лешка, ну сын, ну тихушник, ведь ни слова. Она встала, вышла из-за стола и пошла к женщине, та как раз отдавала пустой поднос Елене Степановне.

- Юн Ха – позвала Ольга Александровна, и та быстро с улыбкой повернулась к ней.

К изумлению гостей, хозяйка обняла незнакомую женщину и прижала ее к себе. За столом наступила тишина.

- А там по ту сторону стола твоя дочь? – шепотом спросила она.

- Не, не моя, а наша – так же шепотом ответила Юн Ха – я назвала ее Ха Рин, на нашем языке это означает Осыпающая Милостями. И мы расписались в русском посольстве, иначе было никак.

- Ха Рин – Ольга Александровна громко позвала девушку, стоявшую по ту сторона стола, и наблюдавшую за происходившим. И призывно замахала рукой. Та обошла стол со стороны входа, провожаемая любопытными взглядами гостей, быстро подошла, и вот теперь они стояли все три, обнявшись.

- Мать, может пояснишь что происходит? – загудел именинник.

- Старый, ты совсем уже глаза потерял? Невестка и наша новая внучка приехали. Лешка, гад, выходи, я вижу ты за дверями прячешься.

Все почти разом встали из-за стола. Многие знали историю Алексея, и то, по какой именно причине он так добивался назначения в Юго-Восточную Азию. Стало шумно, все одновременно заговорили, а тут еще вошли Алексей, Таня и Се Ми. Последняя хотела увильнуть, мол, посижу на кухне, что ни будь тут поем, но Таня буквально силой потащила ее за собой.

Великовозрастные дети Петра и Вики окружили Ха Рин.

- Таня, можно я ее потискаю, прям не могу вот это видеть – смеялась самая старшая, дочь Петра, обняв девушку со спины.

- Можешь, но не сильно, вон вас сколько, а я одна – смеясь ответила Ха Рин. Таня предупредила ее, что у неё теперь две двоюродных сестры и аж три старших брата, поэтому Ха Рин уже была готова к вниманию.

К чему она была не готова, так это к тому, что ее сразу возьмут в оборот, никаких предварительных знакомств, как будто они все только вчера расстались.

- Народ, да она же мне только что на русском ответила? – удивилась Наташа, потом извернулась и посмотрела в лицо Ха Рин - Я не ослышалась?

- Нет, мы с мамой начали учить язык отца, как только я пошла в школу

- Дай-ка я ей Москву покажу – прогудел самый старших из внуков, двадцатисемилетний Аркадий.

- Я уже видела сегодня Москву, и сверху, и из окна поезда

- Не, сестренка, такую ты точно не видела – и с этими словами он подхватил ее под локти и высоко поднял над собой. Она смотрела на него сверху своими огромными голубыми глазами. В них не было ни капли страха, а только искрилась непередаваемая радость ребенка, который много лет жил только с мамой, и вдруг мгновенно приобрел кучу братьев и сестер, дедушку с бабушкой, дядей и теть.

- Поставь внучку на место. Ну ё маё. Кто тут именинник я или как? – смеясь сказал, подходя к внукам, Андрей Иванович. Он стоял в стороне, рядом с женой и новой невесткой, и наблюдал, как все его внуки окружили девушку, как они радовались новой сестренке.

- Иди ка ко мне, моё солнышко, дай-ка я на тебя налюбуюсь – он взял Ха Рин за обе руки, его искрящиеся радостью глаза не отрывались от ее лица. Такая красавица, ну Лешка, ну мастер, такое сотворить. Он обернулся к матери, помахал невестке. Юн Ха быстро подошла к отцу.

- Ты мне скажи, вот как вы смогли такую красотищу то наколдовать, а? - он прижал невестку к себе и поцеловал в макушку.

- Мы не колдовали, наверно ее наша любовь создала, я другого объяснения не могу найти.

- А что это за девушка еще с вами, такая все время в тени и в углу и совсем восточная?

- Это Кан Се Ми, телохранитель и водитель наших девочек, она уже как член семьи стала. В прошлом офицер спецназа морской пехоты той страны. Она просто скромная и работа у нее такая, не находиться на свету.

- Таня специально осталась рядом с нею? Наверно, чтобы та не чувствовала себя лишней на этом празднике? Она не говорит на русском как вы?

- Да, Таня сама мне сказала, что будет рядом с Се Ми, она не понимает пока ни слова, что тут говорят. Да она еще и первый раз выехала за границу. Так-то бывала на спецоперациях, но то другое.

- Давайте-ка все за стол, и вы садитесь с нами рядом.

Андрей Иванович зычным голосом пригласил всех за стол. Гости, обступившие группами Алексея, Таню, удовлетворив первое любопытство, рассаживались по своим местам. Принесли еще стулья, приборы, немного все подвинулись. Алексей с Юн Хой сели по правую руку от матери, Таня и Се Ми сразу за ними, а Ха Рин уже сидела между своих новых сестер, напротив.

- Машка, да не тараторьте вы ей обе сразу во все уши. Она то язык наш самостоятельно учила, я вас и сама иной раз не понимаю, когда начинаете с придыханием и взахлеб – через стол сказала Таня сестрам, которые о чем-то обе сразу допытывались у Ха Рин, а та мило улыбалась, и крутила головой то в одну, то в другую сторону.

Алексей встал с бокалом, постучал по нему вилкой, поздравил отца с юбилеем, потом по его просьбе официально представил всем свою жену и младшую дочь, кратко рассказал всю историю от начала до конца, и как Таня нашла Ха Рин. Сказал и то, что они уже расписались в Российском посольстве, а здесь собираются оформить брак уже совсем официально.

Он не стал рассказывать, сколько крови попили у них местные власти, когда ему пришлось официально удочерять Ха Рин. А потом доказывать, что она его родная дочь. И на ДНК тесты сдавали, и кучу документов пришлось делать. Спасибо ребятам из посольства, здорово помогли тогда.

Потом поднялась Юн Ха, и, волнуюсь и немного запинаясь, тоже поздравила отца с юбилеем, и поблагодарила всех родственников за такую великолепную встречу. Пока говорила даже расплакалась. Все заулыбались, улыбалась и Юн Ха, но слезы в глазах были. Слезы радости. Она действительно не ожидала, что их так встретят. Действительно, как родных.

- Невестка, а чего это ты за здоровье компотик пьешь? – смеясь, задал вопрос юбиляр, и потянулся к ней с наполненной рюмкой – а ну как Леша наполни рюмочку жене, как следует.

- Отец, мне нельзя спиртное – Юн Ха впервые назвала при всех его отцом – Я потом выпью, через годик – и она лучезарно улыбнулась тестю.

- Что это ты какие-то загадки загадываешь? Почему не сейчас? - настаивал Андрей Иванович, будучи уже хорошо под шафе, добродушно улыбаясь. Но Ольга Александровна сразу поняла, о чем речь.

- Юн Ха, сколько? Вы решились? – спросила она.

- Шесть недель, я даже Алексею ничего не говорила, перед отъездом анализы полностью все показали. Не решились, а я так решила – и она засмеялась звонким смехом.

Опять поднялся шум, все полезли поздравлять, и ее, и почему-то сидевшего с глупым лицом Алексея. Он конечно с самого начала знал, что она решилась, но не думал, что это будет так быстро.

Таня обрадованно объяснила все Ха Рин, которая пока не понимала, с чем ее маму поздравляют, и про какие шесть недель идет речь.

Отец предложил всем Корниловым сфотографироваться вместе у задней стены павильона. Алексей, Петр и муж Виктории присели впереди, по центру встали мать и отец, рядом с ними все внуки, Юн Ха и жена Петра. Андрей Иванович поманил рукой Се Ми, она встала рядом с Юн Хой, а Ха Рин как самую младшую дед поставил перед собой и обнял.

Получилось классное фото. Фотограф, приглашенный на юбилей, сделал много фотографий. Алексей попросил посмотреть, и на многих увидел и себя, и Юн Ху с Ха Рин, и всех своих родных.

Фотограф запечатлел много волнующих сцен. Алексей отобрал самые ему понравившиеся, договорился с фотографом, что тот распечатает их Алексею отдельно, а некоторые по несколько экземпляров.

Проводив гостей, Ольга Александровна предложила оставить мытье всей посуды на завтра, а сегодня только убрать ее в принесенные баки и просто залить водой. Так и сделали.

Пока женщины убирали со столов, мужчины, перенеся один столик в угол, заставили его остатками пиршества, поставили несколько бутылок и засели, и видимо надолго.

- Пусть сидят, они не маленькие, да и Лешка с Петром почти не пьют, пусть посидят с отцом за компанию, когда еще вот так вот все сыновья и зять вместе собирались – мать махнула рукой и повела всех остальных в дом спать.

Помещений в доме хватало, поэтому в своей комнате Таня постелила на пол несколько матрасов, на кровать, как она не упиралась, положили Се Ми. Обе сестры и присоединившаяся к ним дочь Петра Маша улеглись как в детстве на пол. Долго не могли заснуть, шептались. В основном отвечали на Машины расспросы, ту интересовало буквально все. Ну а потом как-то сразу все и заснули.

Глава семнадцатая. Жизнь продолжается.

Утром Таня проснулась самая первая, поправила одеяло на Маше, подтянула обратно скатившуюся на пол с матраса Ха Рин. Се Ми в комнате уже не было. В окно было видно, как она и Юн Ха носят что-то из павильона в дом. Слышались мужские голоса. На часах уже было почти десять утра.

- Подъем дамы, солнце уже высоко, там без нас все сделают.

Быстро умылись и спустились вниз. Бабушка и Вика вынесли на крыльцо все моющие средства, поставили скамеечки, и вместе с женой Петра Ольгой мыли тарелки, ложки, вилки, складывая их на расстеленные старые полотенца. В павильоне слышался голос Елены Степановны, там мужчины разбирали столы.

Пришли Юн Ха и Се Ми с последними емкостями с посудой. Все расселись на крыльце. Девчонкам поручили вытирать все досуха и относить на кухню.

- А где папа? Дед?

Ольга Александровна хмыкнула, потом засмеялась.

- Так никого из них нет. Они решили закончить битву с Ивашкой Хмельницким, окончательно и бесповоротно. Пусть сидят, главное, что нам не мешают.

Алексей вышел из-за дома. Пить он не любил, компанию с отцом и мужиками поддержал, а тут как раз ему позвонили. Звонок был важный, он извинился, и вышел из павильона.

Алексей ждал этого звонка и поэтому остался у крыльца, перебрасываясь шутками с женщинами, которые отмахивались от его помощи. Звонок у ворот раздался, когда отец и остальные уже вышли из-за дома.

- Се Ми, иди открой калитку, кнопка справа – распорядился Алексей и стал ждать. Се Ми открыла калитку и внезапно отступила назад, потом еще на шаг. Таня как и все не понимала, что там происходит. А в калитке сначала показался огромный букет белых роз, а следом за ним и улыбающееся лицо Николая.

Таня быстро глянула на отца. Он улыбался. Ясно, его работа. Значит и поездка Се Ми была им запланирована, вот почему он так настаивал. Николай подошел к остолбеневшей женщине, обнял ее и прижал к себе. И кивком головы поздоровался с сидевшими на крыльце удивленными дамами.

- Что происходит? – первой в себя пришла бабушка. Тут из-за дома вышли все мужчины семьи, и первый же вопрос прозвучал от деда.

- Ну что, Николай, ты обдумал мое предложение?

- Да, Андрей Иванович, я все обдумал, и принимаю его – ответил спокойно Николай, не отпуская от себя притихшую Се Ми.

- Отец, может прояснишь что вообще происходит, какое предложение, кто этот молодой человек? – бабушка начала злиться.

- Ба, я его знаю, это Николай, он приезжал меня охранять, когда бандиты подожгли офис отца, а потом убили его сотрудника – быстро ответила Таня. Алексей поморщился, ну вот и прокол.

- Стоп – Ольга Александровна даже встала – какой пожар, какое убийство, почему я ничего не знаю. Вы что, скрывали от меня что моему сыну и внучке угрожала опасность?

- Мама, так надо было. И это не наше решение, все делалось в тайне. Мафиозная группировка обладала огромными связями в правительственных структурах, и даже в военной разведке этой страны. На кону у них стояли сотни миллионов долларов. Мы не могли исключить ни единой случайности. Даже Таня, которую охраняли кроме Се Ми еще два человека, не знала, что помимо них ее сопровождает еще одна группа на машине. Сейчас все разрешилось.

- Получается, что этот Николай и Се Ми уже знакомы, и судя по обнимашкам, весьма близко - бабушка успокоилась, но вопросов задавать не перестала.

- Бабушка, я знала, отец знал, и, если честно, я рада за Се Ми, я потом расскажу какая у нее жизнь была до того, как она попала в наш дом.

Николай наклонился к Се Ми и что-то ей сказал, она наконец-то обняла его обеими руками за талию. Потом взяла из его рук огромный букет и смущенная вместе с Николаем подошла к крыльцу. Николай представился, а Петр добавил, что он служил у него в полку, а после ранения комиссовался и перешел в некую структуру, которая выполняет государственные задания.

- Андрей Иванович, я все обдумал. Вы же знаете мою проблему. Мне не с кем было оставить маму. Сейчас вопрос решен. Ее заберёт к себе моя старшая сестра, квартиру сдадим в аренду, а я буду их финансово поддерживать.

- Я сделал Николаю, как только он вернулся после операции, предложение – сказал Андрей Иванович – возглавить службу безопасности нашего Представительства в Юго-Восточной Азии. Это не только офис Алексея, но и завод ферросплавов, порт при заводе и хранилища готовой продукции. Язык страны он знает, а самое главное, имеет большой опыт в подобной деятельности.

- Деда, это значит, что он будет жить в той же стране? – переспросила для уверенности Таня.

- Да, дочь – ответил за отца Алексей – и будет жить в левом флигеле нашего дома. Там отдельный вход, и флигель давно стоит пустой. Уезжая, я дал распоряжение супругам Но приготовить его к приезду Николая.

- Пап, скажи это Се Ми, она головой крутит и ничего не понимает. И я так понимаю, она переедет во флигель? - лукаво спросила дочь.

- Это они сами пусть решают – сказал отец, а потом перевел все что он говорил ранее Се Ми. Та удивленно подняла брови, посмотрела на Николая, но промолчала. Вот же выдержка.

- Андрей Иванович, Алексей Андреевич, я могу забрать Се Ми до отъезда? Вы без нее обойдетесь? Я хочу познакомить ее со своей мамой. Мы приедем прямо к рейсу.

- Поезжайте – ответил Алексей, потом обратился к Се Ми – я отпускаю тебя с Николаем, он хочет познакомить тебя со своей мамой. Ты это заслужила как никто другой.

Се Ми вспыхнула, как-то беззащитно посмотрела сначала на Таню, потом на Юн Ху, потом на Николая. Он крепко держал ее за руку. Из дома выбежала Ха Рин с рюкзаком Се Ми в руках.

- Я уже все твое быстро собрала – она подала рюкзак хозяйке. Вот же егоза, когда она успела сообразить и так быстро сбегать.

Неделю занимались улаживанием всяких организационных вопросов. С документами из посольства после получения ВНЖ подали заявление на получение гражданства. С помощью старшего Корнилова сдали экзамен по языку. Он просто помог им со сроками, но сдавали они все сами. Готовились по вопросам, помогали им в этом все. Затык был только с Историей и знанием Конституции и Законов.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Ха Рин по российским законам считалась совершеннолетней, поэтому сдавала все тоже самое, что и ее мама. Ну ничего, справились. А еще сказала свое веское слово удача. Попались вопросы, которые они хорошо знали. Теперь нужно было ждать решения властей и вызова в МВД России.

В школе решили не сообщать, что Ха Рин подала на российское гражданство. Так же и Юн Ха не собиралась делиться этим у себя на работе, даже с доктором Робертсом. Месяц пролетел как один день, и вот уже настала пора собираться в обратную дорогу. Второй семестр в школе начинался 4 сентября, и девочкам нужно было к этому времени уже быть там.

В аэропорт их провожали все Корниловы. Даже Елена Степановна поехала. Бабушка прослезилась, пока ждали регистрации. Много фотографировались на телефоны, сестры и браться обменялись номерами и аккаунтами в соцсетях, и даже создали там свою закрытую группу.

Николай и Се Ми ждали их у стойки регистрации, у них единственных был большой чемодан и у обоих через плечо висело по большой спортивной сумке. Но и перерыв между рейсами теперь позволял не бегать, а в Шанхае придется ждать несколько часов.

- Мы расписались позавчера – деловито сообщил Николай – отметим уже там, по приезду. И в местную управу сходим. Маме Се Ми понравилась, и кстати она неплохо шпрехает на аглицком. А мама преподавала его всю жизнь.

- Се Ми, а какие у тебя еще есть таланты? – тут уже Таня не выдержала от удивления. Ведь Се Ми ни разу даже не упоминала об этом. Ну, хотя ее никто и не спрашивал.

– Она прекрасно сидит в седле – ответил за нее Николай – у нее третий дан в Хэдон Комдо, а значит она имеет право упражняться с боевыми мечами. Прекрасно стреляет из лука, в общем, амазонка еще та. Главный талант – она моя женщина.

Договорились, что через несколько месяцев все опять приедут в гости, когда поступит вызов на принятие Присяги и получения паспортов. Алексей сказал, что в школе решит все вопросы.

Долетели без происшествий. Сестры почти всю дорогу спали, вылет в Шанхай был поздним, поэтому почти все пассажиры после взлета затихли. То там, то тут раздавался мощный храп. Алексей дремал в пол глаза, он не переносил храпа, а вот Юн Ха с бирушами в ушах спала как маленький ребенок.

Взяли два такси и уже к четырем дня были дома. Се Ми уволилась из «Сириуса» и поступила на работу в корпорацию в качестве менеджера по подбору персонала в службу безопасности. Девочки ездили на Таниной машине в школу сами, в охране уже не было необходимости.

Первый же день в школе был днем расспросов. Кто где отдыхал, чем занимались. Таня скромно сказала, что летала в Москву на юбилей своего дедушки и весь месяц была там. А вот Ха Рин пришлось выдержать допрос с пристрастием. Ведь все в классе знали, что она на каникулах поедет в Москву.

Она достала из принесенной папки большую фотографию, на которой была запечатлена вся большая семья Корниловых. И с гордостью показывала – вот этот мой брат офицер, а этот брат инженер в Правительстве Москвы, это мои сестры, они учатся в университете, а вот эта уже его заканчивает. Это мой дядя, папин старший брат, он генерал, а это папина сестра, она доктор наук, а вот это бабушка и дедушка. Ну а это их дом.

Всех поразил пруд с рыбами и утками, в общем, одноклассники завидовали Ха Рин, которая еще несколько месяцев назад была девочкой без отца и родственников. А теперь у нее такая огромная и влиятельная семья.

Николай и Се Ми тихо жили во флигеле, уезжали рано, оба мотались по объектам. Иногда все вместе собирались в беседке поесть любимых шашлыков и тихо попеть под гитару. Николай прекрасно играл и пел, а все, кто мог, подпевали. Се Ми всегда садилась рядом с ним, клала ему свою голову на плечо и слушала душевные русские песни. Она уже начала потихоньку говорить, принимала факсы и телефонные звонки, и даже завела себе по телефону каких-то подружек по женской линии в Москве.

Алексей недолго дулся на Юн Ху за то, что ему первому не сказала о ребенке. Она сразу объяснила, что в тот самый первый день, когда они ехали в машине домой, она хоть и держала его за руку, но до конца не верила, просто была в шоке от того, что произошло. Вроде и шутила, смеялась, но это все происходило на каком-то подсознании.

И только когда утром она проснулась, а он был до сих пор рядом, ее душа успокоилась окончательно. И сама себе сказала – я хочу от него сына. Если вдруг он завтра исчезнет, у меня будет надежда что он останется со мной в образе его сына. Она очень сильно желала сына, но пока еще было рано загадывать на такой стадии.

У Тани появились подруги в классе, приезжали к ним домой, она помогала им делать уроки по математике, потом отвозила домой. По выходным всей семьей выезжали куда-нибудь за город на природу.

Таня как раз нежилась на коврике под осенним солнышком на склоне горы Инвансан, когда зазвонил телефон. Брать трубку не хотелось, но Юн Ха сказала:

- Возьми, а вдруг кто-то важный? Смотри как добивается.

- Алло, я слушаю

- Привет, а я с твоей помощью выиграл пари на сто баксов – в трубке раздался веселый мужской голос. Таня оторопело глянула в телефон, потом удивленно на Юн Ху.

Та быстро, не отрывая зада от земли, боком ловко подъехала к Тане и заглянула в телефон, потом сделала веселое лицо и молча показала Тане сразу два больших пальца, потом ткнула в бок, мол, отвечай.

- Э…. Привет, какое пари, какие сто баксов? Ничего не понимаю

- Ну, я сказал маме что познакомился с оригинальной девушкой и дал ей свой настоящий номер. Она стала ругаться, мол она тебе сейчас оборвет телефон, потом хвастаясь выложит номер в соцсетях. И опять придется его менять. Я ей сказал – мама, эта вообще сама не позвонит. Она не поверила, и мы заключили пари на сто баксов. В общем я выиграл и хочу тебя угостить. Пропьём? Спиртное не гарантирую, но соком обопьемся.

- А чего она не поверила? Я должна была позвонить? Сама? Первой?

- Она не знала, что ты русская, а теперь знает.

- Морскую пехоту США на помощь не зовет случаем?

- Нет, мама у меня человек старой закалки, времен газет и уличных сплетен, и кстати она дважды была в России, где ей очень понравилось. Может сходим сегодня куда? Ну просто так.

- Сегодня никак, но вообще я не против. Сегодня мы всей семьей за городом, и я за рулем.

- Эх, а у меня завтра павильонные съемки.

- В воскресенье?

- Господин Чан не знает, что такое слово выходной, пока не закончится проект. Сам трудится и других заставляет. Завтра съемка конных эпизодов в Вачхоне, даже не знаю, когда закончим. А в понедельник тебе в школу. Но вот я смотрел несколько роликов с тобой в интернете, ну не тянешь ты на школьницу.

- А на кого тяну, поделись откровением, ведь помру до вечера о любопытства? – Таня уже успокоилась от неожиданности и начала потихоньку флиртовать с собеседником.

- Я уже знал кто ты, как только ты открыла дверь в тот ресторанчик. Мне запал тот эпизод за школой, и господин Чан тоже его видел, и мы сразу тебя узнали. Мы в любой момент готовы были вмешаться, но появилась твоя Се Ми и мне не удалось стать принцем-спасителем.

- Стоп, откуда ты знаешь имя моей телохранительницы? – Таня отлично помнила, что ни своего имени, ни имени Се Ми они не называли. Она даже не видела, как он ее обозначил у себя в телефоне. Он сам вписал свое имя в ее контакты.

- Ну, скажу при личной встрече – засмеялись в ответ на той стороне трубки.

- Так, разводишь все-таки на встречу, подливаешь бензинчику в костер моего любопытства? Ну тогда так – где там ваши съемки и во сколько?

Таня подняла глаза, рядом уже сидела не только Юн Ха, но и вернувшиеся с мороженым отец и сестра. И все внимательно слушали, а Ха Рин вообще чуть ухом в телефон не влезла. Алексей улыбался.

Дочь совсем взрослая, а на то, что там какая-то знаменитость ей звонит, ему было все равно. Он знал, что если дочь кого-то выберет, то это будет достойный выбор. И он его поддержит.

- Хорошо, я сейчас запишу адрес. Мам, дай мне из сумки блокнотик и ручку. Все, готова. Да, родители рядом, и я им все сказала, а что, нельзя было? У меня нет тайн от них. Если вдруг познакомишься с ними, то сам поймешь почему. Ну так мне записывать или как?

- Тогда жду. И давай сделаем так, я выйду ровно в 11 к воротам, а то там секьюрити могут не пустить. На время аренды клуба для съемок туда допуска нет. И да, чтобы ты не умерла до утра от любопытства – госпожа Кан Се Ми уже две недели снимается в нашем сериале. Господин Чан даже переделал несколько эпизодов. И я уже познакомился с ее мужем господином Бергманом.

- О… Э… Вот же, и никому не слова, и как она, в массовке?

- Нет, господин Чан ввел в сюжет женщину – телохранителя Императора, ну а Император - это я – на конце трубки довольно засмеялись.

- И еще. Сразу спроси у родителей, не будут ли они против, если и ты снимешься в нескольких эпизодах. Там есть небольшая роль девушки скандинавки, но приглашенная актриса не справляется с ролью. Она прекрасно танцует и поет в известной группе, но роль требует хорошей физической подготовки.

- Так, и ты решил по просьбе господина Чана вспомнить о моем существовании? Вот мне сейчас прям обидно стало – Таня добавила в голос металла. Алексей нахмурился, ну чего она сразу иголки выставляет.

- Нет, ты что?! Хочешь, я сейчас сам к вам приеду?

- Здесь много людей отдыхает, причем семьями, тебя увидят – ответила Таня.

- Ты обо мне уже заботишься? Я не ослышался? – раздался на той стороне довольный голос. Тане нравилось с ним пикироваться, нравился его голос, нравилось, что он не давит и очень аккуратен в выборе слов. Поэтому она решила сдаться.

- Ладно, я принимаю твое предложение. Что мне завтра надеть?

Конец

Конец