То лето (глава 3)

1.

Жара к полудню стала плотной, как парное молоко. Земля под ногами трещала, сухие ветки ломались с хрустом. Я взял топор и пошёл с Лёшей в лес - на крайний участок, где оставалась куча сухостоя. Саша остался с Костей - копать яму под сливу.

Мы шли молча минут десять. Только когда деревья сомкнулись над головой и тень стала гуще, Лёша заговорил.

- Слушай, дядь Юр... - сказал он, не глядя. - А ты всегда так тихо подглядываешь?

Я напрягся.

- Что?

Он остановился. Обернулся.

- Утром. Ты же видел. Как я Костю трахал. Видел, и даже не сразу ушёл.

Мир замер. Только стрекоза пролетела рядом.

- Я... - начал я, но слова утонули в горле.

Лёша шагнул ближе. Почти впритык.

- Не надо врать. У тебя тогда майка прилипла к спине, как у школьника. Ты стоял и смотрел. Стоял. И возбуждался.

Он усмехнулся. Молодой. Крепкий. Уверенный. Его ухмылка раздражала и возбуждала одновременно. Я знал, к чему он клонит. И я хотел этого.

- Ты хочешь, чтобы я сделал с тобой то же, да?

Я сжал топор крепче. Но не сказал "нет". Не сказал "уйди". Просто стоял. Потому что хотел. Хотел быть таким же, как Костя. Хотел быть вместе с ним.

- Вот и хорошо, - выдохнул он, резко выдернул топор из моей руки и бросил в сторону. - Тогда встань на колени.

- Лёш...

- На. Колени.

Я подчинился. Медленно, как будто весь вес тела стал тяжелее, а ноги ватные. Он расстегнул шорты. Его член был уже наполовину возбуждён. Толстый, ровный. Я сглотнул. Больше, чем у Кости.

Он вложил его мне в рот - резко, без прелюдии, с лёгким толчком. Я закашлялся, но не отстранился. Он держал голову обеими руками и сам задал ритм - грубый, уверенный, с лёгким дрожанием в пальцах.

- Так, дядя. Вот так... глубже.

Он трахал мой рот, стоя посреди леса. И каждый толчок был как вызов: кто теперь хозяин? Потом вытащил, обхватил меня за плечи, толкнул к пеньку. Я лёг на него, выгнувшись, чувствуя, как кора впивается в живот. Шорты были стянуты в один рывок. Без подготовки. Без жалости.

Он вошёл в меня резко. Я вскрикнул - не от боли, от удивления. От унижения. От возбуждения, которое сжигало изнутри. Он трахал меня мощно, вбиваясь до конца. Схватил за волосы, тянул назад. Я чувствовал, как течёт по спине пот, как трава царапает колени. Он стонал, как зверь. И я - вместе с ним. Когда он кончил, он остался внутри. Пульсировал. Потом выдернулся и плюхнулся рядом на траву.

- Тебе понравилось, - сказал он, глядя в небо.

Я молчал. Дышал.

- Ты тоже теперь мой, - добавил он, спокойно. - Не только Костин.

Я не хотел, чтобы это так быстро закончилось. Я надеялся, что он повторит. Но он не повторил.

2.

Дом дышал влажным деревом. Открытые окна впускали ночной воздух, но жара оставалась. Я лежал на кровати, едва прикрытый простынёй. Тело ныло после леса. Не от боли - от памяти. Я думал, что больше не смогу смотреть Лёше в глаза. И в то же время хотелось смотреть - пока он был во мне.

Дверь слегка отворилась. Лёша вошёл первым, как будто это его комната, а не моя. Как будто весь дом его, включая меня. За ним - Костя. Они переглянулись. Я сел, натянув простыню на пояс. Сердце сразу зашло ходом.

- Мы поговорили, - сказал Лёша, глядя мне в глаза. - И решили, что ты теперь наш. Вместе.

- Что... - начал я, но он уже тянул простыню с меня.

- Ты лежи, а мы - будем смотреть, как ты стонешь.

Костя подошёл сбоку, лег на кровать. Обнял. Поцеловал в шею. Ласково. Уже не как племянник. Как сообщник. Его ладони скользили по груди, по животу, вниз. Лёша стоял предо мной - молодой, нагловатый, уверенный, как в лесу. Схватил меня за ноги и притянул к себе. Я, как послушный юноша, раздвинул ноги. Костя придвинулся к моему члену, а его член остался висеть у меня перед глазами. Я взял его в рот - пахло шампунем и немного потом. Костя застонал, от чего мое сердце ёкнуло - я радую моего Костю. Я почувствовал тепло его рта и его губы вокруг своего члена. И, не успев привыкнуть к этому наслаждению, Лёшин язык коснулся моей дырки. И в голове словно взорвалось. Я смог издавать только гортанные звуки - член в моем рту не давал шуметь. Не знал, чем я наслаждаюсь больше - ртом Кости или языком Лёши. Мои племяннички...

Лёша перестал лизать моё очко и встал. Костя перевернулся и поцеловал меня в губы.

- Готов?

Я ничего не ответил. Лёша вошёл в меня резко, но было уже не так больно, как в лесу. Костя аккуратно сел на мой член и начал двигаться, впившись губами в мои губы. В этот момент мне показалось, что сердце остановится. Я застонал, но Костя закрыл мой рот рукой.

- Папу разбудишь.

И вправду, я совсем забыл про Сашу. Я одновременно чувствовал тепло Кости на члене и каждый сантиметр Лёши во мне - он ускорился и я еле сдерживался, чтобы не закричать от наслаждения. Я не понял, как кончил. Прямо в Костю. Думал, он разозлится или ещё что-то, но он только улыбнулся.

- Страстный дядя, - сказал он и продолжал двигаться. Мой член стал очень чувствительным, поэтому я снова крикнул и тогда Костя усмирил меня поцелуем. Он продолжал скакать на мне, пока младший брат трахал меня всё быстрее и быстрее.

Спустя время я почувствовал, как Лёша вышел из меня. Очко горело, но я хотел ещё.

- Готов? - спросил он брата и тот кивнул.

Лёша не стал ждать. Подошёл, плюнул в ладонь, провёл по себе, и без колебаний вошёл в Костю. Глубоко. До основания. Костя застонал - громче, чем со мной. Я почувствовал, как его пальцы сжались на моей шее. Но он не вывернулся. Не попытался уйти. Только выгнулся сильнее. Он поднял голову - губы чуть приоткрыты, дыхание сбилось. Я протянул руку, коснулся его щеки. Поцеловал его и обнял. Мой хороший...

Лёша трахал жёстко, неистово. Его тело пульсировало между нами, содрогалось от каждого движения. Лёша задал темп - медленный, но глубокий. Я следовал за ним. Мы входили и выходили, одновременно, в противоход, скользя друг о друга внутри него. Костя уже не стонал - он хрипел, уткнувшись в подушку. Его руки сжались в кулаки, ноги дрожали. Он был весь отдан - внутри, снаружи, между нашими телами. Он был наш.

Мы ускорились. Пульс в висках заглушал всё. Только жар, только трение, только их дыхание и моё собственное.

Костя кончил первым - вздрогнул, рвано, заливая меня, простыни. Его тело сжалось - так сильно, что мы с Лёшей почти не выдержали.

Я кончил в него, стиснув его талию, ощущая, как мышцы вокруг сжимаются в оргазме. Лёша - следом, глухо рыча, прижавшись лбом к его спине.

Мы лежали так - трое. Потные, слипшиеся, связанные уже не только плотью, но чем- то большим. Внутри было пусто и спокойно. Как будто всё стало на свои места.

- Теперь точно семейная тайна, - усмехнулся Лёша, вытирая пот со лба.

- Теперь ты точно наш. И мы никому никогда тебя не отдадим.