Дар Амана: Игра кланов. Из сборника Семейная инцест игра

Глава 1

Глава 1

1.1

Рора задумчиво изучала документы, ради подписания которых они с начальником полетели на планету Инкар.

Казалось, она уже с закрытыми глазами может дословно пересказать каждое предложение, изложенное на бумагах, но упорно продолжала вчитываться, боясь что-то упустить или перепутать в самый ответственный момент.

Это была её первая крупная командировка в качестве личной помощницы посла, и Рора надеялась, что, если докажет свой профессионализм, то закрепится в Департаменте межпланетных отношений и сотрудничества Смирта. Ей были нужны деньги… хотя, кому они не нужны?

«Ужин» засветилось на информационном табло в каюте. Класс размещения у Роры был минимальный, а это значит, что за едой надо идти. Приносить никто не будет. Девушка не жаловалась, ведь даже самый экономичный вариант межпланетного перелёта на корабле «Звезда» стоил баснословных денег. Сама бы Рора не смогла скопить на билет и за десять лет честной работы, но должность в Департаменте позволила испытать это ни с чем несравнимое чувство — межпланетный перелёт. И пусть каюта была больше похожа на кладовку, вместо полноценного душа с водой — порошковые очистители, а еда по вкусу напоминала пластик, — Рора была счастлива.

Сирота, с раннего детства воспитывающаяся в Центре взросления, она и мечтать не могла оказаться на «Звезде». Нет, в Центре не было плохо. Воспитатели и педагоги действительно хорошо делали свою работу, психологи старались, пусть и не всегда удачно, формировать доброжелательную атмосферу, а уровень образования и личные амбиции позволили Роре поступить в Университет Смирта на дипломатические межпланетные отношения. И всё-таки ничто не могло заменить родителей.

Она плохо их помнила — лишь смутные образы, — но ощущение любви и теплоты из прошлого сопровождало её всю жизнь, неся одновременно утешение и чувство невосполнимой утраты. И спросить за несправедливость было не с кого. Никто не застрахован от «Гнилой заразы», болезни, встречающейся на Смирте и ежегодно уносящей сотни жизней. Высокий уровень медицины и её последние достижения так и не смогли до конца победить «Гнилую заразу». Просто у некоторых людей организм был не способен формировать против неё иммунитет. Родителям Роры не повезло. Оба оказались как раз из числа «минусовых» пациентов. Других родственников не было — ну или они не захотели брать маленького ребёнка себе. Так Рора и оказалась в Центре. Её детство там не было плохим, просто… несчастливым. Вот такой парадокс.

Ужин Рора забрала в специальном отсеке. Можно было отнести порцию в каюту или поесть тут же: столы и стулья для удобства располагались рядом. Девушка решила воспользоваться возможностью хоть так сменить обстановку и расположилась за дальним столиком. Несколько людей ужинали здесь же, но Рора не искала компании, неторопливо поглощая нечто, условно похожее на кашу. Сытно, но безвкусно.

Её мысли кружились вокруг командировки и того, что к ней привело.

Студенчество для Роры не было беспечным. Чтобы получать стипендию и рассчитывать на хороший диплом, приходилось усердно учиться. Если её одногрупники могли позволить себе прогулять пары, завалить зачёт или напиться посреди недели, то Роре это было недоступно. Ей никто не помогал деньгами, и за спиной не было родственников, готовых подставить плечо или подстраховать в сложной ситуации. Поэтому почти всё свободное время было посвящено изучению необходимых предметов. Правда, случались в её студенческие годы и любовные романы. Один раз с одногрупником на втором курсе. Но отношения быстро сошли на нет, оставив после себя чувство недоумения. Из-за этого её знакомые девчонки сходят с ума? Ни секс, ни необходимость учитывать в своей жизни другого человека Рору не впечатлили. Хотя позже всё стало понятно. Просто там не было главного — чувств.

Второй роман случился уже на последнем курсе и не прошёл бесследно для сердца девушки. Да и кого бы оставил равнодушным молодой преподаватель, с уверенностью вещавший с трибуны под влюблённые взгляды половины университета? И всё-таки он заприметил Рору. Что неудивительно: она была умна, молода и достаточно красива. Их роман был яркий, как взрыв, и столь же болезненный. Через полгода оказалось, что при всех достоинствах Роры ей не хватает главного — влиятельных родителей, в отличие от невесты Мика. Да, оказалось, что её любимый человек скоро женится на «нужной» девушке, и перед ним откроются большие перспективы. А Рора… останется любовницей. Мик был послан далеко и надолго.

Сердце поболело и закрылось непроницаемой бронёй. Слишком это оказалось больно: решить, что у тебя наконец появился близкий человек, и остаться им преданной. Но Рора привыкла быть одна и даже нашла в этом плюсы. Никто не сделает больно — и никто не покинет.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

1.2

1.2

Работать в Департаменте межпланетных отношений Рора начала сразу после университета. Она, как одна из лучших студенток, проходила там практику, что позволило ей устроиться в один из штатных отделов — на самую низкую должность и с маленькой зарплатой. Рора понимала, что должность не самая престижная, но упорно держалась за неё. Да, приходилось сильно экономить: снимать дешёвое жильё, покупать одежду низкого качества и питаться откровенно паршиво. Первый год она часто хотела уволиться. Большая нагрузка, безденежье и отвратительное отношение руководства к работникам, которых воспринимали не как людей, а как винтики в системе. Но у Роры была цель — построить карьеру. И постепенно её труды стали окупаться.

Через полтора года Рору перевели в организационный отдел. Там она проработала ещё три года и доросла до заместителя начальника. Финансовое положение постепенно улучшилось: ужин в ресторане уже не пробивал дыру в бюджете на месяц вперёд, а новое платье покупалось не только к празднику. Ещё она смогла переехать в квартиру, которую пока снимала, но в будущем мечтала выкупить. И вот несколько месяцев назад Роре предложили стать помощницей одного из послов Смирта. Это был совсем другой уровень, и, конечно, она согласилась.

Задач было много, ответственность зашкаливала, а про нормированный рабочий день можно было забыть. Все личные и рабочие встречи проходили через неё, плюс проверка документов, организационные моменты, подготовка общей аналитики. Но Рора пережила первые адаптационные месяцы, систематизировала работу — и всё стало получаться. А теперь ей доверили сопровождать шефа в крайне ответственную командировку.

Её непосредственным начальником был дар (уважительное обращение на Смирте) Хуго. Откровенно говоря, человек был не самый приятный, но умный и хитрый. А эти качества очень ценились на должности посла. В самом начале их рабочих отношений был момент, когда дар Хуго откровенно намекал на интим. Но Рора чётко обозначила, что такой формат её не устраивает. Девушка была уверена, что её ждёт увольнение, но нет — начальник сделал вид, что ничего не произошло, и позволял себе лишь иногда сальные взгляды в её сторону, которые Рора успешно игнорировала. Не то чтобы она была такой высокоморальной и принципиальной, чтобы не спать с шефом. Тут дело было конкретно в Хуго, который даже внешне вызывал у девушки отторжение. А уж про характер и говорить нечего.

Почти вся подготовка к переговорам легла на плечи Роры — от организационных моментов до подготовки документов. Многие часы изучения истории, культуры и экономических отношений Инкара позволили Роре отшлифовать договоры сотрудничества, которые в «сыром» виде ей передавали для согласования с начальником. И даже с учётом этого Рора не была уверена в успехе. Инкар — достаточно закрытая планета, неохотно идущая на контакт с другими, будучи полностью на самообеспечении. Культурные различия ещё больше отдаляли Инкар от иных планет.

Как бы там ни было, завтра днём Рора окажется на Инкаре и сделает всё, от неё зависящее, чтобы переговоры прошли успешно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

1.3

1.3

Первый шаг на новой для девушки планете вызвал толпу мурашек, но Рора пыталась держать лицо, ведя себя максимально профессионально. Она уже спешила к шефу, который встречал её у терминала с недовольным лицом. Да, Рора задержалась, совсем чуть-чуть, но этого хватило.

Дело в том, что Рора пропустила момент, когда «Звезда» вошла в планетную атмосферу. В её каюте не было иллюминатора, и само приземление вышло совсем не таким, как она представляла: никакой тряски или вибрации. Да ещё и прилетели раньше запланированного почти на полдня. Если бы не табло, на котором загорелось оповещение… В общем, собиралась девушка в спешке, но вроде ничего не забыла.

— Опаздываете,— поджал губы Хуго.

— Извините, — вежливо улыбнулась Рора, впрочем, не испытывая никакого чувства вины.

Начальника она не видела все две недели, которые провели в дороге. У дара Хуго была каюта в комфорт-классе, на две секции выше. За полмесяца мужчина совсем не изменился — всё тот же худой, если не сказать тощий, сорокапятилетний представитель дипломатической элиты Смирта, с залысинами и удивительно выпирающим животом для такой комплекции. Общее впечатление сглаживали дорогой костюм по последней моде и брендовые часы.

Хуго на её неискренние извинения ничего не сказал, только раздражённо сощурил глаза.

Рора улыбнулась ещё раз, но получилось только хуже, как будто она издевалась. Оставив попытки сгладить ситуацию, девушка снова перевела внимание на внутренний терминал Инкара.

Она до сих пор не могла поверить, что это не сон! Несмотря на то что перемещение между планетами перестало быть чем-то фантастическим давным-давно, фактически лишь небольшой процент населения за всю свою жизнь вылетал за пределы родной планеты хоть раз. Слишком дорого. И вот она попала в этот самый процент. Её мечта, которую Рора лелеяла ещё будучи воспитанницей в Центре воспитания, наконец сбылась.

Рора ещё не видела сами населённые пункты и инфраструктуру Инкара, но даже этот терминал произвёл на неё неизгладимое впечатление. Современный, но с нотками колорита — было видно, что его разрабатывали со вкусом и умом.

Багаж должны были доставить прямо в отель, и поэтому они с шефом пошли сразу на выход. Дополнительного контроля прибывших на планету не было — все необходимые процедуры они прошли ещё на Смирте, а потом и на «Звезде». Оказаться неучтённым на Инкаре было невозможно.

Чем ближе они были к выходу, тем сильнее Рора мандражировала. Волнение охватывало каждый участок тела, но никто бы об этом не догадался. Нельзя показывать страх — этому Рору жизнь научила рано, даже слишком. Зато урок она усвоила на отлично.

Стоило им выйти на улицу и вдохнуть густой, ароматный и тёплый воздух, как к ним подошла встречающая делегация. Рора внутренне подобралась, с каким-то затаённым удивлением наблюдая трансформацию дара Хуго из недовольного и угрюмого мужчины в профессионального дипломата.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

1.4

1.4

— Рады видеть вас на Инкаре, — поприветствовал посла Хуго один из мужчин. — Меня зовут Нартым, сегодня я сопровожу вас до отеля. Будет возможность отдохнуть и выспаться. Завтра для вас подготовлена культурная программа и экскурсия. А послезавтра — встреча с аманом Мавиром.

Примечательно, что Нартым вроде как обращался к ним обоим, но фактически смотрел только на дара Хуго.

— Благодарю, — ответил посол. — Будем рады познакомиться с Инкаром поближе. Тем более в перспективе дальнейшего тесного сотрудничества.

Так, перекидываясь вежливыми фразами, их посадили в автомобиль. Машина была на магнитной подушке, что делало движение, с одной стороны, более быстрым, а с другой — комфортным. Было видно, что автомобиль премиального класса, но с классической подачей.

Всё внимание Нартыма было сосредоточено на Хуго. На Рору лишь мельком смотрели, не позволяя себе пристальных взглядов.

Рора была к этому готова. Она знала, что на Инкаре отношение к женщинам… специфическое и для жителя Смирта в какой-то степени даже дикое. Но мерить по своему представлению другие культуры — дело неблагодарное.

Откинув ненужные сейчас мысли, Рора села на заднее сиденье вместе с Хуго. На долю секунды девушка зажмурила глаза от вида роскоши в салоне, но быстро вернула себе невозмутимый вид. Она не пыталась участвовать в беседе, лишь слушая и отмечая про себя важные моменты. К ней не высказывали открытого пренебрежения, но явно чувствовалось, что стоит быть в «тени» босса. Что в целом и так логично. Она же помощница — это её работа. Помогать и быть на «подхвате».

Что Рору действительно радовало, так это возможность наблюдать за мелькающим видом из окна автомобиля.

Сейчас они въезжали в один из самых крупных городов на планете — Корол. Он был назван в честь клана, на чьей земле располагался и чьей столицей по сути являлся.

Инкар был очень интересной планетой — и с геологической, и с исторической точки зрения. На планете всего один континент с большим количеством как горных хребтов на востоке, так и степей на западе. В центре континента климат умеренный, но в связи с избыточным количеством воды на планете, а также частыми муссонами, погода бывала переменчивой.

На Инкаре сформировалась всего одна народность, что крайне редкая ситуация на планетах, но тут могла сыграть свою роль относительно небольшая площадь континента.

Как это часто бывает, постепенно, с расширением ареала проживания и численности населения, внутри одной народности стало происходить деление.

На Инкаре население постепенно разделилось на кланы, но не в родовом, а в широком смысле слова. От классической государственности их отличала внутренняя иерархия, похожая на семейные формы взаимодействия.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

1.5.

1.5

Таким образом, единой власти на Инкаре не было, и Департамент межпланетных отношений и сотрудничества Смирта планировал заключить договор с кланом Корола — одним из влиятельных кланов на планете.

На их землях располагалось месторождение редкого камня — делтара, который благодаря уникальной структуре использовался как альтернативный вариант облицовки внутренних помещений на звёздных кораблях. Конечно, камень применялся не в чистом виде: его измельчали в пыль и добавляли в облицовочный материал. Были и другие варианты использования делтара в различных областях, но наибольшую прибыль приносил именно этот.

Проблема заключалась в том, что кланы Инкара, включая Корол, неохотно шли на контакт с чужаками. Власти старались оградить своё население и традиции от влияния других культур.

Это была не первая попытка наладить отношения. Несколько лет назад один из послов уже отправлялся на переговоры с главой клана, но проявил неуважение к жителям Корола и в итоге чудом остался цел. Лишь спустя пять лет Смирту дали возможность реабилитироваться, согласившись принять у себя дара Хуго. И Рору, разумеется. Это стало ещё одной причиной, почему Рора так серьёзно относилась к своим обязанностям.

Где-то глубоко внутри девушки сейчас пищала от восторга маленькая девочка — брошенная и одинокая, чья мечта наконец сбывалась. Но эту девочку затолкали так далеко, что наружу пробивалась лишь малая толика эмоций, охватывавших Рору при созерцании окружающей красоты.

Удивительно гармоничное сочетание инноваций и традиций проявлялось в городе во всём: от архитектуры до внешнего вида жителей. Ультрасовременные здания соседствовали с историческими памятниками, а туннели для транспорта на магнитной подушке — с обычными асфальтированными дорогами.

Отдельного внимания заслуживало население Корола. Инкар не сталкивался с проблемой перенаселения, и люди, спокойно прогуливаясь по улочкам, наслаждались хорошей погодой, давая Роре возможность их рассмотреть.

Большинство людей были черноволосыми, слегка смуглыми, с резкими чертами лица и тёмными глазами. Жители Инкара не были склонны к полноте, сохраняя подтянутую фигуру, а мужчины отличались высоким ростом.

В целом люди одевались согласно современной моде, но Рора за время поездки не увидела на улицах женщин в коротких юбках, топах или обтягивающих брюках. Из этого можно было сделать вывод, что в Короле не принято — или даже запрещено — демонстрировать себя через откровенную одежду.

Через полчаса автомобиль подъехал к отелю. Классический фасад, всего три этажа и сад, разбитый под окнами номеров.

С каждым мгновением Роре всё больше нравилась эта командировка.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 2

Глава 2

2.1

Заселение в отель прошло быстро. У Роры был стандартный номер, но впечатлений оставил не хуже люкса: большая кровать, живые цветы, панорамное окно, а самое главное — балкончик с видом на сад.

Рора вышла на него и сделала глубокий вдох, улавливая тонкий аромат цветов, а затем улыбнулась, подставляя лицо солнцу.

На Смирте, в связи с перенаселением и, соответственно, очень дорогой землёй (каждый клочок которой был на вес золота), сады во дворах не разбивались. Существовали общественные парки, но их было мало, и насладиться природой в тишине и спокойствии было физически невозможно из-за многолюдности. А тут… невероятно. Постояв так ещё минут пять, Рора пошла собираться на ужин. Они с Даром Хуго договорились встретиться в ресторане на первом этаже и обсудить предстоящие переговоры с аманом Мавиром.

Через час Рора уже спускалась в ресторан. Так как внешнепланетарного туризма на Инкаре практически не было, а сама планета оставалась закрытой, основными клиентами отелей были представители других кланов, приезжающие по делам в Корол. Поэтому среди посетителей ресторана Рора выделялась.

Внешность девушки резко контрастировала с местным населением. Ростом она была невысокая, фигура — скорее худощавая, но главное отличие — ярко-голубые глаза и волосы светло-пшеничного оттенка. При этом у Роры были строгие, даже резкие черты лица, что не позволяло назвать её внешность «кукольной».

Хоть ресторан и находился при отеле, здесь подразумевался определённый дресс-код. Рора надела закрытое платье-футляр длиной ниже колена — достаточно строгое, как ей казалось. Однако довольно скоро девушка поняла, что одежда всё-таки слишком обтягивает изгибы тела по местным меркам. Переодеваться было поздно, да и ей, как приезжей, позволялось чуть больше свободы.

Публика в ресторане собралась «денежная». Это было видно в первую очередь по хорошо скроенной одежде мужчин — не из магазинов массового потребления. Почти все столики занимали небольшие мужские компании, что-то обсуждавшие вполголоса. Несколько женщин тоже присутствовали: красивые, лощёные, одетые скромно, но со вкусом. Такие спутницы лишь подчёркивали статус и богатство своих компаньонов.

Появление Роры вызвало лёгкое оживление, но ничего выходящего за рамки. Наверное, так реагируют на любого туриста в условно закрытом обществе.

Девушка выглядела абсолютно невозмутимой и бесстрастной, подходя к столику, за которым расположился посол. На столе уже стояли закуски, салаты и бутылка лёгкого вина. На работе Рора предпочитала не пить, и её начальник об этом знал, но всё равно заказал — видимо, решив, что вечером «не считается».

Желудок жалостливо сжался при виде еды, напоминая, что последний раз она ела утром, ещё на корабле. И вроде бы надо обрадоваться, что сейчас поест, но Рору отвлёк взгляд Хуго — тот медленно блуждал по её телу, и это категорически не понравилось девушке.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

2.2

2.2

- Добрый вечер, - вежливо, но сухо приветствовала Рора начальника.

Хуго кивнул, наконец, оторвав взгляд от зоны декольте. Что он там пытался разглядеть за плотной, тёмной тканью, оставалось загадкой.

Когда Рора присела, стало понятно, что дар Хуго уже успел выпить, пока ждал девушку. Не сильно, но достаточно, чтобы стал вести себя чуть более раскованно, чем необходимо на деловом ужине с помощницей.

- Как тебе Инкар? - по-деловому спросил он.

- Пока вызывает лишь положительные эмоции, - честно ответила Рора.

- Ну да, ты тут вызываешь ажиотаж, - хмыкнул начальник. - В таком-то платье..., - чуть слышно добавил он себе под нос. Но девушка всё равно услышала. Последнюю фразу она решила просто проигнорировать, однако зареклась надевать это платье ещё раз, по крайне мере пока не улетит с Инкара.

Минут пятнадцать они молча ели, отдавая дань превосходно приготовленным блюдам. Еда отдавала специями, была чуть островата, но это лишь добавляло пикантности.

- Дар Хуго, - начала Рора, когда был утолен первый голод, - я хотела с вами ещё раз обсудить пункт 5.13 договора...

- Да, да, интересный пункт, - покивал начальник, но мыслями как будто был далек от сути разговора.

- Да, - как попугай повторила Рора, чувствуя себя несколько глупо. - Боюсь, что он может быть воспринят неоднозначно со стороны амана.

- Это стандартное требование. Каждый пункт был несколько раз согласован на самом высоком уровне, - отмахнулся дар Хуго.

- Я это понимаю. Но пока мы летели, я ещё раз почитала про местную культуру, обычаи, традиции. И ставить при перепродаже знак Смирта может быть воспринято...

- Это формальность, - перебил дар Хуго, не давая закончить мысль. - Рора, ты хорошая помощница. Иначе тебе бы не доверили сопровождать меня на сделке. Но не надо думать, что ты умнее всех, - отрезал начальник.

Рора прикусила изнутри щеку, чтобы сдержать своё негодование и не наговорить лишнего. Девушка понимала, что она права! А у посла просто «замылился» глаз. Он действует по инерции, сильно недооценивая клановую специфику на планете.

Рора отвернулась к окну, чтобы Хуго не увидел злость в её глазах. У них деловой ужин, он её начальник, эмоции тут лишние.

За окном вид был на всё тот же сад, только сейчас небо было разукрашено красками заходящих солнц. Инкар был планетой, рождённой в двойной звёздной системе. На самом деле это самый распространённый тип системы, но на Смирте светила только одна звезда, а потому Рора с благоговением смотрела на небо. Две звезды, неразрывно связанные между собой, но рано или поздно та, что больше, поглотит всю энергию соседки, оставшись в одиночестве, и прекратится звездный танец, казавшийся вечным... Рора читала про эти космические объекты. Салана и Варис — так называются звезды, которые сейчас Рора видит.

- Тогда зачем мы собрались сегодня, если не обсуждать договор? - вернула Рора своё внимание начальнику, который успел выпить ещё полбутылки вина, пока девушка любовалась закатом.

- Почему же... обсудим договор. Точнее то, на что ты готова пойти ради его подписания?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

2.3

2.3

Сейчас сохранить хладнокровие стало ещё сложнее. Кровь хлынула к лицу, и Рора порадовалась, что нанесла перед ужином дорогой выравнивающий тон, на который она потратилась перед командировкой и который должен был скрыть красноту.

- Я готова честно выполнять свою работу, - прикинулась дурочкой Рора. Не то чтобы она всерьёз не понимала такого толстого намёка на тонкие обстоятельства, но и облегчать жизнь боссу не собиралась.

Дар Хуго скривился от её слов.

- Ты меня прекрасно поняла, - растянул губы в неприятной улыбке мужчина.

- И всё-таки, поясните, - не дрогнув, попросила Рора.

- Ты красивая, - просто ответил Хуго. - И на Смирте выделяешься среди других, а уж тут и подавно. Тебя разве что слюнями не закапали.

- Но как это относится к моим обязанностям? Хочу отметить, что меня взяли на работу не за внешность.

Это была правда: Рора была умным, цепким, ответственным работником. И никакая внешность не помогла бы ей продвинуться, если бы к ней не прилагались мозги.

- Я бы сказал, не только за внешность. Однако ты можешь кому-нибудь приглянуться и для заключения сделки..., - многозначительно замолчал посол.

Рора медленно выдохнула. Интересно, он сразу планировал её «подложить» или эта мысль пришла к нему сегодня?

- Для заключения сделки требуется не подстилка, а хорошие условия, - жёстко отрезала Рора, с удовольствием наблюдая, как расширяются от удивления глаза начальника. Девушка раньше не позволяла себе так резко разговаривать с ним, но с другой стороны, раньше он и не предлагал раздвигать ноги. - Раз уж мы сегодня откровенны, то давайте признаем: ни один секс и ни одна женщина не стоят тех сумм, что фигурируют в договоре. Аман Мавир жёсткий делец, которого не отвлечь юбкой. Если он не захочет подписать документы, то ничье тело его не переубедит. Так что мой ответ тот же: ради договора я готова честно работать.

Дар Хуго подался вперёд, зло прищурившись. До Роры донёсся запах алкоголя. Начальник был уже изрядно пьян.

- Девочка, ты недооцениваешь, как могут мозги мужчины уплыть в ширинку при виде желанной женщины.

- Не у всех, - упрямо поджала губы Рора.

Она не была моралисткой и не осуждала тех, кто использует секс в своих целях, будь то продвижение по службе или получение дорогих подарков. Вот только у Роры был пунктик: она САМА выбирает себе партнёров. Всегда. И никто не будет ей указывать, в чью постель прыгать.

- Может, и не у всех, - как ни в чем не бывало, откинулся обратно на стул начальник. - Только если хочешь далеко продвинуться в Департаменте, со мной лучше дружить. Близко.

- Думаю, ваша жена будет против близкой дружбы.

Судя по тому, как сильно начальник сжал рукой приборы, последняя фраза была лишней и действительно могла стоить ей всей карьеры в Департаменте, которую она строила столько лет. Сама, без какой-либо протекции.

Оставалось лишь надеяться, что завтра начальник проспится и этот разговор забудется. Вино тут коварное, и память действительно может отбить.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

2.4

2.4

После ужина Рора с начальником разошлись по номерам. Хуго пошатывало, но девушка не стала провожать мужчину до комнаты; если он где-то и упадёт, то Рору не будут мучить угрызения совести на этот счёт.

Сегодня начальник перешёл границы, сначала пытаясь подложить её под потенциальных деловых партнёров, а потом и под себя. Мерзко.

Этой ночью Рора спала плохо, и не помогал ни свежий воздух, ни лёгкая прохлада, ни удобная постель.

Девушка вспоминала свой карьерный путь, бессонные рабочие ночи, бесконечные переработки и отсутствие нормальных выходных. Её цель - достичь статусной должности и больше никогда не испытывать бедности и нужды. Как несправедливо будет, если все её усилия пойдут прахом. Но если она сейчас согласится на эти сомнительные условия, то потом придётся стать и любовницей босса, а потом и ещё кого-то, и так до тех пор, пока её внешность не перестанет котироваться... Нет, это не тот путь, на который стоит ступать.

Да, будет обидно, если после стольких лет её уволят из Департамента по надуманной причине, но это же не единственное место на Смирте, где люди работают. Она не пропадёт в любом случае. Да и если переговоры пройдут успешно, то тогда шанс того, что её уволят, будет минимален. Но перевод с должности личной помощницы дара Хуго - вопрос лично для Роры решённый. Как только они вернутся назад, девушка тут же подаст заявление на перевод. И даже не сильно важно, в какой отдел, лишь бы подальше от этого человека. Так, промаявшись сомнениями и мыслями, Рора уснула только под утро.

Будильник прозвенел непозволительно рано. В который раз девушка обещала себе перестать пользоваться допотопным звонком, от которого сердце каждое утро уходит в пятки, и перейти на современную версию будильников, которые подстраиваются под фазы сна и бережно будят в самый подходящий момент, чтобы избежать стресса для организма.

Но Рора и сама знала, что подобные обещания - лишь самообман, и завтра она опять будет вскакивать от противного звука, проникающего, кажется, в самый мозг.

Быстро приняв душ, Рора долго стояла перед чемоданом, который вчера так и не разобрала, и выбирала, что сегодня надеть. День обещал быть насыщенным.

Нартым говорил про культурную программу и экскурсию. Значит, надо что-то удобное, повседневное, но соответствующее статусу помощницы посла.

В итоге выбор пал на брюки палаццо и белую рубашку, на ноги туфли без каблука, а волосы Рора убрала в низкий хвост. Посмотрела в зеркало и осталась довольна. Неброско, но стильно.

Спускалась девушка к завтраку в напряжении, которое выдавали лишь более напряжённые плечи и спина.

Но, к счастью, начальник, хоть и выглядел немного помятым, никакого недовольства в её сторону не высказывал. Похоже, и правда, вино сделало своё коварное дело, и неприятный разговор остался в памяти лишь у Роры

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 3

Глава 3

3.1

Нартым с утра был свеж и добр, с вежливой улыбкой встречал дара Хуго и Рору. По девушке он скользнул любопытным взглядом, но тут же переключился на посла.

— Доброе утро, как спалось?

— Очень хорошо, отель выше всяких похвал, — вежливо ответил Хуго.

— Рад это слышать. Сам аман Мавир считает его одним из лучших в Короле.

— Какие у нас сегодня планы? — поинтересовался босс.

Роре показалось, что с похмелья дар Хуго предпочёл бы вообще не выходить из номера, но позволить себе проигнорировать приглашение не мог. Это было бы опрометчиво — пренебрегать заготовленной культурной программой.

— Сейчас мы с вами отправимся в одно живописное место, которое мало кто из чужаков видел. Это место священно для нашего народа.

— Это большая честь для нас, — слегка склонил голову в уважительном жесте дар Хуго.

Рора повторила за ним, чувствуя в груди трепет предвкушения. Учитывая, что больше никакой вводной информации не было, а расспрашивать дар Хуго посчитал излишним, Рора тоже молча села в автомобиль, хотя любопытство распирало её на части.

Дорога заняла около трёх часов. Нартым время от времени рассказывал какие-то интересные истории или факты о тех местах, через которые они проезжали, в том числе о двух небольших населённых пунктах, через которые пролегал их путь.

По большому счёту, девушка назвала бы их деревнями, которые, с одной стороны, резко контрастировали с Королом — современным мегаполисом, а с другой — даже в таких деревеньках было чисто и ухоженно. На улицах стояли отдельные дома на семью — то, что на Смирте могли себе позволить лишь самые богатые люди, привилегированный слой населения, и то не весь. А здесь... это норма.

Кстати, жильё было крепким: ветхих или даже просто старых построек она не заметила. А главное — огромное количество зелени, цветов, деревьев. И опять же сады почти в каждом дворе. Настоящее чудо для жителя Смирта. Население на их машину реагировало спокойно — значит, видеть дорогие средства передвижения для них не в новинку.

— Хоть современный мир и даёт возможность синтезировать продукты, но люди, проживающие в клане Корола, ценят труд и настоящие овощи и фрукты. Суррогат всегда остаётся суррогатом, и нет ничего вкуснее еды, выращенной и приготовленной своими руками, — Нартым с гордостью смотрел на вспаханные земли, которые просто невозможно представить на перенаселённом Смирте.

Рора, как и большинство современных людей, ела синтезированные продукты, в которые искусственным путём добавлялись все необходимые витамины и микроэлементы. Конечно, она знала, что и сейчас есть места, где существует земледелие, но никогда не думала, что увидит это своими глазами.

Проехав вторую деревню, они как-то резко оказались в степи, а на горизонте замаячили скальные массивы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

3.2

3.2

Что именно эти скалы являются целью путешествия, Рора поняла сразу. Когда она только их увидела, то решила, что Нартым оговорился, когда сказал, что будут на месте через несколько часов - слишком далеко была цель. Но как только машина оказалась в степи, скорость передвижения увеличилась в разы.

Мелькали малочисленные деревья и кустарники, сливаясь в единый фон. Сначала Рора испугалась - казалось, что управлять машиной на такой скорости просто невозможно. Но спустя полчаса, поняв, что водителю не впервой так ездить, привыкла и уже спокойно дожидалась окончания этой сумасшедшей гонки.

По мере приближения к скальному массиву сердце билось чаще. Природная мощь во всей красе - монументальная, вечная. Сколько народов и цивилизаций видели эти скалы? И сколько ещё увидят?

Кажется, не только Рора испытывала трепет - в машине повисла тишина. Только Нартым предупредил:

- Подъезжаем.

Когда горная порода уже перекрыла собой оба солнца, а скорость автомобиля так и не уменьшилась, девушка с ужасом поняла, что они несутся прямо на камни. Сердце ухнуло вниз. Она посмотрела на Хуго - начальник тоже был бледный, но ничего не говорил. Нартым с водителем вели себя так, будто не собираются совершить самоубийство через несколько секунд.

Рора пыталась убедить себя, что всё хорошо и их никто не стал бы убивать таким глупым способом. Но когда до удара оставались считанные мгновения, не выдержала - крепко зажмурилась и, кажется, даже вскрикнула.

Она вся сжалась в ожидании боли, но удара не последовало. Ещё не веря в своё счастье, девушка осторожно приоткрыла глаз. Они ехали по узкому ущелью - целые и невредимые.

- Ух ты... - тихонько выдохнула она.

Под воздействием только что пережитого всплеска адреналина Рору потряхивало. Захотелось истерично то ли рассмеяться, то ли заплакать, но она не сделала ни того, ни другого. Ущелье впечатляло - впрочем, как и всё на этой планете.

- Извините, что не предупредили, - повернулся к ним Нартым. - Но такие правила были заведены ещё в древние времена. Считается, что только в ожидании смерти может открыться путь. Времена прошли, а традиция осталась. На самом деле ущелье видно лишь под определённым углом, да и то если знать, куда конкретно смотреть. Раньше это помогало клану - никто чужой не мог проникнуть сюда, не зная этого секрета, а его передавали лишь среди своих. Даже сейчас, как я уже сказал, быть тут - особая честь. Не каждый член клана её удостоен.

- Мы это очень ценим, - ответил нетвёрдым голосом дар Хуго, который, видимо, тоже успел распрощаться с жизнью, но, как и Рора, молча пережил потрясение, не пытаясь выпрыгнуть из машины или кричать дурным голосом.

- Вы проявили себя достойно, - вторил её мыслям Нартым, - поэтому сможете увидеть чудо Инкара.

С этими словами машина в очередной раз повернула, после чего ущелье расширилось, а перед послом Смирта и его помощницей появился целый город, вырубленный в скале.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

3.3

3.3

Рора тут же забыла о том, что несколько минут назад чуть не разбилась о скалу. Нартым назвал это «чудом Инкара», и девушка была с ним абсолютно согласна.

Страшно представить возраст этого невероятного творения рук человеческих. Сколько труда и сил было вложено поколениями людей, чтобы вырубить в скалах город!

Рора видела лишь фасады зданий, расположенных подобно ступеням друг над другом, которые создавали причудливую иллюзию многоэтажных домов. Но девушка была уверена, что за каждым фасадом - свое отдельное жилище, уходящее вглубь камня. Сами фасады украшали петроглифы, сюжет которых Рора не могла рассмотреть - слишком далеко стояла.

На условной «площади» посреди ущелья, где они остановились, выделялось одно сооружение, которое было больше остальных. Вход по бокам «охраняли» статуи каменных животных, которых раньше Рора не видела. Больше всего они напоминали волков, только хвост раздваивался, а пасть была непропорционально большой.

- Невероятно, - прошептала девушка, но сопровождающий её услышал.

- Это древний город Камтыш. Предки построили его изначально как убежище от враждебных кланов, чтобы женщины и дети могли уходить вглубь ущелья во время битв. Потом город разрастался, и здесь уже жили на постоянной основе. Но не все допускались в него - лишь часть клана: мудрые старцы, хранящие клановую память, и, как бы сейчас сказали, «редкие специалисты» с семьями, а также дамари и их помощники.

- Дамари? - переспросила девушка.

- Да. На всеобщем языке нет прямого перевода этого слова, но ближе всего по смыслу – «духовник» или «шаман». В общем, тот, кто может видеть больше, чем простые люди. Тот, кто владеет знаниями, превосходящими остальную часть населения.

- Ничего себе, - удивилась Рора. О духовной части жизни кланов Инкара девушка знала немного, и о том, что раньше на территории Корола были дамари, слышала впервые.

- Можно посмотреть поближе этот архитектурный памятник? - спросил дар Хуго.

- Это не совсем памятник. Здесь и сейчас живут несколько семей, они присматривают за Камтышем. Хоть условия жизни и тяжёлые - несмотря на генераторы и наличие средств связи.

- Почему же люди соглашаются жить здесь? - поинтересовался Хуго.

- Это большая честь. Многие мечтают занять их места и стать частью этого города.

Нартым повёл их к самому большому сооружению, тому самому, что располагался на «площади».

- Это как раз место, где собирались дамари. Дом дамари.

- Как храм? - уточнил посол.

- Нет, тут никому не поклоняются, а познают то, что скрыто от простых людей. Вход в дом дамари охраняют варкалы - мифические существа, которые, по сказаниям, обладают невероятной силой и верностью. Никто с плохими помыслами не сможет пройти мимо варкалов.

Рора как раз подошла к статуям, любуясь искусной работой неизвестного мастера, который смог превратить бездушный камень в произведение искусства.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

3.4

3.4

- Когда появился город? - поинтересовалась Рора.

- Никто точно не знает, - пожал плечами Нартым. - Сотни или тысячи лет назад.

Подойдя ко входу Дома дамари, Рора смогла рассмотреть вырубленные изображения. Они показывали какой-то схематичный сюжет, но девушка не могла уловить суть петроглифа. Она хотела спросить сопровождающего, но оказалось, что Хуго и Нартым уже зашли внутрь сооружения.

Испытывая внутренний трепет, Рора двинулась за ними. Стоило скрыться от палящего солнца, как тело тут же окутала прохлада.

Они оказались в относительно небольшом зале. Внутри была даже мебель - не современная, но вполне понятная в использовании. По бокам расположилось несколько грубо сколоченных скамеек, в небольших углублениях виднелись полки, на которых были расставлены статуэтки мужчин и женщин из неизвестной Роре каменной породы, а ещё множество подсвечников. В некоторых даже остались оплавленные свечи.

Рора стояла и думала о том, как много видели эти стены и сколько тайн об Инкаре и клане Корола они знают.

- Здесь ещё есть несколько внутренних помещений, но мы туда не пойдём - они закрыты для посещения, - пояснил Нартым.

Рора испытала лёгкий укол разочарования. Она бы хотела увидеть как можно больше - ведь когда ещё в жизни сможет прикоснуться к древним тайнам Инкара?

Хуго прошёлся по залу, но Роре было видно, что особого интереса он не испытывает, а лишь проявляет вежливость. А вот девушка действительно прониклась атмосферой.

Рора осмотрела почти всё, что было можно, когда увидела у входа новую фигуру. Свет падал таким образом, что девушка не сразу поняла, кто зашёл внутрь, да и не ожидала она кого-то встретить, несмотря на то, что Нартым предупреждал о местных немногочисленных жителях.

Когда через несколько секунд она смогла рассмотреть пришедшего человека, то сильно удивилась. Это была глубоко пожилая женщина. Бесформенная одежда висела балахоном, полностью скрывая очертания тела. На волосы каким-то хитрым способом был повязан платок, но тем не менее одна непослушная седая прядь выбилась, частично прикрывая лоб. Лицо было испещрено морщинами, а глаза запали от старости. На Смирте большинство людей после определённого возраста пользовались пластикой либо специальными уколами, которые были доступны почти для всех слоёв населения, а потому встретить человека, который полностью естественно состарился и дожил до глубокой старости, было редкостью.

Женщина медленно приближалась, слегка хромая и опираясь левой рукой на трость. Но больше внешнего вида Рору удивила реакция Нартыма. Он тут же оказался рядом с женщиной и очень уважительно склонился перед ней. А насколько знала Рора, мужчина на Инкаре никак не мог склониться перед женщиной. Почему-то, глядя на них, Рора почувствовала смутную тревогу, как бывает перед судьбоносными встречами.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

3.5

3.5

- Но, дамари... - услышала Рора тихий шёпот Нартыма, обращённый к женщине. Сложилось ощущение, что мужчина не хочет, чтобы их разговор кто-то услышал, но девушка стояла так удачно, что благодаря особенности местной акустики расслышала пару слов.

Дамари? Эта женщина? Насколько Рора поняла из рассказа Нартыма, сейчас их уже нет - это почти что миф. Но судя по тому, что она видит, возникают определённые сомнения. И скорее всего, Нартым не хотел, чтобы Рора с Хуго знали о том, что дамари - не пережиток прошлого, по крайней мере в этом древнем городе.

Нартым же чуть суетливо, но настойчиво пытался выпроводить женщину, однако та с завидным упорством игнорировала его.

Хуго отошёл достаточно далеко от входа и не сразу заметил новоприбывшую, зато сейчас спешил к Нартыму.

- Здравствуйте, вы живёте здесь? - громко спросил Хуго, вежливо улыбаясь женщине, при этом недовольно косясь на свою помощницу и ожидая, что она примет участие в налаживании контактов с местным населением.

Рора, конечно, тоже должна была подойти к женщине, но ноги как будто приросли к земле, не давая сдвинуться с места.

Женщина что-то проговорила послу в ответ, видимо, на коренном языке клана Корола, и немного раздражённо отмахнулась от Хуго, как от надоедливой мухи.

Посол вопросительно посмотрел на Нартыма, растерявшись от такой реакции. Да и в принципе редко кто пользовался местными наречиями даже на отдалённых планетах - ведь был единый стандартизированный язык, принятый на подавляющем большинстве цивилизованных планет.

- Я не совсем понял, - попытался ещё раз обратиться к старухе Хуго.

Та опять что-то резко сказала Нартыму и вдруг показала пальцем на Рору. Девушка даже еле заметно отшатнулась от неожиданного жеста.

Нартым нахмурился, но тем не менее нехотя проговорил Хуго:

- Уважаемая старица хочет пообщаться с вашей помощницей.

- С Ророй? Но... зачем? - вполне обоснованно удивился Хуго.

Рору тоже сильно волновал этот вопрос. Они точно раньше не встречались, и никаких общих тем у них быть в принципе не могло.

- Возможно, обсудить какие-то женские вопросы, - пожал плечами Нартым, но Роре было очевидно, что повод, мягко говоря, надуман.

Несмотря на всю неоднозначность ситуации, Рора также понимала, что эта пожилая женщина является крайне уважаемой личностью, и отказывать ей не стоит. Опять же девушка точно слышала, что Нартым назвал её «дамари»... а это очень и очень любопытно.

- Я не уверен... - протянул Хуго.

- С удовольствием пообщаюсь с уважаемой старицей, - подала голос Рора, хотя уверенности в словах не было ни на грамм.

- Замечательно, - облегчённо улыбнулся Нартым. - А мы с даром Хуго пройдёмся по городу, а потом будем ждать у машины.

- Хорошо.

Мужчины уже через минуту покинули Дом дамари, оставив женщин наедине, при этом дар Хуго очень выразительно посмотрел на свою помощницу фирменным взглядом «только попробуй всё испортить».

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 4

Глава 4

4.1

Старуха медленно подошла к Роре, звучно постукивая тростью. Эхо шагов раздавалось в тишине Дома дамари, а Рора так и не выбрала для себя стратегию поведения, в итоге решив поменьше болтать и побольше слушать. Рора не знала, почему дамари решила проигнорировать вопросы Хуго и сделать вид, что не понимает его, но девушка точно слышала, что Нартым обращался к ней на всеобщем языке.

— Так вот, какая ты, — произнесла пожилая женщина, внимательно всматриваясь в лицо Роры.

У самой же дамари были необычайно светлые глаза — Рора раньше никогда таких не видела.

— Извините, я не совсем понимаю, для чего могла понадобиться вам, — слегка склонила голову Рора в знак уважения. И, не выдержав, всё же спросила, нарушая свои же установки: — Вы правда дамари?

— Любопытная, — по-доброму усмехнулась женщина, от чего её лицо сразу преобразилось, сделав его не таким строгим. — Да, я дамари. Последняя дамари. Корол меняется, постепенно, но необратимо. Знания дамари исчезают, силы истончаются. Инкар развивается, становится технологичнее, современнее, истоки забываются. Это медленный, но неизбежный процесс. Главы кланов ещё не понимают этого, и пройдёт немало лет, прежде чем они осознают, что назад уже ничего не вернуть. Это не плохо и не хорошо... это просто путь. Однажды дамари станут лишь легендами. Хотя многие уже так считают. Но это не имеет отношения к тому, зачем я хотела увидеть тебя.

— И зачем же?

— Иногда дамари открываются знания о будущем. Точнее, вероятность будущего. Это редкое явление, и впервые оно было не о жителе Инкара. Сегодня ночью я видела тебя во сне.

Рора в изумлении уставилась на женщину. Не то чтобы она не верила... хотя, конечно же, не верила! Первое, что пришло в голову, — это какой-то розыгрыш, глупая шутка. Вторая мысль — попытка таким странным образом повлиять на договор и исход переговоров. Но этот вариант тоже не выдерживал никакой критики! Зачем это клану? Да ещё таким сомнительным способом.

— Отсутствие веры — это не страшно, — понимающе посмотрела дамари. — Страшно отсутствие чистоты души. К счастью, это не твой случай.

— Я не понимаю...

— Не перебивай! — строго оборвала её дамари. — Я скажу один раз то, что должна сказать. Мы не можем открывать будущее, но кое-что всё же подвластно. Поэтому слушай.

Роре показалось, что в Доме дамари заметно похолодало — по крайней мере, по телу прошёлся табун мурашек, а глаза дамари как будто стали ещё светлее.

— От судьбы тебе не сбежать, хотя пытаться будешь. Характер сильный, и по-другому не можешь. Но это ничего. Не сдавайся. Он будет думать, что проиграл, хотя выиграет в разы больше. Ты будешь думать, что проиграла, хотя обретёшь в итоге всё. Если только варкал не заберёт самое важное. Тогда Корола больше не будет, а Инкар придёт в упадок. Потому что он не простит и разрушит всё. Такова его суть.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

4.2

4.2

Рора замерла, впав в оцепенение. Каждое слово пронизывало тело, но сознание не воспринимало это... предсказание?

Рора тряхнула головой, сбрасывая остатки наваждения.

Вот только дамари уже рядом не было. Девушка резко обернулась, но сзади тоже никого не оказалось. Она стояла одна посреди Дома дамари, и сердце бешено колотилось, норовясь пробить грудную клетку.

— Что это было? — пробормотала Рора.

Множество вопросов крутилось в голове: куда делась женщина? Её чем-то опоили? Что это за странное послание? Какой-то бред про проигрыш, обретение, варкала и будущее Инкара...

Как она вообще может встретить варкала? Это же мифическое животное!

— Бред, — ещё раз прошептала Рора, убеждая себя, и направилась к выходу.

В глубокой задумчивости она дошла до машины, где её уже ждали. Нартым с любопытством посмотрел на неё, но ничего не сказал. А вот дар Хуго не удержался и, когда они садились в машину, раздражённо прошептал так, чтобы никто не услышал:

— Что ты там так долго с этой старухой делала? Мы час тебя ждали!

— Час? — удивлённо переспросила Рора.

"Я там пробыла минут десять"

, — хотела она возразить, но почему-то промолчала.

— Что от тебя хотела эта женщина?

— Я не поняла, — вполне искренне ответила Рора.

Хуго поджал губы, но больше ничего не сказал. Да и Нартым стал поглядывать на них с любопытством.

Всю дорогу обратно Рора молчала. Её уже не манил пейзаж за окном — слишком сильное впечатление на девушку произвели древний город и встреча с дамари. Как будто без её спроса и ведома перевернули всю жизнь, хотя вроде ничего не произошло.

Когда подъехали к гостинице, Рора обрадовалась, что сможет в одиночестве «переварить» всё услышанное. Вот только Нартым напомнил, что культурная программа была рассчитана и на вечер.

— Мы потратили на поездку немного больше времени, чем планировалось, поэтому, к сожалению, времени на отдых останется меньше, чем задумывалось. Через час я буду ждать вас внизу. Вечером вы приглашены на концерт национального театра Инкара. В него входят лучшие артисты планеты, так что надеюсь, вам понравится. Сегодня как раз выступление в Короле.

В любой другой раз девушка искренне порадовалась бы такой возможности, но сейчас чувствовала себя выжатой и смогла выдавить лишь вежливую улыбку.

— Спасибо за приглашение, — пробормотала она.

Оказавшись в номере, Рора со стоном плюхнулась на кровать, позволив себе пять минут полежать в мягкой постели. Потом направилась в душ — освежиться и подготовиться к вечеру. Она не могла позволить, чтобы кто-то косо посмотрел на помощницу посла Смирта.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

4.3

4.3

Рора выбрала длинное вечернее платье с закрытым декольте и рукавами три четверти. Оно не облегало фигуру, а лишь мягко обозначало её очертания. По сути, единственным достоинством этого платья был насыщенный изумрудный цвет.

Волосы Рора убрала в высокий хвост, слегка завив кончики. Макияж был минимальным — чтобы не привлекать лишнего внимания. Да и времени уже почти не оставалось.

В целом она выглядела скромно, но вполне прилично — как и подобает человеку, находящемуся не на курорте, а при исполнении рабочих обязанностей.

Внизу её, как обычно, уже ждал Нартым. Он одобрительно оглядел её наряд — видимо, мужчина опасался, что девушка выберет что-то кричащее или неприличное по меркам Инкара.

Дар Хуго появился спустя пару минут, облачённый в классический костюм и синюю рубашку.

— Благодарю за пунктуальность, — вежливо улыбнулся Нартым. — У нас не принято опаздывать на концерт: это считается неуважением к артистам.

До концертного зала ехать было всего пять минут по центральной улице. Высокое здание из стекла и металла возвышалось над соседними постройками, сразу привлекая внимание.

Едва они переступили порог, как Рора погрузилась в атмосферу искусства и роскоши. Просторный холл был искусно отделан натуральными материалами — камнем и деревом, что удивительно сочеталось с современным внешним обликом здания. Рору поразило, что здесь используют такой ценный на Смирте ресурс, как дерево, для отделки — она не сомневалась, что это была именно натуральная древесина, а не искусная имитация.

Вообще, Рора всё больше приходила к выводу, что на Инкаре очень избирательно подходят к применению технологий. Например, здесь не использовали синтетическую пищу, хотя она дешевле в производстве и при хорошем качестве почти неотличима от натуральной. Здесь были автомобили на магнитной подушке, но отсутствовали многоуровневые трассы. Повсюду зелень, люди спокойно гуляют...

Если бы Рора не прилетела со Смирта, она могла бы подумать, что Инкар — закрытая планета. Хотя... по большому счёту, так оно и было. Главы кланов заимствовали из внешнего мира только то, что считали полезным, поэтому Инкар так разительно отличался от родной планеты Роры. Некоторые её соотечественники, возможно, сочли бы Инкар отсталым миром, но у девушки было на этот счёт иное мнение.

Размышляя об особенностях планеты, Рора между тем с интересом разглядывала гостей. Видимо, позволить себе билеты могли лишь обеспеченные люди — мужчины и женщины были одеты богато, но со вкусом. Некоторые дамы носили на голове необычный аксессуар — широкий ободок, часто украшенный драгоценными камнями. Как пояснил Нартым, это традиционный головной убор замужних женщин. Сейчас его ношение не было обязательным, но многие по-прежнему предпочитали таким образом подчёркивать свой статус. Эта деталь показалась Роре ещё одним интересным штрихом в её впечатлениях об Инкаре.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

4.4

4.4

На них с любопытством смотрели, но никто не подходил, словно существовал негласный запрет на общение с послом и его помощницей. Рядом неизменно находился Нартым, и именно он отвечал на все вопросы.

Рора заметила, как дару Хуго хотелось поближе познакомиться с элитой клана Корола, но первым проявлять инициативу он не решался — и это было оправдано, ведь можно было ненароком нарушить какое-то неписаное правило. Такое отношение часто встречалось среди жителей планет, с которыми только налаживали контакты: пока правитель не выскажет своей позиции относительно приезжих, население соблюдает вежливый нейтралитет — на всякий случай.

В какой-то момент в холле началось оживление. Гул голосов усилился, мужчины выпрямились, женщины стали поправлять наряды — непринуждённая атмосфера мгновенно испарилась.

— Что происходит? — поинтересовался дар Хуго.

— Мне только что сообщили, что аман Мавир решил посетить мероприятие, — ответил Нартым.

Рора не поняла, кто и когда успел передать ему эту информацию — она не видела, чтобы мужчина отлучался или с кем-то разговаривал. Но сейчас это было неважно. Возможно, встреча с главой клана Корола произойдёт раньше, чем они с боссом рассчитывали.

С одной стороны, это даже хорошо — познакомиться заранее в неформальной обстановке. С другой — Рора морально не была готова к встрече с аманом Мавиром сегодня. Девушка не из робкого десятка, но новость всё равно вызвала лёгкий мандраж.

Конечно, не факт, что он подойдёт к ним. Но и проигнорировать посла Смирта, находясь на одном мероприятии, было бы крайне невежливо — это выглядело бы откровенным пренебрежением. Ведь все стороны были заинтересованы в успешных переговорах.

— Будь готова, — шепнул ей начальник.

Она кивнула, не подавая вида, что волнуется.

Нартым ненадолго отошёл, пообещав скоро вернуться. Через минуту Рора поняла, что аман Мавир вошёл в холл — не потому что увидела его, а по внезапно пронёсшемуся шёпоту и изменившейся атмосфере. Большинство присутствующих повернули головы к входу. Рора последовала их примеру, но из-за толпы и неудачного ракурса толком никого не разглядела. Вытягивать шею было бы глупо.

Дар Хуго тоже повернулся, но, не увидев ничего определённого, раздражённо дёрнул уголком губ. Они переглянулись. Как себя вести? Попытаться подойти к правителю? Оставаться на месте? Или вообще пройти в зал?

К счастью, Нартым уже спешил обратно — скоро всё должно было проясниться.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

4.5

4.5

— Извиняюсь, что пришлось вас оставить, но сами понимаете... — Нартым не закончил фразу, но всё и так было предельно ясно. Конечно, их сопровождающий должен был получить указания насчёт посла с помощницей.

— Мы всё понимаем, — заверил его дар Хуго.

— В связи с тем, что аман лично присутствует сегодня на концерте, а вы — наши почётные гости, произошла небольшая перестановка. Рядом с вашими местами, в соседней ложе, расположится аман Мавир. Перед началом концерта он к вам зайдёт, чтобы высказать своё уважение, — продолжил Нартым.

— Замечательная новость, — расплылся в улыбке Хуго.

— Прошу пройти за мной.

Рора оглянулась: люди постепенно стекались в зал, но Нартым повёл их в сторону от толпы. У их ложи оказался отдельный вход. Сама она располагалась с правого края от сцены и была отделена от соседней достаточно высокой перегородкой. Ложа возвышалась над зрительным залом, что создавало ощущение приватности — пусть и довольно условное.

Вообще концертный зал был современным — с комфортными мягкими креслами, широкими проходами и большой сценой. Рора в очередной раз поразилась, как на Инкаре совмещают традиции и инновации. Сейчас живых выступлений почти нигде не встретишь — всех артистов заменили голограммы и виртуальная реальность.

Кажется, Рора почувствовала приближение амана раньше, чем увидела его. Холодок пробежал по спине, и на миг перехватило дыхание.

Через минуту в ложу вошёл мужчина. Его и представлять не надо было — сразу стало ясно, кто перед ними. Даже если бы их заранее не предупредили, что зайдёт аман, ошибиться было бы невозможно.

Первое, на что девушка обратила внимание, — это не внешность, а энергетика. Бывают такие люди, которые заполняют собой всё пространство, сразу привлекая внимание. Тяжёлая аура, даже давящая. Такие люди не договариваются, а прогибают других под свои условия.

"Нелегко придётся в переговорах", — мелькнула мысль.

Зато Рора поняла, как себя надо вести с ним. Именно так, как она и привыкла: уверенно, ровно, без лишних эмоций. Меньше лирики, больше дела. Это всё стало понятно на уровне интуиции. Что же касается внешности...

Аман Мавир был достаточно высоким, крепким мужчиной. Рора знала, что главе клана Корола тридцать шесть лет. Тёмные густые волосы были чуть длиннее, чем принято носить на Смирте; крупные черты лица; немного кривая перегородка носа свидетельствовала о давнем переломе. Амана Мавира нельзя было назвать красивым или даже симпатичным, но Рора была уверена, что женским вниманием он не обделён — и дело даже не в статусе, скорее в той самой энергетике. Вот только саму девушку такая маскулинность всегда отталкивала, так что за своё душевное состояние она могла быть спокойна.

Все эти мысли промелькнули за несколько мгновений, а мужчина тем временем прошёлся сканирующим взглядом по гостям своего клана.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 5

Глава 5

5.1

Молчание немного затянулось. Согласно основам дипломатии, их первым должен был приветствовать хозяин, то есть аман, но он молчал. Молчал и дар Хуго, опасаясь нарушить протокол.

— Добрый день, рад приветствовать представителя Смирта на родной планете и в своём клане, — наконец разорвал тишину аман.

Голос у него оказался низким, чуть вибрирующим и чем-то напоминал рычание зверя — в общем, вполне соответствовал внешности. Что примечательно, обращался он только к послу, игнорируя Рору.

Хуго чуть слышно выдохнул.

— Безмерно рад с вами встретиться. Меня зовут дар Хуго, — представился начальник. Конечно, аман Мавир наверняка знал его имя, но правила приличия того требовали. — Мы с моей помощницей благодарны за возможность познакомиться с кланом и культурой Инкара поближе до начала переговоров.

Аман Мавир кивнул с непроницаемым выражением лица и перевёл взгляд на девушку. Она с удивлением обнаружила, что у амана ярко-зелёные глаза, но под его изучающим взглядом почувствовала себя крайне некомфортно.

Рора нейтрально улыбнулась, но вступать в разговор не стала. Мужчина проскользил по ней нечитаемым взглядом и вернул внимание послу.

— Надеюсь, выступление наших артистов вас порадует. А завтра мы с вами и вашей помощницей увидимся уже в рабочей обстановке.

— Да, конечно, — кивнул Хуго.

Когда аман Мавир покинул их ложу, казалось, что даже дышать стало легче. Посол скривил губы, но ничего не сказал — они оба помнили, что за перегородкой сидит аман, и обсуждать его было бы полной глупостью.

В целом глава Корола был именно таким, каким Рора себе его и представляла, изучая доступную информацию и готовясь к переговорам — жёсткий, властный и "тяжёлый". К счастью, Хуго был опытным дипломатом, а Рора — не трепетной девицей, падающей в обморок от всего на свете, так что оставался шанс, что всё пройдёт успешно.

Девушка думала, что после встречи с аманом концерт пройдёт мимо её внимания, но стоило артистам выйти на сцену и взять первую ноту, как она незаметно для себя полностью погрузилась в происходящее. Она заворожённо следила за магией живого искусства, переживая целый спектр эмоций.

Очнулась только через два часа, когда зал взорвали оглушительные овации. Всё ещё находясь под впечатлением, Рора с начальником вышла в холл, где их уже встречал Нартым, с которым она тут же поделилась своими впечатлениями — пусть и в гораздо более сдержанной манере, по сравнению с тем, что творилось у неё в душе.

Когда они подходили к машине, Рора успела заметить амана Мавира, который садился в автомобиль. Будто почувствовав направленный на него взгляд, аман резко развернулся, безошибочно найдя её глазами. Девушка на долю секунды замерла, словно её поймали с поличным, сердце сбилось с ритма, но глава клана уже отвернулся, а через минуту его автомобиль уехал.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

5.2

5.2

После крайне насыщенного дня, полного незабываемых впечатлений, Рора уснула за доли секунды. Вечером в отеле Хуго приглашал её на ужин, но девушка отказалась, сославшись на усталость. Она и правда устала, но основной причиной, конечно же, было поведение посла на ужине в прошлый раз.

Кажется, начальник всё понял, но ничего не сказал.

На следующий день Рора встала рано. Она тщательно готовилась к первому дню переговоров, в тысячный раз пересмотрела договор и, только удостоверившись, что всё в порядке, принялась за сборы.

Брючный костюм пудрового цвета, нюдовый макияж, устойчивый каблук и гладкий высокий хвост.

Из зеркала на неё смотрела ухоженная, уверенная в себе женщина — без вычурности и вульгарности. Стильно и по-деловому. Всё, как она и хотела.

За окном ласково грели местные светила, а деревья радовали глаз. В этот момент у Роры промелькнула мысль, что она хотела бы жить на Инкаре, чтобы каждый день видеть эти маленькие чудеса, которые для жителей Корола являются каждодневной обыденностью.

Дар Хуго сегодня был собранный и по-деловому сосредоточенный, даже Нартым казался серьёзнее, чем обычно.

У входа в здание, где планировалась встреча с аманом, их встретила небольшая делегация. Вежливо поздоровавшись, они всей толпой прошли внутрь.

Как поняла Рора, здесь располагалось что-то похожее на администрацию Корола. То есть именно отсюда шли управленческие решения, касающиеся всего клана. Само же здание было явно историческим, идеально отреставрированным, всего три этажа с небольшими декоративными балконами.

Рора почему-то представляла, что их отвезут в один из множества современных небоскрёбов из сверхпрочного стекла и металла. А тут… особняк. Хотя, с другой стороны, если учесть, что в клане чтут историю и традиции…

В любом случае лично Роре больше нравились именно такие здания, чем самые навороченные небоскрёбы. В них была душа.

Несмотря на внешний вид, внутри всё было стильно и современно. Мимо них мелькали работники — в основном мужчины, но Рора заметила и несколько женщин, что её немного ободрило. Не хотелось бы предвзятого отношения к её интеллектуальным способностям из-за наличия груди и симпатичного лица. Хотя… кого она обманывает? Предвзятого отношения на Инкаре к женщине не избежать. Его даже не всегда удавалось избежать на Смирте.

В приёмной амана Мавира их встретил секретарь — мужчина в деловом костюме и с аккуратно подстриженной бородой. И это было не самым хорошим звоночком: аман не вышел встретить их в приёмную. Хотя, опять же, здесь мог сыграть свою роль местный менталитет, когда все идут «на поклон» к главе клана, а не наоборот.

Так или иначе, но дверь перед ними секретарь открыл, впуская в кабинет.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

5.3

5.3

Что сказать… Кабинет амана Мавира был ему под стать. Большой, в тёмных тонах, без лишней вычурности: мебель из дерева, техника последней модели.

Сам аман, приветствуя гостей, поднялся из-за массивного стола и слегка кивнул головой. Дар Хуго с Ророй повторили его жест.

Девушка украдкой ещё раз оценила внешность главы клана. В целом, впечатление осталось то же, что и вчера. Не красавец, но мощный; энергетика сбивает с ног и подавляет.

Рядом с рабочим столом амана стоял ещё один — для ведения переговоров. Когда все расположились, Мавир представил людей, которые отвечали за переговоры со стороны клана: среди них были экономисты, юристы, специалисты по добыче и обработке делтара. Всего восемь человек, считая самого амана.

Рора обратила внимание на одного из мужчин. Аман представил его Гаролом; насколько девушка поняла, он выполнял функцию помощника Мавира. Вот только его внешность совсем не соответствовала человеку, который владеет навыками дипломатии, — скорее, он напоминал головореза.

Гарол был высоким — даже выше главы клана, — но фигура менее массивная. На виске — небольшой шрам, тёмные и абсолютно пустые глаза, не выражающие ни одной эмоции, короткий «ёжик» волос. Скупые движения и невыразительная мимика. Гарол напоминал глыбу льда, которую непонятно каким образом занесло в жаркий Корол. От его присутствия Роре захотелось съёжиться, но она лишь вежливо улыбнулась всем участникам переговоров, оставаясь в тени посла.

— Предлагаю начать. Нам сегодня предстоит много работы. Итак, дар Хуго, прошу вас изложить предложение Смирта, — начал аман Мавир.

Посол начал заранее подготовленную речь, уверенно проговаривая основные пункты соглашения, акцентируя внимание на несомненной выгоде клана от сотрудничества со Смиртом, виртуозно обходя неоднозначные пункты и спорные моменты.

В какой-то момент Рора даже подумала, что всё пройдёт гладко. Но когда дар Хуго закончил говорить, на него посыпались вопросы от присутствующих специалистов. Стало очевидно, что тщательно готовились к переговорам не только они, но и клан Корола. Отмалчивались лишь аман Мавир и его помощник. Могло создаться ощущение, что они даже не вникают в суть происходящего, но Рора была уверена: каждое слово запоминается и анализируется, чтобы потом вынести вердикт.

Постепенно волнение ушло, и Рора смогла на все сто процентов включиться в работу. Стало некогда анализировать взгляды амана Мавира в их сторону и «холодность» его помощника.

Рора с боссом «отбивались» от вопросов. Девушка поняла, что не зря столько времени потратила на подготовку: она владела всеми данными и расчётами по предполагаемым затратам и выгоде для обоих сторон.

Переговоры затягивались. Ближе к обеду стало ясно, что сегодня они не подпишут договор.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

5.4

5.4

Выходили они с начальником из здания вымотанные: мозг кипел, тело болело, глаза слезились от просмотра электронных и «живых» бумаг.

Рора была морально готова к тому, что переговоры лёгкими не будут. Об этом говорил и неудачный опыт предыдущего посла, и клановый менталитет, с которым они уже успели столкнуться. Но всё равно она чувствовала себя абсолютно выжатой.

Вторая сторона не желала идти на уступки ни в чём - ни в вопросах цены, ни в вопросах добычи. Всё усугублялось тем, что месторождение делтара было рядом с населённым пунктом, и расширять его отказывались: ведь это означало сгонять людей с их мест, а это считалось пренебрежением к членам клана. Традиции сталкивались с экономической выгодой и целесообразностью увеличения объёмов добычи. Вот только Королу было достаточно и того, что есть сейчас для дальнейшего процветания, а Смирту требовалось больше делтара.

Ехали до отеля они в полной тишине. Обсуждать при Нартыме переговоры было чревато.

Сегодня отказаться от совместного ужина Рора не могла - нужно было обсудить дальнейшую стратегию. Поэтому по прибытию в отель они с Хуго сразу направились в ресторан.

— Эти... — проглотил ругательство Хуго, — они же просто издеваются! Их условия — это насмешка, — процедил он сквозь зубы.

Рора очень хотела сказать "я же говорила", но благоразумно промолчала. Пусть уж лучше ругается, чем снова предложит переспать с кем-нибудь для продвижения договора.

Пока начальник "разорялся", Рора успела сделать заказ. Есть хотелось зверски.

Когда поток ругани закончился, эмоциональный пар был выпущен, а Рора доедала салат, начальник наконец-то начал выдавать рациональные и вполне приемлемые предложения, которые можно было выдвинуть на следующих переговорах.

Рора позволила себе внести несколько корректировок, которые были начальником приняты благосклонно.

Второй день переговоров прошёл немного легче. Стороны уже "прощупали" друг друга и нашли точки соприкосновения.

Сидели они всё в том же кабинете амана Мавира. Он лично присутствовал на переговорах, как и его помощник, но продолжал отмалчиваться, давая возможность работать своей команде.

Рора была уверена, что каждое их слово и позиция заранее обговорены и одобрены аманом. Не был он похож на человека, который позволяет кому-то другому "рулить". Скорее на того, кто держит всё под контролем.

К счастью, Хуго в какой-то момент дал Роре больше свободы и позволил напрямую участвовать в переговорах. Возможно, потому что всем было ясно: в некоторых вопросах девушка осведомлена лучше его, и не всегда есть возможность незаметно подсказать шефу.

В первый раз мужчины удивлённо переглянулись, когда она вступила в разговор, но потом удивление переросло в некоторое признание её профессионализма, и пытаться "задвинуть" Рору перестали.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

5.5

5.5

Переработанный вариант договора к началу третьего дня был готов. Этот день должен был стать финальным и закончиться подписанием бумаг. Потом — ещё один день на празднование, а затем вылет на Смирт. Дольше задерживаться на Инкаре было уже нельзя. Это одно из правил для гостей Инкара: нахождение на планете не должно превышать недели. Бывали, конечно, исключения — к примеру, болезнь или запрос по родственным связям, — но это не их случай.

В какой-то степени Роре было даже грустно, что их путешествие подходит к концу. Очень уж ей приглянулась эта удивительная планета, которая сумела сохранить свою аутентичность и уникальность.

Сегодня аман Мавир как-то особенно выделялся. Он был одет во всё чёрное, под глазами залегли тени, как будто он всю ночь не спал, взгляд приобрёл ещё больше тяжести. За пару дней девушка немного привыкла к его присутствию, но сейчас снова ощутила эту тяжёлую ауру, которая окутывала главу клана.

Аман сел во главе переговорного стола и впервые с первого дня взял слово:

— Это соглашение — не просто бумага. Впервые за всю историю нашего клана обсуждалась возможность взаимодействия с другой планетой по реализации на внешнем рынке делтара. Дар Хуго, — обратился к начальнику аман, — вы с помощницей произвели на меня впечатление и уровнем подготовки (при этом аман быстро "стрельнул" глазами в сторону Роры), так и благоразумным поведением в нашей столице. Это многого стоит. Но остался один существенный нюанс, который вы всеми силами старались не замечать и обойти. Я не люблю, когда из меня делают идиота, — абсолютно ровным тоном произнёс аман Мавир.

Рора почувствовала, как холодок пробежал по спине. Судя по тому, как побледнел Хуго, его тоже не обмануло показное спокойствие амана. Но не зря он был назначен послом — Хуго умел держать лицо.

— Я не совсем понимаю, о чём вы, — начал он вкрадчиво. — Договор обсуждался все эти дни совместно, здесь, при вас.

— Это правда. Но есть один хитро составленный пункт, на котором никто не акцентировал внимание.

— Я правда... — начал дар Хуго, но аман его резко остановил.

— Пункт 5.13 договора. Напомнить, о чём он?

Рора помнила и о чём этот пункт, и о том, как пыталась предупредить дара Хуго, что данное требование будет воспринято неоднозначно со стороны амана.

Дар Хуго уже пришёл в себя и достаточно уверенно ответил:

— Но, аман Мавир, при всём уважении, это стандартный пункт.

— Значит, вы всё-таки плохо понимаете, куда прилетели, — усмехнулся аман. — Ставить знак Смирта на изначальную собственность клана... Вы всё-таки держите меня за идиота.

— Ни в коем случае! — опасливо воскликнул дар Хуго.

— Думаете, я не знаю, что в случае нанесения знака при перепродаже в документах делтар будет числиться собственностью Смирта? И тогда дополнительные пошлины пойдут в карман вашей планеты? Не как поставщику, реализующему продукцию, а именно как собственнику? Да, пункт стандартный, но в большинстве случаев Смирт покупает право собственности на товар. Ох уж эти нюансы... Я так надеялся, что у вас хватит мозгов убрать или изменить этот пункт. Или у моих юристов — обратить внимание на эту деталь. А может быть, они в сговоре со Смиртом? — аман Мавир обвёл взглядом бледных от страха людей, сидящих за столом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

5.6

5.6

Казалось, от повисшего в помещении напряжения воздух стал потрескивать. За спиной амана молча стоял его помощник, равнодушно окидывая взглядом собравшихся и нагнетая атмосферу ещё больше.

Ситуация ухудшалась с каждой секундой. Рора понимала, что вся её кропотливая работа последних месяцев сейчас может пойти насмарку. И третьей попытки им никто не даст.

— Аман Мавир, — твёрдым голосом произнесла Рора, — прошу вас посмотреть другой вариант договора.

Дар Хуго попытался жестом остановить помощницу, опасаясь, что её выходка ещё больше усугубит их положение. Но девушка, ни на кого не глядя и с абсолютно невозмутимым видом, открыла на планшете второй вариант, который подготовила ещё два дня назад — с переформулированным злосчастным пунктом 5.13, — и передала его аману через помощника.

Рора осознавала, по какой тонкой грани пошла, но в глубине души была рада, что не послушала посла и решила перестраховаться. Изначально она планировала в случае необходимости незаметно передать послу этот документ, но сейчас побоялась, что им просто не дадут возможности остаться наедине хоть на минуту. Или, что ещё вероятнее, их даже не станут слушать. Так что выбор был невелик: либо сейчас рискнуть, либо провалить переговоры.

Аман пристально посмотрел на девушку. Рора не могла понять его выражение лица — обычно абсолютно бесстрастное. Ей показалось, что сейчас на нём промелькнуло удивление. Только от чего — то ли от глупости, то ли от смелости девушки, — осталось загадкой.

Выдержать взгляд Мавира было слишком тяжело, и после недолгой внутренней борьбы Рора перевела внимание на планшет в его руках. Аман быстро просмотрел предложенный документ.

Рора старалась даже не смотреть в сторону начальника. Реакцию Хуго на эту выходку она узнает позже.

— Что же, такой договор я бы мог подписать. Если бы мне предложили его сразу. Но меня попытались обмануть.

— Аман, разрешите пояснить, — снова вмешалась Рора.

Мавир на секунду сощурил глаза, но всё-таки дал согласие.

— Мы прекрасно понимаем, как это может выглядеть. Но уверяю, злого умысла обмануть не было. Это действительно абсолютно стандартный пункт, и никогда ранее по нему не возникало вопросов. Для нас знак Смирта — это больше формальность, на которую уже давно не обращают внимание. И забирать в собственность делтар у клана Корола — это... простите за резкость, политическое самоубийство. Ваши юристы также не обратили на него внимание по причине всеобщего употребления подобных требований в межпланетарных договорах.

Повисло тяжёлое молчание. Сердце выбивало рваный ритм, ладони вспотели, но девушка старалась выглядеть уверенно и спокойно.

Аман Мавир немного наклонил голову в сторону и рассматривал Рору как интересную зверушку, которая непонятно как забрела в его логово.

— Но вы обратили внимание. И исправили.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

5.7

5.7

— Гхм, — замялась Рора, — да, в какой-то момент нас с послом посетили сомнения, но мы не придали им сильного значения. Второй вариант — просто перестраховка.

Судя по ироничной улыбке, которая отразилась на лице амана, он не сильно поверил словам Роры, но обвинять во лжи не стал.

— Я подумаю, — в конечном итоге ответил аман, и какая-то эмоция промелькнула в его глазах, — своё решение озвучу через час.

Глава клана поднялся с кресла, давая понять, что переговоры окончены. Никто не посмел с ним спорить, и Рора с послом вышли из кабинета вслед за местными сотрудниками.

— Иди за мной, — бросил начальник в сторону Роры и быстрым шагом направился к выходу.

Ушли они недалеко — до ближайшего небольшого парка, который расположился за зданием. В разгар рабочего дня других людей тут не было, и дар Хуго, жестом показав, чтобы Рора села на лавочку, навис над ней.

— Ты что себе позволяешь?

— Я делаю так, чтобы договор был подписан, — твёрдо, смотря в глаза, ответила Рора.

— И выставляешь меня посмешищем? Если ты ему подсунула что-то сомнительное — нам конец. Это сделка уровня планетарной важности! А ты подсовываешь несогласованный документ, который я в глаза не видел!

— Нет! Дело вообще в другом! Дар Хуго, если бы я не передала второй договор, то нас бы уже выставили за дверь без возможности реабилитироваться в глазах амана! Это в лучшем случае! Да, это было не согласовано с вами, но будем честны — я пыталась предупредить вас...

— Замолчи! — отрезал он, но нависать перестал. Конечно, кому приятно, когда тычут носом в ошибки, особенно цена которых так велика.

— Что же, — более спокойно выдохнул посол. — Расскажи подробнее о внесённых изменениях.

Рора еле слышно выдохнула — кажется, кризис миновал, и разговор свернул из обвинений в конструктивное русло. Она стала подробно объяснять не только, какие изменения внесла, но и почему сформулировала именно так, а не иначе.

По мере рассказа лицо Хуго постепенно расслаблялось — ведь девушка действительно ничего крамольного не вносила во второй вариант договора.

Через час они вернулись в приёмную. Там уже сидели специалисты из клана, которые работали над договором, — чуть менее бледные, но такие же напряжённые. Рора осознавала, что, скорее всего, недовольство амана будет стоить им работы, и где-то даже жалела их.

Из кабинета вышел Гарол. Рора напряглась при его виде — этот мужчина вызывал у неё какие-то инстинктивные опасения. Но, конечно, девушка не позволила этим эмоциям отразиться на лице. Помощник амана обвёл присутствующих взглядом, и Роре показалось, что он задержал на ней свой взор немного дольше, чем на остальных.

— Дар Хуго, пройдите, — пригласил Гарол начальника. Рора по привычке тоже стала подниматься, но мужчина, заметив её движение, добавил: — Один.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

5.8

5.8

Рора сидела в сильном напряжении. Она привыкла быть рядом с послом на деловых переговорах. Не то чтобы она ему не доверяла... хотя, да. Не доверяла.

Дар Хуго был неглупым человеком, опытным дипломатом, но как раз по этой причине зачастую позволял себе расслабляться в процессе подготовки и делегировать всё подчинённым, не слишком погружаясь в процесс. А тут ещё и ситуация в принципе непростая...

С ней никто не говорил, только бросали острые взгляды. Эта сделка давалась слишком тяжело для обеих сторон.

Спустя почти полчаса ожидания, за которые Рора успела от нервов расковырять новую заусеницу, их наконец пригласили внутрь.

Первым делом девушка нашла взглядом своего начальника. Дар Хуго выглядел немного взвинченным, но в целом довольным. Рора чуть слышно выдохнула. Значит, всё-таки смогли договориться.

Аман сидел, как и прежде, во главе стола, и по его лицу ничего нельзя было прочесть. Какой... монументальный мужчина. Казалось бы — глыба, но Рора была уверена: его темперамент может жечь напалмом всех, кому не посчастливилось впасть в немилость амана. Его боялись, признавали неоспоримый авторитет и право на лидерство. В клановой среде Инкара удерживать власть непросто. Недостаточно быть членом "правильной" семьи. Надо доказать, что ты способен эту самую власть удержать.

Почему-то в этот момент Рора подумала, что Мавир ненамного старше её — разница всего-то в семь лет. Ей двадцать девять, а ему тридцать шесть.

Аман улыбнулся уголком губ и откинулся назад в кресле. Его поза была вальяжной и... довольной. Он был удовлетворён сделкой и теми условиями, которые они с даром Хуго обсудили наедине.

Девушка, конечно, хотела бы узнать все нюансы их переговоров до того, как документы будут подписаны, но такой возможности ей не предоставили. Да и с чего бы вдруг? Она всего лишь помощница — право принимать решения и говорить от лица правительства Смирта принадлежало послу.

— Итак, договор будет подписан здесь и сейчас. Это новая веха в развитии межпланетных экономических связей для клана, — объявил аман.

В кабинете стало слышно, как люди облегчённо выдыхают. Но, как оказалось, рано.

— К сожалению, это стало возможно не благодаря высокой компетентности моих подчинённых, а благодаря дальновидности наших гостей.

Аман перевёл взгляд на Рору, и девушке показалось, что на дне глаз ворочалось что-то тёмное, опасное. Но она моргнула, прогоняя глупое видение, и вежливо улыбнулась.

Момент подписания договора был крайне волнительным. Роре не верилось, что они смогли, несмотря ни на что. Они справились. Она справилась.

Договор подписывался в двух вариантах: первый — на бумажном носителе, как дань традициям, а второй — в электронном виде, где невозможно было подделать подпись или внести какие-то изменения задним числом.

Всё. Дело было сделано. Скоро она вернётся домой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 6

Глава 6

6.1

Уже после подписания всех необходимых документов аман Мавир попросил задержаться дара Хуго и Рору. В кабинете осталось четыре человека, включая Гарола, который всё так же оставался тенью амана.

— Изначально после подписания планировался банкет, но мои сотрудники... разочаровали меня. Поэтому приглашаю вас завтра на ужин в ресторане. Надеюсь, вас не огорчит, что празднование будет более... камерным.

— Что вы, — тут же подхватил посол, — это замечательная мысль.

На самом деле мнение Роры никого не интересовало, поэтому она лишь продолжала вежливо улыбаться, думая, что ужин в компании такого непростого человека — то ещё испытание для её нервов. Хотя, с другой стороны, это отличный экзамен на умение "держать лицо". И пусть от его пронзительного взгляда какие-то атавистические инстинкты кричали, что надо бежать от этого опасного хищника, способного перекусить пополам и не заметить, вежливая улыбка не покидала лица девушки.

По пути в гостиницу Рора ожидала, что посол поделится с ней своими эмоциями, размышлениями или хотя бы информацией о том, что они обсуждали с аманом наедине, но дар Хуго был удивительно молчалив. Даже ни разу не заикнулся о её самодеятельности с контрактом. Пусть всё в итоге и закончилось благополучно, но остаться совсем без последствий не могло. С другой стороны, она же всё равно планировала уволиться по прибытии на Смирт.

В любом случае, дар Хуго не стремился завести разговор в машине. И в отеле они разошлись в разные стороны.

Рора, уставшая, но довольная собой, легла спать, решив не обращать внимание на необычное поведение босса. В конце концов, это не её забота — свою работу девушка выполнила.

Рора спала так крепко, что пропустила завтрак. Видимо, стресс последних дней сказался и на ней. Поэтому девушка с чистой совестью заказала еду к себе в номер. Вместе с омлетом из двух яиц и овощной нарезкой ей передали конверт с запиской, внутри которого обнаружилось время и место сегодняшнего ужина с аманом.

Рора ощутила лёгкое волнение. Всё-таки ужин предполагался в неформальной обстановке, а это совсем не то же самое, что деловые переговоры.

Пока девушка ела поздний завтрак, она продумывала свой сегодняшний образ, хотя думать долго не пришлось — по большому счёту у неё оставалось всего одно ненадетое подходящее платье.

После завтрака Рора решила прогуляться по Королу, поймать последние моменты солнечного тепла и свежего ароматного воздуха, ощутить запахи цветов и зелени, посмотреть на два светила, щедро даривших свет этой удивительной планете.

Во время прогулки на Рору обращали внимание местные жители, особенно мужчины, но никто не подходил и не нарушал покой девушки, давая шанс просто побыть наедине с собой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

6.2

6.2

Дар Хуго встретился с Ророй на первом этаже отеля после её прогулки по городу и предупредил, что в ресторан он поедет один — у него были какие-то личные планы. Девушка не стала спрашивать, какие. Меньше знаешь — крепче спишь.

Собралась она на ужин достаточно быстро, надев платье цвета расплавленного золота с лёгкими переливами, приталенного, но не обтягивающего силуэта, длиной чуть ниже колена. Волосы оставила распущенными, но макияж позволила себе чуть более яркий, чем до этого, добавив тем самым праздничного настроения. Туфли пришлось брать на высоком каблуке — другая обувь просто не смотрелась в этом образе.

Связавшись с Нартымом, она уточнила, как ей добираться до места. Мужчина заверил, что машина уже ждёт у отеля.

Ресторан занимал отдельное двухэтажное здание. Сразу было видно, что здесь может позволить себе отужинать не каждый. В волнении, чуть прикусив нижнюю губу, Рора вышла из автомобиля и, тут же укорив себя за нервы, глубоко вдохнула, медленно выдохнула и направилась внутрь.

Уже не слишком удивляясь внутренней отделкой деревом, она прошла в зал, где её тут же встретил неизвестный мужчина в строгом костюме:

— Добрый день, позвольте вас проводить до столика.

Рора немного растерянно огляделась, предполагая, что её могли с кем-то перепутать. Людей в ресторане было немного — занято лишь пару столов по периметру, и, судя по всему, никто из посетителей никого не ждал.

Девушка слегка кивнула и пошла за сопровождающим. Её провели сразу на второй этаж, где располагались отдельные кабинки для тех, кто хотел поужинать без лишних глаз. В принципе, было логично, что аман предпочитает приватность, так что Рора не слишком удивилась такому выбору.

Оказалось, что она пришла первой. Стол был уже сервирован лёгкими закусками, несколькими салатами и открытой бутылкой фруктового вина.

— Аман подойдёт немного попозже, — пояснил сопровождающий. — Прошу вас скрасить ожидание вкусной едой и приятным напитком.

Рора вежливо поблагодарила мужчину, и он удалился, оставив девушку одну. Она не села за стол, а прошла на балкон, выход на который был прямо в приватной кабинке.

Роре было некомфортно одной в замкнутом пространстве, но балкон вполне справлялся с этой проблемой. Жизнь в Центре взросления и здесь наложила свой отпечаток.

Так, в ожидании прошло десять минут, но ни амана, ни посла всё не было. Появилась глупая мысль, что она что-то перепутала, но нет — ей бы об этом сообщил водитель или мужчина, который встретил её в ресторане.

Спустя ещё десять минут Рора начала всерьёз беспокоиться, что с её шефом что-то случилось. Не мог же он опоздать на такую важную встречу! А аман вообще про них забыл?

Когда же время ожидания перевалило за полчаса и девушка уже была готова уйти, чтобы всё выяснить, дверь наконец-то открылась.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

6.3

6.3

Она обернулась, готовясь узнать у шефа о причинах опоздания. Вдруг действительно что-то серьёзное... Но на пороге стоял аман.

Он прошёлся по девушке нечитаемым взглядом и прошёл к столу.

— Я заставил тебя ждать, — и это не звучало как извинение, просто констатация факта.

Рора на несколько секунд так опешила, что даже пропустила резкий переход на "ты". К счастью, она сумела быстро взять себя в руки и лишь пожала плечами.

— Я не скучала. Прекрасный вид с балкона.

Аман ничего на это не ответил, жестом пригласил за стол и даже отодвинул стул, чтобы девушка смогла сесть.

Жест был так непривычен Роре, что она немного замешкалась. Это проявление этикета было настолько чуждо для современной жительницы Смирта, что она, к своему стыду, даже не сразу поняла значение такого простого действия со стороны мужчины.

Пока аман ловко задвигал стул, Рора почти не дышала. Так остро ощущался Мавир за спиной. Казалось, что она может уловить его дыхание на своей шее, отчего по коже пробежал табун мурашек. И опять появилось ощущение какой-то неправильности происходящего.

— Дар Хуго немного опаздывает, видимо, какие-то непредвиденные обстоятельства задержали. К сожалению, у меня портативный коммуникатор остался в номере, не могу связаться, но уверена — посол скоро подойдёт, — начала объясняться Рора, как только аман сел напротив и стал молчаливо прожигать её взглядом.

— Не подойдёт.

— Что, простите? — девушке показалось, что она ослышалась. Начальник никак не мог пропустить такой важный ужин.

— Дар Хуго сегодня не присоединится к нам, — продолжил невозмутимо Мавир.

— Но... почему? — у Роры по спине прошёлся холодок.

— Я захотел побыть с тобой вдвоём, — как ни в чём не бывало ответил аман.

— Зачем? — осторожно поинтересовалась Рора.

Были, конечно, у неё предположения, но хотелось удостовериться.

— Ты меня... заинтересовала.

Рора глубоко вздохнула, унимая внутреннюю дрожь.

— Аман Мавир, послушайте, я не знаю, что вам сказал дар Хуго, но я не сплю с мужчинами за выгоды в контрактах.

— Договор уже подписан, это во-первых. Во-вторых, интересы клана у меня всегда стоят на первом месте. И при подписании документов я руководствуюсь исключительно выгодой для моих людей сейчас или в будущем. Так что не надо думать, что при виде красивой женщины мои мозги утекают в ширинку. Вопрос в другом.

— И в чём же?

— Что мы будем делать с моим интересом к тебе? Пока можешь не отвечать, поешь — тут вкусно готовят.

Аман Мавир как будто резко потерял интерес к Роре и сосредоточился на закусках, оставив девушку в крайне растрёпанных чувствах.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

6.4

6.4

Через минуту в кабинку зашёл официант, принеся основные блюда — мясо и овощи. Выглядело это аппетитно, но вот Роре кусок в горло не лез.

Она нахмурилась, пытаясь разобраться в клубке эмоций, появившихся после слов амана. Понятно, что их встреча была подстроена, и дар Хуго изначально не собирался на ужин. С другой же стороны, аман ясно дал понять, что её благосклонность не была условием подписания контракта, хотя о чём-то же начальник с аманом разговаривали полчаса наедине.

Рора откинулась на спинку стула и уже другим взглядом посмотрела на амана — как на мужчину. Теперь её взгляд открыто прошёлся по его фигуре. Кажется, аману это не очень понравилось — по крайней мере, в его глазах промелькнуло недовольство. Понятно, что он не привык, чтобы ТАК смотрели на него. Здесь женщины себе откровенно оценивающих взглядов не позволяют. А уж в отношении амана — тем более.

Но Рора здраво рассудила, что не она является инициатором этого странного и откровенного разговора, да и излишней скромностью никогда не страдала.

Она смотрела на мужчину и не могла разобраться в своих чувствах. Конечно, аман давил своей энергетикой — он был во всём "слишком": слишком доминирующим, маскулинным, непонятным и даже в чём-то пугающим для Роры. Очевидно, что с таким мужчиной ты всегда будешь за ним. Он главный, он решает, а ты подчиняешься, прогибаешься, живёшь не своими интересами. Никакой конкуренции за главенство такой человек не позволит. Полностью патриархальный уклад. Это было неприемлемо для Роры.

Но... ведь ей никто и не предлагал ничего подобного. Она улетает завтра, и есть лишь один вечер и ночь. И вот тут появлялись совсем другие чувства. Если отбросить всю их непохожесть и несовместимость на культурном уровне, то аман... пожалуй, что будоражил. Роре подумалось, что, наверное, когда-то на заре человечества примерно так себя чувствовали люди, входящие в клетку с опасным хищником. Он может тебя разорвать в любую секунду, но даёт шанс приблизиться, создаёт иллюзию, что ты можешь управлять зверем. Но хищник лишь играется, оставляя за собой право решить — жить тебе или умереть.

И сама мысль остаться в полной власти зверя и попытаться его обуздать... возбуждала. Она не смотрела на амана как на партнёра до этого момента. Слишком нереальным было предположить такой исход. Если бы секс был частью сделки, она бы сразу отказалась. Но девушка чувствовала — ей дают выбор. Или это, опять же, лишь иллюзия? Одна ночь с таким мужчиной, непохожим ни на кого в её жизни...

На секунду представив, как это может быть, Рора ощутила тяжесть внизу живота и инстинктивно прикусила губу. Взгляд амана тут же прилип к её рту, а глаза стали совсем тёмными.

Рора взяла непослушными пальцами вилку и стала есть салат, не чувствуя вкуса, выравнивая дыхание, приводя мысли в порядок. Если у них что-то и будет, то только потому, что ОНА так захотела и решила. И никак иначе.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 7

Глава 7

7.1

Ужин проходил в тишине. Рора не знала, что сказать, а аман не пытался хоть как-то сгладить повисшее в воздухе напряжение. В какой-то момент девушка даже начала раздражаться, появилась мысль встать и уйти… но она отбросила её. Всё-таки это было бы проявлением крайней степени неуважения. Это уже попросту опасно.

— Вкусно? — неожиданно спросил аман.

— Да, спасибо, — вежливо ответила Рора, хотя вряд ли в полной мере оценила старания повара. А надо бы. Ей скоро снова есть синтезированную пищу и видеть официантов только по визору. Ведь на Смирте она не могла позволить себе ходить в места с живым персоналом, а во всех остальных всё давно роботизировано.

Инкар и в этом уникален. Здесь сохранились профессии, которых либо нет в других уголках Вселенной, либо они доступны лишь для сверхэлиты. Актеры, театры, повара, официанты, даже водители.

— О чём задумалась?

Аман наклонил голову вбок и пристально смотрел на девушку, будто ему действительно были интересны её мысли.

— Об Инкаре, — честно ответила Рора.

— И какие мысли тебя посещают?

— Что это удивительная и самобытная планета. Вы смогли сохранить то, что удалось далеко не всем.

— Что же это?

— Себя. Инкар остался таким, каким был до космотезации. Конечно, с учётом веяний времени и технологий, но в целом… — Рора пожала плечами, давая понять, что смысл её фразы ясен.

— Ты сильно ошибаешься, — неожиданно жёстко ответил аман. — Если бы Инкар остался таким, каким был раньше, мы бы не сидели сейчас здесь и не разговаривали. Раньше существовало только право сильнейшего, с поправкой на уважение к старшим. Сейчас мы стали цивилизованными. — Последнее слово прозвучало из его уст с сарказмом. — Надели костюмы, изучили дипломатию, юриспруденцию, экономику. Наши женщины не сидят дома, получают образование, работают, а мужчины не выясняют, кто прав в споре, пуская друг другу кровь. Наша история — это война на выживание. Но в чём-то ты права. Если снять всю шелуху, суть жителей Инкара остаётся прежней, и поэтому мы остаёмся относительно закрытыми для остальных планет. Чужаки не поймут нас, а мы даже не будем пытаться подстроиться под них на своей территории.

В горле у Роры резко пересохло, и она взяла бокал нетронутого ранее фруктового вина, чтобы избавиться от этого неприятного ощущения. В этот момент на балкон влетела птица, и Рора от неожиданности вздрогнула, опрокинув на себя содержимое бокала. И всё бы ничего, но вино пролилось прямо на грудь, отчего тонкая ткань платья сразу намокла, прилипнув к изгибам тела.

Чертыхнувшись, Рора схватила салфетки и попыталась оттереть получившееся безобразие, но в итоге сделала только хуже.

Небрежно откинув бумажную салфетку в сторону, Рора прикрыла глаза, а когда открыла — Мавир уже нависал над ней, пугая своим выражением лица.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

7.2

7.2

Несколько секунд они «играли» в гляделки. Аман был так близко, что Роре стало тяжело дышать, но она упрямо не отводила взгляд. Если во время переговоров это был бы вызов аману как главе клана, то теперь это было проявление характера в совсем другом ключе.

Рора — не тихая, услужливая девушка, и пусть сердце в груди бьётся тревожно, но она чувствовала: если показать страх, аман просто сметёт её как личность. Мавир — человек другой культуры, более того, другой планеты. Для него Рора — лишь понравившаяся женщина для удовольствия на одну ночь. Впрочем, и он для неё. Если она решится. Если…

— Тебе надо переодеться, — в итоге чуть севшим голосом произнёс аман, перестав нависать над девушкой, но бурю в глазах скрыть до конца не смог.

— У меня нет с собой ничего, — растерянно ответила Рора.

— Поехали, — бросил мужчина и, не давая девушке отказаться, отодвинул стул.

Аман накинул свой пиджак на плечи девушки — очевидно, чтобы скрыть пятно и не смущать других посетителей. Но Рора, практически утонув в нём, почувствовала лёгкое смущение, которое усилилось, стоило ей заметить вытянувшиеся лица гостей ресторана.

Рора за несколько минут оказалась на заднем сиденье автомобиля главы клана. От водителя их отделяла непроницаемая перегородка, и девушка была уверена: всё, что происходит на заднем сиденье, водитель не видит и не слышит. И сейчас речь шла не об интимных утехах Мавира, а скорее о решении деловых вопросов во время поездок.

Конечно, автомобиль был роскошный. И что удивительно — никаких сенсорных поверхностей, только дерево, пластик и кожа. И запах стоял такой… мужской.

Аман смотрел на девушку, и под его пронизывающим взглядом Роре стало жарко. Она дёрнулась, чтобы снять пиджак, и её движение сработало как сигнал хищнику.

Нападать.

Мавир молниеносно выбросил руку вперёд, чтобы уже через секунду перетащить Рору к себе. Не было никакого шанса вырваться — так крепко держал аман.

У Роры выбило воздух из лёгких, и пока она соображала, как себя вести, аман её поцеловал. Жёстко. Подавляюще. Сразу захватывая территорию.

Только Рора не была бы собой, если бы позволила так просто подчинить себя.

Упершись руками в грудь мужчины, она чувствительно укусила его за нижнюю губу. Не до крови, но так, что проигнорировать было нельзя.

Тяжело дыша, Мавир отпрянул, с каким-то неверием глядя на девушку. Даже облизнул пострадавшую губу, после чего едва заметно усмехнулся.

Тяжесть внизу живота начала пульсировать после жадного поцелуя, принося дискомфорт. Пульс долбил в висках.

Рора смотрела на бушующий океан в глазах амана и решала… решала…

А потом сама потянулась за поцелуем.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

7.3

7.3

Вот теперь её точно "смело". Мавир за доли секунды перехватил инициативу. Широкая ладонь накрыла затылок девушки, прижимая ещё ближе, полностью беря под контроль. Вторая рука сжимала бедро, постепенно поднимаясь выше.

А Рора... плавилась как воск в свече. Однажды она купила себе такую в магазине разных странных безделушек и помнила, как её завораживало смотреть на пляшущий огонёк, который уничтожал своим жаром парафин и постепенно губил сам себя в этой пляске. И кем сейчас была она? Огнём, который уничтожит сам себя? Или воском, который даст себя уничтожить огню? Жалко только, что исход один.

Рора тряхнула головой, отгоняя непрошеные мысли. Это всё пустая философия. Есть одна ночь и два жадных друг до друга тела. Ей этого более чем достаточно.

В какой-то момент Рора подумала, что секс произойдёт прямо на заднем сиденье автомобиля, но аман придерживался какой-то одной известной ему черты и не переходил её. Да и она сама была не уверена, что готова к такому экстремальному развитию событий. Вот только разум туманился под требовательными губами и руками амана.

Когда машина остановилась, Рора уже плохо соображала, а когда Мавир отстранился, чуть не потянулась за ним, чтобы вернуть его губы туда, где им самое место — на её тело.

— Приехали, — низким, рокочущим голосом произнёс Мавир, с видимым трудом отрывая руки от её бёдер и открывая дверь.

На секунду зажмурившись, Рора приняла его протянутую руку и вышла из салона.

— Где мы? — спросила девушка, оглянувшись. Место было незнакомое.

Огромная территория, на которой разбит сад, сейчас, вечером, точечно подсвеченный какой-то хитрой системой, потому что источников света она не видела. Это создавало иллюзию парящих в невесомости растений, что формировало атмосферу волшебства.

Но больше сада Рору восхитил фонтан. Небольшой, но настоящий! Вода из каменной резной чаши переливалась в небольшой резервуар, негромко журча. Она раньше видела такие только на картинках. Знала, что когда-то человечество строило целые парки с десятками, а то и сотнями фонтанов, а сейчас их вообще не встречалось. На Смирте, по крайней мере, не было ни одного. Даже в музеях.

— Это фонтан! — не удержалась она, выражая свой восторг, повернувшись к Мавиру. Но тот смотрел только на неё.

За спиной мужчины возвышался дом. Двухэтажный, с покатой крышей, террасами, панорамными окнами и клумбами цветов под ними.

Рора перевела взгляд на Мавира, задавая безмолвный вопрос.

— Ты у меня дома, — подтвердил её догадки аман.

Рора замешкалась. Почему-то она была уверена, что Мавир повезёт её в гостиницу или какие-нибудь апартаменты. Зачем везти любовницу на одну ночь к себе домой?

"Да какая разница, — мысленно отмахнулась Рора. — Зато увидела фонтан! Будет что внукам рассказать. Да, точно, внукам лучше про фонтан рассказывать, а не про то, что сейчас будем делать".

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

7.4

7.4

Мавир взял её ладонь в свою и повёл ко входу. Тепло его тела успокаивало, и этот жест казался в сто раз интимнее, чем то, что происходило в машине.

Рора с некоторой опаской зашла в холл, не зная, чего ожидать. Мавир уловил её смятение, и стоило переступить порог, как он развернул Рору к себе и, приподняв пальцами подбородок, поцеловал.

Рора сначала с жаром ответила, но потом затормозила. Они же прямо в прихожей — не хотелось бы, чтобы во время прелюдии их кто-то увидел. Не может же Мавир жить в таком огромном доме один.

Аман, кажется, понял, почему Рора замерла, и тут же исправил это, подхватив её под ягодицы и усадив на комод, при этом задирая платье и раздвигая ноги, чтобы устроиться между ними.

От такой позы Рора почувствовала себя уязвимой и инстинктивно попыталась закрыться руками, но кто бы ей это позволил...

— Здесь только мы. Весь персонал на вечер и ночь я распустил.

От этой новости Рора расслабилась и уже сама проявила инициативу. Ей почему-то казалось, что аман от её действий заводится сильнее.

Мавир уже не сдерживал себя. Платье и так было задрано, а нижнее бельё он просто порвал, оставляя красные следы на нежной коже. В любой другой ситуации Рора бы возмутилась и, скорее всего, послала такого нарочито самцового ухажёра, но разница была в том, что в случае с аманом это было органичное поведение. Он не пытался казаться таким — он просто был. Поглощающим и разрушающим. Но на одну ночь можно. Покориться.

Когда ладонь накрыла промежность, Рора не смогла сдержать рвущийся стон. Глаза Мавира потемнели, и он, ругнувшись, отодвинулся всего на секунду, чтобы спустить брюки и без предварительных ласк одним толчком наполнить её до предела.

— Защита... — успела напомнить Рора, но Мавир только недовольно рыкнул и прикусил плечо, как зверь — чтобы не рыпалась, не мешала, а принимала мужчину в себе покорно.

"Ладно, укол ещё должен действовать", — мысленно успокоила себя Рора.

Это была последняя связная мысль. Толчки наполняли до лёгкой боли. Этот секс был полон животной страсти. Не было ласк, нежности — только похоть и эгоизм. Получить своё. Её стоны разносились по холлу, отражаясь от стен и возвращаясь к своей хозяйке.

Рора не заметила, как её грудь оказалась во власти амана. Он прикусывал её и сжимал, и эта нехитрая стимуляция послужила пусковым крючком. Рору накрыл безудержный оргазм такой силы, что она до боли закусила губу.

Рора обессиленно обмякла, но аман прихватил её сзади за шею, не давая отстраниться, и наращивал темп до предела. Девушка чувствовала себя тряпичной куклой, когда аман спустя пару минут излился в её обессиленное тело.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

глава 8

Глава 8

8.1.

Ещё плавая на волнах оргазма, Рора почувствовала, как Аман выходит из её тела, отстраняясь. Она неожиданно ощутила себя уязвимой, когда лёгкий ветерок коснулся обнажённого тела, больше не согреваемого теплом мужчины. Но спустя несколько мгновений Аман подхватил её на руки и понёс в сторону широкой лестницы, ведущей на второй этаж.

— Я сама могу, — воспротивилась Рора, уже пришедшая в себя.

Но Аман просто не обратил внимания на её слова, продолжая молча нести девушку на руках.

Принёс он её, ожидаемо, в спальню. Единственное, что успела рассмотреть Рора, — это просто огромную кровать. На такой вполне можно потеряться, а места хватит и для десятка человек.

Аман положил девушку на прохладное покрывало, нависая сверху и захватывая её своим взглядом в плен. Радужка его глаз была почти полностью заполнена зрачком, что делало лицо Амана каким-то демоническим — впрочем, как и заострившиеся черты лица. Мужчина только что кончил, но не выглядел удовлетворённым, скорее ещё более голодным: он только распробовал добычу, до которой наконец-то добрался, и не собирался отпускать просто так, пока не получит всё и даже больше.

Аман медленно провёл одной рукой по бедру девушки вверх — до живота и груди. Пальцами чувствительно сжал сосок, слегка выкручивая до сладкой боли, при этом жадно отслеживая реакцию Роры на свои действия.

Девушка зашипела сквозь зубы и дёрнулась в попытке отстраниться от мужчины, но ему это не понравилось. Резко поднырнув ладонью под спину, он развернул Рору и рывком поставил на колени, спиной к себе. Его пальцы оказались на промежности, торопливо раздвигая складки и входя двумя пальцами внутрь.

Рора была ещё мокра после прошлой близости. Удостоверившись в этом, Аман слегка подтолкнул девушку вперёд, вынуждая опереться на локти.

Первый толчок заставил её выгнуться, а последовавший за ним чувствительный шлепок по ягодице — протестующе вскрикнуть. Но Аман только сильнее сжал пальцами бёдра и усилил толчки.

«Он не терпит неповиновения даже в постели», — возмущённо пронеслось в голове Роры.

Ей было хорошо, горячо. Жар наполнял тело, напитывая каждую клеточку, и казалось, что оргазм уже близко, но чего-то не хватало — последнего штриха.

Пока Аман не сжал ягодицы руками и практически не приказал своим рычащим голосом:

— Кончай.

Рора как будто только и ждала разрешения. Электричество пронзило всё тело, заставляя пальцы на ногах поджиматься, а внизу живота — пульсировать.

Мужчина кончил следом, наваливаясь сверху и придавливая немалым весом своего тела. Но Роре не было тяжело — ей было слишком хорошо.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

8.2

8.2

Эта ночь была долгой. Мавир оказался ненасытным мужчиной, который распалял Рору раз за разом, хотя, казалось, не прикладывал к этому никаких усилий. Просто оказалось, что они идеально подходят друг другу в постели. Это было так странно и неожиданно. У неё были мужчины — не слишком много, но неопытной она себя тоже не считала. Рора знала, что ей нравится в постели, умела получать удовольствие и доставлять его партнёру. Но тут Мавир не позволял ей проявлять инициативу, хотя разочек Рора всё-таки уложила его на лопатки и оказалась сверху. Однако даже в таком положении мужчина быстро перехватил контроль, просто насаживая её на себя и выбивая искры из глаз.

Насколько этот мужчина был закрыт в жизни, настолько же несдержанным он оказался в постели.

В моменты кратких передышек Рора успевала радоваться, что всё-таки сделала полгода назад противозачаточный укол. Это считалось сильно устаревшей методикой, но зато действенной. Рора была противницей ввода подкожного чипа или нанороботов, предпочитая действовать по старинке. Тем более препараты были доведены до идеала — абсолютно безвредны, а их эффективность достигала ста процентов. Вообще сейчас человечество постепенно отказывалось от вживления в свой организм технологий.

Одно время люди пошли путём развития биотехнологий: подкожные коммуникаторы, чипы, контролирующие работу органов, перенос человеческой памяти в цифровую среду были обычным делом. Казалось, что человечество вступило на новую ступень эволюции. Однако спустя какое-то время стало очевидно, что этот путь ведёт в никуда. Чтобы сохранить свой биологический вид, было подписано соглашение между правительствами планет "О сохранении человечества". И с тех пор имплантация органических технологий в тела людей постепенно сходила на нет. Конечно, это соглашение не касалось медицинской сферы, но в целом сейчас люди развивали технологии в другом направлении, в том числе в налаживании постоянной связи между планетами.

Как бы там ни было, Инкар, очевидно, всегда придерживался традиционного пути развития, и людей-киборгов тут не встретишь. Рора тоже считала, что чем меньше инородного вмешательства в тело, тем лучше. А при мысли, что в её организме будут хозяйничать маленькие роботы, ей становилось плохо. Потому, как показало время, несмотря на отсутствие постоянного партнёра, укол был правильным решением. Плюсом же было и то, что он защищал от большей части известных человечеству ЗППП.

Рора не планировала засыпать в доме Амана и хотела уехать после того, как они оба насытятся. Но Мавир буквально вымотал её, и когда он взял её в последний раз, казалось, что девушка была уже в каком-то полубессознательном состоянии. А после просто вырубилась на той же самой шикарной кровати.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

8.3

8.3

Мавир

Мужчина смотрел на спящую девушку, измотанную его страстью, и в душе ворочалось нечто, чему он не знал названия. Несомненно, Рора была красива - необычной для Инкара красотой. Это бы не заметил только слепой. Мужчины смотрели на неё и хотели. Конечно, Мавира внешняя красота привлекала, но сколько красивых женщин видел Аман, и сколько из них побывали в его постели - не сосчитать. Рора же, помимо внешности, обладала умом и характером. Слишком сладкое и манкое сочетание. И Аман захотел её себе. Банально. Но Мавир привык брать то, что хотел.

В постели Рора его не разочаровала, даже превзошла ожидания. А эти её попытки перехватить инициативу только ещё больше распаляли мужчину.

Эта женщина стала занимать слишком много места в его мыслях с тех самых пор, как он её увидел. А фантазия, как он наматывает её белокурые волосы на кулак, выгибая тонкую шею, и с упоением трахает податливое тело, казалось, преследовала его всю последнюю неделю. И это плохо. Женщина не должна обладать властью над мужчиной, даже в мыслях. Но как же эта иноземка была хороша.

Этот момент, когда она не побоялась предложить изменённый вариант контракта, навсегда отпечатался в его памяти. Далеко не каждый мужчина решился бы, а Рора не просто решилась, но и добилась своего. Посол - просто ничтожество, паразитирующее на своей должности и умении подчинённых включать мозги. Без сомнения, хитрый и изворотливый, но для Мавира эти его качества оказались выгодны.

Аман сразу увидел, что дар Хуго жаждал заполучить себе Рору, но та, судя по её поведению в сторону начальника, не прогибалась. Хотя Мавир уверен - попытки склонить в постель были неоднократны. И то, что девушка не стала пользоваться таким методом продвижения в карьере, стало ещё одним аргументом для его зарождающегося интереса.

Досье на девушку было у Мавира ещё до того, как их корабль спустился на землю Инкара. Аман изучал предполагаемых партнёров клана вдоль и поперёк. И пусть изначально личность помощницы посла интересовала его в меньшей степени, но в процессе переговоров, когда Аман окончательно убедился, кто сильное звено в тандеме "посол-помощница", ещё раз изучил документы.

Биография Роры его заинтересовала. Несмотря на все выпавшие на её долю испытания, девушка методично шла по карьерной лестнице без видимых протекций со стороны мужчин. А иногда и вопреки им.

Личная жизнь тоже отражалась в досье. Но там, для жителя Смирта, ничего особенного. В последние годы в длительных отношениях не состояла, постоянного любовника не имела. Несколько краткосрочных романов, но и беспорядочных половых связей не вела. И если для Инкара такой образ жизни был неприемлем, то для Смирта Рора была практически девственницей. Так он думал раньше. А сейчас, при мысли о других мужчинах, которые имели это шикарное тело, челюсти сжимались, и хотелось переломать им руки. Плохой признак. Для Роры.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 9

Глава 9

9.1

Первое, что Рора почувствовала, находясь на грани сна и бодрствования, — это ощущение мягкого матраса и воздушного одеяла, которое создавало впечатление невесомого, но очень уютного кокона, из которого не хотелось выбираться.

Девушка прекрасно помнила всё, что происходило вечером и ночью. И никакого смущения или раскаяния она не испытывала — только приятную тяжесть в теле от полученной физической нагрузки и чувственной разрядки.

Улыбнувшись своим мыслям, Рора потянулась. Ткань постельного белья приятно обволакивала голое тело. Но позволить себе нежиться полдня в кровати Рора не могла — после обеда отлёт на Смирт. Девушка даже ощутила укол сожаления, что такой шикарный секс не получится повторить ещё раз, а потом ещё...

Рора открыла глаза, с интересом разглядывая интерьер комнаты. Как она и предполагала: дорого, лаконично, функционально. Кроме кровати — ведь адекватных причин для такого размера ложа просто не могло быть. С другой стороны, ночью они, кажется, использовали каждый сантиметр пространства, так что, возможно, она и не права — в этом есть определённый смысл.

В остальном же в спальне преобладали тёмные тона и натуральные материалы — дерево и камень. Рора вообще заметила, что на Инкаре такое оформление не было какой-то диковинной роскошью, в отличие от родной планеты девушки.

Где-то в сумочке валялся коммуникатор, и первым делом Рора постаралась его найти, правда её постигла неудача. Впрочем, она не сильно расстроилась — в номере был ещё один рабочий, со всеми необходимыми документами. Да и в случае чего её биометрические данные занесены в общую базу, и вылететь с планеты она сможет в любом случае.

Рора вздохнула, смотря на валявшееся в углу платье. Оно было мятое и порванное на груди и бедре. Надевать такое Рора не решилась бы даже на Смирте, а уж на Инкаре с его устоями — тем более.

Растерянно оглянувшись, Рора с облегчением обнаружила на кресле комплект женской одежды, представляющий собой что-то среднее между пижамой и спортивным костюмом. По размеру одежда была немного великовата, а нижнего белья никто не предусмотрел, но в любом случае девушка почувствовала себя значительно увереннее, стоило прикрыть обнажённое тело. А после того как она умылась, расчесалась и почистила зубы гостевой щёткой в ванной, смежной со спальней Амана, показалось, что жизнь заиграла новыми красками.

Так, в прекрасном расположении духа Рора вышла из спальни. Изначально план был найти Амана, но девушка быстро отбросила эту мысль. Глава целого клана наверняка занят своими важными делами, а не ждёт случайную любовницу, чтобы попрощаться, так что сейчас Рора надеялась найти свою сумку и кого-нибудь, кто смог бы её отвезти в отель.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

9.2

9.2

На каком-то интуитивном уровне Рора чувствовала, что теперь, в отличие от вчерашнего вечера, в доме есть ещё люди, хотя пока никого не увидела.

Спустившись по лестнице на первый этаж, она свернула направо. Судя по доносившимся запахам, именно там располагалась кухня.

Девушка не ошиблась в своих предположениях. Она действительно оказалась в кухонной зоне, только вместо повара застала сидевшего за чашкой кофе помощника амана — Гарола.

Рора на секунду замерла в дверях. Этот мужчина был для девушки ещё более непонятен, чем Мавир. Однако, благоразумно рассудив, что в доме амана ей ничего не угрожает, прошла внутрь.

Рора держала спину прямо, не давая смущению взять верх. Пусть было очевидно, что не просто так помощница посла с утра разгуливает здесь, и с аманом они обсуждали не работу, но оправдываться перед кем бы то ни было Рора не собиралась. А Гарол, кажется, и не ждал никаких объяснений — он вообще не удивился её присутствию.

— Доброе утро, — вежливо поздоровалась Рора первой.

Гарол лишь кивнул и продолжал смотреть на неё, будто пытался что-то высмотреть, чего не видел раньше.

— Не могли бы вы помочь? Мне надо доехать до отеля. Скоро вылет на Смирт, а ещё не все вещи собраны. И коммуникатор я где-то потеряла вместе с сумкой.

Рора с ожиданием посмотрела на мужчину, но тот продолжал молчать.

— Ну или хотя бы подскажите, к кому обратиться с этими вопросами, — уже более раздражённо сказала Рора.

Вообще её жизнь научила не просить лишний раз помощи или одолжений, но сейчас Рора не знала, где территориально находится. Она только помнила, что ехали достаточно долго, и предполагала, что резиденция амана расположена вдали от любопытных глаз. А значит, вызвать сюда такси будет проблематично, да и коммуникатора у неё всё равно нет.

Гарол, будто нехотя, отодвинул от себя чашку кофе и, сложив ладони в замок перед собой, ответил:

— Боюсь, это невозможно.

Его голос показался сегодня Роре особенно скрипучим. Очевидно, Гарол не был разговорчивым по жизни, и даже это мимолётное общение с девушкой не доставляло ему удовольствия. Нюанс заключался в том, что Рора тоже с удовольствием избежала бы этого нелепого разговора.

— Эм... Не проблема. Просто можно посмотреть по номеру месторасположение моего коммуникатора, и я сама вызову машину — не буду вас беспокоить. Это займёт меньше минуты.

— И это тоже невозможно, — невозмутимо продолжил Гарол.

— Наверное, вы меня не совсем поняли... — начала Рора, сдерживая рвущиеся наружу ругательства. Всё-таки не зря столько лет проработала в Департаменте межпланетных отношений и сотрудничества Смирта.

— Я вас прекрасно понял, — абсолютно некстати перебил Гарол. — Просто вы остаётесь здесь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

9.3

9.3

На секунду повисла тишина. Рора в очередной раз за это утро почувствовала себя непроходимой тупицей, потому что абсолютно не понимала, что происходит, и всё-таки задала самый очевидный вопрос:

— Где? Здесь, на Инкаре? Говорю же, у меня корабль на Смирт совсем скоро. Или... подождите, что-то случилось с послом? — озарила Рору догадка. Если это так, то ситуация хуже, чем она думала. Может случиться межпланетный скандал — снова. А это на фоне только что подписанного договора будет выглядеть в глазах правительства Смирта очень сомнительно.

— С ним всё хорошо, — как-то странно, уголком губ, усмехнулся Гарол. У Роры вырвался облегчённый вздох.

— Вылет перенесли?

— Нет.

— Тогда что? — уже чуть нервно воскликнула Рора. Ей надоела игра в догадки, они же взрослые люди в конце концов.

— Я уже сказал: вы остаётесь здесь. Здесь — это в доме амана. Это приказ, а приказ главы клана не обсуждается.

Рора почувствовала, как к горлу подступил комок, но не дала панике захватить мысли и тело. Такое заявление просто не могло быть серьёзным.

— Аман не имеет права меня задерживать. Я гражданка Смирта, служащая Департамента, и если я не приду на корабль, появятся вопросы.

— Вы так ничего и не поняли, — слегка качнул головой Гарол, будто был глубоко разочарован. — Это Инкар. А на Инкаре, в клане Корола, аман Мавир может всё.

— Что за бред вы несёте?! — не выдержала Рора.

Гарол резко изменился в лице и, отодвинув стул, встал.

— Осторожней. Вы сейчас не в том положении, чтобы злить меня, — тон, которым говорил мужчина, тоже изменился, и только глупец не услышал бы предупреждения.

И Роре стоило остановиться, проявить выдержку и благоразумие. Дипломатию в конце концов. Но молодая женщина не пасовала перед трудностями и никогда не шла на поводу у страха — ведь в противном случае можно перестать уважать себя. А без этого базового качества и об уважении окружающих можно забыть. Это она хорошо усвоила ещё в Центре.

— А в каком я положении? Ммм? — вместо того чтобы отойти, Рора, наоборот, сделала два шага к Гаролу и, вздёрнув подбородок, посмотрела ему в глаза. Мужчина нависал над ней, давил энергетикой, но вместе с тем в его глазах промелькнуло... удивление?

Он сильнее наклонился вперёд, и Рора не выдержала — первая отвела взгляд. Всё-таки помощник амана был пугающим, и как бы она ни храбрилась, быть с ним на равных не могла. И пусть взгляд упал куда-то в район ключицы — отходить она всё равно не стала.

— Дерзкая, — констатировал сухо Гарол. — Зря.

— Я пленница? — не сдавалась Рора.

— Твой статус определит аман. И разговаривать тебе следует только с ним. Не советую больше подходить к другим мужчинам.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

9.4

9.4

— Не советует он. Советчик хренов, — бубнила себе под нос Рора, решая, что делать дальше.

Пока ей вся ситуация казалась каким-то бредом. То, что говорил Гарол, не могло быть правдой. Но под кожей зудела тревога. Время неумолимо шло вперёд, приближая момент отлёта корабля. Межпланетные полёты были очень дорогими, а потому случались нечасто, и если она сегодня пропустит вылет, то ей придётся задержаться на Инкаре ещё на несколько недель, а то и месяцев.

В итоге Рора решила не тратить время на поиски своей сумки, а сразу уйти из дома. Её никто не перехватил у дверей, как она опасалась. Полная решимости, Рора вышла на территорию.

При дневном свете она казалась ещё больше, но сейчас девушку совсем не интересовали ни цветы, ни ландшафтный дизайн, и даже фонтан потерял своё очарование. Главной заботой было выбраться отсюда и каким-то образом добраться до гостиницы или сразу до космопорта.

Но стоило ей пойти по тропинке в сторону ворот, как сбоку, на расстоянии нескольких метров, будто из ниоткуда появился охранник — и у Роры даже не возникло сомнений в его должности. Она нервно оглянулась, но решительно пошла дальше. Охранник на всё том же почётном расстоянии следовал за ней.

Рора попыталась открыть ворота, но замок был современный, работал на биометрических данных, и у девушки, очевидно, не было доступа.

— Откройте, — бросила она охраннику. Это было невежливо, но Роре сейчас было глубоко плевать.

— Приказа не было, — спокойно ответил мужчина.

— Кто отдаёт приказы?

— Аман Мавир или помощник Гарол.

— Что за бред?! Вы понимаете, что я свободный человек, гражданка другой планеты! Выпустите немедленно! — потребовала Рора, хотя уже осознавала, что её требования смешны. Охранник не пойдёт против главы клана, и вся эта ситуация — не затянувшаяся неудачная шутка.

— Приказа не было, — как заведённый, повторил охранник.

Рора фыркнула, потом сделала глубокий вдох, успокаиваясь.

— Понятно... — тихо пробормотала она и, подняв глаза вверх, прикинула, сможет ли перелезть через забор. Идея была откровенно идиотская — да и забор слишком высокий.

— Так... — протянула она и направилась по периметру, не обращая внимания на охранника.

Рора сама не знала, на что надеялась: может быть, на брешь в заборе, калитку или что-то ещё... Можно сказать, что ожидания даже оправдались. Забор действительно не был глухим — только в той части, где подходила дорога. В остальном же территория упиралась в лес. Но Роре это никак не помогло. Во-первых, территория была огромной — чтобы обойти её, потребовался почти час. Во-вторых, охранник был далеко не один, и мужчины в форме встречались достаточно часто. А в-третьих, как ей пояснил «её» охранник, зону лесополосы охраняли натасканные собаки, и без сопровождения хозяина любого чужака, пересёкшего невидимую границу, просто порвут.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

9.5

9.5

Вернулась Рора в дом ни с чем. Дальше девушка решила обыскать спальню Амана.

Проигнорировав сидящего в холле на диване Гарола, Рора поднялась на второй этаж. Дверей было достаточно много. Она из любопытства попыталась их открыть, но почти все оказались заперты, кроме одной. Там оказалась, по всей видимости, гостевая спальня, которую сейчас никто не занимал.

При других обстоятельствах Роре бы понравилась комната — светлая, в бежевых тонах, не слишком большая, что делало её более уютной, но при этом обставленная со вкусом. Сейчас же она захлопнула дверь и вернулась в спальню хозяина дома.

Конечно, рыться в вещах амана было опасно, но и бездействовать девушка тоже не могла — это было не в её характере. За час она облазила каждый уголок комнаты, гардероба и ванной, но ничего, что могло бы помочь ей выбраться, не нашла.

Рора предполагала, что полезнее в её случае было бы попасть в кабинет, но кто же её туда пустит... Да и если она увидит действительно что-то важное, не предназначенное для глаз гражданина другой планеты, могут и убить.

В отчаянии девушка закусила губу — от бессилия на глаза наворачивались слёзы. Она посмотрела на часы и вынуждена была признать, что на вылет уже не успевает.

Громко всхлипнув, Рора до боли сжала кулаки. Нельзя дать слезам пролиться. Да, сегодня она не покинет Инкар, но ведь это не конец. Будут ещё полёты, она переговорит с Мавиром — это недоразумение быстро разрешится, и в итоге всё будет хорошо.

Рора присела на край кровати, где ещё ночью они с Мавиром дарили друг другу наслаждение. Сейчас же это казалось пустым наваждением, и если бы можно было повернуть время вспять, Рора не поехала бы с ним никуда.

От грустных мыслей её отвлёк робкий стук в дверь. Рора изумлённо вскинула брови — она не ожидала, что кто-то в этом доме сам пойдёт с ней на контакт. Рассудив, что нельзя упускать такую возможность, Рора резко поднялась с кровати и рывком открыла дверь.

На пороге стояла совсем молоденькая девушка в длинном сером платье, похожем на униформу. Чёрные волосы были убраны в строгий пучок, что смотрелось несколько комично, учитывая юный облик посетительницы.

— Доброе утро, я вам завтрак принесла, — выпалила девушка и тут же испуганно умолкла, опустив глаза, чтобы через секунду стрельнуть любопытным взглядом на Рору.

В руках у девушки был поднос — странно, ведь весь остальной мир давно пользуется автономными системами доставки внутри домов, бизнес-центров и целых городов. Исключения составляют разве что дорогие рестораны с официантами. Значит, эта девушка — прислуга?

У Роры снова появилось ощущение, что она провалилась в прошлое, а скорее — в мир и культуру, которую просто не может понять, как бы ни старалась.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

9.6

9.6

— Спасибо, — вежливо ответила Рора и даже попыталась улыбнуться. Она хотела взять поднос, но девушка тенью промелькнула мимо и поставила его на небольшой кофейный столик у окна.

— Постой, — остановила её Рора уже у самого выхода.

Девушка напряглась, но послушно остановилась и снова испуганно посмотрела на Рору.

— Как тебя зовут? — дружелюбно спросила Рора.

— Меня? — удивлённо переспросила девушка. — Наниэль.

— Наниэль, я Рора. Приятно познакомиться. Не подскажешь, когда вернётся аман Мавир?

— Вы что? — распахнула глаза. — Откуда мне знать о планах амана? Я просто работаю в этом доме, и всё. Может быть, вам стоит уточнить у Гарола? — робко предложила она.

— Хорошо, спасибо.

Девушка облегчённо выдохнула и упорхнула из комнаты подальше от странной гостьи.

Рора же окончательно поняла, что ей никто ничего не скажет.

Аппетита не было от слова совсем, но запах кофе манил. А с кофе свежая выпечка показалась крайне необходимой. В общем, спустя полчаса Рора была сыта, а мысли текли более спокойно.

Как бы там ни было, выходить она больше не хотела — не видела в этом смысла. В итоге Рора прилегла на злополучную кровать, прокручивая в голове не только вчерашний вечер, но и вообще всю командировку. Она не знала, как поступит дар Хуго, когда не увидит её сегодня на посадке.

То, что он улетит без неё, Рора не сомневалась — иллюзий о своём начальнике не питала. Но сообщить о пропаже сотрудника Департамента он всё равно должен.

Сейчас Рора снова ощутила себя одинокой и брошенной. Это чувство всегда жило в ней с того самого дня, когда маленькая девочка оказалась в Центре, и за ней никто не пришёл...

В груди сжался противный комок, не дававший сделать глубокий вдох. Рора прижала ладонь к месту, где ощущалась тяжесть, и попыталась растереть, но лучше не стало.

Так она пролежала несколько часов, глядя с кровати на пейзаж за окном. У неё не было с собой коммуникатора, чтобы развлечь себя, экрана — даже скрытого — в спальне она тоже не нашла. Так что пришлось остаться наедине с собой, своими мыслями и чувствами. Для современного человека это было нонсенсом — ведь огромный поток информации проходил ежедневно через разнообразные каналы. А тут — тишина и бездействие, которые оглушили.

В какой-то момент Рора провалилась в странное медитативное состояние, где-то на краю сознания отмечая, что солнце уже прошло зенит и постепенно клонится к горизонту.

Из этого состояния её вырвал звук открывающейся двери.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

9.7

9.7

Рора за доли секунды встрепенулась и сбросила сковавшее её оцепенение. Она во все глаза уставилась на входящего амана. От вида мужчины на секунду перехватило дыхание — то ли от страха, то ли от воспоминаний о прошлой ночи. Аман всё ещё не был образчиком мужской красоты, но после секса Рора не могла не признать, что мужская энергетика Мавира сшибает с ног.

Рора почему-то была уверена, что Мавир сейчас скажет ей что-нибудь с порога, может быть удивится её нахождению здесь. Но нет — аман окинул её взглядом, который она не смогла интерпретировать, и прошёл мимо в ванную комнату.

— Не поняла, — протянула Рора и, поднявшись с кровати, направилась следом за мужчиной.

Пока она шла, Мавир уже успел скинуть с себя костюм и включить воду в душевой кабинке. Мужчина стоял к ней спиной во всей своей природной красе и очевидно не собирался хоть как-то прояснять ситуацию.

— Аман, меня не выпускают из вашего дома, — произнесла Рора, смотря на спину мужчины. Обращаться к нему на "вы" после близости было странно, но девушка чувствовала, что сейчас стоит обозначить дистанцию.

Он повернулся к ней лицом — и всеми остальными частями тела. Рора ночью уже всё видела и трогала, но всё равно откровенная нагота без контекста интима воспринималась несколько дико. Она с трудом удержала взгляд на лице амана, не позволяя глазам блуждать по телу. Мавира же, казалось, вообще ничего не способно было смутить — хотя, учитывая, в какой форме он находился, стесняться мужчине было нечего.

— Я знаю, — ровно ответил он. Рора только открыла рот, чтобы дальше прояснить ситуацию, как аман её перебил: — Жди в спальне.

Отдав приказ (а это был именно приказ), аман развернулся и зашёл в душевую кабинку, оставив Рору одну.

Врываться к моющемуся мужчине девушка поостереглась, надеясь всё разрешить мирным путём, поэтому пока засунула своё возмущение куда подальше и вернулась обратно, только на этот раз выбрала место в кресле в углу комнаты, подальше от кровати.

Амана не было минут двадцать, и за это время Рора успела изрядно вымотать себе нервы, прокручивая в голове предстоящий разговор то по одному сценарию, то по другому.

Когда же аман вошёл в комнату, Рора встала с кресла, не желая вести разговор из позиции "снизу-вверх". Аман уже был одет в домашнюю рубашку со штанами, но вид его при этом нельзя было назвать расслабленным — ничего не смягчало образ главы клана, даже небрежно лежащие влажные волосы.

Он с каким-то плотоядным интересом прошёлся взглядом по телу девушки и, предвкушающе ухмыльнувшись, сделал шаг к ней. Рора же инстинктивно сделала шаг назад.

— Аман, нам надо поговорить.

— Ошибаешься. Разговоры — это последнее, что нам сейчас надо. Хотя... можешь стонать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

9.8

9.8

— Нет! — выставила руку вперёд Рора.

Аман не впечатлился её протестом и просто притянул, впечатывая в себя. Рора же вместо страха ощутила прилив злости. Она не даст себя принуждать никому — будь мужчина хоть императором всей галактики. Она сама выбирает, с кем ей спать!

— Нет! — выкрикнула Рора и со всей силы толкнула амана в грудь.

Конечно, её силы были смехотворны по сравнению с мощью амана — вместо того чтобы отшатнуться, он лишь немного отклонился. Но главное — разжал руки и выпустил девушку.

— Я сегодня пропустила вылет на свою планету! Меня не выпустили из этого дома! Я свободный гражданин Смирта, и меня будут искать! — уже не сдерживая эмоции, выпалила Рора.

Аман сложил руки на груди. Только напряжённые скулы выдавали его недовольство.

— Не будут.

Рора непонимающе моргнула.

— Будут! Я сотрудник Департамента, которого отправили в командировку...

— И он скоропостижно скончался на Инкаре от местного вируса, к которому у жителей Смирта нет иммунитета, а универсальная прививка не сработала, — с каменным лицом продолжил Мавир.

— Дар Хуго знает, что это неправда, — покачала головой Рора, но где-то в глубине души уже понимала, что скажет Аман.

— Девочка, ты так и не поняла, — жёстко произнёс аман. — Никто. Не будет. Искать. Твой начальник — жалкий слезняк, который с удовольствием продал тебя за условно значительную сумму. И он подтвердит, что ты скоропостижно скончалась, и даже привезёт с собой твоё свидетельство о смерти, оформленное по всем правилам за печатью главы клана, на территории которого ты находилась, а также письмо с искренними соболезнованиями начальнику Департамента. И всё. Больше некому тебя ждать на Смирте.

Мавир сам не понял, как попал в самую болезненную точку, вскрыв тонкий нарост, под которым пульсировала кровоточащая рана. Потому что это правда. Её никто не ждёт, никто не будет скучать и никто не будет искать. Вся её жизнь прошла в работе. Нет по-настоящему близких и любимых людей. Она одна, и спаситель не придёт.

От пронзившей её душевной боли Рора на секунду пошатнулась. Это было слишком... Девушка прикрыла глаза, восстанавливая сбившееся дыхание.

Когда Рора открыла глаза, то уже могла мыслить здраво.

— Зачем ты это сделал? Зачем я тебе?

Она больше не обращалась к аману на «вы», больше не испытывала к нему уважения — и это, кажется, не осталось незамеченным. Впрочем, ночью Рора тоже не называла своего нечаянного любовника официальными титулами, а Мавир дал ей негласное согласие обращаться по имени... по крайней мере в постели.

— Потому что я так решил.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 10

Глава 10

10.1

— Решил?! Ты решил?! — уже истерически выкрикнула Рора. — Это же сумасшествие! Я не игрушка, чтобы просто сломать мою жизнь и забрать себе! Слышишь?! Я не игрушка!

Аман стремительно приблизился к девушке и резко ударил кулаком по стене в нескольких сантиметрах от лица Роры.

Все краски схлынули с её лица. Она забыла, с кем разговаривает, на какой планете находится и насколько культура воспитания амана отличается от того, что она видела на Смирте. За проявленное к главе клана неуважение можно и в тюрьму угодить, а то и вообще… пропасть.

— Ты забываешься, девочка, — процедил он сквозь зубы, нависая над Ророй. Его глаза, казалось, заволокла тьма, а еле сдерживаемая агрессия интуитивно заставляла сжиматься.

Точнее, заставила бы любого здравомыслящего человека. Но Рору сейчас точно нельзя было назвать здравомыслящей. В ней проснулись рефлексы, вбитые в Центре.

Нельзя показывать страх, нельзя давать себя прогибать, сила уважает силу, даже если единственное, что ты можешь противопоставить, — это сила характера.

— Вот уж нет! Это моя жизнь! — упрямо процедила Рора, смотря куда-то в районе переносицы, чтобы не было ощущения «спрятавшихся» глаз.

Аман дотронулся до скулы девушки, она вздрогнула, но не отвернулась. В глубине души боясь, что он сейчас ударит. Такому мужчине и одного взмаха хватит, чтобы выбить ей все зубы. Но нет — вместо этого аман прихватил её за затылок и агрессивно поцеловал.

Рора же попыталась повторить трюк и снова оттолкнуть мужчину, но на этот раз её трепыхания не имели никакого результата. Казалось, Мавир даже не чувствовал этих попыток, нагло вторгаясь языком в рот, подчиняя. От чувства беспомощности Рора сделала единственное, что могла в этой ситуации, — укусила мужчину и тут же ощутила металлический привкус крови. Роре поплохело, девушке казалось, что сейчас её просто вырвет на Мавира.

Аман с каким-то звериным рыком отстранился, вот только сейчас в его мимике и глазах не осталось совсем ничего человеческого. Если бы мужчина не держал Рору, то она точно бы сползла на пол, потому что ноги были абсолютно ватные.

Мавир подхватил её и рывком бросил на кровать, тут же накрывая своим телом. То, что мужчина в бешенстве, было очевидно, но и у Роры, казалось, отключился инстинкт самосохранения, потому что других объяснений, почему она продолжала бороться вместо того, чтобы подчиниться более сильному, просто не было.

Рора брыкалась ногами, била по спине, но мужчина просто не замечал этих ударов, разрывая её одежду в клочья и оставляя на теле девушки синяки от грубости и несдержанности в своих движениях.

Извернувшись, Рора умудрилась поцарапать шею Мавиру, и капля крови упала прямо на её щеку.

Мавир на секунду замер, смотря на кровавую каплю. Было похоже, что это привело его в чувство, по крайней мере, во взгляд вернулась осознанность.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

10.2

10.2

Аман одним слитным движением поднялся, освободив от тяжести своего тела Рору. Мужчина стоял у кровати и смотрел вниз, «ощупывая» взглядом девушку.

Рора понимала, что выглядела сейчас довольно жалко: растрёпанная, в порванной одежде, с наливающимися на руках и бёдрах синяками. Она не могла поверить, что буквально вчера добровольно занималась с ним сексом и получала удовольствие. Как выяснилось, эти руки умеют не только дарить наслаждение.

Рора замерла, ожидая дальнейших действий мужчины.

Лицо амана снова стало походить на застывшую маску, но Рора с каким-то мстительным удовлетворением отметила, что и она на Мавире оставила несколько следов от борьбы. На его губе и шее виднелась кровь.

Разумом она осознавала, что нанесла травмы главе клана, но с другой стороны, было ощущение, что в этой комнате они — не аман и помощница посла, а просто мужчина и женщина. И в такой парадигме её борьба за себя неизбежна. По крайней мере, с точки зрения Роры, которое существенно отличалось от мировоззрения членов клана Корола.

Тут женщины не кусают мужчин, не оставляют кровавые следы от ногтей на их коже, а принимают покровительство. Но, справедливости ради, и у мужчин по отношению к женщинам много обязательств, и насильственные браки здесь тоже не в чести.

— Из комнаты не выходить, — приказал Мавир низким, рокочущим голосом и, не дожидаясь ответа, вышел из спальни, оставив Рору на кровати.

На девушку в который раз за этот долгий день накатило отчаяние. И в этот раз она не продумывала дальнейшие шаги, не высчитывала, через сколько дней сможет улететь с Инкара. Было просто страшно думать о будущем.

Подтянув колени к животу, она свернулась калачиком и заплакала, жалея себя и свою такую несуразную жизнь.

В голове у Роры не укладывалось, что посол её просто продал, как какую-то ненужную вещь. Даже не человека.

Тотальное разочарование в людях окончательно подкосило моральные силы Роры. Если бы Мавир пришёл сейчас, она бы не стала сопротивляться — ей было бы всё равно. И это страшнее всего. Ни страх, ни злость, ни презрение, а пустота.

Вскоре она перестала всхлипывать, но слёзы ещё долго катились по щекам, впрочем, не задевая глубинные струны души, где поселилось равнодушие.

«А это не плохо. Ничего не чувствовать. Не больно, не страшно. Пустота»

, — подумала Рора, прежде чем уплыть в болезненную дрёму.

Проснулась она ночью — и, к сожалению, не было мгновений блаженного неведения. Рора не успела открыть глаза, а уже вспомнила всё до мелочей.

Кутаясь в одеяло, поднялась, чувствуя боль во всём теле: то ли от стресса, то ли от неудобной позы, в которой спала, то ли Мавир вчера подпортил её шкуру сильнее, чем она думала...

Она подошла к окну. На горизонте, ещё совсем несмело, несколькими робкими штрихами забрезжил рассвет. Начинался новый день...

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

10.3

10.3

Мавир

Мавир вышел из спальни, еле сдерживая бешенство, которое накрывало его волнами. Он давно вышел из возраста, когда не контролировал свою агрессивную сущность, и никогда его нутро не стремилось разорвать женщину. Но Рора... она сделала то, что не удавалось ни одной женщине.

Гарол, как обычно, чутко чувствуя своего хозяина, появился за поворотом. Ему хватило секунды, чтобы оценить состояние амана, и только бровь слегка дрогнула вверх, выражая высшую степень удивления.

Вот кто-кто, а правая рука главы клана всегда держала эмоции в узде, что в купе с аналитическим складом ума и звериной верностью аману делало его незаменимым помощником.

- В зал, - бросил мимоходом Мавир и, чуть не сбив плечом Гарола, направился в левое крыло дома.

Там располагался спортивный комплекс, включая ринги и татами. В это время там тренировалась личная охрана амана. Десяток мужчин отрабатывали удары, ближний бой, кто-то «танцевал» с ножами. Атмосфера мужского братства и силы. Амана, естественно, заметили сразу, но никто не бросился к нему и не прекратил тренировку, ограничившись наклоном головы как знаком уважения.

Спортивный зал был тем местом, где бойцы могли позволить себе вести себя чуть проще. Мавир, конечно, мог выгнать их всех или построить для охраны отдельный комплекс, но считал, что люди должны видеть своего вожака и его силу. Прошли века, Инкар стал цивилизованным, но негласный закон клана Корола все ещё гласил: власть может удержать только сильный глава.

Против Мавира в спарринг уже давно выходил только Гарол. Не потому что он брезговал другими бойцами - просто только с помощником мог биться в полную силу, зная, что его тоже не будут жалеть и не станут поддаваться.

Стоило выйти на татами прямо в домашней одежде, как маски спали. Не стало больше главы клана и его подчинённого - были два бойца, готовых победить. Мавира все ещё захлестывало бешенство, а потому он даже не стал разминаться, дав отмашку начинать.

Первый удар он пропустил спустя несколько минут. Гарол пробил блок, ощутимо врезав по корпусу. Мавир же вкладывал всю дурь в силу ударов, но соперник ускользал, что бесило ещё больше.

- Меньше эмоций! Думай! - выкрикнул Гарол.

Аман сделал шаг назад, перевел дыхание и заставил себя включить не только эмоции, но и мозги. Сократив дистанцию, он провел серию ударов, заставляя Гарола отступать, пока тот не допустил ошибку, оставив брешь в защите, которой тут же воспользовался Мавир, нанеся удар по солнечному сплетению.

Спустя ещё час, слегка помятый, но спустивший пар, аман сидел в кабинете и пытался анализировать ситуацию с Ророй. Думал, не создал ли он сам брешь в своей защите, оставив её здесь? Но вперед анализа лезли эмоции, которых рядом с ней стало слишком много.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 11

Глава 11

11.1

К моменту, когда утренние лучи двух солнц озарили землю, Рора немного пришла в себя. От вчерашней истерики осталась лишь тяжесть в голове от пролитых слёз и опухшие веки. И если с головной болью она сейчас не могла ничего поделать, то с лицом помог контрастный душ и какой-то тюбик крема неизвестной марки. Нашёлся даже ионный фен, который не только просушил, но и разгладил волосы.

Рора смотрела на своё обнажённое отражение в зеркале. На теле действительно алело несколько синяков, но в целом всё оказалось гораздо лучше, чем могло быть. А главное, что после момента слабости мозги снова встали на место. Видимо, слёзы позволили перезагрузить нервную систему и набраться решимости снова начать борьбу. Вчерашние рассуждения о безнадёжности положения сегодня казались преждевременными. Да и на самом деле лить слёзы и накручивать сопли было не в характере девушки. Но и она, как оказалось, не железная.

Надев вчерашнюю одежду, Рора присела в кресло, думая над словами амана. И получалась до боли нереалистичная картина. Неужели действительно он так сильно захотел себе постельную игрушку, что с лёгкостью договорился с даром Хуго, заплатил деньги и запер её в своём доме? Это казалось полным абсурдом. Да, Рора симпатичная, по местным меркам внешность экзотическая и, наверное, даже красивая, но и только... всего лишь красота, всего лишь тело. Неужели этого достаточно, чтобы стирать чужую жизнь? Видимо, для амана — да. Кто она для него, чтобы учитывать её интересы? Абсолютно никто.

Рора налила себе из графина воды и подумала, что только на воде она не протянет. А выходить аман запретил. Фыркнув, Рора попыталась открыть дверь, но та оказалась заперта. Тогда девушка стала стучать со всей силы и даже покричала, но никто не ответил.

Зато её услышали, и через десять минут дверь аккуратно приоткрылась и в комнату зашла Наниэль с подносом еды. «Что же, морить голодом не будут. По крайней мере, пока», — пришла к выводу Рора. Она даже на секунду подумала просто оттолкнуть служанку и выбежать из двери, но откинула мысль. Во-первых, заметила мелькнувший в двери мужской силуэт, а значит, к её двери кого-то приставили, и пробиться мимо крепкого мужчины она точно не сможет. Во-вторых, Рора понимала, что Наниэль за эту выходку могут и наказать, а ничего плохого молоденькой девушке она не желала. И в-третьих, от запаха еды у Роры жалобно скрутило живот, и она вспомнила, что последний раз ела вчера утром.

Наниэль, потупив взгляд и ничего не говоря, поставила еду.

— Наниэль, — тихо позвала Рора. — Передай, пожалуйста, Гаролу, что я хотела бы поговорить с аманом.

Девушка не ответила, но Рора заметила несмелый кивок с её стороны.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

11.2

11.2

Завтрак был сытным и вкусным, но закончился слишком быстро, а что делать дальше — оставалось неясным. Хотя Рора просила встречи с аманом, она не представляла, о чём говорить с Мавиром. Все возможные варианты развития событий казались бесперспективными. Если раньше она ещё цеплялась за иллюзии, то вчера аман грубо их разрушил.

Бесполезно пытаясь заснуть, Рора вздрогнула, услышав скрип двери, и резко поднялась с кровати.

— Мавир... — начала она, но сразу замолчала.

— Гарол, — разочарованно выдохнула Рора.

— Аман занят. Говори со мной, — невозмутимо ответил он, прикрывая за собой дверь.

— Ты вообще можешь что-то решать? — язвительно усмехнулась она.

Гарол молча смотрел на неё, не удостаивая ответом.

— Ладно, — она подняла руки в жесте капитуляции. — Я свободна? — спросила Рора, уже зная ответ, но всё же надеясь.

По внутреннему ощущению, Мавир не из тех, кто отступает — скорее будет добиваться своего до конца.

— Нет.

— Надолго меня здесь заперли? — она окинула взглядом комнату.

— Всё зависит от тебя.

— Вернее, от амана.

— Усвой: аман всегда получает желаемое. Твоя жизнь в его руках. Не усложняй себе существование.

— То есть я должна сдаться? — вызывающе приподняла бровь Рора.

— Будь он намерен сломать тебя, ты бы уже дрожала у его ног.

— И я ещё должна быть благодарна?

— Скажем так... он проявляет неожиданное терпение.

— Это ты называешь терпением? — она резко закатала рукав, демонстрируя синяки.

Гарол равнодушно скользнул взглядом по ним.

— Подчиняйся аману — и всё будет хорошо. Забудь прошлое. Ты больше не та, что прилетела на Инкар. Теперь твоя жизнь — это он.

— То есть мне нужно перестать быть собой и радостно выполнять его прихоти? — ядовито спросила Рора.

— Я предупреждал о последствиях таких речей. Кстати, разве не это ты уже делала, раз осталась здесь?

— Это был мой выбор!

— Теперь выбора нет.

— Довольно! — Рора оборвала разговор. — Передай аману: я буду говорить только с ним.

— Как скажешь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

11.3

11.3

Обед Роре также принесли прямо в комнату. Девушка ела и думала:

"Аман же должен когда-нибудь вернуться в свою спальню?"

С другой стороны, у главы клана, наверное, много разной недвижимости, и он может ночевать хоть каждый день в новом месте.

Рора маялась и душой и телом в четырёх стенах без дела, а потому, когда ближе к вечеру заглянул Гарол и сообщил, что Рора может выйти на территорию дома под присмотром охранника, она испытала что-то похожее на благодарность — если бы это чувство не было так абсурдно в её ситуации.

Вечерний прохладный ветерок обдувал лицо, даря наслаждение. Рора глубоко и жадно вдыхала воздух, будто последние месяцы провела где-то под землёй.

Ей дали всего час условной свободы, как какому-то заключённому, и Рора дошла по уже известной ей тропинке до беседки. Она присела на удобную лавку и прикрыла уставшие глаза. Рора опять пыталась понять, как сбежать? А главное — что делать, даже если каким-то чудом сможет покинуть дом? Она на территории клана, где все подчиняются Мавиру, а незаметно попасть на корабль просто невозможно. Каждое биологическое существо на борту находится на учёте, и обмануть бортовой искусственный интеллект нереально.

Значит, единственный выход — это оказаться там, где у Мавира нет власти? Есть ли такой уголок на Инкаре?

Рора на секунду задумалась, вспоминая всё, что знала о внутриполитической ситуации на планете, и получалось что... да.

На планете было несколько сильных кланов, и они не были союзниками между собой, скорее сохраняли нейтралитет. Население Инкара изначально воинственное, а кланы были достаточно обособлены друг от друга. Сейчас они вели торговлю между собой; вроде бы жители могли свободно перемещаться по территории континента, невзирая на клановую принадлежность, как и выбирать место работы и учёбы. Но по факту клановые связи были так сильны, что, по сути, это были разные государства. А главное — ещё один космопорт был на западе Инкара, гораздо меньше, чем тот, на который они с даром Хуго прибыли, но главное, что он находился на территории другого клана. Только вот Рора не помнила, какого конкретно. При подготовке к командировке она была сосредоточена именно на клане Корола и многое упустила из виду, о чём сейчас очень жалела. Как же сильно не хватало коммуникатора! Она оказалась отрезана от главного источника информации, а помочь ей никто не горел желанием.

Рора провела пальцами по ноющим вискам. Получается, ей надо каким-то образом оказаться на территории другого клана, договориться с главой и вылететь на Смирт. Где её уже будут считать мёртвой.

Что же, план вырисовывался довольно сомнительным. Да и планом его назвать было нельзя, так... первые намётки. И всё же, даже если вероятность исполнения задумки ничтожно мала, она никогда не равна нулю.

— Пора возвращаться, — пробасил рядом охранник, выдергивая девушку из глубокой задумчивости и возвращая в реальность.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

11.4

11.4

Мавир

— Как она? — спросил Мавир у Гарола по коммуникатору.

Только что прошло одно из многочисленных сегодняшних совещаний, и аман задумчиво смотрел из окна своего кабинета на небо. Он решил оставить верного помощника в доме, чтобы Гарол приглядел за сноровистой гостьей.

Сейчас эмоции улеглись, и аман снова ощутил контроль над своей жизнью.

Стоило признать, Мавир так привык быть хозяином положения, что не ожидал такого яростного отпора от женщины — а мог бы и предугадать. Именно этим она его и зацепила. Можно было бы её сломать — это не так сложно, как кажется. Люди наивно полагают, что способны выдержать жестокость, но правда в том, что большинство никогда по-настоящему с ней не сталкивались, рассуждая о своей стойкости гипотетически.

Но он не хотел быть жестоким с Ророй. Она думала, что Мавир сломал её жизнь, а он даже и не начинал. Глупая.

Вот только если сломать — пропадёт искра, которая горит и привлекает своим огнём амана. Да и не считал он достойным давить слабых, а Рора слаба, пусть и отрицает это.

Брать её тело силой? Можно, но тогда она быстро превратится в безвольную куклу, и истинного удовольствия аман не получит. А может быть, где-то в глубине его тёмной души ему просто не нравилось видеть синяки на теле девушки и знать, что он причина их появления? Или, возможно, они просто не красят хрупкую красоту чужачки.

— Просит встречи с вами.

— Смирилась и готова подчиниться?

— Нет, даже близко нет.

Мавир почувствовал, что Гарол что-то недоговаривает.

— Мне из тебя каждое слово вытягивать?

— Аман... я никогда не позволял себе как-то комментировать вашу личную жизнь, — Гарол всегда знал, когда к хозяину можно обращаться на «ты», а когда наступает та грань, за которой Мавир — глава клана.

— Видимо, сейчас эта традиция прервётся.

— От чужачки будут проблемы. Я это чувствую. Она не похожа на наших женщин, и это плохо. Резкая, не привыкшая подчиняться. Много хлопот принесёт. Слишком умная и... эмоциональная. Она не осознаёт, какая честь ей выпала. Есть птицы, которые в клетке крылья о прутья ломают в попытке вылететь.

Мавир подавил злость на Гарола. Тот сказал то, о чём и сам аман думал. Но отпустить... нет. Да и нет теперь Роры — она официально мертва, а потому придётся смириться и принять страсть амана.

— Это последний раз, когда ты оспариваешь уже принятые мной решения, — холодно отрезал Мавир.

— Я понял, аман. Больше не повторится.

— Надеюсь. Разреши Роре небольшую прогулку, естественно, под присмотром.

И, не прощаясь, отключил коммуникатор.

Аман прикрыл глаза, воскрешая в памяти изгибы девичьего тела, поцелуи и стоны. Мавир ощутил, как нарастает возбуждение, которое он может утолить только с одной женщиной. Но если она добровольно не раздвигает стройные ноги... возможно, стоит попробовать приучить её к себе. Пока Рора не свыкнется с мыслью, что назад пути нет.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 12

Глава 12

12.1

Рора не дождалась Мавира и уснула. На удивление, спала она крепко, хотя обстановка не располагала к спокойному сну.

Только под утро девушка поняла, что ей тяжело дышать. Она попыталась перевернуться на бок, но почему-то тяжесть на груди усилилась, а сбоку послышались какие-то звуки.

Сердце ухнуло вниз, весь сон мгновенно выветрился, оставляя вместо себя резкий удушающий страх. Вопль застрял где-то внутри, и вместо того чтобы вскочить с кровати, Рора медленно повернула голову, боясь дышать.

Совсем рядом, в нескольких сантиметрах от неё, спал аман, а его рука была перекинута через грудь девушки, что и создавало ощущение давления во сне.

Рора замерла, в первые секунды не зная, как реагировать, и абсолютно не понимая, как она могла спать ночью и не заметить, что в кровати больше не одна.

Очень медленно, стараясь не потревожить амана, Рора отодвинулась к краю кровати, аккуратно выскользнула из-под руки мужчины и отошла на, как ей казалось, безопасное расстояние в пару метров.

Она настороженно смотрела на Мавира, отмечая, что даже сейчас аман выглядит внушительно, но при этом более... приземлённым, что ли, человечным. Он не казался непобедимым и несокрушимым. Взгляд скользнул к столику, на котором были остатки вчерашнего ужина, а вместе с ними и столовые приборы, в том числе нож. Он был остро заточенным, по крайней мере с нарезкой мяса справлялся великолепно.

Рора сделала несколько решительных шагов к столу и взяла в руки нож. Она даже не понимала, что собирается с ним сделать. Убить человека? Это тяжело, особенно когда он не нападает на тебя, а мирно спит. И даже если сможет - что дальше? Это и для неё верная смерть. И всё же она аккуратно приблизилась к кровати, в каком-то садистском приступе безумия представляя, как вгонит сталь в тело амана.

- Придётся бить наверняка, - раздался хриплый ото сна голос Мавира. Рора вздрогнула и замерла, приходя в себя от секундного наваждения. Аман же продолжил, смотря тёмным пустым взглядом на девушку.

- Одним ударом, насмерть. Лучше в яремную вену. Знаешь, где она? Вот здесь, - он повернул голову, жестом указывая на нужную точку.

Рора отшатнулась и выронила нож из рук. Он с оглушающим звоном упал на пол. Мавир проводил его взглядом и цинично усмехнулся.

- Ты упустила свой шанс. Второго не будет.

Он резко вытянул руку вперёд и, схватив девушку за запястье, дёрнул на себя, тут же наваливаясь всем телом. Рора чётко ощутила его эрекцию, которая упёрлась куда-то в районе живота, и отвернула голову в сторону, не желая смотреть на лицо врага.

- Ты же понимаешь, что вставить в тебя сейчас член - это дело нескольких секунд? И ты ничего не сможешь сделать, чтобы остановить меня.

Рора понимала, что это правда. Он полностью обездвижил её, и сейчас в ней нет того боевого безумия, что дало силы сопротивляться в прошлый раз. Она правда всё понимала, но упрямо молчала, так и не повернув головы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

12.2

12.2

Несколько секунд стояла тишина. Рора слышала тяжёлое дыхание амана и чувствовала себя пойманной в ловушку. Впрочем, так и было.

Мавир наклонился ещё ближе и довольно чувствительно укусил её за шею. От неожиданности Рора вскрикнула и всё-таки попыталась сбросить с себя мужчину.

Аман хмыкнул, как будто только этого и ждал, и наконец-то освободил девушку от своей тяжести.

- Собирайся. Сейчас позавтракаем и поедем в город.

- В город? - недоверчиво переспросила Рора. - Зачем?

- Слишком много вопросов.

- Да, удивительно, что меня интересует моя же дальнейшая судьба, - иронично ответила она и тут же одёрнула себя. Ясно же, что не надо раздражать амана, но никак свой характер затолкать подальше и поглубже не получалось.

Аман на это ничего не ответил, просто ушёл в ванную.

Рора со стоном откинулась обратно на кровать. Её не могло не радовать, что она уже два раза подряд избежала насилия, но и просчитать поведение амана у неё тоже не получилось. Раньше ей казалось, что Мавир за любое неповиновение может уничтожить, но вот - она жива и даже здорова.

А сейчас он, как ни в чём не бывало, говорил про завтрак и выезд, как о чём-то обыденном. Как будто каждый день похищает людей, а потом с ними проводит досуг.

Хотя... она же этого хотела? В смысле - выбраться из дома. Может быть, появится шанс сбежать? Или это слишком импульсивно и необдуманно? Знать бы ещё, куда они едут...

Пока аман был в ванной, в комнату тихонько постучались. Рора уже по стуку могла понять, кто за дверью.

На этот раз Наниэль была без подноса с едой, зато в руках держала какие-то вещи.

- Доброе утро, - поздоровалась девушка и быстро сунула свою ношу в руки Роре. - Завтрак будет накрыт в столовой через двадцать минут.

Она так настороженно бросала взгляды за спину Роры, что стало очевидно - служанка опасается увидеть амана и старается быстрее уйти. Вот только у Роры всё-таки было несколько вопросов.

- Наниэль, это что? - кивнула она головой на вещи в своих руках.

- Платье. К завтраку.

- Хм, а чьё оно?

- Ваше. Утром доставили из магазина. Не подумайте, оно новое. Красивое.

- Так... а завтракать я буду в столовой?

- Да, распорядились на вас с аманом сервировать.

Наниэль так суетливо переступала с ноги на ногу, как будто мысленно уже бежала подальше от страшной спальни амана.

Рора со вздохом поблагодарила девушку и отпустила. Та за какие-то доли секунды исчезла за углом.

"Значит, запрет на выход из комнаты снят", - пришла к выводу Рора и аккуратно расправила платье.

Оно и правда было красивое - длинное, струящееся, из лёгкой голубой ткани. Рора поморщилась: ей не хотелось наряжаться для амана, но и носить спортивный костюм третий день подряд не хотелось тоже.

Аман вышел из душа, не потрудившись надеть одежду. Судя по тому, что увидела Рора, утренний душ его не слишком остудил...

- Иди, - велел Мавир. - Жду внизу.

Рора не стала испытывать выдержку амана и скользнула мимо него в ванну.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

12.3

12.3

На то, чтобы принять душ, высушить волосы и надеть платье, ушло немного времени. Рора уверенно вышла из комнаты, которую уже не переносила всей душой.

Она помнила, как дойти до кухни, и решила, что по логике столовая должна быть примерно в той же части дома.

Рора ещё не успела подойти, но уже слышала громкий голос амана, который давал кому-то отрывистые команды. Оказалось, что Мавир общался по коммуникатору, но как только увидел девушку, завершил разговор, прожигая взглядом платье, которое отлично смотрелось на Роре, и, судя по его лицу, он мысленно уже поимел её несколько раз прямо в этой столовой.

Она не стала опускать глаза или сутулить плечи, а, держа голову высоко поднятой, прошла к большому столу, на котором сервировка на двух человек смотрелась как минимум странно, учитывая, что за ним с лёгкостью бы расположилось двадцать человек.

Рора осмотрела стол, отмечая, что есть ажурные блинчики, которые она попробовала в этом доме вчера. Вкусные, натуральные. Так непохожие на то, что она ела на Смирте. А к ним - местное варенье из неизвестных Роре ягод.

Только все эти вкусности меркли по сравнению с неприятной компанией, в которой оказалась девушка. Она присела за стол и придвинула к себе тарелку, но есть не торопилась.

- Так куда мы поедем? Может быть, вы... ты решил меня отправить домой? Понял, что держать человека против его воли незаконно?

- Я здесь закон. И нет, не надейся оказаться дома или сбежать.

Рора с силой сжала вилку, представляя, как загонит её ему в глаз. Судя по лёгкой усмешке, аман примерно понимал ход мысли девушки, что неудивительно, учитывая, что утром он обнаружил Рору с ножом в руке.

- Если мы не в космопорт, то куда?

- В магазин.

Ответ был таким неожиданным, что Рора чуть не поперхнулась кофе, который решила так не вовремя продегустировать.

- Можно было бы всё заказать сюда. Но учитывая, что ты здесь надолго, решил, что тебе самой захочется посмотреть и выбрать одежду и все эти женские штуки, - неопределённо махнул он рукой.

Рора хотела возмутиться, сказать, что ей ничего не надо! Никаких платьев, косметики и других "женских штук". Ей нужна свобода! А он намерен её... выгулить, как какую-то питомицу. Но Рора прикусила язык. Плевать, какие причины, главное - она окажется в столице. А там... вдруг подвернётся возможность изменить своё бесправное положение.

Нормально позавтракать у Роры так и не получилось. Кусок в горло не лез, да и тяжёлое молчание амана не располагало к аппетиту.

У входа уже стояла знакомая машина, и водитель распахнул дверь перед Ророй. Когда она села, то увидела на переднем сиденье Гарола.

"Куда же без него", - проворчала мысленно девушка.

Здороваться они не стали, игнорируя присутствие друг друга. Точнее, Рора игнорировала, а Гаролу, судя по всему, было искренне плевать на её наличие в машине.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

12.4

12.4

В машине стояла тишина. Как только сел аман, заднее сиденье тут же отгородилось перегородкой, отрезав их от водителя с помощником.

Рора опасалась, что сейчас аман начнёт приставать, но нет. Он полностью сосредоточил внимание на своём коммуникаторе.

Рора прикрыла глаза, отпуская излишнее напряжение. Она смотрела из-под полуопущенных ресниц на амана, на его суровый профиль и нахмуренные брови, и всё так же недоумевала. Зачем аману, могущественному человеку на своей планете, делать столько телодвижений ради неё?

Даже сейчас - ну какой магазин, у него дел что ли нет, чтобы лично сопровождать? Это было всё крайне странно и даже пугающе для Роры. Хотя всё тут пугающее, если подумать.

Рора отвернулась к окну и стала следить за дорогой, пытаясь хоть как-то сориентироваться в окружающем пространстве. Днём это делать получалось гораздо лучше, чем тогда, когда она ехала к особняку Мавира вечером.

Вскоре на горизонте замаячили высотки Корола, а ещё через некоторое время машина въехала в город. Рора прикусила нижнюю губу, жадно всматриваясь в лица людей. Они продолжали жить свою жизнь, не подозревая, что их правитель ломает жизнь чужачке. Хотя, даже если бы и знали, наверное, не осудили бы. Глава клана непогрешим, и правда в том, что может делать на своей земле всё, что хочет. Если это напрямую не вредит интересам жителей. Её похищение - это... скорее каприз мужчины для них.

Рора стрельнула взглядом в амана и тут же с силой сжала челюсти. Оказывается, Мавир уже оторвался от коммуникатора и в упор смотрел на Рору. Атмосфера сразу же сгустилась, и девушка немного нервно повела плечом.

- Что?

- Думаю, когда ты будешь готова принять меня и новую реальность. Терпение не самая сильная моя сторона. Учти это. Мне скоро надоест. И последствия тебе не понравятся. Сначала. А потом, кто знает. Подчинение тоже может приносить удовольствие. Женщине.

Рора не стала ничего отвечать, лишь запихала подальше нарастающую злость.

Торговый центр, в который её привезли, был огромный. На самом деле потребность в таких магазинах отпала давным-давно - всё можно было посмотреть, заказать и даже примерить в виртуальном пространстве через коммуникатор. Сейчас магазины были скорее вариантом досуга для тех, у кого есть деньги и свободное время. Много времени и много денег.

Те торговые центры, которые посещала Рора на Смирте, были в разы меньше, чем то, что она видела сейчас.

Но самый большой шок она испытала, когда зашла внутрь. Там не было посетителей, только продавцы украдкой выглядывали из отдела, тут же прячась обратно, как только замечали амана и охрану сопровождения.

- А где люди? - поинтересовалась Рора.

- Торговый центр закрыт на время нашего посещения, - как само собой разумеющееся ответил Мавир.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

12.5

12.5

- Но... зачем? - недоуменно спросила Рора.

- Я так захотел, - просто ответил аман.

- Ты лишил людей выручки и денег, - не смогла промолчать Рора.

- Тебя это волнует? - Мавир посмотрел на девушку, и она была готова поклясться, что в его глазах мелькнуло удивление.

- Простые люди не должны страдать от капризов власть имущих, - пожала Рора плечами.

- Интересно, - хмыкнул Мавир. - Мой народ только рад угодить своему аману. И всё же я не просто закрыл торговый центр, а выкупил аренду на несколько часов.

- На налоги своего же народа, - скептически скривилась Рора.

- Налоги тратятся на то, на что и собираются. А у меня, поверь, есть личные средства, которых хватит не только на аренду, но и полный выкуп с десятка таких торговых центров. Так что не волнуйся. Никто из продавцов с голоду не умрёт. Впрочем, это не твоя забота. У тебя есть час, пройтись и купить что надо.

- А ты? - после секундного колебания уточнила Рора.

- Я буду пить кофе и работать.

Девушка уже мысленно обрадовалась, что на какое-то время останется без присмотра, но её тут же спустили с небес на землю.

- Гарол и охрана будет с тобой.

Рора перевела взгляд на помощника, и, несмотря на то что на его лице не дрогнул ни один мускул, девушка всей душой почувствовала, что помощник так же "рад" этому приказу, как и она сама, однако спорить было совершенно бесполезно.

Эхо шагов разлеталось по пустым коридорам и залам, но Рора на инстинктивном уровне пыталась уйти как можно дальше от амана - в самый дальний и неприметный магазин.

- Осталось сорок минут времени, - раздался за спиной голос Гарола. - Возможно, стоит начать уже хоть что-то выбирать.

Рора резко остановилась и потерла пальцами переносицу, а потом решительно свернула в магазин косметики.

Девушки-консультанты, одетые в стильную, но закрытую одежду, нервно поприветствовали Рору, тут же окружив вниманием и готовностью услужить покупательнице. Та же самая реакция была и в следующем магазине домашнего трикотажа. От отдела к отделу Рора продвигалась очень быстро. Любые её пожелания исполняли в точности, и даже примерять предложенные варианты одежды не было необходимости. Так продолжалось вплоть до магазина нижнего белья.

В силу культурных особенностей этот отдел был с затемнёнными витринами, а мужчины не заходили внутрь этого мира, полного кружев, бюстгальтеров и пеньюаров.

К удивлению Роры, Гарол с несколькими охранниками тоже не стал нарушать это правило и остался дежурить у входа в ожидании девушки.

Рора зашла внутрь, ощущая некоторую свободу, хотя времени и оставалось совсем немного.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

12.6

12.6

К девушке тут же подбежали сотрудницы магазина, но, к их чести, не стали предлагать товар наперебой, а вежливо поинтересовались, что ей надо, плохо скрывая в глазах жадное любопытство. Наверное, не каждый день аман арендует торговый центр ради женщины. Хотя, кто его знает...

Возможно, другая была бы польщена подобным жестом, но Рора знала - это не проявление симпатии, даже такое извращённое, нет, это жажда контроля. Она сама была психологически глубоко травмированным человеком и признавала этот факт. Так вот, судя по тому, что она видела, аман мог дать ей сто очков вперёд. И как она попала в поле внимания Мавира?

В очередной раз вздохнув, Рора осмотрела помещение. Этот отдел немного отличался от того, что она видела в торговом центре раньше. Приглушённый свет и яркие акценты создавали нужную атмосферу, да и сам ассортимент был более чем хорош.

Выбрав несколько вариантов повседневного удобного и довольно скромного белья (радовать амана развратным покроем и кружевом она точно не собиралась), Рора всё-таки решила примерить один вариант ночного комплекта, состоящего из шортиков и майки.

Каково же было её удивление, когда её отвели в отдельную примерочную, где была не только дверь на примитивной задвижке, но и окно под потолком.

Воровато оглянувшись, Рора удостоверилась, что в примерочной она одна и никто за ней не подглядывает, а после встала на пуфик и подёргала за ручку.

Окно было закрыто, но, на счастье, всё же открывалось, пусть и не на полный размах. Будучи достаточно миниатюрной, Рора вполне могла попробовать из него вылезти.

Сердце подскочило, а руки вспотели. Каждая секунда отбивалась набатом в ушах, морально давя на Рору и подталкивая к какому-то решению.

Поддавшись моменту, Рора подтянулась и, зацепившись, перекинула одну ногу на карниз. Максимально прижавшись, она всё-таки смогла выбраться наружу. Второй этаж был невысоко, но от страха сердце всё же ушло в пятки. Но хуже было другое - чтобы спуститься вниз, надо было по довольно ненадёжному карнизу пройти вправо, за поворот, но там было открытое пространство, и Рору заметили бы в ту же секунду.

Прыгать же вниз было просто опасно - слишком велика вероятность остаться с переломанными ногами.

В тихой истерике она закусила нижнюю губу, уже понимая, что сделала глупость. Надо было вернуться обратно, пока никто не заметил пропажу, иначе её точно больше не выпустят в город.

- Не такая уж она и красивая, - неожиданно услышала приглушённый голос. Рора дёрнулась так, что едва не сорвалась вниз. С трудом удержав крик, она перевела дыхание.

- И всё-таки аман здесь, в нашем торговом центре, - ответил второй женский голос.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

12.7

12.7

- Просто экзотика, уверена, наш аман никогда не будет воспринимать всерьёз какую-то чужачку. Наиграется и бросит. Замуж за него может выйти только достойная девушка клана, а не какая-то... - последнее слово Рора не расслышала, но была уверена, что ничего приятного.

- Тише ты. Услышат, что ты амана обсуждаешь. Язык-то прикуси.

- Я же ничего такого, - взволнованно ответила ей. - Ты и сама знаешь, что эта... недостойна амана. Даже по-настоящему красивым бельём главу клана порадовать не хочет. Вот была бы я на её месте...

- Но ты на своём! И не забывай, где оно! Замахнулась. Наш правитель недосягаем. Да и... вспомни Кираму, - Роре пришлось напрячь слух, чтобы расслышать последние слова.

- Ох. И правда. Пусть уж лучше чужачка, - в голосе явно зазвучали нотки страха.

- Вот и всё! Пошли, наверное уже закончилась примерка.

Рора чертыхнулась и полезла обратно в примерочную. Она так торопилась, что неудачно схватилась за створку, сильно, до крови поцарапав ладонь.

Тихо ругнувшись, Рора практически ввалилась внутрь примерочной. И как оказалось, очень вовремя.

Сильный стук сотряс маленькое помещение, а потом голос Гарола из-за двери отдал кому-то приказ:

- Ломай.

Рора за секунду распахнула дверь, наткнувшись на взгляды своих сопровождающих.

- Что происходит? - ледяным тоном поинтересовалась она.

- Вы слишком долго были в магазине, - после секундной заминки ответил Гарол.

Рора уже поняла, что он жонглирует обращением к ней на "ты" и на "вы" в зависимости от обстоятельств.

- А я должна была выбежать к вам в трусах и лифчике? - едко поинтересовалась Рора.

Гарол ничего не ответил, но внимательно посмотрел на девушку. Она ощущала, как от крови намокла ладонь, и в инстинктивном порыве поспешно убрала руку за спину.

Этот жест не укрылся от Гарола. Он метнул взглядом сначала на Рору, а через долю секунды перевёл взгляд на приоткрытое окно.

На лице у девушки не дёрнулся ни один мускул, но в душе она замерла, не зная, чего ожидать.

Гарол перевёл взгляд обратно на Рору.

- Время вышло. Аман вас ждёт. Поторопитесь.

Помощник Мавира прикрыл дверь, оставив Рору одну. Она шумно выдохнула и спустя несколько секунд абсолютно спокойно вышла из примерочной.

То, что она ранее выбрала в магазине, уже было в фирменных пакетах.

- Последний комплект одежды тоже заверните.

- Хорошо, - с вежливой улыбкой ответила ей сотрудница, а Рора узнала по голосу ту, что хотела оказаться на её месте.

"Ну и дура", - мысленно вынесла вердикт Рора. Но одно не отпускало её. Кто такая Кирама, какое отношение она имеет к Мавиру, и почему о ней говорят шёпотом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 13

Глава 13

13.1

Мавир сидел в кофейне, внимательно что-то рассматривая в голографическом планшете, но стоило ему заметить приближение девушки, как он поднялся, чуть заметно нахмурившись.

— Опоздали.

Рора только пожала плечами и хотела пройти мимо, как почувствовала крепкую хватку на руке.

— Ты должна меня слышать и слушаться, — проговорил Мавир, прожигая её взглядом.

Рора сжала губы в тонкую линию. Но ничего не стала отвечать.

Несколько мгновений они с аманом мерялись взглядами, пока Рора не отвела глаза. Всё-таки аман был тяжёлым человеком, с тяжёлой энергетикой.

После безмолвной капитуляции аман отпустил Рору и пошёл к выходу. А за ним потянулось сопровождение, включая девушку.

Многочисленные покупки были загружены в багажник машины. Рора удивилась, что не заказали доставку, но потом мысленно махнула рукой. У богатых свои причуды.

Аман расположился рядом, снова уткнувшись в планшет, а Рора отвернулась к окну. Мерное движение убаюкивало, погружая в какое-то медитативное состояние. Мысли о будущем на время оставили девушку, даря несколько секунд приятной внутренней тишины. Пока резкая хватка амана не выдернула её из этого состояния.

Она дёрнулась и попыталась высвободить руку, но аман держал достаточно крепко, впрочем не передавливая запястье.

— Это что? — спросил он, недвусмысленно кивая на порез, оставшийся после неудачной побега.

— Я поранилась, — процедила сквозь зубы Рора и снова попробовала освободиться, — Мне больно, — добавила она.

Как ни странно, Мавир отпустил запястье, но продолжил с недовольством смотреть на девушку.

— Где ты поранилась?

Рора несколько нервно повела плечом и решила, что лучшая ложь — это частичная правда.

— В магазине белья.

— И как же?

— В примерочной было душно, и я приоткрыла окно. Поранилась о петлю, она неудачно выступала под рамой.

— Об окно говоришь…

— Именно.

— Хорошо, что ты просто решила проветрить примерочную. А то если бы в твою красивую головку пришла какая-то глупая идея, к примеру сбежать через окно, то мне пришлось бы наказывать тебя. Ломать. Ведь если не ценят хорошее отношение, то наверное просто не понимают, что оно хорошее? Но ты же умная девушка, да Рора? Образованная, привыкшая думать головой, а не поддаваться глупым импульсам. Я прав?

— Да, — выдавила она из себя. — Глупым импульсам я не поддаюсь.

«Больше», — добавила она мысленно.

— Это хорошо. Магазин белья тоже хорошо.

Вечером покажешь, что купила. Хотел бы посмотреть сейчас, но мне надо на работу. Тебя отвезут обратно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

13.2

13.2

Когда аман вышёл из машины, оставляя Рору одну на заднем сиденье, показалось, что даже дышать стало легче. Эта поездка в город точно прошла не напрасно. Самое главное, что она поняла, — спонтанность не лучшее решение. Надо, чтобы аман ослабил бдительность. Снял такое большое количество охраны, а ещё... понять, куда и к кому бежать. Этот пункт был самым трудным для исполнения.

Думать о том, как именно она будет добиваться благосклонности амана, Рора была не готова. Слишком неприятный ответ, учитывая все обстоятельства, напрашивался.

Дом встретил знакомым садом, фонтаном и дорожкой, ведущей к парадной двери. Гарол остался с Мавиром, а потому Рору сопровождал лишь один из охранников.

Когда она зашла внутрь, то сразу почувствовала неладное.

Наниэль встречала в холле и при этом сильно нервничала. Это было заметно по напряжённым плечам и по пальцам, сминающим ткань платья.

— Добрый день, скоро будет обед. Вы предпочтёте поесть в столовой?

Рора пожала плечами.

— Можно и в столовой.

В этот момент из гостиной вышла молодая женщина. Рора сразу оценила и красоту, и стать. Стройная, высокая, волосы густые и гладкие были убраны наверх в повседневную, но элегантную причёску, из которой выбивалось несколько прядей. Но что-то подсказывало, что это неслучайность, а продуманный образ. Платье, подчёркивающее тонкую талию и длинные ноги, было при этом скромным по крою и точно не скромным по цене. Гладкая кожа, лёгкий, почти незаметный макияж, умело акцентирующий внимание на выразительных глазах цвета горького шоколада. В целом, гостья производила впечатление ухоженной и знающей себе цену девушки.

Вот только взгляд, которым она одарила Рору, выражал такой спектр неприязни, а скорее даже ненависти, что мог бы сбить с ног кого-то более впечатлительного.

Рора же просто отметила про себя, что лучше к незнакомке не поворачиваться спиной, и на этом весь интерес к ней пропал. Только гостья была другого мнения.

— Представь нас, — бросила она приказ Наниэль, как будто имела полное право распоряжаться в этом доме.

— Это... эм..., — растерялась Наниэль, покраснев ещё больше под раздражённым взглядом.

— Что за дура, — прошипела незнакомка, и её безупречное лицо исказила гримаса брезгливости, сразу превращая красоту в уродство.

Рора терпеть не могла таких людей. Тех, кто считает возможным принижать и оскорблять других лишь по причине социального статуса. Они чувствуют превосходство в своей безнаказанности, самоутверждаясь и рождая ложное ощущение собственной значимости, построенное на глупом стечении жизненных обстоятельств. Воспитываясь в Центре, Рора даже на прогрессивном Смирте встречалась с таким отношением, пусть и более завуалированным. Что уж говорить о более закрытом клановом обществе на Инкаре. Вот только Рора умела постоять за себя, в отличие от робкой, но милой Наниэль.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

13.3

13.3

— Вижу тут только одну дуру, — холодно ответила Рора.

Незнакомка тут же гневно свернула глаза и посмотрела на Рору, как на предмет мебели, который вдруг не только заговорил, но и посмел что-то сказать хозяевам.

— Как ты смеешь, чужачка! — истерично вскрикнула она и, кажется, даже пошла пятнами. — Закрой свой поганый рот! Ты хоть знаешь, с кем говоришь! Одно моё слово — и тебя выпнут из этого дома! Отдадут на растерзание собакам!

Незнакомка набрала воздуха для продолжения гневной тирады, но Рора её перебила.

— Правда выпнут? Можешь вот прямо сейчас попросить? — с плохо скрываемой надеждой спросила она, проигнорировав весь остальной посыл.

Неожиданный вопрос сбил настрой незнакомки, а со стороны Наниэль послышалось тихое «ох».

— Кто ты такая, дрянь? — сузила глаза девушка, не отвечая на вопрос Роры. И, кажется, поняв, что крики тут не помогут, а свою значимость и силы она несколько переоценила.

— Так и знала, никакого толка, только глотку драть умеешь, — небрежно отмахнулась Рора. Но, секунду подумав, всё-таки представилась. Мало ли, вдруг незнакомка будет полезной. Хотя бы в том, что не хочет Рору видеть в этом доме и, судя по всему, рядом с аманом, а общее желание — уже неплохое начало.

— Меня зовут Рора. Я прибыла на дипломатическую миссию на Инкар и должна была улететь обратно на Смирт. Но аман Мавир решил иначе. Теперь твоя очередь.

— Я Шакара, и я женщина нашего амана. Не знаю, с чего ты взяла, что можешь всерьёз заинтересовать амана, но выбрось это из головы, — с явной угрозой проговорила девушка.

— А аман-то это знает? — приподняла бровь Рора.

— Что?

— Что ты его женщина. Как-то не похоже, — усмехнулась Рора.

Судя по тому, как Шакара дёрнулась в сторону Роры, она бы с радостью вцепилась ей в волосы.

— Ты даже не понимаешь, что говоришь. Всякие одноразовые шлюхи приходят и уходят, а я остаюсь рядом с аманом. Я знаю, что ему надо, и ты исчезнешь рано или поздно.

Последняя фраза прозвучала скорее как обещание, и где-то под грудиной у Роры заворошился страх. Всё-таки такие утверждения звучат зловеще. Однако вида, что её что-то задело, Рора не подала.

— Тогда тебе стоит уделять больше времени СВОЕМУ мужчине. Чтобы он не был заинтересован в ДРУГИХ женщинах.

Шакара от её слов покраснела ещё больше.

— Наниэль, принесите мне, пожалуйста, водички, — неожиданно попросила Рора.

Служанка бросила неуверенный взгляд на Шакару, но кивнула и пошла в сторону кухни.

Когда две женщины остались наедине, Рора стремительно подошла к Шакаре и быстро проговорила так, чтобы слышала только она:

— Хочешь от меня избавиться — дай свой коммуникатор.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

13.4

13.4

Конечно, Рора вообще могла бы предложить организовать ей побег и надеяться, что всё решится так легко и просто, тем более что вряд ли на всей планете найдется хоть кто-то, кто так жаждет от неё избавиться. И, возможно, общие цели стали бы достаточным основанием для такого сомнительного сотрудничества.

Но кем-кем, а наивной дурой Рора не была. Во-первых, у девушек на Инкаре нет больших возможностей, позволяющих организовать подобное, да ещё и из дома амана, а во-вторых, Рора сильно сомневалась, что если её побегом займётся Шакара, то, даже если она покинет территорию особняка, останется живой. Рора была уверена, что любовница Мавира сделает всё, чтобы чужачку больше никто и никогда не нашёл, тем более после сегодняшних оскорблений. Ну не выглядела Шакара как человек, легко забывающий обиды и позволяющий «конкурентке» свободно разгуливать по планете.

Так что Рора пошла другим путём.

После жизни в Центре не все воспитанники стали законопослушными гражданами Смирта. Были и те, кто пошёл совсем другой дорогой. Таким человеком был и Драк. Официально у него была своя логистическая фирма, занимающаяся грузоперевозками на территориях повышенной сложности, то есть тех, куда не может добраться доставочный дрон. В том числе Драк перевозил грузы и на другие планеты, попадающие в красную зону и являющиеся потенциально опасными для прямого сотрудничества.

Это был прибыльный бизнес сам по себе, но ещё он становился отличным прикрытием для контрабанды всего, что только может быть на просторах галактики. У Роры было ощущение, что незаконной деятельностью Драк занимается не столько из-за денег, сколько из «любви к искусству». Сколько Рора его помнила, Драк всегда пытался прогнуть систему. Был трудным, своевольным ребёнком, а потом и подростком.

Обладая приятной внешностью, Драк мог вводить окружающих в заблуждение и вызывать доверие. Но Рора никогда не обманывалась на его счёт. Морально-этические принципы были довольно далеки от Драка.

Они никогда не были друзьями, но какими-то неведомыми путями Рора стала одной из немногих людей, кто знал код его закрытого канала коммуникатора и, соответственно, мог обратиться с заказом.

Раньше Рора с ним не связывалась, но код запомнила. Да и как не запомнить, если это были координаты Центра, только в обратном порядке.

Рора понимала, что забрать её с космопорта Корола Драк не сможет. Каждый прилёт-отлёт строго регламентировался и согласовывался заранее. Случайных кораблей в космопорте не бывало; даже суда в аварийном состоянии, оказавшиеся вблизи Инкара, космопорт не принимал. Поэтому план пробраться на территорию другого клана и там попасть на корабль оставался в силе, но Драк всё равно мог помочь. Дистанционно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

13.5

13.5

Ещё одной существенной проблемой, усложнявшей гипотетический побег, было то, что голографических карт Инкара, отражающих полную инфраструктуру и геологию планеты, в открытом доступе не было.

Рора знала это точно, потому что сама ещё на Смирте при подготовке к командировке запрашивала эту информацию, и ей отказали, ссылаясь на суверенитет и безопасность Инкара. Для Роры это было странно. Понятно, что какие-то военные или стратегически важные объекты можно не отображать, но общей карты планеты не было в принципе, и, естественно, любой доступ к околопланетным спутникам также был закрыт для остального галактического сообщества, а вся поступающая от них информация строго засекречена. Исключения составляли карты отдельно взятых городов, являющихся столицами кланов. Их можно было скачать и пользоваться, но, скорее всего, и эти карты прошли серьёзную цензуру, прежде чем их разрешили к использованию жителями других планет. Что же касалось информации о дорогах, соединяющих города, небольших населённых пунктах и даже точных границах кланов, то её просто не было.

Таким образом, чужак не мог ориентироваться на планете при самостоятельном перемещении на дальние дистанции, а в её случае это могло стать критически важным. И вот именно такую карту хотела попросить Рора у Драка.

Она знала, что в его фирме есть умельцы (а возможно, и сам Драк), умеющие доставать информацию из самых закрытых источников — очень нужный навык при контрабанде.

Конечно, Драк ей по доброте душевной не поможет и, вероятно, запросит неподъёмную для Роры сумму, и всё же... попробовать стоит.

Шакара уставилась на неё своими большими глазами цвета горького шоколада и даже немного отступила под требовательным взглядом Роры.

— Я ни в чём тебе помогать не буду, чужачка, — презрительно выплюнула она.

— Будешь. Если хочешь, чтобы меня не было рядом с твоим дорогим аманом, ещё как будешь. Ты, конечно, можешь надеяться, что он потеряет ко мне интерес. Но вдруг нет? Вдруг ты ошиблась? И потеряет он интерес именно к тебе? К той, что греет его постель долго, но так и осталась просто любовницей. Ведь старые игрушки приедаются. Ты насколько уверена в Мавире и его интересе к тебе?

По мере того как Рора говорила, лицо Шакары бледнело.

— Дай свой чёртов коммуникатор, — требовательно повторила Рора.

Шакара нервно дёрнула плечом, но достала коммуникатор; к счастью, у Шакары он был компактный.

Рора оглянулась, прикидывая, где могут располагаться камеры, — в их наличии она не сомневалась. Вот только увидеть их было нельзя. Скорее всего, они охватывали весь периметр, и оставалось только надеяться на удачу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

13.6

13.6

Быстро набрав сообщение и отправив его на закрытый канал, открыть который Шакара сама не сможет, Рора передала ей коммуникатор обратно.

— Тебе придёт сообщение. Купишь мне коммуникатор, самый простой, перешлёшь сообщение на него. Само сообщение зашифровано, так что даже не пытайся его прочитать. И ещё, теперь мы заодно. Сдашь меня Мавиру — я ему сообщу, как ты спокойно предала его доверие. Я, конечно, знаю его не так хорошо, как ты, но думаю, с предателями аман не церемонится.

Судя по промелькнувшему страху на лице, Шакара не испытывала иллюзий по поводу своего любовника.

Напряжение повисло в воздухе, но его разбил звонкий голос Наниэль:

— Простите, что так долго. Оказывается, в фильтре вода закончилась. Ждала, пока наберётся.

Рора с Шакарой как по команде отшатнулись друг от друга.

— Гхм, спасибо, — прочистив горло, ответила Рора, принимая стакан с водой и выпивая его залпом.

— Что здесь происходит? — громом прогремел голос человека, которого сейчас Рора не была готова видеть.

На пороге дома стоял Мавир и переводил тяжёлый взгляд с Роры на Шакару. Последняя сориентировалась быстрее, сразу преобразившись из последней стервы во влюблённую и нежную женщину.

— Мой аман! Как я рада вас видеть! — воскликнула она и поспешила к нему навстречу.

Рора, не удержавшись, фыркнула и закатила глаза, что не осталось без внимания амана, который припечатал её взглядом.

— Шакара, что ты тут делаешь? — строго спросил он, не давая себя обнять. Рора бы всерьёз занервничала после такого тона, будь она на месте его любовницы, но Шакара, как ни в чём не бывало, чуть смущённо улыбнулась, отчего на её щеках заиграли чуть заметные ямочки, делая её просто куколкой.

— Извините, мой аман, я понимаю, что мой визит... не согласован. Но я соскучилась и подумала... не важно. Простите.

«Ого, актриса! И главное, никаких претензий или недовольства моим присутствием! Само смирение», — мысленно восхитилась коварством девушки Рора. Какой мужчина не будет рад, что ему не выносят мозг, а принимают всё, что он творит, и смотрят влюблёнными глазами.

Аман немного смягчился, но бросил быстрый взгляд на Рору, как будто оценивая её реакцию на происходящее.

Если бы Рора уже не изучила немного этого мужчину, то подумала бы, что он проверяет, не ревнует ли его Рора и испытывает что-то вроде смущения. Но, конечно, Мавир таких чувств испытывать не мог, да и шкала его морали слишком далека от общепринятых норм.

— Я понял, — в итоге сказал аман сухим, нечитаемым тоном. — Надо было тебя предупредить.

Кого конкретно предупредить и о чём, аман не посчитал нужным конкретизировать.

— Сегодня я на работу не вернусь, — немного подумав, добавил он, смотря на женщин.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 14

Глава 14

14.1

— Обед подать через сорок минут, — велел аман Наниэль. — Рора, переоденься к обеду. Шакара, со мной в кабинет.

Раздав поручения, аман развернулся и направился вправо по коридору. Шакара последовала за ним, предварительно бросив убийственный взгляд на Рору, видимо до конца осознав, что соперница живёт в доме амана.

Рора же, мысленно закатив глаза, поднялась наверх в спальню.

По всей видимости, пока она знакомилась с Шакарой, работники успели занести её покупки в дом через служебную дверь, и теперь пакеты занимали существенную часть комнаты.

Общая сумма этих вещей была заоблачной, и позволить себе такие бренды Рора не могла даже с зарплатой помощницы посла; вот только эти обновки совсем не радовали девушку, а лишь напоминали о её сегодняшнем статусе любовницы амана.

Первым делом Рора приняла душ и промыла рану на ладони. По-хорошему, надо было наложить специальную повязку, стягивающую рану, но просить об этом не хотелось, и она просто перевязала её чистым платком, который тоже сегодня приобрела. К обеду же оделась максимально просто: в белую футболку и полуспортивные брюки. Наверное, когда аман говорил ей переодеться к обеду, он имел в виду одно из новых красивых платьев, но Роре было плевать. Если он хочет видеть перед собой всегда идеально выглядящую и на всё готовую любовницу, то стоит поселить здесь Шакару.

Так как сборы у Роры заняли минут двадцать, она решила не сидеть в спальне.

Кабинет амана располагался на первом этаже, и Рора решила проложить свой путь мимо него, не сумев перебороть природное любопытство. Тем более в доме не было праздно шатающихся слуг, а охрана располагалась на территории, а потому вероятность встретить кого-то была небольшой.

Любовь амана к классической архитектуре и внимание к деталям сыграли на руку девушке, потому что и двери в доме были поставлены не современные, с отличной звукоизоляцией, а хоть и массивные, но сделанные из дерева. Плюс никто не озаботился плотно прикрыть их, видимо не подозревая, что у кого-то в доме хватит наглости или глупости подслушивать и вообще находиться рядом с кабинетом амана.

Остановившись справа от двери так, чтобы её не было видно и в случае чего она успела юркнуть за угол, она прислушалась к происходящему.

Аман не кричал, но говорил достаточно громко и жёстко, чтобы девушка расслышала. Судя по всему, она пропустила основную часть разговора и застала уже его конец.

— Надеюсь, Шакара, ты меня услышала. Наши отношения строго оговорены, и мне не нужны сюрпризы. Иначе тебя больше в моей жизни не будет. Не забывай своё место.

Послышался всхлип Шакары, кажется, совсем не наигранный.

— Мой аман, я просто люблю тебя, — прозвучало искренне, с затаённой болью.

— Мне нужна не любовь, — отрезал Мавир.

— Я сделаю всё, как ты хочешь. И я буду рядом, пока ты позволишь.

Поняв, что сейчас они выйдут, Рора быстро скрылась из виду и поспешила в столовую. Там уже было накрыто на трёх персон. Она села на то же место, что и за завтраком.

Буквально через пять минут пришли и аман с Шакарой. Женщина была всё так же великолепна, и если бы Рора не знала, какой разговор сейчас состоялся, то и не обратила бы внимание на лёгкое покраснение глаз, выдающее недавние слёзы.

Шакара бросила на неё взгляд.

— Это моё место, — процедила она, не удержав маску понимающей женщины.

— Место есть только у собаки, — мило улыбнувшись, ответила Рора.

Шакара повернулась к аману, видимо надеясь на его поддержку, но тот уже сел во главе стола и слегка задумчиво постукивал пальцами, не обращая внимания на женщин.

Шакара ещё пару минут помялась, но не решилась просить амана вмешаться и с недовольным видом села по левую руку.

Не то чтобы Роре вообще было дело, где сидеть, но и подрываться из-за замечания она не собиралась.

Обед проходил в молчании. Рора внимательно наблюдала за поведением Шакары, всё больше приходя к выводу об искренности чувств женщины. А также о потребительском отношении к ней амана.

На секунду Роре даже стало жалко Шакару. Скорее всего, она действительно любила амана. И была готова мириться с вереницей женщин, проходящих через его постель, лишь бы быть с ним. В надежде, что когда-нибудь аман оценит её преданность. Но аман привык брать, а не отдавать.

После обеда Шакара ушла в сад с аманом, а Рора вернулась в комнату и стала переносить вещи из хозяйской спальни в гостевую комнату, именно ту, которая ей приглянулась ещё в первый день.

Этот порыв был внезапным, но сильным. Рора осознала, что провести ещё одну ночь в спальне амана она не сможет. Ей как воздух нужно было место, где его присутствие не столь острое.

Рора ожидала, что сейчас кто-нибудь её остановит, но нет. Никто не подходил и не интересовался, что она делает.

Так, без спроса, она заняла комнату в доме и после того, как разложила небольшую часть вещей, взглянула в окно, непроизвольно отмечая красивый вид на лес, обустроенные вольеры для собак и виднеющуюся часть сада. Рора не знала, уехала Шакара или их приватный разговор с Мавиром продолжается. В вероятность того, что женщина останется в доме амана, Рора не верила.

В комнате Рора просидела до самого вечера, никем не потревоженная. Возможно, она вообще не вышла бы до самого утра, но в какой-то момент остро захотелось пить, а в гостевую комнату Наниэль не заглядывала, чтобы попросить принести.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Тяжело вздохнув, Рора поднялась с кровати и осторожно, как воришка, выглянула из-за двери.

Потом встряхнулась, вспомнив, что она взрослая женщина, распрямила плечи и направилась на кухню, правда, вся её бравада испарилась, стоило ей увидеть за окном амана.

14.2

14.2

На улице уже начало темнеть, но благодаря подсветке, Мавира было хорошо видно.

На небольшой кухне уже никого не было, а окна выходили во внутренний двор, как раз тот, где располагались вольеры для собак.

Самих собак она видела впервые. Их было три. Огромные, в половину роста Мавира, массивные, с короткой шерстью, под которой перекатывались мышцы. Это были не звери, а машины для убийства, вызывающие инстинктивный страх и желание держаться подальше. Вот только эти натасканные охранники вились вокруг амана, как маленькие щенята, чуть не ползая по пузу и пытаясь получить хоть толику ласки и внимания, признавая в нём своего вожака. Но самое поразительное было то, что эту самую ласку они от Мавира получали. Этот суровый мужчина играл с ними, лохматил бока и макушки. А ещё улыбался уголками губ, и это была настоящая улыбка, на которую, как думала девушка, он не способен.

То, как Рора воспринимала этого мужчину, настолько не вязалось с тем, что она видела сейчас, что она даже зажмурилась на секунду, прогоняя галлюцинацию, но нет: когда она открыла глаза, аман всё так же таскал собак за уши, а те, вместо того чтобы откусить ему руку, радостно виляли хвостом.

Это было так дико и непривычно.

— Аман единственный, кого так близко подпускают к себе нарвалы.

Рора вздрогнула всем телом и резко развернулась.

У входа стоял Гарол; он зашёл абсолютно бесшумно и с задумчивым видом смотрел на девушку.

Она несколько секунд пыталась выровнять дыхание, которое перехватило от страха. Потом опять повернулась в сторону Мавира.

— Нарвалы? — непонимающе переспросила она.

— Так называется эта порода собак. По легендам, происходят от самих варкалов. Их редко заводят. Слишком опасные, сильные, непредсказуемые. Их надо тренировать с самого детства, и даже тогда они могут напасть, инстинктивно пытаясь стать вожаком стаи.

Рора скептически посмотрела в окно. Что-то пока не было похоже, что аман их опасается.

— Но аман их буквально таскает, как щенят, — указала Рора на очевидное.

— Да. Это любопытная история. Этот помёт хотели убить. Сука ощенилась, но вскоре отказалась их вскармливать. Они были слишком слабые, недоношенные. В день, когда их должны были усыпить, питомник с визитом посещал аман и проходил мимо бокса со щенками. Заинтересовался и уточнил, почему их отлучили от матери. Эти щенята жались друг к другу, но при этом пытались рычать, как настоящие звери, на всех, кто приближался. Вот и аман зашёл к ним. Стоило ему протянуть руку, как они вцепились в неё зубами, пытаясь загрызть. Хоть и мелкие были, слабые, но даже в таком возрасте нарвалы прокусили до мяса. Крови было много.

Гарол замолчал, как будто о чём-то задумался.

— И что же было дальше? — поторопила Рора.

— Аман забрал их. Не дал убить.

— Почему?

— Он уважает тех, кто готов бороться, даже если шансов победить нет.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

14.3

14.3

Эта неоднозначная фраза, брошенная Гаролом, стоила осмысления. Ведь аман, наоборот, требует подчинения, но уважает силу духа. Рора тряхнула головой, прогоняя эту мысль.

— И всё-таки, почему нарвалы подпускают к себе только амана?

— Хм, я не совсем правильно выразился. Нарвалы охраняют территорию, и для этого им необходимо слушаться приказов охраны. Собаки принимают еду и позволяют за собой ухаживать, но вожак у них один. И слушаются они охрану лишь потому, что воспринимают их частью стаи, которую возглавляет, опять же, их вожак. Аман... он спас их, вырастил, лично тренировал и даже первые недели вскармливал. Дал им имена: Утро, День, Ночь. — Рора присмотрелась к нарвалам и действительно: у одной шкура была светлой, у второй — серой, а у третьей — чёрной. — Возможно, это единственные существа на Инкаре, к которым аман испытывает что-то похожее на привязанность.

— И вы мне это говорите?

— Ты сама всё видишь. Это очевидно.

— А как же Шакара?

Гарол ничего не ответил, но бросил на Рору скептический взгляд.

Ясно.

— Получается, нарвалы благодарны аману?

Гарол дробно рассмеялся.

— Не обманывайся, Рора. Нарвалы — опасные звери, и единственная причина признавать в ком-то вожака — это не благодарность, а признание в вожаке ещё более опасного зверя, чем они сами.

У Роры холодок пробежал по спине от этой фразы.

Что же за человек такой аман? Как будто и не человек вовсе. Она в который раз стрельнула глазами за окно. Мавир уже закрывал собак в вольере.

— Понятно, — кивнула она и протянула руку к графину с водой.

— Зачем перенесла вещи?

Рора тут же напряглась, но продолжила невозмутимо наливать себе в кружку воду.

— Я обязана перед тобой отчитываться? — холодно поинтересовалась она, снова испытывая неприязнь к помощнику амана.

Да, было наивно полагать, что её бунт окажется незамеченным, но и ожидать последствий было... напряжённо.

— По правде говоря, не знаю, — ответил Гарол. — Как правой руке амана, мне отчитываются все, кроме амана. Наши же женщины не смеют перечить главе клана, и у меня никогда не было необходимости вести с ними диалог, особенно в сфере личной жизни амана. Так что пока я не понял, ты в поле моего контроля или нет. Главное — не забывай, что я всегда на стороне интересов амана и клана. И если ты станешь угрозой или впадёшь в немилость...

Он замолчал, но его молчание было красноречивее любых слов.

Рора со спокойным достоинством выдержала его взгляд и позволила себе чуть усмехнуться, транслируя гораздо большую уверенность, чем испытывала на самом деле.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 15

Глава 15

15.1

Вернувшись в гостевую спальню, Рора не могла найти себе места. Она задумчиво смотрела в окно, и, пусть наступили сумерки и нарвалов в вальере было не видно, девушка всё пыталась их рассмотреть. У неё никогда не было животных. Домашние животные на Смирте — это привилегия, а потому она плохо представляла себе, что испытывает человек, когда ухаживает за ними, растит. Гарол сказал, что аман к ним привязан. К этим опасным зверям, способным разорвать любого на мелкие кусочки. Что это значит? Получается, она заблуждалась и аман способен на человечность?

У Роры перед глазами всплыло воспоминание, как аман остановился тогда в спальне. Не стал брать её силой, хотя мог. И потом тоже. Как озаботился её удобством и нехваткой вещей. Как играл с собаками. Последнее особенно не вязалось.

Наверное, Мавир уже заметил её отсутствие. Или ему всё равно? Это было бы идеально. Хотя, вероятнее всего, он работает в кабинете и ещё не поднимался наверх, а Гарол не считает Рору достаточно важной причиной, чтобы отвлекать главу клана.

Зябко обняв себя за плечи, девушка на секунду допустила малодушную мысль вернуться, пока аман не увидел. Но, прикусив губу, она осталась стоять на месте.

Роре казалось, что, находясь в таком напряжении и ожидании реакции мужчины, она не сможет расслабиться и заснуть, но оказалось наоборот. Тревога настолько вымотала, что сон сморил, стоило только закрыть глаза.

Ей снился какой-то вязкий кошмар. Она металась в нём, пытаясь вырваться из клейкой темноты, в которой притаилась сама смерть, но ноги и руки были такими тяжёлыми, что не слушались. Рот кривился в немом крике, но вокруг расползался мрак, пугающий и непроглядный. Сердце билось, пытаясь пробить грудную клетку, а тело цепенело.

Вдруг во сне Рора почувствовала уверенное прикосновение, которое скользнуло по плечу, спускаясь по руке вниз. От прикосновения по телу прошла волна тепла. Во сне Рора знала, что оно не несёт боли, а дарит спокойствие и защиту. Она задышала спокойней, оцепенение постепенно спадало, а окружающий мрак отступал.

От наступившего облегчения во сне Рора счастливо засмеялась, понимая, что спасена. Тепло ласкало, гладило, накрывало. Обволакивало шею, грудь, живот, бёдра и наконец накрыло между ног. Жар всё нарастал, уже пульсируя и требуя большего. Во сне возбуждение становилось невыносимым, и она просила, извивалась и стонала. Мрак ушёл окончательно, а тело было готово взорваться от оргазма.

Пока слух не уловил шорох, которого не должно было быть. Грань между сном и явью треснула, а прикосновения стали реальностью. Рора резко распахнула глаза и дёрнулась, увидев перед собой нависающее лицо амана, чьи глаза потемнели от страсти.

— Нет, — успела шепнуть она хриплым голосом. Но поздно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

15.2

15.2

Первый толчок не был грубым. Ей не было больно. Тело определённо было готово к проникновению. Остатки сна и сильнейшего возбуждения ещё гуляли по распалённой плоти.

Всё смешалось: возбуждение, страх, фантазии, сон, явь, ночь и прохлада от ветра, пробирающегося из приоткрытого окна. Это путало, как будто она ещё спит.

Второй толчок и тяжесть мужского тела в прямом смысле слова выбили все сомнения.

Взгляд Роры стал осознанным, а сердце снова забилось испуганной птичкой, смывая наваждение.

Аман чётко уловил перемену в её настрое и на секунду остановился, замер в ней, как будто специально давая прочувствовать, что она находится под ним, распластанная, покорённая. А потом наклонился и поцеловал — страстно, жадно. Рора была слишком дезориентирована, а потому допустила этот поцелуй. Толчки возобновились, стали более глубокими, а потом аман просунул руку между их плотно сомкнутыми телами и, безошибочно найдя сосредоточение удовольствия, ещё влажное после сна, стал нежно кружить пальцами, снова распаляя страсть. Эта нежность вкупе с мощными толчками давала сильный контраст, не позволяя выбраться из этого потерянного состояния. Разум пытался пробиться, но разнеженная, возбуждённая плоть скатилась до уровня самого примитивного инстинкта, заглушая мысли, снова уводя в плоскость телесного удовольствия.

Выгнувшись, с губ Роры сорвался стон. Мавир, как будто только этого и ждал, сорвался на дикий темп, вколачиваясь уже не жалея и разгоняя кровь на максимум.

Если бы Рора и решила сейчас сопротивляться, то просто не смогла бы, придавленная этой мощью, сметающей всё на своём пути страстью.

Оргазм сотряс тело, и Рора, заглушая крик, впилась зубами в предплечье амана. Он же зашипел сквозь зубы и, сделав последний толчок, излился внутрь девушки.

Замерев так на несколько мгновений, аман прикусил её за мочку уха, после чего наконец освободил.

Рора замерла, ощущая влагу между бёдер и в каком-то отупении смотря перед собой. В организме гуляли остатки оргазма, но расслаблённость ушла, стоило осознать масштаб своего падения.

Она так запуталась...

— Ты хочешь детей? — сорвался с её губ неожиданный вопрос.

Аман тоже, не ждавший такой реакции, весь подобрался.

— Нет.

— Ты кончаешь в меня. Сейчас и тогда... было несколько опасных моментов.

— Я знаю, что ты делала укол.

— Полгода назад.

— Укол действует девять месяцев.

— Да. Это хорошо. Ты последний, от кого я хотела бы забеременеть.

— Я от тебя и не жду детей. Только хороший секс. Пока ты мне интересна.

Снова повисло густое и тягучее молчание.

Рора всё ждала, когда аман встанет и уйдёт, но он лежал рядом.

— Уйди, — тихо попросила она, чувствуя, как в глазах закипают слёзы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

15.3

15.3

— Ты забываешься. Снова, — предостерегающе произнёс аман.

— Я была против! Я сказала «нет»! — отчеканила Рора, подтягивая к себе колени и поворачиваясь на бок.

Мавир резко дёрнул её обратно, разворачивая лицом к себе.

— Не поворачивайся ко мне спиной, — с угрожающей интонацией процедил аман. Рора поджала губы, но вырываться не стала. — Ты сказала «нет», а потом сотрясалась от оргазма подо мной. Твоё «нет» тонуло во влажности и возбуждении. Твоё «нет» ничего не стоило.

— Но оно было. Было... Тело — всего лишь тело.

— Это бред. Тело — это ты. И оно говорило мне «да». А всё остальное — лишь лукавство и нежелание признавать очевидное.

Его ладонь легла на голый живот девушки, закрывая его почти полностью.

— Рора, ты посмела мне перечить. Ушла из спальни. Мне сломать тебя, Рора?

Он задумчиво посмотрел на девушку, как будто и правда ждал ответ. Она заледенела.

Почувствовала, что подошла к какому-то краю, за которым — только стылая кровь. Ей бы смело выкрикнуть «ломай!», но бравада пропала, а язык прилип к нёбу. Изнутри его глаз на неё смотрело чудовище, которое только притворяется человеком.

— Никто не играет сломанными куклами, Рора. Их выбрасывают. Но ты напрашиваешься. Проверяешь границы, дерзишь... порой это забавно. Непривычно. Но я лишь позволяю тебе в это играть.

Рора не моргая смотрела на Мавира, ладонь которого продолжала ласкать живот, но сейчас чувствовалась раскалённым железом, вспарывающим кожу.

Опять страх. Чудовище моргнуло и спряталось за маской человека.

— Спи, — мотнул он головой и подгрёб Рору в свои объятия.

Его руки чувствовались капканом, сжимающим в своих тисках жертву. Рора замерла, вслушиваясь в ровное дыхание амана. Его эрегированный член упирался в поясницу, недвусмысленно давая понять, что мужчина хочет продолжения. И Рора не знала, как себя поведёт, если он снова навалится, — сейчас с её стороны никакого возбуждения не было и в помине.

Однако аман просто лежал с закрытыми глазами, а вскоре и уснул. Рора поняла это по потяжелевшей руке, которая полностью расслабилась на её талии. Она попыталась аккуратно выбраться, но стоило сдвинуться, как аман впечатал её обратно, стискивая, кажется, ещё сильнее, чем было до этого. При этом не просыпаясь.

Рора чертыхнулась про себя. Вот уж на кого аман не походил, так это на того, кто любит обниматься во сне. Очередной разрыв шаблона. Или это такой способ держать её под контролем? Кто он сейчас, во сне, — чудовище или человек?

После такого пробуждения Роре, естественно, больше не спалось. Она боялась сомкнуть глаза. Вдруг снова проснётся при тех же обстоятельствах?

Через какое-то время аман освободил её от кольца рук, но не убрал ладонь полностью.

Рора больше не делала попыток сбежать из кровати, а просто смотрела в окно, где виделись звёзды, яркие и манящие. Она хотела бы сейчас лететь к ним сквозь вечную темноту, но лежала рядом с самым неподходящим для неё мужчиной во всей галактике.

От недосыпа в какой-то момент разболелась голова; когда уже начало светать, Рора сама не заметила, как уплыла в тревожный сон.

Проснулась она, когда день близился к обеду. К счастью, в постели была одна, но помятая простыня на той стороне кровати, где спал аман, не давала обмануться. Роре казалось, что она чувствует даже запах Мавира.

Что ж, её попытка отвоевать себе хоть чуточку пространства провалилась с треском. Аман чётко дал понять, что в этом доме всё зависит только от его желания. Поэтому искать себе ещё одно убежище смысла не было никакого, как, впрочем, и возвращаться в спальню Мавира.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

15.4

15.4

Ближе к обеду пришла Наниэль. Она пыталась казаться невозмутимой, но в глазах то и дело мелькало любопытство, которое она героически сдерживала.

Девушка пояснила, что аман уехал рано утром, и уточнила, где будет есть Рора. Всё было уже настолько обычным, что это даже напрягло Рору. После всего, что произошло за последние дни и ночи, она стала воспринимать свою такую вот жизнь как нечто обыденное? Правда, что человек адаптируется почти ко всем условиям, в которых оказывается, но она не хотела привыкать! Всё, что происходит, не может быть нормой!

И тем не менее, несмотря на все внутренние терзания, день прошёл вполне обычно. Вечером и ночью, несмотря на все опасения, Рору тоже никто не беспокоил. Амана она не видела до самого утра следующего дня.

Утром же её настойчиво попросили спуститься на завтрак. Мавир уже сидел за столом, что-то просматривая в визоре.

Рора села рядом и молча начала завтракать. Ей уже мало что могло испортить аппетит.

— Сегодня вечером ты меня сопровождаешь на встречу, — спустя какое-то время разбил тишину аман, по всей видимости закончив с делами.

— Какую встречу? — изумилась Рора.

— Это будет банкет после сбора глав нескольких кланов-соседей Корола. Он ежегодный. Присутствуют много влиятельных людей Инкара.

— Но... зачем там я?

— Скажем так, на неформальную часть принято приводить спутниц, невест, жён. Это часть традиции, признание женщин частью нашего общества.

— Только есть нюанс. Я не часть вашего общества. Почему не взять Шакару? Она — лучший вариант.

После этого замечания губы амана еле заметно поджались, выдавая недовольство.

— Я решил, что идёшь ты. И это не обсуждается.

— Конечно, — еле слышно фыркнула Рора. — Не боишься, что я устрою там скандал? Расскажу правду о том, как я здесь оказалась?

— Не устроишь. Таким поведением ты ничего не добьёшься. Но меня разозлишь. Надеюсь, наш ночной разговор не прошёл зря?

Рора внутренне съёжилась, холодок пробежал по позвоночнику.

— Рора? — надавил голосом Мавир.

— Не прошёл, — процедила она сквозь зубы.

— Радует, что ты не дура.

Рора поморщилась, но ничего не стала отвечать. На самом деле этот банкет был как нельзя кстати. Она получит информацию про соседние кланы и даже увидит их глав. В её ситуации это бесценно. Хотя, конечно, странно, что аман решил вывести её в свет. Одно дело — магазин на территории клана, а другое — высшее общество.

В любом случае такой шанс может больше не выпасть, поэтому глубоко задумываться о мотивах Мавира она не стала.

— Мне надо подготовиться.

— После обеда к тебе придёт женщина, поможет с причёской, макияжем и всем остальным необходимым. Вечером тебя привезут прямиком в ресторан, я буду уже на месте.

Этот факт скорее порадовал Рору; видеть амана лишний раз она не хотела. После их последнего секса она вообще как-то потеряла внутренние опоры и ориентиры. Её уверенность, что она больше никогда не сможет достаточно расслабиться с Мавиром, чтобы получить удовольствие в постели, разбилась о мощный оргазм. И всё же... это его не оправдывает. Нет — значит нет. Только вот он и не собирался оправдываться, считая себя в своём праве.

А теперь берёт Рору на официальный вечер. Интересно, кем он её представит? Любовницей? Скорее всего, Рора будет изображать из себя молчаливый манекен и оттенять главу клана. В глубине души ей очень хотелось подставить Мавира. Устроить какую-нибудь диверсию, но... здравый смысл говорил, что аман прав. Она, в сущности, ничего этим не добьётся, а проблем себе прибавит. Так что лучше придерживаться плана, пусть он и был сомнительным, но давал хоть какие-то ориентиры в этом хаосе неопределённости.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 16

Глава 16

16.1

Девушку, которую про себя Рора обозначила как стилиста, пришла ближе к трём часам дня.

Рора представляла себе, что женщины, которые работают в сфере красоты, особенно с клиентами индивидуально, должны быть яркими, броскими, уверенными в себе. Однако она опять не учла местные культурные особенности.

Перед ней стояла женщина лет 35, скромно одетая в неброскую тёмную одежду. Волосы были уложены в гладкий пучок, а достаточно невыразительные черты лица не подчёркнуты макияжем. В толпе Рора никогда бы не обратила на неё внимание и точно не подумала бы, что этот человек может быть стилистом. Но раз её пригласили в дом амана, значит, эта женщина была лучшей из лучших — профессионалом самого высокого класса, и это понимание заставило Рору повнимательнее к ней приглядеться.

Было видно, что женщина волнуется, находясь на территории главы клана, но при этом не даёт волнению взять над собой верх, улыбаясь Роре вежливо, но нейтрально — просто как человек, пришедший сделать свою работу. А вот цепкий взгляд уже успел оценивающе пробежаться по чужачке.

— Добрый день, я пришла помочь вам подготовиться к вечеру. Есть какие-то предпочтения и пожелания?

— А мои предпочтения будут учтены? — наклонив голову набок, прямо спросила Рора. Она была уверена, что женщине уже дали распоряжения насчёт того, как она должна выглядеть.

— Будут. По протоколу мероприятия есть определённые рамки… но внутри них мы вольны делать, как считаем нужным. И если пожелания будут в разумных пределах, я их выполню, — спокойно ответила стилист.

— Ну что ж, честность — это хорошо. Что касается предпочтений — не вычурно, элегантно, классический крой.

— Отлично, — одобрительно сверкнула глазами женщина.

— И ещё… как к вам обращаться?

— Жасма.

— Жасма, я должна привлекать внимание, но при этом не выглядеть как женщина, которая планировала его привлекать. Вы сможете это сделать?

— Доверьтесь мне, — уверенно ответила женщина.

Сколько времени нужно девушке, чтобы подготовиться к вечеру в кругу самых влиятельных людей планеты, сопровождая своего покровителя, который решил, что имеет право распоряжаться твоим телом и твоей жизнью?

Ответ — 5 часов.

И это не просто причёска, макияж и одежда. Нет, это целый ритуал обновления всего женского тела. Чтобы оно было не просто красивым, а идеальным.

Когда Рора увидела себя в зеркале, то поняла, что Жасма перестаралась. В том плане, что вариантов остаться незамеченной просто не оставалось. При этом Рора действительно не выглядела вычурно — просто была роскошна в своей природной красоте, доведённой до совершенства.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

16.2

16.2

Рора искренне поблагодарила Жасму и ещё раз оглядела себя.

Нет, Рора знала цену своей красоте и умела преподносить её в случае необходимости, но ещё никогда её кожа так не сияла, волосы не напоминали шёлк, а бордовое платье не сидело как влитое, идеально выдавая баланс между элегантностью и сексуальностью. Всё как будто бы достаточно скромно, не придраться, но глаз не оторвать...

Жасма тоже выглядела довольной, как человек, хорошо выполнивший свою работу и знающий это.

В спальню, постучавшись, заглянула Наниэль.

Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но, заметив Рору, ахнула.

— Вы очень красивая, — вырвалось признание из уст девушки. — Извините, — тут же смутилась она от своей вольности.

— Ничего, мне приятно. Хотя волшебница здесь не я, а Жасма.

Наниэль ещё более смущённо посмотрела на стилиста.

— Ты хотела что-то сказать? — напомнила о себе Рора.

— Ой, да. Машина подъехала. Вас ждут внизу.

— Спасибо, сейчас спущусь.

Ещё раз поблагодарив Жасму за работу, Рора спустилась вниз. Она наивно думала, что никто не будет сопровождать её до заведения, и она сможет побыть в тишине, наедине с собой, подумать о стратегии поведения, но желаниям не суждено было сбыться. Во дворе её ожидал Гарол. Как всегда, с каменным выражением лица, он смотрел в сторону леса. Услышав приближение девушки, развернулся. Рора даже замедлила шаг: ей хотелось увидеть реакцию помощника Мавира на её преображение. Но Гарол был верен себе — ни тени восхищения или мужской заинтересованности не промелькнуло во взгляде, только брови недовольно сползли к переносице. Как будто он прикидывал, какие неприятности Рора может принести этим вечером.

Девушка не стала разочаровывать его ожидания и ухмыльнулась, смотря прямо в глаза.

Гарол дёрнул уголком губ и жестом показал на автомобиль. На этот раз машина была сделана не под классику, а представляла собой современную модель с аэродинамическими формами, изготовленную из сверхпрочного полимера для снижения веса. Внутри — множество лидаров, радаров, камер и магнитных сенсоров для контроля положения, расстояния до других объектов и состояния дороги. Наверняка в прошлом автомобиле это всё тоже присутствовало, но было скрыто для придания нужной атмосферы: ведь на трассах со встроенными магнитными элементами, когда отсутствует контакт с дорогой и снижается сопротивление движению, это просто вопрос безопасности и здравого смысла.

Гарол дал водителю знак начать движение и повернулся к Роре.

Она вздохнула, уже понимая, что сейчас ей начнут читать лекцию о правильном поведении и её месте на этом празднике жизни.

— Ведёшь себя скромно, не привлекаешь внимание лишний раз, — тут Гарол скептически окинул её взглядом, но продолжил. — Молчишь, пока не спросят. Делаешь всё, что скажет аман. Вопросы есть?

— Дышать можно?

— Через раз.

— И на том спасибо. Напоминаю: я не девка с улицы, а специалист, отучившийся на межпланетные отношения, долго работавшая в Департаменте и умеющая себя вести в обществе. Ковыряться в носу и харкать в шампанское не стану.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

16.3

16.3

Одинаково недовольные друг другом Гарол с Ророй подъехали к одному из небоскрёбов, расположенных в центре Корола.

Девушка уже не всматривалась в архитектуру, не восхищалась видами — она просто ждала, что будет дальше.

Гарол вышел первым и молча показал, куда надо идти.

Мимоходом Рора отметила, что рядом припарковано достаточно большое количество автомобилей, все как на подбор элитные. Видимо, они приехали с опозданием, но девушка отмахнулась от этого факта. Она приехала, как привезли, и вопросы этикета в данном случае не её проблема.

Сам банкет проходил на последнем этаже небоскрёба.

Стоило ей с Гаролом, идущим чуть сзади (что, кстати, удивило Рору: мужчины на Инкаре скорее наоборот, задвигали женщин себе за спину, а, сопровождая Рору на небольшом отдалении, Гарол подчёркивал некоторый статус девушки. Знать бы ещё какой…), они сразу привлекли внимание собравшихся здесь людей.

Никто не тыкал пальцем и громко не обсуждал вновь прибывших, но Рора отчётливо ощутила на себе множество направленных взглядов.

Девушка слегка приподняла уголки губ в некотором подобии улыбки, не обращённой ни к кому конкретно, но при этом создавая впечатление вежливой доброжелательности.

Рора автоматически отметила высокий статус гостей, украшения и дорогие наряды женщин, у многих из которых на голове был традиционный широкий ободок, подчёркивающий статус жены.

Она в некоторой растерянности замерла, не зная, куда идти; не хотелось делать какую-нибудь глупость или нарушить протокол.

На помощь пришёл Гарол, подсказав, к какому фуршетному столику лучше подойти.

Рора старалась держать спину ровно, при этом соблюдая плавность в движениях и походке, чтобы не показаться высокомерной или слишком «жёсткой».

Столик находился в самом центре зала, и, судя по тому, что амана не было рядом, он задерживался. Это был идеальный момент, чтобы познакомиться с кем-нибудь, завести непринуждённую беседу. Проблема была в том, что она не могла проявлять инициативу при знакомстве, а всех, кто бросал на неё любопытные взгляды и гипотетически мог подойти, отталкивал рядом стоящий Гарол.

Рора вздохнула и пригубила шампанское. Напиваться в её планы не входило, но надо было чем-то занять руки.

Приближение амана Рора сначала почувствовала на уровне интуиции. Казалось, волоски на руках встали дыбом, а дыхание на секунду перехватило, как перед прыжком в глубокую воду. Девушку испугало, как остро она уже начала чувствовать этого мужчину. Только вот это было не восхищение, а совсем другое чувство, не поддающееся определению.

Она не успела оглянуться, как её талию обвила сильная рука, притягивая к себе.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

16.4

16.4

Рора развернулась в его руках и сразу наткнулась взглядом на тёмно-зелёные глаза амана. Девушка мягко отстранилась от Мавира, и он, как ни странно, отпустил.

Подобные проявления близости на людях, насколько знала Рора, не были приняты на Инкаре, считались неприличными, и этот жест подчеркнул статус Роры как любовницы Мавира.

Она вспыхнула. Ей не было стыдно за то, что они занимались сексом, да и глобально на мнение окружающих — тоже, но аман таким образом проявил пренебрежение к ней, и это могло стать проблемой. Да и женское самолюбие задело.

— Может быть, меня ещё и поимеешь прямо тут? — тихо, чтобы слышал только Мавир, прошептала Рора.

Глаза амана опасно вспыхнули.

— Прикуси язычок, а то ему найдётся применение получше.

Рора подавила ответный язвительный комментарий и снова пригубила шампанское.

— Как всё прошло? — спустя несколько секунд спросила Рора.

Мавир удивлённо приподнял брови, как будто её интерес к политике был крайне странным.

— Всё... ожидаемо, — с небольшой заминкой ответил аман.

У Роры сразу закралось подозрение, что всё совсем не гладко и не просто среди глав кланов. И в то же время она не сомневалась, что Мавир играет одну из ключевых ролей в политике планеты, особенно после подписания договора со Смиртом по сбыту делтара, который, как ни крути, очень выгоден для Корола и подписание которого стало возможным благодаря стараниям Роры.

В груди кольнула обида. Она же была действительно очень хорошим работником, но её предали, продали и забыли.

Но Рора вернёт себе свою жизнь.

Девушка и не заметила, как сильно сжала бокал, пока пальцы амана не легли поверх её.

— Пойдём, пройдёмся. Мне надо ещё кое-что обсудить в неформальной обстановке. Тебе объяснили правила поведения?

— Молчать, красиво стоять и не мешать.

Мавир криво усмехнулся и чуть заметно кивнул.

К нему тут же стали подходить, как будто тот факт, что они отошли от столика, стал сигналом к действию для окружающих.

Мужчина включался в разговор спокойно, уверенно. Большинство были со спутницами, но представляли по имени только жён, и то мимоходом, как нечто несущественное. Понятное дело, что Рора была безымянным красивым аксессуаром. На неё обращали внимание, но Мавир ни с кем не знакомил. Её раздражал такой расклад, но она продолжала нейтрально улыбаться и внимательно слушать разговоры в надежде, что услышит нечто полезное для себя.

В какой-то момент Рора задумалась и пропустила момент, когда настрой амана резко поменялся. Секунду назад рядом с ней стоял спокойный мужчина, а теперь — напряжённый зверь. Плечи Мавира чуть заметно напряглись, а челюсти сжались.

Рора проследила за взглядом амана и увидела приближающегося к ним мужчину.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

16.5

16.5

На первый взгляд он ничем не отличался от всех остальных на этом ужине.

Мужчина около 40 лет, серый костюм, тонкие черты лица, гладко выбритый. Вот только взгляд...

«Как у змеи», — промелькнуло сравнение в голове Роры.

Мужчина был без спутницы, и его холодный взгляд «мазнул» по Роре. Ей почему-то захотелось спрятаться за спину Мавира, но она, конечно, не шелохнулась. Ощущение, что аман может стать защитой, — лишь иллюзия, ведь именно он её главная опасность.

— Амакуд, мы всё обсудили на совете.

— Я решил всё-таки посетить неофициальную часть вечера. Мы же соседи, было бы невежливо пропустить.

Голос у мужчины оказался под стать внешности: неброский, вкрадчивый, без сильно выраженных интонаций.

— Мог бы не беспокоиться.

— Ничего. Лучше представь мне свою спутницу. Это что-то новенькое, обычно ты один. А тут такая красивая и необычная для наших мест девушка.

Мавир бросил недовольный взгляд на Рору, как будто это она была виновата в том, что пришла на вечер и вызвала интерес этого странного мужчины. Молчание затягивалось: Мавир не спешил представлять Рору, а она сама не решалась проявлять инициативу. Вот только похоже, реакция Мавира ещё больше заинтриговала Амакуда.

— Аман Амакуд, глава клана Мирана, — представился он первым, смотря прямо на Рору.

У неё застыла улыбка на лице; только опыт работы в Департаменте позволял Роре сохранить хоть какую-то видимость вежливости, но как себя правильно вести, она не знала. Этот с виду вежливый мужчина вызвал у неё очень нехорошие ощущения.

Рора слышала что-то о клане Мирана, когда готовилась к командировке. Но чтобы вспомнить, что конкретно, требовалось время, а пока она могла лишь перевести взгляд на Мавира, надеясь, что он возьмёт ситуацию в свои руки.

— Моя спутница не ответит тебе. Ты знаешь правила: она не жена, и право голоса здесь имеет только с моего разрешения. А я его не даю, — отрезал Мавир с откровенной неприязнью, смотря на Амакуда.

При обычных обстоятельствах Рора бы не смогла сдержать негодование и обязательно высказала всё, что думает, по поводу разрешений. Но сейчас в глубине души даже трусливо обрадовалась, что ей не придётся вступать в диалог с этим скользким типом. Первый раз местные традиции стали для неё не наказанием, а спасением. Интуиция просто кричала, что не стоило заводить с Амакудом близкого знакомства. Вряд ли он был опасней, чем Мавир, но при этом «её» аман казался более понятным в своей жестокости, а что ждать от Амакуда...

— Очень занятно, — протянул глава Мирана.

— Думаю, тебе пора. Дела клана не ждут. Особенно после сегодняшнего совета, — грубо оборвал его Мавир.

Глаза Амакуда опасно сверкнули на последней фразе. Видимо, что-то крайне неприятное для Мирана произошло на совете, и Мавир приложил к этому руку.

— Тут ты прав, у нас у всех теперь много дел. Смотри, таким красивым женщинам надо уделять всё своё внимание, а то они начинают чахнуть, а их красота — меркнуть.

Роре не нравилось, что о ней говорят как о вещи, но она продолжала упрямо молчать. А вот от Мавира после слов Амакуда ощутимо стали расходиться волны агрессии.

— В своём клане с женщинами я сам разберусь, — в интонациях Мавира была уже прямая угроза, и, кажется, даже Амакуда она проняла, потому что он слегка кивнул головой и не прощаясь направился в сторону выхода.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

16.6

16.6

Мавир

Гарол появился сразу, как только Амакуд исчез из поля зрения.

— Распоряжения? — уточнил помощник.

— Проследить, чтобы ублюдок покинул пределы моей территории как можно быстрее, — процедил Мавир, справляясь с горевшей в груди яростью. Гарол кивнул и растворился в толпе, выполняя приказ.

Окажись они с Амакудом на ринге, от этого слизняка ничего бы не осталось; Мавир сломал бы его за доли секунды, и мокрого места не осталось.

Клан Мирана никогда не отличался силой, но зато его главы с избытком компенсировали это хитростью и изворотливостью. На Инкаре их откровенно не любили; на планете, где правит грубая сила, коварство не в почёте. И всё же клан Мирана был вторым по влиянию на планете после Корола — за счёт сильной экономики и удачного расположения.

Кроме исторически сложившейся конкуренции между кланами Корола и Мирана, добавлялась и личная неприязнь аманов.

Амакуд по сути своей был труслив и никогда не шёл на прямой конфликт, а Мавиру претила изворотливость.

Вот и сейчас Амакуд не допустил оскорбительных действий, но его провокация и прямое обращение к Роре были на грани.

К счастью, ей хватило ума не открывать свой дерзкий рот на этот раз; всё-таки она была умной женщиной. А ещё — действительно красивой, а на сегодняшнем вечере — вызывающе красивой. Он почувствовал возбуждение, как только увидел её со спины. Сразу вспомнилась её мягкая податливость во сне и почти звериная похоть, которую он с трудом удерживал, чтобы не навредить девушке.

Самое плохое, что и Амакуд оценил Рору по достоинству, а Мавир дал понять, что она имеет для него определённую ценность на данном этапе.

Такая скользкая тварь могла это использовать против Мавира, особенно после сегодняшнего совета.

Аман знал, что Амакуд давно хотел выйти на межпланетный рынок с делтаром, но на территории его клана залежей было мало, да и качество камней оставляло желать лучшего. Зная это желание, одним из условий, прописанных в договоре, была эксклюзивность закупки делтара Смиртом у Корола. Учитывая предполагаемую прибыль от сделки, скоро Корол станет ещё более сильным и богатым кланом, что пошатнёт позиции Мирана. Амакуд был в ярости, когда понял, что ему ничего не светит, а учитывая его мстительную натуру и любовь к власти, можно было ожидать как мелких, так и крупных неприятностей с его стороны.

Ещё хуже, если Рора привлекла его достаточно сильно как женщина, а не как инструмент борьбы за власть.

Доказательств у Мавира не было, но его служба безопасности доносила слухи и домыслы, бродившие в верхах клана Мирана. Если хотя бы часть из них была правдивой, то сексуальные пристрастия Амакуда отличались крайней жестокостью к женщинам, после которой не все выживали.

Мавир и сам был жесток к врагам и предателям, но он никогда не истязал и не наслаждался мучениями других. Он просто наказывал — беспощадно и безжалостно. И в этом была принципиальная разница между двумя чудовищами у власти.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 17

Глава 17

17.1

Рора

Этот странный эпизод никак не оставлял Рору в покое.

Мавир хоть и сохранял внешнее спокойствие, но был в бешенстве. Девушка же продолжала ходить за ним тенью, исполняя ту роль, которую ей отвели этим вечером. Она сделала, что хотела, — привлекла внимание гостей, но только почему-то это совсем не радовало.

Амакуд был аманом одного из соседних кланов, а учитывая её везение, скорее всего, именно того, где находился космопорт. Но, несмотря на явную вражду между кланами, Рора не рискнула бы обратиться к Амакуду за помощью.

Так что оставалось либо сдаться, либо пытаться добраться до порта самой, либо надеяться на чудо и карту, которую, возможно, достанет Шакара. Ни один из вариантов не внушал надежды.

Хотелось на всё плюнуть, развернуться и уйти, но Рора справедливо опасалась последствий за подобный демарш.

В какой-то момент Роре показалось, что среди гостей мелькнула Шакара. Она даже притормозила, пытаясь рассмотреть, но незнакомка уже исчезла.

Рора нахмурилась, но, подумав, пришла к выводу, что ей показалось. Шакара не была ничьей женой, а идти как любовница какого-то мужчины, будучи связанной с Мавиром... ну, Рора бы не рискнула на её месте.

Через час Мавир с Ророй покинули мероприятие. Аман сидел на заднем сиденье. На этот раз не было водителя — автомобиль шёл в автономном режиме.

Рора искоса следила за мужчиной. Он прикрыл глаза и откинулся на спинку сиденья. В его позе проскальзывала усталость, под глазами залегли небольшие тени, а плечи оставались напряжёнными.

Они были одни, и тишина, повисшая в машине, была тяжёлой, но Рора ни за что не стала бы её прерывать, не желая привлекать к себе внимание амана.

Весь запас дерзости куда-то испарился, и она почувствовала, как усталость давит на плечи и разочарование от того, что её надежды на этот вечер не оправдались.

Она не стала с собой бороться и последовала примеру Мавира: так же закрыла глаза и постаралась хоть немного расслабиться.

Стоило только немного отпустить свои мысли, как в памяти всплыла информация по Мирану, которую она встречала при подготовке к командировке. И не смогла сдержать разочарованный выдох. Этот клан был именно тем, который нужен.

Кажется, звук, сорвавшийся с её губ, послужил напоминанием Мавиру о том, что он не один.

Рора резко распахнула глаза, когда аман вдруг подхватил её за талию и дёрнул к себе на колени, разворачивая и подтягивая за бёдра лицом к себе. Её платье задралось, а тонкая кружевная полоска нижнего белья врезалась в промежность, вызывая дискомфорт.

Они оказались друг напротив друга на расстоянии нескольких сантиметров, и Рора замерла от неожиданности. Их дыхание смешалось, а взгляды зацепились, гипнотизируя и не отпуская.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

17.2

17.2

Мавир с хищным интересом разглядывал её черты лица, а руки грубо поглаживали оголившиеся бёдра.

Рора попыталась соскользнуть вбок, но аман только жёстче зафиксировал её на месте.

Казалось, что сейчас он преодолеет оставшиеся сантиметры и поцелует, но нет.

Мавир снова прикрыл глаза, взял ладони Роры в свои и положил их себе на виски.

— Помассажируй, — приказал он в своей обычной манере.

Девушка растерянно посмотрела на Мавира.

— Помассажировать голову? Но... я не умею. И не хочу.

Она опустила ладони, но аман недовольно дёрнул уголком губ и вернул её руки на голову.

— Массажируй, Рора.

— Чёрт с тобой, — ругнулась девушка и врылась пальцами в его волосы.

Они были достаточно жёсткими и пружинили, но Рора надавила подушечками пальцев и стала массажировать круговыми движениями от висков к макушке.

Аман с еле слышным вздохом расслабился, а его ладони вернулись на бёдра девушки, слегка поглаживая.

Черты лица мужчины смягчились, и казалось, что ещё чуть-чуть — и он заурчит, как огромный кот.

На удивление, в какой-то момент Рора тоже почувствовала, как монотонные движения её немного успокаивают.

Вот только спокойствие не продлилось долго, поскольку буквально через несколько минут прикосновения Мавира стали более жадными, а эрекция ощутимо упёрлась между ног.

— Не надо, — резко отпрянула она, но отодвинуться далеко, находясь на коленях мужчины, не получилось.

— Продолжай, Рора. Твои прикосновения прогоняют головную боль.

Почему-то признание такой банальной слабости, как головная боль, от главы клана шокировало Рору. Но не настолько, чтобы забыть, где она и с кем.

— Уверена, у тебя есть эффективные таблетки от мигрени.

— Но сейчас в моём распоряжении только ты. Продолжай, — велел он, и правую ягодицу обжёг лёгкий шлёпок.

Пока они вели этот странный диалог, атмосфера в машине поменялась — стала густой и вязкой, а эрекция амана грозилась порвать брюки.

Рора вскрикнула от неожиданности и, чтобы удержать равновесие, положила руки на плечи Мавира, сминая под ними ткань рубашки.

От такого положения бельё впилось ещё сильнее, заставляя её поёживаться в попытке ослабить давление.

Взгляд Мавира метнулся вниз, а ладонь накрыла лобок, постепенно опускаясь ниже.

— Больно? — хриплым голосом поинтересовался он. — Сейчас.

Его пальцы отодвинули полоску нижнего белья, оставляя Рору раскрытой и беспомощной, с разведёнными между его бёдрами ногами.

— Не надо, — ещё раз взбрыкнула она.

— Ничего, девочка, сейчас полетаешь, — многообещающе прошептал он ей на ухо, вызывая мурашки.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

17.3

17.3

Рора не чувствовала сексуального возбуждения в привычном понимании этого слова — скорее что-то острое, обжигающее нутро.

Мавир провёл ребром ладони по промежности, а потом ещё раз, и ещё...

Рору подбросило вверх от ощущений, но Мавир второй рукой удержал её на месте, не давая сдвинуться.

Между тем его пальцы уже вовсю кружили внизу, а Рора металась, при этом оставаясь зафиксированной рукой Мавира.

Аман был опытным мужчиной, и скоро узел внизу живота стал стягиваться, превращая её сопротивление в пытку.

Если бы он попытался вставить член, наверное, Рора вела бы себя по-другому, но аман лишь ласкал её, не делая попыток снять штаны.

В ушах зашумело, а пальцы на ногах подогнулись от наступившей разрядки.

Рора на секунду обмякла, чувствуя тяжёлое дыхание и быстрое сердцебиение Мавира.

Он был возбуждён, но не требовал минет и не нагибал, чтобы получить своё.

Спустя некоторое время Рора сползла вбок с коленей амана — на этот раз её никто не удерживал.

Её потряхивало, когда она приводила себя и одежду в порядок.

Когда Рора осмелилась посмотреть на Мавира, он всё так же сидел, откинувшись на спинку, с закрытыми глазами, как будто ничего не произошло. Только его эрекция никуда не исчезла, а Рора, смотря на внушительный бугор, ощутила лёгкое злорадство.

Вскоре машина подъехала к особняку, освещённому подсветкой. Звёзды ярко сияли, красиво мерцая на небосводе.

Рора первая выскочила из машины и быстрым шагом направилась в дом, оставляя амана позади и, наверное, нарушая очередное непреложное правило.

Быстро забежав на второй этаж, она влетела в комнату и, на ходу сбрасывая платье, направилась в душ — смывать с себя этот день.

Уже ночью, лёжа в кровати, Рора вспоминала прошедший вечер и реакцию Мавира на Амакуда, всё больше приходя к выводу, что влезать в их взаимоотношения нельзя. Слишком большие силы столкнулись, и стать разменной монетой — это подписать себе смертный приговор.

Так, с тяжёлыми мыслями девушка уснула, а утром встала разбитой.

Аман ночью не приходил, хотя Рора допускала такой вариант, учитывая, в каком состоянии она оставила его в машине. Скорее всего, мужчина нашёл способ снять напряжение с другой женщиной — та же Шакара не откажет своему любовнику и будет только рада его вниманию.

Тяжело вздохнув, Рора привела себя в порядок и спустилась вниз на завтрак. Сегодня её никто не дёргал и не требовал к себе, а значит, она сможет провести утро в относительном спокойствии.

То, что ожидание не оправдается, стало очевидно, когда после завтрака в дом зашла Шакара. Не зря она сегодня утром о ней вспоминала.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 18

Глава 18

18.1

Шакара с достоинством королевы прошла за стол, где ей тут же подали завтрак. На этот раз от персонала, в том числе Наниэль, не чувствовалось напряжения от присутствия женщины, а значит, её визит был согласован и аман дал своё разрешение.

Шакара на этот раз даже попыталась скрыть своё раздражение и открытую неприязнь к Роре, но выходило у неё это паршиво. Неудивительно, если вспомнить её чувства к аману и пошатнувшееся, благодаря иномирянке, положение. Странно, что ещё в волосы не попыталась вцепиться.

Рора же надеялась, что присутствие Шакары — признак того, что сообщение дошло куда нужно и к ней попала карта Инкара. Сейчас Рора уже не была так уверена, что карта принципиально сможет помочь в побеге, но лишней не будет.

Спустя несколько минут в столовую зашёл Гарол. Увидев двух женщин амана в одном пространстве, он чуть заметно хмыкнул.

Рора же не разделила этого веселья и вопросительно приподняла бровь.

— Шакара, аман подъедет через час. Вы готовы?

— Да, — кивнула любовница Мавира, не сдерживая торжества в глазах.

Роре тут же захотелось поинтересоваться, куда и насколько они уедут. Нет, дело было не в ревности; Рора, так же как и раньше, не испытывала иллюзий насчёт амана и его отношения к ней и к женщинам в целом, несмотря на то что произошло вчера в машине.

Просто Рора хотела понимать, сколько времени она будет в доме одна, чтобы свободно походить по территории особняка.

И всё-таки Рора сдержала неуместный порыв, который может быть неверно истолкован.

Шакара покосилась на неё, ожидая реакции, но, не получив её, недовольно поджала губы.

— Рора, аман приедет ночью. Надеюсь, обойдётся без глупостей? — обратился к ней Гарол.

Девушка еле сдержала довольную улыбку и как можно спокойнее ответила:

— Ну что ты, где я и где глупости?

— Рядом, — невозмутимо парировал помощник амана.

Она лишь пожала плечами.

Больше ничего не говоря, Гарол вышел, оставив женщин снова одних.

Рора стрельнула глазами по сторонам и на грани слышимости обратилась к Шакаре:

— Ничего не хочешь мне сказать? Или передать?

— Нет, — фыркнула она. — Видимо, с тобой не хочет иметь дела ни один мужчина. Как и помогать. Ещё бы, ты не умеешь быть правильной женщиной. Наконец аман это понял и пригласил меня его сопровождать сегодня, чтобы ты больше не могла его позорить. Скоро тебя тут не будет, чужачка.

Рора еле сдержала ругательства. Всё-таки она надеялась, что Драк откликнется на её просьбу.

— Коммуникатор где? Я говорила купить мне, — раздражённо выпалила Рора.

— Мы договаривались, что я передам его вместе с сообщением от твоего подельника. Нет сообщения — нет коммуникатора.

— Ты дура? — искренне спросила Рора. — Я же тебя сдам аману. Если тонуть, так вместе.

Шакара как-то странно на неё посмотрела — со смесью ненависти и предвкушения.

— Принесу в следующий раз, — прошипела она и встала из-за стола.

Однако, перед тем как уйти, оглянулась и ехидно добавила:

— И не жди амана ночью. Мы найдём более интересное занятие.

— Искренне на это надеюсь. Не подведи.

Шакара вспыхнула и, резко развернувшись, вышла, бросив напоследок какое-то ругательство себе под нос.

Но Роре уже не было до этого никакого дела.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

18.2

18.2

Рора легла спать рано: во-первых, надеялась не пересечься с аманом, если он всё-таки вернётся, несмотря на старания Шакары, а во-вторых, к вечеру накатила сильная усталость, и она чуть не уснула на диване в холле.

Во сне Роре стало плохо. Жар поднимался по телу, опаляя со всех сторон, как будто она попала в самое пекло, из которого нельзя было вырваться. И как бы она ни старалась, тело не слушалось: руки и ноги не двигались, а жар становился всё более невыносимым. Попытка закричать провалилась — горло сдавило спазмом, и ни один звук не прорывался наружу.

В какой-то момент Роре показалось, что она смогла выбраться из этой западни и отогнать сон, больше похожий на беспамятство, но тут же щупальца нестерпимого огня затянули обратно, превращая каждое мгновенье в непрекращающуюся пытку.

Вдруг на лоб опустилось что-то прохладное, и от нахлынувшего мимолётного блаженства сонный паралич отступил, и с губ сорвался лёгкий стон.

Облегчение было недолгим, и вскоре снова боль затопила тело, но на этот раз крутило мышцы, а то, что она не могла толком пошевелиться, только ухудшало ситуацию.

Иногда боль ненадолго отступала, и Рора проваливалась во тьму; тогда время как будто исчезало, но рано или поздно боль возвращалась в разных вариациях, и вырваться из этого дикого кошмара не получалось.

В какой-то момент Рора поняла, что умирает. Тело ослабло из-за этой изнурительной борьбы и было готово сдаться. Ей даже не было страшно в этот момент — скорее, она почувствовала досаду, что не смогла себя отстоять, оказалась слабее, чем думала.

В этот момент вновь вернулась прохлада, но такого отклика и облегчения, как раньше, Рора не почувствовала. Прохлада мешала забыться, не давала уйти во тьму, из которой она бы уже не смогла выйти.

— Не смей, слышишь? Я тебе запрещаю умирать. Мы ещё даже не начали, а ты решила сдаться? Девочка, не разочаровывай меня, — как сквозь толщу воды послышался глухой голос амана. И его тон был как будто бы... обеспокоен?

Рора попыталась мысленно отмахнуться от этих странных слуховых галлюцинаций, но они не желали отпускать. Голос Мавира продолжал слышаться, но слов уже нельзя было разобрать. Только интонации менялись.

Рору это раздражало — даже боль немного отступила, — и она, в попытке избавиться от навязчивых звуков, во сне мотнула головой. О чём тут же пожалела, ведь от резкого движения стало хуже.

— Молодец, упрямая. Даже сейчас пытаешься меня выгнать. Значит, выживешь, — вновь смогла разобрать слова, в которых на этот раз слышалось облегчение.

Рора не могла возразить, а вскоре тьма снова вернулась, принося облегчение.

Когда она очнулась, то не сразу смогла открыть глаза: в них как будто насыпали песка напополам с перцем, а мышцы не хотели слушаться. Но неожиданное осознание, что она всё-таки жива, добавило сил, и, стиснув зубы, Рора попыталась оглядеться.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

18.3

18.3

Перед глазами стояла мутная пелена, и окружающий мир как будто плыл, но даже так она узнала «свою» комнату в доме амана.

Рора не поняла, радует это её или нет, поэтому просто приняла как данность.

С трудом повернув голову, заметила на прикроватной тумбочке целый ворох блистеров с таблетками, а ещё графин с водой.

Она хотела протянуть руку, но стоило пошевелить ладонью, как почувствовалось какое-то натяжение. Скосив глаза вниз, Рора с ужасом увидела тонкую трубку с непонятной вязкой жидкостью, которая входила в её вену.

Рора панически дёрнула рукой, инстинктивно пытаясь вынуть из своего организма неизвестное ей лекарство.

— Не стоит этого делать, — раздался справа флегматичный голос.

Рора прикусила губу и повернулась на звук.

На кресле вальяжно расселся Гарол, который с видом энтомолога, изучающего надоедливую букашку, смотрел на Рору.

— Что происходит? — спросила девушка. Точнее, хотела спросить, но из горла вырвались какие-то сипы вместо полноценных звуков, и она снова покосилась на графин с водой.

Со стороны Гарола послышался тяжёлый вздох, а потом — движение. Через секунду он уже наливал небольшое количество воды в стакан.

Помощник амана помог ей немного приподняться и дал попить.

Рора никогда не думала, что простая вода может быть настолько вкусной; к сожалению, горло болело, и толком напиться не получилось.

Переведя дыхание, она попыталась ещё раз обратиться к Гаролу — вышло не намного лучше. От своего беззащитного состояния и слабости на глаза наворачивались слёзы.

— Не напрягайся. Я уже сообщил, что ты очнулась. Сейчас врач должен подойти. Он живёт в особняке.

Спрашивать, почему вдруг врач поселился в доме, было глупо. Ответ слишком очевиден. Хотя такая забота о пленнице и казалась странной.

— Аман… — еле слышно прошептала Рора, но Гарол её понял.

По лицу помощника пробежала тень.

— Глава клана зайдёт… попозже. Он занят.

Рора прикрыла глаза.

Интересно, он действительно был тут, или то, что она слышала, — лишь плод её больного сознания?

Как вообще она оказалась в таком состоянии? Современная медицина творит чудеса, болезни, от которых можно умереть, практически не встречаются, разве что «гнилая зараза», от которой погибли её родители. Но у неё другая симптоматика, да и не смогла бы тогда Рора выжить.

Рора услышала, как дверь открылась. Она правда хотела увидеть врача, попробовать поговорить с ним, ну или хотя бы услышать, что он скажет, но, видимо, слишком переоценила силы своего ослабленного организма.

Сознание стало уплывать, теряя связь с реальностью, а глаза сами по себе закрылись, даря передышку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

18.4

18.4

Сон был на удивление приятным, а боль, которая, казалось, уже срослась с ней, отступила. Вот только голоса мешали Роре, то и дело вырывая из приятной неги.

— Какие у неё шансы на полное выздоровление?

— Мой аман, то, что девушка выжила, уже чудо. Удивительная сила воли. Я боюсь давать прогнозы.

— Я задал конкретный вопрос, мне нужен конкретный ответ.

— Извините… шансы хорошие. Самый критичный период она пережила. Если не случится резкого ухудшения, как иногда бывает, то всё будет хорошо.

— Это твоя задача, чтобы ухудшения не было. Не выживет она — ты пойдёшь следом.

«Какая глупость», — сквозь сон раздражённо подумала Рора и недовольно вздохнула.

— Пациентке нужен покой.

— Иди, если больше никаких процедур делать не надо.

Послышался звук удаляющихся шагов, а потом Рора почувствовала тёплое дыхание у своей щеки.

— Отдыхай, Рора. Я нашёл того, кто это сделал.

Она не понимала, зачем ей это говорят и мешают спать?

Ощущение близкого дыхания пропало, а вокруг снова наступила блаженная тишина, и Рора наконец смогла провалиться в глубокий сон.

Рора спала почти всё время. Сознание возвращалось к ней чаще, и она уже могла хоть как-то осознавать себя в пространстве, но проблема заключалась в том, что она очень быстро снова засыпала. Рора не знала, виной ли этому неизвестная болезнь или же ей что-то вкалывают. Так, по её ощущению, прошло ещё несколько суток.

В один момент девушку разбудил солнечный луч, и, открыв глаза, она поняла, что сознание окончательно стало ясным, никаких посторонних трубок в организме нет. Мышцы продолжали болеть, но эта боль была самой обычной — от долгого бездействия, а не той изматывающей, от которой выворачивало.

Она слабо улыбнулась. Как же хорошо жить…

Больше не в силах находиться в горизонтальном положении, Рора аккуратно села, с неудовольствием отметив, что даже это простое действие вызвало слабость, и упрямо встала, слегка пошатнувшись.

Сделав несколько аккуратных шагов к окну, прикрыла створки и с непередаваемым удовольствием вдохнула прохладный утренний свежий воздух, наполненный ароматами трав и хвойных деревьев.

Ветерок пробрался под длинную ночную сорочку, и думать, кто её переодевал и сколько раз, Рора отказывалась. Прищурившись, как кошка, девушка подставила лицо солнцу, впитывая тепло, как губка, а лёгкая улыбка никак не желала сходить с её лица.

Наступила какая-то эйфория от острого ощущения жизни в этот момент и понимания, как близко она была к смерти. И смогла её, пусть и не победить — потому что смерть в конечном итоге всегда выигрывает, — но отсрочить. Что получается далеко не у каждого человека.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 19

Глава 19

19.1

— Ты зачем встала? — Недовольный голос амана заставил Рору резко обернуться, от чего голова закружилась ещё сильнее, и она еле удержалась на ногах, ухватившись за подоконник.

— Вот же… — зло гаркнул Мавир, как будто она неимоверно его раздражала, и через секунду уже подхватил девушку на руки, прижимая к своей голой влажной груди.

От неожиданности Рора даже забыла возмутиться и спокойно дала себя положить обратно на опостылевшую за эти дни кровать.

Мавир возвышался над ней абсолютно голый; волосы были сырые, а капельки воды блестели на теле.

Она с трудом перевела взгляд на приоткрытую дверь, ведущую в ванну. Видимо, Мавир принимал душ, а она не услышала шум воды.

— Что ты тут делаешь? — спросила Рора, и вопрос прозвучал с явной претензией.

Мавир недовольно дёрнул щекой, но девушка не могла воспринимать его серьёзно, когда достоинство амана, стоящего рядом с кроватью, буквально качалось перед её лицом.

— Принимал душ, — как последней дуре ответил Мавир.

По всей видимости, болезнь как-то повредила ей голову, потому что других объяснений, отчего она, не выдержав курьёзности ситуации, начала посмеиваться, просто не было.

Брови амана удивлённо поднялись, и Рора впервые увидела Мавира растерянным, что вкупе с общим голым видом привело к новому витку почти истерического смеха. Голова сразу начала побаливать, но остановиться было не под силу.

— Я позову доктора, — наконец выдавил из себя Мавир.

Рора тут же встрепенулась, побоявшись, что сейчас ей снова что-нибудь вколют и она заснёт.

— Не надо, всё в порядке. Просто… нервы. Лучше оденься.

— Тебя так насмешил мой вид? — с непередаваемой интонацией спросил аман. Видимо, он не знал, как реагировать на подобную дерзость. Однако довольно быстро определился и с угрозой навис над Ророй, но не успел ничего сказать, как девушка… чихнула ему прямо в лицо.

Глупее ситуацию придумать было сложно.

Аман на секунду прикрыл глаза и неожиданно наклонился ещё ближе, уже во второй раз прикусывая её за ухо, а потом с невозмутимым видом прошёл в ванну и через секунду вышел уже в домашних штанах.

— Тебе нельзя пока вставать с кровати самостоятельно. Врач сказал, что организм сильно ослаб, и тебе нужен максимальный покой. Ты и так была… на грани.

Роре хотелось воспротивиться, начать спорить и отстаивать минимальную свободу. И она обязательно это сделает — позже. Сейчас же надо было выяснить главное.

— Чем я заболела так сильно?

Аман сжал челюсти и на доли секунды отвёл взгляд, но быстро вернул себе контроль и ровным голосом ответил:

— Это не болезнь. Тебя отравили.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

19.2

19.2

Рора в волнении прикусила нижнюю губу.

Отравление? Получается, её хотели убить? В груди похолодало.

— Ты ведь знаешь кто, — Рора не спрашивала, а утверждала.

— Знаю.

— Скажешь мне?

— Тебе пока не стоит об этом думать. Главная твоя задача — выздороветь.

— Учитывая, что хотели убить меня, то мне как раз таки стоит об этом думать! А главное — по какой причине? Что я кому сделала? Я даже не хотела тут быть! Если бы не ты… я должна была быть дома и спокойно продолжать работать, строить карьеру, просто жить, в конце концов! А сейчас… я пленница, любовница на чужой планете, еле живая, и всё из-за тебя! Твоей похоти и эгоизма!

Аман молча слушал истерику Роры, только глаза опасно сузились.

— И продолжать работать на этого слизня, который только и мечтал трахнуть тебя, — с холодной яростью процедил аман.

— Так же как и ты! Только там я была свободным человеком, а здесь я подстилка, которую пытаются убить как собаку!

— Хватит! — Мавир повысил голос и, резко встав с кресла, подошёл к кровати.

Рора инстинктивно попыталась отодвинуться, но Мавир, наклонившись, придержал девушку и, посмотрев прямо в глаза, повторил намного мягче:

— Хватит, Рора. Ты не подстилка, и тебе нужен отдых. Остальное обсудим позже.

Сейчас, когда лицо амана оказалось так близко, Рора заметила, что скулы мужчины заострились, а под глазами Мавира залегли тени, как будто он плохо спал. И в целом аман выглядел каким-то осунувшимся и уставшим.

Возможно, Рора бы и продолжила перепалку, но в одном Мавир был прав. Отдых был нужен, а чтобы иметь возможность его продолжить, необходимо кое-что сделать.

— Мне надо в туалет, — спустя несколько секунд буркнула Рора, отворачиваясь.

Аман ничего не сказал, а снова молча поднял её на руки и понёс в сторону ванной комнаты.

Аккуратно поставив девушку на ноги и убедившись, что она не собирается падать, вышел за дверь, оставив её одну. Правда, предварительно проинструктировав, чтобы в случае чего сразу звала.

Она быстро сделала, что хотела, и неспешно подошла к зеркалу.

Первые секунды Рора внимательно всматривалась в отражение, не веря, что эта бледная, худая девушка с тусклыми волосами и впалыми щеками — она.

Выглядела Рора действительно плохо; даже странно, что аман, который видит в ней лишь тело для утех, не бросил помирать. Ведь сейчас её можно назвать какой угодно, но только не сексуальной. И его… забота — она так странно ощущается. Путает и пугает. Потому что даёт иллюзию, что ему не всё равно.

В висках снова заломило, и девушка не сдержала тихий стон.

Рора уже сама хотела позвать мужчину, но Мавир опередил, без стука входя в ванну.

Увидев Рору на ногах перед зеркалом, он тяжело вздохнул, как будто имел дело с непроходимой дурой, и снова, как куклу, понёс обратно на кровать.

Стоило опустить голову на подушку, как потянуло в сон, и Рора не стала сопротивляться. Слишком много информации обрушилось, а сил её проанализировать просто не было, да и эмоциональный всплеск опустошил те немногие резервы, какие ещё оставались.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

19.3

19.3

Следующие несколько дней Рора постепенно приходила в себя. Она уже дольше бодрствовала и могла самостоятельно передвигаться, не боясь рухнуть в обморок. Еду ей приносил охранник и потом уносил тарелки.

Врач, который так и не представился, заходил несколько раз в день: водил сканером, брал анализы, следил за приёмом необходимых лекарств. На её вопросы не отвечал, каждый раз повторяя, что передаст всю информацию о здоровье аману. Рору это злило — ведь речь шла о её состоянии, — но спорить, конечно же, было бесполезно. Хорошо хоть позже разрешил выходить на улицу, правда, не дольше чем на полчаса в день и в сопровождении. Но даже эти небольшие прогулки приносили Роре хоть какое-то удовольствие.

Ей даже передали коммуникатор, конечно, без выхода в сеть, но всё равно это скрашивало монотонные будни.

Аман больше не ночевал в её комнате; кажется, убедившись, что Рора не собирается помирать, потерял к ней всякий интерес. Несколько раз он заходил вечером, но они даже не разговаривали. Мавир садился в кресло и молча работал, а Рора что-нибудь читала или смотрела по коммуникатору. Изначально девушка пыталась разговорить амана, узнать хоть что-то, но натыкалась только на игнорирование и тяжёлые, давящие взгляды. Поэтому в какой-то момент просто перестала пытаться. Они существовали как будто параллельно в одном пространстве.

Спустя ещё неделю Рора уже чувствовала себя по-настоящему хорошо, и это даже подтвердил безымянный доктор. Она практически полностью оправилась, только небольшая слабость иногда напоминала об отравлении.

В один из дней, уже ночью, Рора не могла уснуть — в голову лезли разные мысли, мешая и раздражая. В какой-то момент она пришла к выводу, что заснуть сейчас всё равно не сможет, решила спуститься на кухню, заварить себе чай, а возможно, и что-то перекусить.

Одевшись максимально комфортно и неброско — в домашние брюки и просторную футболку, — Рора вышла из комнаты, с удивлением обнаружив, что под дверью не ждёт один из охранников, к которым она уже успела привыкнуть за последние недели.

Это её сильно воодушевило — передвигаться в сопровождении Роре всё равно не нравилось. Она и так ощущала себя как в тюрьме, а с охранниками — ещё и под конвоем. Но в этом вопросе аман был непреклонен. Впрочем, Рора знала, что обычно к вечеру в доме не остаётся лишних людей: Мавир предпочитал, чтобы никто не мельтешил перед его глазами, когда он возвращается домой. Только охрана продолжала охранять территорию, но по периметру, заходя внутрь только в случае крайней необходимости.

Изначально Рора по дороге к кухне хотела заглянуть в кабинет амана, узнать, в доме он или нет. Ей было спокойней, когда было чёткое понимание, может ли Мавир заявиться к ней в комнату или нет. И пусть после болезни он не стремился добиваться от девушки близости, но и отпускать он её тоже, очевидно, не планировал.

Вот только стоило ей подойти к лестнице, как она услышала странный шум внизу и, спустившись, увидела в гостиной Шакару, стоящую напротив Мавира.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

19.4

19.4

«Нашли место, нельзя было хотя бы в спальню уйти», — мысленно возмутилась Рора. Но спустя несколько секунд что-то заставило её остановиться на верхних ступенях, не выдавая своего присутствия.

Она стояла таким образом, что могла видеть их обоих, при этом оставаясь незамеченной. В доме есть система отслеживания, но Рора надеялась, что от скуки никто сейчас на неё не смотрит.

А разговор между Шакарой и Мавиром становился всё более интересным.

— Я говорил тебе приехать в центральные апартаменты в городе, — с таким холодом в голосе произнёс аман, что даже у Роры побежали мурашки по коже. Шакара тоже прониклась тоном и нервно улыбнулась.

— Мой аман, я знаю, извини меня, просто… — пыталась она подобрать слова, но Мавир резко махнул рукой, давая понять, что не желает слышать оправданий.

— Что же, я сам виноват. Давал тебе слишком много свободы, и ты решила, что, раз грела мою постель, имеешь право перечить, ревновать, подумала, что особенная для меня.

— Но…

Шакара выглядела растерянной, и даже её привычный лоск как будто поблёк.

— Ты знала правила и знала условия, на которых я тебя имею. Но, как и любая другая до тебя, захотела большего. Я думал, ты умнее, а ты оказалась гораздо тупее всех остальных. Но глупость — ещё полбеды, её я мог бы простить, а вот предательство…

Сейчас казалось, Шакара испугалась по-настоящему. Атмосфера в гостиной сгустилась, и Рора боялась даже громко дышать, чтобы не выдать себя.

— Я не предавала, мой аман. Никогда бы не смогла сделать что-то против тебя. Я же люблю, так сильно люблю.

Шакара со слезами упала в ноги Мавиру и сейчас выглядела сломленно и униженно.

Аман с брезгливостью, промелькнувшей на его лице, отступил назад, отчего любовница упала на пол.

— Мне бы, возможно, и не сделала. Но ты пошла против меня, ведя свою игру за моей спиной. Ты забыла, кто я? Забыла, кто твой господин? Кто глава клана и волен решать твою судьбу? Ты лишь женщина, но вздумала меня перехитрить?

Мавир угрожающе наклонился к ней, отчего Шакара ещё больше сжалась; она пыталась что-то сказать, но было трудно это сделать, содрогаясь в рыданиях.

Аман резко выпрямился и, отойдя от любовницы, спокойно сказал:

— Ничего не происходит в этом доме, городе и клане без моего ведома. Когда Рора обратилась к тебе с просьбой, ты должна была сообщить мне; когда она осталась здесь жить, ты должна была покорно смириться и принять это; когда я официально вывел её в свет, последнее, что стоило делать, — это травить ту, что находится рядом со мной.

Рора прикусила щёку, чтобы сдержать себя. Думала ли она о том, что именно Шакара её отравила? Конечно. Это был самый логичный вариант. А обычно самое очевидное и является самым верным — как бы люди ни любили всё усложнять. Кому ещё была нужна её смерть? Только той, что любит амана. Искренне и беззаветно.

— Это не я! — истерично выкрикнула Шакара. Но даже Рора чувствовала фальш в её голосе.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

19.5

19.5

— Я даже в какой-то степени надеялся, что ошибся. Не потому, что ты дорога мне, а потому, что не хотел марать руки о женщину. Предпочитаю уничтожать равных по силе противников.

Мавир говорил так буднично, но, кажется, Шакара впала в ступор от его слов.

— Мой аман, что… что вы имеете в виду?

— Все на Инкаре знают, как я поступаю с предателями. Не бывает исключений, не бывает жалости.

— Нет, нет, — забормотала любовница и снова попыталась подползти поближе к Мавиру. Роре показалось, что она хотела встать, но… не смогла. Аман же с ничего не выражающим лицом смотрел на Шакару.

— Аман, она же… чужачка! Никто! Подстилка! А я люблю, я всегда рядом! Её смерть ничего не значит ни для кого на планете! Я хотела как лучше, освободить вас… тебя… от этой белобрысой суки! Всё ради тебя!

Шакара уже явно попыталась встать, но ноги подогнулись, и она рухнула обратно на пол.

— Ты всё-таки глупа до безобразия, если до сих пор не поняла, — разочарованно покачал головой Мавир. — На этой планете Рора имеет значение для меня.

— Неправда… это неправда!

Шакара резко вскрикнула, а руки неестественно дёрнулись, как будто конечности скрутило сильной судорогой.

— Что со мной? — выдавила из себя Шакара.

Аман наклонился и закрыл ей рот ладонью.

— Тише, ты же не хочешь никого разбудить? Надо было послушать меня и поехать в апартаменты, — покачал головой Мавир.

Рора не могла пошевелиться, её сковал ужас. Она уже понимала, что сейчас увидит, но не могла поверить в предстоящую дикость.

— Ты отравила женщину, находящуюся под моим покровительством. Предала меня. Обрекла Рору на боль. Только чудо и сила воли помогли ей выжить. Посмотрим, поможет ли чудо тебе. Я решил, что будет справедливо, если тебе придётся пройти через это же, только… в ускоренном темпе. Концентрация яда в твоей крови сейчас выше. Процесс уже не остановить.

Шакара попыталась оттолкнуть Мавира, но тело уже перестало её слушаться. Аман убрал руку с губ своей любовницы. Рора ожидала, что сейчас она закричит, но из горла вырвались лишь хрипы; было ощущение, что Шакара просто не может сделать выдох. Тело выгнулось дугой и затряслось в конвульсиях.

Это было противоестественно и от этого ещё более жутко, но еще страшнее стало, когда Рора оторвала взгляд от выгнутого тела Шакары и посмотрела на Мавира. Мужчина с отрешённым лицом смотрел, как гибнет его любовница, и ни единый мускул на его лице не дрогнул, когда Шакара затихла, перестав подавать признаки жизни. Хладнокровное, но от этого ещё более жестокое убийство произошло на глазах Роры, а убийца был в нескольких метрах от жертвы и не испытывал… ничего.

Возможно, если бы Рора не видела этой расправы собственными глазами, то решила бы, что в этом даже есть доля справедливости. Ведь Шакара её не жалела и мечтала увидеть труп. Но… Рора видела, каким мучительным был её уход из жизни.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 20

Глава 20

20.1

Когда лёгкие начало жечь от недостатка кислорода, Рора поняла, что уже какое-то время не дышит.

Прерывистый вдох дался с трудом, но зато Рора смогла оторвать взгляд от скрученной фигуры на полу.

Это была даже не жалость — просто в голове у жительницы Смирта не укладывалось, что такое в принципе возможно. Это был не её мир, не её жизнь. Она не хотела быть там, где могут убивать, отравлять, мстить.

Только сейчас Рора действительно увидела Мавира. Как будто пелена спала с глаз. Она знала о жестокости главы клана Корола, думала, что испытала её на себе. Мавир предупреждал, что не стоит проверять границы допустимого; вспомнился взгляд и ощущение затаившегося зверя, готового рвать, уничтожать любые преграды.

Только в этот момент Рора осознала, что, возможно, с ней Мавир был максимально добр — той извращённой добротой, которая только есть в его мировоззрении. А ведь он говорил, что ещё хорошо к ней относится, и, видимо, действительно верил в это…

Мавир ещё несколько секунд стоял над телом, а потом, как будто почувствовав взгляд, повернулся, наткнувшись взглядом на бледную Рору.

Она вздрогнула всем телом и попятилась назад. По всей видимости, весь ужас увиденного отразился в глазах девушки, потому что Мавир резко изменился в лице и сделал несколько шагов к Роре.

Её охватила животная паника; все здравые мысли вылетели из головы, осталось лишь одно — «бежать!». Как будто если она останется, то станет следующей жертвой. Инстинкт выживания толкал её бездумно нестись вперёд — не просчитывая варианты, не строя планы. Подальше от амана, с единственной целью — скрыться.

Кажется, Мавир бросился за ней следом, что-то кричал. Но Рора не слышала, что конкретно; кровь шумела в ушах, а собственное тяжёлое дыхание оглушало.

Она ещё никогда не бегала так быстро, побивая все возможные рекорды.

Рора стремительно выбежала из особняка и, не встретив никакой охраны на пути, побежала в сторону леса.

Через какое-то время ей показалось даже, что она оторвалась от Мавира. Если он, конечно, действительно её преследовал.

Она убежала совсем недалеко от дома; лишь несколько деревьев частично скрывали его. Хотя, если бы не фонари и подсветка, окружающая особняк, то в сумерках его было бы не видно.

Рора была готова рвануть дальше — пусть и не знала, куда может увести её эта лесополоса, — но вернуться обратно казалось актом самоубийства. Вдруг справа послышалось угрожающее рычание; она обернулась и замерла.

В своём стремительном побеге из головы совсем вылетело, что территорию охраняют три нарвала.

«Их редко заводят. Слишком опасные, сильные, непредсказуемые», — сами собой всплыли в воспоминаниях слова Гарола.

Огромные звери окружали Рору; рычание становилось всё более агрессивным, и она понимала, что нарвалы её сейчас просто разорвут на части.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

20.2

20.2

Это была последняя насмешка судьбы. Когда казалось, что ситуация уже не может быть хуже, три зверя припали к земле, готовясь напасть. Рора не знала, натасканы они задерживать нарушителя или загрызать сразу, но склонялась ко второму варианту.

Сердце билось на пределе; от нахлынувшего адреналина Рора уже ничего вокруг не видела, только клыки, которые совсем скоро будут отрывать от неё куски.

«Какая болезненная смерть» — всё, что успело сформироваться в её голове.

— Стоять! Нельзя! — послышалась уверенная команда со стороны.

Рора повернула голову на звук. Из-за дерева выходил Мавир. Он не делал резких движений, но его взгляд и голос были твёрды, как у вожака, знающего, что его не ослушаются.

Нарвалы зарычали ещё ниже и беспокойно заводили мордой.

— Я сказал — нельзя! — голос амана давил, и нарвалы прижались к земле, продолжая порыкивать.

Рора стояла бледная; испарина покрывала лицо, а ноги начали трястись от пережитого напряжения.

Чтобы удержаться, Рора сделала шаг назад. Неожиданно один из нарвалов повернул к ней морду, оскалился и прыгнул на девушку.

Она ничего не успела понять, только вскрикнула, когда от удара выбило весь воздух из лёгких, а голова ударилась об землю с такой силой, что красные круги вспыхнули перед глазами.

Рора зажмурила глаза, не желая смотреть своей смерти в лицо. Прошли какие-то доли секунды, когда она почувствовала, как что-то тёплое потекло по левой ключице.

«Кровь», — поняла она, продолжая ощущать, как её придавила туша зверя. Не пошевелиться…

Секундный рывок сверху — и Рора смогла сделать полноценный вдох.

Повернула голову влево и тут же снова забыла, как дышать.

Мавир снёс нарвала с тела девушки, и теперь происходила настоящая схватка человека и зверя.

Аман попытался ещё несколько раз отдать какие-то команды, но обезумевший от чужой крови нарвал не слушался вожака — хищные инстинкты взяли над животным верх.

Рора ничего не могла рассмотреть, только понимала, что, какой бы итог ни был, без потерь не обойдётся.

Она раньше бы не поверила, что простой человек может без оружия противостоять зверю, особенно такому, созданному самой природой машиной для убийства.

Но оказалось, что самый опасный хищник тут — не нарвал…

Мощь амана поражала; он действительно как будто не был человеком. Рора видела, что нарвал пытается его разорвать, но Мавир словно не чувствовал страха.

Рора не поняла, в какой момент Мавир смог обхватить сзади шею нарвала и одним неуловимым движением сломать её.

Хруст был слышен на несколько метров и почему-то казался оглушающим.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

20.3

20.3

Аман стоял над телом зверя, склонив голову и опустив руки вдоль туловища. Он весь сгорбился, как будто мужчину придавило невидимой тяжестью, и он еле выдерживал её, продолжая стоять на ногах.

Рора смотрела на Мавира и осознавала, что он сейчас своими руками убил живое существо, которое для него что-то значило. Он с щенячьего возраста вскармливал его, спас, растил и убил… из-за неё. Чтобы Рора жила.

Аман пошатнулся; стало очевидно, что он всё-таки пострадал в этой схватке.

Два оставшихся нарвала заскулили так пронзительно, будто оплакивая своего брата.

Как можно за несколько секунд перейти от ужаса перед зверьми к невыносимой жалости? Но оказывается, звери могут плакать. И они плакали, прощаясь с братом.

Рора прижала руку к основанию шеи. Пальцы сразу стали мокрыми — всё-таки нарвал успел её ранить. Насколько сильно, оставалось гадать. Она не чувствовала боли, только лёгкое жжение. Скорее всего, сейчас на адреналине чувствительность притупилась, но скоро начнётся откат.

Девушка встала на ноги, опираясь одной рукой о дерево и пошатываясь от накатившей слабости.

Аман тряхнул головой и выпрямился, устремив свой взор на девушку.

— Подожди, я сейчас, — его голос был глух, и он нетвёрдой походкой направился к ней.

Аман подошёл и аккуратно убрал ладонь с шеи, чтобы внимательно осмотреть место, которое кровоточило. Его холодные пальцы отчётливо ощущались на коже. Рора не чувствовала опасности; она вообще ничего не чувствовала, наступила апатия. Только место ранения начало ныть и пульсировать. Но она всё ещё стояла на ногах — значит, жизненно важные вены и артерии не задеты. Мавир подтвердил её выводы.

— Зверь не прокусил тебе ключицу, только ранил клыком, но обработать всё равно надо. Пошли.

Он говорил так спокойно и уверенно, как будто не сломал минуту назад шею нарвалу.

Рора видела, что рубашка у Мавира разорвана в нескольких местах и прилипает к телу. Кое-где проступают пятна крови, а на щеке образовалась ссадина. Но она не стала ничего говорить ему. Просто не знала, что сказать.

Аман взял её за руку и повёл в сторону особняка. Краем глаза девушка успела заметить, как два оставшихся нарвала подошли к телу третьего, обнюхивая.

Рора даже не пыталась выдернуть ладонь, покорно переставляя ноги, пока не оказалась перед дверью.

Сразу вспомнилась мёртвая Шакара на полу в гостиной и её скрученная фигура. Девушка категорически не была готова снова возвращаться туда и всё это видеть.

Она затормозила перед входом и, не говоря ни слова, помотала головой.

Аман перевёл взгляд с двери на Рору и еле заметно нахмурился. После чего развернулся и повёл её в обход.

— Пройдём через кухню, — пояснил он. — Нам надо в дом, там коммуникатор. Тебе нужен врач. Я всех отпустил, когда узнал, что Шакара поехала сюда. Тебя вывозить было уже поздно, да и зачем… Ночь же на дворе, и чего не спалось? Надо было сунуть свой нос куда не следует.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

20.4

20.4

Рора ничего не ответила. Было глупо оправдываться за то, что вышла, и ещё глупее — за то, что увидела хладнокровное, запланированное убийство.

Они зашли на кухню через служебные двери. Обычно в доме не было полной тишины: всегда кто-то ходил, разговаривал из сотрудников или охраны, а сейчас — ни одного лишнего звука. Только дыхание амана.

Мавир остановился и включил нижний свет; пусть освещение и не было ярким, но резануло по глазам так, что слёзы выступили.

Мужчина остановился в полуметре от Роры и внимательно посмотрел на неё.

— Сейчас приду. Жди.

Он вышел из кухни; только сейчас Рора заметила, что мужчина при движении припадал на правую ногу.

Рора шумно выдохнула и села на стул.

Секунды текли медленно, как будто увязая в тягучей, сладкой патоке.

Мавир вернулся спустя несколько минут; в одной руке у него был коммуникатор, а во второй — нанопласт, обладающий заживляющим действием. С глубокими рваными ранами он не справится, зато остальное вполне по силам заживить.

Аман наклонился к ней и аккуратно отогнул край широкой футболки в том месте, где её зацепил нарвал. Мавир смотрел на рану нечитаемым взглядом несколько секунд.

— Надо промыть. Врач скоро будет, но… всё равно надо.

Кивнув каким-то своим мыслям, Мавир подошёл к раковине и смочил одноразовую салфетку.

— Я протру лишь по краям, саму рану трогать не буду.

Рора кивнула в ответ. У неё всё равно не было никаких сил возражать после пережитого сегодня ночью.

Мавир аккуратными движениями проделал все манипуляции.

После чего тяжело сел на стул.

Его лицо становилось всё более бледным, а дыхание — тяжёлым.

Рора несколько секунд внутренне боролась с собой. Но всё-таки подошла к нему и стала молча расстёгивать прилипшую к его телу рубашку.

Аман усмехнулся уголком губ, а потом прикрыл глаза и позволил Роре делать всё, что она посчитает нужным.

Кровь ещё не успела запечься, а потому девушке не составило труда распахнуть рубашку.

Увиденное заставило Рору с шумом выдохнуть.

Удивительно, как аман смог сам дойти, да ещё и ей оказать помощь. Её лёгкая царапина ни шла ни в какое сравнение с тем, какие раны получил аман. Рора не боялась вида крови — в Центре, где она росла, чего только не бывало, — но состояние амана по-настоящему встревожило её. И заставило задуматься: а что будет с ней, если сейчас аман умрёт?

— Где этот хренов врач? Два трупа за одну ночь будет для меня многовато, — пробормотала она. И была готова поклясться, что на губах Мавира промелькнула улыбка.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

20.5

20.5

Рора нервно обернулась на дверь, но никто не спешил на помощь, а потому она всё-таки постаралась смыть салфеткой лишнюю кровь, чтобы объективнее оценить масштаб повреждений Мавира.

Без лишней крови всё стало выглядеть ещё хуже —уже ничего не отвлекало внимание от рваных ран на теле мужчины.

Рора просто не понимала, что ей со всем этим делать. Она не была сильна в медицине и боялась ещё больше навредить.

Аман дышал всё тяжелее, но молча сносил неуклюжие манипуляции девушки.

Когда Рора была уже готова паниковать от того, что сейчас глава клана умрёт у неё на глазах, наконец услышала шум, а потом громкий голос Гарола, раздающего команды.

Ещё никогда Рора не была так рада видеть помощника Мавира.

— Сюда! — крикнула она, боясь отойти от амана.

Через секунду кухню уже наполнили люди. Среди них был Гарол, безымянный врач, который лечил её от отравления, и ещё несколько человек охраны.

— Зачистить гостиную. Осмотреть сначала Рору, — выдал рваными фразами аман. Рора вообще удивилась, что он нашёл силы говорить. Почему-то девушка решила, что он уже впал в беспамятство.

Гарол бросил на неё быстрый взгляд, оценивая состояние, задержал внимание на пластыре и грязной помятой одежде.

Врач тоже подошёл к ней, не смея оспорить прямой приказ амана. Осмотр занял буквально несколько секунд; после чего, убедившись, что жизни Роры ничего не угрожает и дав какую-то таблетку, метнулся к Мавиру и уже суетился перед аманом — сначала водя сканером, а потом с тихими ругательствами внутривенно вкалывая лекарство.

Мавир, кажется, хотел что-то ещё сказать, но сил уже совсем не осталось.

Рора продолжала тихонько сидеть в стороне на стуле. Вся суета как будто проходила мимо неё. Рора не вслушивалась в то, что говорит врач, какие приказы раздаёт Гарол.

Вспомнилось, что она только отошла от последствий отравления и сама была ещё очень слаба. И сейчас тело как будто изнутри набили ватой; мысли лениво ворочались в голове, но главное она уловила: Мавир будет жить.

Каким-то неизвестным образом Рора умудрилась задремать прямо на стуле. А может быть, этому поспособствовала та таблетка, которую ей дал врач.

В любом случае сон был крепким — ведь она не проснулась, когда её Гарол переносил в кровать. То, что это была именно правая рука Мавира, Рора не сомневалась. Никто больше не осмелился бы к ней прикоснуться. А Мавир был не в том состоянии.

Проснулась Рора, когда за окном уже был полдень. Солнце ярко светило, птички пели — и ничего не говорило о той драме, что вчера развернулась в доме. На ней была та же одежда, что и вчера вечером. Её просто положили сверху одеяла, не решившись переодеть. Что в целом неудивительно.

С наслаждением приняв душ, Рора надела чистый комплект одежды и с некоторой опаской вышла из комнаты.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 21

Глава 21

21.1

Первым делом Рора спустилась в гостиную. Она была в первозданном виде. Если бы девушка вчера своими собственными глазами не видела мёртвое тело Шакары, то никогда бы не догадалась, что на этом месте произошло убийство. По коже пробежали мурашки, и она зябко передёрнула плечами.

С кухни слышался шум, за окном мелькала охрана. Особняк продолжал жить своей жизнью.

Аппетита не было совсем, а потому Рора не пошла в столовую, а, решительно развернувшись, снова поднялась наверх и подошла к спальне амана — той самой, где она провела первые несколько дней в этом доме.

Казалось, с того момента прошла целая вечность, столько всего произошло…

Рора постучалась и, не дожидаясь ответа, распахнула дверь и вошла в спальню.

Аман сидел в кровати, при этом в его руках был коммуникатор. Значит, снова работал.

В целом аман однозначно выглядел лучше, чем вчера. Бледность ещё оставалась, но аман уже не напоминал ходячий труп. Раны были скрыты под футболкой, и это не могло не радовать. Видеть их снова не хотелось, хотя, учитывая уровень медицины и высокий статус амана, Рора сомневалась, что останутся даже шрамы.

Мавир с непроницаемым лицом смотрел на её вторжение и молчал, давая ей возможность объяснить своё поведение.

Но девушка не спешила оправдываться или, наоборот, словесно нападать… Она смотрела на амана и пыталась разобраться, что чувствует. Вспомнилась сгорбленная фигура мужчины над телом нарвала, его повреждения и тяжёлое дыхание.

С одной стороны, всё это произошло, потому что Рора побежала в лес, испугавшись увиденного; с другой же, ни о каком чувстве вины тут не было и речи. И всё же…

— Мне жаль, — тихо сказала она, смотря на Мавира.

Аман молчал, и Рора продолжила:

— Нарвал был дорог тебе, и его смерть… это тяжело, наверное.

Мавир на долю секунды прикрыл глаза, а когда открыл, в них уже отражалась пустота.

— Его всё равно пришлось бы убить. Он не послушал вожака, а значит, стал опасен. Таких зверей не держат рядом. В любой момент можно ожидать нападение со спины.

Пусть аман и говорил это ровным голосом, не выражавшим никаких эмоций, но почему-то Рора была уверена, что в других условиях он бы сохранил нарвалу жизнь.

Рора нахмурилась и прошла вглубь комнаты, присев в глубокое кресло, стоящее по правую сторону от кровати.

— Зачем ты убил Шакару?

— Потому что она отравила тебя. Предала меня.

— Можно было куда-нибудь выслать, — несогласно качнула головой Рора.

— Нет. Предательство главы клана карается смертью. Это закон клана.

— Не было суда!

— Я здесь и судья, и присяжные, и адвокат. Я вынес вердикт и привёл его в исполнение. Ты не умерла чудом. Я дал ей ту же отраву. С ней чуда не случилось. Она сама выбрала свою судьбу.

— А ты выбрал мою судьбу. Тоже всё решил и привёл в исполнение, — горько усмехнулась Рора.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

21.2

21.2

Аман молчал, он не пытался оправдаться, негласно соглашаясь с ней. Что да, решил и да, привёл в исполнение.

— И что теперь? — спросила Рора.

— Ничего не изменилось. Если у тебя были в отношении меня какие-то иллюзии, они развеялись окончательно.

— Отпусти меня, — тихо попросила Рора. — Я не могу так… я не хочу.

— Нет.

Рора могла бы спросить «Почему?», могла бы кричать и требовать ответ. Вот только что-то ей подсказывало, что это всё бесполезно…

— Получается, ты знал? Про Драка, коммуникатор и мою просьбу?

— Конечно. Это было ожидаемо. И даже интересно наблюдать за твоими поисками возможности сбежать.

— Рада, что смогла позабавить, — фыркнула Рора, но как-то устало, без огонька.

Несколько минут они сидели в тишине. Девушка задумчиво смотрела на амана, а тот снова погрузился в работу — не выгоняя и ни о чём не спрашивая, просто позволяя находиться с ним в одной комнате.

— Как она меня отравила?

Мавир поднял голову и слегка нахмурился.

— Ей помогли, — как будто нехотя ответил Мавир.

— Помогли? Но… кто?

Роре было тяжело поверить, что в доме амана кто-то мог решиться на такое.

— Наниэль.

— Что?! — Рора подскочила с кресла. — Этого не может быть!

Робкая, молодая девушка. Единственная, кто в этом доме не вызывал в ней негативных эмоций. Это был какой-то абсурд.

— Твоя наивность даже удивляет.

— Должна быть причина! Её заставила Шакара — угрозами, шантажом.

— Интересная версия, но нет. Наниэль никто не угрожал и не шантажировал.

— Тогда почему она решила помочь меня… убить.

— Сама не догадываешься? На переговорах ты оставила о себе впечатление как об умной женщине.

— Не надо вот этого, — неопределённо махнула рукой Рора. — Понятно, что обычно движет людьми личная неприязнь или деньги. Но мы с Наниэль не ссорились, я ей ничего плохого не сделала. Да и не думаю, что ты платишь мало своим работникам. В тебе, конечно, уйма недостатков, но жадность в их число вроде не входит.

— Что же, денег никогда не бывает много.

— Деньги? Просто деньги? Это… бред!

— Дай догадаюсь, в твоей голове уже роятся мысли, что бедной Наниэль нужны были деньги, чтобы помочь какому-нибудь родственнику, или она задолжала и стоял вопрос жизни и смерти. Её вынудили обстоятельства, и она терзалась муками совести. Может быть, даже хотела предупредить или передумала в последний момент, но было слишком поздно. Я прав?

Рора промолчала, потому что Мавир был прав. Она уже нашла сто и одно оправдание для Наниэль.

— Я огорчу тебя. У неё не было долгов и больных родственников. Наниэль не мучила совесть. Она просто хотела больше денег, а Шакара ей пообещала, что никто не узнает и что, когда она станет моей женой, Наниэль будет управляющей в доме. Чушь, конечно. Но Наниэль ни на секунду не сомневалась, добавляя тебе яд. Более того, она радовалась, что чужачка умрёт. Этот мир жесток, Рора.

— Что с ней? Что с Наниэль?

— Ты знаешь.

Рора прикусила губу и отвернулась, чтобы аман не заметил, как заблестели от влаги глаза. Она знала ответ.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

21.3

21.3

— Не надо, — спокойно сказал Мавир.

— Что не надо?

— Не поедай себя. Каждый сделал выбор.

— Я не делала.

— Тоже делала. И делаешь каждый день. Даже сейчас, находясь в моей власти, на моей земле, у тебя есть множество вариантов поведения и ходов. Обстоятельства требуют покорности. Ты покорна, Рора?

— Кому, тебе?! Нет!

— Видишь? Вот он — выбор. К чему же он приводит?

— Не манипулируй, не навязывай чувство беспомощности и вины. Я знаю, кто я, свои ценности и ориентиры.

— Птичка отважно бьётся о прутья клетки, не понимая, что ломает крылья только себе.

— Как поэтично, — усмехнулась Рора и увидела ответную усмешку амана.

— Подойди, — аман протянул руку в сторону девушки.

Она недоумённо посмотрела на него, не двигаясь с места.

— Какая же ты… — пробормотал себе под нос Мавир. Откинув в сторону одеяло, он сел на самый край кровати и наклонился вперёд к Роре. Его руки оказались на её бёдрах, а ещё через мгновенье он скользнул ладонями вверх по изгибам тела.

— Ты слишком красивая. Невозможно удержаться.

После этих слов аман настойчиво притянул её к себе и поцеловал.

Сердце Роры пропустило удар, а в нос ударил запах мужчины.

Она хотела отклониться, но сама почувствовала, как задержалась — буквально на долю секунды, но это промедление, кажется, почувствовал и аман, потому что хватка его рук на теле стала крепче, а поцелуй — настойчивее.

Возможно, сказался длительный стресс, в котором находилась девушка, или то обстоятельство, что, как ни крути, а Мавир спас ей жизнь, рискуя при этом своей. И даже тот факт, что в опасности она оказалась во многом из-за амана, как-то… не удержал её от очередной глупости.

Рора не проявляла инициативу, но трусливо позволила Мавиру «вести».

Пережитый страх трансформировался в нечто иное. Желание жить во всей полноте этого слова.

То, что происходило между ними дальше, было чистой страстью и «танцем» тел. Стоны, движение, обоюдное желание. Всё происходило естественно, на голых инстинктах, как и было задумано природой между мужчиной и женщиной. Рора только и успела подумать, что у Мавира травмы — он не просто так лежал в кровати, — и даже заметила, что раны не затянулись до конца. Вот только, кажется, это заметила только она, а сам мужчина на такие мелочи внимания не обращал. Ни в первый раз, ни во второй…

Голые и потные они молча лежали на кровати. Рука Мавира по-хозяйски расположилась на животе девушки.

Рора повернула к нему голову и нахмурилась.

— У тебя кровь. Снова. Надо позвать доктора.

Края самой глубокой раны кровоточили, недвусмысленно давая понять, что физические нагрузки аману были противопоказаны. Однако не было похоже, что мужчина хоть о чём-то сожалеет.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

21.4

21.4

Аман придержал её за талию, не давая уйти, чтобы позвать врача.

— Кровь… — попыталась она снова достучаться до здравомыслия Мавира, но тщетно.

— Уже ничего серьёзного, а Каджер просто перестраховывается. Раньше, если глава клана умирал, когда в доме находился лекарь, его убивали. Сейчас, конечно, такое не практикуется, но… скажем так, опасения у врачей, лечащих аманов, остались.

— Теперь я хотя бы знаю, как его зовут… Удивительно, что с такими традициями на Инкаре вообще сохранилась профессия врача.

— Потому что это больше чем профессия.

— Не спорю, но рану надо показать.

— Ты волнуешься обо мне?

Вопрос заставил Рору замереть; она не задумывалась об этом. Волнуется ли? Рора прислушалась к себе.

— Нет, — отрицательно качнула она головой. — Но это будет правильно.

Девушке показалось, что после её ответа в глазах амана мелькнуло разочарование. Как будто он надеялся на другой ответ.

Но смысл врать? Рора не прониклась вдруг к нему глубокой симпатией. Как бы это ни звучало, учитывая, что лежали они голые после секса.

Аман молчаливо и как-то испытующе смотрел на Рору. Под его сканирующим взглядом Рора почувствовала себя неуютно, захотелось прикрыться.

— Я хочу тебе кое-что показать.

— Да я вроде уже всё видела, — хмыкнула девушка, пряча смешинки в глазах, тут же тушуясь от своего поведения. Он вчера убил Шакару, а она сейчас как ни в чём не бывало с ним разговаривает.

Мавир не отреагировал на слова Роры, продолжая неотрывно смотреть.

— Ладно, что ты хочешь мне показать? — не выдержала Рора.

— Это место… священно для моего клана. Но я чувствую, что ты должна там побывать.

— Если ты про город Камтыш, то я там уже была, — пожала плечами Рора.

— Знаю. Нартым мне докладывал, точнее Гаролу. Информация, что дамари захотела с тобой переговорить, меня заинтриговала. Дамари практически никогда не идут на контакт с людьми, тем более чужаками. Расскажешь?

Рора хотела, правда хотела рассказать. Она просто не видела причины скрывать. Ведь никакой конкретики дамари ей не сказала — просто набор ничего не значащих фраз.

— Нет, — вылетело изо рта Роры против её воли. Она удивлённо хлопнула глазами и попробовала ещё раз.

— Нет! — прозвучало ещё более категорично.

«Что за ерунда!» — хотела прокричать девушка, но промолчала.

Аман сначала недовольно прищурился, а через несколько минут понимающе усмехнулся.

— Значит, не время. Или не место. А может быть, я просто не должен знать. Чтобы не повлиять, не изменить. Не сломать.

— Ерунда, — всё-таки буркнула Рора.

Аман покачал головой.

— Выезжаем через пару часов. Поешь и переоденься.

Рора кивнула; чувство бунтарства, конечно, хорошо, но любопытство сильнее. Выбравшись из кровати, девушка быстро оделась, но перед выходом обернулась.

— Врача я всё-таки позову, — и, не дожидаясь реакции, выскользнула за дверь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 22

Глава 22

22.1

Когда они встретились в холле, по аману нельзя было сказать, что ещё утром полученные раны его беспокоили. Рора задержала взгляд на том месте, где у него в спальне появилась кровь, но синяя футболка, в которую был одет Мавир, была чистая, и в целом вид здоровый; разве что лёгкая бледность оставалась, но движения были чёткие и уверенные, как и всегда.

Он скептически осмотрел лёгкие брюки и кофту девушки.

— Подожди.

Мавир поднялся на второй этаж и уже через несколько минут вернулся, держа в руках свою тёплую толстовку.

Не говоря ни слова, аман накинул её на плечи девушки.

Рора сделала глубокий вдох, чувствуя запах мужчины, который странным образом заставил сердце биться чуть чаще.

«Это всё недавние оргазмы виноваты», — тут же определила источник своего состояния Рора и успокоилась.

— Поехали.

На этот раз они были одни. Ни водителя, ни Гарола в сопровождении, к которому Рора уже, надо сказать, привыкла. Мавир сам сел за водительское кресло, вводя на визоре какие-то координаты и запуская все системы.

На улице наступил вечер, и небосвод озарили первые звёзды.

Машина удалялась всё дальше от особняка, набирая какую-то запредельную скорость.

Правда, двигались они не в направлении Корола, а, наоборот, удалялись в противоположную сторону.

Пейзаж мелькал за окном, но из-за скорости ничего нельзя было рассмотреть, поэтому Рора вскоре бросила это бесполезное занятие и обратила внимание на амана.

Он расслабленно сидел в кресле, наблюдая за показателями на мониторе, время от времени внося какие-то правки. Вообще, любой современный автомобиль мог двигаться абсолютно автономно, но даже тут Мавир предпочитал держать всё под контролем. А может быть, дело было в скорости и местности, которая, кажется, была не слишком обжита.

Рора прикрыла глаза, постепенно погружаясь в лёгкую дрему. Тело расслабилось — больше не каменело от присутствия амана, а принимало его близость как нечто неизбежное. Больше не ощущалась опасность, тревога уходила. Какие бы перемены ни произошли, Рора не знала, к чему они приведут, и сейчас просто отпустила ситуацию.

Из дремы её выдернуло твёрдое прикосновение Мавира к бедру.

— Просыпайся, мы приехали.

Рора вздрогнула от неожиданности и провела ладонями по лицу, приходя в себя.

Не дожидаясь, пока аман откроет ей дверь машины, она резво выскочила наружу, тут же зябко поёжившись. На улице было прохладно, и она была вынуждена отметить, что Мавир не зря принёс ей тёплую кофту. Подумал и позаботился. Для девушки, выросшей в Центре, это было… странно.

Вздохнув про себя, Рора огляделась.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

22.2

22.2

Вокруг не было видно дороги.

«Интересно, значит, эта машина не на магнитной подушке, а на ионном двигателе», — мимоходом отметила Рора, продолжая рассматривать местность.

Они стояли рядом с обрывом. Он был буквально в десяти метрах, но в сумерках обрыв было легко не заметить: темнота поглощала пространство, скрадывая окружающий ландшафт. Но Рора слышала шум бьющихся волн и чувствовала порывы ветра, которые практически сбивали с ног.

Вокруг не было светового шума, привычного жителям мегаполисов, а потому звёзды рассыпались по небу, как драгоценные бриллианты на столе ювелира.

— Красиво, — прошептала Рора, подняв голову вверх. — Но всё-таки, где мы? А главное, зачем ты привёз меня сюда?

Аман всё это время внимательно следил за Ророй, как будто опасаясь, что она сделает какую-нибудь глупость — к примеру, попробует сбежать и рванёт в сторону обрыва.

— Я уже говорил.

Аман уверенно взял Рору за руку и повёл в сторону обрыва.

Теперь уже напряглась она. Чисто гипотетически, могла ли она настолько достать Мавира, что он решил избавиться от неё настолько радикальным способом? Ну, теоретически — да, но смысл тогда был вообще спасать девушку от нарвала? В общем, отбросив эту мысль как несостоятельную, Рора позволила себя вести в неизвестность.

Обрыв действительно оказался очень близко, а вид открывался на бескрайнее море. Волны разбивались внизу о камни и с недовольным шипением откатывались назад, чтобы снова и снова бросаться на скалистый берег.

Чёрная в ночи вода завораживала, заставляя задуматься, какие чудовища водятся там, в глубине. На Инкаре лишь один континент и очень много воды, так что жители этого клочка суши — не истинные хозяева планеты, чтобы они о себе ни возомнили.

Рора читала, что океан на Инкаре окрашен в бирюзовый свет за счёт водорослей, но сейчас трудно поверить, что днём эта стихия приобретает нежный цвет.

Рора сделала глубокий вдох и повернулась к Мавиру. Он всё ещё крепко держал её за руку, не отпуская ни на мгновенье. И в этой ситуации Рора даже не возражала. Сильный ветер и бушующая стихия под ногами этому способствовали.

— Вид невероятный. Ты ради этого сюда меня привёз?

— Нет. Нам надо пройти вниз.

— Вниз?! Это же самоубийство!

— Если знать, куда идти, то всё будет хорошо. Тебе надо будет довериться мне. Ты сможешь?

— Конечно нет! — без заминки ответила Рора. — Я тебе не доверяю ни на грамм!

Аман совсем не удивился её ответу, только ответил с непробиваемой невозмутимостью:

— Пора начинать. Выбора у тебя нет.

— Не сомневаюсь, — процедила Рора, — как всегда.

— Всегда, — утвердительно кивнул аман.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

22.3

22.3

Рора с опаской шла за Мавиром. Она не понимала, почему он так уверенно ведёт к обрыву.

Мавир дошёл до края и без колебаний шагнул в пропасть, потянув за собой девушку. Рора взвизгнула от страха и попыталась вырвать руку, но сразу поняла, что сил не хватит, и зажмурилась. Сердце упало вниз, когда она нависла над обрывом и нога скользнула вниз, чтобы через мгновенье оказаться на твёрдой поверхности.

Не веря, что ещё жива, она с колотящимся сердцем посмотрела вниз и увидела… каменные ступени, ведущие куда-то вниз.

— Какого… — пробормотала она и перевела шокированный взгляд на Мавира, всё ещё крепко держащего её за руку.

Она была готова поклясться, что этот… специально напугал её! В его глазах мелькнуло веселье, как у мальчишки, сделавшего пакость. Но… это же ерунда, Мавир — возможно, самый опасный человек на Инкаре, он не мог так по-глупому подшутить!

Или мог?

— Ты специально?! — прошипела Рора, в который раз попытавшись вырвать руку.

— Не понимаю, о чём ты. И не дёргайся! Лестница не слишком широкая и может быть скользкой.

Проглотив все рвавшиеся наружу ругательства, Рора внимательнее осмотрелась.

Аман был прав: лестница, которую выдолбили прямо в скале, круто уходила вниз и действительно была рассчитана только на одного человека в ширину, а отсутствие каких бы то ни было перил напрягало.

От высоты немного закружилась голова, и Рора с новой силой вцепилась в Мавира.

Аман, удостоверившись, что Рора перестала дёргаться, аккуратно повёл её за собой.

Пока девушка спускалась вниз, она пришла к выводу, что увидеть эту лестницу, не зная точно, где она находится, не получится — настолько органично и незаметно она вписывалась в окружающий ландшафт.

Рора хотела задать ещё несколько вопросов, но скоро шум от волн и ветра стал настолько сильным, что невозможно было услышать даже себя.

Рора не понимала, куда лестница ведёт, ведь внизу не было ни одного клочка суши, где можно было бы стоять.

Спустя минут двадцать она получила ответ на свой вопрос: спуск резко оборвался, а дальше Мавир нырнул куда-то вбок, утягивая за собой Рору.

Она не успела испугаться, как оказалась в неглубокой пещере. Но поразило Рору не это, а то, что своды пещеры светились мягким золотистым светом.

Мавир наконец отпустил её руку и, отойдя в сторону, наблюдал за девушкой.

Она поражённо замерла, оглядываясь. Посередине грота был высокий каменный выступ, на котором стояла небольшая каменная чаша, куда сверху капала вода. Каким-то чудесным образом постороннего шума больше не было слышно — только звук капающей воды.

Ещё удивительней оказался тот факт, что при ближайшем рассмотрении своды не просто светились, а как будто переливались. Это было невероятное зрелище.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

22.4

22.4

— Как такое возможно? — восторженно спросила Рора.

— Предки считали, что эта пещера… священна. И именно с неё пошёл род людской на Инкаре. Её своды светятся, а звуки не проходят внутрь. Сейчас же учёные установили, что в пещере живут уникальные микроорганизмы, обладающие жёлтым флуоресцентным белком, а хорошая шумоизоляция связана с природными особенностями акустики пещеры. Сюда иногда приезжает дамари; я общался с ней и рассказал об открытиях учёных.

— И что же ответила дамари?

— Что они идиоты.

Рора тихонько рассмеялась; вспомнилась старуха, которую она встретила в древнем городе, и почему-то Рора была уверена, что дамари вполне могла так ответить аману.

— А ты как думаешь?

— Думаю, что с дамари даже я спорить не буду.

— Неужели всемогущий аман пасует перед кем-то?

— Не хочу быть идиотом, — пожал плечами аман.

— Что же, не удивительно, это место… невероятно.

— Легенда гласит, что однажды на планете появился первый мужчина и первая женщина. Кто были их родители и были ли вообще, остаётся тайной. Они не знали друг друга. Женщина была свободной, живя по своему уму и сердцу. Там, где она родилась, была вода и еда в достатке: фрукты, овощи, яйца птиц. Мужчина же жил в суровых условиях, ему приходилось охотиться, добывать себе еду и каждый прожитый день выигрывать у смерти. Наверное, они так бы никогда и не встретились, если бы однажды женщина не решила узнать, что скрывается за океаном. Ослеплённая лёгкой жизнью и свободой, она решила, что сможет пересечь бескрайнюю воду. Её плот разбился, и остатки плота вынесло на скалы. Там женщину впервые увидел мужчина. Он был ослеплён невероятной красотой женщины и впервые почувствовал, что такое страсть. Он забрал женщину в своё логово, вот эту самую пещеру, и выходил её. Поил пресной водой из каменной чаши и кормил рыбой. Женщина выжила, но, когда пришла в себя, уже была беременной. Женщина ужаснулась тому, что произошло. Она не любила мужчину, но и выбраться из пещеры не могла, а мужчина не отпускал её, распоряжаясь её жизнью по праву сильного. Женщина в положенный срок родила двойню — мальчика и девочку. Но даже сила материнской любви не смогла перевесить жажду свободы. Однажды, не выдержав неволи, женщина бросилась вниз в пучину, и тогда зажглась на небе звезда Салана, и стала свободной женщина, и возликовала она. Когда же в пещеру вернулся с добычей мужчина, он увидел только мирно играющих детей и понял, что произошло. Взревел мужчина раненым зверем и заметался по пещере. Тогда взял он своих детей и поднял наверх, а сам, не в силах расстаться со своей женщиной, прыгнул за ней в океан, и зажглась на небе звезда Вариса. А своды пещеры засияли, освещая свой вход заблудившимся морским путешественникам. А Вариса и Салана остались навечно связаны между собой, и никуда Салана не сможет сбежать от своего мужа, ведь даже после смерти мужчина придёт за своей женщиной.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

22.5

22.5

Рора несколько минут после рассказанной легенды молчала, не понимая, как отреагировать.

— Интересная легенда, — наконец ровно ответила она. — Получается, что упрямство мужчины стоило им обоим жизни…

— Или упрямство женщины, — возразил аман.

— Или так, — не стала спорить Рора.

— Это место… имеет особое значение для моего народа. Первые главы кланов заключили здесь браки как знак того, что мужчина берёт на себя ответственность за жену. И за любой её поступок и проступок перед собой и людьми отвечает он.

— Удобно, — тихонько хмыкнула Рора, но совсем не весело. Весь этот махровый патриархат уже сильно надоел. Ей хотелось вернуть контроль над своей жизнью, но это никак не получалось; казалось, что Инкар только затягивает всё глубже, как топкое болото.

— Мавир, ответь мне, зачем я здесь? Зачем ты меня привёл в это место?

Аман не отвечал, цепко смотря на Рору.

Молчание затягивалось, а атмосфера между ними сгущалась. Рора нутром чувствовала, что Мавир принял какое-то решение касаемо её судьбы, но не озвучивает его, ждёт чего-то. Может быть, её реакции?

Спустя несколько секунд аман медленно приблизился к Роре. Она инстинктивно отшагнула назад и упёрлась спиной в стену пещеры, а аман наклонился к ней. Близко.

— После того, что произошло с тобой, я много думал. Ты — чужачка здесь, яркая, дерзкая, слишком бойкая и умная. Эти качества привлекают… и отталкивают многих. Проблема в том, что в тебе много свободы, и я не смогу тебя держать вечно, не ломая, не гася твой огонь. А без него… ты не будешь собой. Если же выводить тебя в свет, то кем ты будешь в глазах других? Моей любовницей, подстилкой, хоть и экзотичной, но лишь одной из многих. А это значит, что тобой можно пренебрегать, уничтожать. Ведь по мнению других, в любовнице-чужачке нет ценности. Да, сейчас, когда я своими руками убил Шакару за то, что она сделала, некоторые поостерегутся откровенно вредить тебе — некоторое время. Но надолго ли? Ведь и Шакара тоже была всего лишь любовницей. Её наказание тоже незначительно среди многих по-настоящему влиятельных семей. А в каждой такой семье есть девушки, и главы будут рады породниться с аманом. Ты же станешь препятствием. Возможно, не сейчас и даже не в ближайшие годы, но… рано или поздно.

Рора почувствовала, как ей не хватает воздуха.

— Годы? — сипло спросила она. — Я не буду… с тобой годами.

— Будешь. В этом и сложность. Ты… что-то пробила внутри меня. Мне это не нравится — эта слабость. И всё-таки судьба была жестока к тебе, и наши пути пересеклись.

— Ты же сам сказал, что рано или поздно меня убьют! Ты готов подписать мне приговор, лишь бы иметь в своей постели?

— Не готов, — отодвинулся аман от Роры, и она смогла сделать полноценный вдох. — И тебя действительно уберут, если ты так и останешься ничем — просто очередной любовницей амана. Только статус поможет тебе не прятаться в доме, а остальные побоятся вредить.

— Какой статус?

— Моей жены.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

22.6

22.6

— Повтори, пожалуйста. Кажется, у меня начались голосовые галлюцинации, — пробормотала Рора, для убедительности тряхнув головой.

— Не дерзи! — резко отдернул её аман. — Ты станешь моей женой!

— Не похоже на предложение, — всё ещё не до конца осознавая, прошептала Рора, но Мавир услышал.

— Потому что это не предложение.

— Ты сам-то понимаешь, что говоришь? — выкрикнула Рора. — Какая жена?! Я же чужачка! Меня никогда не примет твой клан! Но даже это не важно. Я не хочу! Я не выйду за тебя никогда! Слышишь?! Никогда! Ты сломал мою жизнь! Я тебя ненавижу! — последние слова Рора буквально проорала в исказившееся от гнева лицо амана.

Он схватил её ладонью за горло — крепко, позволяя дышать, но не давая ни шанса вырваться из железной хватки.

Рора вцепилась руками в запястье амана, оставляя царапины, пытаясь отцепить его от себя, но тот лишь наклонился ещё ближе.

Рора посмотрела на него и поняла, что аман себя не контролирует: его зрачки расширились, а губы исказились в каком-то нечеловеческом оскале. Только голос оставался холодным, жестоким, режущим.

— Я был терпелив с тобой, Рора. Видит Варис, ещё ни с кем и никогда я не был так терпелив. Ты пересекла все черты, все красные линии, но я продолжал проявлять терпение. Там, где других уже скормили бы нарвалам, я убил одного своими руками ради тебя. Более того, я предложил тебе не просто защиту, не просто статус жены. Я готов был дать тебе величайший дар — дар амана. Разделить свою жизнь. А ты швырнула этот дар мне в лицо. То, ради чего другие готовы убивать, ты выкинула как мусор. Моё терпение закончилось, Рора. В этот самый момент.

Аман сильнее сжал ладонь, перекрывая кислород — ненадолго, на несколько секунд, растянувшихся в вечность.

Когда Рора уже с трудом держалась в сознании, Мавир резко отпустил её, тряхнув рукой. Девушка упала на пол, судорожно делая глубокий вдох и закашлявшись. Ноги не держали. Аман не успел навредить здоровью, но Рора не могла даже поднять голову. Происходящее что-то переключило в ней. Она ощутила внезапный и всепоглощающий ужас, словно её накрыло лавиной смертельной опасности. Тело вышло из-под контроля: сердце колотилось так сильно, что казалось, вот-вот разорвётся; в груди давила боль и не хватало воздуха, несмотря на то что аман больше не держал её. К горлу подкатил ком; руки и ноги занемели. У Роры возникло чувство нереальности происходящего; она почувствовала себя в ловушке собственного тела и разума, беспомощной перед лицом необъяснимого и жуткого приступа.

— Рора, — донёсся до неё глухой голос амана.

Она не могла реагировать — слишком истошно колотилось сердце, а ощущение удушья не давало вымолвить ни слова.

Мавир грязно выругался, и Рора услышала удаляющиеся шаги.

«Он оставит меня тут одну сейчас», — истерично билась мысль в голове девушки.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 23

Глава 23

23.1.

Страх смерти парализовал; Рора сейчас готова была кинуться к аману, но не могла. Ничего не могла.

«Я умру. Я сейчас умру», — билось в голове.

Через несколько секунд Рора услышала стук камня и тихие ругательства амана.

«Не бросил, он тут», — с облегчением подумала Рора.

Шаги приблизились, и аман присел перед ней на корточки, протягивая каменную чашу.

— Выпей.

Рора мотнула головой, но аман приподнял её голову за подбородок и заставил приоткрыть губы.

Живительная влага потекла, и Рора поняла, как сильно вода была ей необходима. Она сделала несколько жадных глотков, и постепенно паника отступила.

Руки ещё тряслись, а тело наполнила слабость.

Когда Рора утолила жажду, аман помог ей подняться и, удостоверившись, что девушка может стоять, повёл прочь из пещеры.

Аман помог ей подниматься по ступеням — насколько это было возможно, учитывая, что лестница была скользкой и узкой.

Несколько раз Рора оступалась, но Мавир неизменно поддерживал, не давая соскользнуть вниз на камни.

Оказавшись наверху, аман подхватил девушку на руки и отнёс к машине.

Рора не сопротивлялась: последние силы ушли на подъём, а в груди до сих пор ощущалась тяжесть после бешеного сердцебиения.

В машине ехали в полной тишине. Рора прекрасно помнила, с каким бешенством аман смотрел на неё, как его ладонь сомкнулась на её шее. Она понимала, что её отказ от брака перечеркнул всё, что могло бы быть между ними в перспективе. Мавир счёл её отказ унижением, а унижение аман не простит. В свою очередь, Рора не могла бы простить физическое насилие. Что-то бесповоротно треснуло, и какова теперь её судьба, Рора не представляла. Неизвестность угнетала.

Мавир не смотрел на Рору; его лицо приобрело знакомую холодность и безэмоциональность. Как будто девушка резко перестала иметь хоть малейшую ценность для амана.

Рора не решилась начать разговор — да и о чём тут можно говорить? Он её чуть не задушил, а она его отвергла. Снова. И этот раз стал решающим. Для них обоих.

Когда они подъехали к особняку, аман повернулся к Роре.

— Идти сможешь?

Девушка кивнула, хотя ещё чувствовала слабость, но позволить аману снова взять себя на руки она не могла.

Аман вышел из машины, Рора — вслед за ним.

Гарол уже ждал их у крыльца вместе с врачом. А Рора и не заметила, как в дороге аман связался с доктором.

Кажется, врач с помощником уже не удивлялись, что с ней снова что-то произошло.

Рору даже не стали отпускать в свою комнату. Врач посадил её прямо на диван в гостиной на первом этаже. Той самой гостиной, где несколько дней назад умирала Шакара.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

23.2

23.2

Врач с лицом, на котором с трудом удерживал невозмутимое выражение, провёл сканером по телу Роры, изо всех сил не замечая следы, оставленные пальцами амана на её горле. Гарол же, не скрываясь, смотрел на них, а потом перевёл тяжёлый взгляд на амана, и Рора была готова поклясться, что в его глазах отражалось неодобрение.

Аман же не обращал на всех никакого внимания.

После осмотра врач откашлялся и посмотрел на амана.

— Жизни вашей… гостье ничего не угрожает. Дыхательные пути не пострадали, есть поверхностные гематомы. Сердце в порядке.

— Она задыхалась, чуть не потеряла сознание, а ты говоришь «в порядке»? Может быть, мне пригласить в дом кого-то более компетентного?

Вроде бы Мавир говорил спокойно, но чувствовалась скрытая угроза в его словах, и очевидно не только Роре. Врач побледнел, но уверенно продолжил:

— Ошибки нет. Жизни действительно ничего не угрожает. Судя по симптомам и показателям сканера, это была паническая атака. Хотя в показателях и есть небольшие отклонения, но всё-таки это, вероятно, реакция организма на продолжительный стресс. От этого не умирают, хотя человек во время приступа может решить, что на пороге смерти. Паническая атака может быть единичным случаем; если же подобное повторится, я выпишу лекарство. А на… синяки надо будет нанести мазь, утром всё уже пройдёт.

Ничего не ответив врачу, который передал ему небольшой пузырёк из непрозрачного стекла, аман повернулся к Роре и передал пузырёк ей.

— Иди наверх. Из комнаты выходить запрещаю.

Рора вспыхнула. Они вернулась к тому, с чего всё началось. Вот только сегодня уже бороться сил не было, и она поднялась, молча уходя наверх под удивлённым взглядом Гарола, который не привык к её покорности, и равнодушным взглядом амана.

Учитывая, что на дворе уже была глубокая ночь, Рора, не переодеваясь, рухнула в кровать и, подтянув колени к груди, свернулась калачиком. На душе было муторно; одна слеза предательски вытекла из-под закрытых век. Рора со злостью её вытерла.

Постепенно сон сморил её. Она не знала, приходил ли в её комнату аман, но утром проснулась одна.

Оставалось непонятным, действует ли ещё запрет на выход из комнаты. Проверить Рора решила самым надёжным способом — то есть попробовать выйти.

Приведя себя в порядок, она открыла дверь; та была не заперта, но оказалось, что Рора рано обрадовалась. За дверью её ожидал уже знакомый охранник, имя которого Рора так до сих пор и не знала, так как мужчина не представлялся и вообще старался с ней не разговаривать.

Тяжело вздохнув, она посмотрела на него.

— Опять можно выходить только в сад? — обречённо спросила Рора.

— Нет, вас ждёт в кабинете аман. Велено сопроводить.

Сказано это было таким тоном, что очевидно — ничего хорошего ждать от этой встречи не стоит. С другой стороны, навряд ли Мавир держал своих подчинённых в курсе планов, так что, может быть, ей просто показалось.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

23.3

23.3

Мавир

Мужчина был в бешенстве. Эта несносная чужачка снова вывела его из себя. Отвергла в очередной раз. Мавир был готов пойти на немыслимый для человека его положения шаг — сделать из Роры жену. Официально.

Аман мог бы сказать, что это было связано лишь с её безопасностью, ведь когда она несколько раз оказалась при смерти, Мавир, возможно, впервые в жизни испугался. Рора заставляла его внутренних демонов вскидываться каждый раз, когда он видел её, жадно пить её эмоции, и осознание того, что Рора может просто исчезнуть — навсегда, окончательно и бесповоротно, — будило в нём желание привязать эту женщину к себе всеми возможными способами.

Мавир ей не врал: его влияние на Инкаре так велико, что, несмотря на неоднозначность выбора жены, никто не осмелился бы открыто пойти против него, а для тех, кто осмелился бы сделать это скрытно, ждала бы смерть.

Быть женой амана — это великая привилегия, но не для Роры.

Аман скрипнул зубами. Злость снова накрыла волной. Рора не смогла оценить его подарок, и все последствия её решения будут на её совести.

Она не захотела стать его женой. Она ею и не станет.

Аману уже давно пора было обзавестись семьёй. Он оттягивал этот момент, сам до конца не понимая почему; дело было вовсе не в сантиментах — вероятно, просто не желал растрачивать свою энергию на постоянную женщину. Да и брак подразумевает детей, и Мавир прекрасно понимал, что к воспитанию детей надо подходить максимально ответственно, вкладывать не только деньги, но и время. Чтобы воспитать достойного наследника, требуется немало ресурсов. Вот аман и не торопился. Однако сейчас мужчина понял, что готов. Он желал видеть своей женой и матерью наследников Рору, но теперь об этом не могло идти и речи.

К нему в последние полгода уже не раз подходили отцы самых влиятельных семей Корола с целью породниться. У каждого из мужчин есть дочери, сёстры или другие родственницы. Подобный союз был бы выгоден и Мавиру.

Размышления амана прервал стук в дверь. Он уже знал, кто там. В душе снова заворочалось глухое раздражение.

— Войди, — сказал он ледяным тоном, пряча под броней бушующие эмоции.

В кабинет вошла Рора. Как всегда, на лице нет раскаяния или сожаления; лишь лёгкая тревога угадывалась в глазах.

Аман в который раз поразился этой женщине. На ней не было ни капли макияжа, волосы распущены, одета во что-то невзрачное. Она не пыталась нравиться или быть привлекательной, сексуальной, и тем не менее была. Самая манящая и желанная. Рора была совершенна в своём природном магнетизме и женственности. Она была единственной женщиной, которой была не нужен Мавир, и единственной, которую хотел он.

Её настороженная поза говорила, что Рора понимает, насколько сильно разочаровала мужчину своим отказом.

— Садись, — кивнул аман на стул, стоящий напротив.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

23.4

23.4

Рора зыркнула на него из-под ресниц своими глазами, но послушно села напротив. Аман не знал даже, что его больше возбуждает: когда она вела себя как бешеная кошка или проявляла непривычную покорность. Наверное, дело было в другом. Она его просто возбуждала. Одним своим присутствием. Но он уже достаточно давал ей воли, позволил думать, что любое поведение сойдёт с рук. Непростительная ошибка с его стороны.

— Ты больше не покинешь пределы этого дома. Останешься бесправной любовницей. Через месяц я женюсь. Для своей будущей семьи у меня будет другой особняк. Сюда же я буду приезжать к тебе. Когда захочу. Не советую показывать характер: если ты начнёшь вести себя неподобающе, вместо проживания в комфортабельном доме отправишься в подвал на перевоспитание. Я не шучу, Рора. Моё терпение закончилось. От тебя требуется немного — принимать в своей постели, когда я решу немного… развеяться в семейной жизни.

Аман всё это говорил твёрдым голосом, давил тоном, чтобы Рора поняла: у неё нет другой судьбы. Лишь его постельная игрушка.

Рора вспыхнула; Мавир видел, как её разрывают эмоции, но она молчала. Умная женщина, гордая, но не дура. Он был готов отдать руку на отсечение, что в её голове крутятся шестерёнки. Скорее всего, наивно полагает, что, когда его не будет в доме, ей будет проще сбежать. Или что она найдёт способ выйти на связь со своим другом, занимающимся контрабандой. Она не знает, что люди амана уже провели с ним разъяснительную беседу. Драк оказался дерзким, но не глупым, и, возможно, даже станет в будущем полезным.

Когда только аман получил отказ, в какой-то момент он был готов уничтожить Рору. И если бы не приступ, который случился в пещере, кто знает, до чего бы довела эта вспышка гнева. Но её бледность и невозможность сделать полноценный вдох не дали совершить непоправимое.

Мавир изначально рассматривал Рору лишь как средство удовлетворения своего желания, так что сейчас, по сути, он просто вернулся к той причине, по которой вообще оставил эту женщину в своём клане.

Рора же на секунду прикрыла глаза, пряча от него все эмоции, а когда посмотрела вновь, во всём теле считывалась уверенность и гордость.

Как же эта непробиваемая королевская осанка бесила и привлекала одновременно! Чужачка не стала его ни о чём умолять, спрашивать или кричать. Нет. Рора, не говоря ни слова, кивнула, встала и, не спрашивая разрешения, покинула его кабинет.

Аман усмехнулся. Перед свадьбой, в ближайший месяц, он не сможет навещать в постели Рору. К нему будет приковано внимание родни невесты, и навещать любовницу будет не с руки. Нет, ему бы не посмели ничего сказать, даже если бы Рора была приглашена на свадьбу. Но Мавир считал, что раз уж у него появится жена, то стоит показать окружающим, что её надо уважать.

— Гарол, зайти, — послал импульс по коммуникатору Мавир.

Помощник зашёл через несколько минут и вопросительно посмотрел на главу клана.

— Я женюсь. На дочке Халриза. Вроде бы её зовут… — задумался Мавир. Имя никак не желало всплывать в голове.

— Киара, — подсказал Гарол, но выглядел при этом удивлённым от новости.

— Да. Уведоми Халриза. И организуй мой переезд в Восточный особняк. Завтра вечером жду будущего тестя на разговор.

— Что с Ророй? — спустя несколько секунд всё-таки уточнил Гарол.

— Рора останется здесь, — голос Мавира приобрёл стальные ноты. — Добавить охраны. Из поместья не выпускать. Коммуникатор забрать. На контакт не идти. Когда я решу нужным — сам к ней приеду. Она — тень в этом доме. Приказ ясен?

— Да, мой аман, — почтительно склонил голову Гарол, но согласным с решением при этом не выглядел.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 24

Глава 24

24.1

Рора была раздражена, даже зла, но при этом не могла не признать, что ещё легко отделалась после отказа Мавиру.

На следующее утро амана действительно не было в особняке, как и Гарола. Рора обратила внимание, что охраны стало больше, но при этом она никого из них раньше не видела. Сотрудников, обеспечивающих бытовые нужды в доме, наоборот, стало намного меньше. Лишь повар, который готовил натуральную пищу, и общий хозяйственник, обеспечивающий корректную работу всех систем в особняке. Эти люди тоже были новые.

Сначала Рора подумала, что причина смены кадров была в том, что аман забрал людей с собой в новый дом, но спустя несколько дней до неё дошло, что дело было в другом. Старые сотрудники привыкли к ней, а она к ним. Новые же люди не шли с ней на контакт, не общались, односложно отвечали на вопросы и старались максимально дистанцироваться, как будто она болеет «гнилой заразой».

Если изначально у Роры ещё была надежда, что отсутствие амана сыграет ей на руку, то очень скоро её иллюзии развеялись. Особняк стал неприступной крепостью: в него не могли проникнуть извне и не могли незаметно покинуть.

Почему-то Рора думала, что Мавир будет к ней часто приезжать, строила в голове диалоги, что она ему скажет, как себя поведёт. Но Мавир не появился ни через день, ни через неделю.

Постепенно Рора осознала всю глубину своего наказания. Она оказалась в тюрьме — да, комфортабельной, роскошной, но тюрьме. Социальная и физическая изоляция выматывала. Ещё больше угнетало отсутствие деятельности. У неё отобрали всё, что могло скрасить досуг.

Постепенно девушка стала замечать отсутствие энергии, негативные мысли, некоторую заторможенность.

Чтобы не сойти с ума от безделья и не впасть в депрессию, Рора выработала режим. Утром она делала зарядку, потом принимала душ и шла гулять по саду; здесь она проводила основную часть времени. Ужин Рора себе готовила самостоятельно, чем чуть не довела повара до инфаркта в первый раз. Получилось не сразу, ведь дома она питалась синтезированной пищей, как и подавляющее большинство жителей Смирта. Эта вечерняя готовка стала некоторым вызовом и отдушиной, не позволяя окончательно отупеть. Ей попытались запретить и эту деятельность, но тут Рора устроила настоящий разнос для всех.

После того как она всех выгнала и забаррикадировалась на кухне, пока готовила традиционное блюдо Инкара — лепёшки с мясом и зеленью, девушка подумала, что после небольшого бунта возможно, приедет Мавир напомнить ей её место. Но нет. Он так и не появился. В тот день Рора спокойно доела свои лепёшки, как и всегда оставив немного приготовленной еды персоналу, и пошла спать. Она не знала, едят ли её блюда, но утром подносы всегда были чистые.

Где-то в глубине души она была даже расстроена, что не приехал аман. Не потому что соскучилась — нет, просто захотелось поговорить хоть с кем-то, даже если бы разговор носил негативный оттенок.

День повторялся за днём. Рора не заметила, как прошло почти четыре недели этого своеобразного заключения. Возможно, она бы и дальше плыла по течению, пока однажды утром её не вырвало только что съеденным завтраком от резкого запаха кофе.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

24.2

24.2

Когда тошнота появилась в первый раз, Рора понадеялась, что это просто случайность, хотя в глубине души понимала, что обманывает сама себя.

Когда её вырвало ещё и вечером от того же запаха, Рора стала суматошно вспоминать, когда у неё были последний раз месячные, и была вынуждена признать, что длительная задержка почти не оставляла вариантов для фантазии. Она была беременна…

— Какого… ну нет, нет!

Что обычно чувствуют женщины, когда понимают, что носят ребёнка? Большинство — радость, искреннюю и всеобъемлющую. Некоторые — страх и желание избавиться от нежеланного ребёнка. Многие — смятение и тревогу за будущее.

У Роры же в момент осознания как будто разверзлась бездна под ногами. Слёзы непроизвольно полились из глаз.

В неверии она накрыла ладонью живот. Рора не ощущала, что там уже растёт другой человек, — это просто не укладывалось в её голове. И тем не менее он там был.

Незапланированный.

Противозачаточный укол, который ставила Рора на Смирте, должен был ещё работать. Он не даёт осечек. И всё же… беременность наступила. Возможно, в этом был виноват межпланетный перелёт или какие-то особенности местной экосистемы, а может быть, аман оказался и в интимной сфере слишком… настойчивым. По большому счёту, причина не слишком важна, результат всё равно не изменить.

Или?

Рора на секунду представила, что избавляется от ребёнка. Сейчас это можно сделать безболезненно, быстро и без рисков для здоровья. Срок в любом случае не слишком большой. Одна таблетка — и всё…

Неожиданно для самой себя, от одной лишь мысли об аборте изнутри поднялся протест.

Рора тут же отбросила этот вариант. Она не сможет пойти на такой шаг. Это однозначно. Значит, остаётся что? Рожать?

Рора тряхнула головой. Она пленница! Сама себе не принадлежит! Аман подмял её жизнь под себя, и теперь… что?

Девушка зажмурилась, пытаясь справиться с эмоциями. Она никогда не думала всерьёз о детях. Планировала сначала построить карьеру, обрести финансовую независимость и твёрдую почву под ногами. И, может быть, когда-нибудь забеременеть — почему-то в её представлениях зачатие происходило искусственным путём, ведь в серьёзные отношения для себя она тоже не рассматривала. Один раз, открыв сердце и обжегшись, решила, что это не для неё.

И вот сейчас она стояла беременная — без карьеры, без свободы, от вполне себе конкретного мужчины, — и представить его реакцию на данную новость было… страшно.

Рора не могла заснуть; всю ночь её тревожили мысли. Она то и дело клала руку на свой, пока ещё плоский, живот в надежде хоть что-то почувствовать, пусть и понимала, что срок ещё маленький, но раз за разом прислушивалась к себе. Внутри с каждым часом росла потребность оберегать ту частичку тепла, которая поселилась в ней, несмотря ни на что. И даже осознание, что половина этой частички принадлежит Мавиру, не умоляло тихой нежности, что окружила Рору.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

24.3

24.3

Кажется, за эту долгую бессонную ночь Рора в голове перебрала сотни вариантов дальнейших сценариев, но ни один из них скорее всего не сможет реализоваться по одной простой причине — Рора не могла спрогнозировать реакцию Мавира на её беременность.

Первым порывом было скрыть ребёнка. Не говорить. Однако стоило чуть поразмыслить, как становилась очевидна глупость и бесперспективность такого подхода.

Во-первых, живот рано или поздно начнёт расти, и если сначала это не будет так заметно, то на последних месяцах отговориться набором веса не получится. Во-вторых, если она хочет родить здорового младенца, ей необходимо медицинское сопровождение беременности. Отсюда вытекает третья причина — сами роды. Когда наступит этот момент, рядом должны находиться квалифицированные люди, которые точно знают, что делать, и смогут помочь.

Конечно, было страшно, что аман решит направить Рору на аборт. Она в любом случае будет бороться до последнего, но силы ведь изначально не равны. И даже если дождаться более позднего срока и только потом сказать… не факт, что это остановит Мавира.

Ещё был вариант, что аман просто заберёт ребёнка себе, отдаст своей молодой жене или родственникам в клане, чтобы воспитывали. Но тут Рора надеялась, что чужой ребёнок в новой семье амана будет всем в тягость.

Так может быть, когда Мавир узнает, что его любовница больше не может быть таковой ввиду своего интересного положения, потеряет к ней всякий интерес и отпустит её… их?

Ведь теперь ни о каком рискованном побеге не может идти и речи…

Вообще Рора поражалась тому, как можно было так сильно беспокоиться о ещё не родившемся ребёнке. За одну ночь девушка пересмотрела свои приоритеты, полностью сосредоточившись на тревогах о дальнейшем благополучии сына или дочери.

Рора беспокоилась буквально обо всём: в пределах нормы ли развитие плода, есть ли риски и какие особенности существуют на каждом этапе беременности.

Как ни странно, Рору немного успокаивал тот факт, что, как ни крути, генофонд у амана многообещающий; с другой стороны, вдруг у него есть какие-то неочевидные генетические заболевания или предрасположенность к ним? Рора тяжело вздохнула, в очередной раз положив ладонь на живот.

В любом случае Мавиру надо было сказать о беременности, а дальше действовать по ситуации.

Девушка с некоторой опаской спускалась вниз, помня, что многие мужчины из охраны начинают свой день с крепкого кофе.

На счастье, никаких резких запахов на кухне не было, и она немного выдохнула.

На столе её ждал завтрак, а повар уже ушёл. Как обычно, в последние недели в доме царила тишина, прерываемая еле слышными переговорами между охраной на территории.

Немного подумав, Рора решила сначала поесть — ведь теперь ей надо было заботиться не только о себе, — и лишь после плотного завтрака направилась на поиски человека, который передаст Мавиру её просьбу о встрече.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

24.4

24.4.

— Ещё раз говорю! Мне надо поговорить с аманом! Это важно! — уже кричала Рора на охранника.

Тот, как стоял с каменным выражением лица, так и продолжал стоять. Она с тоской вспомнила Гарола — у того хоть изредка на лице проскальзывала эмоция… раздражение в основном. А этот же истукан просто повторял раз за разом:

— Аман сам свяжется с вами, если посчитает нужным, — равнодушно пробубнил он в десятый раз.

— Как аман узнает, что ему это нужно, если вы не говорите ему, что вопрос важный!

Охранник скользнул по ней безразличным взглядом и, как заведённый, повторил:

— Аман сам свяжется с вами, если посчитает нужным.

Рора беспомощно оглянулась по сторонам в надежде, что сейчас появится Мавир или, на крайний случай, Гарол… но чуда не случилось.

«Может, сказать ему?» — промелькнула отчаянная мысль, но Рора тут же досадливо поморщилась. Она не может распространяться о своём положении. У амана много врагов, и Рора никому не доверяет. Сначала должен узнать Мавир.

— Когда Мавир узнает о причине, по которой я просила встречи, и что ты мне отказал… — не закончила она фразу, но многозначительно посмотрела на этого громилу, давая шанс ему самому нафантазировать возможные последствия.

— Аман сам…

— Да заткнись ты уже! — не выдержала Рора и, раздражённо махнув рукой, быстрым шагом пошла обратно в особняк.

Бурная фантазия ей подбрасывала различные варианты диверсий, которые она может устроить, чтобы выманить Мавира, но каждый новый вариант был опасней предыдущего, и Рора заставила себя сделать глубокий вдох и выдох, остановиться, успокоиться.

Нельзя ничего делать на эмоциях, хотя они и били через край, подталкивая к необдуманным действиям.

— Успокойся, включи мозги, — чётко проговорила она, смотря в своё отражение в зеркале. — Рано или поздно Мавир придёт. Лучше бы, конечно, рано… так что не нервничай. Это вредно для ребёнка в первую очередь. Ешь, отдыхай, продолжай делать лёгкие упражнения. Всё будет хорошо.

Рора сама себе кивнула в отражении и тут же нервно усмехнулась. Так недолго и с ума сойти.

Так прошла ещё одна неделя. Рора провела в этой своеобразной тюрьме чуть больше месяца. Она каждое утро смотрела на свой живот и прислушивалась к себе, отслеживая малейшие изменения в состоянии.

Утренняя тошнота повторилась ещё несколько раз, но в целом она чувствовала себя достаточно хорошо, только спала больше обычного. Она и раньше чувствовала сонливость, но всё списывала на стресс; теперь же причина стала очевидной.

Рора жила в социальной и информационной изоляции, а потому любые случайно услышанные от охраны и сотрудников фразы жадно впитывала.

Так, благодаря подслушанному разговору, Рора узнала, что сегодня аман клана женится. И праздновать это событие будет весь Корол.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 25

Глава 25

25.1

Мавир

— Аман, пора.

Гарол приблизился сзади бесшумно, и Мавир недовольно дёрнул уголками губ. Опять он задумался слишком глубоко, прозевав шаги помощника. Беспечность непозволительная — так и врага впустить за спину.

Последние недели в воздухе витало что-то чуждое. Мавир чувствовал эти изменения кожей. Никаких явных угроз, ни прямых, ни косвенных, — но животное чутьё не обманешь. Что-то происходит. Что-то нехорошее. Нужно прошерстить всё, впрячься, понять, откуда дует ветер и чем это грозит. Мавир почти не сомневался — угроза исходит от Амакуда. Тварь верткая и хитрая. Но нет ни единого доказательства, ни повода так думать. Броситься в открытый конфликт без причины — значит потерять доверие клана и поддержку других аманов. А тут ещё эта свадьба… Невовремя он решил обзавестись женой. Но решение принято, и обратного пути нет.

Мыслями Мавир вернулся к будущей жене. Халриз был рад заполучить такого зятя и не обманул насчёт дочери. Киара была… правильной. Именно такой, какой и должна быть жена главы клана: скромной, воспитанной, невинной. Она знает своё место и обеспечит его наследниками.

Объективно Киара — привлекательна. Но… не цепляет. Слишком юна, в ней нет вызова, нет того огня. Мавиру с трудом представлялась их брачная ночь. Он поймал себя на мысли, что вовсе не видит в ней женщину. Физиология своё возьмёт, но оказалось, есть нечто помимо неё. И эту другую сторону открыла для него Рора. Чужачка. Чистый яд, который раз за разом проникал в его мысли. Не вытравить. Даже спустя месяц яд не выводился, напоминая о себе едким осадком.

Стоило ослабить волю — и её образ вновь вползал в запретную часть души. Это не женщина. Это наказание. Болезнь. Он ждёт выздоровления, но не наступает даже временной передышки.

Каждый день его тянуло сорваться к ней. Сломать волю. Насладиться телом, впиваясь в её стоны — от боли или от удовольствия. Порой ему уже казалось, что разницы нет. Его тёмная сторона жаждала сделать ей по-настоящему больно. Но тогда он вспоминал, как Рора задыхалась в пещере, как её чуть не разорвали нарвалы, — и накидывал на себя ментальный поводок. Вымещал злость в спаррингах с Гаролом, не сдерживаясь, отчего помощнику крепко доставалось.

Да, он наказал Рору. Мягко, даже слишком. Но он понимал: тотальное лишение свободы для неё — пытка.

Сам же Мавир на этот месяц строго ограничил информацию из особняка. Он знал только главное: Рора в порядке, ЧП не было. Этого хватало. Всё остальное велел не докладывать. У него свадьба. Невеста уже ждёт у алтаря. Прямо сейчас.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

25.2

25.2

Рора поймала себя на странном ощущении от полученной новости. То, что Мавир женится, девушка знала — он сам ей об этом сказал в последнем разговоре. Но вот понимать, что это происходит прямо сейчас, было... странно. И нет, это была не ревность, скорее злость на то, что Мавир продолжает держать её здесь, как куклу.

Потом она начинала фантазировать, как аман искренне полюбит супругу, поймёт, что держать любовницу неправильно, особенно беременную. Ну, зачем Мавиру лишние проблемы? И отпустит её на все четыре стороны.

Фантазии, конечно, быстро разбивались на кучу маленьких осколков. Рора просто не верила, что аман может испытывать искреннее чувство любви — скорее, болезненное собственничество. Желание обладать и доминировать. И в этом плане Рора в который раз осознавала, что не смогла бы стать его женой. Он не будет другим. И она другой не будет тоже. Как же сложить этот разномастный пазл, усложнившийся её беременностью и другой женщиной?

На душе было муторно, и даже вернулась тошнота. Несколько раз пришлось останавливать подступившие ни с того ни с сего слёзы.

Промаявшись в этом непонятном состоянии весь день, Рора с некоторым облегчением поняла, что наконец этот длинный день заканчивается, и легла спать.

Когда девушка уже стала проваливаться в такой же муторный, как и день, сон, она почувствовала движение в комнате.

Пульс подскочил, и Рора резко поднялась на кровати.

В проёме стояла огромная тёмная мужская фигура, заслонявшая собой почти весь дверной проём. И пусть лица не было видно, но, кажется, Рора узнала бы этого мужчину даже с закрытыми глазами — по одной лишь бешеной энергетике и мурашкам, которые побежали по коже.

— Мавир, — выдохнула она, произнося имя еле слышно.

Аман сделал неуловимый жест рукой, и вспышка света ослепила девушку, заставляя прослезившиеся глаза подслеповато щуриться.

На интуитивном уровне Рора чувствовала, что его нельзя выпускать из поля зрения — как будто нельзя упустить ни одного движения опасного хищника, поведение которого невозможно спрогнозировать. Хотя, почему «как будто»? Всё именно так и есть...

Мавир стоял в национальном мужском костюме клана Корола. Ярко-красный цвет костюма, так напоминающий кровь, резко контрастировал с тёмными волосами и смуглой кожей амана.

Рора вжалась в спинку кровати, не решаясь лишний раз пошевелиться, чтобы не провоцировать мужчину. Игры закончились, ей надо быть осторожней и аккуратней, не рисковать — малыш в животе нуждается в защите.

И всё-таки с губ непроизвольно сорвалось:

— Почему ты здесь? У тебя же сегодня свадьба.

— Отличный вопрос, — зло усмехнулся он и качнулся вперёд.

В этот момент Рора поняла, о чём ей кричала интуиция. Мавир был пьян.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

25.3

25.3

Он, еле заметно пошатываясь, прошёл к креслу, стоявшему рядом с кроватью, и вальяжно развалился в нём, даже из такого положения умудряясь смотреть на Рору сверху вниз.

— Почему я здесь… — лениво растягивая слова, протянул Мавир. — Хочешь знать? — вдруг резко и зло спросил он девушку. Вся показная расслабленность слетела, и Мавир наклонился вперёд, приблизившись к Роре.

Честно говоря, она уже ничего не хотела, но горло перехватило, и девушка продолжала молчать.

— Что же ты за сука такая? Почему, блять, встретилась мне?! Спрашиваешь, почему я тут?! Из-за тебя! Ты отравила меня собой! Опасная, ядовитая… как же хочется уничтожить тебя.

Несмотря на то, что Мавир был пьян, он проворно и легко для своей комплекции одним слитным движением рванул к ней, пригнул вниз и навалился сверху.

Рора испугалась, что сейчас аман придавит её весом своего тела, но он удерживал себя на локтях, не оставляя девушке ни малейшего пространства, полностью закрывая собой, отбирая даже воздух. Рора как будто оказалась в вакууме — лишь она и аман. Когда его лицо оказалось близко, девушка отчётливо почувствовала исходящий от мужчины запах алкоголя, и малышу внутри этот запах сильно не понравился.

Рора ощутила, как к горлу подкатила тошнота, и она, что было сил, оттолкнула амана, одновременно нанося удар ногой куда-то в область паха.

Ощутив свободу, Рора вскочила с кровати и попыталась убежать, когда услышала неразборчивый яростный рык сзади — такой, что вдоль позвоночника пробежали мурашки, — а потом почувствовала резкий рывок назад за волосы. Рывок был такой силы, что затылок обожгло болью, а через мгновение спина ударилась о твёрдое, как камень, тело Мавира. У Роры выбило весь воздух из лёгких, а ещё через секунду на горло легла широкая ладонь Мавира.

Рора замерла, боясь пошевелиться.

Её макушку опаляло горячее, тяжёлое дыхание амана, всё так же пахнущее алкоголем, но сейчас тошнота отступила — стало слишком страшно. Если Мавир начнёт сжимать ладонь, то даже если она выживет, может потерять ребёнка.

— Убить тебя, Рора? — наклонившись к уху, вкрадчиво спросил аман. — Перестанем мучить друг друга. Разве смерть не принесёт тебе такой желанной свободы? Может, это и меня освободит от этого пожара внутри, который сжигает всё? Как думаешь?

Рора не знала, говорит ли аман серьёзно или просто запугивает её, но страх за ребёнка затопил сознание, и она вцепилась всеми силами в ладонь амана, продолжавшую фиксировать её шею, и прошептала севшим, глухим голосом:

— Не надо. Я беременна.

Секундная заминка, и Рора почувствовала, как хватка сначала ослабла, а потом Мавир отпустил её окончательно, отступая на шаг назад.

Девушка развернулась и увидела потемневшее лицо мужчины.

— Что ты сейчас сказала?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

25.4

25.4

Рора отшатнулась назад, уперевшись спиной в стену, и инстинктивно накрыла рукой живот, защищая ещё не родившегося ребёнка.

Мавир перевёл невменяемый, ошалелый взгляд на её руку и тряхнул головой, отгоняя своё видение.

— Я беременна, — уже более твёрдо повторила Рора. — Не знаю, как так вышло. Беременность не должна была наступить, но... она есть.

Мавир ничего не говорил, он продолжал молча смотреть на неё. Просто замер, закаменел.

Взгляд постепенно стал более осмысленным, и появилось ощущение, что аман даже протрезвел от свалившейся новости.

Рора осторожно подошла на несколько шагов ближе к Мавиру и заглянула ему в глаза.

— Отпусти меня... нас. У тебя жена, она родит тебе много детей. Зачем мы тебе? Только лишние заботы. Дай свободу. Обещаю, я никогда тебя не потревожу, ничего не попрошу. Твоя жена ничего не узнает.

Аман склонил голову, его черты лица заострились, а взгляд почернел.

Рора снова отшатнулась, уже понимая, что реакция на её слова будет совсем не такой, на какую она рассчитывает.

— Ты предлагаешь мне отказаться от своего ребёнка? — отчеканил он. — Чтобы мой сын рос где-то вдали, чтобы его воспитывал какой-то мужик, с которым ты сойдёшься рано или поздно? Чтобы моя плоть и кровь стала продуктом чужого воспитания и мировоззрения?

С каждым новым словом энергетика, исходящая от мужчины, становилась всё более давящей. У Роры от происходящего случился ступор, и она ляпнула:

— Может быть, это девочка...

— Тогда тем более! — рявкнул Мавир так, что Рора практически вросла в стену. — Блядь!

Аман развернулся, схватил край стеклянного чайного столика, стоявшего в комнате, и с силой швырнул его в противоположную стену.

Грохот оглушил, осколки разлетелись в сторону, лишь чудом не долетев до Роры.

Девушка вся сжалась и зажмурила глаза. Она слышала, как Мавир продолжает разносить комнату, перемежая это ругательствами. От особенно громких звуков она вздрагивала, но продолжала держать глаза закрытыми.

Спустя целую вечность, когда, казалось, в комнате не осталось ни одной целой вещи, шум прекратился. Рора слышала только тяжёлое дыхание мужчины, которое постепенно становилось всё ближе.

— Открой глаза, — раздался спокойный голос совсем рядом.

Рора совсем по-детски помотала головой, отказываясь видеть результат вспышки гнева амана.

Тяжёлый вздох был ей ответом. Аман уверенным движением накрыл её ладони, прикрывающие живот, своими руками.

Рора дёрнулась и всё-таки открыла глаза. Мавир стоял совсем рядом. Его лицо не выражало никаких эмоций, как будто не он только что разгромил почти всю мебель в комнате.

— Ты могла быть моей женой. Этот ребёнок мог стать моим наследником и преемником. Я хотел сделать тебя любовницей, но не могу позволить сыну или дочери стать незаконнорождёнными. По старой, почти забытой традиции Корола, аман может взять себе наложницу. Её дети признаются официально. Ты станешь наложницей и будешь ей до конца своей жизни. Ты сама выбрала свой путь. Теперь пожинай плоды.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

25.5

25.5.

— Не надо, — отрицательно покачала она головой. — Отпусти.

— Хватит! Чтобы я больше никогда не слышал этого слова! Мой ребёнок будет рядом со мной! И ты тоже будешь рядом. Это больше не обсуждается! Ясно тебе?!

Рора до крови прикусила губу, но упрямо молчала, не желая отвечать.

— Сейчас тебе надо поспать, а завтра приедет врач. Он проведёт осмотр, даст рекомендации.

Аман огляделся и досадливо поморщился, понимая, что после случившегося по его вине погрома отдыхать в этой комнате просто невозможно.

Рора шагнула вперёд, но аман подхватил её на руки.

— Осторожно, осколки.

Роре были неприятны его прикосновения, но сил сопротивляться больше не осталось.

Странный мужчина: сначала сам же разбил стекло, не думая о последствиях, а теперь проявляет извращённую заботу.

Сам аман был в ботинках, и осколки хрустели под его ногами, пока он выносил Рору из комнаты. Принёс, конечно же, в свою спальню. Точнее, в комнату, которая была его спальней, пока он жил в особняке. Теперь у него с женой другой дом и другая спальня. Рора снова прислушалась к себе. Что она чувствует при мысли о жене. Ни-че-го. Пустота.

Аман аккуратно положил девушку на кровать и навис над ней.

Рора задержала дыхание. Сейчас она совсем не была той уверенной, дерзкой помощницей посла. Всё-таки беременность заставляла быть аккуратнее и осторожнее.

Майка пижамы немного задралась, и Мавир положил ладонь на живот. Мужчина замер; только его горячие пальцы слегка поглаживали голую кожу.

Роре хотелось закричать, скинуть его руку, запретить даже таким образом прикасаться к их ребёнку. Но она благоразумно молчала, помня его вспышку гнева.

Аман немного склонил голову, а потом резко встал, освобождая Рору от своего присутствия.

— Отдыхай, — бросил он и вышел из спальни.

Рора выдохнула — боялась, что он останется. Но нет, ушёл. Наверное, к жене. Рора не могла не думать: скажет ли он ей? Как вообще аман представляет себе их с ребёнком дальнейшую жизнь?

Быть наложницей… Это слово просто не укладывалось в голове современной женщины. Это же что-то из пережитков прошлого, существующее только на страницах учебников истории.

От одной мысли загорчило во рту, а слёзы вырвались из глаз. У него власть, за ним сила. Мавиру ничего не стоит просто забрать этого ребёнка.

Рора вытерла выступившие слезы, решительно встала и пошла в ванную комнату. Холодная вода, которой она умылась, помогла немного прийти в себя. Истерика не только не поможет, но скорее навредит.

«Чего расклеилась?» — мысленно спросила она у своего отражения. — «Главное сейчас — родить ребёнка. Сделать всё, чтобы он был здоров, а дальше время покажет. Он не будет расти в этом жестоком мире, не будет называть Мавира отцом. Всё будет хорошо».

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 26

Глава 26

26.1

Мавир

Когда он вышел из комнаты, оставляя Рору одну, его изнутри потряхивало.

Новость не просто удивила, она потрясла его до основания. Как будто он пережил разрушительное землетрясение.

Аман злился, что всё произошло именно так. Рора беременна, его ребёнком. У них будет сын или дочь. Его первый ребёнок… от неё.

Мавир прошёл в свой бывший кабинет, в котором, по большому счёту, с его переезда ничего не изменилось, разве что пропал голографический полноразмерный коммуникатор и оригиналы документов, и практически рухнул в кресло, которое тут же анатомически подстроилось под сидящего человека.

Его первая брачная ночь… и где же он? Рядом с Ророй.

Аман устало потер ладонями лицо. Он оставил свою новоиспечённую жену одну в кровати, так и не консумировав брак.

Когда он пришёл к Киаре, чтобы окончательно сделать её своей супругой, то увидел бледную от нервов, испуганную, но покорную девушку. В его глазах она и так выглядела молодо, но в закрытой пижаме и с огромными глазами была похожа на ребёнка. В его голове же всплывал образ совсем другой женщины, так не похожей на его жену. О каком возбуждении тут могла идти речь? Нет, он мог бы взять её, и Киара приняла бы своего мужа — без возражений, но и без желания, со страхом. Киара не хотела его, она боялась своего амана. Как ни странно, ужаса в её глазах он не видел только тогда, когда Киара мельком смотрела на другого…

— Войди, — бросил аман, когда услышал стук в дверь.

Гарол бесшумно зашёл в кабинет и посмотрел на амана.

Мавир же встал с кресла и подошёл к окну, повернувшись к помощнику спиной. Одним этим действием показывая самый высокий уровень доверия, который только может быть в его положении.

— Рора беременна, — сообщил он, глядя на сад и вспоминая, как первый раз привёз девушку сюда. Их первый секс и его судьбоносное для двоих решение — оставить Рору на Инкаре. Как игрушку, любовницу. Мавир просчитался. И сам себя загнал в угол.

— Неожиданно, — спустя несколько секунд отозвался Гарол. — Что будешь делать? — перешёл на «ты» помощник.

— Я сказал ей, что она будет наложницей.

— Наложницей? — переспросил Гарол, и Мавир повернулся к нему, успев заметить удивление на лице. — Даже для Инкара наложница — это пережиток прошлого. Традиции, конечно, позволяют, но… этим уже никто не пользуется. Другое время, другие женщины. Но главное не это. Ты же понимаешь, что статуса наложницы будет недостаточно, чтобы сделать Рору в глазах других неприкасаемой. Это повлияет и на ребёнка. У тебя есть жена, — с каменным выражением лица произнёс Гарол. — Это ударит и по ней. А реакцию Халриза сложно предугадать. Как бы он не сделал непоправимую глупость. Конечно, расплата в таком случае его настигнет, но время назад не вернёшь. Этот ребёнок… не вовремя.

Гарол увидел, как потемнело лицо Мавира на его последние слова, и инстинктивно отшагнул назад, подняв ладони вверх.

— Это лишь констатация факта, дети не выбирают, когда появиться на свет. Я не предлагаю тебе избавиться от него, наоборот, думаю, как выйти из ситуации с наименьшими потерями.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

26.2

26.2

— Аккуратней выбирай слова, — холодно бросил Мавир.

— Я понял. И всё-таки. Какой план? Действительно сделаешь наложницей?

Аман поморщился и надавил пальцами на переносицу, сел обратно в кресло.

— Нет. Рора просто вывела меня из себя. Снова. Наложница из неё не выйдет. Слишком дерзкая, свободная. И ребёнка наложница не воспитывает, а я уверен, что Рора за него порвёт любого. Да и не сможет так жить. Эмоции… сколько их стало в моей жизни. Даже эта свадьба… Пора признать провал. Чужачка перевернула всё. Что ни делай, становится хуже. Я пытаюсь её наказать, но ощущение, что наказываю лишь себя. Теперь ещё и ребёнок. Его надо защитить. Дать статус, поддержку.

— Но твоя жена… — начал Гарол.

— Я аннулирую брак, — перебил Мавир.

— Это уничтожит репутацию Киары.

— Не уничтожит. Она до сих пор невинна. Я её не тронул. Это легко проверить. А Халриз получит такую компенсацию, что не посмеет вякнуть даже, только спасибо скажет.

От полученных новостей лицо Гарола немного расслабилось, но напряжение, повисшее в кабинете, до конца не испарилось.

— И всё равно Киару никто не возьмёт замуж после амана. Решат, что с ней что-то не так.

— Возьмёт. Ты станешь её мужем. Ты моя правая рука, в каком-то смысле второй человек в клане. Этот брак не будет унижением для Киары. И даст всем понять, что девушка не находится в моей немилости. А о причинах такого решения я не обязан и не буду отчитываться. Или ты думаешь, я не видел, как ты на неё смотришь? Не сразу, но это стало очевидно. Даже сейчас стараешься защитить Киару и отстоять её интересы.

— Я бы никогда ничего не сделал в отношении твоей жены, — твёрдо ответил Гарол, хотя и стал немного бледнее, чем обычно. Всё-таки интерес к невесте амана смертелен.

— Я знаю. В твоей верности у меня сомнений нет, в противном случае ты бы сейчас не стоял здесь. Можешь считать беременность Роры проведением высших сил. Иначе ты не смог бы прикоснуться к Киаре. Но даже твои желания не важны. Всё-таки эта девочка не виновата в том, что мои решения были не до конца обдуманны, и она стала их жертвой. Решение отдать её тебе связано не с твоим желанием обладать Киарой, а с тем, что на тебя одного она смотрела с тайным восхищением, непонятно откуда взявшимся. Наивная, думала, этого никто не заметит, но аманы умеют ловить малейшие проблески чужих эмоций. Хотя для меня и остаётся загадкой, почему её сердце сделало такой странный выбор.

— Сердце не слушает разум, его решения нелогичны, — спокойно сказал Гарол, но Мавир достаточно давно знал своего помощника, чтобы заметить бушующие эмоции в глубине его глаз. Киара действительно что-то зацепила в нём, глубинное, сущностное. Это не просто влечение.

— Как бы ты работал на меня, если бы Киара осталась моей женой?

— Через неделю корабль на Заруализ. Я планировал сегодня переговорить с тобой, закончить дела, а потом улететь туда, устроиться наёмником.

Мавир понимающе усмехнулся. Чувства к женщинам могут заставить сделать и не такое.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

26.3

26.3

— С кланом всё равно возникнут проблемы, — немного помолчав, добавил Гарол.

— Знаю. Но дамари говорила с Ророй. Это неспроста. Так что проблема не в клане — я его глава, мои решения не обсуждаются. Один лишь человек на моей земле имеет дерзость перечить. Мать моего будущего ребёнка. Как иронично, — хмыкнул он.

Аман снова отвернулся к окну. Хмель давно выветрился из головы, оставив лишь тяжесть. Длинный день и насыщенная новостями ночь ощущались усталостью на плечах. А фантазия подбрасывала картинки: Рора с животом, как она будет ходить, чуть неуклюже переваливаясь, гладить его рукой и ловить толчки ребёнка. От этих образов сердце сжималось, сбиваясь с ритма. Непривычно.

— Завтра ещё раз спокойно поговорю с ней. Всё объясню. Её беременность меняет многое, и Рора должна это понимать. Сегодня пусть отдохнёт. Я был слишком несдержан. Напугал, — на этих словах аман чуть скривился.

— Понял.

— Отдай распоряжение, пусть в её комнате приберут и закажут новую мебель.

Аман хотел ещё что-то добавить, но резко замолчал.

Дверь в кабинет распахнулась, и на пороге застыла бледная, испуганная Рора. Она вся сжалась и пошатывалась, с трудом стоя на ногах.

Мавир сам не заметил, как в доли секунды оказался рядом с девушкой.

— Что случилось?

— Живот болит. Очень. Что-то не так, — испуганно прошептала девушка, и в голосе дрожали слёзы. Она смотрела на него, и впервые Мавир видел там растерянность, напополам с мольбой. Рора надеялась на него. Доверилась и ждала помощи.

От этой уязвимости и прошивающего до кончиков пальцев страха за неё у Мавира на мгновенье перехватило дыхание. Резкий вскрик Роры от боли привёл его в чувство.

— Потерпи, девочка. Сейчас я отвезу тебя в больницу. Чуть-чуть потерпи, — уговаривал её Мавир, неся на руках до машины, которую понятливый Гарол уже успел завести и максимально близко припарковать ко входу в дом.

Рора сжалась в комочек на его руках, лишь всхлипывая и кусая губы. Никогда раньше эта женщина с несгибаемой волей и дерзким характером не была такой беззащитной и напуганной. Когда дело касалось её, Рора боролась до последнего, но как только речь зашла о ребёнке, девушка расклеилась и растерялась, ища поддержки у единственного, кто мог её оказать.

Мавир даже понимал, почему так. Рора росла в Центре, родители умерли, и когда у неё внутри зародилась жизнь — не гипотетическая, а вполне конкретный ребёнок — он в то же мгновенье стал для девушки подарком и смыслом. Её семьёй, которую она лишилась в детстве. Что же касается Мавира, то для него в эти минуты тоже стало всё очевидно. Для мужчины приоритетом является Рора. И если бы в будущем встал выбор, кого спасать… для Мавира это тоже было бы очевидно.

Сейчас же, везя плачущую от страха и боли девушку с его ребёнком внутри, он молился всем забытым богам, лишь бы всё обошлось. И был готов отдать взамен всё, что боги попросят.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 27

Глава 27

27.1

Рора старалась дышать глубоко и подавить панику. Но она снова и снова накатывала, как волна в шторм. Руки Мавира крепко и в то же время бережно обнимали её, и сейчас Рора ни за что бы не согласилась разорвать эти объятия. Пусть так, но хоть кому-то в этом большом мире было дело до её боли и страха. Боялся ли он за неё или за ребёнка, а может быть, наоборот, втайне надеялся на неблагополучный исход, но исходящий от мужчины природный запах немного успокаивал девушку. Совсем чуть-чуть, но и это было лучше, чем ничего.

Спазмы немного утихли, но Рора не знала, хороший это признак или плохой.

Машина неслась на предельной скорости, и, наверное, дорога заняла совсем немного времени, но для девушки она растянулась в вечность.

Современное здание больницы встретило Рору суетой. Каджер, который неоднократно уже лечил её, не теряя ни минуты, велел Мавиру положить Рору на антигравитационную платформу, которая начала мгновенное сканирование организма, пока перемещала Рору к нужной медицинской капсуле. Сквозь пелену слёз Рора плохо видела, но чувствовала, что Мавир находится рядом, отрывисто отвечая на вопросы врача.

Каджер быстро вколол Роре лекарство, а потом её поместили в капсулу, после чего сознание уплыло в темноту, оставляя после себя лишь пустоту.

Ещё до конца не приходя в сознание, Рора чувствовала внутреннюю тревогу, как будто снился дурной сон, и содержание сна уже растворилось в памяти, а ощущения остались. Через несколько секунд девушка вспомнила, почему в груди ворочается липкий страх, и резко открыла глаза, с сиплым вдохом, раскрывая в немом крике рот.

Рука тут же накрыла живот. Он, конечно, оставался всё таким же плоским, и не было никакой возможности понять, ребёнок всё ещё внутри или… уже нет.

Тело ощущалось чужим, руки и ноги слушались как будто через силу. Вокруг было темно, по всей видимости, за окном ночь, и рассмотреть что-то было тяжело, особенно учитывая, что через полупрозрачный аэрогель, из которого состоял купол медицинской капсулы, видимость была плохой. Стоило ей попытаться приподняться, как датчики в капсуле засветились, через секунду раздался короткий писк, и купол с тихим щелчком отъехал в сторону.

Превозмогая слабость, Рора села и вгляделась в пространство. Она находилась в больнице, и, скорее всего, сигнал от капсулы был передан персоналу, значит, кто-то должен сейчас к ней зайти и сказать хоть что-то.

Рора оказалась права, и буквально через две секунды в палату ворвался Мавир.

— Ты почему очнулась так рано? Врач сказал — ещё несколько часов в капсуле как минимум пролежишь. Я же всего на минуту в туалет отлучился, а ты уже вскочила. Тебе лежать надо.

Вопреки своим же словам, мужчина подошёл к ней и аккуратно притянул к себе, прижимая к торсу.

Сейчас в его глазах не было холодной отчуждённости или разрушающей ярости. Там было что-то другое, что Рора не могла, да и не хотела, идентифицировать. Её волновало лишь одно.

Рора отстранилась от амана.

— Мавир… ребёнок…

— Он жив. Всё хорошо. Мы успели вовремя.

От нахлынувшего облегчения Рора пошатнулась, а из глаз потоком хлынули слёзы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

27.2

27.2

— Хватит, успокойся. Тебе, конечно, вкололи лекарства, сейчас угрозы нет, но надо успокоиться, — Мавир уговаривал её как маленького ребёнка, при этом не переставая прикасаться к девушке, будто сам хотел убедиться в своих словах, что всё закончилось благополучно.

Рора и сама поняла, что так больше нельзя, и их близость, которая образовалась в данную минуту, слишком тесная, личная. Она прикусила губу и отодвинулась. Мавир недовольно поджал губы, но промолчал. Спустя ещё минуту пододвинул стоящий сбоку стул и сел рядом.

— Можно позвать врача? Я хочу поговорить, понять, что это было и как можно в дальнейшем избежать подобных случаев.

Мужчина потер пальцами переносицу и поднял на Рору взгляд.

— Врач подойдёт позже. Почти сразу после тебя экстренно привезли пациента, там какая-то сложная операция, и только Каджер мог её провести. Так что он убедился, что тебе и… ребёнку ничего не угрожает, и ушёл в операционную. Как понимаешь, держать его в палате я не стал. Он не идиот, понимает, что если с тобой что-то произойдёт, ему тоже не жить. Остальному персоналу я не доверяю и запретил приходить.

Девушка кивнула. Конечно, бросать умирать человека на операционном столе было бы не самым хорошим решением.

— Ты рад, что ребёнок выжил? — спустя несколько минут тишины задала Рора вопрос. Ей надо было понять истинное отношение амана к незапланированной беременности.

Аман сжал челюсти, тело напряглось.

— Мой ребёнок — это сокровище. За которое я убью, — он цепко и напряжённо посмотрел на неё.

В эту секунду Рору накрыло окончательным осознанием. Мавир действительно никогда их не отпустит. Она думала, беременность даст ей свободу, а на самом деле привязала к аману крепче цепей.

— Я хочу отдохнуть, пока врач занят, — отведя взгляд в сторону, произнесла Рора. — Думаешь, можно лечь прямо в капсуле? Она вроде бы удобная, но я не уверена, что предназначена для сна. Никогда раньше не лежала в такой.

— Да, спать можно.

— Ты будешь здесь? — Рора не знала, какой ответ хотела получить на свой вопрос, но выжидательно замерла.

— Мне надо отъехать по делам, но я быстро вернусь. Гарол будет дежурить около палаты.

— Да, точно. У тебя же второй день семейной жизни. Представляешь, я и забыла. Конечно, жена ждёт. Ты же приехал ко мне сразу после брачной ночи. Чего в итоге хотел добиться, скажешь?

У амана заходили желваки, ему очень не понравилось, что Рора вспомнила прошедшую ночь, затронула эту тему, которая ломала хрупкое равновесие между ними. И ломала она его целенаправленно, напоминая в первую очередь себе, с кем имеет дело.

— Это уже не важно. Всё изменилось.

— Ну конечно, — хмыкнула она и, не давая ему отреагировать, легла. — Я хочу спать.

Аман раздражённо повёл головой, но кивнул.

— Скоро буду.

— Не торопись, — исключительно из вредности и желания оставить за собой последнее слово, чуть слышно пробормотала Рора, но была уверена, что Мавир её услышал.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

27.3

27.3

Рора проснулась от шума за дверью — там происходило что-то неладное. Громкие голоса и звуки ударов заставили Рору съёжиться и настороженно замереть.

Она помнила, что палату охранял Гарол, и была уверена, что ей ничего не может угрожать, но ситуация за дверью развивалась явно нештатно.

Рора приподнялась и в панике огляделась, однако в комнате не было ни единого места, где можно было бы спрятаться. Она оказалась в ловушке, оставалось лишь надеяться на Гарола и охрану, которую наверняка приставил аман. Ребёнок же — сокровище, он сам сказал, а сокровище надо защищать.

От громкого удара в дверь Рора вздрогнула, но не успела ничего сделать.

Дальнейшие события происходили быстро и воспринимались обрывочными картинками.

Вот мужчина ворвался в палату, Рора не видела его лица, но заметила вскинутую руку, в которой что-то мелькнуло. Затем девушка ощутила резкий укол в районе плеча, похожий на укус пчелы. Она не успела ничего сделать, никак себя защитить. Через секунду в глазах потемнело, но то ли из-за ранее вколотых в больнице препаратов, то ли по ещё какой-то причине, Рора не отключилась до конца. Время от времени сознание пробивалось, и девушка слышала обрывками, что происходило вокруг, но при этом ничего не могла поделать, скованная внутри своего тела. В основном это был неясный гул, но один диалог всё-таки смогла разобрать сквозь мутную пелену.

Первое, что отметила Рора, когда в очередной раз очнулась — она лежит на боку, а вокруг витает лёгкий, едва уловимый запах озона, напоминающий свежесть после грозы в сочетании с холодным, чистым запахом полированного алюминия. Этот запах был характерен для автомобилей на ионном двигателе, значит, её куда-то увозят прямо сейчас.

— Что там произошло? — послышался грубый незнакомый голос.

— Там произошла бойня! Нам конец, нам всем конец! Кто сказал, что охраны почти нет?! Что легко можно забрать бабу, и никто за неё глотки рвать не станет! Нас наебали! Её сторожил Гарол, его четверо еле положили! Да и наши почти все полегли, там лучшие бойцы были, и только численный перевес помог достать эту суку! Так что вся эта хуйня, что Мавир не будет упираться из-за бабы! Он, блядь, найдёт всех нас и положит! Амакуд не понимает, что наделал! Надо просто убить её и спрятать, или отдать Мавиру и надеяться, что он подарит лёгкую смерть! — ответил ему второй, более истеричный голос.

Рора с трудом понимала смысл слов, он как будто пытался ускользнуть от неё, но она упорно хватала его за хвост.

— Амакуд сказал, что эта сука ему нужна целой и невредимой. Даже не побоялся организовать нападение на территории Корола. Значит, всё не так просто, и нам надо отдать её. Амакуд тот ещё больной ублюдок, и наебать его — это тоже подписать смертный приговор. Он заплатил много денег, и наёмники знали, на что шли, поэтому их смерть — это их выбор. Да и надо ещё доказать, что это организовал Амакуд, а на нас хрен выйдешь. Так что не истери.

«Целой и невредимой», — повторила про себя Рора самую главную информацию в данной ситуации. Значит, есть шанс, что ребёнку препаратом не навредили.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

27.4

27.4

Рора ещё несколько раз ловила смутные ощущения и слышала голоса, но больше не смогла разобрать суть разговоров. Она была как муха в ловушке — пытаясь себя растормошить, лишь больше увязала в плотной, липкой паутине. Был только один плюс: эмоции от этого состояния притуплялись, и она воспринимала всё происходящее заторможенно, как будто смотрела урывками чей-то дурной сон со стороны. Так продолжалось до тех пор, пока сильный толчок, а затем грохот, похожий на взрыв, не заставили её наконец сбросить оцепенение.

Веки с трудом открылись, и перед глазами заплясали цветные пятна. Стиснув зубы и убедившись, что может двигаться, Рора осторожно приподнялась. Она лежала на заднем сиденье автомобиля, которое благодаря специальному наноматериалу деформировалось под тело пассажира при ударе, защищая от повреждений. И к счастью, система безопасности справилась со своей задачей. По крайней мере, никаких серьёзных ушибов Рора не ощущала.

Девушка не видела лиц мужчин, замерших на переднем сиденье в неестественных позах. Переднее стекло автомобиля было в трещинах, что ещё больше удивило Рору, ведь прочность материалов, из которых делали современные машины, была запредельной. Боковым зрением Рора заметила справа, в нескольких метрах от автомобиля, воронку, вокруг которой полыхало пламя.

Она шумно выдохнула и тут же прикрыла ладонью рот, с испугом посмотрев на сидевших впереди мужчин, но те будто не слышали её и не шевелились…

Рора аккуратно сдвинулась вперёд и, перегнувшись, осторожно, готовая в любом момент бежать, посмотрела на похитителей.

Она успела увидеть аккуратную дыру во лбу одного из мужчин. Хотя нет, это была не просто дыра, а идеально круглое отверстие небольшого диаметра. Края вокруг были не рваные, а как будто оплавленные, стекловидные. Кожа и кость вокруг выглядели обугленными по точному контуру, будто работал ювелирный резак. Внутри, в глубине, Рора заметила вспышку кальцинированного белого света и с ужасом осознала, что это был изнутри испепелённый череп.

Крик застрял в горле. Но не успела Рора до конца осознать весь ужас представшей картины, как пассажирская дверь со скрежетом открылась, а её буквально вырвали из машины крепкие мужские руки и прижали к большому твёрдому телу. Ещё до того, как мозг обработал информацию, а глаза увидели лицо человека, на каком-то животном уровне Рора уже понимала, кто её достал из машины.

Мавир широкой ладонью прижал её голову к своей груди, настойчиво ограждая от творящихся вокруг событий.

— Не смотри, девочка, не надо. Сейчас, подожди немного, — и уже куда-то в сторону: — Где, блядь, машина?! Её надо срочно увезти!

Рора в кои-то веки не сопротивлялась. Так и стояла, прижавшись к Мавиру, спрятавшись от всего этого мира.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 28

Глава 28

28.1

Вокруг мельтешили какие-то люди, но Рора зажмурилась и вдыхала, вдыхала запах Мавира.

Её тело начало содрогаться от мелкой дрожи, начался эмоциональный откат. Мавир ещё крепче прижал её к себе, его мышцы закаменели, а дыхание было быстрым, поверхностным.

— Ты в порядке? Они ничего не сделали?

— Я не знаю, я была в отключке почти всё время. Но кое-что слышала.

— Потом расскажешь. Сейчас приедет машина, и ты уедешь в особняк. Туда уже увезли медицинскую аппаратуру, охрана усилена. Никто и близко к тебе не подойдёт больше, — голос был глухим, отрывистым.

— Ты поедешь со мной? — Рора не хотела, но помимо воли в интонации прослеживались просящие нотки. Она действительно боялась остаться одна после нападения.

В который раз аман спас её. И как бы она ни убеждала себя, что первопричиной опасности был он сам, не могла побороть себя и отпустить амана.

— Я не… — начал Мавир, но резко замолчал и продолжил фразу явно не так, как планировал, — да, я поеду с тобой.

Рора облегчённо выдохнула и кивнула.

Послышался звук приближающейся машины.

— Наконец-то, — процедил Мавир и, легко подхватив Рору на руки, как ребёнка, понёс к автомобилю.

Мавир не сел за управление, а расположился с Ророй на заднем сиденье. Его рука соскользнула ей на живот, и он молчаливо поднял на неё взгляд.

Девушка всё поняла без слов.

— Я думаю, всё хорошо. Чувствую так, — еле слышно прошептала Рора.

— Мой ребёнок сильный. Он будет жить, — сжал челюсти аман, а в глазах мелькнула какая-то тёмная эмоция. Решимость, жестокость, непримиримость, боль… Рора до конца не поняла.

В состоянии эмоционального напряжения, на задний план ушла вся злость на амана. Рора смотрела на него и понимала, что он действительно переживал. Ей даже показалось, что в волосах мужчины мелькнула седая прядь. Было ли причиной её появления угроза жизни и здоровью Роры с ребёнком, оставалось загадкой, но руки аман не разжимал ни на секунду, и Рора была не против. Эти руки сейчас дарили ей чувство безопасности. Скорее всего, спустя совсем небольшое количество времени, она снова не сможет на него смотреть без негатива, но пока есть этот момент. И даже воспоминания о телах мёртвых похитителей не вызвали у неё острой реакции — лишь лёгкую дрожь по телу. Видимо, правы те, кто говорит, что человек ко всему привыкает. Вот и она уже не удивляется трупам на своём пути.

Ей хотелось рассказать, что она слышала в машине, однако аман чётко дал понять, что сначала осмотр, а потом разговоры. Конечно, с правильностью расстановки приоритетов спорить было трудно, но кое-что ей было необходимо узнать сейчас.

— Гарол жив? — тихо спросила Рора у Мавира. Как бы они с помощником друг к другу ни относились, всё-таки он был одним из немногих людей, с кем она взаимодействовала на Инкаре.

Мавир напрягся, но через несколько секунд всё-таки ответил.

— Жив, но в критическом состоянии. Ему повезло, что он отслеживается в медицинской капсуле, в противном случае я бы сам его убил за то, что допустил твоё похищение и поставил под угрозу вашу с ребёнком жизни.

Мавир сказал это спокойно, но Рора была уверена, что он не врёт.

— Он не виноват! Гарол защищал нас до последнего, пока мог, я слышала звуки борьбы!

— Поэтому он и жив ещё. Теперь всё зависит от него и его желания жить.

Рора только вздохнула — что тут ещё было сказать.

— А врач, что с ним?

— Рора, не сейчас, не время…

— Скажи, — перебила она настойчиво.

— Убит. Прямо во время операции за работой.

Рора почувствовала, как к горлу подкатил ком, а сердце болезненно сжалось. Пришли за ней… и пусть в этом нет её вины, но трагедия затронула многих, и от этого на душе было паршиво.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

28.2

28.2

Особняк, ставший её тюрьмой, встретил суетой и огромным количеством охраны. При этом было стойкое ощущение, что к аману бойцы опасаются подходить и обходят его по широкой дуге. Он так и донёс Рору на своих руках до дома.

В гостиной была установлена медицинская капсула последней модели, точно такая же, как в больнице. Каким чудом её успели тут установить, учитывая, что у данного медицинского оборудования специальные требования к установке и по этой причине оно не используется в частных домах и даже не в каждом медицинском учреждении такая капсула есть, Рора не понимала. Хотя должна была уже привыкнуть, что для амана нет ничего невозможного. Вокруг суетились медицинские работники, с опаской поглядывая на Мавира. Одна из женщин отделилась от толпы и подошла к Роре. Это была первая женщина-врач, встреченная Ророй на Инкаре, и уже один этот факт заставлял уважать доктора. Если она смогла стать врачом при таком махровом патриархате, значит, личность выдающаяся.

— Как себя чувствуете? — мягко спросила она и даже не дрогнула под сканирующим взглядом амана. Рора сразу отметила, что врач обращалась именно к ней, ведь обычно окружением девушка воспринималась не большим чем атрибут к аману, и все вопросы задавались Мавиру.

— Терпимо. Голова кружится, — честно ответила Рора, слабо улыбнувшись женщине.

— Лягте в капсулу, пожалуйста. Надо проверить ваши показатели и… ребёнка, — с лёгкой запинкой продолжила врач.

Да, после последних событий оставить беременность в тайне было невозможно. Может быть, для подавляющей части жителей Корола это и останется секретом, но определённый круг лиц в курсе ситуации. Насколько им можно доверять, остаётся под вопросом, но хотелось верить, что Мавир знает, что делает.

Рора аккуратно погрузилась в капсулу, а пальцы женщины стали порхать над голографическим экраном, на который выводились графики и цифры. Для Роры это была непонятная информация, а вот врач внимательно изучала, постоянно меняя картинку.

Мавир находился рядом, хмуро следя за происходящим, однако, к удивлению Роры, не подгонял и терпеливо ожидая окончания сканирования.

— Так, вижу небольшие отклонения в показателях, связанные, скорее всего, с предыдущей экстренной госпитализацией, а также набором лекарств в реакции с вколотым нападавшими снотворным. Но в целом ничего жизни и здоровью мамы с ребёнком не угрожает.

Аман шумно выдохнул и посмотрел на Рору, у которой слёзы навернулись на глаза. Её впервые кто-то назвал «мамой».

Доктор же продолжила:

— Сейчас пропишу таблетки, и через пару дней показатели должны выровняться.

— Спасибо, — искренне поблагодарила Рора.

Врач кивнула и, немного замявшись, всё-таки упрямо посмотрела на амана.

— И настоятельно рекомендую оградить мать ребёнка от стресса. В период беременности требуется покой и стабильность, а задача отца — это обеспечить.

Рора с возросшим восхищением посмотрела на женщину. Неужели кто-то решился открыто указать на ошибку аману? Рора была готова прямо сейчас вступиться за эту удивительную, смелую женщину, но к огромному облегчению Мавир приподнял уголки губ в подобии усмешки и спокойно ответил:

— Обеспечу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

28.3

28.3

Получив все необходимые рекомендации, аман выпроводил лишних людей из дома, правда, предварительно даже поблагодарил врача. Прежде Рора не замечала, чтобы Мавир считал нужным сказать сотруднику или персоналу простое «спасибо» или проявить вежливость. Нет, он не хамил, не орал, просто… не замечал. При этом аман абсолютно искренне заботился о людях в своём клане, но насколько видел этих самых людей… остаётся под вопросом.

И всё-таки, когда народу вокруг не стало, Рора почувствовала, что ей даже дышать стало легче. Хотелось тишины и спать. Но оставался разговор, который не терпел отлагательств.

Рора полулежала на диване, а Мавир пристроился рядом, но уже поглядывая в сторону двери. Девушка понимала, что у него в связи с нападением много дел, которые требуют его внимания, но он оставался с ней.

— Это Амакуд. Он всё организовал, — чётко произнесла Рора.

— Уверена?

— Да, я несколько раз приходила в сознание и слышала разговор тех мужчин. Они паниковали, и имя заказчика было ими произнесено чётко.

— Я не удивлён. Эта тварь ждала момента, моей слабости. Хоть и понимал, что, скорее всего, его рук дело, но не мог быть в этом уверен.

— Теперь уверен. Что будет дальше?

— Не бери в голову.

— Опять ты так делаешь! Решаешь всё за меня!

— Да, я буду решать за тебя. По-другому никак.

— Да что же это такое! У тебя в конце концов жена есть! За неё решай! — и пусть это прозвучало как вспышка ревности, на самом деле ею не было. Лишь раздражение.

— Нет больше жены. Удивительно, да? Вроде аман, а никто за меня замуж не хочет.

— Стоп, — Рора тряхнула головой и недоверчиво посмотрела на Мавира. — Ты вот буквально вчера женился! — сказала она очевидную вещь.

— И брак аннулировал. Киара будет женой Гаролу… если он выживет, — мрачно закончил Мавир.

— Ты что, передал её как… игрушку?! — ещё более возмущённо воскликнула Рора.

— Поверь, она будет только рада, когда узнает про Гарола. Он ей нравится.

— Кто? Гарол? — фыркнула Рора, но Мавир был предельно серьёзен. — Ты не шутишь? Серьёзно? Обалдеть.

— У него есть мотивация жить, — пожал плечами аман.

— Так… эту информацию надо переварить. Но ты ушёл от ответа. Что будет?

Мавир прикрыл глаза, а его рука легла на живот Роры. Она замерла. Этот жест каждый раз приводил её в ступор.

— У меня была невеста… Кирама, — Рора напряглась, именно это имя она слышала когда-то в магазине от продавщиц. — Это должен был быть договорной брак, ни о каких чувствах речи не шло, впрочем, о том, что я могу вообще что-то чувствовать, узнал лишь недавно. Но мы были знакомы с раннего подросткового возраста и всегда знали, что станем супругами. Меня Кирама устраивала. Когда отец с матерью погибли и я встал во главе клана, женитьбу не было смысла откладывать. Дата была уже назначена. Но свадьбы не случилось.

— Что случилось?

— Её убили.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

28.4

28.4

— Расскажешь? — аккуратно спросила Рора.

— Я же сам начал для чего-то этот разговор, — хмыкнул Мавир. — Когда глава клана сменяется, всегда находятся те, кто считает это отличным поводом проверить амана на слабость и захватить власть. Моей ошибкой было думать, что я стану исключением. Молодость делает людей самонадеянными. Гарол пытался меня предупредить, но я считал себя умнее всех, сильнее всех. Впрочем, это не изменилось, но я хотя бы научился слушать. Так вот, не все люди на Инкаре относятся к кланам, есть

отщепенцы

. У кого-то это осознанный выбор, кто-то пошёл против соклановцев или своего амана. Так бывает, когда проступок недостаточно серьёзный, чтобы отправить в тюрьму, но человек перестаёт быть частью клана. Иногда преступник сбегает из-под стражи и тоже подаётся к ним. Такие случаи крайне редкие, но бывают. Как понимаешь, среда отщепенцев — благодатная почва для деструктивных течений и сомнительной деятельности. К примеру, те наёмники, что на тебя напали, тоже из них. А тогда часть

бесклановцев

решила разбогатеть на молодом и неопытном амане. Кираму

похитили

, как тебя сегодня, поставили условие возвращения. Я должен был переписать часть активов клана на подставного человека и передать данные, которые бы в перспективе позволили озолотиться на межпланетном рынке ценных бумаг. Правда, для клана это был бы существенный экономический и репутационный урон.

— Ты отказался, — она не спрашивала, просто констатировала.

— Да, я глава клана и не мог его

подвести

. Был уверен, что спасу Кираму. И если бы нашёл её на день раньше, то всё бы получилось. Но похитители узнали, что их план провалился. В моём окружении завелась крыса и передала информацию отщепенцам. Прежде чем уйти в горы, похитители убили её… после того как закончили издевательства.

Рора шумно сглотнула. Она понимала, КАК может издеваться толпа мужчин над беззащитной девушкой, срывая на ней злость за свою неудачу, и что мог увидеть Мавир, когда нашёл тело своей невесты.

— Ты нашёл их? — глухо спросила Рора.

— Нашёл, — зло усмехнулся Мавир. — И поверь, я лично сделал так, что их смерть была мучительной. Они ссали под себя и молили о том, чтобы это закончилось.

Рора передёрнула плечами. Возможно, именно тогда Мавир стал таким, каким она его знала. Жестоким, беспощадным, опасным. Можно ли было его в этом винить, учитывая среду, где он рос, и те события, что происходили в его жизни? Рора не знала ответа на этот вопрос.

— Это ужасно… то, что случилось с твоей невестой.

Рора могла бы добавить, что он не виноват, но это была неправда. Частично череда неверных решений и промедлений привела бедную девушку к смерти. И Мавир сам это знал.

— Тогда я не смог быстро выйти на похитителей, но сейчас я знаю заказчика. На днях мне снился варкал… в мифах он считается проводником судьбы, неизбежности и разрушений. Амакуд надеялся остаться в тени, но нападение на мать моего ребёнка и гибель сотрудников больницы означают лишь одну неизбежность. Объявление войны.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 29

Глава 29

29.1

Война. Это слово эхом пронеслось в голове Роры. На Смирте уже много веков не шли войны, хотя она и знала, что в некоторых уголках галактики вооружённые столкновения ещё случались. Как правило, это были не слишком развитые цивилизации. Ведь у развитых и оружие соответствующее. А Инкар был развитой планетой. Война — это всегда большое количество смертей, и Рора не желала такой участи кланам.

— Вы же просто уничтожите друг друга, — прошептала Рора.

Мавир серьёзно посмотрел ей в глаза.

— Не я сделал первый шаг. Напали на моих людей на моей территории. И люди погибли. Ты была похищена. Это Инкар. Здесь правит сила, слабый аман — это смерть всего клана. Я уничтожу эту тварь. И не буду скрывать, сделаю это с огромным удовольствием лично.

Рора вздрогнула — столько ярости было в глазах Мавира. Он прикрыл на секунду веки, а когда вновь посмотрел на Рору, там был лишь лютый холод.

— Поднимайся в спальню и отдохни. У меня много дел. Вокруг охрана, никто больше не подойдёт к тебе. Ты в безопасности.

Он встал, напоследок бросил взгляд на неё, задержавшись на животе, и, не прощаясь, вышел.

Рора тяжело вздохнула, но послушно встала и пошла наверх. Она очень хотела спать спокойным, глубоким сном. Впереди неизвестность. Мавир не отступит. Девушка достаточно хорошо изучила его — этот мужчина просто не умеет отступать, он будет рвать всех, кто стоит на его пути, тех, кто осмелился пойти против. Мавир безжалостен к врагам и беспощаден к слабостям даже своих людей. Правда, есть и тут исключения: он не уничтожил её и даёт шанс Гаролу, если помощник выживет.

Рора была уверена, что выживет. Правда, такое неожиданное и откровенно странное решение Мавира в отношении помощника и своей жены (получается, бывшей?) не желало укладываться в голове. С другой стороны, пусть они будут счастливы.

В её комнате было чисто и убрано, ничего не напоминало о погроме, который оставил после себя аман, когда Рора сообщила ему о беременности. Правда, часть мебели оказалась новой — старую Мавир ломал с особым ожесточением. Да, этот ребёнок полностью поменял планы амана и её тоже. Но он уже был, и родителями этому ребёнку стали два самых неподходящих друг другу человека. Впереди роды, первые месяцы жизни, первые слова, шаги… как они будут друг с другом договариваться? Учитывая, что Мавир умеет только давить. О том, что грядёт война, Рора старалась сегодня не думать.

С тяжёлой головой девушка легла в мягкую кровать и блаженно выдохнула. Ей требовались тишина и покой. Сон подарил такой необходимый отдых телу и разуму.

Следующие несколько дней она провела в окружении охраны. Мавир не приходил, Роре ничего не говорили, только напряжение скапливалось в воздухе всё больше, а охранники с каждым днём становились всё более мрачными. Казалось, само пространство вокруг звенит. Даже нарвалы вели себя беспокойно, с особым рвением патрулируя территорию особняка.

Лишь краткое общение с доктором, которая проверяла здоровье Роры каждый день, давало небольшую передышку от муторного ожидания хоть каких-то новостей.

Дорогие читатели, мы с вами выходим на финишную прямую непростой истории Роры и Мавира. Осталось совсем немного. Готовы к финалу? Погнали!)

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

29.2

29.2

Тревога передалась Роре. Она не знала, начались ли вооружённые столкновения, есть ли ещё погибшие, где находится Мавир и что с ним.

Рора в очередной раз вышла в сад, подышать, успокоиться, и заметила яркую вспышку в небе. Она не успела ничего понять, как охрана тут же засуетилась и завела её в дом.

Она замерла посреди гостиной, но ничего не происходило. Всполох в небе был в стороне от особняка, и никакого звука, похожего на взрыв, тоже не последовало. Но это почему-то не успокаивало. Охрана не зря переполошилась. Они понимают, что это такое.

Рора до боли закусила губу и прикрыла руками живот. Насколько она тут в безопасности? Мавир говорил, что ей ничего не угрожает, но так ли это?

Девушка рывком выцепила мимо спешащего охранника.

— Что происходит? — требовательно посмотрела она в глаза человеку.

Мужчина немного стушевался от такого напора хрупкой женщины, но всё-таки ответил:

— Всё в порядке. Вам не о чем беспокоиться. Система охраны дома работает безупречно.

— Но что это было в небе? — продолжила она настаивать.

— Рора, отпусти человека. Он не уполномочен с тобой общаться, — послышался хриплый голос со стороны.

Она развернулась и с удивлением обнаружила стоящего у двери Гарола.

Он выглядел плохо, весь осунулся, щёки впали, казалось, его немного пошатывало, хотя видимых ран или гематом заметно не было. Но, учитывая, какие чудеса творят медицинские капсулы, если он и после неё выглядел настолько неважно и не восстановился до конца, значит, жизнь действительно висела на волоске. Разве что этот холодный, пронизывающий взгляд нисколько не изменился.

Рора нахмурилась и хотела подойти, как заметила, что из-за спины помощника амана робко выглядывает молоденькая симпатичная девушка. Заметив интерес, она смутилась и снова отступила за спину Гарола. Рора как-то сразу поняла, что это нежное создание и есть неудавшаяся жена Мавира. И что самое удивительное, девушка воспринимала Гарола как защитника и, кажется, совсем не переживала о случившейся замене.

Рора с громким выдохом села на диван.

— Я рада, что ты жив, — призналась она. И перевела взгляд на выглядывающую девушку. — Киара, я так понимаю?

Она молча кивнула, и Гарол ответил за неё:

— Моя жена.

— Даже так. Быстро. Поздравляю, — довольно сухо ответила она, настроения расшаркиваться не было совершенно. — Ну что, объяснишь, что происходит? — без особой надежды спросила она.

— Аман сам объяснит.

— Что-то я тут Мавира не вижу, — фыркнула Рора, а Киара от её бесцеремонного отношения к аману немного побледнела.

«Что за нежный цветочек», — мысленно закатила Рора глаза. Хорошо, что Мавир в итоге не стал её супругом, сломал бы девочку. Оставалось надеяться, что Гарол, несмотря на свой специфический характер, окажется хорошим и надёжным мужем.

— Скоро увидишь. Оденься удобней и возьми сменную одежду. Ты уезжаешь в другое место.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

29.3

29.3

На языке крутилась сотня вопросов, но сейчас Гарол всё равно на них не ответил бы. Она оказалась права — действительно, что-то произошло. Возможно, Мавир пострадал? От этих мыслей стало нехорошо.

Рора поднялась и молча пошла переодеваться. Оделась максимально комфортно — в костюм из наноматериала, который Мавир несколько дней назад передал через охрану. Крайне дорогая и редкая вещь. Такой костюм мог менять цвет, текстуру и оптические свойства за счёт наноразмерных отражателей. Обладал возможностью «затягиваться» по фигуре (что было актуально в преддверии второго и третьего триместров беременности), формировал охлаждающие и обогревающие каналы, регулируя температуру, а при повреждении наноструктуры материала «перестраивались», заполняя пробелы. В общем, не было лучше одежды для сомнительного путешествия в неизвестность.

Сбор вещей тоже не занял много времени. В небольшую сумку Рора сложила несколько комплектов сменного белья, ещё один спортивный костюм уже из обычного материала и средства личной гигиены.

Гарол одобрительно посмотрел на Рору, когда девушка спустилась вниз, — скорее всего, оценив скорость, с которой она собралась.

Машина, которую подогнали ко входу, относилась к категории условно гражданских. Рора читала о данной разработке, когда готовила материалы послу для переговоров с планетой Заруализ, где вооружённые столкновения происходят регулярно. Помимо стандартной бронезащиты, данная модель обладала возможностью активной маскировки и адаптации.

Видимо, передвигаться по Королу на обычном транспорте стало небезопасно…

Рора настороженно села в автомобиль и прижала к себе поближе сумку. Гарол только хмыкнул на это её действие.

Первое, что заметила Рора, когда они заехали в город, — это практически полное отсутствие людей на улицах. При этом никаких заметных повреждений зданий не было. Но улицы оказались пугающе пустынны. Такая противоестественная картина заставила Рору закусить внутреннюю сторону щеки, чтобы банально не расплакаться.

— Много людей погибло? — тихо спросила она.

Гарол удивлённо посмотрел на неё.

— Среди гражданских потерь нет, — с небольшой заминкой ответил он.

Рора заметила оговорку про «гражданских», но уточнять не стала. На душе стало чуть легче. Да, не узнать о потерях среди военных было трусостью, как будто зажмуриваться в темноте в надежде, что если не видишь монстра, то его нет. Но так было легче.

— Тогда где все?

— Объявлена тревога, люди прячутся в помещениях. Там безопасней. Но наша внешняя клановая защита периметра почти со стопроцентной вероятностью отразит любой удар, — уверенно и спокойно ответил Гарол.

— Почти? — выцепила Рора главное.

— Поэтому и тревога, — как само собой разумеющееся, сказал он.

— Где же Мавир?

— Я везу тебя к нему.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

29.4

29.4

Рора чувствовала, как будто внутри натягивается невидимая струна. Она уже звенит от напряжения и вот-вот готова лопнуть, оставив после себя жгучую боль.

Беременность сильно сказалась на эмоциональном фоне, и несколько слезинок всё-таки скатилось из глаз. Мир вокруг так сильно изменился с того момента, как она сошла на эту планету, или это она изменилась? А Инкар всегда был жестоким и суровым, и эта война… что сейчас происходит за горизонтом? Сколько боли и страха испытывают те, кто по своему долгу сражаются и гибнут. Аманы не смогли договориться, усмирить амбиции… и теперь разменивают свои интересы за счёт людей клана. Рора не росла здесь, не прониклась менталитетом, и, по правде говоря, не знает и десятой доли тех причин, что стоят за этой войной. Нападение на неё лишь одна из многих, однако именно похищение стало последней каплей и главным поводом. От этого струна натягивается до критического состояния.

— Почти приехали, — вторгся в её процесс самобичевания голос Гарола.

Рора выглянула в окно и с удивлением обнаружила, что автомобиль приближается к космопорту.

Она уже думала, что заедут на его территорию, но нет — свернули на один из отворотов, однако далеко не уехали. Ещё минут через десять быстрой езды показались высокие ворота, которые разъехались в стороны при их появлении.

Внутри территории оказалось большое количество военных машин, какие-то контейнеры перемещал грузовой транспорт, люди с оружием (похожим на плазменное, только какой-то неизвестной ей разработки) патрулировали территорию, но главное — посреди всего этого хаоса возвышалось несколько межпланетных кораблей. По сравнению с тем, на котором она прилетела, эти два были крошечными, но даже при таком условно скромном размере занимали огромную площадь. Ведь чтобы иметь мощности перемещаться на такие немыслимо далёкие расстояния, нужны соответствующие двигатели. Пожалуй, иметь в своём распоряжении подобные корабли мог только клан, добывающий делтар.

Рора заворожённо смотрела, как они подъезжают к этому чуду инженерной мысли, и сердце билось всё чаще.

То, что это военная база, Рора поняла, а вот зачем её сюда привезли — нет.

Машина подъехала на максимально близкое расстояние к кораблю, и стало видно, как у открытого трапа стоит массивная мужская фигура… Тень падала на лицо человека, но Рора знала, кто её ждёт. Сердце сжалось от непонятной тоски, а ладонь в привычном жесте легла живот.

— Приехали, — хрипло произнёс Гарол. — Выходи.

— Это же Мавир стоит, — выдохнула она.

— Я обещал тебя привезти к аману, — усмехнулся помощник.

Рора кивнула, но по какой-то причине не торопилась покинуть салон автомобиля. Может быть, было страшно идти на встречу неизвестности.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

29.5

29.5

— Не испытывай его терпение. Не сегодня, не сейчас, — с какой-то усталостью сказал Гарол. — Всё, иди.

Рора закусила губу и аккуратно вышла из машины. На секунду она замешкала, наблюдая, как Гарол достаёт небольшую сумку — ту самую, что она собрала сегодня, — а потом решительно тряхнула головой и пошла к стоящему в нескольких м

етрах Мавиру.

Рора не контролировала свою реакцию, жадно всматриваясь в мужчину. Они не виделись около недели, но казалось, что за это небольшое количество времени черты лица амана заострились, а взгляд стал жёстче. Под глазами мужчины залегли тени, морщины стали более глубокими, показывая, что даже Мавир не железный и происходящее не даётся ему легко. Но вряд ли в целом мире нашёлся бы человек, который даже сейчас мог назвать его слабым.

Защитный камуфляжный костюм с усиленным неорганическим наноматериалом, надетый на амана, подчёркивал ширину его плеч и тренированное тело. Бушующие в теле гормоны одобрительно покосились на Мавира, но Рора их быстро усмирила.

Он не шевелился, не сделал ни шагу навстречу, просто ждал и смотрел. Жёстко, бескомпромиссно, а в глубине глаз… сколько эмоций. Других. Совсем других. Она научилась их видеть. Правда, сейчас уже слишком поздно.

— Привет, — глухо сказала она, когда аман оказался на расстоянии вытянутой руки. Ей пришлось запрокинуть голову вверх, чтобы посмотреть ему в лицо. — Ты хотел меня видеть?

Аман молча продолжал смотреть на неё, и весь мир вокруг, вся суета и шум словно схлопнулись, оставляя их наедине в этом небольшом островке между двух стоящих напротив друг друга людей.

— Да, хотел увидеть, — спустя бесконечные секунды ответил аман и неожиданно мягко притянул её к себе, прижимаясь губами к её макушке. Рора замерла. Она уткнулась носом в мерно вздымающуюся грудь Мавира и боялась пошевелиться. От этого хрупкого мгновения нежности перехватило дыхание, а в горле встал ком, грозя перерасти в полноценные слёзы.

«Чёртовы гормоны», — мысленно поругала она себя за неуместную сентиментальность. Нашла где и с кем проявлять лишние эмоции.

Мавир же продолжал невесомо касаться губами волос Роры и вдыхать её аромат, как будто хотел задержать этот момент, запомнить его.

Немного отстранившись, аман положил руку ей на живот и, прикрыв глаза, сделал глубокий вдох, после чего отшагнул назад и снова посмотрел ей в глаза, разрывая объятия.

Теперь ни в позе, ни во взгляде не осталось и следа от промелькнувшей слабости. Перед ней снова стоял всё тот же суровый аман, и пусть отголоски звериной боли пробивались слабым отблеском, это уже ничего не могло изменить. Рора всё поняла.

— Ты улетаешь, — подтвердил он её мысли.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 30

Глава 30

30.1

Мавир

Он знал, что ситуация сложится непростая, но не отдавал себе до конца отчёта, насколько глубоко Амакуд протянул свои щупальца в его клане.

Мавир толком не спал, вычищая предателей из своих рядов. К большому сожалению, за сладкие обещания и большие деньги продалось больше народу, чем он предполагал. В основном это были люди, занимающие должности руководителей среднего звена в различных сферах. Такие очаги плесени, которые были небольшими, почти незаметными глазу, но умудрялись портить всё вокруг. Гадя по мелочи, но вполне ощутимо.

При этом начались военные столкновения на границе территорий. Было проведено несколько диверсионных операций на территории клана Мирана. А это значило человеческие потери. Ежедневные.

Ни один из аманов не использовал оружие с нанонаполнителем, во избежание губительного воздействия для всех жителей планеты, включая женщин и детей, но не ограничивали своих бойцов в других типах вооружения, что приводило к почти стопроцентной гибели в случае попадания.

Ни у Мавира, ни у Амакуда не было союзников, остальные кланы заняли нейтралитет, наблюдая за разворачивающимися событиями и надеясь, что их кланов война не заденет, что она не станет распространяться как заразный вирус, захватывая всё новые территории и собирая свою кровавую жатву. В то же время остальные кланы стали сдерживающим фактором для Амакуда: эта тварь боялась применять оружие массового поражения, но не по причине моральных воззрений — он бы пустил в расход и простых жителей чужого (а может быть, и своего) клана, если бы это гарантировало победу, но тогда остальные кланы могли объединиться и уничтожить Миран. Есть законы войны, и они должны быть соблюдены.

Клан Корола не роптал на своего амана, зная, что была нарушена неприкосновенность гражданских, погибли люди в больнице, и Мавир был в своём праве, объявляя войну. А воины клана исполняли свой долг, даже ценой собственной жизни. Но, получая вечером доклад о потерях, Мавир скрипел зубами, потому что не получалось быстро выдавить Амакуда из его логова, куда он заполз, боясь за свою драгоценную шкуру. Но и Корол попадал под точечные удары противника. Защита пока держалась, и всё-таки первые прорывы уже случались. Пока пострадали несколько военных объектов, но попытки пробиться вглубь территории Корола продолжались.

Мавир ночевал на базе: во-первых, так получалось оперативней реагировать на обстановку, а во-вторых, близость Роры делала его уязвимым.

Рядом с этой женщиной его приоритеты сужались до её безопасности, а надо было думать масштабней, не отвлекаться, не давать себе шанса на слабость.

Три дня назад Мавиру донесли, что была схвачена группа диверсантов рядом с особняком. Они планировали взорвать его, убить всех, кто находился в доме. На этот раз охрана смогла предотвратить гибель его женщины и ребёнка. А Мавир своей рукой застрелил врагов, предварительно выбив всю информацию. Мог использовать сыворотку, но предпочёл более старый метод, позволив своей ярости выплеснуться на врагов.

Главное, что понял Мавир, — Амакуд не остановится. Он нашёл его слабость, и он сделает всё, чтобы устранить Рору. Но даже смерть была бы лучшим исходом по сравнению с тем, что эта тварь может сделать, если Рора окажется у него в руках.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

30.2

30.2

Один из тех диверсантов, которых допрашивал Мавир, служил в личной охране Амакуда, и он краем уха слышал, что говорил его аман про Рору — «сучку Мавира». От этих планов даже у много повидавшего в жизни Мавира волосы встали дыбом.

Мавир держался. Он знал, что его дом сейчас — самая защищённая точка на Инкаре, и… не мог успокоиться. Тревога сжимала его каменное сердце. Делала живым и уязвимым.

Ребёнок… его ребёнок должен родиться. Но опасность становилась всё ближе, аман ощущал своим звериным чутьём, что враги сделают всё, чтобы уничтожить Рору, особенно теперь, когда идёт война, когда она носит под сердцем его дитя.

Он говорил, фактически угрожал, что не отпустит её. Что сын или дочь будет расти с ним. Мавир был готов разорвать любого, но всегда оставался шанс, что просто не успеет это сделать, что опоздает. И тогда умрёт сам. Его оболочка будет мстить, но месть никогда никого не возвращала с того света.

Мавир прекрасно понимал, что у них с Ророй — туманное будущее. Он не тешил себя надеждой, что она любит его или когда-нибудь в будущем полюбит. Рора осталась на Инкаре против своей воли, жила в его доме по решению амана. Птичка только и ждала случая, чтобы упорхнуть. Он с каждым днём, пока эта женщина была на планете, погружался в омут разрушающих эмоций всё глубже, она же только пыталась выжить. Даже беременность ничего не изменила в её отношении к Мавиру. Аман же окончательно сдался своим чувствам и был готов бороться до конца за то, что в будущем считал семьёй. Война внесла свои коррективы.

Внутри всё тлело. Надо было сделать выбор. Эгоистично оставить Рору рядом и всегда ждать удара, пока жив хоть один его враг, или дать ей возможность быть далеко от него? Но в безопасности.

Казалось бы, ответ очевиден. Но аман всегда брал своё и никогда не отдавал. Он тянул с решением. Надеялся, что скоро будет переломный момент. Головой понимал, что война не закончится за такой короткий срок, но эгоистичная сволочь внутри отговаривала, просила ждать. Не отпускать свою женщину.

Мавир ждал, но на всякий случай необходимые приказы отдал Гаролу. Этого живучего гада было не так-то просто убить.

Всё изменилось утром. Пришёл сигнал, что один дальнобойный снаряд прорвался через границу и был сбит уже на подлёте к особняку. Совсем близко.

Аман узнал об этом уже постфактум, через несколько минут после происшествия, прямо на очередном совещании. Его бросило в холодный пот. Если бы снаряд попал в дом, то Рора была бы уже мертва, и сейчас ему сообщали о её гибели.

Амакуд будет и дальше стараться пробить защиту. И возможно, рано или поздно у него получится.

Он обещал Роре защиту. И единственный способ ей эту защиту обеспечить — отправить с планеты подальше.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

30.3

30.3

Мавир стоял на ветру, неотрывно наблюдая, как подъезжает знакомая машина и из неё выходит Рора. Глаза отслеживали каждое её движение, каждый поворот головы.

Вот она всматривается в его лицо и чуть заметно хмурит брови. Движения нервные, и Рора пытается успокоиться, положив ладонь на живот. Он всё такой же плоский, и Мавиру с трудом верится, что внутри живёт его ребёнок. А ведь он так и не узнал, будет у них мальчик или девочка.

Мавир не шёл навстречу, просто ловя эти мгновения, запечатлевая в памяти свою женщину.

Конечно, он вернёт её назад. Обязательно вернёт, когда всё закончится. Даже если она будет против, потому что аман не изменится. Если понадобится, он снова заставит быть рядом. Потому что не может иначе и не хочет. Как мужчине оставить своего ребёнка? Но сколько пройдёт времени до этого момента… неизвестно.

Рора подошла ближе, и в который раз Мавир поразился её красоте и силе. Такая женщина станет достойной матерью для его ребёнка. И достойной женой.

— Привет. Ты хотел меня видеть? — тихо спросила она. И не было в её словах вызова, к которому Мавир уже привык. Она выглядела уставшей.

— Да, хотел увидеть, — ответил он, вкладывая в эти слова гораздо больше смысла.

Руки сами потянулись к ней. Когда же она оказалась в объятиях, аман понял, что всё делает правильно. Сейчас главное — их безопасность. А свои собственнические инстинкты Мавир усмирит… на время.

Мягкий, сладкий запах девушки защекотал ноздри, и аман глубоко вдохнул этот неповторимый аромат, позволяя ему заполнять лёгкие и пронизывать каждую частицу своего тела.

Она была такая маленькая, хрупкая, но при этом несломленная. Он превратил её жизнь в ад, а она дала его жизни смысл. Такой неравноценный обмен. Мавир понимал всё, но никогда не был принцем из сказки, скорее чудовищем, которым пугают детей. И только хрупкая принцесса не боялась бросить ему вызов.

Его губы коснулись волос Роры.

«Пора», — мысленно запустил таймер отлёта Мавир.

Он отстранился, пряча все эмоции под непроницаемой маской. Только вот не удержался, провёл рукой по её животу. Последняя слабость.

Рора смотрела на него, немного растерянно, пока в глазах не мелькнуло понимание. Она перевела взгляд на корабль за его спиной.

— Ты улетаешь, — подтвердил он её мысли.

Она закусила губу и нахмурилась. Вся её поза выражала сомнение.

— Отпускаешь? — недоверчиво наклонила она голову.

— Это не свобода от меня, — жёстко усмехнулся Мавир, становясь снова тем непробиваемым аманом, которого Рора знала, — просто отсрочка. На время.

Она опустила взгляд, пряча то, что Мавир мог увидеть. А потом посмотрела на него спокойно, уверенно.

— Ты ведь знаешь, я сделаю всё, чтобы освободиться от тебя.

Её слова обожгли кипятком, но он лишь усмехнулся.

— Знаю. Так даже интересней.

Рора фыркнула и с гордо поднятой головой прошла мимо него на трап. Она больше не смотрела на Мавира, а ему вдруг с какой-то собачьей тоской захотелось увидеть её лицо ещё раз. Как будто это их последняя встреча. Тоска сжала сердце, а руки пришлось убрать за спину, чтобы удержать себя на месте.

— Рора, — окрикнул он её, и девушка замерла. Мавир видел, как напряглась её спина, думал, что проигнорирует, но нет. Рора повернулась к нему. — Береги ребёнка.

— Обещаю, — твёрдо ответила она и, больше не задерживаясь, скрылась в нутре корабля.

Мавир стоял и смотрел, как корабль готовится к взлёту, а на его борту одна своенравная чужачка увозила с собой часть его каменного сердца.

Не желая больше ощущать это бессилие и наблюдать за отлётом, аман сел в автомобиль к Гаролу. Помощник молчал. Кажется, он понимал слишком много.

— Поехали, — велел аман, и автомобиль начал движение.

Через несколько секунд в машине раздался оглушающий звук взрыва, резкий жар, вспышка боли и темнота.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

30.4

30.4

Рора сидела в роскошной каюте, не веря, что сейчас улетит с Инкара. Она испытывала непередаваемый коктейль из эмоций, которые откровенно противоречили друг другу.

Рора знала, что они с Мавиром никогда не стали бы нормальной парой. Он принудил быть с ним, подкупил посла, сделал документы, согласно которым она умерла, запер в доме, подвергал опасности… спасал, заботился… угрожал, бросал… не отпускал. И любил? Пусть не говорил. Никогда. Но это же очевидно, разве нет? Только чувства эти больные… и любовь его специфическая. Ненужная ей. Но всё-таки, пережив столько рядом с мужчиной, можно ли остаться равнодушной? Нет, Рора испытала к нему невероятно широкий спектр эмоций. Большинство — негативные, но когда она поняла, что он отправляет её подальше с планеты, испытала мимолётное ощущение… обиды. Почти незаметное, пролетевшее вспышкой. Говорил же, что не отпустит… Отпустил. И это хорошо.

— Так правильно, так всем будет лучше, — прошептала она чуть слышно.

Рора поняла, что даже не уточнила, куда она полетит. Ей как будто было без разницы. Лишь бы подальше и в безопасности.

На борту её встретил мужчина в форме, скорее всего, капитан, провёл до каюты. Рора ничего не спрашивала, не спросила, как его зовут. Слишком ошарашенная и растерянная происходящим.

Тяжело вздохнув, она подошла к экрану внешней видимости и активировала панель, которая, являясь дисплеем сверхвысокого разрешения, проецировала изображение с внешних камер в реальном времени.

Мавир стоял относительно недалеко от корабля, она могла видеть его — монументального и сурового. Как вся эта планета.

В груди появилось непривычное чувство жжения, опасности. В попытке справиться с этими эмоциями, Рора сделала несколько глубоких, медленных вдохов и выдохов. Но это не помогло. Тревога никуда не уходила, а лишь нарастала, принося всё больше дискомфорта.

Лёгкий, едва заметный гул дал понять, что корабль начал подготовку к взлёту. Кораблю не требовался разбег, он поднимался вертикально, но в целях безопасности пространство вокруг всегда освобождалось.

Вот и Мавир отошёл, Рора больше не могла разглядеть его лица.

Гул усилился, корабль как будто ожил после спячки и сбрасывал с себя остатки сонливости.

Первые метры корабль всегда поднимался медленно, все внутренние системы ещё раз проходили диагностику и проверку уже в движении. Чаще всего пассажиры вообще не понимают, что оторвались от земли. Но Рора стояла у панели и видела всё.

Мавир рукой махнул в сторону, и тут же к нему подъехала машина, в которой сидел Гарол.

«Даже не дождался, пока улечу», — снова подняла голову иррациональная обида.

Расстояние до земли начало увеличиваться, а Рора неотрывно смотрела на уезжающую машину, пока её не поглотила вспышка взрыва, а потом огонь.

— Нет… Нет! Остановитесь! Слышите!!!

Рора кричала, пыталась попасть в рубку капитана. Чтобы вернулись, чтобы что? Помочь? Спасти?

Немногочисленные члены экипажа раз за разом объясняли ей, что корабль набрал скорость, вышел из экзосферы. Сейчас сесть не получится. Это невозможно по конструктивным особенностям корабля.

Позже капитан вышел лично, оставив управление на второго пилота. Убеждал, что у них маршрут и задание. Всё оплачено, и они довезут Рору до места назначения.

Она верила, чувствовала, что ей ничего не угрожает. Корабль прибудет в безопасное место. Она будет свободна. Она уже свободна. Ведь Мавира… больше нет?

И только горькие слёзы, которые почему-то не давали дышать, продолжали стекать по бледным щекам.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Эпилог

Эпилог

Рора плохо запомнила полёт. Всё прошло как в тумане, она много спала, давление скакало, пришлось несколько раз ложиться в медицинскую капсулу.

Ей сообщили, что конечная точка маршрута — её родная планета Смирт. Она не понимала, как будет там жить, ведь по документам помощница посла погибла во время командировки на Инкаре. Хотя, откровенно говоря, ей было плевать. Напала апатия. В тот же день к ней на корабле подошёл мужчина, которого, как выяснилось, проинструктировали и передали все документы и информацию по её дальнейшей жизни на Смирте.

Мужчина (имя Рора даже не старалась запомнить) сначала пытался всё подробно объяснить, но, видя полную безучастность девушки, оставил её в покое до конца полёта.

Рора же продолжала вспоминать всё, что с ней произошло. И плохое, и хорошее… последнего было мало, но, оказывается, было. Вся её история на Инкаре больше походила на затяжной сон в горячечном бреду, чем на правду. Иногда ей казалось, что она просто сошла с ума и всё ей привиделось. Но, конечно, беременность и этот корабль, который нёс её сквозь тёмную материю необъятного космоса, не давали шанса забыться.

Сделав первый шаг на родной планете, куда она так стремилась, Рора ощутила опустошение. Вокруг сновали люди внутри огромного космопорта, мелькали многоуровневые шоссе с потоком машин, высотки пробивали облака, уходя далеко вверх. Всё шло своим чередом, никто и не заметил, как одна беременная девушка вернулась домой.

В этот же день приставленный к ней мужчина всё объяснил ещё раз, передал документы и счета, организовал транспорт до нового жилища. Сделал свою работу доконца, несмотря на то, что амана уже нет.

Как ни удивительно, но Роре вернули её личность. В Департамент с Инкара была отправлена информация о бюрократической ошибке, в результате которой вышло недоразумение, и бывший сотрудник (потому что ставка давно занята) благополучно вернулся обратно.

По мнению Роры, всё было шито белыми нитками, но, видимо, руководство планеты слишком дорожило соглашением с Инкаром и поставками делтара, так что предпочло сделать вид, что всё нормально, и лишних вопросов задавать не стали. И даже странная смерть посла Хуго в автомобильной аварии пару месяцев назад их не смутила. А Рора не почувствовала ничего от этой новости — ни жалости, ни злорадства.

Конечно, на работу её не взяли, да она и не стремилась, сосредоточившись на беременности. Ведь в деньгах Рора совсем не нуждалась.

Её новая квартира была шикарной, большой и при этом уютной, в жилищном комплексе в западной части планеты, с самым высоким уровнем экологии и несколькими парками. Обставленная со вкусом, но не броско, светлая, современная, она сразу же оценила, как удобно в ней будет с ребёнком. Их с Мавиром сыном. Теперь пол уже был известен. И она не могла не думать, как бы аман отреагировал на эту новость.

Рору бросало из крайности в крайность. То она принимала решение всё забыть, больше не думать, не вспоминать, просто вычеркнуть, то пыталась найти через коммуникатор хоть какую-то информацию о том, что происходит на Инкаре. Новости про Мавира… Но ничего не было. Инкар всегда был обособленной планетой, закрытой, и сейчас почти никаких новостей не просачивалось в сеть по поводу ведущегося военного конфликта между кланами. А если что-то и появлялось, то тут же исчезало.

Рору то мучили кошмары, то эротические сны с отцом ребёнка в главной роли — гормоны шалили. Однажды ей приснился сон: перед окном спиной стоит аман, а потом разворачивается, улыбается ей открыто, светло, как будто счастлив — так, как никогда не улыбался в жизни, а на его руках спит годовалый мальчик с тёмными волосами и доверчиво прижимается к отцу. В то утро Рора проснулась с колотящимся сердцем, а подушка была мокрая от слёз.

Постепенно жизнь устаканилась, эмоции немного притупились, уже не разрывая на части. Беременность протекала хорошо, проблем с давлением больше не было. Рора даже начала общаться с одной из соседок — так у неё появилась первая в жизни подруга. Та не лезла к ней в душу, не спрашивала про отца ребёнка, видя, что это непростая тема, и Рора была ей благодарна за это.

Она стала чувствовать себя… свободной. Рора жила, как хотела, делала, что считала нужным, и больше не было потребности убиваться на нелюбимой работе, ведь денег с лихвой хватало ей до конца жизни, и сыну с внуками останется.

Девушка решила, что позже найдёт себе занятие по душе. Когда малыш станет постарше. Ей вдруг больше не надо было быть сильной. Можно было просто… жить.

Сын родился летом. Она назвала его Виром. Крепкий, спокойный и такой красивый мальчик. Её сокровище. Он много спал, хорошо кушал, редко капризничал и был так похож на своего отца. Те же глаза, те же волосы. Только Рора очень надеялась, что в отличие от Мавира его сын будет счастливым. Вдали от жестокости, от власти, клановой борьбы.

Как ни крути, но Мавир оставил после себя не только боль и страх, но и прекрасного ребёнка, который стал для Роры семьёй. Её сердце освобождалось от обиды и ненависти к аману. Всё чаще в памяти всплывали не их ссоры, а как он нежно обнимал её, когда прощался. Больше Рора не искала новостей. Она всё отпустила.

***

Виру через неделю должно было исполниться год. Сын заснул в прогулочной коляске, пока они гуляли в парке. Народу было немного — будний день, почти все люди работали. Дорожка уходила вбок от центральной аллеи к небольшому пруду — любимому месту Роры. Она задумчиво смотрела под ноги, пока коляска катилась на антигравитационной подушке сбоку, и прикидывала, как лучше справить первый день рождения Вира.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Рора резко почувствовала, что больше не одна.

На берегу озера замерла мужская фигура. Высокий, коротко стриженный мужчина с седыми висками, худощавой фигурой и пронзительным взглядом.

Он смотрел на них, не отрывая глаз от девушки с ребёнком. Только напряжённые плечи давали понять, что он не так спокоен, как кажется.

Рора сбилась с шагу, до рези в глазах всматриваясь в острые, осунувшиеся черты лица. Сердце ухнуло, а ладони резко вспотели.

Она перевела взгляд на мирно спящего сына, а потом снова на стоящего в нескольких шагах мужчину с заметными рубцами на правой стороне лица и шеи.

— Здравствуй, Мавир…

Уважаемые читатели,

Уверена, после прочтения у многих останутся вопросы, и кто-то будет не согласен с финалом, но история Роры и Мавира заканчивается так же неоднозначно, как и начиналась. Они разные — слишком разные. И будет ли у них шанс на общее будущее? Может быть. Но главное — у них теперь есть выбор. И этот выбор остаётся за ними.

Спасибо вам.

Спасибо, что были с Ророй и Мавиром на этом непростом пути. Спасибо за ваше внимание к их непростым мыслям. Для автора нет большей награды, чем знать, что его персонажи заставили кого-то задуматься, почувствовать, поспорить с собой.

Конец