Жара. Анальные утехи. Тематика: Прогулка с анальной пробкой

Исследование нежности: Вечер с пробкой в попе

Утро было тихим и солнечным. Артём и Елена Викторовна сидели за маленьким кухонным столом, пили кофе, ели тосты с авокадо. Она в лёгком халатике, волосы собраны в небрежный пучок, он в футболке и шортах — обычное утро перед рабочим днём.

Артём вдруг отставил чашку, достал из кармана маленький бархатный чёрный чехол и положил его перед ней.

— Откройте, Елена Викторовна.

Она подняла брови, улыбнулась уголком губ, развязала шнурок. Внутри лежала красивая анальная пробка: хромированная, гладкая, с крупным лиловым кристаллом на основании, который переливался даже при утреннем свете.

— Артём... — тихо выдохнула она, щёки мгновенно порозовели. Пальцы коснулись холодного металла, провели по гладкой поверхности.

— Пожалуйста, порадуйте меня сегодня вечером, после работы, — сказал он спокойно, но глаза горели. — Хочу увидеть, как она будет блестеть между ваших сладких булочек, пока вы готовите ужин... или просто ходите по квартире.

Она молчала несколько секунд, глядя на игрушку. Потом подняла взгляд — в нём смешались смущение, нежность и уже заметное возбуждение.

— Я буду стараться, — ответила она тихо, голос чуть дрогнул. — Очень стараться.

Артём наклонился через стол, взял её руку, поцеловал запястье.

— Елена Викторовна... я хочу сегодня вечером максимально грубо. Хочу слышать от вас пошлые, грязные слова. Хочу, чтобы вы просили, умоляли, ругались. Можно?

Она сглотнула, щёки стали совсем алые, но глаза потемнели от желания.

— Можно, — прошептала она. — Очень даже можно.

Днём, пока Артём был на работе, Елена Викторовна сделала всё, чтобы подготовиться. Она начала с очищения — выпила Эзиклен, чувствуя, как раствор действует мягко, но тщательно, очищая кишечник от всего лишнего. Процесс был интимным, немного унизительным, но возбуждающим: она представляла, как вечером Артём войдёт в неё без сопротивления, как её тело будет полностью открыто для него. В ванной она промыла себя водой, ощущая лёгкость и чистоту внутри, кожа ануса стала гладкой, чувствительной. На кровати она подложила под задницу полотенце, и приподняла раздвинутые ноги. Потом она нанесла крем на пробку и на себя, нащупав жаждущую дырку — холодный металл коснулся колечка, и она медленно ввела её, чувствуя, как анус растягивается, обхватывает ствол. Пробка села плотно, кристалл блестел в зеркале, и она, стоя перед ним, ощутила прилив желания — внутри было полно, давление на стенки было приятным, лёгким, но постоянным.

Она не выдержала — легла на кровать, раздвинула ноги, её вагина уже намокла от мыслей. Одной рукой она начала тереть клитор — медленно, кругами, чувствуя, как он набухает под пальцами, смазка течёт по губам. Вторая ладонь гуляла по телу — по могучим грудям, сжимая их тяжесть, пощипывая соски, которые твердеющие, отзывались вспышками удовольствия. Ладонь скользнула по животу, по мягким складкам, ощущая тепло кожи, а пробка в попе добавляла полноты, каждое движение клитора отзывалось внутри. Анус сжимался, и откликался на металлический предмет. Чтобы кончить, она ввела два пальца свободной руки в своё влагалище — они скользнули легко, в теплую, влажную глубину, стенки сжались вокруг них, и она начала двигать ими, имитируя толчки, пока клитор тёрся под ладонью. Оргазм накрыл её мягко, тело содрогнулось, вагина пульсировала, а пробка усилила ощущения, сделав их глубже. Она лежала, тяжело дыша, чувствуя, как тело готово к вечеру.

Вечером, когда ключ повернулся в замке, она уже ждала.

Сиреневое кружевное бельё — полупрозрачный бюстгальтер, едва прикрывающий крупные соски, и трусики-стринги, которые почти ничего не скрывали. Лиловый кристалл блестел между ягодиц, когда она повернулась к нему спиной, слегка прогнувшись.

Артём замер в дверях.

— Вы подготовили свою жопу? — спросил он хрипло, голос уже изменился — стал ниже, грубее.

Она медленно повернулась, подошла ближе, её глаза блестели.

— Моя грязная дырка готова для тебя... — выдавила она, и в голосе смешались стыд и жгучее желание. — Весь день представляла, как ты меня растягиваешь...

Он шагнул к ней, схватил за волосы, не больно, но властно, притянул к себе.

— Покажите мне, — приказал он. — Нагнитесь. Раздвиньте сама.

Елена Викторовна покорно повернулась, упёрлась руками в кухонный стол, прогнулась, раздвинула ягодицы ладонями. Лиловый кристалл сверкнул, вокруг него кожа была гладкой, чуть розовой от возбуждения и подготовки.

— Смотри... она ждёт Вас... — прошептала она. — Хочу почувствовать, как ты входишь в меня...

Артём опустился на колени позади неё, провёл пальцами по краям пробки, потом медленно, с тяжёлым сопротивлением вытащил её. Анус раскрылся, розовый, блестящий от остатков крема, который она использовала днём. Он наклонился, вдохнул её запах — чистый, чуть мыльный, с лёгкой нотой возбуждения.

— Такая чистенькая... такая готовая... — пробормотал он, и его язык коснулся сморщенного колечка.

Елена Викторовна застонала, ноги задрожали.

— Да... лижи мою жопу... языком внутрь... пожалуйста...

Он лизал медленно, глубоко, проникая языком в анус, чувствуя, как мышцы расслабляются, поддаются. Её стоны становились громче, она сама раздвигала ягодицы сильнее, подаваясь навстречу.

— Тёма... глубже... трахай меня языком в зад... я хочу, чтобы ты меня вылизал всю...

Он вставил два пальца, смазанных кремом, медленно растягивая её, чувствуя, как горячие стенки обхватывают его пальцы, пульсируют. Она выгибалась, её дыхание сбивалось.

— Больше... ещё пальцев... растяни мою жопу... хочу больше...

Боль и возбуждение захлестывали ее. Он добавил третий палец, медленно двигая, наблюдая, как её анус раскрывается, становится мягким, податливым. Елена Викторовна стонала, её вагина текла, соки стекали по бёдрам, но он не касался ее.

— Тёма... я готова... возьми меня... выеби мою задницу... грубо, как шлюху...

Он встал, его член был твёрдым, покрытым венами, головка блестела от предэякулята. Поставил её рачком на кухонном столе, ноги на полу, попа высоко поднята. Растёр остатки смазки по стволу и медленно ввёл головку, чувствуя, как тугое кольцо ануса растягивается обхватывая его.

— Ох... большой... — простонала она. — Давай глубже... растяни меня...

Он вошёл до конца одним толчком, она вскрикнула, но тут же подалась назад.

— Раздолби ее! Еби... еби мою жопу... сильнее... хочу чувствовать твои яйца моею пиздой...

Артём двигался ритмично, глубоко, каждый толчок сопровождался влажными звуками, её анус плотно облегал его член, стенки пульсировали, массируя его. Он держал её за бёдра, иногда шлёпал по ягодицам, оставляя красные следы.

— Какая у вас тугая жопа... такая горячая, такая тугая... вы моя анальная шлюха сегодня, да?

— Да... я твоя грязная анальная шлюха... еби меня... заполни мою задницу спермой... хочу чувствовать, как ты кончаешь внутри...

Он ускорил темп, его движения стали резкими, глубокими, она кричала, подмахивала, её пальцы теребили клитор, вагина текла ручьём.

— Кончай... кончай в мою жопу... заливай меня... — просила она, голос срывался.

Артём кончил, его сперма хлынула внутрь, горячая, обильная, заполняя её. Она задрожала, её собственный оргазм накрыл её от ощущения заполненности, пальцы быстро теребили клитор, и она кончила, крича его имя.

Они стояли так, обнявшись, пока дыхание не выровнялось, а потом пошли в душ — мыться, целоваться и начинать всё сначала, уже снова быть полным нежности и ласки. Оставив внутренних животных до следующего раза.