Метка зверя. Его хрупкая пара. Глава Бдсм семейная пара

Глава 1.

Руслан

10 лет назад.

Особняк Станислава Воронова напоминал берлогу. Дорогую, элитную, напичканную антиквариатом, но все же берлогу. Массивные дубовые двери, тяжелые портьеры, запах старого дерева.

Тяжелый, густой дух хищника витал здесь повсюду.

Мне было двадцать два. Я был молод, амбициозен и уже носил статус Беты в восточном клане. Меня отправили к Воронову уладить кое-какие вопросы по границам территорий. Медведи народ сложный, замкнутый, но с ними можно иметь дело, если проявить уважение.

Стас встретил меня в своем кабинете. Огромный мужик с бородой, похожей на лопату, и взглядом, от которого обычные люди теряли дар речи.

- Проходи, Руслан, - прогудел он, не вставая из-за стола. - Рад, что прислали тебя. Ты пошустрее будешь, чем предыдущие посланники.

Мы обсуждали дела около часа. Я был собран, внимателен, но вдруг...

Мой нос уловил странный запах.

Он пробивался сквозь тяжелый дух медведя, сквозь ароматы дорогого табака и коньяка. Тонкий, едва уловимый шлейф.

Пахло чем-то сладким. Это был запах чистоты и невинности. И он был... человеческим. Но каким-то особенным.

Мой внутренний волк, который обычно дремал на деловых встречах, вдруг поднял голову и навострил уши. Он втянул воздух, и по моему позвоночнику пробежала странная дрожь. Не агрессия, не страх. Интерес.

- Что это? - спросил я, прерывая Стаса на полуслове.

- О чем ты? - нахмурился медведь.

- Запах. В доме пахнет... странно. Не тобой и не твоей охраной.

Воронов напрягся. Его массивная фигура словно стала еще больше, заполняя собой пространство. Инстинкт защиты.

- У меня в доме живет ребенок, Руслан. Это ее запах.

Я вспомнил. Слухи расходились быстро.

- Точно. Твой друг, человек... Он разбился с женой пару недель назад. Я слышал, ты забрал их дочь.

Стас кивнул, и в его глазах мелькнула боль. Медведи привязываются крепко, даже к людям.

- Да. Лика. Ей восемь лет. Она осталась совсем одна. Я обещал ее отцу, что присмотрю за ней, если что-то случится. Не думал, что это "если" наступит так скоро.

Восемь лет. Ребенок.

Я снова втянул носом воздух. Запах был слабым, доносился, вероятно, со второго этажа. Но он почему-то будоражил. Мой волк скребся внутри, требуя пойти и проверить источник. Это было иррационально. Я не очень любил детей, тем более человеческих.

- Где она сейчас? - спросил я, стараясь, чтобы голос звучал безразлично. - Можно взглянуть? Просто интересно, кого приютил медведь.

Взгляд Воронова стал тяжелым, как бетонная плита.

- Нет.

- Почему? Я не кусаюсь, Стас.

- Она не готова, Руслан. Девочка пережила ад. Она не разговаривает, почти не ест. Сидит в своей комнате и смотрит в стену. Ей не нужны гости. Тем более волки.

- Жаль, - я пожал плечами, делая вид, что мне все равно. - Дело твое. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Воспитывать человеческую девчонку в доме оборотня - та еще задачка.

- Справлюсь, - отрезал Стас. - Давай вернемся к делам.

Мы закончили разговор через полчаса. Я вышел из кабинета и направился к выходу.

Проходя мимо лестницы, ведущей на второй этаж, я замедлил шаг.

Запах стал сильнее.

Я замер, глядя наверх, в полумрак коридора. На секунду мне показалось, что я вижу маленькую тень у перил. Блеск испуганных глаз.

Мой волк внутри тихо заскулил.

«Там. Что-то важное», - шепнул инстинкт.

- Руслан? - голос Стаса за спиной прозвучал как предупреждение.

Я тряхнул головой, сбрасывая наваждение.

- Иду, - бросил я и вышел из дома.

Сев в машину, я глубоко вдохнул, пытаясь выгнать этот сладкий аромат из легких, нажал на газ, уезжая прочь.

Наши дни.

Десять лет пролетели как один пьяный, веселый угар.

Я был молодой, богатый, сильный. Мир лежал у моих ног, и я брал от него все.

Женщины? Их были сотни. Блондинки, брюнетки, рыжие. Люди, волчицы, кошки. Я менял их как перчатки, не запоминая имен. Зачем? Привязанность - это слабость. Любовь - это сказка для дураков.

Я жил одним днем. Драки, гонки, секс, алкоголь. Мне нравилась эта жизнь. Мне нравилась моя свобода.

И вот очередной вечер. Благотворительный прием, на который Арс притащил свою истинную Юлю. Все чинно, благородно, скучно до зубного скрежета.

Арс был занят - сверлил взглядом свою женщину и рычал на конкурентов.

А я... я скучал.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Скуку развеяла блондинка-администратор с ногами от ушей и взглядом хищницы.

Пара намеков, пара улыбок, и вот мы уже пробираемся в служебный коридор.

- Здесь есть подсобка, - прошептала она, кусая губы. - Там никто не ходит.

Мы завалились в тесную каморку, заставленную коробками с салфетками. Я даже не стал спрашивать, как ее зовут. Прижал ее к стене, задрал юбку. Все как обычно. Быстро, механически, просто чтобы снять напряжение.

Она стонала, а я думал о том, что виски в баре был паршивый.

В самый разгар процесса дверь за моей спиной резко распахнулась.

На пороге стояла девушка с подносом. Официантка.

- Ой! - выдохнула она, округлив глаза.

В полумраке я успел заметить только рыжеватый хвост и испуганный взгляд.

Она тут же захлопнула дверь и побежала прочь по коридору. Стук ее каблучков эхом отдавался в тишине.

Но дверь она закрыла слишком поздно, потому что в подсобку ворвался воздух из коридора. И вместе с ним тот самый запах.

Он ударил меня под дых, как кувалдой.

Десять лет.

Я не слышал его десять лет, но узнал мгновенно. Он снился мне в кошмарах, он преследовал меня, когда я был пьян.

Мой волк внутри, которому было глубоко плевать на блондинку, с которой я сейчас развлекался, вдруг взревел.

«ОНА!!!»

Меня словно током ударило. Я отшатнулся от администраторши, едва не уронив ее.

- Эй, ты чего? - она удивленно моргнула, поправляя платье. - Мы же не закончили...

- Пошла вон, - рыкнул я. Голос был чужим, хриплым.

- Что? Но...

- Вон! - рявкнул я так, что у нее затряслись коленки.

Она выскочила из подсобки, как ошпаренная.

Я остался один, тяжело дыша, прижимаясь лбом к холодной стене.

Этот запах все еще висел в воздухе, перебивая духи блондинки. Это была она. Та девочка из дома Воронова.

Она выросла. И она была здесь, в этом здании. В форме официантки.

Я застегнул брюки дрожащими руками. В голове был туман.

Истинная.

Я, главный бабник и циник стаи, нашел свою пару. И в какой момент? Когда трахал случайную девицу в подсобке.

Судьба умеет шутить.

Я вылетел в коридор, но там было пусто.

Мой волк рвался с поводка.

«Найди! Забери! Моя!»

Я пошел по следу, как ищейка. Плевать на банкет. Я даже забыл, что мне надо следить за Юлей.

Я должен увидеть ее. Убедиться, что это не галлюцинация.

А потом... потом я решу, что с ней делать.

*****

Ваши звездочки ⭐ очень помогают книге подниматься в рейтинге,

а мне писать с двойным вдохновением!

Глава 2.

Я не успел.

Ее запах вел меня к кухне, но потом... потом начался ад.

Зал взорвался криками. Люди Белова начали атаку. Я увидел, как Арс перекинулся и бросился в гущу драки, защищая Юлю.

Я зарычал, отбрасывая мысли о рыжей официантке, и бросился в бой.

Все смешалось. Кровь, вой, хруст костей. Я рвал врагов, ломал шеи, прикрывал Арсения. Мой волк был в ярости не только от битвы, но и от того, что мы потеряли ее след.

Когда все закончилось и пыль осела, я увидел Арса, стоящего перед распахнутой дверью в подсобку.

Пусто.

Юли не было.

- Официантка, это она… она увела ее сюда. - Арс обернулся ко мне с безумными глазами.

- Нет! - рявкнул я, чувствуя, как земля уходит из-под ног. - Она не с ними!

- Откуда ты знаешь?

- Я ЗНАЮ!

Ее забрали вместе с Юлей. Мою истинную, которую я нашел полчаса назад….

Следующие двое суток я жил в аду.

Мы перерыли город. Я лично ломал пальцы информаторам, не жалея никого. Мой волк выл внутри, раздирая душу в клочья.

«Спаси! Верни! Она боится!»

Когда мы ворвались в тот дом, я был уже не человеком. Я был машиной для убийства.

Я влетел в подвал следом за Арсом. Увидел Юлю, бросившуюся к нему на шею.

А потом увидел ее.

Лика стояла у стены, вжимаясь в бетон. Грязная, бледная, с огромным синяком на скуле. Ее форма официантки была порвана.

Но она была жива.

У меня подкосились ноги от облегчения.

- Лика... - выдохнул я, делая шаг к ней.

Она вздрогнула и вжалась в стену еще сильнее. В ее глазах был ужас. Она узнала меня. Того самого мужика из подсобки.

- Не надо... - прошептала она.

Я хотел схватить ее, прижать к себе, стереть этот страх. Но сдержался. Сейчас не время.

- Уходим, - скомандовал Арс.

Я вывел ее на улицу и повел к своей машине.

- Она едет со мной, - бросил я Альфе.

Лика попыталась вырваться.

- Нет! Я не поеду с ним! Пожалуйста!

- Тихо, - я сжал ее плечо, может, чуть сильнее, чем следовало. - Ты едешь со мной. Это не обсуждается.

Я усадил ее в свой джип, на переднее сиденье. Заблокировал двери.

Мы тронулись.

В салоне пахло ее страхом и... ванилью. Этот запах сводил меня с ума.

Лика сидела, отвернувшись к окну, обхватив себя руками и дрожала.

- Ты знаешь, - я нарушил тишину, не глядя на нее.

- Что? - ее голос был тихим, хриплым.

- Ты знаешь, кто мы. Там, на благотворительном вечере, ты не удивилась, когда увидела нас... такими.

- Я выросла в семье оборотней, - буркнула она. - Мой папа - медведь.

- Воронов. Я его знаю.

Она резко повернула голову.

- Откуда?

- Я был у него десять лет назад. Ты тогда пряталась на втором этаже. Я чувствовал твой запах.

Она смотрела на меня широко раскрытыми глазами.

Я свернул на трассу, ведущую к моему загородному дому.

- Ты уже поняла, кто ты для меня? - спросил я прямо, сжимая руль.

Лика сглотнула, глядя в окно на пролетающие мимо огни.

- Да, догадываюсь, - тихо ответила она. - Я... истинная. Твоя пара.

- Умная девочка.

- Но мне это не интересно, - вдруг твердо сказала она, повернувшись ко мне. В ее глазах, несмотря на страх, горел упрямый огонек. - Я человек, Руслан. Я видела, как этот мир ломает людей. Я ушла от отца, чтобы жить нормальной жизнью. И я не собираюсь становиться игрушкой для оборотня. Тем более для такого, как ты.

- Такого как я?

- Я видела тебя в той подсобке. Ты животное. Тебе плевать на чувства, тебе нужно только тело. Высади меня. Я хочу домой. Я забуду все это и не буду мешать твоей... стае.

Я тяжело вздохнул. Она не понимала или не хотела понимать.

- Мне жаль, Лика, - сказал я глухо. - Но я не высажу тебя. И ты не поедешь в свою общагу.

- Что? Ты не имеешь права! Это похищение!

- Это закон, - я посмотрел на нее, и мои глаза на миг полыхнули чернотой зверя. - Ты же знаешь наши законы. Как только волк находит истинную, он не может ее отпустить. Физически не может.

Лика побледнела. Она знала.

- Ты хочешь сказать... - прошептала она.

- Я хочу сказать, что мы связаны, Лика. Нравится тебе это или нет. Если я отпущу тебя сейчас, мой волк разнесет половину города, чтобы вернуть тебя обратно. И я не смогу его остановить.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Я не просила об этом! - крикнула она, и в ее голосе зазвучали слезы. - Я этого не хочу! Я хочу свободы!

- Свободы больше нет, - жестко отрезал я, сворачивая к воротам своего дома. - Есть только «мы». Ты будешь жить со мной. Я дам тебе время привыкнуть, я не трону тебя, пока ты сама не захочешь. Но отпустить тебя я не могу. По законам природы и по законам стаи теперь ты моя.

Машина остановилась во дворе. Я заглушил мотор и повернулся к ней.

- Выходи.

Она сидела, вжавшись в сиденье, сжимая кулаки. Она могла бы закричать, попытаться убежать, устроить истерику. Но она была дочерью Воронова. Она знала этот мир. Она знала, что спорить с инстинктами оборотня все равно, что пытаться остановить лавину голыми руками.

У нее не было выбора.

Она бросила на меня взгляд, полный ненависти и отчаяния, и открыла дверь.

- Я иду, но не думай, что я смирилась, Руслан. Приручить ты меня не сможешь.

Я усмехнулся, глядя, как она гордо, с прямой спиной, идет к моему крыльцу.

- Посмотрим, маленькая. Посмотрим.

*****

Добавляйте книгу в библиотеку, чтобы не пропустить продолжение.

Ваши лайки - это лучшая награда за мои бессонные ночи

????

Глава 3.

Лика

Я всегда знала, что мой отец не такой, как все. Не в смысле «лучший папа на свете», хотя для меня он именно таким и был. Он был... другим.

Мой настоящий отец, разбился с мамой на машине, когда мне было восемь. Я плохо помнила ту жизнь, только обрывки смеха и запах маминых духов. А потом появился Станислав. Огромный, бородатый, похожий на сказочного лесовика. Он забрал меня к себе, в свой дом-крепость посреди леса, и сказал: «Теперь ты под моей защитой, маленькая».

Он окружил меня такой плотной заботой, что я даже не сразу поняла, в какой странный мир попала. Для восьмилетней девочки все казалось игрой: странные гости, от которых меня прятали, охрана, двигающаяся бесшумно, как тени, и лес, в который мне запрещали ходить одной.

Моим единственным другом стал Рома, он был сыном садовника, который жил во флигеле. Он был на пару лет старше, веселый и лохматый. Мы лазили по деревьям, строили шалаши, и я чувствовала себя обычным ребенком.

Пока однажды мы не поссорились из-за какой-то глупости. Ромка разозлился, покраснел, а потом... раздался тошнотворный звук. Он упал на траву, выгибаясь дугой. Его одежда затрещала по швам. Я застыла, не в силах отвести взгляд. Я видела, как под кожей мальчика бугрятся мышцы, меняя форму, как удлиняется челюсть, ломая человеческие черты. Кожа лопалась, выпуская наружу жесткую бурую шерсть. Это было... завораживающе. Через секунду передо мной стоял не мальчишка, а бурый медвежонок. Он зарычал, но в его глазах я узнала друга.

Странно, но я не испугалась. Наверное, детская психика гибкая. Я просто протянула руку и погладила его по шерсти.

- Ты такой мягкий, - сказала я тогда.

Ромка перекинулся обратно и умолял никому не говорить. Я сдержала слово.

Правда открылась, когда мне исполнилось двенадцать.

Папа позвал меня в кабинет. Он выглядел серьезным.

- Лика, ты уже взрослая девочка. Я должен рассказать тебе один очень важный секрет.

И он рассказал про оборотней. Про медведей, волков, барсов. Про то, что их мир существует параллельно с человеческим, но скрыт от глаз.

- Тебе не надо бояться, дочка, - говорил он, накрывая мою ладонь своей огромной ручищей. - Мы не монстры. Мы просто... другие. Мы живем своей жизнью, стараемся не трогать людей. А тебя... тебя никто и никогда не обидит. Я защищу.

Тогда же он рассказал мне про истинность.

- Это великий дар и проклятие. Встретить свою пару, значит обрести половину души. Моя жена... твоя приемная мама... она была моей истинной. Когда она ушла, я думал, что умру. Я хотел уйти за ней.

Его голос дрогнул.

- Но потом появилась ты. Я обещал другу, что присмотрю за тобой, и этот день настал. Когда я тебя увидел, то сразу понял, что должен жить ради тебя. Ты стала моим якорем, Лика.

После этого разговора я стала смотреть на мир иначе. Я видела, как меняется охрана в полнолуние. Как подростки из стаи отца тренируются на заднем дворе. Я училась дома, потому что папа боялся отпускать меня в обычную школу. Свободное время я проводила с медвежатами - детьми из клана. Я читала им сказки, помогала с уроками. Ромка всегда смеялся: «Ну, вылитая училка!»

Ближе к семнадцати золотая клетка стала тесной. Я хотела увидеть мир. Хотела учиться не онлайн, а с живыми людьми.

- Пап, я хочу поступить в педагогический колледж, - заявила я за ужином.

Он нахмурился.

- Зачем? Ты можешь учиться дистанционно.

- Я хочу общаться! Я хочу друзей, хочу ходить на пары! Я не медведь, пап, я человек! Мне нужно общество!

Мы спорили долго. Я устраивала скандалы, запиралась в комнате. Папа, который мог перекусить лом одним движением челюсти, перед моими слезами был бессилен.

- Ладно, - сдался он наконец. - Но с одним условием. Рома едет с тобой. Он поступит в тот же колледж и будет твоей тенью. Шаг влево, шаг вправо и ты возвращаешься домой.

Так я оказалась в большом городе. Ромка, верный друг и телохранитель, поступил со мной, и началась моя студенческая жизнь.

Это было опьяняюще. Новые знакомства, лекции. Я завела подруг. Они были обычными девчонками, вечно обсуждали парней и шмотки.

- Мы сегодня идем на подработку, - щебетала Машка. - В кейтеринговое агентство. Там платят сразу, и чаевые хорошие. Хочешь с нами?

И я загорелась. Не ради денег, а ради ощущения свободы. Ради того, чтобы почувствовать себя взрослой, самостоятельной, такой же, как все.

Я скрыла это от отца и от Ромки.

Если бы я тогда знала, чем это обернется.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 4.

Звук закрывающихся за спиной автоматических ворот прозвучал для меня как приговор суда. Щелк. И ты в клетке.

Я смотрела в окно на огромный современный дом из стекла и бетона, залитый холодным светом уличных фонарей. Это было логово зверя. Дорогое, стильное, неприступное.

- Приехали, - сказал он, не глядя на меня.

Я сжала кулаки так, что ногти впились в ладони. Я знала, что сопротивляться сейчас глупо. Я выросла в доме медведя. Я знала, что такое физическая сила оборотня. Если Руслан захочет, он закинет меня на плечо и занесет в дом, как мешок с картошкой.

Унижаться я не собиралась.

Я открыла дверь и вышла. Воздух был прохладным, и меня пробила дрожь, адреналин после похищения и спасения начал отступать, уступая место шоку и холоду. Я была в той же рваной униформе официантки, грязная, пахнущая подвалом.

Руслан оказался рядом мгновенно. Снял с себя пиджак и накинул мне на плечи.

Меня накрыло его запахом.

Мое тело предало меня. Оно потянулось к нему, желая прижаться, согреться, спрятаться в этих руках. Инстинкт истинности, будь он проклят. Генетическая ловушка.

Я стиснула зубы и плотнее запахнула пиджак, стараясь не вдыхать.

- Идем, - он положил руку мне на спину, подталкивая к входу. Его ладонь жгла даже через ткань.

Мы зашли в дом. Огромный холл, минимализм, серые и черные тона. Никакого уюта. Берлога холостяка, у которого слишком много денег и слишком мало времени.

- Ванная на втором этаже, прямо по коридору, - сказал Руслан, запирая входную дверь. - Там есть чистые полотенца. Я найду тебе что-нибудь из одежды. Моей, конечно, женской здесь нет.

- Серьезно? А я думала, у тебя тут склад забытых лифчиков. Ты же меняешь подружек чаще, чем носки.

Руслан замер. Медленно повернулся ко мне. Его серые глаза потемнели, но он промолчал. Лишь желваки на скулах дернулись.

- Иди в душ, Лика.

Я поднялась наверх, чувствуя его взгляд спиной. Тяжелый, собственнический. Взгляд волка, который загнал добычу в угол и теперь решает, с какой стороны начать есть.

Ванная была размером с мою комнату в общежитии. Я включила воду, настроив ее на кипяток, и сбросила грязную одежду.

Когда я увидела себя в зеркале, мне стало дурно. Ссадина на скуле налилась синевой. На шее следы от пальцев того амбала, что схватил меня в подсобке. Глаза красные, под ними залегли тени.

Я выглядела как жертва. Но я не буду жертвой.

Встав под душ, я позволяя воде смывать грязь, страх и прикосновения чужих рук. Я терла кожу мочалкой до красноты, пытаясь стереть и тот момент в подсобке...

Воспоминание ударило под дых.

Я открываю дверь, а там он. Руслан. Прижимает какую-то блондинку. Его лицо искажено похотью, но глаза пустые.

Он животное. Бабник. Циник.

И природа решила, что он - моя пара?

- Ненавижу, - прошептала я, смешивая слезы с водой. - Ненавижу этот мир. Ненавижу эти законы.

Я вышла из душа, завернувшись в огромное пушистое полотенце.

На стиральной машине уже лежала стопка одежды: черная футболка и спортивные штаны на завязках.

Я надела их. Футболка висела на мне мешком, доходя до колен. Штаны пришлось подвязать, чтобы не свалились. Я утонула в его запахе, который въелся в ткань. От этого стало еще тошнее и одновременно... спокойнее.

Я спустилась вниз.

Руслан сидел на кухне, за барной стойкой. Он тоже успел переодеться в чистые джинсы и футболку, волосы были влажными. Перед ним стояла бутылка виски и два стакана.

- Тебе надо выпить, - сказал он, пододвигая ко мне стакан. - Снимет стресс.

- Я не пью с незнакомцами.

- Я не незнакомец, Лика. Я твой...

- Не смей, - я перебила его, садясь на высокий стул как можно дальше. - Не произноси это слово.

Он усмехнулся, но в улыбке не было веселья.

- Как скажешь. Поешь.

Он кивнул на тарелку с бутербродами. Я поняла, что умираю от голода.

Гордость гордостью, а организм требовал своего. Я взяла бутерброд и впилась в него зубами.

Руслан смотрел, как я ем. Внимательно, не отрываясь.

- Перестань пялиться, - пробормотала я с набитым ртом.

- Не могу.

- Можешь. Ты же Бета. У тебя железная воля, так? Вот и тренируй ее.

Он сделал глоток виски, не сводя с меня глаз.

- Ты знаешь законы, Лика. Ты знаешь, что я чувствую. Я десять лет жил в черно-белом кино. А теперь мне включили цвет. Ты пахнешь как жизнь. Как я могу не смотреть?

- Красивые слова, - фыркнула я. - Жаль, что я знаю им цену. Ты говоришь это, потому что гормоны ударили в голову. Потому что природа так решила. А сам ты... Ты даже имени моего не знал до сегодняшнего вечера.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Я знал твой запах, - тихо сказал он. - Если бы я знал тогда... Если бы я увидел тебя... Я бы ждал. Я бы не жил так, как жил.

В его голосе прозвучало что-то искреннее. Сожаление? Боль?

Но я не позволила себе размякнуть.

- История не знает сослагательного наклонения, Руслан. Ты жил так, как хотел. А теперь ты хочешь меня запереть здесь, потому что твои инстинкты взбунтовались?

- Я не запер тебя. Я защищаю тебя.

- От кого? От Белова? Или от самого себя? - я посмотрела ему прямо в глаза. - Потому что сейчас ты выглядишь опаснее любого врага.

Руслан медленно поставил стакан на стол. Встал. Обошел стойку и подошел ко мне.

Я вжалась в спинку стула, но не отвела взгляд.

Он остановился в шаге от меня. Наклонился, опираясь руками о столешницу по бокам от меня, заключая в кольцо.

Его лицо оказалось совсем близко. Я видела каждую крапинку в его серых глазах, которые сейчас темнели, становясь почти черными.

- Ты права, - прорычал он тихо. - Я опасен. Я хочу тебя так сильно, что у меня кости ломит. Я хочу забрать тебя в спальню, сорвать эту футболку и доказать тебе, что ты моя, так, чтобы ты забыла свое имя.

Я перестала дышать.

- Но я не сделаю этого, - он отстранился, выпрямляясь. - Пока ты сама не попросишь.

- Я никогда не попрошу, - выплюнула я.

- Никогда не говори никогда, маленькая, - он криво усмехнулся. - Идем, я покажу тебе твою комнату.

Мы поднялись на второй этаж. Он прошел по длинному коридору и открыл дверь.

- Здесь.

Я заглянула внутрь. Просторная комната в светлых тонах, огромная кровать, окно во всю стену. Уютно.

Я повернула голову и увидела еще одну дверь. Буквально в двух метрах от моей.

- А там что? - спросила я, кивнув на нее.

Руслан проследил за моим взглядом.

- Моя спальня.

У меня перехватило дыхание.

- Ты поселил меня рядом с собой?!

- Это единственная свободная гостевая комната на этаже, - спокойно ответил он, хотя я видела, как в его глазах пляшут бесята. - К тому же, так безопаснее. Если тебе станет страшно ночью... или что-то понадобится... я буду за стеной.

- Мне ничего от тебя не понадобится! - вспыхнула я. - Я хочу другую комнату! Подальше от тебя!

- Другие комнаты не готовы, - отрезал он, и его тон не терпел возражений. - Ты будешь спать здесь, Лика. Я хочу слышать, что ты дышишь. Я хочу знать, что ты в безопасности.

Он шагнул ко мне, нарушая границы личного пространства, и наклонился к моему уху.

- И еще... стены здесь тонкие. Так что, если ты решишь сбежать через окно - я услышу. Если будешь плакать - я услышу. И если будешь звать меня во сне... я тоже услышу.

- Я не буду звать тебя!

- Посмотрим.

Он выпрямился, окинул меня долгим, жадным взглядом и открыл дверь своей комнаты.

- Спокойной ночи, соседка. На всякий случай предупреждаю, охрана по периметру. Не делай глупостей.

Он скрылся в своей спальне, и я услышала щелчок замка.

Я знала, что не сомкну глаз. Потому что, несмотря на весь мой страх и гнев, мое тело предательски реагировало на его близость. И мысль о том, что он там, за стеной, раздевается и ложится в постель, заставляла мое сердце биться в сумасшедшем ритме.

Это будет очень, очень долгая ночь.

Глава 5.

Ночь была пыткой.

Я лежала на огромной кровати, вжимаясь в подушку, которая, как назло, пахла им. Этот запах проникал в легкие, дурманил голову, не давал расслабиться.

За стеной было тихо. Слишком тихо. Но я знала, что он там. Мое тело знало. Каждая клеточка вибрировала, словно настроенная на его частоту.

Я проваливалась в беспокойный сон и тут же просыпалась, вздрагивая от любого шороха. Мне снился подвал. Темнота. Руки, хватающие меня. А потом появлялся огромный серый волк с человеческими глазами, который разрывал моих врагов и ложился у моих ног, глядя с преданностью и голодом.

Утро ворвалось в комнату ярким солнцем , которое казалось издевательски жизнерадостным. Я встала разбитая, с головной болью.

Подошла к зеркалу. Синяк на скуле расцвел фиолетовым, но выглядел уже не так страшно.

Мне нужна была одежда. Вчерашние треники Руслана были удобными, но я не могла ходить в них вечно. И, черт возьми, мне нужно было нижнее белье. Отсутствие трусиков и лифчика под тонкой футболкой заставляло чувствовать себя голой и уязвимой.

Я приоткрыла дверь. В коридоре было пусто.

Тихонько, на цыпочках, я вышла и направилась к лестнице.

С первого этажа доносился запах кофе и жареного бекона. Мой желудок предательски заурчал.

На кухне хозяйничал Руслан.

Он стоял у плиты, спиной ко мне. На нем были только джинсы, низко сидящие на бедрах.

Я замерла, не в силах отвести взгляд.

Широкая спина, бугры мышц, перекатывающиеся под загорелой кожей при каждом движении. На правом плече белел старый шрам, похожий на след от когтей. Вдоль позвоночника тянулась дорожка темных волос, исчезающая под поясом джинсов.

Он был... красивым.

- Долго будешь пялиться? - его насмешливый голос вырвал меня из транса.

Он не оборачивался. Как он узнал?! Ах да. Нюх.

Я вспыхнула и прошла на кухню, стараясь держаться подальше.

- Я не пялилась. Я думала, не отравить ли тебя, пока ты не видишь. Но у тебя на спине столько мышц, что, боюсь, яд просто застрянет в текстуре.

Руслан обернулся, держа в руках сковородку с яичницей. На его губах играла ухмылка.

- Яд на оборотней не действует, малышка. А вот голод действует. Садись.

Он поставил передо мной тарелку. Яичница, бекон, тосты, помидоры. Выглядело аппетитно.

- Спасибо, - буркнула я, садясь за стол.

Руслан сел напротив, придвинув к себе кружку с кофе. Он смотрел на меня. Опять этот взгляд - сканирующий, тяжелый. Он прошелся по моему лицу, задержался на синяке, потом скользнул ниже, на футболку, под которой ничего не было.

Я инстинктивно скрестила руки на груди.

- У тебя есть другая одежда? - спросила я, чтобы прервать молчание.

- Я заказал доставку, - спокойно ответил он. - Привезут через час. Размеры я определил на глаз, надеюсь, угадал. Белье, джинсы, футболки, платья и много чего еще.

- Платья? Я не ношу платья.

- Будешь носить. Тебе пойдет.

- Я не твоя кукла, Руслан! Не надо меня наряжать!

- Ты моя женщина, Лика. И я хочу, чтобы ты выглядела достойно. А не ходила в моих растянутых майках, хотя, признаюсь, - он криво усмехнулся, - вид твоих голых коленок меня весьма... вдохновляет. Ты ведь специально не надела лифчик, чтобы проверить мою выдержку?

Я швырнула в него салфеткой. Он поймал ее на лету, не моргнув глазом.

- Ешь. Нам надо поговорить.

- О чем? О том, когда ты меня отпустишь?

- О том, что будет дальше.

Его лицо стало серьезным. Веселье исчезло.

- Белов залег на дно. После бойни на ужине он зализывает раны. Но он знает, что ты здесь. Он знает, кто ты.

- И что это значит?

- Это значит, что ты не выйдешь из этого дома без охраны. Никогда.

- Ты шутишь? - я отложила вилку. - Я что, заключенная? А как же моя учеба? Колледж?

- Забудь про колледж. Пока все не уляжется, ты будешь здесь. Я переведу тебя на дистанционное, если это возможно. Если нет - возьмешь академ.

- Ты не можешь решать за меня! Это моя жизнь!

- Это НАША жизнь теперь! - рыкнул он, ударив ладонью по столу. - Ты не понимаешь? Если ты высунешь нос за ворота, тебя схватят! Ты хочешь снова в подвал?

Я вздрогнула. Воспоминание о подвале было слишком свежим.

- Нет...

- Тогда слушай меня. Ты сидишь здесь. Ты делаешь то, что я говорю. Я обеспечу тебе все: книги, интернет, спортзал, еду. Но ты не рискуешь собой. Ясно?

Я молчала, глядя в тарелку. Аппетит пропал.

- А мой отец? Он знает?

- Я сообщил ему вчера. Сказал, что ты у меня и в безопасности.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- И что он?

- Он... - Руслан замялся. - Он не в восторге. Медведи не любят отдавать своих дочерей волкам.

Значит, даже отец согласился. Я осталась одна.

- Ладно, - тихо сказала я. - Я поняла. Я буду сидеть здесь. Но не думай, что я буду тебе рада.

Руслан вздохнул, проводя рукой по волосам.

- Я не жду радости, Лика. Я жду, что ты останешься живой.

Он встал, подошел ко мне. Я напряглась, но он лишь коснулся пальцами моего подбородка, заставляя поднять голову.

- Я принесу мазь. Она ускорит заживление.

Его прикосновение было неожиданно нежным. Горячим. От него по коже побежали мурашки.

- Не трогай меня, - прошептала я, но не отстранилась.

- Привыкай, Лика. Я буду трогать тебя. Я буду защищать тебя. Потому что ты моя.

- Ты пахнешь чем-то сладким, - прошептал он. - И чем-то еще... чем-то, чего я не могу понять. Он отстранился раньше, чем я успела опозориться и прильнуть к нему. - Одежду скоро привезут. Я буду в кабинете. Постарайся выбрать что-то... вызывающее. Люблю вызовы.

Он ушел, оставив меня одну. Я сидела, вцепившись в край стола, и пыталась дышать. «Он думает, я играю с ним», - пронеслось в голове. - «Он думает, я одна из тех хищниц, которых он менял как перчатки. Он понятия не имеет, что я... что я даже не целовалась по-настоящему».

От этой мысли стало по-настоящему страшно. Потому что, когда он узнает правду, он либо рассмеется, либо просто сломает меня своей мощью.

Глава 6.

Дни в доме Руслана потекли странной, тягучей чередой.

Я ожидала, что он будет давить, требовать, пытаться затащить меня в постель. Но Руслан... Руслан удивил.

Он держал дистанцию. Почти всегда.

Утром мы завтракали вместе - он готовил, я ела, стараясь не смотреть на его голый торс, он упорно ходил по дому полураздетым, утверждая, что ему жарко. «Конечно, жарко ему», - думала я, злобно ковыряя вилкой бекон. - «А мне каково? У меня от этих его перекатов мышц под кожей скоро косоглазие разовьется». Днем он запирался в кабинете, решая дела стаи, или уезжал, оставляя меня под присмотром охраны. Вечером мы снова встречались на кухне или в гостиной.

Одежду привезли в тот же день. Когда я открыла коробки с бельем, мне захотелось вызвать полицию нравов. Черное кружево, шелк, полоски ткани, которые едва ли могли что-то прикрыть. Я представила, как он выбирал это, представляя все это на мне, и мои щеки вспыхнули так, что можно было прикуривать.

Я начала привыкать. К дому, к охране за окном, к его запаху.

Но больше всего меня бесило то, как он со мной обращался. Как с хрустальной вазой.

Он спрашивал, что я хочу на ужин. Привез мне гору книг и новый ноутбук.

Он был... идеальным тюремщиком. И это раздражало. Потому что мне было сложно ненавидеть того, кто так заботится.

Прошла неделя.

Я сидела в гостиной, читая книгу, когда в дом вошли.

Руслан вернулся не один.

С ним была девушка. Высокая, статная брюнетка с надменным лицом. Она была одета в деловой костюм. От нее пахло дорогими духами.

- Руслан, ты уверен, что эти отчеты верны? - спросила она, проходя в холл и бросая папку на столик. - Белов не мог так быстро перегруппироваться.

- Уверен, Жанна. Он хитрее, чем кажется.

Она повернулась и увидела меня.

Ее взгляд скользнул по мне, как по пустому месту. Презрительно, холодно.

- А это кто? - спросила она, даже не понизив голос. - Я думала, ты завязал с людьми после того случая.

Руслан напрягся. Я видела, как его плечи окаменели.

- Жанна, знакомься. Это Лика. Она... моя гостья.

- Гостья? - брюнетка рассмеялась. - В твоем доме? Рус, не смеши. Ты никогда не приводишь сюда "гостей". Или это очередная девка на одну ночь, которую ты решил оставить на подольше?

Меня захлестнула ярость. Обида.

Я встала, отложив книгу.

- Я не девка, - процедила я.

Жанна изогнула бровь.

- О, у нее есть голос. Мило. Рус, зачем тебе эта... проблема? Человечка в доме Беты в такое время - это риск.

- Закрой рот, Жанна, - голос Руслана был тихим, но от него повеяло могильным холодом. - Лика моя истинная.

В комнате повисла тишина.

Глаза брюнетки округлились. Она побледнела, переводя взгляд с него на меня и обратно.

- Истинная? - прошептала она. - Ты шутишь?

- Я похож на шутника?

Жанна посмотрела на меня. Теперь в ее взгляде не было презрения. Там была ненависть.

- Понятно, - она выпрямилась, собирая остатки гордости. - Поздравляю.

Она развернулась и вышла, громко хлопнув дверью.

Я стояла, не зная, что сказать.

Руслан повернулся ко мне. Он выглядел усталым.

- Прости за это. Жанна... она хороший боец, но иногда забывается.

- Она твоя бывшая? - вырвалось у меня.

Он усмехнулся.

- Ревнуешь?

- Еще чего! Просто хочу знать, сколько еще твоих «боевых наложниц» будут приходить сюда и поливать меня грязью.

- Ни одной, - он подошел ко мне. - Жанна была... давно. И это было несерьезно.

- У тебя все несерьезно, - я скрестила руки на груди. - Ты вообще знаешь, что такое чувства?

- Учусь, - он посмотрел мне в глаза. - Прямо сейчас. Глядя на тебя.

Я отвела взгляд, чувствуя, как краснею.

- Зачем ты сказал ей про истинную?

- Потому что это правда. И потому что я хочу, чтобы все знали, что ты моя.

- Я не вещь, Руслан! Не надо меня метить!

- Я еще не метил тебя, Лика, - его голос стал ниже, бархатистее. Он сделал шаг ближе, загоняя меня в личное пространство. - Если бы я поставил метку... ты бы уже не спорила. Ты бы чувствовала то же, что и я.

- Что? Желание затащить кого-то в койку?

- Желание быть рядом. Желание принадлежать.

Он протянул руку и коснулся пряди моих волос, накручивая ее на палец.

- Ты думаешь, мне легко? Видеть тебя каждый день, чувствовать твой запах, знать, что ты спишь за стеной... и не трогать тебя? Я схожу с ума, Лика. Мой волк воет каждую ночь. Он хочет к тебе.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Тогда выпусти меня! - прошептала я, глядя на его губы. - Отпусти меня домой, и тебе станет легче.

- Не станет. Станет только хуже.

Он наклонился. Его лицо было в сантиметре от моего. Я чувствовала его горячее дыхание.

- Можно? - спросил он.

Он спрашивал разрешения. Тот самый наглый бабник, который брал все, что хотел.

Я должна была сказать "нет". Оттолкнуть. Закричать.

- Нет, - выдохнула я, но это прозвучало как "да".

Руслан не стал целовать. Он просто прижался лбом к моему лбу и закрыл глаза.

- Я подожду, - прошептал он. - Я буду ждать столько, сколько нужно. Но знай, что ты уже моя. И твое сердце это знает.

Он отстранился и ушел в кабинет, оставив меня посреди гостиной с пылающим лицом и полным хаосом в голове.

*****

История только разгорается! Добавляйте в библиотеку, чтобы не потерять.

Следующие главы откроются завтра в 7:00; 12:00; 17:00! Жду вас!

Глава 7.

Руслан

Я захлопнул дверь кабинета и прислонился к ней затылком, тяжело дыша.

«Я подожду»

. Красиво сказал. Герой-любовник, черт бы меня побрал. А внутри все просто выло. Мой волк метался в клетке из ребер, требуя вернуться, повалить ее на этот мягкий ковер и наконец-то закрепить право собственности.

Она пахла так, что у меня темнело в глазах. Сладкий, медовый аромат ее кожи теперь смешался с моим гелем для душа.

- Соберись, - рыкнул я сам себе в пустоту комнаты. - Ей восемнадцать. Она человек. И она, судя по всему, боится тебя до икоты.

Но оставлять ее одну в этой гостиной, где она только что столкнулась с ядовитой Жанной, я не мог. Ей нужно было переключиться. И мне нужно было, чтобы она привыкала к моему присутствию не как к угрозе, а как к чему-то естественному.

Я набрал номер охраны по внутренней связи.

- Закажите доставку. Самую лучшую пиццу, пасту и... - я замялся, - мороженое. Много мороженого с карамелью.

Через сорок минут я вышел из кабинета, натянув футболку.

Лика сидела на диване, поджав под себя ноги. В огромной гостиной она казалась совсем крошечной.

- Ужин приехал, - сообщил я, стараясь, чтобы голос звучал буднично, а не как рык во время гона.

Она вскинула на меня свои огромные глаза. В них все еще плескалось недоверие.

- Я не голодна.

- Твой желудок только что издал звук, похожий на вопль раненого гризли, Лика. Не лги оборотню. Идем.

Я не стал вести ее за стол. Вместо этого расставил коробки с пиццей прямо на низком кофейном столике перед огромным телевизором.

- Киновечер? - она недоверчиво приподняла бровь, глядя на гору еды.

- Киновечер, - подтвердил я, усаживаясь на ковер. - Выбирай любой фильм. Кроме мелодрам, мои нервы этого не выдержат.

Она нерешительно сползла с дивана и села подальше от меня. Но запах горячей пиццы сделал свое дело. Лика взяла кусочек, и я увидел, как она прикрыла глаза от удовольствия. Боги, как мало ей нужно для счастья.

Она выбрала какой-то старый комедийный детектив. Я смотрел на экран, но не видел ни хрена. Все мое внимание было сосредоточено на ней. Я слышал, как она жует. Слышал, как замедляется ее пульс, когда она расслабляется. В какой-то момент она потянулась за салфеткой, и наши пальцы соприкоснулись. Лику словно током ударило - она отдернула руку, а я почувствовал, как по моим венам разливается жидкий огонь.

- Лика, - позвал я тихо.

- Что? - она замерла, глядя в экран, боясь повернуться.

- Почему ты так боишься? Я ведь обещал, что не трону тебя без твоего согласия.

Она наконец повернулась. В свете телевизора ее кожа казалась фарфоровой.

- Ты не понимаешь, Руслан. Дело не только в тебе. Дело во мне. В этом... законе истинности. Это похоже на рабство. Мое тело хочет подойти к тебе, а мой разум кричит, что это ловушка. Ты привык брать, что хочешь. А я... я даже не знаю, кто я без опеки отца. А теперь я под твоей опекой.

Я почувствовал укол совести. Редкое чувство для меня.

- Ты не в рабстве. Ты дома.

Я рискнул и пододвинулся чуть ближе. Она не отодвинулась. Это была маленькая, но победа.

- Давай так. Сегодня мы просто смотрим кино. Никаких «истинных», никаких стай. Просто... Руслан и Лика.

Она внимательно посмотрела на меня, словно искала подвох. А потом вдруг слабо улыбнулась.

- Ладно. Просто Руслан и Лика. Тогда передай мне мороженое, Руслан. И не думай, что ты меня подкупил карамелью.

- И в мыслях не было, - усмехнулся я, подавая ей ведерко.

К середине фильма она окончательно расслабилась. Мороженое сделало свое дело, она стала сонной и уютной. Ее голова начала клониться к плечу, и в какой-то момент она просто... уснула. Ее голова опустилась мне на плечо.

Я замер, боясь даже дышать. Мой волк внутри довольно заурчал, сворачиваясь клубком. Я осторожно повернул голову, вдыхая запах ее волос. Я смотрел на ее пухлые губы, на длинные ресницы и понимал, что я влип. Серьезно влип. Она была такой хрупкой. Я привык к женщинам, которые сами прыгают ко мне в постель, которые знают правила игры. А Лика... она была как подснежник, пробивающийся сквозь лед моей циничной жизни.

«Если я ее сломаю, я себе этого не прощу»

, - подумал я, осторожно подхватывая ее на руки. Она что-то пробормотала во сне и уткнулась носом в мою шею. Это было почти физически больно.

Я отнес ее в спальню, уложил на кровать и накрыл одеялом. Я стоял над ней еще несколько минут, борясь с желанием лечь рядом. Просто обнять. Просто чувствовать, что она здесь.

- Спокойной ночи, маленькая, - прошептал я, касаясь губами ее лба. - Спи.

Я сделаю все, чтобы она смотрела на меня не с ужасом, а с тем же огнем, который сейчас сжигает меня изнутри.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 8.

Я открыла глаза в своей комнате и несколько секунд тупо смотрела в потолок, восстанавливая события вечера. Диван. Пицца. Сонный голос Руслана. И то, как моя голова сама… ну вот сама же! опустилась ему на плечо.

Я резко села на кровати, оглядываясь. Я была в своей спальне, бережно укрытая одеялом. Руслана рядом не было, и, судя по тишине за стеной, он уже давно встал. Но на тумбочке я обнаружила стакан воды и короткую записку, написанную размашистым, мужским почерком: «

Ты заснула на самом интересном месте. Я перенес тебя, чтобы ты не отлежала шею. Завтрак внизу. П.С. Ты забавно морщишь нос во сне. Не делай так, а то я забуду, что я джентльмен».

Я застонала и уткнулась лицом в ладони. Я заснула у него на плече! Весь день я старалась не выходить из комнаты, чувствуя себя так, будто между нами протянули невидимую, оголенную проволоку.

Мысли о вчерашнем разговоре с Жанной, о признании Руслана, о том, что я заперта здесь, давили на виски.

Я вспомнила, что на первом этаже есть крытый бассейн. Идеальное место, чтобы побыть одной.

Я нашла в коробке с вещами слитный купальник с высоким вырезом на бедрах и открытой спиной. Надела его и накинув халат, спустилась вниз.

В помещении бассейна царил полумрак. Горела только подсветка воды, окрашивая все в призрачный голубой цвет.

Я сбросила халат на шезлонг и нырнула.

Вода была теплой, я плыла от бортика к бортику, слушая, как плеск воды гулко отражается от высокого потолка. В этом эхе было что-то успокаивающее.

Но одиночество длилось недолго.

Скрипнула тяжелая дверь.

Я замерла у дальнего края, погрузившись в воду по подбородок. Сердце предательски екнуло.

Вошел Руслан.

Он был босиком, в одних плавках и перекинутым через плечо полотенцем. В голубом свете воды его кожа казалась бронзовой, а рельеф мышц еще более четким. Он выглядел как античный бог, спустившийся с Олимпа, чтобы искупаться. Или как хищник, пришедший на водопой.

Он увидел меня сразу. Замер на краю бассейна.

Я ждала, что он развернется или начнет свои обычные шуточки.

Но Руслан молча подошел к бортику. Снял полотенце с шеи и небрежно бросил его на плитку.

- Не против компании? - его голос прозвучал гулко в пустом зале, отразившись от стен.

- Это твой дом, - я пожала плечами под водой, стараясь, чтобы голос не дрожал. - И твой бассейн.

- Наш, - поправил он тихо.

И прыгнул.

Почти без брызг, разрезая воду как нож. Вынырнул в центре, тряхнул головой, разбрызгивая капли, и поплыл.

Я наблюдала за ним из своего угла. Широкая спина, мощные плечи, которые вздымались над водой при каждом гребке.

Он не приближался ко мне, давая мне пространство. Словно говорил: «Я здесь, но я не нападу».

Оттолкнувшись от бортика я поплыла. Мы разминулись в центре. Наши тела не соприкоснулись, но я почувствовала движение воды от его мощного гребка. Теплая волна качнула меня, словно обнимая.

Мы плавали так минут десять. В тишине, нарушаемой только плеском. В замкнутом пространстве бассейна это молчаливое соседство ощущалось невероятно интимно.

Наконец Руслан остановился у бортика на глубокой части. Я подплыла к лестнице, где было мелко, и встала на дно.

- Ты хорошо плаваешь, - сказал он.

Руслан посмотрел на меня. Вода стекала по его лицу, по шее, собираясь в ямке у ключиц. В полумраке его глаза казались абсолютно черными.

Он оттолкнулся от стены и медленно поплыл ко мне. Я напряглась, вцепившись пальцами в поручень лестницы.

Он встал передо мной.

- Тебе идет этот купальник, - хрипло сказал он. Его голос эхом прокатился по залу.

- Ты его не видишь. Я в воде.

- Я вижу все, Лика. Я выбирал его, представляя, как он будет смотреться на тебе.

- Ты маньяк?

- Я просто мужчина, который сходит с ума по своей женщине.

Он сделал шаг. Теперь между нами было меньше полуметра. Влажный, теплый воздух бассейна стал густым.

Я чувствовала жар, исходящий от его тела даже сквозь воду.

- Руслан... - мой шепот прозвучал слишком громко.

- Тсс, - он поднял руку. С его пальцев капала вода. - Не говори ничего. Не порти момент. Просто побудь со мной. Без споров.

Он поднес мокрый палец к моим губам, легонько касаясь. Я замолчала.

Его рука скользнула по моей щеке, очертила линию скулы, заправила мокрую прядь волос за ухо.

Это было нежно. Я закрыла глаза, позволяя себе на секунду забыть, кто он и кто я.

Он наклонился, и я почувствовала его дыхание на своей коже. Его губы коснулись моего виска. Потом щеки.

- Ты пахнешь убийственно, - прошептал он мне в самое ухо. - Мой любимый яд.

Я выдохнула, чувствуя, как слабеют колени.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Ты обещал не трогать меня.

- Я не трогаю то, что ты не хочешь мне отдать. Я просто... дышу тобой.

Он отстранился, прежде чем я успела что-то ответить или сделать глупость.

- Иди в душ, Лика. И спать. Я подожду здесь, пока ты уйдешь.

Он отвернулся и нырнул, уходя под воду.

Я выбралась из бассейна, накинула халат и пошла к выходу, чувствуя спиной, что он вынырнул и смотрит мне вслед.

Глава 9.

Сон не шел.

Я ворочалась в огромной постели, сбивая одеяло в ком. Эпизод в бассейне крутился в голове, как заезженная пластинка. Его мокрые волосы, его руки на моем лице, его шепот: "Мой любимый яд".

Я злилась на себя. Я должна ненавидеть его. Он запер меня здесь, он лишил меня выбора. Но вместо ненависти я чувствовала странную, тягучую тоску.

За окном завывал ветер. Ветви деревьев царапали стекло, создавая жуткие тени на стенах.

Вдруг я услышала другой звук. Тихий скрежет.

Не в окно. В дверь.

Я замерла, натянув одеяло до подбородка.

Дверь приоткрылась.

Я ожидала увидеть Руслана. Готовила гневную речь о том, что нельзя вламываться к девушке посреди ночи.

Но на пороге стоял не человек, а волк.

Огромный, пепельно-серый зверь с мощной грудью и умными глазами. Он был больше любого волка, которого я когда-либо видела.

Он стоял в дверном проеме и смотрел на меня. В его взгляде не было угрозы. Только... ожидание?

- Руслан? - прошептала я.

Волк тихо фыркнул, словно подтверждая. Он сделал шаг в комнату. Его когти клацнули по паркету.

- Уходи, - я попыталась придать голосу твердость. - Тебе нельзя сюда. Я не приглашала тебя.

Он проигнорировал мои слова. Подошел к кровати и сел, глядя мне в глаза.

В этом облике он казался менее пугающим, чем в человеческом. Странно, да? Человек-Руслан давил своей аурой, своими словами, своей сексуальностью. Волк-Руслан был просто... зверем.

Он положил тяжелую голову на край матраса. И вздохнул. Так тяжело что у меня сжалось сердце.

- Ты не уйдешь, да? - спросила я.

Волк прикрыл глаза, словно говоря: "Нет. Я устал. Я хочу быть здесь".

Я смотрела на него минуту. Потом еще одну.

- Ладно, - выдохнула я, сдаваясь. - Но только на коврике. На кровать не лезть.

Волк открыл один глаз. В нем сверкнула насмешка.

Он встал, обошел кровать и... запрыгнул на нее. Прямо в ноги.

- Эй! - возмутилась я. - Я сказала - на коврике!

Он проигнорировал меня, и лег, заняв добрую треть кровати. Его тяжелая туша придавила одеяло, прижав мои ноги к матрасу.

- Наглец, - проворчала я, но пинать его не стала.

От него исходило невероятное тепло. Живое, сухое тепло зверя.

Я легла обратно на подушку, повернувшись к нему спиной.

Несколько минут мы лежали в тишине. Я слышала его дыхание - глубокое, ровное.

Постепенно напряжение отступило, и я провалилась в сон незаметно для себя.

Среди ночи я проснулась от холода - одеяло сползло. Я пошарила рукой в темноте и наткнулась на густую, жесткую шерсть.

Волк был здесь. Он не ушел.

Он спал, уткнувшись носом в мои колени.

Я не убрала руку и зарылась пальцами в его загривок, чувствуя, как под шерстью перекатываются мышцы. Он дернул ухом на мое прикосновение и придвинулся ближе, согревая меня своим теплом.

Утром я чувствовала себя на удивление отдохнувшей. Повернула голову, место рядом со мной было пустым.

Волк ушел.

На тумбочке, рядом с кроватью лежала свежая роза и записка.

«

Спасибо за ночлег. Завтрак на столе. Р

.»

Я спустилась на кухню, где Руслан уже пил кофе, уткнувшись в планшет. За окном кружили желтые листья.

- Доброе утро, соседка. Как спалось?

В его глазах плясали бесята. Он знал ответ.

- Тепло, - буркнула я, наливая себе воды. - Твой пес слишком много места занимает. Ему бы похудеть.

- Учту. В следующий раз приду в человеческом виде. Займу меньше места, но... могу быть более настойчивым.

Я поперхнулась водой.

- Мечтай, кстати, о насущном. Я уже долго не была в колледже. Меня староста потеряла, телефон разрывается. Мне нужно на пары.

Руслан нахмурился, откладывая планшет.

- Исключено. Мы это обсуждали.

- Я не могу сидеть дома вечно! Семестр уже идет полным ходом, у меня семинары! Если я пропущу еще хоть неделю, у меня будут проблемы с допуском.

- Я решу твои проблемы с деканатом. Один звонок и у тебя красный диплом без посещения.

- Мне не нужны твои решения! Я хочу учиться! - я уперла руки в бока. - Слушай, я понимаю твои опасения. Но я не беззащитная овечка, и я там не одна.

Руслан поднял бровь.

- Не одна? А с кем?

- У меня есть своя охрана.

Он фыркнул.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Лика, при всем уважении, ты человек. Какая у тебя может быть охрана? Газовый баллончик?

- У меня есть друг, Рома. Он учится со мной в одной группе. И поверь, он справляется со своими обязанностями.

Лицо Руслана изменилось. Насмешка исчезла, уступив место холоду.

- Друг? Рома?

- Да. Он из стаи моего отца. Мы выросли вместе. Папа отправил его учиться со мной, чтобы он приглядывал. Так что... для одной маленькой меня охраны более чем достаточно. Рома медведь, если что он любого порвет.

Я увидела, как сжались кулаки Руслана. Желваки на его скулах заходили ходуном.

- Медведь... - процедил он. - Значит, ты ходишь на пары с медведем? Сидишь с ним за одной партой?

- Ну да. Он мой лучший друг.

- Друг... - он встал, и стул с грохотом отлетел назад. - Мужчина и женщина не могут быть просто друзьями, Лика. Тем более, если один из них оборотень, а вторая его подопечная. Он спит с тобой?

Я открыла рот от возмущения.

- Ты больной?! Ромка мне как брат!

- Брат... - Руслан подошел ко мне вплотную. - Медведи собственники. Если он крутится вокруг тебя, значит, он имеет на тебя виды. Или твой отец планировал отдать тебя ему?

- Никто никому меня не планировал отдавать! Прекрати рычать!

- Я не рычу. Я констатирую факт. Ты не поедешь в колледж с этим Ромой.

- Поеду! И ты меня не остановишь! Или ты хочешь запереть меня в подвале, как Белов?

Это был удар ниже пояса. Руслан дернулся, словно от пощечины.

- Не смей сравнивать меня с ними.

- Тогда не веди себя как тюремщик! Дай мне жить моей жизнью! С Ромой я в безопасности. Он знает меня всю жизнь.

Мы стояли друг напротив друга, тяжело дыша. Волк против человека. Ревность против упрямства.

- Хорошо, - наконец сказал он ледяным тоном. - Ты поедешь в колледж. Но с одним условием.

- Каким?

- Я поеду с тобой. И я хочу познакомиться с этим твоим... "братом". Лично.

- Ты с ума сошел? Тебе больше заняться нечем, кроме как сидеть на парах по психологии?

- Для своей женщины я найду время. Собирайся. Посмотрим на твоего медвежонка.

Он развернулся и ушел, оставив меня в полном замешательстве.

Черт. Кажется, я только что спровоцировала войну видов прямо в аудитории колледжа. Бедный Ромка...

Глава 10.

Руслан вел машину молча, сжимая руль так, будто хотел его задушить. На нем была черная футболка, которая обтягивала бицепсы так неприлично, что мне хотелось попросить его надеть что-то... менее провокационное. И солнцезащитные очки, хотя на улице было пасмурно. Видимо, чтобы скрыть "волчий взгляд" от невинных студентов.

- Ты точно собираешься идти со мной? - спросила я, когда мы подъехали к зданию колледжа. - Это будет странно.

- Странно - это то, что ты называешь медведя "братом", - буркнул он, паркуясь на месте для инвалидов.

- Руслан, это место для людей с ограниченными возможностями!

- У меня глубокая душевная травма, вызванная твоим упрямством, - отрезал он, выходя из машины. - Это считается за инвалидность?

Я закатила глаза и вышла следом.

Мы шли к входу, и я чувствовала себя звездой на красной дорожке. Студенты оборачивались. Девчонки шептались, провожая Руслана голодными взглядами. Парни инстинктивно расступались.

- Перестань пугать первокурсников, - шикнула я, дергая его за локоть. - Ты идешь так, будто собираешься купить этот колледж и превратить его в бойцовский клуб.

- Я просто иду, Лика. Это они так реагируют на высшее звено пищевой цепочки.

У аудитории нас уже ждал Рома.

Мой верный друг стоял, прислонившись к стене, и жевал яблоко. Увидев меня, он расплылся в улыбке, но тут же напрягся, заметив Руслана.

- Лика? - Рома сделал шаг вперед, загораживая меня собой. - Кто это? И почему от тебя пахнет... псарней?

Руслан снял очки. Его серые глаза встретились с карими глазами медведя. Воздух в коридоре, казалось, заискрил.

- Псарней? - Руслан усмехнулся, но улыбка была оскалом. - Выбирай выражения, Винни-Пух. Я здесь, чтобы убедиться, что никто не лапает мою женщину под предлогом "дружбы".

Рома перевел взгляд на меня, потом снова на Руслана.

- Твою... женщину? Ты еще Метку не поставил, волк. А без Метки она свободная девушка. И моя подруга. Я знаю Лику с восьми лет. Я учил ее лазить по деревьям и мазал зеленкой разбитые коленки, пока ты снимал девиц в своих клубах!

- Надеюсь, это был последний раз, когда ты трогал ее колени, - процедил Руслан, делая шаг вперед. - Потому что если я узнаю, что ты смотришь на нее не как на сестру... Я сделаю из тебя прикроватный коврик.

Вокруг нас начал собираться народ. Студенты чуяли назревающую драку.

- Хватит! - я встала между ними, уперев руки в грудь обоим. - Вы ведете себя как дети в песочнице! Рома, успокойся. Руслан, прекрати метить территорию. У нас лекция!

Мы вошли в аудиторию. Тема дня: «Основы возрастной психологии».

Преподавательница, сухонькая старушка, едва не выронила мел, когда на заднюю парту, которая жалобно скрипнула, приземлился Руслан.

Руслан огляделся, скрестив руки на груди.

- Что? - спросил он, глядя на притихшую аудиторию. - Продолжайте. Мне очень интересно послушать про кризис трех лет. У меня сейчас как раз такой период. Моя подопечная, - он кивнул на меня, - ведет себя точно так же.

Преподавательница поправила очки и продолжила лекцию.

- Тебе удобно? - шепнул Руслан, придвигаясь ко мне так близко, что его бедро прижалось к моему. - Этот стул жесткий. Хочешь, сядешь ко мне на колени?

- Ты срываешь учебный процесс. - прошипела я, краснея.

- Я улучшаю демографическую ситуацию. Смотри, как на меня смотрят твои одногруппницы. Они уже мысленно родили от меня по тройне.

Я оглянулась. И правда, девчонки с передних парт то и дело оборачивались, стреляя глазками.

- Пусть смотрят, - фыркнула я. - Может, кто-то из них заберет тебя, и я смогу нормально учиться.

Преподавательница постучала указкой по доске.

- Молодые люди на задней парте! Если вы закончили что-то обсуждать, может, ответите на вопрос? Каковы основные признаки гиперактивности у детей дошкольного возраста?

Руслан поднял руку, как примерный школьник.

- Неумение сидеть на месте, импульсивность и желание сбежать к старым друзьям, когда рядом есть... более надежный защитник.

Аудитория взорвалась хохотом, решив, что это просто ревнивая шпилька в адрес бывшего парня.

Рома показал ему средний палец, пряча его за спиной преподавателя.

Я закрыла лицо руками.

Боже, дайте мне сил пережить этот семестр. Или пристрелите меня прямо здесь.

Когда мы ехали домой, Руслан вел машину спокойно, но я чувствовала, что внутри у него буря.

- Ты злишься, - сказала я, не поворачивая головы.

- Я не злюсь, - ответил он ровно. - Я анализирую.

- Что именно? Ромку? Он хороший парень. И он действительно мне как брат.

- Брат, который смотрит на тебя как на женщину.

- Тебе показалось. У Ромы есть девушка. Ну, почти. Он переписывается с одной медведицей из северного клана.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Руслан хмыкнул.

- Это меняет дело. Но не сильно. Я не люблю, когда другие самцы трутся возле моего... моей пары.

Мы въехали во двор. Руслан заглушил мотор, но не спешил выходить.

- Лика, - он повернулся ко мне, сняв очки. Его серые глаза были серьезными. - Я знаю, что давлю на тебя. Знаю, что веду себя как собственник. Но ты должна понять. Для волка истинная - это не просто жена или любовница. Это центр мира. Это уязвимость и сила одновременно. Когда я вижу, как кто-то другой, пусть даже друг, касается тебя, защищает тебя... у меня инстинкты срывает. Я хочу быть единственным, кто это делает.

Я посмотрела на него. Впервые он говорил так открыто, без шуточек и сарказма.

- Я понимаю, Руслан. Я выросла с оборотнями. Я знаю про инстинкты. Но я - человек. У меня нет зверя внутри. Мне нужно личное пространство. Мне нужны друзья. Нельзя запереть свет в коробке и ждать, что он будет гореть вечно. Я не могу быть только твоей тенью.

- Я не хочу, чтобы ты была тенью. Я хочу, чтобы ты была моим светом.

Он протянул руку и накрыл мою ладонь своей. Его пальцы были теплыми и шершавыми.

- Давай договоримся. Ты ходишь в колледж. Я не буду сидеть с тобой на парах, но моя охрана будет в коридоре. И я буду забирать тебя. А ты... ты перестанешь называть Рому своим защитником. Хотя бы при мне.

Я улыбнулась. Это был компромисс.

- Договорились. Но с одним условием.

- Каким?

- Ты перестанешь ходить по дому полуголым. Это отвлекает.

Руслан рассмеялся - искренне, громко.

- Не обещаю. Мне нравится, как ты краснеешь, когда смотришь на меня.

Вечером, когда он уехал по делам стаи, я решила приготовить ужин. Впервые в этом доме запахло запеченным мясом и травами.

Когда Руслан вернулся, дом был наполнен ароматами еды.

Он вошел на кухню, втянул носом воздух и замер.

- Пахнет... домом, - сказал он тихо.

- Садись, - я поставила тарелку на стол.

- Очень вкусно. - сказал он, попробовав кусочек. - Спасибо, никто не готовил для меня... очень давно.

- А как же твои многочисленные девушки? - не удержалась я от шпильки.

- Они готовили только проблемы, - усмехнулся он. - И заказывали суши. Ты первая, кто включил духовку в этом доме.

Он встал, подошел ко мне и, неожиданно для меня, обнял. Крепко, но нежно.

Я уткнулась носом в его грудь. От него пахло улицей, машиной и его собственным запахом.

- Я рад, что ты здесь, Лика, - прошептал он мне в макушку. - Несмотря ни на что.

Он уже собирался выйти из кухни, но в дверях остановился. Его взгляд стал серьезным.

- Кстати, о планах на выходные. Мы едем на свадьбу. Арсений и Юля наконец-то решили закрепить союз.

Я едва не выронила тарелку.

- Юля? Она... она в порядке? - голос дрогнул. Картинки темного, сырого подвала на миг вспыхнули перед глазами. Холод бетона, страх и тихий шепот Юли, которая просила меня не сдаваться.

- В полном, - Руслан подошел и коротко сжал мое плечо. - И она очень хочет тебя видеть.

- Конечно, - выдохнула я, чувствуя, как к горлу подкатывает комок. - Я обязательно должна там быть.

В эту ночь волк снова пришел ко мне. Он запрыгнул на кровать уже по-хозяйски, положил голову мне на живот и засопел. Я гладила его жесткую шерсть, слушая стук его сердца, и думала о том, что моя клетка становится все более уютной.

*****

Понравилась глава? Ставьте ⭐ и добавляйте книгу в библиотеку, чтобы не пропустить следующее обновление (сегодня будет еще 2 главы!)

Глава 11.

Руслан

Свадьба Арса и Юли проходила в загородном комплексе, принадлежащем стае. Мы с Ликой приехали туда с утра.

Арсений нервничал так, что от него фонило напряжением за километр.

- Ну как я? - спрашивал он в десятый раз, глядя в зеркало.

- Идеально, Альфа. Расслабься. Она не сбежит. Юля любит тебя больше жизни.

- Я знаю. Но я хочу, чтобы все было безупречно.

Я оставил жениха приходить в себя и пошел в наш номер. Лика собиралась там.

Я смотрел на нее, крутящуюся перед зеркалом, и чувствовал то же самое, что и Арс к Юле. Желание дать ей весь мир. И желание спрятать ее от этого мира.

Она выбрала платье изумрудного цвета, простое, летящее, но на ней оно смотрелось как королевский наряд. Рыжие волосы волнами падали на плечи, подчеркивая белизну кожи.

Когда она повернулась ко мне, у меня перехватило дыхание.

- Ты... - я запнулся, подбирая слова. - Ты великолепна.

- Спасибо. Руслан, я хочу зайти к Юле. Ее номер в другом крыле, я быстро. Она, наверное, волнуется.

- Нет, - отрезал я, перегораживая выход.

- Почему?

- Потому что там проходной двор. Стилисты, визажисты, фотографы, персонал отеля. Я не могу проверить каждого официанта. Ты выйдешь из этого номера только со мной. И будешь рядом со мной.

- Ты параноик! - возмутилась она. - Это свадьба наших друзей! Здесь куча охраны!

- Безопасности не существует, Лика.

Она надулась, села в кресло и демонстративно отвернулась. Но спорить не стала. Она уже знала, что если я уперся, сдвинуть меня не сможет даже бульдозер.

Всю церемонию Лика стояла рядом со мной, и я держал ее за руку, чувствуя, как дрожат ее пальцы, когда Арс и Юля произносили клятвы. Я видел слезы в ее глазах.

На банкете я не отпускал ее ни на шаг. Мы сидели за столом, и я то и дело клал руку на спинку ее стула, обозначая территорию. Волки стаи косились, но молчали. Они видели метку на шее Юли и понимали: времена меняются, люди входят в наши семьи.

Когда заиграла медленная музыка, я встал и протянул ей руку.

- Потанцуем?

Лика колебалась секунду, но вложила свою ладонь в мою.

Мы вышли на танцпол. Я притянул ее к себе, положив руку на талию. Она была такой хрупкой, такой теплой.

Мы двигались в такт музыке. Вокруг кружились пары, но я видел только ее. Ее глаза, в которых отражались огни гирлянд.

- О чем ты думаешь? - спросил я тихо.

- О них, - она кивнула на Арса и Юлю, которые целовались в центре зала. - Они такие счастливые. Несмотря на все трудности, на разницу... видов. Они нашли друг друга.

- Они истинные, Лика. Это сильнее любых различий.

- Я знаю. Но видеть это своими глазами... это другое. Это похоже на магию.

Я наклонился к ее уху, вдыхая аромат ее волос .

- Когда-нибудь ты тоже будешь так счастлива, Лика. Я обещаю.

Она подняла на меня глаза. В них было удивление и надежда.

- Ты думаешь?

- Я знаю. Потому что я сделаю для этого все. Я переверну землю, я достану луну с неба, лишь бы ты улыбалась так же, как Юля сейчас.

Лика молчала. Она не отстранилась, не съязвила. Она просто положила голову мне на плечо и прижалась крепче.

- Спасибо, Руслан, - прошептала она. - За то, что ты... стараешься.

Мы танцевали до конца песни, и я чувствовал, как стена между нами становится тоньше.

Может быть, мне не придется ждать вечность.

Ближе к концу вечера ведущий объявил традиционное бросание букета.

Все незамужние девушки выстроились в шеренгу. Я видел, как Лика неохотно встала в самый конец, явно не собираясь бороться за цветы. Она стояла рядом с Евой и Светой, делая вид, что ей это вообще не интересно.

Ну уж нет. Этот букет должен быть ее. Я не привык полагаться на случайность.

Я огляделся, рядом с фуршетным столом крутилась десятилетняя дочь нашего начальника охраны Миши. Шустрая девчонка, настоящая юла и, разумеется, волчонок, хотя пока и не обращенный.

Я подозвал ее пальцем.

- Катюха, хочешь заработать на мороженое? - шепнул я, присаживаясь на корточки. - Большое ведро.

Глаза девчонки загорелись.

- Хочу! А что делать надо? Кого-то укусить?

- Нет, кусать сегодня никого не надо, тут люди, - усмехнулся я. - Видишь букет у невесты?

- Ага.

- Твоя задача поймать его. Любой ценой. Опереди всех этих теть на каблуках. Ты же быстрая?

- Я самая быстрая! - гордо заявила она.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Вот и отлично. Поймаешь и сразу неси той рыжей девушке в зеленом платье. Поняла?

- Поняла! - она подмигнула мне и шмыгнула в толпу девушек.

Юля встала спиной к гостям. Раз, два, три!

Букет взмыл в воздух.

Света и Ева, как истинные подружки невесты, рванули вперед, вытягивая руки. Какая-то гостья в розовом даже подпрыгнула.

Но они не учли одного фактора, такого маленького, юркого и очень мотивированного мороженым.

Катя не стала толкаться. Она, как маленькая торпеда, проскользнула между ногами высоких гостей, оттолкнулась от чьей-то туфли и в невероятном прыжке, который люди списали бы на детскую гиперактивность, перехватила цветы в полуметре от пола.

- Есть! - взвизгнула она, приземляясь на четыре точки, но тут же выпрямляясь.

Гости захлопали, умиляясь шустрому ребенку.

Катя, не обращая внимания на аплодисменты, с деловым видом промаршировала к Лике, которая стояла в стороне и хлопала глазами.

- Держи, - Катя сунула ей букет. - Это тебе.

- М-мне? - растерялась Лика. - Но ты же поймала...

- Мне рано замуж, - серьезно заявила девчонка. - А тебе в самый раз. Бери, а то дядя Руслан оставит меня без сладкого.

Лика вспыхнула, как маков цвет, и перевела взгляд на меня.

Я стоял, прислонившись к колонне, и салютовал ей бокалом с самым невинным видом.

Катя убежала за наградой, а Лика, сжимая букет, подошла ко мне.

- Ты подкупил ребенка? Серьезно? - прошипела она, но уголки ее губ дрогнули.

- Я просто помог судьбе, - пожал плечами я.

- Ты ужасен.

- Я целеустремлен и, кстати, букет тебе идет. Потренируйся его держать. Скоро пригодится.

Я подмигнул Лике, которая пыталась спрятать улыбку в пионах.

Она моя. И этот букет только начало.

*****

Вам ведь тоже интересно, что будет дальше? ???? Жмите ⭐

Глава 12.

Лика

Дни тянулись невыносимо медленно. Даже походы в колледж не спасали, охрана Руслана маячила в коридорах, отпугивая всех, кроме Ромки.

- Руслан, мне нужно на воздух, - ныла я за завтраком. - Не в сад, а в город или в парк. Посмотреть на людей, поесть мороженого.

- В парке опасно, - отрезал он, не отрываясь от кофе.

- Я пойду с Ромой! И с твоей охраной. Ну пожалуйста! Я скоро завою от скуки или начну грызть мебель.

Руслан поднял на меня взгляд. В его глазах мелькнула усмешка.

- Мебель грызть не надо, она дорогая. Ладно. Ты можешь поехать в парк. Но двое моих парней будут идти рядом. И я буду на связи.

- Ты лучший! - я подскочила и, не сдержавшись, чмокнула его в щеку.

Он замер, поймал мою руку и поцеловал ладонь.

- Будь осторожна, Лика. У меня плохое предчувствие.

Парк был полон людей. Дети, собаки, парочки. Желтые листья шуршали под ногами. Я шла рядом с Ромой, наслаждаясь свободой. Охрана Руслана действительно держалась на расстоянии, но я чувствовала их взгляды спиной.

- Твой волк совсем с катушек слетел, - хмыкнул Рома, откусывая эскимо. - Три машины сопровождения для одной студентки. Он скоро тебе на лоб GPS-трекер наклеит.

- Он беспокоится, - вступилась я. - Белов все еще где-то рядом.

- Белов залег на дно. Как говорят, он боится высунуться.

Мы дошли до пруда с утками. Я кормила птиц хлебом, смеялась над шутками Ромы. На секунду мне показалось, что все как раньше.

Вдруг Рома напрягся. Он резко обернулся, втягивая воздух носом.

- Что такое? - спросила я.

- Чужой, - прошептал он.

Я огляделась. В толпе гуляющих я не видела никого подозрительного. Но Рома уже тащил меня прочь от воды, в сторону аллеи, где было больше людей.

- Ребята! - крикнул он охране.

Охранники тут же сгруппировались, окружая нас кольцом.

И в этот момент из кустов выскочили трое.

- Девчонку! - рявкнул один из них, бросаясь вперед.

Все произошло молниеносно.

Рома задвинул меня за спину, принимая удар на себя. Он не мог перекинуться при людях, поэтому дрался как человек.

Охрана Руслана вступила в бой. Началась потасовка. Прохожие закричали, разбегаясь в стороны.

Я стояла, прижавшись к дереву, не в силах пошевелиться. Страх сковал тело. Я видела, как один из нападавших достал нож.

- Рома, сзади! - закричала я.

Нож полоснул Рому по руке. Брызнула кровь.

И тут раздался визг тормозов. Черный внедорожник влетел прямо на газон, снося ограждение. Из него выскочил Руслан.

Он не тратил время на разговоры.

Он подлетел к тому, кто ранил Рому, и ударом ноги сломал ему колено. Хруст был слышен даже сквозь крики.

Руслан двигался с нечеловеческой скоростью. Он был яростью воплоти, бил жестко, точно, ломая кости.

Последнего нападавшего он схватил за горло и поднял над землей.

- Кто послал?! - прорычал он ему в лицо.

Тот лишь хрипел, синея.

Руслан сжал пальцы. Я услышала жуткий звук, и тело в его руках обмякло. Он отшвырнул его, как мусор.

Вокруг воцарилась тишина. Люди снимали происходящее на телефоны. Охрана быстро начала разгонять зевак.

Руслан обернулся ко мне.

Его руки были в крови, в глазах горел тот самый безумный огонь, который я видела в подвале.

Он шагнул ко мне.

- Ты цела?

Я попятилась.

В этот момент я видела перед собой не своего защитника. Я видела убийцу. Монстра, который только что сломал человеку шею на глазах у толпы.

- Не подходи к ней, - Рома зажал рану на руке, его взгляд был предостерегающим.

- Не подходи... - прошептала я, чувствуя, как внутри все обрывается.

Руслан замер. Боль мелькнула в его глазах, но он быстро спрятал ее за маской холода.

- В машину. Живо.

Домой мы ехали в гробовом молчании. Когда мы вошли в дом, Руслан повернулся ко мне.

- Я говорил тебе, что это опасно. Я предупреждал.

- Ты убил его, - тихо сказала я. - Ты убил человека.

- Это был не человек. Это был выродок, который пришел за тобой с ножом. Что я должен был сделать? Попросить его уйти?

- Ты мог его обезвредить! Сдать полиции!

- Лика, проснись! - рявкнул он. - В нашем мире нет полиции! Есть только сила! Если бы я не приехал, они бы забрали тебя! Или убили Рому!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Я боюсь тебя, - вырвалось у меня.

Руслан побледнел. Было видно, что эти слова были ему не приятны.

- Боишься? - переспросил он тихо. - Хорошо. Бойся. Страх заставит тебя сидеть дома и оставаться живой.

Он развернулся и ушел в свой кабинет, хлопнув дверью так, что задрожали стены.

Я осталась одна в холле, дрожа от пережитого ужаса. К такому я была не готова.

*****

Вижу ваши просмотры, но не вижу ваших комментариев и звёздочек... Исправим? ????

Глава 13.

Вечером меня начало знобить.

Сначала я списала это на нервное перенапряжение и тот ужас, который я пережила в парке. Но к ночи зубы начали стучать так, что я не могла сомкнуть челюсти. Голова раскалывалась, горло горело огнем.

Я лежала в постели, свернувшись калачиком под двумя одеялами, и пыталась согреться.

В доме было тихо. Руслан не выходил из кабинета. Я знала, что обидела его.

Ближе к утру мне стало совсем плохо. Жар был невыносимым. Я металась по подушке, сбрасывая одеяло, потом снова куталась в него.

В бреду мне казалось, что я снова в подвале. Темно, сыро, и чьи-то руки хватают меня.

- Нет... - стонала я. - Не надо... Папа... Руслан...

Дверь открылась… Прохладная рука легла мне на лоб.

- Черт, - услышала я тихий голос Руслана. - Ты горишь.

Он исчез и вернулся через минуту. Свет ночника резанул по глазам.

- Пей, - он приподнял мою голову и поднес к губам стакан с водой и какой-то таблеткой.

Я послушно проглотила.

- Холодно, - прошептала я. - Так холодно...

Руслан стянул с себя футболку и лег рядом, поверх одеяла. Он обнял меня, прижимая к своему горячему телу.

- Я здесь, - шептал он мне в макушку. - Я согрею.

- Прости меня, - пробормотала я в полусне. - Я не хотела... Я не боюсь... Я просто...

- Тшш, - он погладил меня по спине. - Спи. Ты ни в чем не виновата. Это я виноват. Я должен был предвидеть.

Я проболела два дня, у меня была сильная простуда на фоне стресса. Руслан превратился в идеальную сиделку.

Он был мягким. Заботливым. Терпеливым.

Никаких пошлых шуток. Никакого давления. Только бесконечная нежность в каждом движении.

Болезнь выматывала. Я лежала в постели, глядя, как серые сумерки за окном сменяются чернотой ночи. В голове был туман, но мысли текли на удивление ясно.

За эти дни, пока Руслан ухаживал за мной, что-то изменилось.

Я видела, как он меняет мне компрессы, стараясь не разбудить. Как он дует на ложку с бульоном, прежде чем дать мне. Как он спит в кресле, свернувшись в неудобной позе, лишь бы быть рядом.

Мой страх перед ним начал таять, как снег весной. Я привыкала к нему. К его запаху, к его голосу, к его рукам.

И это пугало меня больше всего.

Потому что я понимала: наша близость неизбежна. Не потому, что он заставит. А потому, что я сама скоро захочу этого. Мое тело уже отзывалось на него, предавая разум.

Но была одна проблема. Огрооомная, как айсберг.

Моя неопытность.

Я наслушалась историй про оборотней. Про их страсть, про их ненасытность. Руслан, сильный самец. У него было сотни женщин, опытных, умелых. А я?

Я даже целоваться не умею.

Эта мысль грызла меня изнутри. Я боялась, что в решающий момент я просто застыну, как бревно. Или, что еще хуже, увижу в его глазах разочарование.

Мне нужно было поговорить с ним. Предупредить, чтобы потом не было стыдно.

Лучше он узнает сейчас и посмеется, чем потом, когда будет поздно.

- Руслан? - позвала я хрипло.

Он тут же отложил книгу и подошел к кровати.

- Что, маленькая? Воды?

- Нет. Сядь. Нам надо поговорить.

Он сел на край постели, внимательно глядя на меня.

- О чем? Тебе хуже?

- Нет. Мне... страшно.

- Я же здесь. Никто тебя не тронет.

- Я боюсь не кого-то. Я боюсь нас. Того, что будет дальше.

Он взял мою руку и погладил ладонь.

- Ничего не будет, пока ты не захочешь. Я же обещал.

- Я знаю. Но ведь рано или поздно это произойдет.

Он кивнул, его глаза потемнели.

- Да.

- Но я боюсь разочаровать тебя, - выпалила я. - Ты привык к опытным женщинам, которые знают, что делать. А я...

- Лика, - он перебил меня мягко. - В сексе нет экзаменов. Тебе не нужно ничего "сдавать".

- Ты не понимаешь! - воскликнула я, чувствуя, как жар приливает к щекам.

- У тебя был плохой опыт? Какой-то идиот сказал тебе, что ты что-то делаешь не так?

Он сжал кулаки, и я поняла, что он готов убить любого моего гипотетического "бывшего".

- Нет! Никто мне ничего не говорил! В том-то и дело!

- Тогда в чем проблема? - он искренне не понимал.

Я закрыла глаза, собираясь с духом. Отступать было некуда.

- Проблема во мне, Руслан. Потому что никакого опыта у меня нет. Вообще.

Руслан замер.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- В смысле... нет?

- В прямом! - я открыла глаза, глядя на него сквозь слезы. - Папа всю жизнь как будто прятал меня. Я общалась только с его охраной и Ромой. Училась дома, у меня даже выпускного не было.

В комнате повисла оглушительная тишина. Было слышно только мое всхлипывание и шум дождя за окном.

Я ждала чего угодно. Смеха или фразы в духе: "Ничего, научим".

Но Руслан молчал.

Потом я почувствовала, как кровать прогнулась под его весом. Он лег рядом, но не обнял, не притянул к себе. Он просто взял мою руку и переплел свои пальцы с моими.

- Посмотри на меня, - попросил он тихо.

Он лежал на боку, подперев голову рукой. В его глазах не было ни насмешки, ни похоти. Там была какая-то щемящая нежность, от которой у меня перехватило дыхание.

- Ты... ни с кем не была? - переспросил он, словно не веря.

Я кивнула, заливаясь краской.

- Прости.

- За что? - он покачал головой, и на его губах появилась мягкая, почти мальчишеская улыбка. - Лика, ты с ума сошла? Просить прощения за то, что ты... сокровище?

Он поднес мою руку к губам и поцеловал каждый палец.

- Я никогда не думал, что мне достанется такая честь. Быть первым и быть единственным.

Он погладил меня по щеке.

- Забудь про всех женщин, кто был до тебя. Их не существует. Есть только ты. И то, что ты неопытна... это не недостаток. Это чудо. Это значит, что все твои первые ощущения, все открытия будут связаны со мной.

Я смотрела на него и чувствовала, как внутри разливается тепло.

- Ты не разочаруешься? - прошептала я.

- Я буду самым счастливым волком на свете, - ответил он серьезно. - Я обещаю тебе Лика, я никогда не причиню тебе боль. Я буду сдерживать себя, даже если буду умирать от желания. Мы сделаем это только тогда, когда ты сама захочешь. И ни секундой раньше.

После этого разговора мне стало легче.

Через пару дней болезнь окончательно отступила.

Руслан уехал к Арсу, а я впервые за долгое время осталась одна, если не считать охраны за дверью.

Тишину нарушил звонок в дверь. Приехал Ромка. Он просочился в гостиную с пакетом моих любимых апельсинов и видом побитой собаки. Его рука была перебинтована.

- Ну, как ты, боец? - он присел на край дивана, внимательно изучая мое лицо. - Твой волк по телефону чуть не перекусил мне сонную артерию, когда я спросил, можно ли тебя навестить.

- Я в порядке, Ром.

Я замолчала, крутя в руках апельсин. Мне нужно было выговориться кому-то.

- Ром... он убил человека в парке. У меня перед глазами все еще стоит тот хруст. Я сказала ему, что боюсь его.

Рома вздохнул, потирая здоровой рукой затылок.

- Лик, послушай меня. Если бы кто-то замахнулся ножом на мою женщину... я бы сделал то же самое. И ты это знаешь.

Я подняла на него взгляд.

- Но это же... жестоко.

- Это жизнь, - отрезал Рома. - Ты выросла в клане, но отец тебя берег, как тепличный цветок. Ты видела только фасад. А Руслан... он защитник. У него в крови зашито, что враг должен быть мертв до того, как он коснется его пары. Он ведь это сделал ради тебя.

Я опустила голову. Слова Ромы больно били в цель.

- Я знаю. Я уже извинилась. Он... он был таким нежным, пока я болела. Совсем другим. И я призналась ему, про то, что я... ну, ты понимаешь.

Рома подавился долькой апельсина.

- Что?! Ты сказала Бессонову, что ты девственница? Лика, ты камикадзе! Он же бабник, у него список побед длиннее, чем очередь в столовой колледжа!

- Он не смеялся, - тихо перебила я его. - Он сказал, что я сокровище. Что это честь для него.

Ромка замер. Его карие глаза расширились. Он долго смотрел на меня, а потом серьезно кивнул.

- Значит, я ошибался.

- В чем?

- В нем. Если волк такого уровня, как Руслан, услышав о невинности девушки, не бежит за шампанским, чтобы отпраздновать, а говорит о чести... значит, он пропал, Лика. Он влюбился в тебя по самые уши.

Когда Рома ушел, я долго сидела в тишине, глядя на закат. Слова «он влюбился» эхом отдавались в сердце.

Вечером вернулся Руслан. Я услышала звук его машины и поймала себя на том, что бегу к двери, задыхаясь от предвкушения...

Глава 14.

Руслан

Ее признание ударило меня сильнее, чем пуля.

Девственница.

Моя маленькая, колючая, дерзкая Лика. Никем не тронутая.

Я смотрел на нее, спящую, и чувствовал, как внутри все переворачивается.

Мой волк был в экстазе. Для зверя нет ничего слаще, чем осознание того, что самка принадлежит только ему. Что он будет первым, кто оставит на ней свой запах, свою метку, кто научит ее всему.

Но человек во мне был в ужасе.

Ответственность. Огромная, давящая ответственность.

Я был бабником. Я привык к женщинам, которые знают правила игры. Которым не нужно ничего объяснять. А с ней...

С ней мне придется учиться заново. Быть нежным. Сдерживать свою силу, которая порой рвется через край. Быть терпеливым, когда хочется просто взять и присвоить.

Но, черт возьми, я готов.

Я готов ждать вечность, лишь бы увидеть, как она расцветает в моих руках.

Днем приехал Стас Воронов.

Я ждал его. Знал, что отец не усидит на месте долго.

Охрана пропустила его машину.

Стас вышел из джипа. Я вышел ему навстречу. Мы пожали руки.

- Где она? - спросил медведь.

- В доме. Еще слаба после болезни, но идет на поправку.

- Ты не обижаешь ее?

- Я сдуваю с нее пылинки, Стас.

Он посмотрел мне в глаза, сканируя, проверяя на ложь. Потом кивнул.

- Вижу. Ты изменился, Бессонов. От тебя пахнет заботой, а не только похотью.

- Она меняет меня.

- Это хорошо. Потому что если ты сломаешь ее...

- Я знаю. Ты оторвешь мне голову.

- Нет. Я сделаю так, что ты будешь молить о смерти. - медведь тяжело вздохнул. - Я берег ее. От всего этого дерьма. От таких, как мы. А она сама нашла тебя. Судьба.

- Я буду беречь ее не меньше, чем ты.

- Надеюсь.

Мы вошли в дом.

Лика сидела в гостиной. Увидев отца, она вскочила и бросилась к нему на шею.

- Папа!

Стас подхватил ее, как пушинку, прижал к себе. Я видел слезы на его глазах.

- Ну все, все, маленькая. Я здесь.

Я стоял в стороне, чувствуя укол ревности, но сдержался. Это ее семья.

Лика настояла, чтобы отец остался на обед. Она суетилась, накрывала на стол, стараясь создать видимость нормальной семейной встречи.

Мы сидели за столом. Атмосфера была напряженной, но не враждебной.

- Руслан, - сказал Стас, откладывая вилку. - Я подключу своих ребят. Они будут охранять Лику везде. В колледже, в дороге. Твои люди хороши, но мои знают ее привычки.

- Я не против, - кивнул я. - Лишние глаза не помешают.

- И еще... - Медведь посмотрел на дочь, которая делала вид, что очень занята салатом. - Лика не такая, как наши женщины. Волчицы или медведицы, встретив истинную пару, смиряются с этим. Это природа. Но Лика человек. У нее человеческие мечты, амбиции. Она хотела учиться, хотела самостоятельности.

Он перевел тяжелый взгляд на меня.

- Я хочу знать, что она живет свою жизнь так, как хотела. Что она учится, заводит друзей, ходит в кино. Что она не заперта в четырех стенах, как принцесса в башне. Она не должна идти против своих мечт ради твоих инстинктов, Руслан.

- Я понимаю, - ответил я серьезно. - Я не держу ее на цепи. Я просто пытаюсь сохранить ей жизнь. Как только угроза минует, она будет свободна в своих решениях. В пределах разумного, конечно.

- В пределах твоей ревности, ты хотел сказать? - съязвила Лика.

Стас рассмеялся.

- Ну, это у нас в крови, дочка. Но он прав. Безопасность прежде всего.

После обеда Стас собрался уезжать, и мы пошли его провожать.

- Пап, забери меня домой! - вдруг всхлипнула Лика у порога.

У меня сердце оборвалось.

Стас посмотрел на меня, потом на дочь. Он погладил ее по голове.

- Не могу, дочка.

- Ты бросаешь меня?

- Я доверяю ему, я вижу, что он готов умереть за тебя.

Лика повернулась ко мне. В ее взгляде была смесь обиды и смирения.

- Значит, ты и отца подкупил? - горько усмехнулась она.

- Я просто сказал ему правду, - ответил я. - Что люблю тебя.

Она замерла.

Я сказал это вслух.

Стас хмыкнул в бороду, садясь в машину.

- Ну вот и поговорили. Ладно, мне пора. Лика, слушайся его. И... дай ему шанс. Он не такой плохой, каким хочет казаться.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Отец уехал. Мы остались одни.

Лика стояла посреди комнаты, обхватив себя руками.

- Ты сказал, что любишь меня, - тихо произнесла она.

- Сказал.

- Это правда? Или часть стратегии по захвату?

Я подошел к ней. Взял ее лицо в ладони.

- Я не стратег, Лика. Я волк. Я не умею врать о таких вещах. Я люблю тебя. И я буду ждать, пока ты поверишь в это.

*****

Кто прочитал - отмечайтесь любым смайликом! Мне важно знать, что вы со мной ❤️

Глава 15.

Лика

Слова Руслана о любви не давали мне покоя. Я лежала ночью без сна, глядя в потолок, и думала: может ли хищник любить жертву? Или это просто инстинкт, помноженный на желание обладать?

Но он держал слово, не давил на меня, заботился.

Мне нужно было что-то делать. Сидеть на месте и ждать, пока меня снова похитят или спасут, было невыносимо. Я хотела быть сильной. Такой, как они.

Утром я нашла Руслана в домашнем спортзале. Он боксировал. Звуки ударов эхом разносились по помещению.

Я встала в дверях, наблюдая за ним.

- Научи меня, - сказала я громко, перекрывая шум.

Руслан остановил грушу рукой и обернулся. Он был мокрым от пота, дыхание сбилось.

- Чему?

- Драться. Защищаться. Я не хочу быть балластом. Я хочу уметь постоять за себя, если тебя не будет рядом.

Он подошел ко мне, вытирая лицо полотенцем.

- Ты не будешь драться с оборотнями. Это бесполезно.

- Но я могу драться с людьми! Пожалуйста. Я не прошу сделать из меня Рэмбо. Просто... дай мне шанс почувствовать себя увереннее.

Он помолчал, разглядывая меня. Потом кивнул.

- Хорошо. Переодевайся.

Через десять минут я стояла на матах в легинсах и спортивном топе. Руслан остался в шортах.

- Первое правило: не дай себя схватить, - начал он, вставая в стойку. - Если противник сильнее, используй его инерцию.

Мы начали тренировку.

Сначала было неловко. Я путалась в ногах, падала. Руслан был терпеливым учителем. Он поправлял меня, показывал приемы.

Но с каждой минутой атмосфера в зале менялась.

Его прикосновения становились все более частыми. Он клал руки мне на талию, корректируя стойку. Прижимал к себе, показывая захват.

Мы были мокрыми и разгоряченными.

- А теперь попробуй освободиться, - сказал он, обхватывая меня сзади и прижимая к своей груди. Его руки сковали меня стальным обручем.

Я дернулась, пытаясь ударить локтем, наступить на ногу. Бесполезно. Он был скалой.

- Сильнее, Лика! Злись!

Я зарычала от бессилия и резко вывернулась, используя прием, который он показал пять минут назад. У меня получилось!

Я развернулась к нему лицом, тяжело дыша. Мы оказались слишком близко.

Его грудь вздымалась напротив моего лица. Я подняла взгляд.

Его глаза потемнели. Зрачки расширились.

В зале повисла тишина, нарушаемая только нашим дыханием.

Адреналин кипел в крови.

- Ты молодец, - хрипло сказал он.

- Я стараюсь.

Он не отходил. Я не отступала.

Притяжение стало почти физически ощутимым. Оно тянуло нас друг к другу, как магниты.

Руслан медленно поднял руку и коснулся моей шеи. Его пальцы были горячими.

- Лика... - выдохнул он мое имя, как молитву.

Я сама не поняла, как это случилось. Я подалась вперед.

Наши губы встретились.

Это был не нежный поцелуй. Это был взрыв. Голодный, жадный, отчаянный.

Я обвила руками его шею, прижимаясь всем телом. Он подхватил меня за бедра и поднял, вжимая в себя. Я почувствовала его возбуждение, его силу.

Его язык ворвался в мой рот, сплетаясь с моим. Он целовал так, словно хотел выпить меня до дна.

Мы упали на маты, не разрывая поцелуя. Он навис надо мной, его руки блуждали по моему телу, сжимая, лаская.

- Моя... - рычал он мне в губы. - Моя девочка...

В какой-то момент его рука скользнула под резинку моих легинсов.

Я вздрогнула и замерла. Реальность вернулась.

Руслан почувствовал это мгновенно.

Он замер. Его рука остановилась. Он с трудом оторвался от моих губ, тяжело дыша мне в лицо.

- Все, - прохрипел он. - Стоп.

Он скатился с меня и лег рядом на спину, закрыв глаза рукой.

- Черт... Прости. Я увлекся.

Я села, поправляя одежду. Сердце колотилось где-то в горле.

- Это я... я виновата. Я сама...

- Ты ни в чем не виновата, - он убрал руку и посмотрел на меня. Его взгляд был мутным, но в нем уже не было того безумия. - Мы остановились. Это главное. Я обещал не давить.

- Но ты хотел...

- Я всегда хочу тебя, Лика. Каждую секунду. Но я хочу, чтобы ты была готова. Не на адреналине, а осознанно.

Я посмотрела на него с благодарностью. Он смог остановить себя.

- Спасибо, - тихо сказала я.

- Иди в душ, - он отвернулся. - Мне нужно... остыть.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я вышла из зала, чувствуя, как горят губы.

*****

Ставьте ⭐, если тоже хотите такую выдержку, как у Руслана!

Глава 16.

После тренировки я не могла найти себе места. Тело горело, мысли путались. Я избегала Руслана, прячась в своей комнате, но знала, что долго так продолжаться не может. Мы перешли черту.

На следующий день, вечером мой телефон пиликнул.

Сообщение с незнакомого номера.

Я открыла его без задней мысли, думая, что это спам или рассылка из колледжа.

На экране высветилось фото.

Рома.

Он сидел на стуле, связанный, с разбитым лицом. Кровь текла из носа, один глаз заплыл.

Под фото был текст:

«

Твой медвежонок у нас. Хочешь получить его живым - приходи одна. Старый завод, северный цех. У тебя час. Скажешь своему волку и пришлем тебе шкуру друга по почте

».

Мир покачнулся. Рома. Мой Ромка.

Паника накрыла меня ледяной волной.

«

Приходи одна

».

Я должна идти. Я должна спасти его. Я не прощу себе, если с ним что-то случится.

Я вскочила, метнулась к шкафу, хватая куртку.

Нужно бежать. Тихо. Через окно. Руслан не должен знать. Если он узнает, он пойдет со мной, начнется бойня, и они убьют Рому.

Я уже открыла окно, когда в голове всплыли слова отца: "Я доверяю ему, Лика".

Я стояла у открытого окна, и холодный ветер бил в лицо.

Мой разум шептал: "Ты дура, если пойдешь туда одна".

Я закрыла окно. Схватила телефон и побежала вниз.

Руслан был в кабинете. Он говорил с кем-то по телефону, но увидев меня бледную, трясущуюся, тут же сбросил вызов.

- Лика? Что случилось?

Я не могла говорить. Просто протянула ему телефон с открытым фото.

Он взял его. Взглянул.

Его лицо окаменело. Глаза потемнели, став абсолютно черными.

- Суки, - прорычал он. - Они перешли границу. Тронули нейтрала.

Он поднял на меня взгляд.

- Ты хотела пойти? Одна?

- Я... я думала об этом, - призналась я, глотая слезы. - Они написали, что убьют его, если я скажу тебе.

- Они убьют его в любом случае, Лика. Если бы ты пришла, они бы взяли тебя, а Рому прикончили.

Он подошел ко мне и крепко сжал мои плечи.

- Ты молодец. Ты все сделала правильно. Ты пришла ко мне.

- Ты спасешь его? - я вцепилась в его рубашку. - Руслан, пожалуйста!

- Я вытащу его, обещаю.

Он отпустил меня и начал отдавать команды по телефону.

- Миша, общий сбор! Поднимай штурмовую группу. Свяжись с Арсом. И... звони Воронову.

- Отцу? - испугалась я.

- Да. Это его стая. Он имеет право знать. И он имеет право рвать глотки тем, кто тронул его людей.

Через десять минут дом превратился в военный штаб. Приехали бойцы.

Я сидела на диване, завернувшись в плед, и смотрела на Руслана.

Он был в своей стихии. Страшный и прекрасный одновременно.

Он подошел ко мне, уже одетый, в глазах холодная решимость.

- Ты остаешься здесь. Под охраной. Никто не войдет и не выйдет.

- Нет! - я вскочила, хватая его за руку. - Я еду с вами! Я не смогу сидеть здесь и ждать! Я сойду с ума!

- Лика, - он взял мое лицо в ладони, заставляя смотреть ему в глаза. - Там будет бойня. Будет кровь, стрельба, трансформации. Это не место для тебя. Ты будешь отвлекать меня. Я буду постоянно думать о твоей безопасности. Ты хочешь, чтобы я ошибся?

Его слова отрезвили меня. Я поняла, что он прав.

- Нет, - прошептала я. - Я не хочу.

- Тогда жди меня здесь. Я вернусь. И верну Рому.

Он поцеловал меня в лоб.

- Миша, головой за нее отвечаешь!

Руслан выбежал во двор, где уже рычали моторы джипов. Я увидела, как подъехала машина моего отца. Папа перекинулся парой слов с Русланом, и колонна сорвалась с места, исчезая в ночи.

Я осталась одна посреди огромного холла. Тишина давила на уши.

Опустилась на пол, обхватив колени. Страх за Рому и за Руслана скручивал внутренности.

Прошло полчаса. Я мерила шагами гостиную, вздрагивая от каждого звука.

К воротам кто-то подъехал.

Я замерла. Охрана напряглась.

- Свои, - сказал Миша в рацию. - Пропускай.

Дверь открылась, и на пороге появилась Ева. Дочь Арсения. Я видела ее на свадьбе. Сейчас она выглядела серьезной.

- Привет, - сказала она, сбрасывая куртку. - Папа позвонил, сказал, что ты здесь сходишь с ума. Я привезла вино и шоколад. Поверь, это помогает.

Я шмыгнула носом, чувствуя, как слезы, которые я сдерживала, прорываются наружу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Ева... Они похитили Рому.

- Я знаю. Твари. Но наши мальчики справятся. Руслан - зверь в бою. А твой отец... ну, ты знаешь. Медведи не прощают обид.

Она подошла и обняла меня. Просто, по-дружески.

- Идем, нальем вина. Будем ждать их вместе.

Мы устроились на кухне. Ева разлила вино, достала шоколадку.

- Руслан любит тебя, - вдруг сказала она, глядя в бокал. - Я знаю его всю жизнь. Он никогда таким не был. Он был... ветреным. Циничным. А сейчас он готов сжечь город ради тебя.

- Я знаю, - тихо ответила я. - И я... кажется, я тоже начинаю что-то чувствовать. И это меня пугает.

- Не бойся. Любить волка не так страшно. Моя Юля, тоже боялась, а теперь посмотри на них. Они счастливы.

- Я не Юля. Я слабая.

- Ты не слабая.

Мы просидели так несколько часов, разговаривая обо всем и ни о чем, лишь бы заглушить тревогу.

А потом телефон Евы завибрировал.

Она схватила его, прочитала сообщение и выдохнула.

- Все. Закончили.

- Что?! - я вскочила. - Рома? Руслан?

- Рома жив, немного помят, но цел. А Руслан...- она запнулась.

- Что Руслан?

- Он ранен.

Я выбежала на крыльцо, вглядываясь в темноту дороги, молясь всем богам, чтобы он был в порядке.

*****

Понравилась глава? Ставьте ⭐ и добавляйте книгу в библиотеку! Ваша активность помогает истории расти в рейтинге.

Глава 17.

Три джипа влетели во двор. Я рванула с крыльца, чувствуя, как сердце выпрыгивает из груди.

Из первой машины вышел отец. Увидев меня, он коротко кивнул: «Рома в лазарете. Живой. Иди к своему волку».

Я обернулась ко второму джипу. Руслан выходил сам. Его походка была тяжелой, он слегка припадал на левую ногу, а футболка на боку превратилась в мокрое алое месиво.

- Руслан! - я подлетела к нему, пытаясь подставить плечо.

- Не трогай, маленькая, - прорычал он, и этот звук был больше похож на предупреждающее рычание зверя, чем на человеческую речь. - Я в порядке. Просто... дай мне минуту.

Мы зашли внутрь. Руслан одним взглядом выгнал из холла медиков и охрану.

- В кабинет. Есть разговор. - бросил он Мише, и повел меня в свою комнату на втором этаже.

Как только дверь спальни закрылась, он тяжело оперся о косяк. Я видела, как его бьет крупная дрожь.

- Помоги мне, - хрипло попросил он.

Я дрожащими пальцами начала стягивать с него остатки одежды. Когда футболка упала на пол, я едва не вскрикнула. На его боку и плече зияли рваные раны.

- Это Белов? - прошептала я, касаясь пальцами здоровой кожи рядом с раной.

- Белов был трусом и сдох как трус, - Руслан поморщился, проходя в ванную. - Это его «псы» напоследок огрызнулись.

Он включил воду, и я увидела нечто невероятное. Прямо под струями воды раны на его теле начали пульсировать. Края кожи стягивались буквально на глазах, кровь переставала течь, оставляя лишь розовые полосы. Это была магия регенерации, о которой я только слышала, но увидеть это вживую... это пугало и восхищало одновременно.

- Садись, - я указала ему на бортик ванны и взяла губку. Я начала медленно смывать грязь и запекшуюся кровь с его широких плеч, с его спины, покрытой шрамами. Руслан сидел неподвижно, закрыв глаза. Под моими руками его мышцы постепенно расслаблялись.

- Ты не пошла туда одна, - вдруг сказал он, не открывая глаз. - Ты доверилась мне. И спасла Ромку тем, что осталась дома.

- Когда ты уехал, в доме стало так пусто... как будто из него выкачали воздух.

Руслан резко перехватил мою руку с губкой и потянул на себя, заставляя встать между его колен. Его глаза все еще отливали серебром, а дыхание было горячим.

- Твой папа сказал, что оторвет мне голову, если я тебя обижу.

- И он это сделает.

- Знаю. Поэтому мне придется очень постараться, чтобы ты была счастлива.

Он поднял на меня взгляд. Раны на его боку уже превратились в розовые шрамы, которые на глазах исчезали.

- Ты все еще боишься монстра, который сидит внутри меня? - спросил он тихо.

- Нет. Я боюсь только одного, что когда-нибудь ты решишь, что я для тебя недостаточно сильная.

- Глупая, - он притянул мое лицо к своему. - Ты - единственная, кто смог меня приручить. Это самая большая сила, которую я когда-либо видел.

Ночью мне снились волки, тени и горячие руки Руслана. Я проснулась от того, что солнце настойчиво било в окно.

Первой мыслью было - «Как он?». Оборотни быстро заживают, но вчерашние раны выглядели страшно.

Я вскочила с кровати, даже не поправив растрепавшиеся волосы. Накинула короткий шелковый халат прямо на ночнушку и выбежала в коридор. Страх, что за ночь ему могло стать хуже, перевешивал все приличия.

Я добежала до его спальни и, не раздумывая, толкнула тяжелую дверь.

- Руслан! Ты как?..

Слова застряли в горле.

Дверь в ванную была распахнута, оттуда еще выплывали клубы пара.

Руслан стоял посреди комнаты спиной ко мне. На нем не было ничего, кроме черных боксеров, которые сидели на бедрах опасно низко. Я замерла, не в силах даже моргнуть.

Вчера я не успела рассмотреть все. Сейчас же, при ярком утреннем свете, он казался каким-то слишком идеальным. Широкие плечи, мощная спина, по которой еще стекали капли воды, и рельефные мышцы, перекатывающиеся под кожей при каждом движении. На месте вчерашних глубоких ран остались лишь едва заметные розовые полоски.

Он услышал мой голос и медленно обернулся. В руках он держал полотенце, которым вытирал мокрые волосы.

- Лика? - его брови поползли вверх, а в глазах заплясали знакомые чертенята. - Ты решила перейти к активным действиям прямо с утра?

Я почувствовала, как лицо заливает густая краска. Я честно пыталась смотреть ему в глаза, но взгляд предательски соскальзывал вниз на четкие кубики пресса, на дорожку темных волос, уходящую под резинку белья.

- Я... я просто хотела проверить... - пролепетала я, пятясь назад. - Я думала, тебе нужна помощь...

- И как? Помощь нужна? - он бросил полотенце на кресло и сделал шаг ко мне.

- Ты выглядишь... здоровым, - выдохнула я, упираясь спиной в закрытую дверь.

- Я чувствую себя превосходно, - Руслан подошел вплотную, упираясь руками в дверь по обе стороны от моей головы. - Особенно теперь, когда моя пара врывается ко мне в спальню в таком соблазнительном виде.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Руслан, я серьезно! Я волновалась!

- Я тоже серьезен, - он наклонился, и его губы коснулись мочки моего уха. - Больше не бегай по дому в таком виде, Лика. Моя выдержка не бесконечна.

Я сглотнула, чувствуя, как сердце начинает отстукивать сумасшедший ритм.

- Ты... ты идешь завтракать? - попыталась я перевести тему.

- Иду, - он усмехнулся, отстраняясь ровно настолько, чтобы я могла дышать. - Но сначала я оденусь. Если ты, конечно, не хочешь остаться и посмотреть на продолжение процесса.

- Нет! То есть... я пойду!

Я дернула ручку двери, едва не вывалившись в коридор. За спиной раздался его низкий, бархатистый смех.

- Лика! - окликнул он меня, когда я уже была на пороге. Я обернулась. Он стоял все так же, полуголый, дьявольски красивый в лучах солнца.

- Через час едем к Роме. Будь готова.

Я кивнула и пулей вылетела из его комнаты, прижимая ладони к пылающим щекам.

Глава 18.

Мы приехали в лазарет к Роме, он лежал на высокой койке, обложенный подушками. Выглядел он, конечно, неважно - лицо в пластырях, рука в гипсе.

Но его чувство юмора никуда не делось.

- О, явились, - прохрипел он, увидев нас. - Руслан, ты чего такой довольный?

- Лика за тебя полночи молилась.

Я подошла и осторожно обняла Рому за здоровую руку.

- Мы так испугались, Ром...

- Да ладно тебе, Лик. Медведи живучие. К тому же, Бессонов примчался быстро.

В этот момент дверь открылась, и в палату вошли Арсений и Юля.

Юля улыбнулась мне. Пока мужчины обсуждали дела стаи, она отвела меня к окну.

- Вы в порядке? - спросила она тихо.

- Кажется, да. Просто... все это так непривычно. Я боюсь, что не справлюсь с его миром.

- Не бойся, - Юля коснулась моей руки. - Волки существа простые. Они либо ненавидят, либо любят до смерти. Руслан иногда бывает невыносимо жестким. Но поверь, для своей женщины он станет самым нежным существом на свете.

- Сегодня полнолуние, - тихо сказала мне Юля. - Будь осторожна с Русланом сегодня. Его волка сейчас почти невозможно сдержать.

Я посмотрела на Руслана. Он стоял у окна, и его профиль казался высеченным из гранита.

Весь обратный путь Руслан вел машину одной рукой, а вторая постоянно находилась в движении: то он сжимал мою ладонь, то его пальцы проходили по моему бедру, заставляя меня вздрагивать. На полпути он не выдержал. Свернул в какой-то переулок и заглушил мотор.

- Руслан?..

Он не ответил. Просто притянул меня к себе, пересаживая на свои колени. Его губы накрыли мои с такой яростью, что в глазах посыпались искры. Он зажимал меня, его руки блуждали под моей курткой, сминая тонкую ткань блузки. Он рычал мне в губы, вдыхая мой запах, как одержимый.

- Я весь день чувствую твой страх и твое желание, - хрипел он, кусая мою нижнюю губу. - Это сводит меня с ума.

Я думала, это случится прямо там, в машине. Но Руслан вдруг отстранился. Его глаза были почти черными, дыхание рваным.

- Нет. Не здесь. Я хочу, чтобы ты принадлежала мне там, где нам никто не помешает.

Оставшийся день он не отпускал меня ни на шаг. Если я шла на кухню - он шел следом. Если садилась в кресло - он садился рядом, закидывая мою ногу на свои колени.

- Лика, сегодня ночью закройся на все замки и не выходи до утра. – сказал он ближе к ночи.

Я ушла спать в свою комнату, но не могла даже присесть. Через стену я слышала утробное рычание, звук разбитого стекла и его метания по комнате.

Я вышла из комнаты, ведомая каким-то необъяснимым зовом. Сделав три шага до его двери, я даже не успела постучать. Дверь буквально вылетела внутрь, сорванная с петель его мощным рывком.

- Я же говорил... не выходи... - прохрипел он, но его тело уже двигалось ко мне.

Руслан подошел ко мне вплотную. В полумраке его глаза светились холодным серебром, выдавая присутствие зверя. Его горячая ладонь, легла мне на щеку, а большой палец медленно очертил контур моих губ.

Лунный свет лился через разорванные шторы, серебря тонкие полосы на его коже.

Руслан подхватил меня под бедра, и я инстинктивно обхватила его талию ногами, чувствуя под пальцами твердые, как камень, мышцы его спины.

Он опустил меня на кровать, нависая сверху. Опираясь на локти, чтобы не раздавить своим весом, но я все равно чувствовала его тяжесть, его жар, его дрожь. Он был на грани.

- Скажи «стоп», и мы остановимся, - выдохнул он хрипло. - Последний раз спрашиваю, Лика. Потом я не смогу остановиться.

Я подняла руку и коснулась его лица. Пальцы дрожали, но не от страха. От того, что я хотела этого так сильно, что внутри все болело.

- Не скажу. - прошептала я.

Он закрыл глаза, будто мои слова ударили его в грудь. Потом наклонился и поцеловал меня, медленно, глубоко, будто пробовал на вкус мою дрожь. Его язык скользнул по моему, и я застонала в его рот, вцепившись в волосы на его затылке. Он ответил рычанием, которое отдалось у меня между ног.

Руслан оторвался от моих губ и начал спускаться ниже. Горячие, влажные поцелуи по шее, по ключице, по тонкой ткани ночнушки, которая уже задралась до талии. Когда его рот сомкнулся на соске, я выгнулась дугой, вцепившись в простыни. Он лизал, посасывал, покусывал, пока я не начала задыхаться от острого, почти невыносимого удовольствия.

- Руслан… - простонала я, не узнавая свой голос.

- Тише, маленькая, - прошептал он мне, проводя языком по второму соску. - Еще вся ночь впереди. Я хочу, чтобы ты запомнила каждую секунду.

Его ладони скользнули под мою ночнушку, стягивая ее через голову. Я осталась голая, и впервые в жизни мне не было стыдно. Только жарко. Он смотрел на меня сверху вниз, глаза горели, и я видела, как дрожат его руки, когда он провел ими по моим бокам, по животу, по бедрам.

- Ты совершенна, - выдохнул он. - Черт возьми, Лика… ты даже не представляешь, что со мной делаешь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я потянулась к нему, пальцами зацепила резинку его боксеров и потянула вниз. Он помог мне, стягивая их одним движением. Когда он снова навис надо мной, между нами, не осталось ни одной преграды. Я почувствовала его твердость, горячую и тяжелую, у самого входа, и инстинктивно раздвинула ноги шире.

- Медленно, - прошептал он, скорее самому себе. - Я обещал, что не сделаю больно.

Он вошел чуть-чуть, только головкой, и замер, давая мне привыкнуть. Я ощутила растяжение, легкое жжение, но оно тут же сменилось волной тепла, когда он провел большим пальцем по моему клитору. Я ахнула, вцепившись в его плечи.

- Дыши, моя девочка, - он поцеловал меня в уголок губ.

Я расслабилась, и он двинулся дальше, медленно, сантиметр за сантиметром, пока не вошел полностью. Боль была, короткая, острая, но тут же утонула в невероятном чувстве наполненности. Он замер, уткнувшись лбом в мой, тяжело дыша.

- Ты такая тесная… - выдохнул он сквозь зубы. - Боже, Лика… я сейчас сойду с ума.

- Двигайся, - прошептала я, обхватывая его бедра ногами. - Пожалуйста…

Он начал двигаться, сначала медленно, осторожно, наблюдая за моим лицом.

Каждый толчок отдавался внутри меня сладкой дрожью. Я стонала, выгибалась, цеплялась за него, и он постепенно терял контроль. Движения стали глубже, сильнее, ритмичнее. Его рычание заполнило комнату.

- Моя… - прорычал он. - Только моя…

Я чувствовала, как подкатывает волна, огромная, неудержимая. Его пальцы снова нашли мой клитор, круговые движения, и я сорвалась. Оргазм накрыл меня так резко, что я закричала, вцепившись в него ногтями. Стенки внутри сжались вокруг него, и он зарычал громче, вгоняясь в меня до упора, и я почувствовала, как он изливается внутрь меня.

Он рухнул рядом, притянув меня к себе и уткнулся носом в мои волосы. Его рука легла мне на живот, пальцы рисовали круги на влажной коже.

- Ты в порядке? - спросил он тихо, когда дыхание немного выровнялось.

- Это… это было…

Он поцеловал меня в макушку.

- Это только начало, маленькая. Я еще даже не начал тебя учить.

Я почувствовала, как он снова твердеет у моего бедра.

- Уже? - выдохнула я, удивленно и радостно.

- Полнолуние, - хрипло ответил он, перекатывая меня на спину. - Я сегодня тебя не отпущу до утра.

И не отпустил.

Руслан вошел в меня в четвертый раз за ночь, он держал меня за бедра, приподняв их, и двигался так, будто хотел раствориться во мне.

- Лика… - выдохнул он, голос дрожал от напряжения. - Я больше не могу сдерживаться.

Он зарычал, звук был низкий, от которого по коже побежали мурашки. Его клыки удлинились прямо на моих глазах. Он наклонился к тому месту, где шея переходит в плечо, туда, где билась моя вена.

- Прости, что не предупредил раньше, - выдохнул он мне в кожу. - Просто… не смог. Прости, маленькая.

- Не извиняйся, - я провела пальцами по его волосам.

Он лизнул место укуса, будто успокаивая, а потом вонзил клыки.

Боль была ослепительной. Я вскрикнула, вцепившись в его плечи, но тут же по телу разлилось тепло. Оно шло от места укуса, растекалось по венам, до самых кончиков пальцев.

Он откинулся на спину, притянув меня к себе, и я легла ему на грудь, дрожа мелкой дрожью. Его сердце колотилось так сильно, что я чувствовала удары в своей груди, будто у нас стало одно сердце на двоих.

- Теперь ты моя навсегда, - прошептал он, целуя метку. - Даже если весь мир рухнет, я найду тебя. И я никогда тебя не отпущу.

Я улыбнулась в его шею, чувствуя, как метка пульсирует теплой волной каждый раз, когда он делает вдох.

- Я и не собиралась убегать.

Ближе к утру я лежала на его груди, вся в засосах и его запахе, абсолютно разбитая и абсолютно счастливая. Он гладил меня по спине, лениво проводя пальцами по позвоночнику.

- Я люблю тебя, Лика, - сказал он тихо, впервые за все время произнося это без свидетелей, без давления, просто потому что не мог больше держать в себе.

Я подняла голову, посмотрела ему в глаза, уже спокойные, теплого серого цвета.

- Я тоже тебя люблю, - прошептала я.

- Тогда добро пожаловать в мою стаю, маленькая человеческая девочка. Теперь ты навсегда моя.

Глава 19.

Руслан

Мы уснули только под утро. Лика отключилась мгновенно, измотанная страстью и той магической бурей, что пронеслась через ее тело вместе с моей меткой.

Я же почти не спал. Только пару раз проваливался в тяжелое, чуткое забытье, из которого меня выдергивал любой звук: шорох листвы за окном или тихий вздох Лики. Я лежал, прижимая ее к себе, и чувствовал, как внутри меня медленно оседает первобытное напряжение. Зверь был сыт и доволен.

Около восьми утра завибрировал телефон. Сообщение от Стаса:

«Подъезжаю. Буду через десять минут. Кофе готовь, зять»

.

Я едва заметно усмехнулся. Станислав, как истинный медведь, всегда выбирал самое «удобное» время. Я слышал, как его тяжелый джип зашуршал гравием на подъездной дорожке, как он коротко бросил пару фраз охране и как хлопнула входная дверь.

Я оставил Лику спать. Она была настолько вымотана, что не пошевелилась, даже когда я выбрался из-под одеяла.

Натянув штаны, я спустился вниз. На кухне уже вовсю хозяйничал Стас.

- Наконец-то, - пробасил он, не оборачиваясь. - Я уж думал, мне придется самому идти в твою спальню.

- Там спит Лика. - я сел напротив него.

Мы сидели в тишине, которую понимают только мужчины нашего круга. Стас внимательно посмотрел на меня, заметил царапины на моих плечах и довольно хмыкнул.

- Вижу, полнолуние прошло продуктивно. Ты поставил метку, Рус?

- Да.

- Я и не сомневался, - Стас посерьезнел. - Ты хороший Бета, и я рад, что именно ты будешь ее защищать.

В этот момент на лестнице послышались тихие шаги. Мы оба замолчали. В проеме двери появилась Лика. Заспанная, с растрепанными волосами, она выглядела до невозможности трогательно в моей белой рубашке, которая была ей едва до середины бедра. Она не сразу заметила отца, потирая глаза.

- Руслан, ты почему ушел?.. - начала она и осеклась, увидев Стаса.

Стас замер. Его взгляд мгновенно зацепился за яркую, еще свежую метку на ее шее. Он медленно встал, подошел к ней и, положив тяжелую ладонь на ее плечо, внимательно осмотрел след.

- Ну, поздравляю, дети, - голос медведя смягчился. - Теперь ты официально в стае, дочка.

Лика густо покрасней, пытаясь натянуть края длинной рубашки пониже.

- Пап, я...

- Не оправдывайся. Я все понимаю, - он улыбнулся и посмотрел на меня. - Я буду очень рад внукам, Рус. Представляю, какие это будут волки... Но, может, Лике стоит сначала доучиться?

Стас обнял Лику, хлопнул меня по плечу так, что у меня едва не вылетел дух, и, забрав свою куртку, направился к выходу.

- Поеду я. Дела клана сами себя не решат!

Когда дверь за отцом захлопнулась, в доме снова воцарилась тишина. Лика стояла у стола, кутаясь в мою рубашку.

Я медленно поднялся и подошел к ней со спины, обнимая за талию.

- Слышала? Тесть дает добро на внуков, но требует диплом, - прошептал я ей в шею, обжигая дыханием метку.

Лика рассмеялась, зарываясь пальцами в мои волосы, но потом ее лицо стало серьезным. Она провела ладонью по моей груди, замирая там, где стучало сердце.

- Руслан... а сколько вообще живут такие, как вы? Папа всегда уходил от ответа. Говорил только, что вы «крепкие ребята».

Я хмыкнул, целуя ее в макушку.

- Станислав - мастер недосказанности. Мне сейчас тридцать два. Но вот в чем секрет: и в семьдесят, и в сто я буду выглядеть точно так же, как сейчас.

Лика замерла, широко распахнув глаза.

- В сто? Ты серьезно?

- Вполне. Сто пятьдесят, двести лет - это для нас зрелость. Есть те, кто разменивает и полвека, если не ищет приключений на свой хвост. И теперь, когда на тебе моя метка, ты тоже в игре. Твое старение замедлится. Мой зверь не позволит тебе увянуть раньше времени. У нас впереди вечность, чтобы надоесть друг другу.

Она молчала несколько секунд, переваривая информацию, а потом вдруг хихикнула.

- Что такое? - я приподнял ее подбородок.

- Просто представила... Мне восемьдесят, я все еще выгляжу на двадцать пять и пытаюсь дописать диплом, потому что ты отвлекаешь меня «внуками».

Я не выдержал и рассмеялся, прижимая ее к себе.

- План надежный, как швейцарские часы. Значит, решено: первые пятьдесят лет посвятим твоей учебе и путешествиям, а следующие сто - воспитанию маленьких волчат.

- Пятьдесят лет на учебу? - Лика шутливо толкнула меня в плечо. - Ты слишком высокого мнения о моей тяге к знаниям.

- Я просто очень высокого мнения о своей способности тебя отвлекать.

- Руслан, перестань, - хихикнула она, пытаясь увернуться. - Мне правда надо собраться и почитать конспекты...

Мои руки скользнули по тонкой ткани рубашки, поднимаясь выше, к ее бедрам. И тут я замер. Пальцы наткнулись на абсолютно гладкую, горячую кожу. Никаких резинок, никакого кружева.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Лика... - мой голос мгновенно стал на октаву ниже, а внутри снова заворочался зверь. - Ты хочешь сказать, что вышла к отцу... вот так? В одной рубашке и все?

Я развернул ее к себе, заглядывая в глаза. Лика закусила губу, в ее взгляде вспыхнуло озорство.

- Я не знала, что он тут. И я не нашла у тебя в комнате ничего другого...

Я прижал ее к краю стола, чувствуя, как кровь вскипает.

- К черту конспекты, - прорычал я, запуская руки под рубашку и приподнимая ее. - Колледж подождет еще часок.

Глава 20.

Лика

В колледже я кожей чувствовала на себе взгляды, слышала обрывки сплетен за спиной и то и дело поправляла воротник, хотя знала - все, что нужно было увидеть, одногруппники уже увидели.

Они строили дикие теории, и только моя одногруппница Рита вела себя иначе.

Она в принципе всегда держалась особняком - умная, спокойная, с каким-то внутренним стержнем. Когда она прошла мимо меня в коридоре, ее взгляд на секунду задержался на моей шее. Она едва заметно улыбнулась мне.

«Хоть кто-то в этом здании адекватен», - подумала я.

Когда я вышла на крыльцо после пар, черный внедорожник Руслана уже ждал. Стоило мне оказаться в машине, как он притянул меня к себе.

- Поехали домой, - прорычал он мне в губы.

Едва мы переступили порог дома, как Руслан прижал меня к двери. Его руки мгновенно оказались под моей кофтой, горячие ладони обжигали кожу. Я была готова сдаться прямо здесь, в прихожей, но вдруг он замер, упершись лбом в мой лоб.

- Я забронировал столик в ресторане. Иди собирайся, маленькая. У тебя два часа.

Я улыбнулась, чувствуя приятное волнение. Настоящее свидание!

Я поднялась в комнату и достала ярко-красное платье с длинными облегающими рукавами, но полностью открытыми плечами, которое купил Руслан. Положила его на кровать и пошла в душ.

Включила воду посильнее, и пар мгновенно заполнил комнату. Я стояла под струями, закрыв глаза, когда почувствовала, что воздух изменился.

Повернулась, Руслан стоял на пороге, уже полностью раздетый.

- Я честно пытался ждать внизу, Лика,

Он шагнул внутрь, и пространство мгновенно стало тесным. Руслан прижал меня к холодному кафелю.

- Руслан... - выдохнула я, когда его губы нашли мою шею.

- Тише, - прохрипел он, подхватывая меня под бедра и приподнимая.

Я инстинктивно обхватила его талию ногами. В душе было шумно от воды, но я отчетливо слышала его рычание. Его руки, большие и грубые, скользили по моей мокрой коже, не оставляя ни одного участка без внимания.

Брызги воды, пар и его тяжелое дыхание смешались в один бесконечный момент. Когда он вошел в меня, я закинула голову назад, и мой крик потонул в шуме душа. Руслан впился зубами в мое плечо, сдерживая собственный рык, и я чувствовала, как его сердце бьется о мою грудную клетку.

Спустя вечность он опустил меня на пол, все еще не выпуская из объятий. Мы стояли под водой, тяжело дыша.

- Кажется, мы теперь точно опоздаем, - прошептала я, прислонившись к его мокрой груди.

Я стояла перед зеркалом в красном платье. Открытые плечи и шея выглядели вызывающе, особенно с чуть побледневшим, но все еще заметным следом от его зубов. Руслан застегнул на мне тонкую золотую цепочку и развернул к себе.

- Красный - это твой цвет, Лика.

Он был в черном костюме, без галстука, с расстегнутой верхней пуговицей рубашки. Опасный, хищный и невероятно красивый.

- Едем? - спросила я, поправляя волосы.

- Едем. Пора показать этому городу, чья ты девочка.

Когда мы подъехали к ресторану, я заметила, как пальцы Руслана чуть сильнее сжали руль.

- Рус, что-то случилось? - тихо позвала я. Он мгновенно расслабился, перехватил мою руку и поцеловал пальцы.

- Все в порядке, маленькая. Просто... я хочу, чтобы все было идеально.

Нас проводили к самому лучшему столику в глубине зала, скрытому от посторонних глаз тяжелыми портьерами, с панорамным видом на огни города.

Когда принесли вино, он вдруг накрыл мою ладонь своей. Его взгляд стал серьезным, почти торжественным.

- Лика, мы оба знаем, что по законам стаи ты - моя пара. Это навсегда. - он сделал паузу. - Но я помню, что для тебя важны ваши традиции. И я хочу, чтобы ты знала: я уважаю твой мир так же, как ты уважаешь мой.

Он достал из кармана небольшую бархатную коробочку.

- Я хочу, чтобы все было официально. Станешь моей женой, Лика?

У меня перехватило дыхание. Это было так просто и одновременно так масштабно.

- Да, конечно, да - выдохнула я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы счастья.

Руслан выдохнул, и я увидела, как его плечи, наконец, расслабились. Он поднес мою руку к губам, запечатлевая поцелуй прямо над кольцом.

Мы как раз собирались попросить счет, когда я заметила стройную женскую фигуру, направляющуюся к нашему столику. Я вздрогнула от неожиданности, узнав в ней Риту - ту самую тихую одногруппницу, которая сегодня так внимательно разглядывала меня в коридоре.

Она была в элегантном темном платье, и в ее походке чувствовалась какая-то необъяснимая грация и уверенность, которую я раньше не замечала.

- Руслан, добрый вечер, - ее голос был спокойным и мелодичным.

Руслан тут же выпрямился, и в его глазах на мгновение вспыхнуло узнавание.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Рита, - коротко отозвался он.

Она перевела взгляд на меня и тепло улыбнулась. Рита скользнула взглядом по моей шее, а затем ее внимание переключилось на мою руку.

- Я так и думала, - тихо сказала она. - Поздравляю, Лика. Это... очень важный шаг.

Я растерянно моргнула. Откуда такая официальность в голосе обычной студентки?

- Спасибо, Рита, - ответил Руслан, и его тон стал чуть мягче.

- Не буду вам мешать, - она еще раз кивнула нам обоим. - Увидимся на парах, Лика.

Когда она отошла к своему столику в другом конце зала, я повернулась к Руслану, требуя объяснений.

- Рус... что это было? Она ведь из моей группы! Откуда вы знакомы? И почему она поздравила нас так, будто знает про... про все?

Он взял мою руку в свою, поглаживая большим пальцем обручальное кольцо.

- Она волчица из северного клана.

Я замерла, оглядываясь на Риту. Она сидела за своим столом, непринужденно переговариваясь с кем-то, и выглядела как самая обычная девушка.

- Значит... она еще в колледже все поняла? - прошептала я.

- С той секунды, как ты зашла в аудиторию, - Руслан усмехнулся. - Она почувствовала мой запах на тебе и увидела метку.

- Поехали домой, маленькая, - Руслан поднялся, помогая мне встать.

Глава 21.

Следующим вечером мы поехали в гости к Арсу и Юли.

Стоило нам переступить порог, как нас встретила светящаяся от счастья Юля.

- Ну наконец-то! - воскликнула она, бросаясь мне на шею. - Поздравляю!

Арсений вышел следом, по-братски обнял Руслана и кивнул мне.

- Добро пожаловать в семью, Лика.

Мы прошли в гостиную, где уже был накрыт стол. Пока мужчины ушли в кабинет обсуждать какие-то дела клана, мы с Юлей остались одни. Я крутила кольцо на пальце, не зная, как начать разговор.

- Юль… - наконец решилась я. - Я даже не знаю, с чего начинать подготовку. Мне некому помочь, папа в таких делах не советчик, а я боюсь что-то испортить.

- Ты думала, мы тебя бросим одну разгребать эти горы фатина и пригласительных?

Я удивленно моргнула.

- Ты поможешь?

- Не только я! - Юля заговорщицки подмигнула. - Мы с Евой сегодня утром созвонились, как только Арс узнал от Руслана о помолвке. Она в полном восторге! Ева обожает такие мероприятия.

У меня будто гора с плеч свалилась. Ощущение одиночества мгновенно испарилось, сменившись предвкушением чего-то прекрасного.

- Спасибо… - выдохнула я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы.

В этот момент в комнату вернулись мужчины. Руслан взглянул на мое прояснившееся лицо и вопросительно приподнял бровь.

- Вижу, женский совет прошел успешно?

- Более чем, - улыбнулась я, вставая и прижимаясь к его боку.

- Мы не хотим затягивать, никаких приготовлений длиной в год. Я хочу, чтобы через две недели Лика официально стала Бессоновой.

Я вскинула голову, удивленно глядя на его волевой подбородок. Две недели? Сердце пропустило удар.

- Две недели?! - Юля всплеснула руками, округлив глаза. - Рус, ты с ума сошел? Мы же только-только начнем выбирать оттенки салфеток!

Руслан лишь усмехнулся, и я почувствовала, как его рука на моей талии собственнически сжалась.

- Юль. Две недели - это мой личный лимит спокойствия.

Юля решительно встала с дивана, ее взгляд мгновенно стал деловым.

- Ну, раз так… - она подошла ко мне и взяла за руки. - Значит, времени на раскачку нет, завтра мы с Евой приедем за тобой.

На следующий день, ближе к обеду, Юля и Ева ворвались в дом с таким видом, будто мы идем не платье выбирать, а как минимум брать штурмом небольшое государство.

- Так, невеста, погнали! - Ева, была воплощением энергии. - Сегодня мы найдем платье, от которого у Бессонова окончательно откажут тормоза.

Мы поехали в самый дорогой бутик города, который закрыли специально для нас.

Как только мы переступили порог, перед нами возник консультант с подносом.

- Шампанское? - вкрадчиво предложил он.

- Мне нельзя, - вздохнула Юля, поглаживая едва заметный животик. - Арс лично проверит мои анализы, если учует хоть каплю.

- А нам, очень даже можно! - Ева подмигнула мне и схватила сразу два бокала. - Лика, пей. Свадьба - это стресс. А стресс надо топить в алкоголе.

После десятого платья и второго бокала мир стал казаться удивительно прекрасным.

Когда я вышла в белом атласном платье с открытыми плечами и длинным шлейфом, в салоне воцарилась тишина. Оно было простым и невероятно красивым. Белый цвет на фоне моих рыжих волос смотрелся просто магически.

- О боже, - прошептала Юля. - Рус просто сойдет с ума.

- Берем! - отрезала Ева, допивая второй бокал. - А теперь - отмечать. Моя душа требует продолжения банкета! Отправляемся в кафе.

Мы с Евой решили, что шампанское - это только разминка. Юля обреченно потягивала свой сок, а мы с Евой уже вовсю дегустировали коктейли.

Вдруг воздух в кафе будто стал плотнее. Ева внезапно замолчала, ее взгляд замер на мужчине, который неспешно шел к нашему столику. Он выглядел как ожившая легенда: классическое пальто, безупречная осанка и глаза, в которых застыл холод.

- Не может быть... - прошептала Ева, поправляя растрепавшиеся волосы. - Давид. Ты все еще носишь это пальто? Ему же лет сорок, не меньше.

Давид остановился у нашего стола. Он посмотрел на Еву сверху вниз - не со злостью, а с тем особым, покровительственным терпением, которое бывает только у тех, кто видел смену эпох.

- Этой модели всего три года, Ева. Но я рад, что твоя память на старые вещи все так же избирательна, - его голос был глубоким. - Арсений знает, чем ты занимаешься?

- Давид, ну не начинай, - Ева облокотилась на стол, подпирая щеку ладонью и лукаво глядя на него. - Ты же сам говорил, что в моем возрасте полезно... изучать мир. Вот мы и изучаем. С научной точки зрения.

- Ты изучаешь дно бокала. - Давид едва заметно улыбнулся одними уголками губ, и в этом жесте было столько скрытой нежности, что я даже сквозь хмель почувствовала искры между ними. - Кажется, вам всем пора домой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- А если я скажу «нет»? - Ева выпрямилась, вскидывая подбородок. - Ты снова закроешь меня в том доме в лесу и будешь читать мне классику по вечерам, пока я не усну от скуки?

- Это был твой самый спокойный август, - парировал Давид, наклоняясь к ней чуть ближе. - И мой самый шумный.

- Ой, зануда.

Давид кивнул мне и Юле, его взгляд снова вернулся к Еве.

- Лора... - начал он.

- Я Ева! И ты это прекрасно знаешь.

- Я помню, кто ты. - тихо ответил он.

- Девочки, нам и правда пора домой. - фыркнула Ева, схватив сумочку и быстро направилась ко входу.

Такси высадило меня у ворот дома. Я честно пыталась идти прямо, но гравитация сегодня явно была настроена против меня. Туфли я сняла еще на крыльце, поэтому в дом вошла босиком, держа их в руках.

В прихожей стоял Руслан, скрестив руки на груди, и в его сером взгляде читалась смесь из «я тебя убью» и «боже, какая ты смешная».

- Ну привет... - протянула я, пытаясь сфокусироваться на его подбородке. - А ты чего такой... серьезный? Тебе идет.

- Лика, - он шагнул ко мне, перехватывая за талию, когда я опасно накренилась влево. - От тебя пахнет как от ликеро-водочного завода. Юля сказала, что вы «немного выпили».

- Мы обмывали платье, Рус! - я бросила туфли куда-то в сторону кухни и обхватила его шею руками. - Оно белое. Представляешь? Я буду такая... невинная-преневинная. Тебе придется быть очень осторожным, чтобы меня не испортить.

Я прижалась к нему всем телом, чувствуя его жар через рубашку.

- Знаешь, Бессонов... - я прикусила его мочку уха. - Ты такой большой. И такой вкусный. Хочу проверить, ты везде такой... твердый?

Руслан издал низкий, вибрирующий рык.

- Лика, ты сейчас не соображаешь, что делаешь.

- О-о-о, я прекрасно соображаю, - я хихикнула и попыталась расстегнуть его ремень. - Мой внутренний голос говорит, что нам срочно нужно в душ. Ты ведь не откажешь маленькой пьяной невесте?

- Я откажу маленькой пьяной невесте, потому что завтра она будет мучиться от похмелья и обвинять меня в использовании ее беспомощного состояния, - он легко подхватил меня на руки и понес вверх по лестнице.

- Скучный! - заявила я, кусая его за плечо. - Но такой горячий. Я тебя все равно допеку, Бессонов. Вот прямо сейчас... только глаза закрою на секундочку...

Когда он уложил меня на кровать, я уже видела десятый сон.

Глава 22.

Утром моя голова гудела, а во рту было так сухо, будто я всю ночь жевала тот самый атласный шлейф от своего платья.

Воспоминания возвращались вспышками, как в плохом монтаже. Вот мы пьем шампанское... Вот Ева спорит с Давидом, кто он вообще такой и почему назвал ее Лорой, я так и не поняла... А вот... о боже.

Я резко села на кровати, и мир тут же совершил кульбит. Я вспомнила прихожую. Свои руки на его ремне. Слова про «вкусного Бессонова» и настойчивое предложение пойти в душ.

- Стыдоба-то какая... - прошептала я, закрывая лицо ладонями.

- Ну почему же? По-моему, это было весьма… интересно, - раздался низкий голос от двери.

Я вздрогнула. Руслан стоял в дверном проеме, прислонившись плечом к косяку. В руках он держал стакан воды и какую-то таблетку.

- Пей, - он подошел и протянул мне стакан. - Твой «внутренний голос» вчера был очень разговорчив. Знаешь, я и не подозревал, что тебя так волнует прочность моего ремня.

- Рус, замолчи, пожалуйста, - я выпила воду залпом и снова упала на подушки. - Я была не в себе. Это все Ева и ее «стресс надо топить в алкоголе».

- Еве сегодня тоже несладко, - Руслан присел на край кровати, убирая рыжую прядь с моего лица. - Арс сказал, что Давид доставил ее в целости, но лекцию о поведении читал ей до трех утра. Кстати, - он сделал паузу, - ты вчера обещала мне какой-то «особенный танец», если я сниму рубашку. Может, повторим на трезвую голову?

- Бессонов, ты изверг! - я запустила в него декоративной подушкой, но он легко поймал ее на лету, негромко рассмеявшись.

Ближе к обеду, когда я уже была в состоянии передвигаться и даже съела немного бульона, приехал мой отец.

Он выглядел непривычно официальным - в рубашке и с аккуратно подстриженной бородой. В руках он держал старую деревянную шкатулку.

- Папа? - я удивилась его визиту без предупреждения.

- Привет, Лика. Проведать зашел.

Отец поставил шкатулку на стол и посмотрел на меня.

- Я долго хранил ее, не знал, придет ли время. Но раз ты выбрала свой путь... и своего волка...

Он открыл крышку. Внутри, на потемневшем бархате, лежало изящное ожерелье из лунного камня, обрамленное тончайшим серебром. Оно выглядело древним и невероятно хрупким.

- Это древнейшая вещь нашей семьи. - тихо сказал он. – Теперь оно твое.

Руслан подошел сзади, положив руки мне на плечи.

- Стас, я даю тебе слово: ее безопасность - моя единственная цель.

Отец долго смотрел ему в глаза, а потом просто кивнул.

- Знаю. Иначе бы ты уже был без головы, Бессонов.

Две недели до свадьбы Руслан не просто торопил события - он буквально перекраивал реальность под нашу дату.

Каждое утро начиналось с его низкого, вибрирующего шепота над моим ухом: «Минус один день, маленькая». Он отсчитывал часы с жадностью хищника, выходящего на финальный след.

И вот этот день настал.

Для торжества Руслан арендовал огромный загородный клуб, утопающий в лесах. Весь комплекс был закрыт для посторонних: гостей поселили в уютных номерах основного корпуса, чтобы праздник мог длиться до самого утра.

- Лика, застынь! - Юля, вооружившись целым арсеналом шпилек, колдовала над моей прической. - Если ты сейчас дернешься, мы не успеем закрепить фату до приезда фотографов.

Я сидела в шелковом халате, глядя в зеркало, и не узнавала себя. Волнение скручивало живот тугим узлом. Я видела, как Ева, напевая что-то под нос, бережно раскладывает на комоде мои аксессуары. Она выглядела необычайно воодушевленной, ее глаза светились азартом.

- Так, - Ева подошла ко мне, держа в руках платье. - Пора.

Шелк платья скользнул по моей коже холодом атласа. Юля сосредоточенно, застегивала бесконечный ряд крошечных жемчужных пуговиц вдоль моего позвоночника.

Когда корсет был затянут, а тяжелый шлейф расправлен по ковру, в комнате воцарилась оглушительная тишина.

- О боже... - прошептала Юля, прижимая ладони к губам. - Лика, ты... ты такая красивая.

В дверь негромко постучали. Девочки, понимающе переглянувшись, оставили меня одну, пропуская в комнату отца.

Его взгляд скользнул по моему наряду и замер на ожерелье, которое мягко мерцало на моей шее. Я увидела, как его кадык дернулся, а в уголках глаз собралась влага, которую он тут же смахнул широким жестом.

- Пап... - я шагнула к нему, и шлейф зашуршал по полу.

Он молчал, вглядываясь в мое лицо так, будто пытался запомнить каждую черточку.

- Знай одно, Лика: твои родители гордились бы тобой сегодня. Не этим торжеством и не фамилией Бессонова. А тем, что ты сохранила свет в сердце, даже когда мир вокруг стал темным.

Я почувствовала, как к горлу подступил ком.

- Пап, я очень тебя люблю.

- А я тебя, дочка, - он слабо улыбнулся и подставил мне локоть. - Ну все, вытирай слезы. Там твой волк уже, кажется, готов выломать двери в зале. Он не сводит глаз с часов последние полчаса. Пойдем, пора отдать тебя в надежные руки.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Когда Руслан увидел меня у алтаря, в зале, его зрачки расширились, заполняя всю радужку. Он смотрел на меня так, будто я была единственным источником света в этом мире.

Вечер был шумным и жарким. Медведи из клана отца соревновались с волками в силе и танцах.

- Рома, крути ее! - подзадоривали гости.

Ева хохотала, кружась в танце с Ромой. Она выглядела абсолютно счастливой и свободной.

- Роме стоит оформить страховку, - шепнул мне Руслан, посмотрев в сторону Давида.

К концу вечера... Ева просто исчезла.

- Лика! Ты видела Еву? - Юля подбежала ко мне в панике. - Сумочка тут, а ее нигде нет!

Арсений подошел к нам, хмурясь и нервно оглядывая зал. Было видно, что он тоже потерял дочь из виду, и это его приводило в ярость.

- Где Ева? - коротко спросил он. - Охрана говорит, что она не выходила через главный вход.

Руслан вдруг негромко рассмеялся, прижимая меня к себе. - Арс, расслабься. Попробуй набрать Давида. Уверен, у него сейчас гораздо больше информации о местонахождении твоей дочери, чем у всей твоей охраны вместе взятой.

Арсений бросил на Руса недоверчивый, тяжелый взгляд, но все же достал телефон. Мы замерли, ожидая. На том конце долго не брали трубку, но наконец ответили.

- Давид? - голос Арсения прозвучал как предупреждающий рык. - Где моя дочь?

Мы не слышали ответ Давида, но увидели, как желваки на лице Арсения заходили ходуном.

- Ты... ты понимаешь, что ты ее просто украл? - Арс сжал телефон так, что пластик хрустнул. - Давид, я доверил тебе ее охрану летом, но это не дает тебе права распоряжаться ей сейчас.

В трубке что-то коротко и очень спокойно пророкотали. Арсений выслушал, его глаза вспыхнули янтарем, но через мгновение он тяжело выдохнул.

- Если с ее головы упадет хоть один волос... Хорошо. Я верю твоему слову. Завтра утром мы поговорим.

Он нажал отбой и посмотрел на нас с Юлей.

- Давид забрал ее. Сказал, что на сегодня с нее хватит приключений. Дословно: «Она со мной. Я ее не обижу, но домой она вернется, когда остынет и поймет, как должен вести себя ребенок Альфы».

Юля потрясенно моргнула.

- Он просто ее увез? Прямо со свадьбы? Арс, он же... он же намного старше!

- Кажется, у нашего «древнего надзирателя» сорвало резьбу, - хмыкнул Руслан, увлекая меня в сторону лифтов.

Когда мы наконец остались одни в коридоре, Руслан не стал дожидаться лифта, он подхватил меня на руки и понес по лестнице в наш люкс, словно я ничего не весила.

Стоило двери захлопнуться, как он прижал меня к ней, впиваясь в мои губы с такой жадностью, будто голодал все эти две недели.

- Моя, - прорычал он, отрываясь от моих губ лишь на мгновение, чтобы опалить дыханием шею. - Лика Бессонова. Моя жена.

Его большие ладони скользнули по атласу платья, сминая дорогую ткань. Я чувствовала его возбуждение. Дрожащими пальцами я вцепилась в его плечи, пытаясь нащупать пуговицы рубашки. Ткань поддавалась с трудом, и Руслан, издав короткий рык, просто рванул ее, пуговицы градом посыпались на пол.

Я прижалась к его обнаженной груди, чувствуя, как бешено колотится его сердце. Его кожа была огненной. Он развернул меня спиной к себе, и я замерла, когда его горячие пальцы начали медленно расстегивать жемчужный ряд пуговиц на моей спине.

Платье медленно сползло к моим ногам, оставляя меня в одном кружевном белье. Руслан замер, его дыхание стало тяжелым и прерывистым.

Он развернул меня и подхватил под бедра, усаживая на высокий комод. Его руки жадно блуждали по моему телу, сминая кожу.

- Ты не представляешь, как я весь день ждал наступления ночи, - выдохнул он, покрывая поцелуями мою ключицу, спускаясь к ложбинке между грудей. - Твой запах сводит меня с ума.

Я выгнулась навстречу его ласкам, запуская пальцы в его волосы и притягивая ближе.

Он подхватил меня и перенес на огромную кровать, застеленную белоснежным бельем.

Когда он вошел в меня, - я зажмурилась, впиваясь ногтями в его мощные плечи.

- Смотри на меня, - приказал он хрипло.

Я открыла глаза. Его зрачки заполнили все пространство радужки. Он начал двигаться - сначала осторожно, давая мне привыкнуть, а затем все быстрее, мощными, глубокими толчками.

Каждое его движение вырывало из меня крик, который он ловил своими губами. Жар внутри нарастал, превращаясь в тугой узел, который взорвался ослепительной вспышкой в тот момент, когда Руслан, издав низкий, торжествующий рык, излился в меня, окончательно скрепляя наш союз.

Мы лежали, тяжело дыша.

- Теперь - навсегда, - прошептал он, когда я уже засыпала на его груди.

Эпилог.

Прошло два года.

За окном тридцать первое декабря. Крупные хлопья пушистого снега медленно опускались на землю, укрывая лес и наш дом белоснежным одеялом.

В сумерках зажглись уличные гирлянды, и наш сад на окраине земель стаи превратился в сказочный лес.

На пушистом ковре возле огромной, сияющей огнями елки развернулось настоящее сражение. Наш сын, Марк, которому недавно исполнилось полтора года, с рычанием пытался отобрать плюшевого волка у своего маленького друга.

Марк был удивительно похож на Руслана. Несмотря на то, что я оставалась человеком, Марк уже вовсю проявлял свою волчью натуру: его движения были слишком быстрыми для обычного ребенка, а в серебристых глазах порой проскальзывали искры зверя.

Напротив него, сосредоточенно пыхтя, сидел сын Арса и Юли. Мальчики были почти ровесниками, и их возня под елкой уже стала привычным фоном для наших посиделок.

- Смотри на них, - улыбнулась Юля, присаживаясь за стол, накрытый к празднику. - Кажется, подрастает новое поколение, которое в следующем году разнесет эту елку в щепки.

Руслан и Арсений стояли у панорамного окна, наблюдая за метелью и обсуждая дела клана, но оба то и дело поглядывали на сыновей. В эти моменты их суровые лица смягчались, уступая место почти осязаемой гордости.

- Главное, чтобы они научились ладить раньше, чем у них прорежутся клыки, - хмыкнул Арсений, присаживаясь рядом с Юлей и накрывая ее ладонь своей.

Вдруг Юля замолчала, ее щеки слегка порозовели. Она посмотрела на Арсения, который в этот момент как раз собирался поднять тост за уходящий год.

- Кстати, о клыках и будущих вожаках... - Юля сделала паузу, и в комнате сразу стало очень тихо, только дрова потрескивали в камине. - Арс, если ты по моему запаху еще не догадался, то у меня для тебя новогодний подарок...

Арсений замер, его взгляд мгновенно стал предельно внимательным. Он медленно повернул голову к жене, его глаза начали стремительно темнеть, наполняясь осознанием.

- Юля? - его голос вибрировал от волнения.

- Я беременна, - выдохнула она, сияя.

Арсений тут же притянул ее к себе, обнимая с такой бережностью.

Я не выдержала и громко рассмеялась, глядя на эту сцену. Руслан вопросительно приподнял бровь, глядя на мой смех, а потом перевел взгляд на мой живот. В его глазах промелькнуло подозрение, смешанное с безумной надеждой.

- Лика? - он шагнул ко мне, притягивая к себе за талию и обдавая жаром своего тела. - Почему ты смеешься?

- Потому что, Бессонов, - я обхватила его за шею, чувствуя, как бьется его сердце, - кажется, Дед Мороз в этом году заглянул к нам обоим.

Руслан на мгновение онемел. А затем он подхватил меня на руки, кружа по гостиной под восторженные крики детей и звон елочных игрушек.

- Мы с Юлей очень надеемся, что под следующей елкой будут сидеть девочки.

- Девочки? - Руслан и Арсений произнесли это в один голос, и на их лицах отразилась такая забавная смесь ужаса и нежности, что мы с Юлей снова расхохотались.

- Да, - подтвердила я, прижимаясь к плечу мужа. - Маленькие принцессы, которые будут вить из вас веревки. Пора бы вам узнать, что такое настоящая власть, волки.

Руслан крепко прижал меня к себе, целуя в висок, пока часы на стене начинали бить полночь.

Конец.

*****

Понравилась история? Тогда нам по пути! Жмите "Отслеживать автора".

Совсем скоро нас ждет встреча с Евой. Ее история будет по-настоящему огненной, и подписка поможет вам не пропустить долгожданный старт! Ваша подписка - лучшее вдохновение для меня писать больше и жарче! ????

Спасибо всем, кто читает и поддерживает меня

❤️❤️❤️❤️❤️

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Конец